Т.Фельгенгауэр Здравствуйте! Это программа «Разбор полета», программа о людях, которые принимают решения, о том, как они эти решения принимают. Ирина Воробьева, Татьяна Фельгенгауэр, как всегда в этой студии. Добрый вечер!

И.Воробьева Добрый вечер, и мы приветствуем нашего сегодняшнего гостя, это предприниматель, владелец телеканала «Дождь» Александр Винокуров. Александр, добрый вечер!

А.Винокуров Добрый вечер!

И.Воробьева У нас есть традиционный вопрос, которым мы начинаем программу «Разбор полета». Это вопрос о самом сложном, самом тяжелом решении, которое вам приходилось в вашей жизни принимать, о котором вы больше всего думали и сомневались?

А.Винокуров Я одно, не вспомню, честно.

Т.Фельгенгауэр 22, много.

И.Воробьева Давайте три.

Т.Фельгенгауэр У нас минут сорок на это есть точно.

И.Воробьева Даже необязательно их расставлять по степени сложности.

Т.Фельгенгауэр Начнем в хронологическом порядке, если вам там проще со сложными решениями.

А.Винокуров Довольно часто приходится принимать разные трудные решения, я думаю, каждому человеку. Но с какого-то момента, особенно, когда ты начинаешь называть себя предпринимателем, инвестором и так далее, этих решений действительно становится больше. И принимать решения для меня в какой-то момент было практически профессией. Когда я руководил большой организацией, там работало около трех тысяч человек, но мне казалось, что я больше ничего не делаю: только приходят, задают какой-то вопрос, и даже, если не знаешь на него правильный ответ, должен за какое-то короткое время его узнать и даже, если ты не уверен, что ответ правильный, все-таки принять решение и сказать: делаем так или делаем не так.

Т.Фельгенгауэр Это «КИТ Финанс»?

А.Винокуров Да, во времена банка. Да, собственно, и сейчас эта история продолжается. И если касаться медиа-бизнеса, то буквально каждый день решения нужно принимать решение либо откладываться. Собственно, отложить решение – то же самое, что принять его какое-то сегодня.

И.Воробьева Давайте тогда к «КИТ Финанс» вернемся. Вы сказали про решения, которые вы принимали там. Какие были самые сложные: по поводу вложений-ли, по поводу персонала-ли – по поводу чего?

Т.Фельгенгауэр Или по поводу ухода?

А.Винокуров По поводу ухода все было довольно просто. В такой напряженной ситуации кризиса каких-то даже вариантов не возникало. То, что я делал, то, что мы делали, когда кризис случился, кризис с нашим банком – каких-то вариантов и рассуждений по поводу: делать ли так, или делать, не было. То есть, и я и мои коллеги понимали, что есть только один вариант, куда двигаться и как действовать, и ситуации цейтнота и кризиса принимать решения, мне кажется, даже проще.

Т.Фельгенгауэр Почему?

А.Винокуров Как-то видишь все яснее и времени меньше. Мне кажется, когда шахматисты играют — как у них называется последняя стадия партии? – то…

И.Воробьева То есть блиц такой.

А.Винокуров Да. То принимать решение в такой ситуации проще. Тем более, что не всегда они, естественно, оказываются правильными, эти решения.

Т.Фельгенгауэр Все-таки решения в условиях кризиса во много продиктованы внешними обстоятельствами, то есть получается, вам проще принять решение, когда от вас мало, что зависит?

А.Винокуров Нет, когда нельзя отложить, когда нельзя еще подумать, когда нельзя сказать: «Давайте посоветуемся еще с кем-то», когда нужно принять его сегодня, например, к 20-00, то просто приходится двигаться энергичнее. И гораздо проще проанализировать все обстоятельства. Ты уже все их знаешь, все карты уже здесь. И, собственно, так же и сейчас, то есть, когда мы понимаем, что вот она ситуация такая-то – принять решение о том, двигаемся, не двигаемся и куда двигаемся куда проще, чем принимать решение или начинать какое-то дело, может быть, какой-то проект с большим-большим количество возможностей, вариантов и так далее – тогда оно может длится, сколько угодно, и пока ты не дождешься какого-то либо случайного события, либо события, которое подскажет, что так верно, либо послужит к нему толчком, может быть, даже неверным.

И.Воробьева Опять же про «КИТ Финанс». Когда у вас так много людей, такая большая команда, как вы принимаете решение, с кем вы будете работать, с кем нет. Я имею в виду ближний круг, не секретаря в каком-нибудь отделе.

Т.Фельгенгауэр Партнер.

И.Воробьева Да, именно партнеры, люди, с которыми вы будете работать, которым вы доверяете.

А.Винокуров Это не быстрый процесс, это совсем не быстрый процесс. Люди становятся партнерами не за один день и команда подбирается не за один день. Здесь вряд ли можно применить слово «принять решение стать партнером». Оно долгое-долгое, скажем так. Ну как долгое? Это как женится почти. Соответственно, влюбиться можно за один вечер…

Т.Фельгенгауэр Ну а некоторые прямо сразу в ЗАГС бегут и потом через полгода разводятся.

А.Винокуров Тоже круто.

Т.Фельгенгауэр Всякое бывает, знаете-ли.

И.Воробьева Но это не про нашего гостя, совершенно очевидно. Я понимаю, что когда речь идет о партнерах, это долгая история. Вы проходите вместе какие-то процессы, что-то происходит. Я скорее про персонал, который вы берете на работу или увольняете. Принимаете решение, что этот человек не подходит, потому что он – не знаю – курит и ковыряется в носу.

А.Винокуров Как правило, увольнять чаще приходится не за то, что он увольняется в носу. Часто в бизнесе увольнения продиктованы какими-то объективными обстоятельствами. Возьмем тот же кризис. Вообще, из 3 тысяч человек, может быть, несколько человек реально ковыряли в носу и за это стоило бы уволить или что-то еще сделать, но сокращения были гораздо более крупными, и продиктованные, собственно, объективными обстоятельствами. И поэтому здесь оно часто бывает не очень эмоциональным.

И.Воробьева То есть вы увольняете скорее функцию, нежели человека.

А.Винокуров Это, конечно, сложная история. Это, может быть, самое сложное в работе руководителя, потому что хороших оснований не бывает никогда. То есть у меня никогда расстаться… ну, как говорят, давайте расстанемся друзьями. Можно стать друзьями, через некоторое время после того, как некая боль заживет, но в момент расставания, когда ты это говоришь, когда ты принимаешь такое решение, не бывает хороших расставаний. У меня никогда не получалось…

Т.Фельгенгауэр Мы все еще про работу говорим, я хотела бы уточнить?

А.Винокуров Я думаю, что это абсолютно одинаковая история, к сожалению. Потому что здесь вмешиваются человеческие отношения и они, конечно, существуют. Я не верю в эту фразу: «Это бизнес – ничего личного». Не верю, что такое бывает. Конечно, всегда это личное, всегда общее, всегда.

Т.Фельгенгауэр Тогда мне интересно про решение Александра Винокурова как предпринимателя, успешного бизнесмена, человека с доходами, которые можно было измерить словом «миллиард» — был такой период в вашей жизни – и решениями гражданина Александра Винокурова. Ведь зачастую это входит в некоторый конфликт. Кто здесь одерживает победу: прагматик-бизнесмен, который говорит, что здесь возможны риски и потери или гражданин, который говорит: «А вот мне зато важнее отстоять свою точку зрения».

А.Винокуров Я думаю, что любой конфликт: конфликт интересов или спрятанный конфликт принятия решения, какой-то отложенный конфликт – он, в конце концов, выходит наружу сто процентов. И поэтому, я думаю, что я стараюсь и все стараются принимать решение без конфликтов, и как гражданин, и как бизнесмен. Все этого хотят, но не у всех это получается, у меня не всегда это получается, но в целом хорошие вещи получаются только тогда, когда ты не позволяешь себе быть у конфликте как гражданин и как бизнесмен. Лучше делать все гармонично, тогда может получиться и бизнес, тогда могут получится и отношения и жизнь и так далее.

Принимать решения для меня в какой-то момент было практически профессией

Т.Фельгенгауэр Но при этом вы занимаетесь медиа, и это такая довольно ложная вещь в условиях современной России. Ну как здесь бесконфликтно принять решение?

А.Винокуров Нет, я не говорю, что они совсем не бывают.

Т.Фельгенгауэр Да, безусловно, я понимаю, что то, к чему надо стремиться.

А.Винокуров Если мы говорили про увольнения, то здесь бесконфликтно не было и никогда не получится, я абсолютно уверен. Создается самый явный, горячий конфликт и решить его хорошим путем — я не знаю, как решить. То есть, когда я делаю плохое, это плохое, когда я объявляю человеку, что, к сожалению, я не могу сделать так, чтобы он мог заниматься своей любимой работой – что в этом хорошего? Как это можно сделать без конфликта? Нельзя. Если вы про гражданскую… Приведите пример конфликта с гражданской позиции.

Т.Фельгенгауэр Условно, например, есть вариант пойти… я не знаю, наверное, КС оппозиции пока не будем трогать. Условно, вам говорят, что классная у вас клиника «Чайка», вообще, замечательная, все будет у вас хорошо развиваться, но у вас там канал «Дождь» еще одновременно, «Слон.ру» — вот это вот все. А вот это уже как-то не очень, вы определитесь там все-таки: вы с оппозицией дружите и «пятая колонна», или вы все-таки людей лечите.

А.Винокуров Подождите, вы как-то сразу три тут… Я еще хотел остаться в рамках медиа и медицины, например…

Т.Фельгенгауэр Я имею в виду, что понятное дело, в Российской Федерации заниматься медиа довольно сложно, если вы владелец. Мы наблюдали много примеров того, как владельцы вынуждены чем-то поступаться. У вас при этом довольно четко сформулирована гражданская позиция. Я про этот конфликт.

А.Винокуров Хорошо.

Т.Фельгенгауэр У вас есть еще и другие активы.

А.Винокуров У меня других активов нет.

Т.Фельгенгауэр Ну, может быть, слово «активы» здесь не очень удачно подобраны. Ну вот та же клиника, например.

А.Винокуров Если, с точки зрения бизнеса, у меня, как у предпринимателя, у меня есть конфликт интересов, потому что мои интересы в бизнесе и они же, собственно, интересы человеческие, сосредоточены в двух областях: это медицина и медиа на сегодня. Этот конфликт даже на уровне НЕРАЗБ есть. Плохо это или хорошо для бизнеса, говоря, что лучше концентрироваться и заниматься чем-то одним и посвящать этому все свое время. Если ты расфокусируешься, занимаешься одним и вторым, чему-то не хватит внимания, чему-то не хватит времени. С другой стороны, это правда, интересно. Они довольно сильно отличаются друг от друга бизнесы, и, безусловно, интересно этим заниматься. Здесь вы, скорей всего, имеете в виду еще и некие представления о том, как правильно должна бы была быть устроена жизнь в нашем городе, в нашем обществе, такая штука тоже у каждого человека есть.

И.Воробьева Ну да, то есть вы сейчас говорить про свой внутренний некий конфликт, а здесь мы еще спрашиваем о том, что вы приезжаете на свой любимый канал «Дождь» и понимаете, что этот ведущий сейчас ой как плохо сказал про президента – боже мой! – а завтра ко мне в клинику придут с обыском – ужас! Вот такого характера конфликты, скорее.

А.Винокуров Здесь я пытаюсь нормально смотреть на вещи. То есть, если ведущий на телеканале «Дождь» что-то плохо сказал про президента, почему должны прийти в клинику с обыском?

И.Воробьева Это мы говорим, если мы с вами живем в нормальной стране. Мы с вами, Александр, живем в России.

А.Винокуров Я хочу, чтобы моя голова оставалась в нормальном состоянии, то есть я не хочу так думать, так нельзя думать. То есть, если мы начинаем так думать, то наша страна превращается в не нормальную. То есть, если что-то сказали плохо про президента даже не ведущие, вы знаете, к вам тоже приходят, и еще могут и матом…

Т.Фельгенгауэр Да, знаем, можете нам не рассказывать!

А.Винокуров Где написано, что должны прийти в клинику с обыском? По какому поводу, вообще, можно прийти в клинику с обыском?

И.Воробьева По любому.

А.Винокуров О’кей…

Т.Фельгенгауэр Не знаю, к вам придет пожарная инспекция.

И.Воробьева В общем, мы поняли, вы не будете звонить ведущему и говорить: «Слушай, тихо, спокойно, на надо так говорить».

А.Винокуров Я, вообще, не верю, что кто-то так звонит ведущим и говорит. Тем более с позиции предпринимателя, с позиции инвестора, скажем, довольно сложно.

Т.Фельгенгауэр Просто я объясню, почему мы так вас мучаем именно по этой теме, потому что мы же видели, как увольняли Галю Тимченко и как все рассказывали про то, что владелец имеет право, да вот то, да вот се… Мы там не имели возможности с владельцем пообщаться, а у нас тут сидит вполне себе владелец другого медиа и он, действительно, много всего может сделать со своей редакцией, вне зависимости закона о СМИ.

И.Воробьева И того, кто главный редактор.

А.Винокуров Как ведущие журналисты «Эха Москвы» могут НЕРАЗБ вне зависимости закона о СМИ?

И.Воробьева Потому что мы это видели много раз, как у нас на глазах это происходило.

Т.Фельгенгауэр Мы видели, как это было, это же факт.

И.Воробьева Мы тоже видели, чего уж там.

А.Винокуров О’кей, здесь я думаю, что иногда черт в деталях, и лучше бы в них тоже разбираться, потому что всеобщее настроение цепи…

Т.Фельгенгауэр Гребаной.

А.Винокуров «Гребаной цепи». Оно тоже иногда было с перегибами и детали тоже важны. О том, что может владелец. Владелец может, с одной стороны, очень много, с другой стороны, очень мало в плане конкретной передачи.

Т.Фельгенгауэр Это вмешательство в редакционную политику называется уже.

А.Винокуров Даже с точки зрения некого здравого смысла, что может владелец? Владелец может поменять генерального директора. Это существенным образом может повлиять на контент. Я понимаю, что у меня такая возможность есть. Но эта смена – я как владелец уверен, что любой владелец это понимает – эта смена может существенным образом повлиять на цену актива, на, собственно, то, что из себя актив представляет. Может ли владелец разговаривать с генеральным директором или даже с главным редактором по поводу своих пристрастий относительно того или иного материала? Наверное, может. Считается ли это вмешательством? Я думаю, не считается. Это все зависит от того, как на это реагирует главный редактор, генеральный директор и так далее. То есть поделиться своими впечатлениями о том, какая программа мне понравилась, какая не понравилась – я делаю это довольно часто на кухне, но насколько это считается вмешательством – мне кажется, совсем нет.

Т.Фельгенгауэр А, когда вы заводили себе медиа-бизнес и решили, что вам это интересно, вы хотите этим заниматься, вы сами с собой как-то договорились, до какой степени вы позволите себе что-то говорить или не говорить, или внутри сами с собой договорились, что я никуда ни во что не вмешиваюсь.

А.Винокуров Нет. В это тоже не верю, когда говорят: надо сесть на берегу договориться на 5 лет, я, вообще, не верю, что это возможно. Иногда люди делают такие попытки и потом выдергивают какое-нибудь предложение из этого списка либо разговора и начинают по этому поводу спорить и ругаться: «А помнишь, что у нас там было?». Я думаю, что это не очень правильная конструкция, если это не определено законом и договором, скажем так. Вмешиваться, не вмешиваться, обсуждать, делиться собственными впечатлениями, если они интересны, если они важны – точно можно. Если особенно слушают. У меня есть такая возможность, например, делать это на кухне либо утром либо вечером. Можно это делать на каких-то регулярных встречах, которые тоже наверняка… ну не наверняка – они предусмотрены законодательством: заседания совета директоров либо встреча инвестора и генерального директора,инвестора и генерального директора. Там тоже можно делиться своими впечатлениями о том, как выглядит и как зарабатывает меди, с точки зрения формата. Вот, например, представитель владельца «Эха Москвы» тоже недавно, собственно, рассуждал по поводу формата. Вполне себе штука, на которую он имеет право рассуждать, что «Эхо Москвы» – это хорошо, что они владеют разговорным радио или лучше сделать его музыкальным. Ну, может быть, в какой-то момент они примут решение переформатировать, сменить генерального директора…

И.Воробьева Еще раз?

Любой конфликт в конце концов выходит наружу. Поэтому я стараюсь принимать решение без конфликтов

А.Винокуров Но чаще всего я исхожу из того, что владелец ведет себя рационально. И, собственно, зачем менять формат, если он доказал свою устойчивость, зарабатывает деньги и имеет качественную аудиторию? Наверное смысла большого нет. Вопрос, нравится тебе или не нравится эта история – для меня это тоже важно, между прочим. Я бы, наверное, не смог быть каким-нибудь правильными или качественным владельцем ресурса или медиа, который освещает или занимается штуками, которые мне совершенно неинтересны. Что привести в пример – ну, например, какой-нибудь стиль музыкальный, который мне совершенно не близок. Потому что это, кроме всего прочего для меня лично и, я думаю, много кого, это не просто какая-то инвестиция такая сухая, когда только про цифры – это еще и жизнь, эмоции в обе стороны.

И.Воробьева А телеканал «Дождь», у которого начались проблемы, переезды, отсутствие рекламы…

Т.Фельгенгауэр Отключение от кабельных каналов.

И.Воробьева Вы принимали решения при этой истории, исходя из того, что это ваше, что вы владелец или исходя из того, что это просто телеканал «Дождь» и его нельзя потерять, или исходя из того, что эти люди, которых вы любите и которые работали в этой редакции? Из каких соображений больше всего?

А.Винокуров Я думаю, что не расставить здесь по ранжиру сто процентов. За последний год вопрос о том, как это можно продолжать делать, для чего все это делается, мы между собой с генеральным директором обсуждали неоднократно и очень часто, регулярно.

Я сейчас не расставлю эти причины: важнее эта штука, важнее эта… И ответ какой-то у нас появился, в конце концов, довольно неожиданный для себя и банальный, что мы спрашиваем: бизнес ли это? Ну бизнесом сейчас это сейчас очень трудно назвать. То есть, может быть – мы жеOptimisticchannel– я верю в то, что при определенных обстоятельствах эта штука может хорошо летать. Абсолютно уверен, что она могла бы летать, если бы нам хотя бы 50% доходов можно было получать от рекламы по-прежнему. Наверное не очень бизнес. Это какая-то гражданская позиция. Мы хотим чего-то добиться, каких-то политических изменений – вообще не разу не хотим и не хотели, не планировали. Если вы попытаетесь вспомнить фамилии мою Натальи, когда канал начинался, они, если погуглить, совершенно в другом контексте фамилии упоминались, и не было никакого плана, никакой политической позиции. Возможно, сейчас этим всем, гражданской позицией заразился от телеканала «Дождь», а не наоборот.

Что важнее, команда, с которой Наталья работает каждый день? Конечно, да. Зрители, которые смотрят – и это да. То есть, в конце концов, ответ появился, что это такое – это, собственно, наша жизнь, и вот мы ее живем до какого-то момента. Если дальше будет невозможно жить, то есть условно, платить зарплаты, выходить в эфир, приглашать гостей – из чего состоит все медиа – ну, собственно, она, эта жизнь остановится. Начнется какая-то другая. К вопросу о решениях. Решение здесь очень простое, то есть утро либо вечер, либо начало очередной недели, либо очередного месяца – вот еще столько-то подписок купили. Соответственно, что еще делать? Давайте попробуем объявить очередную подписную компанию, давайте попробуем переехать туда или переехать сюда…

Вот, что это такое – наверное, жизнь. Не бизнес. Я с кем-то на тему, ровно так же принимают решение не только владельцы или руководители медиа – да все. Собственно, врачи так же принимают решение: продолжать работу, например, в районной больнице в Тверской области или поехать в Москву, либо просить работать доктором либо не бросить. Многие принимают решение, что «пойду все-таки открою магазин, уж невозможно – надо семью кормить.» Кто-то говорит: «Давай еще дальше попробуем, потому что люблю эту работу, потому что пациенты ждут, коллеги» и так далее. Все абсолютно одинаково, мне кажется.

Т.Фельгенгауэр Но пока вы для себя нашли этот ответ, судя по всему.

А.Винокуров Да. То есть мы будем стараться делать это до тех пор пока это хотя бы как-то получается, хотя это кому-нибудь нужно, и как-то получается, когда эта гармония зрителей, журналистов случается.

Т.Фельгенгауэр А, вообще, медиа-бизнес, если посмотреть на всю эту «гребаную цепь» и прочее, не было, может быть, намека, проблеск какой-то, мысль какая-то маленькая в уголочке: «Ну его к черту, этот медиа-бизнес, ну невозможно, правда, с журналистикой…»?

А.Винокуров А где возможно? Журналисты, вообще, любят говорить… вот вы обратите внимание на любой материал, и сколько там лайков и шеров в Фейсбуке, если это интервью кого-то из главных редакторов, что-то связанное с журналистикой, эти события: увольнения какие-то, закрытия – они становятся почти всегда важными новостными поводами каждый день. Ну, собственно, потому что это наша, это ваша жизнь и вам интересней о ней говорить, чем даже, простите, о работе и увольнении врачей, потому что это чуть-чуть другое. И… сбился простите. Думал или не думал…

И.Воробьева Ну да, уйти или не уйти из этого бизнеса.

А.Винокуров Во-первых или во-вторых, неважно, любой бизнес одинаково сложный, любой. Медиа сложный? Очень. Сложней ли он, чем ресторан и кафе? Не сложнее. Такой же сложный. Какой повод бросить? Что о нем чаще пишут, больше ругают с соцсетях…

Т.Фельгенгауэр Больше давят.

А.Винокуров Больше давят. А, где не давят? В каком бизнесе не давят.

И.Воробьева Одну секунду. Просто нужно прерваться на пару минут, а потом еще поговорим о разнице бизнеса, там, где давят, а где не давят.

НОВОСТИ

Т.Фельгенгауэр Продолжается программа «Разбор полета». Ирина Воробьева, Татьяна Фельгенгауэр и наш сегодняшний главный герой Александр Винокуров, который спрашивает: «А в каком же бизнесе не давят?»

И.Воробьева Просто на самом деле вы же понимаете разницу, например, если у вас мебельный магазин или просто магазин, вы просто зарабатываете деньги. Я понимаю, что там куча всяких контор, которые приходят, давят, мешают и так далее, но, по крайней мере, этот мебельный бизнес не обсуждается не совещании в Кремле.

А.Винокуров Ну, почему? Может быть и в Кремле обсуждается.

Представитель владельца «Эха Москвы» рассуждал о формате. Вполне себе штука, на которую он имеет право рассуждать

Т.Фельгенгауэр Передаем привет бывшему министру обороны.

И.Воробьева Я случайно про мебельный бизнес сказала. Любой другой – «киндер-сюрпризы» продаем.

А.Винокуров От этого совершенно не легче владельцу бизнеса и тем, кто работает в это мебельном магазине. То есть наверняка сложности могут возникнуть и экономического и политического, и административного характера точно такие же. Единственный недостаток другого бизнеса в отличие от медиа, — что, скорей всего, директор, инвестор мебельного магазина не окажется в программе «Разбор полета» – только этим отличается, извините.

И.Воробьева Ну да, если его уволят, сместят или еще что-то, то об этом не расскажут.

А.Винокуров Сто процентов.

Т.Фельгенгауэр Слушайте, получается тогда, раз все везде похожее и одинаковое, что и принятие решений в финансовом секторе, когда вы работали в банке, в медицине – частная клиника –это очень круто, и в медиа-бизнесе – они одинаковые, по одному и тому же принципу.

А.Винокуров Абсолютно. В какой-то момент мне казалось, что действительно у журналистов есть какие-то особенности профессиональные, с точки зрения мотивации, я сейчас вас берусь вас убедить…

Т.Фельгенгауэр Тоже работают за зарплату?

А.Винокуров Что у всех есть как бы собственная доблесть в каждой профессии, и они в значительной степени одинаковые. Даже у банкиров, вы не поверите. То есть, если вы думаете, что банкиры работают только за деньги – это не так. Во-первых, там страшно интересно работать во многих подразделениях, если особенно говорить про инвестиционные банки. И банкиры и доктора, и журналисты – я считаю, что зарплата у всех этих профессий находится на втором месте. Вот, что на первом, сложно определяется, но доход, я уверен, на втором. Потому что на первом месте, собственно, жизнь. Как ее определить? Драйв, амбиции, интерес что-то сделать, чего-то добиться, собственно говоря, своими руками.

Т.Фельгенгауэр Вы сказали, что медицина и медиа вам ужасно интересны, вы поэтому занимаетесь такими разными бизнесами. А как банк, вообще, появился? Потому что это же самое первое. И в молодости кажется, наверное, что это скорее скучно, нет? Или вам всегда было интересно?

А.Винокуров Когда меня спрашивают, как стать предпринимателем, я говорю, что предпринимателем становятся случайно. Мне кажется, жизнь, вообще, полна случайностей и доля случая, процент случайного решения довольно велик, с мой точки зрения. Собственно, если переводить на отношения между мужчиной и женщиной, то тоже вероятность… иногда все происходит довольно случайно. Если говорить про банк, то, когда я вернулся из армии, мне нужно было тогда как-то кормить свою молодую семью, и мне кто-то сказал, что сейчас зарплаты хорошие в банке. И вот я пошел устраиваться в банк. В один из них меня взяли.

Т.Фельгенгауэр В смысле? Вы просто пришли и говорите: «Здрасьте, вот я Саша Винокуров, возьмите меня в банк»?

А.Винокуров Ровно так. То есть действительно так поехал в Тверь, в одном из банков не было охраны на входе, я поднялся до отдела, в котором я хоть что-то понимал – там слово «маркетинг» было написано – понимал в том смысле, что у меня диплом был с подобным словом. И ровно так устроился на работу. Открыл дверь, спросил, кто здесь начальник и рассказал о том, что я бы хотел работать.

Т.Фельгенгауэр У меня в дипломе есть слово «маркетинг», возьмите меня на работу.

А.Винокуров Нет, я рассказал, как я это понимаю, и чем бы я могу быть полезен. Меня послушали и взяли. Абсолютно случайная история. В некоторых банках мне просто сказали по телефону, что вакансий нет, а пройти не удалось. И дальше так же с выбором каких-то направлений и с тем, как я стал предпринимателем, стал совладельцем сначала бизнеса – довольно случайные тоже вещи. В 98 году случился кризис, может быть, вы помните, довольно серьезный.

Т.Фельгенгауэр Помним.

А.Винокуров И в банке, в котором я работал одним из менеджеров, менялась команда, и, собственно, команда, в которой я работал, с людьми, с которыми я работал – они попали под сокращение. Попав под сокращение, особенно устроится на работу было некуда, и мы выкупили у этого же банка небольшую инвестиционную компанию, по сути, лицензию и начали с товарищами как-то пытаться делать инвестиционный банковский бизнес и потихонечку стало получаться.

Т.Фельгенгауэр В разгар кризиса?

А.Винокуров Ровно в 99-м году, в начале 99 года.

Т.Фельгенгауэр Отчаянные вы люди.

А.Винокуров Нет, это не от отчаяния, просто нечего было, собственно, делать больше. То есть на работу тогда толком не принимали тогда и так далее. Я часто замечаю, что в медиа такое часто случается, что появляются какие-то интересные блоги, интересные проекты в интернете, которые начинают делать наши коллеги, потому что пока заняться нечем.

Т.Фельгенгауэр «Кашин.гуру»

А.Винокуров Не буду рекламировать «Кашин.гуру»…

Т.Фельгенгауэр Нет, почему? Всегда приятно похвалить коллегу.

А.Винокуров Я увидел у него рекламу на сайте и прямо обалдел.

И.Воробьева И порадовались все за Олега.

А.Винокуров Да и порадовался.

Т.Фельгенгауэр Ну, хорошо.

И.Воробьева Слушайте, а как вы в армию-то попали?

А.Винокуров А тогда было принято из Тверской области ходить в армию.

И.Воробьева Добровольно в смысле принято?

А.Винокуров Во-первых, я напоминаю, что законодательство Российской Федерации…

И.Воробьева Я понимаю, конечно, но вы после института пошли в армию.

А.Винокуров Да. Тогда не очень было модно косить. Мода косить только возникала. И я не успел подвергнутся этой моде и пошел в армию в соответствии с законодательством Российской Федерации.

И.Воробьева А, где вы служили?

А.Винокуров Я служил в Нижегородской области, такой там есть федеральный ядерный центр, теперь он называется город Саров, раньше он назывался Арзамас-16.

Т.Фельгенгауэр Ой, это закрытый город.

А.Винокуров Да, закрытый город, наверное, не выдаю никаких тайн. С медиа все было довольно случайно. Я только сейчас вспоминал, когда к вам ехал, когда первый раз Наталья Синдеева произнесла слово телеканал. Вспомнил, надо ей напомнить сегодня. Она оказалась в гостях в студии О2ТВ.

И.Воробьева Бы такой, я тоже там была.

А.Винокуров Вы, по-моему, какое-то время даже вели там программу или нет?

И.Воробьева Я просто была одним из гостей.

Т.Фельгенгауэр До недавнего времени, по-моему, даже существовал.

А.Винокуров И я помню, когда она приехала, попросила: «Смотри меня там-то, найди в интернете». Я смотрел, по-моему. И, когда она вернулась с эфира, делилась впечатлениями, что вообще-то бывает вот так, это похоже на радио, на котором она работал, но это не такая огромная штука, как Останкино и получается целое телевидения. Вот с этого посещения она, наверное, заболела этой идеей, и потом мы много и долго в разных компаниях это обсуждали, потом появилась Вера Кричевская, которая хотя бы что-то знала о телевидении, кроме того, что Наталья видела.

Т.Фельгенгауэр Ой, на самом деле это же просто самое любимое на канале «Дождь» было то, что его делали люди, которые ничего не знали о телевидении, это придавало, мне кажется, как раз…

А.Винокуров Нет, ну про Веру так нельзя было, конечно, сказать.

Т.Фельгенгауэр Вера – это понятное дело.

А.Винокуров Да, непонятно, что бы там включилось, если бы она там не показывала куда там вставлять розетку или телекамеры, грубо говоря. А если говорить, параллельно еще была история со «Слоном»…

Т.Фельгенгауэр И «Большой город» же был.

А.Винокуров Это было потом.

Т.Фельгенгауэр Так. Со «Слоном» была история.

А.Винокуров В очередной кризис, когда я, собственно, потерял банк и работу в банке в 2008 году, в начале 9-го, по сути, я разговаривал с моим коллегой по банку Леонидом Бершидским, мне кажется, кто-то уже забыл, что он был банкиром года два. Я спросил, что он собирается делать, что бы ему было интересно делать. Леонид вдохновил меня идеей создания интернет-СМИ. Тогда был кризис, что бумага исчезнет вместе с кризисом моментально, и вот мы начали делать «Слон», он начал делать «Слон», если говорить про журналистское ремесло. Я выступал инвестором этого проекта. То есть опять же абсолютно случайная история.

Т.Фельгенгауэр Получается просто, что каждый раз есть человек, который приходит с идеей, а дальше уже все просто… вам надо сказать: «Ну да, отличная идя!»

А.Винокуров Не всегда. Наверное, я сейчас преувеличил элемент случайности. Всегда ты как бы то ли ищешь, то ли ждешь этих отношений либо этого проекта. То есть со здравоохранением история была насколько иная. То есть здесь я пытался в 9-м году холодным умом инвестора определить и понять, здравоохранение, на мой взгляд, или медицина – не знаю, как правильно до сих пор сказать это интересная точка для инвестиций. По ряду причин, мне кажется, что население нашей земли и планеты, я надеюсь, что будет умнеть, богатеть и обязательно будет стареть, и все эти три, собственно,фактора должны вызвать повышенный спрос к тому, что едят, к отношению к себе, и спрос на услуги здравоохранения. И попытался именно найти, как начать этот бизнес сразу. В 9-м году ничего не получилось, потому что первый подход,попытка познакомится и что-то понять закончилась тем, что на какое-то время я отложил эту историю совсем, не зная, как зайти, с какими людьми начать и так далее.

Т.Фельгенгауэр Это было недозрелое решение.

А.Винокуров Недозрелое, да. А потом, поскольку интерес был, в какой-то момент мы встретились и с партнерами – мои бывшие коллеги по банку тоже размышляли, чем заняться и куда инвестировать деньги, чем заняться дальше, кем работать. Они сейчас стали моими партнерами не только с точки зрения инвестиций, но и управления компанией, то есть генеральным директором компании работает Оксана, с которой мы довольно много лет работали в банке. И плюс еще одна команда из страховой компании. Мы познакомились. И эта команда, эти люди, этот человек рассказал нам, как с его точки зрения, правильно было бы начать этот бизнес.

Т.Фельгенгауэр Это такая, более выстроенная получается история.

А.Винокуров То есть здесь нужно было дождаться какой-то совпадения, какой-то штуки, чтобы она покатилась. Может быть, я так не умею, что, допустим, все – с 1 января мы запускаем ресторан. Нет, это же надо еще…

Т.Фельгенгауэр Трижды сорвать дедлайн. Давайте сейчас сделаем перерыв на три минуты, а то мы тоже срываем дедлайн на рекламу и вернемся.

РЕКЛАМА

Т.Фельгенгауэр Мы продолжаем программу «Разбор полета», и выясняем случайные или не случайные решения были в жизни Александра Винокурова.

И.Воробьева Александр, вы, когда переехали в Москву?

Единственный недостаток другого бизнеса, — директор мебельного магазина не окажется в программе «Разбор полета»

А.Винокуров Ух… Наш банк, в «КИТ Финанс» я работал с 99-го года. С начала, наверное, «нулевых», когда у нас стало что-то получаться, количество встреч и бизнеса в Москве непрерывно росло. И первое время я начал регулярно, каждую неделю летать в Москву на один-два дня.

И.Воробьева Летать?

А.Винокуров Летать. Да, тогда не было Сапсана. То есть на один день, довольно часто я летал – утром вылетаю, вечером возвращаюсь. У нас уже здесь было представительство, потом филиал банка. Знаете, наверное, точно с конца 2005 года я почти постоянно жил в Москве.

И.Воробьева Это не было таким прямо решением: я переезжаю в Москву. Просто так получилось.

А.Винокуров У нас было очень сложное решение корпоративное большое, что основной костяк команды инвестиционно-банковской долгое время располагался в Санкт-Петербурге. И мы где-то в 2005 году – детали не помню – решили, что основную команду надо перевести в Москву именно потому, что финансовый центр здесь, основные люди принимающие решения по нашему бизнесу, находятся здесь, что правильней находится здесь физически. И мы переехали сюда большой компанией в несколько десятков человек сразу.

И.Воробьева А, какой город для вас, получается, родной: Питер, Москва, Тверь, Лихославль – какой?

А.Винокуров Буквально родной, конечно, Лихославль. Дом – это просто. Дом там, где семье. Когда не было семьи, я определил, что дом – это там, где костюмы и мои галстуки лежат, особенно банкира. То есть, сейчас мой дом Москва, безусловно.

Т.Фельгенгауэр А был момент какой-нибудь, когда «Дождь» начали давить активно или, может быть, еще какой-то был кризисный момент, когда вы сомневались, не уехать ли из России?

А.Винокуров Я думаю, что об этом многие думают, об этом правильно думать, не в плане бежать, скрыться от чего-то, но, в принципе, даже какую-то книжку купил – сейчас название не скажу, — которая убеждает нас, что жизнь – она только с кем, не только что, но она, оказывается, еще и где. Может быть, тезис спорный, потому что многие скажут: где родился – там и пригодился и так далее.

Т.Фельгенгауэр Я знаю пару депутатов, которые вам так скажут.

И.Воробьева Пару?

А.Винокуров Но я абсолютно не боюсь, и с большим интересом думал, что, если как бы говорить про жизнь, про бизнес, про работу, про какое-то саморазвитие, самореализацию – извините за страшные слова, — то думать о другом городе, о другое стране – довольно интересное развлечение. Но на сегодня с обстоятельствами возраста, опыта, семьи, языка я понимаю, что мой дом здесь, где-то здесь, условно говоря, в Москве, либо недалеко от Москвы, либо в Тверской области. И на пенсии – если, когда в начале «нулевых» я довольно часто представлял себя на пенсии – в каком-нибудь домике в Италии…

Т.Фельгенгауэр Теперь в Крыму.

А.Винокуров Скорей всего, это не Крым. Очень бы хотелось, чтобы это было, может быть, Тверская область, может быть, Подмосковье, то есть, куда бы я хотел, чтобы приезжали мои внуки.

Т.Фельгенгауэр Слушайте, бизнес, медиа – все прекрасно, но вы так себя проявили последние несколько лет еще и как активный гражданин. Политика? Развилки, сомнения, решения, желания…

А.Винокуров Смотрите, в моем идеальном мире политикой занимаются не какие-то профессиональные наемные хитрецы, в политикой занимаются все. Что я имею в виду под этим. Что политика начинается, грубо говоря, на уровне ТСЖ. Вам не приходилось принимать участия в заседании…?

Т.Фельгенгауэр Теория малых дел.

А.Винокуров Нет-нет, ни в коем случае.

Т.Фельгенгауэр Или на уровне ТСЖ в том смысле, что все участвуют в управлении своим домом.

А.Винокуров Все участвуют. То есть, условно, кто самый правильный председатель ТСЖ? Это действительно человек, который хочет, может и которому доверяют. Вот все соседи собрались, поругались-поругались и выбрали одного: «Давай мы тебе поможем, давай ты займешься этой парковкой, этой крышей, еще чем-то». Точно так же с уровня ТСЖ мы поднимаемся до уровня района, города и так далее. То есть в моем понимании только тогда жизнь станет хорошей и понятной, когда все, буквально каждый будут участвовать в политике в той или иной форме. Формы участия в политике есть только, на мой взгляд, три, может быть, больше. Это обязательно прийти на выборы и проголосовать, желательно если еще более высокая форма: прийти на выборы и понаблюдать – это у нас появилась такая штука, не знаю, есть ли она в других странах. И, естественно, очень правильная форма – если мы пошли голосовать и пошли наблюдать – мы же все озадачивались вопросом: «Е-мое! А голосовать-то за кого?», то есть нужно, чтобы еще кто-то принимал участие в выборах в качестве кандидата.

И я абсолютно верю, что если каждый будет воспринимать себя в качестве какого-то кандидата в депутаты или районного, или муниципального какого-нибудь совета – это абсолютно правильная и понятная история. Но, поскольку я так рассуждал и такие мысли высказывал в разговорах с друзьями, собственно, я попытался разок-другой доказать им, что я готов это делать. Оба раза были, в общем, не сказать, чтобы какими успешными, точнее, совсем не успешными. Нельзя сказать, что я разочарован. Но, собственно, второй раз моя попытка пойти избираться в Мосгордуму окончилась, конечно, полным провалом политическим, потому что я совсем неопытный политик и не политик вовсе, поэтому действительно это можно назвать провалом. Но разочарован я или нет? Про свой опыт и впечатления – фиг с ним, я это перетерплю. Разочарован я только в том, что выборов-то, оказывается, у нас и нет.

И.Воробьева Сюрприз.

А.Винокуров Но я в какой-то степени верил в эту штуку. Я думал: почему их нет? Потому что никто не идет в качестве кандидатов. Вот думал, сейчас пойдут в качества кандидатов…

Т.Фельгенгауэр А оказалось, все не совсем так.

А.Винокуров А оказалось, что туда никак и не попасть, и на своем примере я почувствовал это.

И.Воробьева Но все равно то, о чем вы говорите, что каждый должен участвовать и делать, и тогда что-нибудь получится – это же очень правильная теория.

А.Винокуров Абсолютно.

И.Воробьева Не знаю, как на практике – наверное, не очень, но вы приняли решение больше не пропагандировать эту теорию?

А.Винокуров Нет, я просто принял решение не принимать участие в том фарсе…, в том, чего не существует. К сожалению, их не существует. Я раньше думал как Максим Кац – кстати, не знаю, как он сейчас думает, после того, как он работал…

Т.Фельгенгауэр Вы знаете, мы с ним последнее время не очень общаемся.

И.Воробьева Ну, почему же? Я с ним регулярно на тему парковок спорю.

А.Винокуров Соответственно, он, мне кажется, прошел путь от начала до самого конца в отличие от меня.

Т.Фельгенгауэр В самый низ. О КС оппозиции скажите мен?

А.Винокуров Все та же самая история. То есть, условно, когда все говорили: «Что же дальше делать?», я регулярно, наверное, как и вы, принимал участие в этих разговорах. То есть зимой 11-12 года абсолютно искренние разговоры: Что делать и как правильно делать? – они были очень распространены. Эти разговоры велись не только на кухнях, но тогда и в ресторанах, во всех кафе и за все это там потом много критики звучало в социальных сетях. И, когда появилась, собственно, история с выборами в Координационный совет, точно так же принимал решение, что вот мы же говорили, что надо что-то делать – вот, может быть, это оно. И как выборы, они были, кстати сказать, кайфовые.

Т.Фельгенгауэр Как выборы – да, мы помним.

И.Воробьева Хорошее слово, мне нравится, по отношению к выборам.

Т.Фельгенгауэр Да, правда. Но вот в КС оппозиции выборы действительно были кайфовые, по-другому не скажешь, а вот дальше там.

И.Воробьева У меня ест другое мнение на эту тему, но теперь это не очень важно по большому счету. Не успеваем задать последний вопрос?

Т.Фельгенгауэр Нет, не успеваем. Зато успеваем вам сказать: Спасибо большое!

Комментарии

6

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

01 декабря 2014 | 21:37

Большое спасибо инвестору,
огромное!!!


(комментарий скрыт)

mirel 01 декабря 2014 | 22:24

Слушала я на канале Дождь / про рукопожатность/ рассуждения Татьяны Фельгенгауэр, и была просто разочарована. Долго ей ещё расти , набираться опыта и ума , но совесть и порядочность - это врождёное. Инвестору Александру Винокурову за поддержку большое спасибо. Успеха.


satt 01 декабря 2014 | 23:27

mirel:
Я видел передачу "О рукопожатности" на Дожде,
посвящённую Д.Р. Ремчукова.
И, несмотря на то, что я питаю самые нежные чувства
к Татьяне Ф. и большое уважение к Евгении А., их попытки
оправдать и защитить ААВ меня абсолютно не убедили.
Хочется думать, что это была корпоративная солидарность.
Хотя от этого не легче.
Очень точен был Сергей Медведев:
захватом Крыма и войной власть перешла черту,
после которой дальнейшие отношеника с ней
для порядочных людей становятся невозможны.


mirel 01 декабря 2014 | 23:35

satt: Совершено с Вами согласна


(комментарий скрыт)

romashka__ 02 декабря 2014 | 01:21

satt: Это очень важная и трудная для многих тема "О рукопожатности".


ag_bai 02 декабря 2014 | 19:46

Да, Фельгенгауэр удивила: легкомыслием и примитивом, даже каким-то нагловатым апломбом.
Совсем не та планка, которую установила Макеева.
Вообще ведущие "Дождя" -- это -- пир духа (не побоюсь это слова).
Совершенно чудесные, и каждый по своему.
Спасибо Виноградову и Синдеевой.


(комментарий скрыт)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире