М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: …история страны, изменившаяся 14 апреля 2001 года. Десятилетие так называемого разгрома НТВ. 14 апреля 2001 года в результате весьма сомнительных, с правовой точки зрения, действий крупнейший частный… Набирайте первый номер, пожалуйста.

И. ВОРОБЬЕВА: Уже набрали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Набрали, да? …Крупнейший частный телеканал перешел под контроль государственного «Газпрома». Многие наблюдатели и сами журналисты считают это событием началом строительства вертикали власти, ключевой точкой, пройдя через которую, новая российская власть в лице президента Владимира Путина утвердила новые подходы и методы решения самых разных проблем страны. Это очень большая статья, очень здорово сделанная, напоминаю, на сайте «Newsru.com». В ней стоит видео, в ней стоит «Куклы» — видео, в ней стоит митинг НТВ в 2001 году в «Останкино». Сколько там человек принимало участие?

И. ВОРОБЬЕВА: Десятки тысяч.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Десятки тысяч, да. В ней стоит «Об НТВ, свободе слова и колбасе». Но что самое удивительное, там описаны судьбы звезд НТВ, что они говорили тогда, чем они занимаются сейчас. Я это перечислять не буду и рассказывать об этом не буду, сами посмотрите, это здорово. Мы решили сегодня и, так сказать, дали задание, попросили наших продюсеров, чтобы поговорить с теми людьми, со звездами НТВ, чтобы они нам сказали: вот прошло 10 лет, что они по этому поводу думают? И что вы думаете? Как вы считаете, бросились звезды НТВ комментировать это дело?

И. ВОРОБЬЕВА: Кинулись.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, кинулись они, только кинулись в другую сторону. Но несколько человек согласились. У нас сейчас кто на связи?

И. ВОРОБЬЕВА: У нас на связи сейчас Владимир Кара-Мурза.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, Владимир Кара-Мурза. Володя, доброе утро.

В. КАРА-МУРЗА: Доброе утро.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, говорим аналогом. Вот прошло 10 лет. Что были эти за 10 лет? И какое значение разгрома НТВ?

В. КАРА-МУРЗА: Ну, прежде всего то, что мы имеем в нашей стране – отмена выборов: отмена выборов губернаторов, одномандатных округов депутатов Думы, отмена выборов президента, я бы так сказал, потому что первые были пробные выборы 2000 года. Еще НТВ работало, но уже тогда, очевидно, в Кремле поняли, что нельзя иметь такую телекомпанию в выборный год. Ну и, конечно, то, что мы имеем на Северном Кавказе – терроризм. Было бы НТВ, не было бы «Норд-Оста», не было бы Беслана, не было бы взрывов в метро, потому что НТВ было как колокол, который будил, не давал расслабиться спецслужбам, не давал расслабиться москвичам. Вряд ли бы после таких увещеваний, которые звучали с федеральных каналов о том, что пришел мир на землю Чечни, пошли бы люди так легкомысленно и так была бы организована охрана на Дубровке, что дало возможность террористам захватить тысячи людей. И в Беслане, когда федеральные каналы говорили, что всего 300 заложников, хотя там было полторы тысячи. И террористы им сказали: «Ах, вас 300 всего? Тогда мы так и сделаем, что вас останется 300». И почти это же и сделали. Если бы там НТВ работало настоящее, а не то, которое там работало в это время, были бы дети живы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо большое. Владимир Кара-Мурза, журналист. Напомни, пожалуйста, какой у нас эфирный пейджер.

И. ВОРОБЬЕВА: Да, +7 985 9704545 – телефон для ваших СМС-сообщений. На аккаунт «vyzvon» вы можете писать из Твиттера, смотреть нас на сайте echo.msk.ru.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вряд ли в сегодняшней сетке телеканала НТВ стоит программа, спецпрограмма, посвященная десятилетию его разгрома. Многие звезды НТВ, как сейчас выяснилось, вот сегодня с помощью такой, знаете, лакмусовой бумажки нашего эфира, вряд ли они вообще хотят вспоминать о том, что когда-то работали на этом канале – на том НТВ. Ну, мы знаем, что нынешнее НТВ собой представляет. Тем не менее, некоторые согласились, и вот сейчас мы будем с ними разговаривать и задавать им тот же вопрос: пусть они сами оценят то, что происходит с каналом, и то, что происходит с ними самими. Судьба, естественно, сложилась у них по-разному, и вы знаете, как. Но была… и вот тут я, Ира, смотрю внимательно тебе в глаза, и вот что хочу тебе сказать. Тут есть еще роль «Эха Москвы» в НТВ, потому что, как ты помнишь, это было решение Венедиктова, против которого возражала очень сильно часть коллектива. Но, тем не менее, он продавил. Я до сих пор сомневаюсь, прав он или нет в этом, но он прав, наверное… ну, вначале скажу то решение. Вы помните, что когда было закрыто НТВ, то все они перешли сюда. И тогда они еще не очень думали о том, куда им встраиваться и как им встраиваться, и как сохранить эти зарплаты на телевидении Йордана, и вообще как это все делать. И поэтому вот тут у нас прямо на «Эхе» было НТВ. А часть коллектива «Эха Москвы» возражала против этого. Я, конечно, понимаю… Я был одним из тех, кто возражал, потому что мне казалось, что спасение утопающих – это дело рук самих утопающих. Потому что когда они входили в дорогих костюмах сюда, и тут были постыдные сцены, о которых я когда-нибудь напишу, когда они воспринимали, во всяком случае руководство их информационного отдела, что это просто у них место, где они эфирят, они так и не поняли, что Венедиктов для них сделал. Понимаешь? И они просто вели отсюда эфиры, а потом презрительно отсюда уходили. Было понятно, что это начало конца. Но я не хотел бы это сейчас вспоминать, я хотел бы вспомнить другое – что для нас значило НТВ. Как мы знаем, браки рождаются на небесах, правильно?

И. ВОРОБЬЕВА: Конечно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так вот, НТВ – это был совершенно уникальный сплав, когда вот каким-то божественным движением собрались талантливые люди. Сверху оказался Гусинский, который… вот у него была идея: а почему не сделать свободный канал интересный? Это правда, Гусинский практически не вмешивался в эфирную политику, а уж, тем более, в политику, кого брать на работу. В общем, вот такое вот было. И все звезды НТВ были. Поэтому что я хочу попросить? Мы и вам дадим слово, уважаемые радиослушатели, на наш телефон…

И. ВОРОБЬЕВА: 363-36-59.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: И мы на эту тему поговорим, потому что НТВ – это был не только этот коллектив и не только власть, и не только звезды НТВ, и не только Владимир Владимирович Путин. Это были мы все как сотрудники НТВ, которые каждый день смотрели этот лучший, абсолютно невероятный канал.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, у нас, кстати, на прямой линии со студией…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Набирайте. Есть уже?

И. ВОРОБЬЕВА: Уже набрали, да. Наша коллега Светлана Сорокина.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Светлана, доброе утро.

С. СОРОКИНА: Здравствуй, Матвей. Мне было, честно говоря, очень странно слушать реплику по поводу того, как прямо всех приютила «Эхо Москвы». Невозможно физически, нас было просто столько людей! Как ты себе это представлял, что прямо всех приютила «Эхо Москвы»?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, я не имел в виду тех, кто, например, утром протирали пол. Я имел в виду журналистов, я имел в виду программу…

С. СОРОКИНА: Нет, я не про пол. Ты говорил, что эфирных огромное количество было. Приютили несколько человек. А я, кстати говоря, на «Эхе Москвы» работала и до развала НТВ.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ради бога, нет проблем. Тема просто чуть-чуть другая…

С. СОРОКИНА: Ну я просто уж так, реплика по ходу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, пожалуйста. Что ты скажешь по поводу того… Что ты скажешь вот сегодня в день 10-летия разгрома НТВ?

С. СОРОКИНА: Утро такое же хмурое, как было 10 лет назад. Тогда тоже не было солнца. Что еще интересует, Матвей?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну если ты не хочешь больше ничего сказать…

С. СОРОКИНА: Нет-нет, уточни вопрос. Я не знаю, что…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну как «уточни вопрос»? 10 лет нет НТВ. Жизнь стала лучше, хуже без НТВ? Ребята реализовали себя, не реализовали? Ты не знаешь, о чем сказать?

С. СОРОКИНА: Черт его знает. Не знаю, наверное. Я просто думаю, что у каждого судьба очень индивидуально сложилась. Очень индивидуально. Всех раскидало по разным местам. Вот сейчас вроде возникла мысль: может, с кем-то собраться, как-то это дело вроде вспомнить. А думаешь: где кого искать? Один – на Российском телевидении, другой – на Первом канале, третий – на старом НТВ, четвертый – в Киеве, еще где-то. Всех раскидало, всех очень по-разному. И я не думаю, что лучше, чем было тогда. Мне думается, что все равно хуже. Мне так кажется, я могу ошибаться. Потому что тогда как-то мы были вместе, и было очень весело, задорно. Хотя делаю поправку на возраст, мы тогда на 10 лет моложе были.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А в чем была роль НТВ, на твой взгляд? Вот какую роль сыграло НТВ в жизни страны?

С. СОРОКИНА: Ну, показало, что такое настоящее, современное, продвинутое, талантливое, сильное, влиятельное телевидение.

И. ВОРОБЬЕВА: У меня уточняющий вопрос. А вот разгон НТВ, вот этот разгром, что он…

С. СОРОКИНА: Что он показал?

И. ВОРОБЬЕВА: Да.

С. СОРОКИНА: А он показал, что все возможно. На самом деле это была первая серьезная проба пера. Я считаю, что, так сказать, тогдашние власти, и не в последнюю очередь власть Владимира Владимировича, опробовали на нас схему, что можно и как можно. Оказалось, можно, можно. Дальше пошло проще. Поэтому мы, в том числе, были неким первым полигоном.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну и последний вопрос, Светлана. Как ты считаешь, возможно ли появление в России сейчас подобного канала?

С. СОРОКИНА: Нет. Я думаю, это, например, возможно где-нибудь в недрах НТВ, что и происходит в каких-то проявлениях. Да? Но это не будет иметь такого охвата и такого влияния, какое было у старого НТВ. А на телевизионных просторах это невозможно сейчас.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Невозможно с точки зрения идеологической или творческой?

С. СОРОКИНА: Я думаю, и то, и другое. Это, в принципе, была уникальная ситуация. Знаете, так случается иногда, когда все сходится. Я не думаю, что сейчас этот вариант возможен, тем более не так ситуация. Как вы понимаете, кто бы из тандема ни выбирался, все равно в ближайшие 12 лет мало чего светит.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну и, наверное, действительно последнее. Ты помнишь тот знаменитый митинг в поддержку НТВ, когда действительно граждане вышли, их было много, и это было действительно удивительно. Вот что бы ты сказала всем этим зрителям НТВ, которые, вот как и я, впрочем, с таким трепетом и очень хорошей ностальгией вспоминаем об этом?

С. СОРОКИНА: Ну, во-первых, я бы сказала «спасибо». Потому что было очень тяжелое время, переживать все это было тяжело. И поддержка людей, которые приходили на митинги, звонили, писали, поддерживали, она безумно много значила. Кстати, до сих пор, вот сейчас, в канун десятилетия, мне тоже там по Facebook, в комментариях LiveJournal пишут люди: «Вот я приходил на митинг…». Они тоже это помнят, понимаешь? И я их страшно благодарю за эту поддержку, за эту память и за доброе отношение. Я думаю, что вот сейчас это было бы уже невозможно. Я трудно себе представляю какой-то большой митинг в защиту какой-либо журналистской компании.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо большое, Светлана. Будем надеяться на лучшее.

С. СОРОКИНА: Спасибо. До свидания.

И. ВОРОБЬЕВА: Светлана Сорокина была у нас на связи…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: У нас есть еще…

И. ВОРОБЬЕВА: Подождите, мы сначала уйдем на рекламу небольшую, но попросим в этот момент набрать нашего следующего гостя по телефону.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, да, так и сделаем.

И. ВОРОБЬЕВА: Давайте так и сделаем.

РЕКЛАМА

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: 10 часов 24 минуты, Ирина Воробьева, Матвей Ганапольский. И мы вспоминаем… Дело в том, что сегодня такое важное для всех нас событие, день, вернее – 10 лет разгона НТВ. Ира, ты хотела сказать что-то.

И. ВОРОБЬЕВА: Да, я просто хотела сказать по следам того, что говорила Светлана Сорокина. Мне кажется, что вот после того, как десятки тысяч человек, вышедшие на улицу, не смогли защитить НТВ, вот после этого уже никакие уличные протесты гражданские не имели смысла. Потому что если уж такая толпа не смогла сделать то, чего хотели, то вот сейчас то, что происходит, уже точно ничего не смогут сделать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: У нас следующий собеседник – Эрнест Мацкявичюс, ведущий информационной программы «Вести». Эрнест, доброе утро.

Э. МАЦКЯВИЧЮС: Доброе утро.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну вот 10 лет исполнилось сегодня — вот такая печальная дата для многих почитателей и любителей НТВ. Как бы ты оценил, что было НТВ для зрителей, вообще роль этого канала?

Э. МАЦКЯВИЧЮС: Ну, я соглашусь со Светой, что действительно была такая уникальная ситуация, когда много людей собралось в одном месте, для них были созданы определенные исторические и творческие профессиональные условия. Это своего рода было открыто такое, знаете, «окно в Париж», в которое мы все прыгнули. И создали такой маленький Париж в России. Действительно, атмосфера, которая тогда существовала в нашем коллективе, в этой компании, она была совершенно необычной. И мы даже между собой когда обсуждали все эти обстоятельства, мы говорили, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой или продолжаться долго. Ну вот в какое-то время это закончилось.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну вот если говорить… Кстати, мы вот не затрагивали такой нюанс. Как бы ты оценил профессиональное влияние НТВ? Мне кажется, там было сделано много таких творческих открытий и по форме передач, и по созданию документальных телесериалов. Мне кажется, это много было там.

Э. МАЦКЯВИЧЮС: Да. И знаешь, мне кажется, что никаких вот сложностей для того, чтобы создать новое телевидение, по большому счету, не было. Надо было просто руководствоваться здравым смыслом. Просто уйти от старых штампов и болезней советского телевидения и в творческом процессе, и в организационном и просто делать то, что тебе подсказывать твой здравый смысл. Людей умных у нас в стране достаточно. Вот они собрались в одном месте и просто начали руководствоваться тем, что им говорит мозг, а не какие-то там, знаете, мифические обстоятельства. И в результате получилось нормальное телевидение. И оно начало развиваться, начало расти, вырабатывать определенные стандарты телевидения. Вне всякого сомнения, НТВ выработало стандарты российского телевидения, которые сейчас присутствуют на всех других каналах. И вот я много раз прокручивал ситуацию апреля 2001 года, пытался понять, как бы я поступил, вот год спустя, два года спустя, три года спустя, пытался понять, что было бы, если бы все случилось мирно, если бы просто НТВ продолжало существовать. Не знаю, мне кажется, что все равно какой-то пик горения, как пик горения театрального коллектива, он проходит за 15, 16, 17 лет. Вот здесь, наверное, было бы тоже что-то такое, а дальше необходимо было бы качественно меняться. Это я абсолютно не оправдываю… (неразб.) руководство, просто анализирую уже отстраненно, когда прошло 10 лет. Но с другой стороны, вот все эти сгустки талантов, которые были собраны на НТВ, и поиски новых стандартов, они… просто вот произошел такой взрыв, все разлетелось по разным другим каналам и, наверное, их тоже обогатило. Потому что, скажем, наш канал «Россия», «Вести», они во многом сейчас работают по тем стандартам, которые создавались в НТВ, профессиональным стандартам, ну, хотя бы потому, что руководит ВГТРК Олег Борисович Добродеев, который создавал НТВ. Потому что там работают люди, которые работали на НТВ, которые также формировали все эти стандарты. На Первый канал очень многие попали. Марианна Максимовская на «РЕН». Ну, можно перечислять и перечислять. По большому счету, НТВ подарило российскому телевидению в широком смысле этого слова стандарты и таланты.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо большое, Эрнест. Спасибо, что нашел время поговорить с радиослушателями.

И. ВОРОБЬЕВА: Я просто напомню нашим слушателям, что у нас по телефону был Эрнест Мацкявичюс, ведущий информационной программы «Вести».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире