'Вопросы к интервью

Т.ФельгенгауэрЗдравствуйте! Это программа «Разбор полета», программа о людях, которые принимают решение, о том, как они эти решения принимают. У нас сегодня все будет не так, как обычно. Во-первых, программу сегодня для вас ведут Оксана Чиж, Татьяна Фельгенгауэр. Оксана, добрый вечер!

О.Чиж Доброго вам всем дождливого вечера!

Т.Фельгенгауэр Ой, к Сан Санычу готовишься? Добрый дождливый московский вечер! Ирину Воробьеву мы уже отправили. Но вы ее только что слышали в эфире«Эха Москвы». Мы решили ее отправить куда подальше. У нас — куда?

О.Чиж У нас сначала Омск, потом там длинный маршрут.

Т.Фельгенгауэр Не знаю, летают ли самолеты, но Ира попытается на свой, который унесет ее в Омск, чтобы она присоединилась а автопробегу нашему, который сейчас по городам и весям происходит. Поэтому Оксана Константиновна любезно согласилась присоединиться ко мне в программу «Разбор полета».

О.Чиж Чуть позже к нам присоединиться и наш гость – журналист, ведущий телеканала «Дождь» Павел Лобков. И, кстати говоря, сразу координаты нашего эфира телефон для sms в эфир +7 (985) 970 45 45. Для поклонников сразу: любимые фильмы, телепроекты, программы, и вопросы обязательно о тех самых решениях, которые принимались в течение жизни, которые еще принимаются и будут приниматься. Это все мы будем читать, самые интересные вопросы обязательно зададим. Не забывайте, что существует еще и аккаунт vyzvon в Твиттере, он тоже к вашим услугам.

Т.Фельгенгауэр Ну, а если вы вдруг каким-то невероятным образом – для меня это непонятно, как, — но вдруг вы не являетесь поклонником Павла Лобкова, или у вас нет вопросов к нему, то вы можете использовать телефон для sms в эфир: +7 (985) 970 45 45 с другими целями, потому что туда можно присылать ваши предложения: кого бы вы еще хотели услышать в программе «Разбор полета». За то, прямо скажем, долгое время, что мы работаем в эфире, у нас уже было много людей…

О.Чиж Многие уже образобраны.

Т.Фельгенгауэр Да, всех разобрали, со всеми полетали. Но понятное дело, что кого-то еще не успели позвать: кто-то не мог, кто-то сорвался, кто-то пока не решился. Но, если вдруг есть какой-то человек, которого вы просто жаждете услышать в программе «Разбор полета» и увидеть на экранах Сетевизора в той же самой программе, то пишите. Телефон для sms в эфир: +7 (985) 970 45 45. У нас тут будет такая вводная часть, конференция со слушателями, потому что, по-моему, если я ничего не путаю – а, мне кажется, я ничего не путаю, — за всю историю программы «Разбор полета» ни разу такой конференции не проводилось. То есть мы так, между собой как-то обсуждали: «А вот, было бы здорово, кого бы позвать?» Но хотелось и вас бы привлечь к обсуждению, кого из гостей вы бы хотели тут услышать.

О.Чиж Давай дадим обещание. Телефон для sms в эфир: +7 (985) 970 45 45. Присылайте свои варианты, кого вы хотите услышать в программе «Разбор полета». Мы создаем список…

Т.Фельгенгауэр Расстрельный почти.

О.Чиж Разборочный.

Т.Фельгенгауэр Разборно-полетный.

О.Чиж Скажем, из 15 фамилий, наиболее интересных.

Т.Фельгенгауэр Но вы только проверяйте. Может быть, эти люди уже были у нас.

О.Чиж Ну так у тебя память, наверное, хорошая. Ты-то их всех наперечет помнишь.

Т.Фельгенгауэр Ты чего! Ты не слушала наш утренний эфир с Сашей. Я сегодня перепутала все, что можно было, не говоря уже о том, что сам Плющев сказал, что у нас дневной «Разворот». Не-не, это у нас это заразное. Память у меня плохая, поэтому вы сами проверяйте.

О.Чиж Телефон для sms в эфир: +7 (985) 970 45 45, аккаунт vyzvon в Твиттере, и сайт «Эхо Москвы» echo.msk.ru — все это сегодня принимает ваши заявки, сегодня стол заказов работает.

Т.Фельгенгауэр Но недолго.

О.Чиж Но недолго. Обязательно к концу программы такой список мы создадим.

Т.Фельгенгауэр Вот сразу: «Ходорковского», — пишет Александр. Александр. Так был же Ходорковскийв программе «Разбор полета». Там почти двухчасовой у нас эфир с ним был.

О.Чиж А Татьяна Толстая была? Вот Вадим предлагает.

Т.Фельгенгауэр Татьяны Толстой не было. Вот кого не было – из тех составим список, обязательно покажем нашим продюсерам, подумаем, поговорим, обсудим. Вообще, честно скажу, иногда людиотказываются, не хотят приходить в эту программу. Такое бывает.

О.Чиж Поэтому сразу несколько вариантов предлагайте, чтобы мы ваши пожелания могли как-то удовлетворить и выбрать из круга пожеланий.

Т.Фельгенгауэр У нас Павел Альбертович Лобков, который с минуты на минуту доплывет до нашей редакции, потому что вот он уже прямо на подплыве. Он же у нас присутствует в записанном варианте, потому что мы, когда готовились к эфиру, мы посмотрели всякие разные его программыи времен НТВ, и уже на телеканале «Дождь», и надо сказать…

О.Чиж Широкого таланта человек.

Т.Фельгенгауэр Да, Павел Альбертович прекрасно выступает в эфире в разных качествах, в частности, он читает стихи, и иногда – собственного сочинения.

П.Лобков Ну, и немного личного. Оторвавшись от бумажки, президент сегодня сказал о 14-летних школьниках: Наиболее сложные задачи с наибольшим эффектом решили школьники от 14 до 17 лет. Это касалось космической отрасли, где они – цитирую: «Формировали космические аппараты». Сегодня пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков, что шлифовал свою речь президент до глубокойночи. И блогеры заметили, что президентский кортеж, очень напоминающий президентский в час ночи промчался в Кремль.

П.Лобков: тогда было так, что каждый принимал решение индивидуально.
Ода: Отныне и навсегда.

Посвящается последней ночи пред посланием.

На Храмовой горе в сакральном Херсонесе

Всю ночь горел огонь в его окошке.

Страничку Ильина и Брежнева немножко —

Все нужно уместить в священном тексте.

Из-за бугра под утро поползли

Сценарии зловещим тараканом.

Но школьники космическим тараном

России репутацию спасли.

Белеет стопка школьных сочинений,

Стучится в дверь сбежавший капитал,

Нас не отбросит Гитлер за Урал,

Ведь много нестандартных есть решений.

Две строчки приписал и труженник села,

Абзац принес консервативный предок,

В час ночи он допишет напоследок:

Важны сосудисто-сердечные дела…

О.Чиж Стихотворение было написано в конце прошлого года. Это декабрь 2014 года. И, чтобы было понятно, это такой симбиоз творчества и ремесла, потому что это, знаете, такая история, которая была приурочена к Посланию президента Федеральному собранию декабрьскому.

Т.Фельгенгауэр И прозвучало это, соответственно, в выпуске новостей, который Павел Лобков вел на телеканале «Дождь». Он уже прямо совсем близко, поэтому мы ждем…

О.Чиж Слышим плеск весел о волны…

Т.Фельгенгауэр Практически. Я пока поотвечаю вам, потому что очень много сообщений приходит с разными предложениями, кого позвать. Вера предлагает позвать Евгению Марковну Альбац. Вера, это очень хорошее предложение. Единственно, что у нас же, видите, мы пересекаемся по эфирам, то есть это должно быть какое-то записанное интервью, которое мы поставим, когда Евгения Марковна в отъезде, в отпуске или где-то еще, но это надо пометить обязательно, что этот «Разбор полета» надо записать.

Тина Канделаки была.

О.Чиж А нравится ли тебе идея с господином Милоновым, например?

Т.Фельгенгауэр А почему бы и нет? Наверное, можно съездить в Санкт-Петербург и записать с ним такое интервью. Не уверена. Может быть. Ройзман был. Михаил Прохоров был совершенно точно.

О.Чиж Конечно, завораживает идея с Павлом Дуровым. Это, действительно, было бы ужасно интересно.

Т.Фельгенгауэр Кто оплатит нам билеты до Нью-Йорка.

О.Чиж Океан разделяет нас.

П.Лобков: Я придумал, заниматься «Растительной жизнью», чтобы быть в стороне от всего. Такая внутренняя миграция
Т.Фельгенгауэр Хочется услышать Красовского Антона. Услышите в «Особом мнении», ну, может быть, в «Разборе полета» тоже.

О.Чиж Смотри, какой интересный дуэт предлагается нам в одной эсэмэске: Якубовича и Януковича.

Т.Фельгенгауэр Прекрасно! А вот мне нравится очень формулировки: «А слабо Вакарчука пригласить?» Нам никого не слабо пригласить. Вопрос, прилетит ли господи Вакарчук для этого, или вы оплатите нам поездку в Киев? Вот мне интересно: выездные интервью, как по вашему, должны происходить? Дмитрия Быкова предлагают сразу несколько людей. Кстати, его, насколько я помню, небыло в программе «Разбор полета».

О.Чиж Был ли в ней Константин Райкин?

Т.Фельгенгауэр И Райкина тоже не было, если я ничего не путаю. Впрочем, несколько эфиров меня не было. Но ты меня подменяешь обычно, поэтому, если у тебя не было Райкина и у меня не было Райкина, скорей всего его не было в программе.

О.Чиж Не было.

Т.Фельгенгауэр «Можно не кривляться?» Нельзя не кривляться. Навальный был. Пиотровский был.

О.Чиж Вот прогрессивная часть у нас предлагает: Дмитрий Спирин, группа «Тараканы».

Т.Фельгенгауэр Замечательное предложение. Ну, даже не знаю. Константин Эрнст. Я бы с удовольствием с огромным, но дело в том, что не всегда отвечают согласием.

Венедиктов был. Олег Басилашвили – ой, очень хочу! Готова поехать в Санкт-Петербург,чтобы записать этот «Разбор полета».

О.Чиж «Супер было бы – позвать Михаила Жванецкого», — пишет один из наших слушателей.

Т.Фельгенгауэр Да, я просила, очень-очень просила Михаила Жванецкого к нам в эфир на эту программу, но что-то пока не получается. Михаил Горбачев был в программе «Разбор полета». Ксения Собчак была. Наталья Синдеева была. Белковского, по-моему, не было, если я ничего не путаю, Виктора Шендеровича, по-моему, тоже не было. Чичваркина не было, но вы понимаете, что для того, чтобы записать «Разбор полета» с Евгением Чичваркиным, надо будет опять же куда-то в Европу выезжать или конкретно в Лондон.

Так, Абдулатипова, по-моему, не было. Евгения Киселева, насколько я помню, тоже не было. Каспаров… Не в России, друзья! Присылайте, пожалуйста, предложения людей, которые находятся как-то территориально чуть-чуть ближе. Ну, правда, сложно же.

О.Чиж Готовы ли вы к «Разбору полетов» с Эдуардом Лимоновым…

Т.Фельгенгауэр Он был, и это был совершенно фантастический «Разбор полета» с Эдуардом Лимоновым, да. И прекрасно и замечательно. Явлинский, Орешкин. Маша Гайдар. Еще раз: можно тех, кто находится на территории Российской Федерации и желательно еще и в Москве. Ну, правда…

Бастрыкина – замечательное предложение! Про Ройзмана я уже сказал, что он был. Иосиф Кобзон, Анна Нетребко, Владимир Мирзоев.

П.Лобков: Я не люблю, когда ко мне на эфир опаздывают, и сам ненавижу опаздывать
О.Чиж Дмитрия Пескова просят.

Т.Фельгенгауэр Дмитрий Песков – да я бы не против.

О.Чиж Вопрос: против ли Дмитрий Песков.

Т.Фельгенгауэр Да, не то чтобы часто ходит на эфиры, извините. Юрского, по-моему, не было, если я не путаю. Валентина Петренко, кажется, была,но я не уверена. Пархоменко. Сергей Борисович у нас был, нет? Не припомню.

О.Чиж Нет, я боюсь, в программе «Разбор полета» – нет.

Т.Фельгенгауэр Да, мне тоже кажется, что нет.

О.Чиж Олега Табакова вот Павел из Дубны хочет увидеть за этим столом.

Т.Фельгенгауэр Я бытоже с удовольствием. «Нельзя ли записать передачу по телефону?» Нет, Максим, такие передачи по телефону совершенно точно записывать нельзя, потому что теряется всякий смысл. Нет контакта визуального, барахлит связь. И целый час слушать в телефонном качестве…

О.Чиж Ну, и кроме того, совершенно другой разговор, когда человек сидит напротив вас и можно ваши вопросы ему все-таки как-то передать.

Т.Фельгенгауэр Незнаю, вообще, не телефонный разговор.

О.Чиж Ох как замахивается Владимир: Никиту Михалкова хочет в программу «Разбор полета».

Т.Фельгенгауэр Да, было бы прекрасно.

О.Чиж Было бы мощно: вместе с «Бесогон ТВ».

Т.Фельгенгауэр Можно еще раз «Паука?». Нет, нельзя.

О.Чиж А был, да?

Т.Фельгенгауэр Был, конечно.

О.Чиж Как же это было?

Т.Фельгенгауэр Это было фантастически! Песни пели, стихи читали. О! Павел Альбертович пришел!

П.Лобков Я не люблю, когда ко мне на эфир опаздывают, и сам ненавижу опаздывать. Но с Пушкинской площади я шел пешком.

Т.Фельгенгауэр Мы чаю попросим вам горячего принести.

П.Лобков Нет, не надо…

Т.Фельгенгауэр Ну, хорошо.

О.Чиж Это было последнее решение ка раз, которое вы принимали: оставить машину и идти пешком.

П.Лобков У меня нет машины. Я бы свою не кинул, потому что не кинешь среди улицы. Я просто из такси вышел и все.

Т.Фельгенгауэр И оставили таксиста…

О.Чиж Мокрый насквозь Павел Лобков пришел к нам в студию.

Т.Фельгенгауэр Ну что, тогда мы начинаем программу «Разбор полета» о решениях, которые герои принимают в своей жизни. Павел Лобков, журналист, ведущий телеканала «Дождь» и у нас есть первый традиционный вопрос.

П.Лобков Здравствуйте!

О.Чиж Традиционный вопрос у нас такой. Самое сложное решение, которое наиболее тяжело вам давалось, в котором вы больше всего сомневались, были какие-то метания – это что было за решение?

П.Лобков Я думаю, это та самая знаменитая Пасха, «кровавая Пасха» 2001 года, когда НТВ прекратило в том виде, в котором оно было, свое существование, вошло в плотные слои газа, атмосферы. И тогда вопрос такой стоял: оставаться там или уходить на ТВС? Но, когда я выяснил, что у тебя избушка ледяная, а у меня лубяная, то есть люди, которые уходят на ТВС – на самом деле на ТВ-6… Борис Абрамович Березовский уволил под это 300 человек – как-то подумалось сразу, что «вы такие замечательные здесь, носители свободы слова, а ради вас увольняют 300 человек в никуда просто». И, тогда я вернулся обратно.

О.Чиж Так себе моральный выбор.

П.Лобков Ну, я бы сказал, да. Поэтому я говорю про сложноерешение. Поэтому лучше будет мне плохо, но я буду, по крайней мере, сидеть на своем месте, никого не сгонять с него. Я тогда придумал, что я буду заниматься «Растительной жизнью», чтобы быть, вообще, в стороне от всего. Такая внутренняя миграция.

Т.Фельгенгауэр А, когда стало понятно, что на ТВС вы не хотите из-за того, что…

П.Лобков Я узнал об этом. Через день или через два это произошло.

Т.Фельгенгауэр Вот после того, как вы узнали, не было такой развилки, что не НТВ возвращаться, а куда-то еще?

П.Лобков А еще-то — не было ничего. Дело в том, что 2001 год все-таки. Тогда этих медиа не было новых. То есть они рассматривались как очень несерьезные все. Не было… Там Олег Борисович Добродеев был бы счастлив, чтобы к нему пошли, но такой быть переходящей тряпкой в руках, которую вывесят на некоторое время, помашут ей, потом о нее будут вытирать ноги, потому что перебежчиков никто не любит ни с той стороны, ни с этой… Об этом очень любит рассказывать наш президент.

Т.Фельгенгауэр Но, все-таки возращение обратно на НТВ буквально через несколько дней как восприняли и те, кто ушел на ТВС, и те, кто остался на НТВ?

П.Лобков Абсолютно спокойно. Потому что тогда было так, что каждый принимал решение индивидуально. Вот эти коллективные, стадные походы, они были, они не привели ни к чему хорошему. Потому что все-таки в такие моменты нужно всем поодиночке, наоборот, мне кажется.

О.Чиж А не было среди тех, к кому вы вернулись, таких настроений: Ха! – злорадных – вернулись!

П.Лобков: Преклоняюсь перед Синдеевой, на ее бы месте я уже эту лавку под названием «Дождь» я бы закрыл раз двадцать
П.Лобков А мне параллельно, потому что, во-первых, я специально же себе придумал «Растительную жизнь». Если хочешь работать – работай. Придумай себе работу и ее работай. Придумай себе работу, которую больше никто работать не будет и не умеет. Вот я себе такую придумал работу и ни с кем не пересекался практически.

О.Чиж А само название «Растительная жизнь» — это был такой немножко стеб?

П.Лобков Ну,издевка, конечно.

Т.Фельгенгауэр То есть это такой бесконечный кукиш в кармане.

П.Лобков Это бесконечный кукиш в кармане, и надо сказать, что он был просчитан совершенно четко.

Т.Фельгенгауэр Новы в своем решении остались верны.

П.Лобков Конечно.

О.Чиж А с какой реакцией он был прочитан?

П.Лобков Ну, такой типа: Вот, и не можем не… но мы все понимаем – начальство. Ну как? «Мы не можем не дать, но мы все понимаем, почему он это сделал». Всегда из двух вариантов лучше всего получается третий. Так у меня редко в жизни бывало.

Т.ФельгенгауэрНо тут-то, я так понимаю, особого третьего варианта и не было.

П.Лобков Нет, это и был третий вариант. Как раз то, что я выбрал, это был третий вариант.

Т.Фельгенгауэр Такая небольшая внутренняя эмиграция.

П.Лобков Конечно. Назло вам буду копать лопатой.Буду весь в какашках сверху донизу. А вы такие все красивые, все такие политические, все такие в галстуках, все такие… про свободу слова – а мы тут…про морковку.

О.Чиж Но про внутреннюю эмиграцию – этот самый третий вариант – он же, как правило, вообще, заканчивается неким глобальным отказом и от первого и от второго. Вот у вас есть серьезнаяспециальность. Если некуда было идти в этот момент, то всегда можно захлопнуть дверь в журналистику и вернуться…

П.Лобков Вернутся, можно бизнесом заняться. Я не знаю. Бизнесом пробовал заниматься – у меня не получается. У меня таланта нет. Бизнесмен – это талант, прежде всего. И этого огромная нужна уверенность в себе, какая-то паталогическая. Вот тебя хлестали по всяким щекам, всяким другим местам, а ты все равно шел вперед, падал, потом поднимался – опять шел. Я не обладают такими индивидуальными качествами.

Я поэтому преклоняюсь перед Синдеевой, потому что на ее бы месте я уже эту лавку под названием «Дождь» я бы закрыл раз двадцать уже на моей памятью. Я преклоняюсь просто перед ее стойкостью, потому что были такие моменты, что просто уже вилы, как говорится. И, когда, например, решение продолжать и в каком-то другом месте – в квартире даже сидели, изящно декорированную под студию – ну, казалось бы, все уже. Человек продает дом огромный, человек продает бизнесы… человек продает все, что есть, и вот эти дети… Мы там ходим чего-то… во всяком случае делает вид, что мы работаем, ну в смысле, что приносим прибыль, потому что я не знаю, приносим мы не приносим… Но стойкости я завидую. Такие, конечно, решения, которые принимает Синдеева, мне, конечно, не по силам.

Т.Фельгенгауэр Но, с другой стороны, оставаться на «Дожде» вопреки всему, что происходит с телеканалом, это же тоже решение.

П.Лобков Ну это решение связано с тем, что я, во-первых, приклоняюсь перед Синдеевой, действительно. И бросать ее просто невозможно в такой момент. А момент все продолжается и продолжается, «а старушки все падали и падали…». С другой стороны, там комфортно, там свободно, там хорошо.

О.Чиж Но вот вы говорите, что бизнес – это такая история, когда нужно быть готовы, что упал— поднимайся, стискивай зубы, иди вперед, и будь готов, чтобы завтра начинать все сначала. А журналистика разве не так? Мы последние годы живем в реальности, когда ты работаешь в каком-то медиа – я не про «Дождь» даже – и вроде как сегодня в нем белые, а завтра пришли красные, и выясняется, что нужно всей редакцией увольняться.

П.Лобков Я не уверен, что красные придут на «Дождь», потому что красные любят большое бабло. Красные в другое, наверное, место придут, где бабла побольше. И потом, красные не любят проблемы, а мы, в общем, из тех людей, которые красным создают проблемы. То есть, если они к нам придут, то толку от нас, как от паршивой овцы шерсти – а визгу будет, я вам хочу сказать – ой, сколько визгу будет! Они обойдут стороной. Они постараются сделать так, чтобы мы как-то сами: эвтаназия такая финансовая, чтобы мы сами задохнулись… «костлява рука голода». Нас окружат, как известный город, будут стоять под стенами, а мы будем там… Это вот да, это они могут. А так прийти – зачем им? Боже мой! Что они с нами могут сделать? Нас же можно только на переплавку.

Т.Фельгенгауэр Если вернуться к работе на НТВ, в эти кризисные годы, когда канал переживал сложные времена, там решение – все, вот есть «Растительная жизнь».

П.Лобков Да.

Т.Фельгенгауэр И вы для себяприняли решение… как долго это может продолжаться?

П.Лобков Вот я это называл «Растлительная жизнь», потому что это продолжалось долго – 6 лет. Но я еще делал материалы для «Намедни», потому что появился Леня. Он там тоже появился странно. Он с красными пришел. Но то, что он делал в «Намедни», то, каким оказался потом Борис Йордан – он оказался, наверное, лучшим менеджером из тех, что я видел в своей жизни телевизионным. Ну, так получилось. Он у нас учился телевидению, а мы у него учились все-таки менеджменту, потому что при Гусинском, конечно, это все напоминало большой штетл, анархическую конструкцию. А с Йорданом и с «Намедни» все как-то выстроилось. Хорошо, что и там какие-то политические материалы делал. «Землю попашешь,попишешь стихи».

А, когда «Намедни» кончились, стало скучно, потому что в «Максимум» программу не пошел. А «Намедни» кончились не случайно, потому что они сами уже вырождались в программу «Максимум» внутри себя. Было уже понятно, что будет все там — ацетоны,НЕРЗБ, землееды – замечательно! И рейтинг хороший давали. Внутри «Намедни», когда начал вычленяться этот ядовитый червь под названием программа «Максимум», уже тогда как-то перестало хотеться сильно. Еще года два я поработал в новостях и уехал в Питер.

Было очень хорошо. Было замечательно. Там пришел Ковальчук к руководству «Пятого канала». Он давал деньги не вмешивался. Ровно до 8-го года. И мы делали все, что хотели. А денег было очень много. Мы ездили в командировки, снимали документальные фильмы. Делали всякие программы.

О.Чиж Это вот растлительная жизнь как раз, когда графика точного нет и можно позаниматься творчеством, как хочется.

П.Лобков Мы очень много работали. Просто у нас было очень много денег, у нас не было комиссара. В 8-м году прислали комиссара, и все мы оттуда ушли. А там народу было очень много. Там Кирилл Иванов, которого самая большая числом группа, мои ученики – Олег Исаков – многие работают у нас на «Дожде» сейчас. РодикЧепель, в общем никто не пропал из тех, кто были на «Пятом канале».

О.Чиж А где вам комфортнее работается: в Санкт-Петербурге или в Москве?

П.Лобков Знаете, те два года были, конечно, золотыми абсолютно, с 6-го по 8-й. У нас была удивительная совершенно команда, которую возглавлял все-таки Лев Яковлевич Лурье. И все наши молодые журналисты были из его гимназии. Им не нужно объяснять, кто такой писатель Фаулз или что такое генная модификация, и чем Иван IV отличается от Ивана III в отличие от других компаний, где мне приходилось работать. То есть эти два года были совершенно золотыми.

Т.Фельгенгауэр Решение уехать тогда в Санкт-Петербург было продиктовано тем, что в Москве стало скучно?

П.Лобков Нет, просто мне позвонил Лурье, позвонил Саша Матвеев, тогда генеральный продюсер, и обрисовали мне ситуацию, что дают федеральную кнопку, выходит на федеральную кнопку. Ковальчук это дело взял, дал кучу денег. Нужны всякие люди, потому что есть возможности – канал пустой.

Народу много туда пришло тогда с разных каналов. Не то чтобы зарплаты там были какие-то такие. Сказали так: давайте такие зарплаты, как на НТВ, ни больше, ни меньше, чтобы не было спекуляций. Знаете, неприятности: переманили, сладкий кусок какой-то показали – нет, просто те же зарплаты. Конечно, в Питере работать лучше. Вообще, лучше работать там, где есть команда, где есть команда хотя бы из десяти человек, которые делают одно внятное дело, и которые, в общем, находятся на одном уровне образованности НЕРЗБ это совсем уже. Такое только в Питере, кстати, встречается – синдром токсичного образования. В Питере очень долго учатся, очень много, а работать не умеют, поэтому все время учатся, и зачастую НЕРЗБ – это тоже проблема в Питере.

Вот, когда это нет, когда складывается команда где угодно хоть в Перми, хоть в Пензе — не важно-просто это редко складываются так звезды, редко пасьянс такой складывается.

О.Чиж А вы готовы за командой такой хорошей, «умеренно образованной» – я назову это так в кавычках – и именно командой с большой буквы – уехать в любую точку мира.

П.Лобков Да, конечно. Я просто сейчас не вижу такой. Но на «Дожде» такая сейчас есть, мне кажется. Наверное, у вас на «Эхе» такая есть. Мне кажется, на «Медузе» такая есть команда у Тимченко.

Т.Фельгенгауэр Ну они и уехали, собственно.

П.Лобков Да, мне кажется, есть насколько таких команд, УЖК как раньше говорили: уникальный журналистский коллектив. То есть, когда это не сумма, а произведение. Когда это не арифметическая сумма людей, а когда их совместный результат дает уже произведение, то есть геометрическая прогрессия.

Т.Фельгенгауэр Сейчас делаем перерыв буквально пять минут. Это программа «Разбор полета». Главный герой этой программы Павел Лобков, журналист, ведущий телеканала «Дождь». Мы к вам скоро вернемся, а вы можете нам присылать вопросы на номер +7 (985) 970 45 45

НОВОСТИ

Т.Фельгенгауэр Продолжаем программу «Разбор полета». Павел Лобков, журналист, ведущий телеканала «Дождь». У меня вопрос в принципе про решение стать журналистом. У меня в семье живой пример того, как с биофака человек может попасть в журналистику и стать военным обозревателем.

П.Лобков Да, знаю таких людей хорошо.

Т.Фельгенгауэр Есть такие живые примеры.

П.Лобков Есть такой живой пример. А очень легко. Потому что было определенное чувство нереализованности, что ли, в начале 90-х. Плюс журналистика тогда была одной из главный профессий, можно сказать. И она только тогда начиналась, по большому счету, вот та, которую мы воспринимаем, журналистика. А я сидел у микроскопа, считал какие-то клетки, митохондрии. И было ощущение, конечно: что-то не так.

Там было рядом «Пятое колесо». Все на Петроградской: Ботанический институт, «Пятое колесо». Там были замечательные люди. Там был Миша Баркан, там Была Беэлла Алексеевна Куркова, которая всех брала. И вот как-то вот так, постепенно. Решение было как-то однозначно, понятно было сразу, что просто невозможно. Когда вокруг тебя все происходит, бурлит, вот эти революции все, — и сидеть у микроскопа просто нельзя, невозможно было.

Как я понял, я, в общем, не очень сильно ошибся, потому что мне пришлось бы уезжать, конечно, чтобы заниматься своим биологическим делом в какую-нибудь Голландию, потому что потом начался кризис научный и людипросто там фактически уже сидели, пили чай с печеньем, — которые не уезжали. Потому что ты не мог ничего делать: у тебя не было ни реактивов, ни оборудования, ничего хорошего.

О.Чиж А не пожалелини разу? Потому что в «нулевые» могло сложиться обратное ощущение, что это биолог, пожалуй, профессия поглавней, чем журналист.

П.Лобков У нас никогда такого не было, потому что у нас нет культа этого дела. У нас пытаются сейчас в Сколково, какие-то создать, в Курчатнике, но у нас нет до сих пор нет такой вот DreamTeam, о которой мы говорили, может быть, за исключением одной-двух – вот Курчатнике и Сколково, которые DreamTeam, — которая бы работала в области клеточной инженерии. У нас все-таки очень разрозненные люди. Они, в основном работают там, приезжают сюда – публикуются, здесь преподают – потом опять уезжают туда, потому что DreamTeam — все там все-таки.

Не потому у нас провал в науке, что там нет денег или чего-то — я не знаю, как эти явления связаны друг с другом, — но у нас нет, что называется тех команд, которые у нас уже научились складываться и в бизнесе, научились складываться в журналистике, вот потому что этих команд мечты у нас в науке нет.

Т.Фельгенгауэр А в научном сообществе команда складывается так же, как в журналистике?

П.Лобков Конечно.

Т.Фельгенгауэр То есть принцип всегда одинаковый.

П.Лобков Конечно. Все по одним правилам.

Т.Фельгенгауэр И если говорить про решения в науке, вы для себя какой путь выбирал: какой-то такой, классический бюрократический, или куда-то вперед, к открытиям, прорывам и революциям?

П.Лобков А я не знаю. В науке нет бюрократического пути. Это уже ненаука. У нас комсомольцы этим занимались, которых профессора наши очень гнобили успешно, потому что они терпеть не моги комсомольцев. Комсомольцу было очень сложно сдать, например, какой-то экзамен, потому что гнобили, потому что не любили советскую власть и этих выкормышейкагэбэшно-капээсэсных.

Т.Фельгенгауэр А вы тоже гнобили, Павел Альбертович?

П.Лобков Не гнобил, они где-то рядом, по касательной проходили, но профессора их не любили, потому что профессора все в основном из генетиков, а там же все, в общем, пострадали сильно от советской власти. И поэтому, когда эти румяные комсомольцы прут – их в вовремя останавливали, скажем так. Нелегко им было на биофаке. И на истфаке было легче – вот на гуманитарных. Там им было легче, там и профессура была более сговорчивая. А на биофаке им тяжеловато было, поэтому к нам не ломились, у нас такое бюрократического особо пути как бы и не было.

О.Чиж А вы-то на биофак, с какими мыслями шли? Была же какая мечта.

П.Лобков Получить Нобелевскую премию. Как! Ну как? А как же.

О.Чиж О! За что?

П.Лобков Ну, за что? Пересадку генов каких-нибудь. Но все уже получено, не мной, правда, но все уже получено.

О.Чиж Но направление мыслей было правильным.

П.Лобков В принципе мы в 83-году уже понимали все, по большому счету, когда еще все ломились в компьютерщики, что называлось потом IT-индустрия, уже все понимали, что компьютеры все-таки останутся— основные разработки— в 20-м веке, а 21— й век – это будет все-таки век клеточной инженерии. Так оно пока и складывается.

Т.Фельгенгауэр Нет, все-таки не понимаю, почему же решили остаться, когда можно было уехать.

П.Лобков Наука это монашество, это схима. Это ты должен заниматься чем-то для людей очень сильно-сильно непонятным. Потому что люди начинают понимать, что ты сделал… ну, примерно популяризировать открытие современное монжогода три-четыре спустя после того, как оно сделано, потому что… ну, сложновато. То, что сейчас делается, вот эта система CRISPR/Cas– это редактирование генома. Во многом, это, кстати, Михаил Левин, наш специалист много делает – на Западе. ДжениферДудна, которая получила за это Мильнерповскую премию – 3 миллиона. Там лучше Мильнеровская сейчас, чем Нобелевская, и она уже приближается по почетности Нобелевской — BreakthroughPrizeкоторая. Вот это сложная история, но ее уже можно рассказать. Она 12-го года, вот ее уже можно рассказывать – ее люди поймут. А то, что делается сейчас, понять невозможно.

Т.Фельгенгауэр А вам, что важно, чтобы можно было рассказать?

П.Лобков Конечно. Мы тщеславные люди все. Тщеславие, может, не дало мне этого, потому что наука требует самопогружения и монашества, это схима.

О.Чиж А тогда это не переносится на журналистику?

П.Лобков Для журналистики это нормально.

О.Чиж Не бывало такого, что у вас замысел, но вы понимаете, что никто это не поймет.

П.Лобков Журналистика – наоборот. В этом и заключаются способности, чтобы рассказать понятно о непонятном, будь то политика, наука или какие-нибудь общественные какие-то отношения.

О.Чиж Ну это в большинстве случаев. А вот бывало у вас такое, что у вас есть в голове проект, но вы понимаете, что как-то рано, сейчас это не поймут и не готовы это увидеть.

П.Лобков Да много таких проектов есть. Они в голове – ждут. Ну как «Растительная жизнь» ждала своего часа. Ведь мы были первой программой – это страшно себе представить – на российском телевидении, которая занималась вот этим, что называется в кадре дизайном. Моя шеф-редактор Наташа Мальцева, она же потом отпочковалась и сделала «Квартирный вопрос», первую программу в России, которая про ремонт.Это трудно, вообще, представить, что она была первая, а это была первая.

Сейчас их на каждом канале по 10 штук, потому что они страшно выгодны: у них есть спонсоры. У меня тоже была выгодная программа. Даже страшно представить, что это было впервые. Вы понимаете, что значит, впервые? А до этого были такие вот, скучные. Тетки седели, матрены такие: «Лягушки прыгнули, березка распустилась – пора картошку сажать». И вот они сидят такие и рассказывают… на ведре на эмалированном. А вот, чтобы это было живо, динамично и по-современному – это мы впервые с Наташкой сделали. Много еще чего такого лежит, ждет, а потом вдруг возьмет и выстрелит или не выстрелит. Я не знаю.

О.Чиж А как вы понимаете, когда оно выстрелит?

П.Лобков Вот мы в этом году решили поехать по России с Сашей Филипенко. Это идея была Синдеевой. А мы сразу поняли, что выстрелит.

О.Чиж А это чутье? Что это такое, инстинкт?

П.Лобков Не знаю. Инстинкт, конечно. В науке бывает… Наука, кстати, более рискованная вещь. Потому что, сколько можно потерять на удачно телевизионном проекте? Ну, скажем там, ну десятку тысяч долларов. А если ты в науке неверную экспериментальную схема заложил – а там мыши у тебя, виварий, реактивы, секвенаторы – год. Это до миллиона можно потерять долларов при неудачном выборе экспериментальной схемы, когда вдруг окажется: а я забыл вот здесь сделать контроль или здесь надо было делать не эту конструкцию, а эту, и так далее. Может быть, и миллион и год.

О.Чиж И, видимо, дальнейшие перспективы найти спонсора когда-то на свое исследование.

П.Лобков Нет, почему спонсоры? Это грант. Это провтыканный грант просто. Очень много таких случаев. Провтыканный грант просто.

Т.Фельгенгауэр Меня преследует, конечно, молекулярная биология. Секвенирование буквально вчера обсуждали.

П.Лобков Планирование там гораздо серьезнее в науке, чем в журналистике.

Т.Фельгенгауэр Если вспоминать ваши всякие журналистские амбиции, предложения, идеи и прочее, часто приходилось отстаивать свое решение, что будет именно так?

П.Лобков Знаете, мне повезло. У меня понимающее начальство всегда. Я, как правило, работаю в тех компаниях, где не нужно доказывать слишком сильно. Если я понимаю, что мне нужно что-то слишком сильно доказывать, и по каким-то кабинетам стучаться и уговаривать, объяснять попроще, тогда я ухожу просто.

Т.Фельгенгауэр Прийти с комиксами: Я вам нарисую.

О.Чиж Печатными буквами.

П.Лобков С НТВ ведь я уходил уже практически в 2011 году. Мне стало очень сложно объяснить, что делаю, хотя рейтинги были хорошие. Меня все время просили, чтобы было проще и желтее, а я уже не мог проще и желтее делать про науку документальные фильмы. Я в любом случае собирался оттуда уходить, но меня опередили и выгнали раньше, о чем я совершенно не жалею. «Как будто нож целебный мне, — как говориться, — отсек страдавший член» — Александр Сергеевич Пушкин.

О.Чиж А отказываться часто приходилось от каких-то предложений на телевидении?

П.Лобков Вы знаете, я всегда работаю ту работу, которую я сам придумываю и работаю. Самое лучшее. Были подлые предложения. В свое время, Бэлла Алексеевна Куркова, которая закрыла «600 секунд», — страшно сказать – предлагала мне выйти в виде ведущего измененных «600 секунд», который будут правильные «600 секунд», согласованные с Анатолием Александровичем Собчаком.

Т.Фельгенгауэр Идеологически выверенные.

П.Лобков Я, конечно, послал подальше. И позвонил Саше Невзорову. Сказал: «Саша, такая история. Только ни в коем случае не думай, Саша, что я тебе очень сильно люблю. Я тебя терпеть не могу. Но просто то, что мне предлагают сделать, это еще гаже. Это выходит в эфир. Я тебе об этом сказал, чтобы ты просто об этом знал. Я не выйду». Потом нашлись люди, которые вышли.

О.Чиж А вот, что касается людей, которые нашлись. Алекс вас как раз спрашивает: «А как вы относитесь к бывшим коллегам, которые пристроились, подстроились к власти?»

П.Лобков Я никого не могу осуждать особенно сильно, потому что я всех пытаюсь понять. Я пытаюсь понять Диму Киселева. Я знаю, что у него в жизни были очень серьезные испытания – я не хочу о них говорить – очень серьезные испытания, связанные и со здоровьем – его жизнь висела на волоске, конечно. Каким он стал после этого, во много объясняется теми испытаниями, которые он пережил.

То же самое относится и к Аркаше Мамонтову. То же самое относится и к Боре Корчевникову, которые все мои коллеги. Я не могу их сильно осуждать, потому что я знаю, что за каждым этим переломом стоит очень серьезная личная история, очень серьезные личные испытания. Вот знаете, как примерно каждый из них прошел свою гражданскую казнь с переломом шпаги над головой в каком-то смысле – в смысле здоровья, в смысле еще чего-то.

У нас как раз была по этому поводу дискуссия буквально позавчера в Питере, Когда собралось много народу. Там Пархоменко был Сережа и Витя Шендерович. Витя мне сказал: «Я не могу тебя понять. Ну как ты все прощаешь?». Я говорю: «Витя, ты знаешь, у меня такого не было момента, чтобы меня жизнь преломала, переехала. Я не могу их судить. Потому что вот эти люди – многие из них – их переехала жизнь, конечно, в какой-то момент». И вы знаете, что многие в такие моменты становятся и религиозными и истово верующими, многие становятся прогосударственными. По-всякому бывает. Поэтому я не согласен с ними, но швыряться в них…

Т.Фельгенгауэр Можно.

Журналистика – наоборот. В этом и заключаются способности, чтобы рассказать понятно о непонятном
П.Лобков …из говномета я не собираюсь, честно говоря.

Т.Фельгенгауэр У меня вопрос про решения относительно будущего в журналистике, потому чтотут все сложнее и сложнее. Я понимаю, почему вы не уходите с «Дождя». Вы объяснили, что есть Синдеева, есть команда. Если вдруг – не дай бог, мало ли что – вы решаете, что все, с «Дождем» — все?

П.Лобков Тогда с телевидением – вообще все. У меня тогда с телевидением – вообще все.

Т.Фельгенгауэр Ага, то есть нет «Дождя»— нет телевидения.

П.Лобков Нет, вообще все. Ну посмотрите: поляна вытоптана. Ну, куда? РБК?

Т.Фельгенгауэр Народ уезжает в другие страны.

П.Лобков Ну, в какие другие страны? Далеко ли он уезжает? На перуанское телевидение? Так я, извините, перуанского не знаю.

О.Чиж Но, вообще, «Растительная жизнь-2».

П.Лобков На Первом канале? Не хочу. Были предложения. Не хочу. Понимаете, уже надоело все. Потом, вот эти два сиквела. Вы не любите сиквелы смотреть? Я не люблю. Вот эти «Крепкий орешек-8», «Рокки-225». Ну, это никому не интересно, эти сиквелы. Вообще, это пораженческая позиция – сиквелы. Уходить в сиквелы – это пораженческая позиция. Буду что-нибудь искать. Я не знаю. Будем решать проблемы по мере их возникновения. Может быть, буду, как Маяковский писал, в баре девушкам подавать ананасную воду. Я ж не знаю, может быть, из меня получится хороший официант.

О.Чиж Мне кажется, что это работа мечты, если честно.

Т.Фельгенгауэр Нет.

О.Чиж Почему?

Т.Фельгенгауэр Ты так работала?

П.Лобков Я в Америке подрабатывал когда-то.

О.Чиж Я работала официанткой где-то в районе первого-второго курса…

П.Лобков Я в 87-м году работал в Советском Союзе официантом.

Т.Фельгенгауэр Ладно, друзья, все там окажемся, чего уж там!

П.Лобков Таксистом я не буду, потому что машину не вожу.

О.Чиж А я думала просто, потому что моветон. Тут же разговор с таксистом сразу возникает как жанр и это уже как-то немножко пошло.

П.Лобков Нет, я не умею водить машину. Потом, сейчас таксистов больше, чем журналистов стало. Непорядок.

Т.Фельгенгауэр И фотографов.Павел Альбертович, скажите, а в целом, если посмотреть на решения, которые вы принимали в течение жизни, вы их принимаете, скорее эмоционально или все-таки стараетесь…

П.Лобков Первое решение самое правильное. Первое слово дороже второго, как в детском саду говорили.

О.Чиж А первое решение как возникает?

П.Лобков А никак, из головы.

О.Чиж Проходит там сложную систему контроля: за, против?

П.Лобков Нет, это все потом. Наступает момент, когда онооправдывается. Для этого существуют разные изысканные технологии, как оправдать это решение, аргументировать, преподнести его себе, прежде всего, и тогда уже можно и другим объяснять тоже.

Т.Фельгенгауэр То есть вы даже не советуетесь ни с кем?

П.ЛобковТакие моменты невозможно это делать. Зачем?Я знаю людей, которые советуются годами так уже, ходят и советуются.

О.Чиж Ошибки ведь у всех бывают, вы себе в них признаетесь илипредпочитаете: все – забыли?

П.Лобков Да, себе – да.

О.Чиж На грабли повторно умеете наступать?

П.Лобков А кто не умеет.

Т.Фельгенгауэр Есть просто люди, которые с удовольствием еще ходят по ним постоянно.

П.Лобков Нельзя два раз войти в одну и ту же воду, но можно несколько раз вступить в одно и то же говно, правильно? Здесь, в этом смысле возможности неисчерпаемы.

Т.Фельгенгауэр Это точно. Круг общения как-то меняется с годами, с учетом того, что происходит?

П.Лобков Вы знаете, мне на «Дожде» сейчас так хорошо. У нас молодые профессиональные ребята. Они и симпатичны, несут новую культуру в смысле хипстерскую культуру: кеда пойти, куда податься и так далее. С другой стороны, я узнаю от них о существовании других книжек и фильмов, о которых бы я не узнал раньше.

Т.Фельгенгауэр А царей, Иванов отличают друг от друга.

П.Лобков Все в порядке у нас. С Иванами все хорошо там. И я, извините, не совсем в коротких штанишках, мне уже 48 лет скоро будет, а когда меня окружают 25-летниме мальчики и девочки – то совершенно другой опыт. Поэтому мне совершенно не хочется оттуда уходить, потому что они получают от меня что-то такое фундаментальное, а я от них – какую-то хипстату. Про всякие модные, как теперь говорят, «креативные площадки по созданию новых смыслов в рамках мероприятия».

О.Чиж Что-что? Что сейчас произошло.

Т.Фельгенгауэр Да, это такаяфишечка этих вот хипстеров.

П.Лобков Хипстаты, да. Они всеговорят: НЕРЗБ. На «Дожде» они уже перестают говорить НЕРЗБ.

Т.Фельгенгауэр Вы для себя принимали какое-то решение, что вот я буду брать над ними шефство, научу их? Или вы стараетесь вообще не вмешиваться?

П.Лобков Конечно. Они сами развиваются очень хорошо.

Т.Фельгенгауэр Мало ли. Если вы видите, как человек раз за разом в одно и то же…

П.Лобков У нас будет «Большая перемена» второй сезон с 8 по 21 августа. Там у нас будет группа: Я, Маша Макеева, Тимур Олевский, и Лика Кремер – нас четверо будет педагогов. Мы из своих групп будем доводитьдо финала. У нас много, кстати, Ребят работает из «Большой перемены» прошлого года. Сейчас скажу: раз, два, три, четыре – пять человек.

О.Чиж Как вы внутри какого-то коллектива понимаете, что с этим человеком я буду работать, а с этим не буду?

П.Лобков Это феромоны, это химия, как любит говорить Владимир Владимирович.

О.Чиж Но это несправедливо.

П.Лобков Как несправедливо? А жизнь вообще несправедлива.

О.Чиж Там, может быть, человек с громадным талантом, но он вот интроверт, закрытый такой.

П.Лобков А что интроверт делает на телевидении?

О.Чиж Раскрывается, борется с собой.

П.Лобков Интровертам делать нечего на телевидении. Для этого есть пишущая пресса, для этого есть другая журналистика, для этого естьрасследовательская журналистика. Телевидение же все-таки поверхностная журналистика. Глубокие телевизионные расследования – это что-то, знаете, из области мечты.

Т.Фельгенгауэр Объясните мне, как человек, который собирался бороться за Нобелевскую премию, который понимаем всю необходимость глубокого и тщательного анализа, занимается поверхностной работой так успешно и так, в общем-то, давно?

П.Лобков Я не говорю, что это вообще поверхностно, но по отношению к тому, что делается в пишущей и расследовательской журналистике, конечно, телевидение поверхностное. Сравните. Ну это условие бизнеса, это условие жанра.

Т.Фельгенгауэр Вам пришлось перестраиваться со своего научного склада ума, фундаментального подхода?.

П.ЛобковКонечно. Потому что иногда хочется еще, еще данных, еще наложить корзинку, чтобы какую-то гипотезу… еще где-то. На это не хватает времени, как правило, потому что иначе темауйдет, или нужно заниматься какой-то вечной «зеленкой».

Как в «Новой газете» про это ФСБ. Понятно, что люди годами это копали, куда-то откладывали в отдельный ящичек: а вот это у нас будут дома КГБ эти на Барвихе. Вот откладывали, откладывали…Ящичек уже перестал закрываться, распух совсем, — и тогда опубликовали. Потому что там видно, что не специально кто-то счел и за неделю это сделал.

О.Чиж А вот этот научный рефлекс – вам с ним серьезно приходится бороться, когда хочется больше, глубже, глубже?..

П.Лобков Он вполне используется. Прежде всего, чему я благодарен своему научномупрошлому – это умение поставить правильный вопрос. Потому что это половина дела,когда ты правильно поставишь вопрос, правильно сформулируешь вопрос. И правильно… что называется, материалы и методы, то есть схема эксперимента илисхема исследование, то есть запланировать…

О.Чиж Научный метод.

П.Лобков Да, вот если с этим подходить, то все даже срастается. Потому что, системность такая… Вот у меня, например, подружка одна, она в РГГУ занимается сейчас исследованием городских мифов как отражением государственной пропаганды. То есть это городские мифы, начиная, можно сказать, с 20-х годов по наши дни. Она их собирает сейчас активно и пытается анализировать, как этот миф эволюционирует. Вот там подход совершенно правильный: миф, как биологический вид. Как он видоизменяется, мутирует, приспосабливается к новым условиям, обрастает новыми деталями старый контент. То есть понятно, что воруют детей. Потому что, что самое ценное? Дети. Кто ворует детей? Понятно, что в 48-м году воруют евреи. Евреи воруют детей из колясок, потому что переливают кровь евреям богатым…

О.Чиж А дальшеличность вора постоянно меняется.

П.Лобков А в 80-е годы, конечно, воруют цыгане детей и продают их, естественно, уже на органы. То есть, есть этот городской миф, и он каким-то образом эволюционирует: дети и чужие. Это наши дети и всегда кто-то чужой. Чужие— разные. Это вот научный метод. Это вполне изящная работа. Я уже предвкушаю, что у нее будет вполне изящная работа.

И мы тоже стараемся применять такие методы, то есть эволюционный метод в анализе каких-то событий. Метод какой-то классификации, чтобы в систему ввести. Получается иногда изящно.

Т.Фельгенгауэр Но не всегда.

П.Лобков Не всегда, естественно.

Т.Фельгенгауэр Вопрос тут есть, настойчиво прямоспрашивают. Задают про Ботанический сад,который вы поддерживаете.

П.Лобков В Петербурге да, поддерживал, я бы так сказал. Потому что сейчас у меня возможностей меньше, я меньше езжу. А, конечно, когда мы ездили с «Растительной жизнью»,то я из каждой поездки привозил чемоданами орхидеи. Да, было такое.

Т.Фельгенгауэр Но это то, что не оставило из первой профессии.

П.Лобков Ну, может, не может оставить. Ну как? Орхидея – это же прекрасно. Потом, они маленькие, поэтому их можно сразу много…

О.Чиж Так какие же они маленькие? Там такие же есть… с человеческий рост.

П.Лобков Такие не привозишь, а в основном-то они кустиками не крупные… И главное, что их безкорней можно, то есть без земли можно: снять с ветки, отряхнуть этот субстрат, в газету замотать и везти. Так же вот розу не повезешь.

Т.Фельгенгауэр Слушайте, а у нас почему-товсего одна минута осталась до конца эфира неожиданно. У нас последний вопрос тоже есть традиционный: Над каким решением вы сомневаетесь сейчас, над чем раздумываете в эти дни?

П.Лобков Сейчас? Вот этот проект «Ездим дома», которые мы две серии сняли, мне пока непонятно, как мы будем его продолжать. Я вот сейчас размышляю над тем, как это организовать так, чтобы оно было легко и приятно.

Т.Фельгенгауэр Не меняя формата.

П.Лобков Не меняя формата. Как сделать этот с меньшими трудозатратами и с меньшим количеством нервов. Есть несколько вариантов НЕРЗБ.

О.Чиж Результат увидим скоро.

Т.Фельгенгауэр Над вечным вопросом размышляет Павел Лобков, судя по всему.

П.Лобков Нет, очень прикладные все веди.

Т.Фельгенгауэр Спасибо большое! В программе «Разбор полета» журналист и ведущий телеканала «Дождь» Павел Лобков.

П.Лобков Спасибо вам!

Т.Фельгенгауэр Спасибо большое, Павел Альбертович!Эфир для вас вели Оксана Чиж и Татьяна Фельгенгауэр. Всем счастливо!

О.Чиж Спасибо!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире