03 января 2011
Z Разворот (утренний) Все выпуски

Суд над Борисом Немцовым


Время выхода в эфир: 03 января 2011, 10:15

И. ВОРОБЬЕВА: У нас на прямой связи со студией глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева. Людмила Михайловна, здравствуйте! Доброе утро!

Л. АЛЕКСЕЕВА: Доброе утро!

И. ВОРОБЬЕВА: Вот вы вчера присутствовали на суде, где судили Бориса Немцова. Скажите, судья, действительно, не принимала во внимание свидетельства тех, кто выступал в защиту?

Л. АЛЕКСЕЕВА. Ни одного свидетельства, хотя выступало более 10 человек! И снимала все вопросы адвоката, которые могли затруднить ответы милиционеров, которые давали ложные показания. И категорически отказалась приобщить к делу видеоматериалы, снятые независимыми наблюдателями, и материалы МВД.

А. ОСИН: Чем-то мотивировала она?

Л. АЛЕКСЕЕВА: Нет. Она заявляла: «Отказываюсь приобщить как не относящиеся к делу».

И. ВОРОБЬЕВА: Неужели вы считаете, что если бы видео приобщили к делу, то судья бы сразу же, немедленно отпустила бы всех?

Л. АЛЕКСЕЕВА: Нет, я так не считаю. Но если бы она приобщила это к делу, то было бы видно, что она решила его неправильно, основываясь на показаниях милиционеров, а не десяти свидетелей вокруг, которые, не сговариваясь, очень по-разному, с разных точек зрения, но говорили одно и тоже. Что Немцов просто мирно возвращался с митинга вместе со своей дочерь. Уже шли встречать Новый год, обсуждая, как будут его встречать. И в это время его схватили. Вот это зафиксировало бы видео, и тогда бы  решение судьи выглядело бы более, чем странно. Но оно и без видео выглядит странно. Но я хотела бы сказать о другом. Не только о том, что решал судья, но и о том, почему схватили Немцова. Немцов выступал на митинге, согласование которого мы провели по всем правилам и законам. Я как заявитель вместе с Львом Пономаревым ходила к Валерию Леонидовичу Каданскому, который от московского правительства отвечает за безопасность проведения таких мероприятий, и он нас обоих заверил, что все приходящие на площадь, кто будет вести себя мирно, не будут подвергаться насилию. Как заявитель, я должна была получить такие заверения, прежде, чем звать людей на площадь. Я их звала, потому что такие же заверения я получила перед 31 октября, и тогда московское правительство выдержали: кто вели себя мирно, тех не хватали. Но сейчас это была совершенно осознанная провокация. Немцов выступал на митинге. Конечно, он не матерился. Он не упоминал вообще президента Медведева, но он время от времени в своем выступлении бросал собравшимся такой призыв – Путина в отставку! – и площадь это скандировала. Так что, это нельзя у нас? Если бы это было нельзя, тогда пускай за это бы и судили! А то судят за то, что ругался матом, да еще и за пределами митинга! Вот это все абсолютная ложь и провокация! Потому что, я убеждена, заранее было решено, что… Понимаете, мне трудно судить про Косякина, потому что я, во-первых, не знаю, был ли он на митинге. Во-вторых, я его спрашивала в коридоре суда: есть ли свидетели того, как вас задерживали? Он говорит: нет, я шел один.

И. ВОРОБЬЕВА: Говорят, что его задержали у зала Чайковского, когда он вышел из метро.

Л. АЛЕКСЕЕВА: Я верю, что он ничего не кричал. Я знаю Косякина, я знаю, когда он кричит, а когда он молчит. Но, понимаете, я только верю, тут я не могу ничего подтверждать. Я очень сочувствую Косякину, но поскольку он шел один, и нет подтверждающих, я ничего не могу говорить. Что касается Немцова и Яшина, то десятки свидетелей есть. И я уверена, что было заранее договорено, что когда они будут выходить с митинга, их схватят, потому что то, что они говорили на митинге, не нравится властям. Но если так поступать: сначала согласовывать митинг, давать возможность людям высказаться, а потом по ложным обвинениям, по ложным показаниям государственных служащих – милиционеров – арестовывать людей… пусть на два часа, а тем более, на сутки и на 15 суток, это провокация.

И. ВОРОБЬЕВА: Людмила Михаловна, я вас перебью, простите, пожалуйста. Просто я видела, как выходили Немцов и Яшин с митинга. Просто там были скандирования, они стояли около оцепления. Здесь вопрос у меня такой. Ведь вы же знаете, что 31 числа задержали и Эдуарда Лимонова? И задержали его возле собственного подъезда. Вот это задержание…

Л. АЛЕКСЕЕВА: Тоже незаконно абсолютно! Потому что превентивное задержание незаконно.

А. ОСИН: А скажите, Немцов призывал идти к Кремлю? Вот Евгений из Твери пишет, уж не знаю, откуда у него эта информация, вычитал ли где…

Л. АЛЕКСЕЕВА: Понимаете, я не была свидетелем его задержания, как вы понимаете…

А. ОСИН: Нет, имеется в виду — в ходе выступления, видимо.

Л. АЛЕКСЕЕВА: Вы про Немцова спрашиваете?

А. ОСИН: Да, да!

И. ВОРОБЬЕВА: Немцов, когда выступал со сцены.

Л. АЛЕКСЕЕВА: Конечно, нет! Нет! Я слышала его выступление. Нет, нет, нет! Единственное, что может не понравиться нашим властям, это единственный призыв, который он сделал – Путина в отставку! Но в любом нормальном государстве такие вещи не запрещаются и не наказуются.

И. ВОРОБЬЕВА: Людмила Михайловна, вот скажите – сейчас эти люди находятся за решеткой по административным наказаниям. Что вы будете делать? Что-то будете предпринимать в этом отношении?

Л. АЛЕКСЕЕВА: Да, будем предпринимать. Я себя корю за то, что очень давно уже существует эта практика – буквально по конвейеру людей, которые каким-то образом участвуют в митингах, пикетах, демонстрациях обвиняют по ложным показаниям милиционеров. Я об этом говорила на Общественном совете московской милиции, членом которого я являюсь, в присутствии Владимира Александровича Колокольцева — месяца два назад это было – и просила прекратить эту недопустимую практику, когда государственные служащие как под копирку лгут на суде, лжесвидетельствуют. Это растление милиции и растление суда, растление граждан, которые слышат. Я бы говорила об окончательной утрате доверия к нашему суду, если бы он без этого уже не утрачивал доверие граждан. Но сейчас мы это начнем делать. Мы начнем собирать свидетельства, вот такие, как есть по делу Немцова и Яшина, и мы будем просить людей, которые могут подвергнуться таким задержаниям, чтобы они все-таки заботились о свидетелях и о видеопленке, и подавать на этих милиционеров в суд. Может быть, это смешно, но таким образом… Я больше не сомневаюсь, что суд будет выносить с самого начала решения по поводу того, что ложные свидетельства недопустимы, тем более, со стороны государственного служащего, но у нас существует общественное мнение, мы будем предавать не только суду этих милиционеров, но гласности их поступки. И имена судей, и имена этих милиционеров! Слава богу, у нас существует интернет, и хоть немножечко независимых средств массовой информации! Мы будем это делать, мы будем их позорить до тех пор, пока это не прекратится. Вот как по  31-м было? Выходили-выходили люди, под дубинки выходили омоновцев, и, в конце концов, властям пришлось согласиться на митинги на Триумфальной площади. Вот так же мы будем делать с ложными показаниями милиционеров. Мы будем подавать в суд на тех милиционеров, которые дают ложные показания. Вы знаете, я была вчера на суде. Там двое свидетельствовали. Второй, ему наплевать, он мог говорить все, что угодно, у него такое понятие, как совесть, отсутствует.

И. ВОРОБЬЕВА: Людмила Михайловна, они действительно задерживали Немцова, или это просто разговоры, что задерживали?

Л. АЛЕКСЕЕВА: Откуда я знаю? Я не видала задержание.

И. ВОРОБЬЕВА: Но Немцов что говорил? Что это те самые милиционеры?

Л. АЛЕКСЕЕВА: Я его не спрашивала. Но это неважно, те или не те. А эти давали ложные показания. А другой буквально сквозь землю проваливался. Я понимаю, что ему было стыдно, ему было страшно. Но я уверена, что он воспринимал это как приказ начальства. Иначе зачем бы он брал на свою совесть такой грех – лжесвидетельствовать на суде?

И. ВОРОБЬЕВА: Спасибо большое, Людмила Михайловна! Я напомню, что у нас по телефону на прямой связи со студией была глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева.

Комментарии

268

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

ludmilla2007 05 января 2011 | 19:10

Что-то я не найду, где была Людмила Алексеева в октябре 1993 года?
Все вроде бы говорит правильно.
Но имеет ли на это право?
Где Вы были, Людмила Алексеева, в октябре 1993 года, когда президент расстреливал парламент?
Явно не с Синявским и Максимовым.
Хотя, Вы оказались умнее тех 42-х.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире