'Вопросы к интервью
А.ОРЕХЪ: Он сказал: «поехали», а мы махнули рукой, звукорежиссер Николая Котов.

В.УТКИН: А мы политические паразиты – Василий Уткин и Антон Орехъ. Добрый вечер.

А.ОРЕХЪ: Добрый вечер, это 23:08:10, радиостанция «Эхо Москвы». Василий, что на этой неделе тебя поразило?

В.УТКИН: Я не удивился по поводу очередного поступка Владимира Вольфовича, а что удивляться, это ж столько раз происходило.

А.ОРЕХЪ: Иногда смеешься, а иногда посмотришь – правда, заколебывают такие вещи. Понятно, что не первый, понятно, что не последний…

В.УТКИН: Из-за того и держат человека.

А.ОРЕХЪ: Просто разных историй много уже по циклам можно разделить: Жириновский и женщина, Жириновский и секс-меньшинства и т.д. Ну не скотина же ты на это просто спокойно смотреть.

В.УТКИН: Нет, просто событий столько уже разных было, а ты выбрал для своей колонки именно это.

А.ОРЕХЪ: Понимаешь, есть же еще некоторые производственные процессы, мы не будем обо всей нашей кухне рассказывать.

В.УТКИН: Понятно.

А.ОРЕХЪ: Раз речь зашла, это же некоторое такое шутовство придворное, но оно же имеет продолжение. Когда шут шутил над батюшкой царем или над другими, все смеялись, но потом когда шута били тапком, потом все тоже смеялись.

В.УТКИН: Тебе жалко, что его не бьют?

А.ОРЕХЪ: Нет, мне не жалко. Просто такое циркачество рано или поздно заканчивается мордобоем, просто он нарвется на какого-нибудь человека…

В.УТКИН: Ты, что у него же охрана.

А.ОРЕХЪ: У него охрана какая-то такая…я думаю, бутафорская по большей части. Я не провоцирую, просто всякое бывает. Не нарывайся, зачем?

В.УТКИН: Сейчас многие к этому приходят, что не нашлось такого человека, который просто дал бы ему в табло. Интересно, господа, а вы бы хотели дать г-ну Жириновскому в табло? Напишите, пожалуйста.

А.ОРЕХЪ: Мне понравилась прямая линия в этот раз. Люди в студии все время что-то ржали. Что-нибудь скажет президент: они ржут и хлопают, причем даже невпопад. Позвонил этот дядька из затопленного Приморья, про которое забыли уже давно. И что ни скажут, все хорошо, все весело. Смотришь сегодня уже у губернаторов что-то там починено, налажено. Нам пишет гражданин, Паномер подписался, про Цоя хочет поговорить.

В.УТКИН: Это такая уже паранойя, о чем тут говорить? Серьезного не обсудишь ничего.

А.ОРЕХЪ: Вот, понимаешь, темы какие.

В.УТКИН: О том, что Цою прислали текст из…

А.ОРЕХЪ: Ну, да.

В.УТКИН: Кстати, прекрасный текст по этому поводу написал Игорь Мальцов.

А.ОРЕХЪ: Да, агент шведской разведки Гребенщиков.

В.УТКИН: Да, канонически Аквариум пишется с небольшим кружочком над буквой А, это шведская буква О. и ясно, что он агент шведской разведки.

А.ОРЕХЪ: Просто советские люди по-шведски не все говорили. Я хорошо помню, как нам в лагере наша вожатая рассказывала, что анекдоты про Василия Ивановича сочинили в ЦРУ.
Вот Федоров собирается подать в суд на журналистов за то, что они распространили его мысли по поводу того, что Цой был агентом ЦРУ. Он в прокуратуру вчера написал, что хочет получить по миллиону с каждого лжеца, который ему это приписал. И кто сумасшедший?

В.УТКИН: Я думаю, кстати, что сейчас будут возрождать сталинскую премию.

А.ОРЕХЪ: Ну, да, даже бюстики повсюду ставят.

В.УТКИН: Федоров, я думаю, получит эту премию.

А.ОРЕХЪ: Он ее уже с рождения заработал.

В.УТКИН: Он такой вклад сделал в нашу государственность.

А.ОРЕХЪ: Да, по самые помидоры.
У нас же на этой неделе хотели назвать улицу в честь советских хитро названных каких-то разведчиков. В честь героев СМЕРША.

В.УТКИН: Или, допустим, ВДНХ, станция давно уже называется ВВЦ, но многие все равно говорят ВДНХ. И говорят, что могут сейчас вернуть это название.

А.ОРЕХЪ: И я по старой памяти называю ВДНХ.

В.УТКИН: И я тоже называю это место так.

А.ОРЕХЪ: Потому что привыкли.

В.УТКИН: Привык, абсолютно без всякой мысли – без задней, без передней. Или улица Подбельского, никто не говорит: выйдем, пройдемся по Подбельского.

А.ОРЕХЪ: Так вот, по поводу Подбельского история была. Никто даже не знал, кто это, но все сразу стали на сторону защиты героя революции. Это одна из моих любимых историй: когда и герои революции – хорошо, и герои белого движения – хорошо.

В.УТКИН: Уже несколько лет собирают жители окрестных мест подписи против станции метро Войковская.

А.ОРЕХЪ: Давно.

В.УТКИН: И тут абсолютно никто не реагирует.

А.ОРЕХЪ: И тут у нас, с одной стороны, за царя, отечество, а с другой стороны, убийца царя Войков. И там даже рядом в честь Николая II могла бы быть какая-нибудь часовенка.

В.УТКИН: Мне в этом смысле нравилось переименование станции Щербаковская в Алексеевскую, я понятия не имел, кто такой Щербаков.

А.ОРЕХЪ: И совершенно не знал, кто такой Алексеев!

В.УТКИН: Не знал, кто такой Алексеев. Ну, поменяли, ну и Господь с ним. Мне кажется, мы на этой теме притормозили, мы же все-таки Всесоюзное радио, а мы тут про метро.
+7-985-970-45-45.

А.ОРЕХЪ: А пока песня.

В.УТКИН: А пока песня, да.



Музыкальная пауза.



А.ОРЕХЪ: Я люблю такие, милые…

В.УТКИН: А что там?

А.ОРЕХЪ: Это даже не очепятка, а Сергей пишет: даешь улицы загранотрядов!

В.УТКИН: Да.

А.ОРЕХЪ: Я люблю, спасибо, Сергей. Мы потихоньку пополняем наш запас, если, даст Бог, наша телега доедет до Нового года.
Ну, что, Василий? Что еще? Линия с президентом? Как она?

В.УТКИН: Я вчера смотрел почти полностью.


А.ОРЕХЪ: Угу.

В.УТКИН: Я до этого только большой фрагмент линии с президентом слушал, когда ехал в такси недалеко, таксист слушал, и мне неловко было просить переключить.

А.ОРЕХЪ: Бывает познавательно там.

В.УТКИН: Просто мне кажется, были более интересные передачи в это время. Я посмотрел с любопытством. 5 часов шло?

А.ОРЕХЪ: 3 футбольных матча подряд.

В.УТКИН: Примерно. Так вот, я хочу сказать, что меня удивляет какая-то второстепенность отзывов по этому поводу. Стала доброй традицией что-то говорить на выходе еще судьбоносное.

А.ОРЕХЪ: Да, это у нас тоже, информационная служба работает: что-то так все уныло, а они: подождите конца, какая-то финтифлюшечка будет. Раз и что-нибудь будет.

В.УТКИН: То освободили Ходорковского, потом уволили Карпова, а сейчас «Дождь» надо бы простить. И теперь провайдеры готовы оказать помощь каналу «Дождь».

А.ОРЕХЪ: Я тебе говорю, вчера они не были готовы, а сегодня они готовы.

В.УТКИН: А все почему-то комментируют шуточки Владимира Владимировича. Послушайте, ну, кому-то не нравится чувство юмора, оно у него действительно своеобразное. Во-первых, хорошо, что оно у него есть, а во-вторых, у человека не меняется чувство юмора.

А.ОРЕХЪ: Не протухает.

В.УТКИН: Да, если его нет, оно не появится. А тут что обсуждать, ну, немного солдатский у него юмор, брутальный такой.
Мне жалко, что эту бабушку не пустили, которая сказала «спасибо, Вова». Помнишь?

А.ОРЕХЪ: А, это с Дальнего Востока?

В.УТКИН: Да, ее не пригласили почему-то сейчас.

А.ОРЕХЪ: Там уже завязываются какие-то свои истории, это многолетняя сага.

В.УТКИН: Вот ты говоришь, смеются все. А вот Константин Ремчуков задавал когда вопрос, у него была такая серьезность. Я его давно знаю, он хорошо владеет языком, а здесь он подбирал слова.

А.ОРЕХЪ: А это психологический момент. Просто одно дело, когда ты один на один общаешься с человеком, и когда публично. Некоторое волнение, это нормально, наверное.
Понятно, что он готовился, 99% вопросов не спонтанные.

В.УТКИН: Хакамаду тоже обсуждали все наперебой.

А.ОРЕХЪ: Ну, тоже, что?

В.УТКИН: Такое ощущение, что нельзя изменить свое мнение, это как памятник В.В. Маяковскому, одним он всю жизнь нравится, другим он никогда не понравится. Про памятник не скажешь, но человек-то может изменить свое отношение? Путин в последние несколько месяцев действительно совершил несколько шагов, которые способны изменить к нему отношение – как в одну, так и в другую сторону.

А.ОРЕХЪ: В любую.

В.УТКИН: В любую, чему здесь удивляться-то?

А.ОРЕХЪ: Мне тоже не нравится такая история.

В.УТКИН: А вот какое впечатление в целом производит эта история с запретом на въезд с украинской стороны. У них же действительно ничего не осталось, какая-то видимость государства, у них армии, оказывается, давно уже нет.

А.ОРЕХЪ: Ничего нет. Нехорошо заниматься самоцитированием, но это просто моя давняя идея, я ее давно продвигаю. И она находит подтверждение. Говорили, берите пример с Украины, там народ борется за свободу. Я говорю, ребят, да они не вперед ушли. У них закончиться это может 2 путями: либо полный развал, все разбегутся.

В.УТКИН: На данный момент просто крах государства происходит.

А.ОРЕХЪ: Либо просто придет свой Путин местный, с любой окраской – национальной и т.д.

В.УТКИН: Путина пойди еще найди.

А.ОРЕХЪ: У нас же был некоторый раздрай во времена позднего Бориса Николаевича, потом пришел дядька такой незаметный, и когда Борис Николаевич сказал: своим приемником Владимира Владимировича Путина, это же первая реакция 9 людей из 10…

В.УТКИН: Кого?

А.ОРЕХЪ: Что? Кого? Тогда Интернет был не так развит как сейчас.

В.УТКИН: Он не сказал, я назначаю приемником, он сказал: я прошу проголосовать.

А.ОРЕХЪ: Ну, да, я уже не помню. Потом все кинулись искать какую-то информацию, он, оказывается, в ФСБ возглавлял эту, и администрацию президента. Тогда кто там чего знал? И кто мешает? На Украине тоже чисто теоретически появится такой человек. Я думал, там генерал устроит какой-то переворот. Но что там переворачивать? Ни армии нет, ни…

В.УТКИН: От военного переворота они накрепко застрахованы.

А.ОРЕХЪ: Да. Но, мне кажется 2 варианта.

В.УТКИН: Т.е. оказывается, Беркут был довольно военно-способным подразделением.

А.ОРЕХЪ: Да, потому он там и стоял у них. А почему Янукович, говорили, не раздавит как гидру эту бенедровскую армию, а потому что не может…

В.УТКИН: А потому что он добрый.

А.ОРЕХЪ: Да. А нечем было давить.

В.УТКИН: Батоном закидать.

А.ОРЕХЪ: Да.

В.УТКИН: А ты у Орлуши не читал?

А.ОРЕХЪ: Нет.

В.УТКИН: Ну, я вам полностью прочесть не смогу, т.к. у Орлуши там не все нормативное.

А.ОРЕХЪ: А иначе это был бы не Орлуша.

В.УТКИН: Да. Но я вам очень советую прочесть это стихотворение, наберите в Яндексе «Таксист, не говори со мной про Крым». Получите большое удовольствие.

А.ОРЕХЪ: Да. Да и правый сектор, как выяснилось, тоже такая дутая история, т.к. гнет там этих боевиков, ни отрядов, ничего нет.
Я думаю, там у них какая история. Они никогда не чувствовали себя отдельным государством, вот пересекаешь Украину, ну какая там заграница? Они-то чувствуют, что они за границей?

В.УТКИН: Очень многие чувствуют. Говорим с акцентом.

А.ОРЕХЪ: Довелось мне общаться с украинскими гражданами, никто не чувствует. У них совершенно другие приземленные заботы.
Я думаю, у людей действительно была проблема самоидентификации. А что теперь? Стоять за страну, если они даже не чувствуют, что была у них страна такая единая. Это ощущение, мне кажется, у людей даже не успело появиться.

В.УТКИН: Больше Франция.

А.ОРЕХЪ: Да. Очень как-то печально у них. И если уж вы сами даете себя на растерзание всем подряд.

В.УТКИН: Я тут на днях был на одной даче в гостях, большой дом, семья. И не было разговоров на политические темы, как только сели за стол вечером.

А.ОРЕХЪ: Пошло!

В.УТКИН: Сию секунду! Тут же про Украину. Совершенно неожиданно меня навели на мысль сразу несколько человек с разных сторон. Обрати внимание, украинские власти часто говорят об оккупированных территориях.

А.ОРЕХЪ: Угу.

В.УТКИН: Они никогда не говорят о людях, они говорят только о территориях. Ведь ни один же не съездил в Донецк, пока там не началась заваруха. Никого там не было.
Все это до такой степени мелко. И смешно.

А.ОРЕХЪ: Хотя грустно.

В.УТКИН: Да. Это же удивительно, но по сравнению с украинскими властями наши только о людях и думают.

А.ОРЕХЪ: О своих.

В.УТКИН: Как угодно говори. Это были паразиты.

А.ОРЕХЪ: Это мы.

В.УТКИН: До связи.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире