Программа по защите от метеоритов

А. СОЛОМИН: 15.16 в российской столице, это радио «Эхо Москвы», программа «Дневной разворот». Алексей Соломин и Ирина Меркулова ведущие, и у нас на связи прямой Виктор Литовкин, ответственный редактор «Независимого военного обозрения». Виктор Николаевич, добрый день.

В. ЛИТОВКИН: Добрый день.

И. МЕРКУЛОВА: Добрый день.

А. СОЛОМИН: Вот мы сейчас поставили вопрос перед нашими слушателями, о необходимости такой программы. Вы знаете, очень многие пишут в принципе о необходимости программы по защите земли, или России. А вот в Роскосмосе. И многие пишут, что очень хороший способ распила бюджета. На ваш взгляд, вот человека – эксперта разбирающегося, нам такая программа нужна? Следует ли тратить на нее эти миллиарды?

В. ЛИТОВКИН: Ну, понимаете, конечно, такие события бывают раз в 100 лет, или раз в 50 лет, да? Но это хорошо, что челябинский метеорит или болид, не нанес очень существенных поражений людям, и люди не сильно пострадали. Кроме порезов там, и ушибов, контузий, ничего более серьезного не было. Но ведь он мог попасть и в жилые дома, он мог попасть и в заводы, серьезные…

И. МЕРКУЛОВА: Ну, вот комбинат «Маяк» там есть.

В. ЛИТОВКИН: Да, в Челябинской области мы знаем, что есть серьезные заводы. Поэтому конечно, на всякий случай надо бы что-то иметь, чтобы защититься от таких вещей. Безусловно, при этом надо прагматично подойти с позиции здравого смысла, и не тратить лишние деньги. Потому, что кончено знаете, когда 50 лет вы будете ждать… Или 100 лет будете ждать ещё очередного метеоритного дождя, он не прольется, и будем говорить, что мы напрасно потратили деньги. Да, надо что-нибудь думать.

И. МЕРКУЛОВА: Ну а все-таки, какая-то защита должна быть, вы говорите. А что это? Что это должно быть?

В. ЛИТОВКИН: Вот я не знаю, что это должно быть. Это все-таки должны быть все-таки специалисты – конструкторы, астрономы, военные должны подумать на эту тему.

И. МЕРКУЛОВА: Вот кстати, о военных, и их ресурсах.

А. СОЛОМИН: Вот скажите, да, про военных…

И. МЕРКУЛОВА: Кстати, у нас же есть военно-космические войска?

В. ЛИТОВКИН: Да, у нас воздушно-космические войска, это не военно-космические. Но не важно, проблема не в этом. Проблема в том, что наши воздушно-космические войска, они предназначены для защиты нашей территории, наших промышленных объектов, или военных объектов от продукции человеческих рук, так скажем, да? От ракет, от самолетов, от других летательных аппаратов. Даже от спутников, но не от метеоритов. Потому что, во-первых, метеориты находятся вне пределов земной атмосферы, как правило, летают, да? И оказываются в атмосфере уже в самый последний момент, и летят со скоростью вот… 30 км/с., была скорость Челябинского метеорита. Такие болиды мы сбивать не способны. Не только мы, но и американцы, и никто на свете не способен. А потом наша система контроля космического пространства, я повторяюсь, она предназначена для слежения за тем, что есть в космосе, сделано руками человека. Даже обломки всяких там космических аппаратов, которые там есть, и то они сделаны руками человека. Мы эти как бы изделия опасаемся в первую очередь. Потому, что они в сравнительно небольшой высоте находятся, и достаточно все пронумерованы, и записаны в специальные каталоги, и за ними наблюдают. Есть ещё система предупреждения о ракетном нападении. Она состоит из двух, как бы частей: одна космическая, в космосе летают спутники, и могут засекать стратегических ракет вспышку. И потом эти данные передаются на землю, на наземную систему предупреждения о ракетном нападении. Такие радиолокационные станции, которые есть в (неразборчиво), у нас их штук 6-7 на территории России и за рубежом, которые потом определяют траекторию полета этой ракеты, и куда она может упасть, и в какой точке можем её сбить. Так вот эти ракеты летят по баллистической кривой, а вот метеориты летят по непредсказуемой траектории. То есть, по прямой там могут, по баллистической кривой лететь. Ну, в общем, для них у нас нет соответствующих программ, нет соответствующих систем, которые их и обнаруживали, и могли бы перехватить.

А. СОЛОМИН: Но все-таки, этим должны скорее на ваш взгляд заниматься военные, в рамках тех… Военным же много денег выделяют, да? И по госпрограмме вооружения, на обновление техники, и как-то с этим проблем не возникает. Или все-таки это гражданские структуры?

В. ЛИТОВКИН: Это должны заниматься все. Потому, что у каждого своя задача. У одних эта задача предсказать падение метеоритов, или полет метеоритов. У других задача подготовить технику для того, чтобы её можно было перехватить, этот болид. У третьих задача сбить это болид, если его надо будет сбивать, да? Если мы знаем, что он падает на какой-нибудь гражданский объект, или на город. У третьих – ликвидировать последствия падения этого болида. Ну, то есть я хочу сказать, что это должны быть усилия ученых, конструкторов, военных, экономистов, финансистов. Вообще, масса людей, которые должны этим заниматься, это первое. И второе – конечно, одной стране не под силу решить эту задачу. Этим должны заниматься многие ведущие цивилизованные страны, высокотехнологические развитые страны. Потому, что странно защищать только землю, когда ты знаешь, что он может упасть… Ну, я имею в виду российскую землю, если ты можешь предполагать, что он впадет в Европе, в Америке, в Северной Америке, в Южной Америке, и так далее, да?

А. СОЛОМИН: Все равно угрожает всей планете.

И. МЕРКУЛОВА: Скажите, а почему все-таки никто вот этот метеорит не смог засечь не российские специалисты, не НАСО, вообще никто.

В. ЛИТОВКИН: Ну, я вам объяснил, что он был вне пределов атмосферы – это первое, да? Во-вторых, у нас нет приборов, которые следят за…

И. МЕРКУЛОВА: У нас – вы имеете в виду человечество?

В. ЛИТОВКИН: У человечества нет приборов. Ну, там спутники, которые летали… Там американский, по-моему, спутник увидел, как он входит в земную атмосферу, сфотографировал его. Но не всегда можно определить размер этого болида, его как бы плотность, направление его полета, и так далее, и тому подобное. Поэтому ну, зафиксировали – что-то полетело. А что полетело, куда полетело, зачем полетело…

И. МЕРКУЛОВА: То есть, получается, что сейчас мы абсолютно беззащитны.

В. ЛИТОВКИН: Ну, получается так.

А. СОЛОМИН: Вот на такой пессимистической ноте… Спасибо большое, Игорь Николаевич.

И. МЕРКУЛОВА: Спасибо большое.

В. ЛИТОВКИН: Да не за что.

А. СОЛОМИН: За участие в программе. Виктор Литовкин, ответственный редактор «Независимого военного обозрения».