'Вопросы к интервью

А.ОРЕХъ: Ну вот, мощь нашего правящего тандема в «Русском бомбардире» восстановлена. Василий Уткин, Антон Орехъ.

В.УТКИН: Добрый вечер, добрый вечер.





А.ОРЕХъ: 23 часа, о, 11:11:11 как раз, сейчас была классика нашего жанра.

В.УТКИН: Да, нам в ноябре предстоит дата, состоящая из одних единиц, 11 ноября 11-го года.

А.ОРЕХъ: Да. И на будущий год еще тоже будет такое, 12.12.12 12:12:12.

В.УТКИН: Ну и так далее, в общем-то.

А.ОРЕХъ: А потом календарь майя – там уже все равно, что будет.

В.УТКИН: Это правда.

А.ОРЕХъ: Там уже в любом месте можно будет измерять – будут одни нули каждый день. Вот. 363-36-59 – наш телефон с определителем. Чем черт не шутит – может, сегодня он нам и пригодится для чего-нибудь. +7 985 970-45-45 – это для писем и газет. Есть еще плевок-vyzvon. Ну, это вот так вот, «собаку» называю. «Собака» – это для имейлов у меня, а для всяких твиттеров – это плевок-vyzvon. Это которые твиттером умеют пользоваться.

В.УТКИН: Не уважаешь ты твиттер, Орехъ.

А.ОРЕХъ: Ну, я не то, что не уважаю. Я неоднократно говорил, что я не знаю, что это такое, поэтому я не могу это уважать или не уважать. Вот, когда я опробую, допустим, и мне не понравится – тогда я буду не уважать. А когда опробую и понравится – тогда я буду уважать. А так я просто констатирую, что вы еще можете через твиттер нам посылать – и нам здесь видно.

А также у нас есть Сетевизор.

В.УТКИН: Сетевизор.

А.ОРЕХъ: Сетевизор, программу которого с сегодняшнего дня мы начинаем публиковать в «Семи днях» — вы можете прочитать теперь. В следующем номере «Семи дней», «Антенна». Какая еще есть? «ТВ Парк». Там теперь будет публиковаться программа Сетевизора.

В.УТКИН: Да. Ну а, в принципе, вы можете еще и просто смотреть на программу передач «Эха Москвы».

А.ОРЕХъ: В iPhone, в iPad и Android.

В.УТКИН: Все уже знают, что где-то в 23:10 начинается программа политических паразитов. Итак, к делу. С чего начнем?

А.ОРЕХъ: Да с чего хотите.

В.УТКИН: Тогда я начну, все-таки, с события, которое потрясло в первую очередь FaceBook и другие социальные сети.

А.ОРЕХъ: То есть тоже недоступно моему пониманию. (смеется)

В.УТКИН: Ну, тебе, возможно, недоступны. Я думаю, что, возможно…

А.ОРЕХъ: А тебе-то…

В.УТКИН: Нет, я участвую в чем-то, все-таки, да. Но дело не только в этом. Меня родители, например, спрашивали, просили выяснить, что к чему. В общем, многих, на самом деле, это взволновало. Очень показательно, мне кажется, событие, а именно то, что уже очень популярный сериал «Поэт и гражданин», а именно стихотворение Дмитрия Быкова, читаемое Михаилом Ефремовым, продюсируемое Андреем Васильевым…

А.ОРЕХъ: Ну, это даже я знаю.

В.УТКИН: Ну да, все знают. «Тряслися грозно Пиренеи», да? «Но Боже правый! В Судный день как сильно НЕФТЬ ПОДОРОЖАЕТ! Увы, не сыщется людей, чтобы воспользоваться ей». Хорошо, кстати, получается. Я не про себя, я вообще.

А.ОРЕХъ: Нет, ну и у тебя тоже неплохо получилось.

В.УТКИН: Ну, это так, это все пародия.

А.ОРЕХъ: Хорошо. Хорошо, все-таки, на талантливом материале выступать.

В.УТКИН: Так вот в этот понедельник или в воскресенье, когда там это происходит, новая серия не вышла. И для очень многих людей это стало не просто колоссальным разочарованием от того, что не вышла новая серия. Я, вот, тоже сейчас очень расстроился из-за того, что в Хаусе трехнедельный перерыв и я не могу посмотреть новую серию.

А.ОРЕХъ: Ритм жизни нарушился. Плюс любопытство, когда определенная неудовлетворенность.

В.УТКИН: Ну да. Но расстроились еще и из-за того, что, понимаешь, телеканал «Дождь» по их мнению скурвился. По их мнению, телеканал «Дождь» не оправдал их надежд, что, вот, и на «Дожде» тоже началась эта бодяга, то ли цензура, то ли самоцензура.

А.ОРЕХъ: Прогнулись, легли по власть.

В.УТКИН: Прогнулись. А то еще и испугались, может быть. Я хочу сразу сказать, что мы сейчас говорим именно о социальной реакции, которая коснулась, возможно, не очень многих, но тем не менее. Потому что, в принципе, телеканалом «Дождь», ее владелицей Натальей Синдеевой все объяснения уже даны. Это, в общем, понятно.

А.ОРЕХъ: Ну, объяснения – они вообще очень часто даются, и очень часто эти объяснения только усугубляют ситуацию. Они так ее не разъясняют. Иногда лучше просто даже и промолчать.

В.УТКИН: Безусловно. Но там все это… В общем, это некий, все-таки, тоже был элемент мужества такого, определенного, потому что все это можно было промолчать. Но суть не в этом. Вот, мне кажется, знаешь, что это очень показательная история в каком плане? Очень большое количество людей, которые смотрят телеканал «Дождь»... Я признаюсь честно, я его как телеканал никогда не смотрел. Мне случалось видеть в сети фрагменты передач, которые выходят на «Дожде». Вот, «Поэт и гражданин» тоже. Однажды я смотрел его на сайте «Дождя», но уже в записи, естественно, а не как просто передачу в эфире. То есть всяко бывало.

Мне кажется, что важно это разочарование. Разочарование людей, причем, ну, в общем, людей не самых простых, тех, кого мы называем интеллигенцией и так далее в том, что и эти тоже оказались слабоваты на передок, так сказать.

А.ОРЕХъ: Ну… Да, понимаешь, но тут, Вась, удобно с другой стороны занимать позицию: допустим, ни в чем не участвуя, в тебе никто и не разочаровывается. Вот, люди же – они не обиделись на другие каналы, которые, допустим, вообще и не пытались даже ничего такого показывать, которые, вот, что показывали (не говорим что).

В.УТКИН: Да. Потому что бывает наоборот. Бывает очарование: «Они это сказали!?»

А.ОРЕХъ: Ну, допустим, на Первый канал люди же при этом не обиделись за то, что он не показал «Поэт и гражданин»?

В.УТКИН: Зато вот сегодня Первый канал неожиданно вечером показывает, как чествовали Горбачева в Лондоне. И все сказали: «Боже мой, они решились!» Они сделали это.

А.ОРЕХъ: А было, кстати, это в программе?

В.УТКИН: В программе не было.

А.ОРЕХъ: Вот! Понимаешь?

В.УТКИН: Кстати, я не уверен, сегодня или завтра? Я просто увидел в том же самом FaceBook.

А.ОРЕХъ: Ну, вот, в общем, сам факт, что Первый канал показывает празднование. А мы же знаем, что Горбачев… Здесь как-то отметили скромно, решили не заострять. И это, в основном, ну, такие, западные торжества.

В.УТКИН: Никто не приехал. То есть приехало много народу, но те двое не приехали, и это единственное, что важно.

А.ОРЕХъ: А это главное. Собственно, как говорят, у нас же 2 слушателя, 2 зрителя, 2 гражданина и поэта одновременно. Собственно, ради них и ими же, и ради них же все и затевается.

В.УТКИН: Я вспоминаю, с какой иронией учительница истории рассказывала на соответствующем уроке, наша замечательная Евгения Степановна рассказывала, как, вот, родился русский театр при дворе царя Алексея Михайловича. И, в принципе, никто туда не ходил, а только одному Алексею Михайловичу, собственно, было интересно. Таким образом, это был не театр одного актера, а театр одного зрителя. Ему все улыбались. А, вот, на самом деле, в глазах практических всех, всех волнует, смотрели ли эти двое? Или кто-то один из них двоих смотрел, а другой не смотрел? И как интересно, почему? И как это раскалывает тандем? Или как это умножает тандем?

А.ОРЕХъ: Одному понравилось, одному – нет.

В.УТКИН: Да, совершенно верно. Или, возможно, прислали телеграмму, или, возможно, высмеяли. Ну, ладно, сейчас не об этом. Так вот, телеканал «Дождь», к чему мне хотелось бы вернуться, не показал. А ты знаешь, Орехъ, что мне сразу подумалось? Мне подумалось, что здесь есть одно очень интересное соображение, очень странный парадокс. Вот, если поверить, что прогнулся, да? Вот, для простоты. Если мы назовем это словом «прогнулся». Если мы не будем вдаваться в подробности, если мы не будем слушать объяснения Натальи Синдеевой, если мы не будем… Просто не будем ей верить, например, да?

А.ОРЕХъ: Что тоже возможно.

В.УТКИН: Абсолютно все возможно. Если мы говорим «Прогнулись», тогда возникает очень простой вопрос. Телеканал хотел, вот, они хотели, они думали, что это будет очень интересно. Это стало интересно, это стало событием эта серия «Поэт и гражданин», и вдруг говорят: «Нет, ну это давать нельзя». Их надежды разбиваются об жизнь, так или иначе, да?

А люди на них обижаются ровно за то же самое. Они надеялись, что вот он, глоток свежего воздуха, вот мы под дождем как та героиня «Я шагаю по Москве», да? «А просто летний дождь», ну и так далее. И вдруг оказывается, что они тоже… Понимаешь? Они тоже ударяются об жизнь. Получается, что, ударяясь об жизнь, мы обижаемся на тех, кто на наших глазах ударяется об жизнь. Мы обижаемся на них за то, что испытали сами.

А.ОРЕХъ: А наши любые чувства – они, в общем, с этим и связаны.

В.УТКИН: А почему, собственно, были такие надежды на телеканал «Дождь»?

А.ОРЕХъ: Ну, может, нам кто-нибудь что-нибудь это самое?..

В.УТКИН: А, вот, пишите нам об этом. Я пока хочу закончить эту мысль, потому что мне есть, чем ее закончить. Или мы потом ее закончим?

А.ОРЕХъ: Не, закончи. Если есть, закончи.

В.УТКИН: Ну, я хочу.

А.ОРЕХъ: Потому что, может быть, это с твоей точки зрения будет финальная часть, а это только начало новой дискуссии, более широкой.

В.УТКИН: Понимаешь, моя мысль заключается в том, что невозможно в таком деле как, вот, постоянное следование правде, какой-то совести и так далее, невозможность прогиба, тем более прогиба вот такого, по определению публичного. Повторяю, я здесь все говорю об оценках, об отношениях, о том, что происходит на самом деле, вот, в области взаимоотношений. Эти надежды, они обречены на провал. Потому что, вот, очень странно надеяться, что возникнет некий телеканал, который, ну, скажем, опираясь на который, состоится победа над неприятной всем властью. Почему? Потому что существует очень старая основополагающая, один из базовых сюжетов в литературе вообще и в искусстве: Давид побеждает Голиафа. Не другой Голиаф, выращенный, накаченный. Это невозможно. Давит побеждает Голиафа. Вот, Дмитрий же Быков продолжает писать свои стихотворения? Ему что-нибудь угрожает? Ему ничего не угрожает. Михаилу Ефремову что-нибудь угрожает, если он продолжит их читать вслух, допустим, по собственной воле?

А.ОРЕХъ: Ну, я надеюсь, что нет.

В.УТКИН: Очень трудно себе предположить, чтобы да. Соответственно, что-то мешает их выкладывать в YouTube простым человеческим методом? Миллион просмотров за неделю, я уверен, обеспечен. Так возникает вопрос…

А.ОРЕХъ: В качестве запрещенного продукта даже еще больше.

В.УТКИН: Возможно даже еще больше. Вопрос-то в чем? В том, что это телеканал, который огромное хозяйство, в который кто-то вложил свои кровные, где работают люди, которые тоже что-то бросили, чтобы сюда прийти. Они же талантливые, правильно? Или которые себя уже проявили. Этот телеканал люди, которые его делают, будут оберегать любыми силами. В этом природа большого дела.

А.ОРЕХъ: Вот… Ну ладно. Есть одна история, я сейчас ее не хочу.

В.УТКИН: И это не то, что они хорошие или плохие. А потому что в этом природа большого серьезного дела. Не согласен?

А.ОРЕХъ: Нет, я-то согласен 100%, потому что я недавно просто столкнулся… Я говорю, не хочу сейчас в подробностях эту историю рассказывать, но она была связана просто с подписанием одного из этих многочисленных писем там.

В.УТКИН: Правильно.

А.ОРЕХъ: И просто я потом столкнулся с другой… А это, вы знаете, молодой человек, — говорят, — это конформизм. Вот, человек – что ему угрожало в этот момент? Что? Ну, смерть, там не знаю, сошлют в Сибирь. Сейчас не 1937-й год. Человек испугался, пошел на какую-то сделку кого-то там, чего-то с чем-то со своей совестью, и подписал письмо. Он – конформист. Вот, он взял и поступил как конформист. Эти люди из «Дождя» взяли и поступили как конформисты. Они пошли не в пользу правды, а подумали, там – ты думал не про товарищей своих убитых, но пули бандитской не испугавшихся, а про дом в Жаворонках.

В.УТКИН: Домик.

А.ОРЕХъ: Домик в Жаворонках с коровкой и с кабанчиком.

В.УТКИН: Вот это очень характерно, потому что такие мысли (НЕРАЗБОРЧИВО). Вот, заметь, как много… Я извиняюсь, что я сейчас к футбольной проблеме обращусь, да?

А.ОРЕХъ: Тоже одна из тем недели.

В.УТКИН: Как много людей, да, обсуждали на этой неделе диалог Владимира Соловьева в твиттере с Романом Широковым, да?

А.ОРЕХъ: На мой взгляд, абсолютно бесцветный, кстати, диалог.

В.УТКИН: Бесцветный. Но там есть очень важная деталь, когда в какой-то момент… Ну, во-первых, смешно, что Владимир Соловьев объясняет Роману Широкову, что такое совесть. Это само по себе очень смешно, на мой взгляд. Но это ладно.

А.ОРЕХъ: В несмешных еще выражениях.

В.УТКИН: В несмешных выражениях, да, не изобретательных. Дело не в этом. Дело в том, что там была замечательная фраза, что вообще, вот, типа, сборной с вашим представительством поможет только комиссар с маузером в кожанке. Ну, что-то в этом роде – я сейчас деталей не помню. То, что сейчас по ходу в голову пришло.

Слушай, вот я много раз слышал эту фразу, что «вам поможет только комиссар в кожанке», ну, смысл такой, да? Никто себе этого никогда не желает.

А.ОРЕХъ: Комиссара – нет. Как говорится, Сталина. Вот, жалко, Сталина нет еще.

В.УТКИН: Да. Всегда говорят «Сталина на вас нет». Никто не говорит «На меня Сталина нет».

А.ОРЕХъ: О!

В.УТКИН: «Вот, сейчас бы мне Сталина, я бы сейчас расцвел».

А.ОРЕХъ: Как в прекрасном фильме «Дежавю»: «Ударь меня есчё раз».

В.УТКИН: Да.

А.ОРЕХъ: Когда помнишь он так, начинает приходить в себя? «Ударь меня есчё раз».

В.УТКИН: Вот именно. И, вот, отсюда мы делаем очень простой вывод. Все эти выражения – они синонимы выражения «Чтоб ты сдох».

А.ОРЕХъ: Ну, в принципе, да. Но другими словами. Нельзя сказать прямо, но…

В.УТКИН: Да-да-да. Вежливо: «Забодай тебя корова». Вот, «Сталина на вас нет» или, допустим, «Комиссар в кожанке к тебе придет! А ко мне не придет». (смеется) Фредди придет за тобой.

А.ОРЕХъ: Ну, ко мне-то что приходить? У меня-то нормально, все хорошо.

В.УТКИН: Это как раз понятие, обратное совести. Потому что совесть – это внутри тебя.

А.ОРЕХъ: А комиссар в кожанке – снаружи.

В.УТКИН: А комиссар в кожанке только снаружи.

А.ОРЕХъ: (смеется) Ничего не скажешь. Так, слушай, у нас есть некоторая проблема с сообщениями, потому что часть из них приходит в виде…

В.УТКИН: Сложных, да, искажений.

А.ОРЕХъ: Сложных формул, да, и, в общем, на санскрите. Но что-то там, какой-то еще сериал про Давидов и Голиафов, люди ведут некоторый спор. Пока ничего не могу прочитать такого, вот, чтобы прямо, что бы нужно было прочитать всем.

В.УТКИН: «Надежды на «Дождь» были хотя бы потому, что там появилась помощник судьи Васильева». Друзья мои, помощник судьи Васильева появилась, кстати, не только на «Дожде», но еще и в Газете.ру. И видеозапись там тоже вполне могла появиться. И я вас уверяю, вот все эти выражения, что появилась там – это все, конечно, характеризует телеканал. Но если вы считаете, что в другом месте не появилась бы, если бы не было «Дождя», это то же самое, что если бы Колумб не открыл Америку, мы бы до сих пор ее не знали.

А.ОРЕХъ: Ну или бы считали ее Индией далекой и прекрасной.

В.УТКИН: Или бы считали ее, да.

А.ОРЕХъ: Но, понимаешь, это люди требуют от других святости. Святости и, как тебе сказать, стопроцентной святости, чтобы человек был «непокобелим» от начала до конца, с понедельника по воскресенье, с нуля до 24-х часов, то есть чтобы человек был во всем, была абсолютно идеален. Вот еще одна история – кстати говоря, мне понравилась на этой неделе.

В.УТКИН: Извини, я хочу ответить на вопрос прямой. «Господа, не юродствуйте, — пишет нам Кощей, — «Дождь» называл себя свободным, элитарным, настоящим. И такой, вот, пук», — пишет Кощей. Кощей, это вы считали, что существует абсолютная свобода, это вы возлагали необоснованные надежды и так далее, и тому подобное. Это телеканал, он не является внешней совестью, он не является провозвестником истины, он является телеканалом. И ему присуще то, что присуще любому телеканалу, который является фабрикой, является огромным бизнесом. Это не хорошо и не плохо. Вы сталкивались когда-нибудь с выражением, что, вот, пока вы сами что-то не предпримете, за вас никто не предпримет. Точно так же и здесь: свобода не в телеканале, глупо так думать.

А.ОРЕХъ: Ну, это просто Кощей, он представляет нам рассуждения теоретические.

В.УТКИН: Ну, просто он бессмертный, он ничего не боится, понимаешь? В принципе, бессмертному можно было быть и умнее просто за все эти годы, мне кажется.

А.ОРЕХъ: Это просто мы до его яйца не добрались.

В.УТКИН: Хотя, возможно, какой-то новорожденный Кощей, который недавно живет.

А.ОРЕХъ: До Кощеева яйца не добрались.

В.УТКИН: Ну, я тебя перебил.

А.ОРЕХъ: Пока оно, яйцо на дереве, дерево на острове, что-то там еще, Кощею легко рассуждать. Но как только мы доберемся до яйца Кощея, вот тут пойдет совершенно другой разговор.

В.УТКИН: Кощея не пугай и хватит стучать по столу перед микрофоном.

А.ОРЕХъ: Ну, может, у него нет Сетевизора, тогда я тут эти, как это?.. Ну как-то свое присутствие еще усиливаю.

В.УТКИН: Это символизирует шаги по направлению к яйцу.

А.ОРЕХъ: Ну, такие, да, довольно торопливые. Была еще одна интересная, на мой взгляд, история, кстати говоря, связанная с упомянутой тобой темой, вот, что покажет Первый канал празднование юбилея Горбачева, в Альберт-холле уже состоявшееся. Там же была еще одна прекрасная попутная интрига – это арестуют ли Горбачева. Потому что известный диссидент Буковский потребовал его арестовать, вспомнив события 1989-90 годов – Вильнюс, Баку, Тбилиси. И арестовать юбиляра Горбачева, вот, собственно, на основании того, что он несет ответственность за те события и, строго говоря, он не освободитель, в качестве которого он прибыл, освободитель Европы, а в широком смысле даже освободитель мира, не разрушитель Берлинской стены, ну и не вот все вот это вот, что сейчас говорится и в честь чего, собственно, отмечается. А преступник. И когда это не получилось, Буковский стал говорить о том, что, вот, в худших традициях советской Фемиды, телефонного права, что не было достаточных оснований для того, чтобы вообще не рассматривать этот вопрос, а, вот, взять и скрутить Горбачева. Вот, хорошая же история. А вот как в этой ситуации быть?

В.УТКИН: Я думаю, что для начала мы должны напомнить, с каких оснований мы судим подобные истории. Давай сейчас сделаем короткую музыкальную паузу, а потом поговорим именно на эту тему.

А.ОРЕХъ: Давай.

(звучит песня)

А.ОРЕХъ: Это все вот темпераментный гражданин с IP 88.212.207.88, ну, я думаю, что я не такой страшный секрет выдал. Просто если вы нам шлете со своего компа все эти блистательные, я не сомневаюсь, и познавательные вирши, ну, я вас должен разочаровать – просто они до нас доходят в страшно чудовищно дешифрованном виде, поэтому прочитать мы это не можем. Но половина сообщений, честно можем сказать, ваши. Половина сообщений, которые в нашем центре сообщений, они от вас. Поэтому либо старайтесь как-то дешифровать свои записи, ну, либо просто послушайте нашу передачу сегодня. +7 985 970-45-45 – для смсок, вот этот плевок-vyzvon – это для твиттера. Сетевизор в iPhone’ах, iPad’ах и Android’ах.

В.УТКИН: И Android’ах, Google Android’ах.

А.ОРЕХъ: Да. Не забывайте, и в Android’ах еще же можно смотреть. Вот, у меня, например, есть мобильное устройство, которое принимает Android. Правда, там такой маленький экранчик…

В.УТКИН: Ну, вот, о Буковском.

А.ОРЕХъ: О Буковском. Ты понимаешь, вот, что в такой ситуации? А, вот, действительно, а как быть? Ну, что, Буковский – сумасшедший?

В.УТКИН: Да. Я думаю, да.

А.ОРЕХъ: Ну как? А с другой стороны, понимаешь, он же хороший человек, заслуженный, в общем, историческая личность – не каждого меняли на…

В.УТКИН: На Луиса Корвалана?

А.ОРЕХъ: На Корвалана, да.

В.УТКИН: Ну, нельзя же всех обменять на одного Луиса Корвалана. Это неравноценный обмен.

А.ОРЕХъ: Или он – хулиган и продолжает хулиганить. Ну, они же хулигана обменяли на Луиса Корвалана?

В.УТКИН: Да. Где бы найти Брижит Бардо, чтоб на Брежнева сменить.

А.ОРЕХъ: Да. Вот, как это? Вот это что? Хулиганство? Глупость? А с другой стороны, вот как назвать заслуженного, хорошего, порядочного человека – вот, как его назвать глупым?

В.УТКИН: Ну, я думаю, что он глупый. Мне так кажется. Правда. Потому что данный шаг – он может быть продиктован исключительно либо какими-то абсолютно абсурдными мотивами, либо желанием напомнить просто о себе. Потому что, ну, знаешь, ну, вот, на мой взгляд… Ну я не знаю, ну вот был случай, помнишь, Каддафи поехал в Нью-Йорк на сессию ООН или на какое-то ооновское мероприятие с шатром. Ну, с палаткой. Как это? С гитарой и с шатром как обычно. Так вот, понимаешь, когда, вот, уже пригласили, да? Когда уже… Понятно, что этому предшествовала некая работа, что приезжай – ничего не будет, грубо говоря, да? И это Каддафи. Это Каддафи, в общем, с которым все, в общем-то, ясно.

А.ОРЕХъ: По случаю которого сейчас мы наблюдаем столько всего интересного.

В.УТКИН: Да. Предположить, что кто-то может начать всерьез рассматривать вопрос об аресте Горбачева в день его юбилея, по случаю которого специально приглашен в Лондон… Прости пожалуйста, а почему нельзя этого человека назвать глупым в такой ситуации? Какая разница, что у него за плечами? Есть такое явление, старческий маразм. Оно бывает, оно случается. Не исключено, что и нас с тобой ждет. Рональд Рейган, например. Это называется «Болезнь Альцгеймера», например. Нет, я не хочу ничего сказать о Буковском. Я хочу сказать, что… Рональд Рейган – заслуженный человек? Заслуженный.

А.ОРЕХъ: Ну, конечно.

В.УТКИН: Но с ним это случилось. И никто от этого не застрахован. В данном случае, я думаю, что до этого еще не дошло. Ну а почему нужно опираться на какие-то, вот, былые там и так далее вещи? Место Владимира Буковского в истории, оно и не подлежит сомнению, его историческая роль. Но вот эта инициатива – она, я не знаю, как ее иначе охарактеризовать. То есть предположить, что англичане, предоставив Альберт-холл, пригласив 80-летие отметить, тут его и арестуют.

А.ОРЕХъ: Желательно прямо в ходе концерта.

В.УТКИН: Или хотя бы всерьез об этом поговорят. Ну, я не знаю, кем для этого нужно быть. Я просто не знаю. Я теряюсь в догадках.

А.ОРЕХъ: Ну, это, понимаешь, это просто сама по себе хорошая ситуация…

В.УТКИН: Чтобы напомнить о себе. Вот это уже не глупость – это, наоборот, это расчетливая, прекрасная вещь. Но тоже по-своему глупая, потому что, мне кажется, что умные люди по-другому об этом не подумают.

А.ОРЕХъ: Но с другой стороны, ты понимаешь, вот придет какой-нибудь человек, скажет: «Василий, но, ведь, были же Баку, Тбилиси, Вильнюс, никто же не расследовал всерьез, что там происходило». Может, он правда виноват. Сейчас мы говорим, что он – историческая личность. Вот, как Петр I – историческая личность, великий человек, Великий Петр.

В.УТКИН: Я вовсе не предлагаю к Горбачеву относиться однозначно. Я просто говорю, что предполагать, что в Англии в такой ситуации всерьез будут об этом разговаривать, полагать это – абсурд. Вот и все. Вот и все.

Опять-таки, уж если Буковский считает, что это преступление, Горбачев, насколько я знаю, довольно много ездит по миру. У него была куча возможностей и раньше поднять все эти проблемы. И сейчас есть, она сохраняется. Очень даже интересно.

А.ОРЕХъ: Может быть, он просто вспомнил еще и… Как же его звали-то? Мужик, который все время наши истребители арестовывал. Ну, помнишь, эта была?.. А, Нога, Нога, Нога.

В.УТКИН: Нóга, да. Фирма Нóга или Ногá, да.

А.ОРЕХъ: Ну, она Нóга, да, потому что он Гаон был, этот мужчина был Гаон. Фирма у него была Нóга, да. Но, в конце концов, мужик затерроризировал российское государство, там, по-моему, все-таки, как-то от него откупились, что, в общем, как-то его утихомирили. Потому что он совершенно не давал возможности нормально людям отдыхать. Мы привозим куда-то картины – тут же появляется этот дядя. И там же у него и сумма-то была какая-то не очень большая еще, при Черномырдине там за какие-то закупки накопленная. Но сразу Эрмитаж могли конфисковать, самолеты конфисковать. Он же хотел тогда наложить арест на президентский самолет, который, как выяснилось сегодня, и летать-то не умеет. Это тоже была замечательная история. Знаешь про самолет, да?

В.УТКИН: Да.

А.ОРЕХъ: Дмитрий Анатольевич, когда, совершив несколько рейсов, выяснил, что даже у президентского самолета он хромой на одну шасси. И сказал: «Да идите вы в баню, лучше купим 2 Аэробуса». Будет летать на 2-х Аэробусах. То есть… С другой стороны, ну и что, ну да, у одного оказалось шасси с браком. Но это же не повод ставить крест на всем автопроме.

В.УТКИН: Авиапроме.

А.ОРЕХъ: Авиапроме (это одна шайка). А автопром сегодня тоже был.

В.УТКИН: Автопром – да, на Ё-мобиле Путин катался.

А.ОРЕХъ: На Ё-мобиле Путин сегодня проехал. Ведь, это же, в принципе, конечно…

В.УТКИН: А человек, который купит себе Ё-мобиль, в праве сказать: «Ё моё».

А.ОРЕХъ: Ну, они под этим самым лозунгом и проходят.

В.УТКИН: Правда?

А.ОРЕХъ: Ну, это же очевидно.

В.УТКИН: Ой, видишь, как все просто? Я, кстати, хочу здесь прочесть одно сообщение, четверостишье. В общем, я не знаю, может быть и баян, но я слышу первый раз. «Чайка-сын к отцу пришел и спросила Чайка: «Папа, что там…» Ну, что там такое случилось? Ну-ка, отвечай-ка». Ну, не знаю. Я про эту историю мало знаю и вообще, по которым следствие продолжается я предпочитаю, все-таки, следить за развитием событий.

А.ОРЕХъ: Мало ли что там будет. Но это тоже замечательная, очень интересная история.

В.УТКИН: Крайне интересная.

А.ОРЕХъ: Крайне интересная. Она меня заинтересовала с самого первого момента, и я народу долдоню, говорю: «Ребята, если из этого что-то как-то разовьется интересное… Это, может быть, одна из историй года». А потом я чувствую, что, действительно, история года из этого выруливает, потому что, ну, чтобы так уже, вот… Ну, обычно же там какая-то подковерная борьба, эти борются с теми, мы узнаем – вот, включаем в субботу вечером Юлию Латынину в 19:00, нам рассказывают, как на самом деле было все.

А здесь то есть то обычно, о чем говорит Юлия Латынина и еще несколько людей посвященных, то есть следящих за всеми приводными ремнями, которые все эти механизмы вскрывают, то есть они круглосуточно все это мониторят, со всеми людьми общаются, благодаря этому все это знают, тут все это было абсолютно на поверхности. То есть вот это вот. Как их? Турбийоны или вот эти замечательные часы, у которых прозрачный механизм. Или сделали прекрасную гоночную машину (там Сан Саныч скажет точнее, как это называется) абсолютно прозрачной – двигатель, где у нее педали. То есть машина едет прозрачной, и человек прозрачный. Вот это такая же история, когда люди просто даже и не скрывают, что они друг друга этими вот обкладывают всеми частями тела и выливают эти…

В.УТКИН: Слушай, но точно также никто не скрывал этих игорных домов. Помнишь, мы с тобой еще в утреннем эфире работали и нам рассказывали потрясающую совершенно историю о том, как в подвале?

А.ОРЕХъ: Ну, тоже в Подмосковье, кстати.

В.УТКИН: Совершенно верно, да.

А.ОРЕХъ: Это было в каком-то Долгопрудном или где-то прямо в подвале УВД или ГУВД. В общем, там они играли.

В.УТКИН: У меня есть пара знакомых, которые, в общем, стали серьезными (ну, не в патологическом смысле, в контролируемом), но, все-таки, в общем, можно их назвать игроманами, чтобы просто не слишком долго искать слово подходящее. Оба они периодически давали себе эту отдушину (сейчас не знаю как), они прекрасно знали, где это, прекрасно знали, как туда попасть.

А.ОРЕХъ: Ну, смысл этой истории состоит в чем? Что все прекрасно знают, кому надо уж точно знают, как это сделать, а Дмитрий Анатольевич тогда прекрасно продемонстрировал, по-моему, тому же Чайке, сидя, разложив свой любимый iPad, набрал там какой-то сайт и, вот, на этом сайте – вот вам, пожалуйста, все адреса игровых клубов. Еще в прекрасном обрамлении кремлевской мебели…

В.УТКИН: А он подарил Чайке iPad? У него, наверное, iPad не было?

А.ОРЕХъ: Вот я сразу и высказал такое предположение, что поскольку они просто не умели пользоваться iPad, и не могли найти.

В.УТКИН: «Это я почему раньше был такой сердитый? Потому что у меня велосипеда не было», то есть iPad’а.

А.ОРЕХъ: Вот. И в iPad показал ему все эти адреса. Ну, конечно, понятно, что когда такая вещь функционирует, да еще в таких масштабах…

В.УТКИН: Чайка достал ручку, знаешь, такую, из кармана, щелкнул кнопочкой: «Позвольте-позвольте. Записали, да».

А.ОРЕХъ: Он говорит: «Я тебе распечатаю, господи. Есть же кнопка. Ну зачем списывать?» Еще карандашом, так, послюнявив его и за ухо потом заложив. Ну, понятно, что эта вещь функционирует. Понятно же другое, что не потому, что, вот, допустим, Следственный комитет хочет бороться за законность, выявить, и наступил при этом на хвост прокурорским работникам, а те, наоборот, они по другую сторону закона. Идет такая борьба со злом на наших глазах. Понятно, что, в общем, люди делят какие-то свои, другие интересы, вот эти, как раз нам непонятные. Но наблюдать за этим, вот когда совсем уже… Знаешь, как идет разведчик – он уже без всякой шифровки просто посылает сигналы в центр, что фашистские танки здесь. Ему отвечают: «Беги туда-то». И также: «Вот там сволочи такие, такие», отвечают: «Нет, сами вы сволочи», когда дает показания свидетель, ну, засекреченный. Есть такая процедура, потому что есть программа защиты свидетелей. А официальный представитель, комментируя выступление свидетеля в суде по делу, говорит, что такой бред даже не нуждается в комментарии.

То есть появляется представитель конкурирующего ведомства и, комментируя выступление свидетеля в суде, говорит…

В.УТКИН: «Чего тут комментировать? Бред».

А.ОРЕХъ: «Бред всякий непонятно какого мужика».

В.УТКИН: Нас смска вынуждает вернуться к теме Буковского и Горбачева. Пишет нам Вадим из Далласа: «А вам не приходило в голову, что у человека просто есть принципы? В России, к сожалению, это понятие нынче не в ходу». Вадим из Далласа, вот, вы знаете, вам как-то в Далласе, наверное… Вам кажется, что понятия по территориальному принципу распространяется. Вы смотрели, есть такой фильм, у вас, кстати, недалеко снятый, очень хороший фильм, называется «Человек дождя»? Вот там у того, который был брат-аутист, у него тоже были очень четкие принципы. У него весь день был расписан. Но это еще не делало из него какую-то высокохудожественную личность.

А.ОРЕХъ: «Кленовый сироп должен быть первым».

В.УТКИН: Да. «А палочек должно быть 8».

А.ОРЕХъ: Да. Три минуты до суда народа.

В.УТКИН: Чистая механика. Еще несколько вопросов. «А что у вас, Василий, за плечами? Конечно, все глупые. А вы?» Такое впечатление, что если… Ну, и что теперь, интересно?

А.ОРЕХъ: Во-первых, не звучало слово «все».

В.УТКИН: Если случилась несправедливость, то теперь что же, он теперь во всем остальном прав навсегда? Вы напрасно так думаете. Я, например, так не считаю.

А.ОРЕХъ: Это то, о чем мы с Василием говорим, кстати, сегодня вот уже 30 минут. Об идеализации. То есть сначала идеализировали, демонизируя канал «Дождь», который должен нести нам правду каждую секунду и не имеет права куда-то от нее отклониться. Теперь Буковского, которого любое слово, которое скажет, золото и принципы. Именно поэтому, ну, человек не может ошибиться, потому что он заслуженный. Ты узрел там что-то, да?

В.УТКИН: Да. Ну, мне просто пришла в голову шутка, но грубоватая. Я не буду ее выдавать в эфир. «В Европе к Горби неадекватное отношение. Вот и напомнило», — пишет Серж. Очень хорошо, Серж. А, вот, к Владимиру Буковскому в Европе отношения такого, я думаю, нет. Я думаю, что мало кто о нем помнит. Вот он и захотел, чтобы вспомнили. И, опять-таки, в общем, святое желание для политика. Почему нет? Очень даже интересно.

Ну хорошо. Мы хотели…

А.ОРЕХъ: Мы поставим скрипичный ключ?

В.УТКИН: Сейчас. Давай сначала тему объявим, потому что сегодня, все-таки, такой особый день, мы вас даже и не разыграли ни разу, да? А, вот, другие пытались, наверняка. Сегодня во многих СМИ были разные любопытные сообщения, первоапрельские так называемые. Ну, давайте в оставшееся время расскажите нам, пожалуйста, во что вы, ну, по крайней мере, сначала поверили? Напишите нам +7 985 970-45-45.

А.ОРЕХъ: Давай пару звоночков, может, примем?

В.УТКИН: Да, и пару звоночков мы тоже примем. А пока давайте послушаем песенку.

(звучит песня)

А.ОРЕХъ: Ну что? 363-36-59. Василий, вы владеете, помните еще, как работает этот гаджет.

В.УТКИН: Да помню. Я, вот, честно говоря, его не открыл пока. Вот сейчас открою. Звоните нам, пожалуйста, 363-36-59. Какие сегодня розыгрыши вам попались, в какие вы поверили? Или, может быть, не поверили.

А.ОРЕХъ: Ну, информационные лучше.

В.УТКИН: Да. Как вы рассказывали друг другу на работе, что спина белая, рассказывать не нужно – мы не это имели в виду.

А.ОРЕХъ: Ну, мы знаем, что это смешно, просто мы не будем тратить на это бесценное эфирное время.

В.УТКИН: Так и есть. Ну вот люди пока дозваниваются, вот, может быть, послушаем здесь. Вот нам звонит очаровательный дебютант. Алло, здравствуйте, как вас зовут? Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

В.УТКИН: Здрасьте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Владимир.

В.УТКИН: Владимир. Ну, расскажите, как вы сегодня попались на розыгрыш в каком-нибудь СМИ?

СЛУШАТЕЛЬ: Я прочел в газете «Аргументы и факты» о том, что в Москву приезжим надо будет гостевые визы открывать. И что на август, уже на июнь-июль-август-сентябрь уже закончились…

А.ОРЕХъ: Записались все, да?

СЛУШАТЕЛЬ: ...остается только октябрь и ноябрь.

В.УТКИН: Понятно. А вы нам откуда звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: Из Бендер.

В.УТКИН: Из Бендер. Понятно.

А.ОРЕХъ: А, то есть вам до сентября уже сюда к нам бы не удалось попасть.

СЛУШАТЕЛЬ: (смеется)

В.УТКИН: Ну хорошо, спасибо.

А.ОРЕХъ: Я понимаю. Это актуально может быть, да, в Бендерах.

В.УТКИН: Да. Московские визы. Что еще? 363-36-59 – звоните, пожалуйста.

А.ОРЕХъ: Я сегодня на сайте «Спорт сегодня» прочитал, что отменят штрафные круги в биатлоне. А поскольку я 1-го апреля никогда никого не разыгрываю, ну и меня не помню, чтобы когда-то разыгрывали, я совершенно спокойно отношусь к этому празднику. Ну, если человек, допустим, у него есть чувство юмора, оно у него должно быть в любой день. А если его нет, то 1-го апреля особенно смешно, конечно, себя выдавать.

В.УТКИН: Ну, 1-го апреля человека, как бы, можно разыгрывать безнаказанно, даже пользуясь какими-то средствами типа эфира.

А.ОРЕХъ: Это-то чаще всего и подводит, безнаказанность, как мы знаем. И потом я сообразил, думаю, господи, какие штрафные круги? 1-е число же.

В.УТКИН: Ну правильно. Алло, здравствуйте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Люба, я вам звоню из Германии, из Дармштадта.

В.УТКИН: О! Дармштадт.

СЛУШАТЕЛЬ: Вот я сегодня тоже купилась на это объявление в «Аргументах и фактах», которое за границей у нас выходит, тоже прочитала про эти визы в Москву, я обалдела.

В.УТКИН: Так вам-то визы в любом случае нужны. Или вы просто там живете?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет-нет-нет, мне не нужно, я просто сама из Москвы и я планировала летом домой приехать.

А.ОРЕХъ: А теперь все, да? В Дармштадте просто горевать теперь, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Вот. И я была в шоке, и мой муж немецкий тоже был в шоке – мы загоревали.

В.УТКИН: Прекрасно. Ну вот, спасибо вам большое за этот рассказ. Видишь, как действенно? Оказывается, ну, наверное, на самом деле, важно…

А.ОРЕХъ: Причем, в Бендерах и в каких разных уголках планеты.

В.УТКИН: ...чтобы розыгрыш затрагивал интересы самых простых людей, что называется. Это самые простые приземленные нормальные житейские интересы. Алло, здравствуйте.

А.ОРЕХъ: Да, вот эти вот шутки про инопланетян, которые высадились…

В.УТКИН: Как-то не прошло, да. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Михаил, Санкт-Петербург.

В.УТКИН: Михаил, на что вы сегодня купились?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, чуть не купился. Я, вот, дочитал до конца. Переднеприводный Мерседес выпускается.

В.УТКИН: Какой-какой?

СЛУШАТЕЛЬ: Переднеприводный Мерседес.

А.ОРЕХъ: Среднеприводный?

В.УТКИН: Передне.

А.ОРЕХъ: А, передне.

СЛУШАТЕЛЬ: Передне.

В.УТКИН: А что в этом такого смешного?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, Мерседес – он либо полный, либо задний привод выпускает, как правило.

В.УТКИН: А-а-а! (смеется) Я, честно говоря, сначала не понял.

А.ОРЕХъ: То есть, вы знаете, может, это и не шутили вовсе?

В.УТКИН: Да. Еще один звонок – к нам дебютант прорывается, я, извините, поэтому с Мерседесом побыстрее закончил. Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Сергей.

В.УТКИН: Сергей, на что вы сегодня купились?

СЛУШАТЕЛЬ: Я не купился. Я приехал сейчас из Москвы в деревню к себе и начал рассказывать ребятам такую историю. Значит, как бы, подколоть. И, значит, один другому звонит и говорит: «Слушай, там у нас в карьерах мужики прорыли прорубь и рыбы немеряно». Тот бросает все свои дела, прыгает на квадроцикл, хватает сачок, а карьеров там у нас штук пять, и за зиму никто не ходил – соответственно, снега там по пояс и выше. Вот.

В.УТКИН: А он уже вернулся оттуда?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, он вернулся. Он понял на третьем карьере, что попал.

В.УТКИН: Понятно. Ну, он не стал на вас так, по-деревенски-то вымещать?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет. (смеется) Он все понял, нормальный парень.

В.УТКИН: Ну, понятно. Ну, спасибо вам большое.

А.ОРЕХъ: Ну, это есть такая разновидность шуток, которая побуждает еще к определенному действию.

В.УТКИН: Да.

А.ОРЕХъ: То есть не просто сказать, что высадились, что теперь ввели визы и народ сидит в обалдении таком. А надо сказать, что, вот, надо проехать еще километра 3 и там рыбу бесплатно раздают…

В.УТКИН: Наверное уже не успеем принять еще один звонок, да? Посмотрим на смски, наверное?

А.ОРЕХъ: Давай.

В.УТКИН: Потому что их тоже насыпалось. Значит, здесь нам говорят, что… Да, непонятно. «Знакомая опоздала на работу, поверив в шутки любимого «Эха», что Медведев раздумал про летнее время и вернул стрелки», — пишет Диггер из Санкт-Петербурга. Ну, я вам скажу, заснула ваша знакомая. Это ж нужно чтобы сегодня она услышала. И что? Опять легла спать, что ли?

А.ОРЕХъ: Нет, это вера во всесилие просто. То есть будем как хошь, туда-сюда. Люблю, когда народ тусуется как в том этом…

В.УТКИН: «Аудиореклама на эскалаторе: «Ювелирный магазин объявляет скидку на бриллианты до 100%. Только в апреле. Количество предложений ограничено». Я думаю, что это опасно на эскалаторе. Могут люди и попадать.

А.ОРЕХъ: Могут и в обратную сторону побежать. (смеется)

В.УТКИН: «Меня никто не разыгрывал, потому что все знают, что шуток я не понимаю и сам шутить не умею. А если шучу, то от одного воспринимания моих шуток людей потряхивает». Ну, замечательно.

А.ОРЕХъ: Что само по себе 1-го апреля было бы уже неплохо.

В.УТКИН: «Услышала, что твиттер в России закрывают, потому что у людей из-за него развивается паранойя. Поверила», — написала Соня.

А.ОРЕХъ: Ну, я несколько читал таких исследований в другие числа года. На полном серьезе. Как всегда британские же ученые у нас отличаются исследовательским жаром. Китайцы чего-то хотели. Да, такое может быть. Понимаешь, должно быть очень похоже на правду и что-то совсем такое, утилитарное. Тогда есть шанс.

В.УТКИН: Ну что ж?

А.ОРЕХъ: Ну, в общем, вот так вот.

В.УТКИН: Именно так, да.

А.ОРЕХъ: 1-е апреля закончилось, завтра опять еще у нас будет 364 дня такой мрачной тоски.

В.УТКИН: Без юмора, да, мрачной действительности. И только по пятницам мы оставляем за собой право разыграть вас в любой из дней.

А.ОРЕХъ: Где-то да, так, дурака повалять.

В.УТКИН: Повалять дурака.

А.ОРЕХъ: Ладно. Ну все, до следующей недели. Счастливо.

В.УТКИН: До следующей недели. Пока.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире