'Вопросы к интервью


Т. ДЗЯДКО: Одна из главных новостей сегодняшнего дня – это сообщение о том, что в московском районе Гольяново, в московском районе Гольяново появился лагерь. Называется это временным лагерем для содержания мигрантов, некоторые уже окрестили его концлагерем. В общем, накануне было задержано более тысячи нелегальных мигрантов из Вьетнама – значит, это граждане Вьетнама, которые нелегально находились в России, а также были еще задержаны граждане других государств. В общем, всего около полутора тысяч человек. И всех их поместили во временный лагерь в районе Гольяново. Их допрашивают, после этого, как сообщается, их ждет депортация, после того, как их проверят на причастность к совершению преступлений в Москве.

Сейчас в нашей студии наш коллега Алексей Голубев, который сегодня съездил к этому лагерю и попытался проникнуть внутрь. Насколько успешно – сейчас узнаем у него. Леша, приветствуем тебя здесь.

А. ГОЛУБЕВ: Добрый день.

Т. ДЗЯДКО: Как это все вообще выглядит? Это же такая новая, новая, по-моему, для Москвы история.

А. ГОЛУБЕВ: Ну, вот, к сожалению, я не смог пробраться непосредственно на территорию лагеря, там походить по рядам, посмотреть на нелегалов, потому что туда журналистов не пускают совсем, туда вообще никого не пускают. Это такая территория, где бесконечные вот эти складские помещения. В Гольяново, там вот это…

Т. ДЗЯДКО: Промзона.

А. ГОЛУБЕВ: Промзона абсолютная, где, ну, бесконечные склады. И попасть туда, ну, невозможно, там даже люди, которые приезжают по работе, там, на склады, чего-то привезти, отвезти, их туда не пускают, говорят, что, извините, ребят, сегодня вот никак…

И. ВОРОБЬЕВА: Сегодня у вас выходной.

А. ГОЛУБЕВ: Да, здесь сегодня особый режим, сюда никого не пускают. Там стоят несколько журналистов, которые пытаются каждый раз, когда открываются… да, единственные, кого пускают – это только вот МЧСовские грузовики, которые, видимо, с продуктами, с какими-то, может, медикаментами туда заезжают. Открываются железные ворота, и тогда журналисты там быстро что-то пытаются сфотографировать, снять. Ну, конечно, тщетно, потому что там почти ничего не видно, видны только высокие военные палатки брезентовые такие метра под три. Вот. И там ходят МЧСники, офицеры, полицейские, о чем-то разговаривают. И, кстати, постоянно делают, устанавливают новые палатки, как будто будут привозить еще новых людей. Вот. И, собственно, они не выходят к журналистам. Кстати, обещали выйти в три часа как раз, вот сейчас они должны выйти, там беседовать с прессой, вот. Не знаю, вышли или нет, но обещали выйти в три часа.

Т. ДЗЯДКО: Мы будем смотреть, есть ли какие-то сообщения.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, вот я сейчас смотрю, да, по карте, буквально по Яндексу, что это за место такое. Если по спутнику смотреть, действительно такая промзона с каким-то огромным складом и какими-то, ну, такими строениями отдельными. Я не знаю, может быть, это…

А. ГОЛУБЕВ: Там табличка рядом висит: «Экспериментальный завод объемных инженерных сооружений».

Т. ДЗЯДКО: Ну, учитывая, что это для Москвы, подобный лагерь временный – это что-то новое, ну, в каком-то смысле эксперимент, да, экспериментальный лагерь.

И. ВОРОБЬЕВА: Да уж, нашли подходящее место.

Т. ДЗЯДКО: Ну, то есть, какую-то информацию получить о том, что там происходит внутри, находясь рядом, совершенно невозможно.

А. ГОЛУБЕВ: Ну, почти, да. Оттуда гоняют полицейские, там есть только такое вот в этих воротах, как в тюрьме, окошко, куда еду дают. Вот туда можно – ее картонкой, правда, полицейские постоянно закрывают – туда можно подглядывать периодически. Оттуда, правда, гоняют. Но там вот видны только вот эти вот палатки, собственно. И я говорю, то, что мы ни одного… никто из журналистов так ни одного там мигранта и не увидел, ни одного абсолютно.

И. ВОРОБЬЕВА: А около ворот не стоят мигранты? Может, у них там родственники боятся, боятся туда же попасть?

А. ГОЛУБЕВ: Нет, там просто никого увидеть невозможно. Мы думали: что, их не выпускают оттуда вообще, из этих палаток? Либо, может, они спят. Я не знаю, как это все происходит. Но что касается родственников, я не знаю, родственники, не родственники, но вот пара молодых людей кавказской внешности на автомобилях подъезжали, ну, таких очень хороших автомобилях, выходили и пытались как-то беседовать с полицейскими, там, что-то, мол, мне туда нужно, у меня там… нет, мне надо забрать. То есть, там, отпустите кого-то. Полицейские говорят, что, нет, ты даже вообще… ты о чем таком говоришь? Езжай отсюда подобру-поздорову. Потом там второй подъехал – такой же разговор, в общем, у них случился. Вот они свои машины там припарковали и рядом с нами стояли, собственно, ничем это так и не…

Т. ДЗЯДКО: А охраной занимается полиция, это не какие-то, там, ЧОПы.

А. ГОЛУБЕВ: Не ЧОПовцы, это только полиция, да, это только полицейские, офицеры, и МЧС там ходит. Ну, в общем, нет, никаких ЧОПовцев там нету.

Т. ДЗЯДКО: Но полицейские – это ОМОН или какие-то?..

А. ГОЛУБЕВ: Это ОМОНовцы, это ОМОН. Там есть ОМОНовцы, есть не ОМОНовцы. Но вот охрана именно на этом КПП импровизированном, там именно ОМОН стоит.

Т. ДЗЯДКО: То есть, все по-серьезному, скажем так.

А. ГОЛУБЕВ: Все довольно серьезно, да.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, просто понять бы, что это… то есть, туда не то чтобы завозят, там, автобусы с людьми, там, ну, как-то, то есть, да? То есть, там жизни практически нет. Привозят палатки, какие-то вот там машины – и все, по большому счету.

А. ГОЛУБЕВ: Мы не видели, чтобы туда привозили, там, очередную партию нелегальных мигрантов, кого-то туда завозили, расселяли. Ничего такого нет. Там все как будто замерло, вымерло. И только охрана, только полиция, МЧС, вот. Все очень строго, около входа стоять нельзя. Такой прям вот режимный объект…

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, и, очевидно, выйти оттуда тоже нельзя.

А. ГОЛУБЕВ: Ну, насколько я понимаю, да. Я, конечно, когда туда ехал, я ожидал, что, может быть, я увижу, на прилегающих улицах ходят мигранты, слоняются, там…

И. ВОРОБЬЕВА: Ну да.

А. ГОЛУБЕВ: Нет, ничего подобного там совершенно я не увидел. Оттуда выбраться, как я понимаю, совершенно невозможно. Видимо, их там расценивают как нарушителей, преступников, там какой-то режим действительно действует, и, ну, выбраться оттуда совершенно никак нельзя.

И. ВОРОБЬЕВА: А местные жители… ну, я не знаю, вот там по карте как-то я не заметила, чтобы там были какие-то дома рядом. Но там они что-то говорят? Мол, вот чего вы нам тут лагерь расселили какой-то непонятный под окнами? Или ничего такого нет пока что?

А. ГОЛУБЕВ: Там дома довольно далеко жилые расположены. То есть, очень далеко, где-то в километре, наверное, там ближайший жилой дом. Там много очень офисов, где работают люди, и поэтому там постоянно скапливается небольшая толпа зевак, которые, видимо, что-то слышали в новостях. Они тоже пытаются что-то смотреть, знают, что сюда свезли, там, кучу людей, но никто ничего не возмущается.

И. ВОРОБЬЕВА: Давайте попросим наших слушателей: в том случае, если вы работаете где-то рядом или живете где-то рядом от адреса Второй Иртышский проезд, дом 8 (это то место, где расположен лагерь) и можете нам рассказать, что там сейчас происходит, пишите нам смс-сообщения +7-985-970-45-45. Или телефон прямого эфира 363-36-59, мы будем принимать ваши звонки. Мы благодарим нашего коллегу. Алексей Голубев, наш корреспондент, который сегодня побывал в этом… я бы даже сказала, побывал около забора этого лагеря. Спасибо, Леш.

Т. ДЗЯДКО: Провел там свое утро, да.

И. ВОРОБЬЕВА: Да, спасибо Леше.





И. ВОРОБЬЕВА: Мы сейчас подключаем к нашему эфиру корреспондента «Lenta.ru» Илью Азара, который находится внутри этого лагеря. Очевидно, журналистов туда все-таки пустили. Илья, добрый день.

И. АЗАР: Да, здравствуйте, Ира.

И. ВОРОБЬЕВА: Ирина Воробьева, Тихон Дзядко, ты нас обоих знаешь. Илья, коротко, что там внутри? Есть ли там мигранты, насколько их много?

И. АЗАР: Вы знаете, я когда сюда ехал, в этот дальний район, думал, что здесь есть мигранты, но, как выяснилось, пустили журналистов – а, собственно, мигрантов-то тут и нету. Тут стоит где-то примерно 20 таких больших брезентовых цвета хаки МЧСный палаток, и все, собственно. Ну, еще туалеты и милицейские машины. Обещают, будет еда. Но мигрантов тут нет, потому что они якобы находятся, видимо, в ОВД и ждут суда. И только по решению суда сюда будут привозить мигрантов, которые здесь будут находиться до того, как их депортируют.

Т. ДЗЯДКО: То есть, предполагается, что в этом палаточном городе, в этом палаточном лагере они будут находиться уже после рассмотрения их дел судами.

И. АЗАР: Ну, я так понял, что да. Представитель МВД, к сожалению, я не помню, кто именно, но какой-то высокий чин….

И. ВОРОБЬЕВА: А насколько, ну, вот на первый взгляд, по крайней мере, понятно, там вообще жить-то можно, в этом лагере, или не очень?

И. АЗАР: Вы знаете, вот эти палатки, собственно, они стоят просто на асфальте, и в них ничего нет. То есть, если предполагается, вот этот товарищ из МВД сказал, что это рассчитано на 900 человек, но он думает, что здесь будет, правда, 200-300, но, в принципе, если так на 900 человек, то они здесь должны просто лежать на голом полу вповалку. Ну, может, им, конечно, какие-то постелют матрасики – это я уж не знаю. В общем, это не самое приятное… Тут меня прогоняет милиционер. В общем, не очень… ну, не рай на земле, конечно.

И. ВОРОБЬЕВА: То есть, непонятно, как они вообще там будут спать. Все ясно, спасибо огромное. Спасибо, это наш коллега, корреспондент издания «Lenta.ru» Илья Азар, который прошел туда, в лагерь, и, как выяснилось, мигрантов-то там пока и нету ни одного.

Т. ДЗЯДКО: Будет ждать…

И. ВОРОБЬЕВА: Да.

Т. ДЗЯДКО: … будем ждать, когда они там появятся. Во всяком случае… вы, кстати, можете посмотреть, в частности, в Твиттере у Ильи Азара того же…

И. ВОРОБЬЕВА: Фотографии.

Т. ДЗЯДКО: У него есть несколько фотографий оттуда. Действительно огромные такие брезентовые палатки, их здесь много. Палатки стоят прямо на асфальте. Не очень-то выглядит все уютно.

И. ВОРОБЬЕВА: Нет, ну, давайте подождем – может быть, это просто только начало. Может быть, там оборудуют каким-то образом какими-то спальными местами или еще какими-то местами. Я точно знаю, что, по крайней мере, у МЧС России есть такая возможность, у них есть все для того, чтобы люди себя чувствовали в этих платках, ну, комфортно, комфортней, чем сейчас.





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире