'Вопросы к интервью
В. ДЫМАРСКИЙ: Добрый вечер, уважаемые слушатели. В прямом эфире «Эха Москвы» очередная программа «Проверка слуха». И мы, ее ведущие Софико Шеварднадзе…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: И Виталий Дымарский. Добрый вечер.

В. ДЫМАРСКИЙ: Добрый вечер еще раз. Номер для СМС +7 985 970-45-54, ждем ваших вопросов, замечаний, реплик и так далее. Пейджер, номер которого вам хорошо известен, давайте попробуем, но, как мы всегда уславливаемся, до первого неприличного послания, после чего пейджер будет отключен. И тогда переходим сразу же к нашей программе, тема которой звучала так: «Зачем звезды идут в партии?». Или можно по-другому – вообще зачем знаменитостям наши партийные билеты? И вот этот вопрос мы сегодня будем обсуждать в таком составе: Светлана Хоркина, Олимпийская чемпионка…

С. ХОРКИНА: Добрый вечер.

В. ДЫМАРСКИЙ: …чемпионка всего мира, Европы и так далее. Добрый вечер, Светлана. И участница нашей дискуссии она сегодня именно потому, что она член партии «Единая Россия». Правильно?

С. ХОРКИНА: Очень правильно.

В. ДЫМАРСКИЙ: Отлично. Еще один партиец. Максим Кононенко, журналист, который говорит, что очень трудно точно определить его профессию. Ну, журналист – подходит, Максим?

М. КОНОНЕНКО: Подходит.

В. ДЫМАРСКИЙ: И тоже партиец. Почти член высшего совета. Я ничего не перепутал?

М. КОНОНЕНКО: Да, правильно.

В. ДЫМАРСКИЙ: Член высшего совета партии «Свободная Россия», которая переименовалась на днях в «Гражданскую силу». Итак, член высшего совета партии «Гражданская сила» Максим Кононенко. Добрый вечер.

М. КОНОНЕНКО: Здравствуйте.

В. ДЫМАРСКИЙ: Ольга Крыштановская, доктор социологии, руководитель Центра изучения элиты Института социологии Российской Академии Наук. Ольга, добрый вечер.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Добрый вечер. Со мной все ясно. Я социолог.

В. ДЫМАРСКИЙ: Да, с вами все ясно. Она не член партии, она социолог, она над партиями и будет все это дело национализировать. Все вводные даны, приступаем к обсуждению. Да, извините, еще я должен предупредить, мы сегодня даже запланировали, надеюсь, что времени хватит, даже два голосования на заданную тему, так что приготовьте ваши телефону, будем голосовать. Первый раз, я думаю, проголосуем где-то перед выпуском новостей получаса. Начинаем?

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Итак, тема на самом деле очень интересная, и вопросов очень много, и главный вопрос, которым все задаются, это зачем узнаваемым лицам вообще идти в партию, в политику. Начнем со Светланы, потом, Максим, к вам тот же вопрос будет. Зачем, почему вы пошли в «Единую Россию»?

С. ХОРКИНА: Давайте я о себе потом расскажу, я скажу почему идут и почему идут сейчас, видно, что идут спортсмены. Во-первых, спортсмены это любители народа, любители. Это кумиры народа. Это любовь народа к спортсменам. Это те чистые сильные личности, которым народ верит. Почему нет доверия политикам и сейчас верят спортсменам, поэтому многие политики предлагают спортсменам как бы…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Светлана, не в обиду, будучи спортсменкой, это очень хорошо – я понимаю, что кумиры народа, но это не обязательно означает, что спортсмен особо умный, или хорошо разбирается в политике, или разбирается в нуждах народа, что реально нужно народу и как ему помочь. Вот как вы можете помочь народу, почему вы именно пошли и стали членом «Единой России»?

С. ХОРКИНА: Я могу помочь непосредственно если я пойду в политику, конкретно пойду, то я могу очень много сделать предложений в Думу по спортсменам, потому что спортсмены очень… Я думаю, не особенно смешно, потому что спортсмены это те люди, которые защищают честь страны и тоже в свою очередь политические деятели, только в спорте.

В. ДЫМАРСКИЙ: Светлана, можно еще тогда я дополню этот вопрос. Вы сейчас пытаетесь примерно нам объяснить, зачем политики зовут спортсменов. Это понятно.

С. ХОРКИНА: Да, затем, чтобы люди больше проголосовали за их партию.

В. ДЫМАРСКИЙ: Естественно. А зачем вы пошли в «Единую Россию»? Ради чего?

С. ХОРКИНА: Вот именно, я и говорю – ради того, чтобы я могла…

В. ДЫМАРСКИЙ: Чтобы помочь политикам?

С. ХОРКИНА: Нет, чтобы помочь спортсменам в их жизни и существовании вообще спорта в стране, поднять спорт на высший уровень.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: То есть если спортсмен – член партии, его жизнь лучше?

В. ДЫМАРСКИЙ: То есть не самой Хоркиной, если я правильно понимаю, а она будет защищать интересы спортсменов.

С. ХОРКИНА: Не самой мне. Мне и так хорошо, я живу, поверьте, неплохо и счастливо и благодаря моему труду. Я хочу помочь другим спортсменам, у которых иногда не получается что-то.

В. ДЫМАРСКИЙ: Хорошо, для начала вот это мнение Светланы Хоркиной. Максим Кононенко, зачем вам, Максим, «Гражданская сила»? Не хватает собственной?

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Потому что я еще добавила бы, что «Единая Россия», чтобы для некоторых тоже понятно было, правящая партия.

С. ХОРКИНА: Это правильно, это партия власти.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Правящая партия – это какая-то протекция, защита, а вот зачем «Свободная Россия»?

М. КОНОНЕНКО: Я присоединился к партии «Гражданская сила», потому что у меня есть некоторые проблемы, которые мне нужно решить. Связаны они… Где-то два с половиной года назад меня затянуло каким-то образом в благотворительность, я собираю деньги на лечение детям. В основном, мы собирали деньги на лечение детям в РДКБ, детям, которые больны лейкозами. И когда меня в этот процесс затянуло достаточно плотно, я вдруг увидел, что существует достаточно большое количество проблем, которые трудно решить, не находясь внутри политики. То есть мы пытались их решать, мы обращались к политикам, мы обращались в партии, обращались в министерства, но эффективность этого очень низкая. Таким образом я решил, что раз нет возможность решать это через представителей, надо самому стать представителем, войти туда и там каким-то образом попытаться эти проблемы решить. Так что я здесь некоторым образом отдал себя на заклание всему этому делу, потому что больше из московских благотворителей никто этим заниматься не хочет.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А почему вы ваш выбор остановили на «Свободной России», а не на другой партии?

М. КОНОНЕНКО: Мы обращались в разные партии. Нигде нам особенно не помогали. То есть нам помогают какие-то одиночные депутаты, но на уровне партий решаются вопросы гораздо более им интересные и такие, казалось бы, мелочи, которые мы перед ними ставим проблемы, им неинтересны. Я же человек достаточно либеральных убеждений и всю жизнь… Я все время говорю слово «достаточно», у меня какой-то сегодня паразит, у меня каждый день новое слово-паразит. Я голосовал за правые партии. Я голосовал за СПС. Сначала я голосовал за партию «Яблоко», на президентских выборах я голосовал за Явлинского, но я разочаровался, потому что я не очень понимаю политика, который боится запачкаться, который все время хочет быть в белом. Потом я голосовал за СПС, но то же самое, разочаровался после того, что я наблюдаю последние четыре года, после неудачи СПС на прошлых выборах как они не могут договориться между собой. Поэтому где еще либеральная партия? Вот либеральная партия – «Свободная Россия». Я присоединился к ним. Надеюсь, они будут эффективны.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Максим, еще один вопрос к вам такой. Вот как бы вы и журналист, и довольно респектабельны, как бы и литератор, вас читают, вы тот же самый Mr Parker, то есть вы определенное влияние имеете на народ. Вот я тоже сама журналистка, хотя начинающая. Вот если б мне предложили перейти в политику, я бы очень много об этом задумывалась – зачем я, почему меня, почему меня туда тянет, что я могу дать народу? И, в принципе, наверное, не пошла бы, потому что испугалась бы очень, что мой имидж как бы журналистки будет дискредитирован. Почему – потому что очень много вопросов пришли здесь и как бы высказываний и все считают, что очень многие узнаваемые лица идут в политику из-за того, чтобы делать бабки, из-за того, чтобы иметь какую-то крышу определенную.

С. ХОРКИНА: Это уже те люди, у которых, может, совесть такая.

М. КОНОНЕНКО: Не знаю, наверняка есть люди, которые идут. Но, честно говоря, знаете, как-то не думается про имидж, когда дети умирают, а надо им помочь.

С. ХОРКИНА: Но не все люди, наверное, такие, как вы, Максим.

М. КОНОНЕНКО: Есть разные.

С. ХОРКИНА: Есть разные люди, да.

В. ДЫМАРСКИЙ: Давайте, мы как бы выслушали мнение двух членов партий, разных партий. Ольга, ваш взгляд сверху, с точки зрения социологии, зачем – не конкретно Хоркина, не конкретно Кононенко Максим – а зачем вообще люди знаменитые, известные, зачем они идут в политику и реально ли это, поскольку вы исследователь элит, реально ли это расширяет нашу национальную элиту?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Здесь есть два аспекта. Первый аспект, связанный с пиаром, а второй – связанный с гражданской позицией реальной какого-то человека. 99% вступления знаменитых людей в какие-то политические структуры это есть не что иное как просто пиар для того, чтобы привлечь больше сторонников этой партии. Надо иметь узнаваемые лица и их просто эксплуатируют. Это было, вспомните, в Советском Союзе, когда в ЦК, в Верховный совет, в любые структуры власти входили символические рабочие, символические писатели, символические артисты и так далее. Те именно, Светлана совершенно права, которых любит народ и они вот этот свой багаж, свой социальных капитал несли этой партии в обмен на что-то. Партия им платила. Когда-то давали квартиры, кому-то помогали материально. Здесь был какой-то, видимо, бартер.

В. ДЫМАРСКИЙ: А сейчас есть этот бартер?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Но нельзя отрицать, понимаете, что известный человек…

С. ХОРКИНА: У меня не было бартера.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Ну, я говорю абстрактно сейчас, конечно. Ситуации все время разные. Но нельзя отрицать, что человек известный может иметь политические взгляды и может совершенно бескорыстно просто пойти в какую-то партию, чтобы поддержать идеи, которые эта партия выражает, чтобы иметь представителей своих в парламенте. А почему, собственно говоря, известный человек лишен этого права, если им обладают все абсолютно люди? Ну, достаточно абстрактное предположение, правда? Я думаю, что чаще…

В. ДЫМАРСКИЙ: Понятно, что право реально такое есть, никто не нарушает никаких законов при этом. Это понятно. Просто вот этот массовый поход вызывает вопросы.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Да, но, заметьте, когда у известных людей спрашивают – а почему вы идете в какую-то партию? – очень редко кто отвечает «да потому что она мои интересы защищает, потому что я верю в эту идеологию». Такой ответ очень редко вы услышите. Как правило, это что-то другое, поэтому люди в большинстве своем не верят в искренность, они верят в этот бартер. Они понимают, что да, партии нужен этот знаменитый спортсмен или артист, а артисту или спортсмену почему-то нужна эта партия.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот почему?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: И здесь есть некая сделка, то есть все люди понимают, что есть эта сделка. В чем она заключается никто не знает.

В. ДЫМАРСКИЙ: Это восприятие людей такое?

С. ХОРКИНА: Нет, вы знаете, когда мне предложили вступить в партию, я такой человек – мне не навяжешь никогда, я достаточно успешная, я достаточно состоятельная, меня так воспитали, что мне никогда не навязать то, что я не хочу. Я очень долго думала, я взвешивала, я ознакомилась с программой, понаблюдала за этой партией, как она выполняет свои обещания перед их избирателями. Многое было сделано. Конечно, это не ощутимо на всю страну, но это видно чуть-чуть. И я поняла, что сегодня это партия власти и она может делать те вещи, которые она запланировала в своей программе, реально воплотить в жизнь с помощью власти.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: А если бы это была не партия власти?

С. ХОРКИНА: Сегодня я вижу как развивается спорт и мне это нравится.

В. ДЫМАРСКИЙ: А можно вам вопрос один задать, а вы читали программу партии?

С. ХОРКИНА: Да, это было вот когда я вступала в партию. 2002, 2003, сейчас не помню, я забыла.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Просто я думаю, что программа «Единой России» как таковая не существует.

С. ХОРКИНА: Почему не существует? На то время я ознакамливалась. Я говорю, что я в партии, в принципе, давно уже, если можно так считать, что сегодня 2007 год, а это было, я вступала, 2002-2003 год. Сегодня, вы понимаете, это разные вещи, я вижу, как строятся новые залы, я сейчас говорю о спорте. Я вижу еще очень многое, я могу тут много говорить, но я вижу, что воплощается то, что они говорят. Мне это нравится. Мне эта партия подходит по духу, по моему сегодняшнему реальному взгляду на жизнь, поэтому я туда и пошла и никто… Я могу взять и отписаться и уйти из этой партии. Не запрещают.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть без этой партии вы не смогли бы помочь российскому спорту?

С. ХОРКИНА: Возможно, потому что я и присутствую на открытиях, то, что делает «Единая Россия», и мне это нравится, я вижу, как дети сейчас занимаются и рвутся в спорт. И стало меньше бродяг. Мне это нравится.

В. ДЫМАРСКИЙ: Ну, это, скорее, как я понимаю, такая некая поляна социальных дел, что ли, а не…

С. ХОРКИНА: Естественно. У нас сейчас, по-моему, социально и не очень-то хорошо, мы все выкарабкиваемся.

В. ДЫМАРСКИЙ: Максим, а что вас привлекло в программе, если она существует – извините, я просто не знаю – вот этой «Свободной России»-«Гражданской силы»?

М. КОНОНЕНКО: Все либеральные программы, они совершенно похожие, потому что либеральные ценности они общи на всех – это свобода слова, частная собственность, гражданские свободы. Все это есть в программе и СПС, и программе «Свободной России» точно так же. Просто партия «Свободная Россия» мне показалась на сегодняшний день более подходящей, чем СПС, который сейчас для того, чтобы избраться в региональные собрания использует совершенно коммунистическую риторику, обещает поднять пенсии в два с половиной раза, хотя очевидно, что это сделать нельзя. Так что вот что меня привлекает. Меня привлекает то, что это либеральная программа.

С. ХОРКИНА: Я, знаете, что думаю? Что, конечно, во всех партиях почти одинаковые программы, только «Единая Россия» — ее больше, она ближе к власти и реальнее, что власть поможет. Мы сами говорим, что человек пошел сам во власть для того, чтобы как-то решить проблемы.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Я считаю, что если решать проблемы, это все-таки… Если я считаю, что есть некие проблемы, я пошла бы все-таки в оппозиционную партию, потому что я, наверное, посчитала бы, что…

С. ХОРКИНА: Ну, ближе к тебе, наверное, так.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: …исполняющая власть как бы вот… Как Каспаров, который мерзнет на митингах, у него нету доступа ни на телевидение, нигде, вот он реально в оппозицию пошел, да, он был звездой шахмат, но вот считает, что есть некие нравы, за которые надо бороться.

В. ДЫМАРСКИЙ: Я прошу прощения, сейчас у нас остается немного времени до короткого выпуска новостей, давайте сейчас проведем голосование.

«РИКОШЕТ»

В. ДЫМАРСКИЙ: Итак, наш вопрос вам, уважаемые слушатели, он очень простой: для чего, по вашему мнению, знаменитости идут в партию? Чтобы помочь партии или чтобы помочь себе? Если чтобы помочь партии, если вы так считаете, то 660-01-13. Чтобы помочь себе, 660-01-14. Запускаем голосование. Мы сейчас, надеюсь, закончим голосованием до выпуска новостей, оно идет активно, мы достаточно быстро наберем нашу «золотую тысячу» так называемую и посмотрим результаты. А пока, может быть, Ольга Крыштановская выскажет небольшой комментарий?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Да. Знаете, здесь очень важная вещь, что партия власти и все остальные партии это совершенно разные вещи. Партия власти это один из институтов государственных и партия власти, конечно, будет помогать спортсменам, как никакая другая партия просто не в состоянии это сделать, поэтому выбор Светланы совершенно логичен и понятен. Так же как, например, силовик или офицер правоохранительных органов, он не пойдет в партию не государственную…

С. ХОРКИНА: А можно я вас перебью?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Сейчас я договорю. Потому что сильное государство это сильные все другие органы власти, это сильный спорт. А вот другие партии конкурируют в открытой честной борьбе.

С. ХОРКИНА: Почему фигуристы сейчас ушли в другую партию в основном? Не в «Единую Россию».

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: А в другую партию власти тоже.

С. ХОРКИНА: Они выбрали свою партию власти.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Это все одно и то же…

В. ДЫМАРСКИЙ: Все равно это партия власти. Я прошу прощения, во-первых, я предупреждаю всех, что я остановил голосование, потому что мы очень быстро набрали нашу тысячу голосов, а результаты голосования и продолжение дискуссии после небольшого перерыва – короткого выпуска новостей.

НОВОСТИ

В. ДЫМАРСКИЙ: Еще раз добрый вечер. Мы продолжаем нашу программу, где мы обсуждаем вопрос, зачем знаменитостям партийные билеты и напомню, собственно говоря, участников. Светлана Хоркина, знаменитая спортсменка, Максим Кононенко, знаменитый журналист, раз мы говорим о знаменитостях, и оба члены партий разных – Хоркина, «Единая Россия», Максим — «Гражданской силы», бывшей «Свободной России», и Ольга Крыштановская, социолог, выступающая в качестве арбитра.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: А почему не говорите – знаменитый социолог?

В. ДЫМАРСКИЙ: Знаменитый социолог, конечно. Итак, голосование, которое у нас прошло перед выпуском новостей. Вопрос мы задавали такой: для чего знаменитости идут в партии – чтобы помочь партии или чтобы помочь себе? Ну, за минуту двадцать секунд мы набрали нашу «золотую тысячу» голосов. Результат совершенно такой… Подавляющее большинство, 96,4% наших слушателей считают, что знаменитости идут в партии, чтобы помочь себе и только 3,6% считают, чтобы помочь партии. Вот такие результаты голосования.

М. КОНОНЕНКО: Ведь человек реально популярный, он вообще-то живет лучше, чем рядовой депутат Государственной Думы.

С. ХОРКИНА: Ну, смотря какой.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Нет, у всех возникает как раз вот этот вопрос – человек, который всегда был на белом коне и известен всем и вдруг его звезда как бы гаснет, потому что все звезды в какой-то момент гаснут, он хочет как бы оставаться на виду у всех…

В. ДЫМАРСКИЙ: Здесь есть другая еще проблема. Гаснут не только звезды, гаснут еще и партии. Вот здесь, Светлана, к вам уже вопрос пришел от нашего слушателя: а вот если «Единую Россию» постигнет та же судьба, что предыдущие партии власти, вы будете вступать в другую партию?

С. ХОРКИНА: Если партия подойдет по своим взглядам и по моим взглядам на жизнь, то возможно, почему бы и нет?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Я хочу как социолог здесь добавить, что если человек вступил один раз в какую-то партию, то, как правило, он этой привычке не изменяет. Люди партийные, они, как правило, за свою жизнь были членами многих разных партий, особенно в регионах. Приезжаешь куда-то – а, это тот, который был сначала у политика А, потом у политика Б, потом у политика В. Кто приехал в регион, навербовал людей, потом другой политик приехал.

В. ДЫМАРСКИЙ: У меня здесь есть еще вопрос к Максиму, к этому вопросу я тоже присоединяюсь. Ирина из Москвы спрашивает: «Уважаемый господин Кононенко, Хаматова тоже помогает больным детям, болеющим лейкозом, но ни в какую партию она не вступает. Зачем, чтобы заниматься благотворительностью, надо обязательно идти в партию?».

М. КОНОНЕНКО: Вот именно потому что Чулпан не идет, иду я, потому что все равно существуют проблемы, которые даже Чулпан не может решить. Она делает очень большое дело, собираются большие деньги, но, к сожалению, бывают еще вопросы, которые лежат вне сферы сбора денег. Бывают вопросы административные, вопросы оплаты матерям больных детей отпусков, связанных с тем, что они лечатся. Сейчас, например, матерям детей, больных лейкозом, оплачивается в год всего 120 дней отпуска, но лейкоз лечится годами. А у нас полностью оплачивается отпуск матерям только детей, больных СПИДом и детей, которые заболели после вакцинации. Существует огромное проблем, которые нужно решать таким образом.

В. ДЫМАРСКИЙ: Хорошо, Максим, тогда такой вопрос. Если вы идете только за этим, то почему вы вступаете или сейчас являетесь членом высшего совета партии, парламентская судьба которой пока не ясна? Так почему не пошли бы тогда в ту же «Справедливую Россию» или «Единую Россию», которые почти наверняка пройдут в следующую Думу?

М. КОНОНЕНКО: Мне не нравятся партии «Справедливая Россия», «Единая Россия». Мне кажется, что это искусственные конструкции…

В. ДЫМАРСКИЙ: А «Гражданская сила» – нет?

М. КОНОНЕНКО: А «Гражданская сила» это партия, которая была создана с нуля, снизу и существует уже пять лет именно таким образом. Это не искусственный…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну как же не искусственный, когда Барщевский при всей моей симпатии к нему, он очень сильно ассоциируется с Кремлем. Он возглавляет вашу партию, это человек, который был представителем Верховного суда президента Российской Федерации в стране в течение семи лет. Ну как эта партия не может ассоциироваться с Кремлем и с той же самой «Единой Россией», когда возглавляет Барщевский? Хотя, еще раз повторю, что он мне очень нравится.

М. КОНОНЕНКО: Барщевский не возглавляет партию. Высший совет партии это консультативный орган, который существует рядом с партией и дает советы ее руководству, а Барщевский не является членом партии. Я пока не являюсь членом партии, но думаю, что буду вступать в нее. А партия «Свободная Россия», она существует в 2002 года, и это была партия, которая создана в Екатеринбурге, не в Москве, совершенно с нуля, в отличие от партий вроде «Единая Россия» и «Справедливая Россия», которые по сути есть конгломерат других партий, созданных когда-то, которые собраны вместе под решение какой-то конкретной задачи.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Я страдаю…

В. ДЫМАРСКИЙ: Вы страдаете, Ольга?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Я страдаю от невысказанных чувств.

В. ДЫМАРСКИЙ: Ну, выскажите.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Высказывайте, пожалуйста.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Ну, не о том мы говорим, понимаете, вот как Станиславский, хочется эту банальную фразу еще раз, ну не верю, не верю. Понимаете, не о том мы говорим. Политика есть особая совершенно сфера деятельности и все эти разговоры о благе народа всегда произносились политиками и никогда им никто не верил, скажем так. Потому что политика это есть такая метапрофессия, куда люди отправляются, уже достигнув определенных успехов – кто в спорте, кто в журналистике, кто в чем, и это определенный тип карьеры, который дает и престиж, и славу, и деньги больше, особенно в нашей стране, чем любой другой вид деятельности. И очень многие люди, которые, может быть, разочаровались, может быть, зашли в тупик своей карьеры, они хотят продолжения другого, не менее успешного, между прочим. И я, поскольку отношусь к научным кругам и знаю лучше ситуацию с интеллигенцией. Могу сказать, что собирается тусовка очень успешных политологов или социологов, на чем они приезжают? На «Мерседесах». А почему эти социологи или политологи приезжают на «Мерседесах»? Они богатые люди и богатыми они стали из-за того, что они внедрялись в политику, они помогали ей, они получали от этого прибыли огромные и партия для них инструмент для получения каких-то прибылей, каких-то дивидендов, может быть, не обязательно материальных, не всегда материальных, каких-то иных тоже. И зачем все это прикрывать? Вы извините меня, конечно, но просто мне не очень даже ловко это говорить. Конечно, мы все печемся о больных детях, но при чем здесь ваше участие в политике, Максим? Вы же просто политик, вы политический игрок и это не сегодня произошло и не с вашим вступлением в эту партию это произошло. Ну, зачем вы просто лукавите?

М. КОНОНЕНКО: Ну, вам считается, что я лукавлю. Нет, я перед собой всегда честный.

С. ХОРКИНА: Ну, это, наверное, тоже есть совесть человека, понимаете. Не знаю. Спортсмены, когда достигают больших успехов, они живут нормально, у них и машины, и все у них есть.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Вы не политический игрок?

М. КОНОНЕНКО: Я политикой никогда не занимался раньше.

С. ХОРКИНА: Спортсмены очень искренние люди, их никогда не обманут, потому что спорт учит.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Нет, дело не в том, что обманут. Что вы реально, Светлана, можете решить в судьбе народов с политической точки зрения?

С. ХОРКИНА: Я еще раз говорю о карьере. Когда я вступала в партию, у меня тогда карьера била ключом и я не думала о том, чтобы мне как-то жить дальше, в дальнейшем.

В. ДЫМАРСКИЙ: Вообще, я, с одной стороны, согласен с тем, что сказала только что Ольга…

С. ХОРКИНА: Нет, в этом есть что-то, да, я тоже согласна…

В. ДЫМАРСКИЙ: Но, с другой стороны, вот сейчас не берем Кононенко, но вот Хоркина, сидящая рядом, тот же Плющенко, который в «Справедливую Россию», по-моему, вступил…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Дима Билан.

В. ДЫМАРСКИЙ: Билан и так далее. Вот эти люди – зачем им это я понять не могу, потому что, в принципе, все у них есть…

С. ХОРКИНА: Ну, решать какие-то свои дела – это смешно.

В. ДЫМАРСКИЙ: …слава есть…

С. ХОРКИНА: Мировая, я боюсь сказать, мировая.

В. ДЫМАРСКИЙ: …способов зарабатывать денег…

С. ХОРКИНА: Достаточно, поверьте.

В. ДЫМАРСКИЙ: …помимо участия в партии власти, наверное, тоже достаточно.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Во-первых, слава преходяща. Любая слава, она преходяща. Во-вторых, люди многих профессий, таких как спортсмены или танцоры, например, артисты тоже, они имеют возрастной ценз очень-очень низкий, иногда человек в 25 лет уже на пенсию должен идти в своей профессии. Ему надо думать о будущем. Ну, балерины тоже.

В. ДЫМАРСКИЙ: Ну, не в 25, конечно, но все равно.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Но все-таки.

С. ХОРКИНА: У них хорошие возможности есть уехать за границу и работать, и жить припеваючи, поверьте мне.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: На самом деле это и на Западе делается.

В. ДЫМАРСКИЙ: Разумеется, там тоже используют знаменитостей. Вот я сейчас слежу за французской кампанией предвыборной, там Джони Холидей, который поддерживает Николя Саркози, скажем.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Понимаете, никто не говорит, что нет честных людей, которые идут в партию. Конечно, они есть, безусловно, это так. Но недаром вот люди не верят в большинстве своем. Не про конкретную Хоркину, которой, конечно, верят, потому что ее любят люди. Но есть масса людей, которым не верят.

В. ДЫМАРСКИЙ: Признаю, не очень приятный для Светланы вывод, но судя по тому, что нам присылают слушатели, не вызывает, честно вам скажу, ваша позиция больших симпатий. Ну, может быть, только у тех, которые пишут, а те, которые не пишут, может быть, им ваша позиция симпатична.

С. ХОРКИНА: Потому что, знаете, я вам скажу, что вот буквально на днях открывается большой комплекс, названный «Светланой Хоркиной», и благодаря мне, под меня дали федеральные деньги, и теперь у детей есть дом спортивный. Понимаете, я помогла, плюс что я еще в партии. «Единая Россия» смогла это.

В. ДЫМАРСКИЙ: То есть это не «Единая Россия» смогла, а Хоркина, член «Единой России».

С. ХОРКИНА: Ну, не «Единая». Я, да.

В. ДЫМАРСКИЙ: А если бы Хоркина не была членом «Единой России», не дали бы деньги?

С. ХОРКИНА: Не знаю, возможно. Но если бы да кабы, понимаете…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вас любит народ, конечно бы, дали бы вам деньги.

С. ХОРКИНА: Можно назвать это перестраховкой.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Наше государство нуждается в мощном спорте, потому что спорт это один из атрибутов мощи государства…

С. ХОРКИНА: Сегодня это популярно.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: И популярным это делает государство, которое ведет эту политику. Поэтому вы являетесь одним из элементов этой политики…

С. ХОРКИНА: Возможно, можно и так называться, конечно. Ничего такого…

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Конечно. И партия, это совершенно непонятно, зачем партия нужна?

В. ДЫМАРСКИЙ: Вот нам Геннадий из Саратова пишет: «У нас в Саратове депутат Третьяк очень много делает для развития спорта». Ну, наверное, почему бы и нет.

С. ХОРКИНА: Так оно и есть.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Ну, понимаете, есть же еще и такой момент, мы же должны понимать, почему люди не верят – потому что есть такое понятие как проституирование известных людей, которые хотят за что-то, зачем-то, для своих личных корыстных или не очень корыстных интересов или групповых интересов пойти в политику. И людей не обманешь, все-таки это видно.

В. ДЫМАРСКИЙ: Кстати говоря, много вопросов по Интернету еще до эфира и сейчас, во время эфира, приходит по поводу того, что Каспаров, Лимонов, ну, тоже, шахматист, писатель, что они идут в политику. Но там немножко другой случай. Они идут в политику, они идут в оппозицию, которая не дает никаких благ.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну да, вот то, что говорили, им не дают эфирного времени…

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Да, и тем не менее, все равно это некая амбициозность человека…

В. ДЫМАРСКИЙ: Ну, разумеется, политика всегда амбициозна.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Политика – ты встаешь под прожектора, тебя показывают, все внимание на тебя.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Публичность такая.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Это публичность, да. Поэтому многие люди, амбициозные люди, они хотят этой публичности, ну, не такой ценой, так такой.

В. ДЫМАРСКИЙ: Ну, политика это вообще всегда стремление к победе. Хотя, кстати говоря, Максим, должен высказать, я просто и в лицо это говорил, поэтому имею право высказать свое недоумение Михаилу Барщевскому, который здесь в эфире как-то сказал, что наша цель не борьба за власть. Как может быть политическая партия, у которой цель не борьба за власть?

М. КОНОНЕНКО: Я тоже не согласен с этим тезисом Михаила Барщевского. Цель любой политической партии приход к власти.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот у меня сейчас вопрос к Ольге, если можно. Вы до эфира сказали, что вы тоже присматриваетесь, никак не можете выбрать свою партию. Вы очень умная женщина, состоявшаяся, к вам прислушиваются. Зачем вам идти в какую-нибудь партию?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Я вам скажу. Я здесь соглашусь, наверное, с Михаилом Барщевским. Я много раз была на грани того, чтобы вступить в какую-то партию и предложений таких, поверьте, мне тоже делалось немало. И я думаю, что очень большая часть россиян ищет свою партию, ищет, потому что у людей есть гражданская позиция. Людям что-то не нравится, они не хотят никакой власти для себя лично, но они хотят помочь какой-то цели политической…

В. ДЫМАРСКИЙ: Они хотят иметь своих представителей во власти.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Они хотят своих представителей иметь, так, как они его видят, как им кажется, хорошо для страны. Вот что они хотят. И я здесь не исключение. Мне не нужна власть. И если я вдруг вступлю в какую-то партию, то только для того…

В. ДЫМАРСКИЙ: Я не про рядовых членов говорю партии.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Ну, понимаете, что мотивация может быть и такой – не власть, а просто поддержка силы, которая будет оказывать давление в определенном направлении, которая будет двигать все общество куда-то.

В. ДЫМАРСКИЙ: Давайте так мы сейчас договоримся. Проведем еще одно голосование и еще один вопрос после этого поднимем.

«РИКОШЕТ»

В. ДЫМАРСКИЙ: Итак, вот наш второй вопрос сегодняшней программы. Меняет ли ваше отношение – в лучшую или худшую сторону, это не имеет значение – к партии присутствие в ее рядах знаменитости? Если да, ваше отношение к партии меняется в связи с присутствием знаменитости, то ваш телефон 660-01-13. Если нет, вы относитесь к партии независимо от того, присутствуют в ее рядах знаменитости или нет, то 660-01-14. Запускаем голосование. Мы опять дождемся нашей «золотой тысячи», я думаю, что она очень скоро придет к нам на машину голосования, и зачитаем результаты. Голосование идет очень активно. Я бы хотел, пока люди голосуют, еще один вопрос вам задать, уже с другой стороны. Мы все пытались выяснить, на мой взгляд, достаточно безуспешно, зачем все-таки знаменитости идут в партии, потому что так, в общем, до конца я этого и не понял, но все-таки есть еще обратная сторона – зачем их зовут туда?

С. ХОРКИНА: С этим, конечно, все ясно.

В. ДЫМАРСКИЙ: Здесь, с одной стороны, все ясно, но с другой стороны, есть еще один момент, кроме создания имиджа некого, понятно, что Хоркина может быть лицом «Единой России», Кононенко может быть лицом «Гражданской силы» и так далее, но есть еще один момент – я очень боюсь, что присутствие вот этих всех знаменитостей подменяет собой столкновение реальных программ, что вместо, извините, я сам себя процитирую, просто в своей колонке в «Российской газете» в четверг я написал, что вместо программы максимум партийной мы увидим короткую программу в исполнении того же Плющенко. То есть вот это, что на первый план, как нам написал один из слушателей, Татьяна Завалюева из Санкт-Петербурга, студентка: «Не считаете ли вы, что лидеры партий выставляют известных людей впереди себя просто потому, что у них нет самих достаточно харизмы?». То есть лидеры партий выставляют знаменитостей, потому что им самим чего-то не хватает, а партии выставляют вперед знаменитостей, потому что у них не хватает содержательных программ?

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Нет, знаете, здесь с социологической точки зрения очень простая вещь есть. Вот население, которое не интересуется так безумно политикой, ну, обычные люди, немножко что-то интересно, и на выборы, пожалуй, можно сходить, вот у этих людей в оперативной памяти не может находиться большой очень объем политической информации. Они могут запомнить пять-шесть имен, все. Значит, партия поступает очень рационально, когда она не загружает какими-то новыми именами, на которые у людей никакой нет реакции совершенно, а берут сразу уже готовых людей, у которых есть как бы электорат свой, а электоратом являются те люди, которые просто знают эту фамилию. То есть электорат реагирует на известную фамилию и ему понятно все.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Я бы не согласилась, знаете, в каком аспекте, например, вы говорите, что многих не интересует политика, рядовых людей, я бы не согласилась. Я считаю, политика интересует многих простых людей и бескорыстно интересует. И раздражение, что призывают как раз звезд в политику, у них такой доступ в партию, их раздражает.

В. ДЫМАРСКИЙ: Девушки, можно ваш диалог прервать? Ольга, голосование, которое только что завершилось, вообще опровергает ваше мнение.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Конечно, я была уверена, что оно опровергнет.

В. ДЫМАРСКИЙ: Сейчас я вам скажу результат. Меняет ли ваше отношение к партии присутствие в ее рядах знаменитости? У нас за минуту с небольшим тысяча человек проголосовала. 85,6% говорят, что не меняет и только 14,4% проголосовавших говорят, что меняет.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Не верьте социологии, не верьте.

В. ДЫМАРСКИЙ: А, это другой вопрос, вот тогда другой вопрос.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Не верьте, потому что люди никогда вам не признаются во многих вещах, например, что они за Жириновского голосуют. Но это медицинский факт. Когда партия «Единство» в свое время поставила третьим лицом знаменитого борца, то люди на это среагировали, и это доказано просто тем, что сразу прибавилось большое количество голосов у этой партии.

В. ДЫМАРСКИЙ: Вот как здесь отвечает на пейджер Лена из Москвы на вопрос, который мы задали: «К знаменитостям у меня отношение меняется, а к партиям – нет».

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Это хорошо.

С. ХОРКИНА: Не знаю, прежде всего, наверное, наши люди все-таки стали умнее и они смотрят и ознакамливаются с партиями, вообще с их программами, слушают…

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Нет никаких программ.

С. ХОРКИНА: …особенно перед выборами, это вообще. Но ведь говорят же, выступают же политики с программами, что они хотят, придя к власти, что они хотят сделать.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Да, да, они хотят все одно и то же – чтобы все были богатыми и здоровыми.

В. ДЫМАРСКИЙ: И все обещают повышение зарплат и пенсий…

С. ХОРКИНА: Нет, они еще говорят, как они хотят это сделать.

М. КОНОНЕНКО: Мы не обещаем.

В. ДЫМАРСКИЙ: А что вы обещаете? Что вы хорошего обещаете?

М. КОНОНЕНКО: Но реформу судебной системы мы обещаем. Мы обещаем решение проблем в Минздравсоцразвития вот этих всех идиотских, когда люди не могут бесплатные лекарства получить. Вот что мы обещаем. Мы обещаем нормальную работу следственных органов, которая сейчас ненормальная.

С. ХОРКИНА: Ну, понятно, все то, что плохо.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: На самом деле в России всегда было всего две партии – славянофилы и западники, и все, а это все мелочи.

В. ДЫМАРСКИЙ: Здесь замечательная реплика от Макса: «Тайсона в «Единую Россию»!».

С. ХОРКИНА: Ну, я думаю, что вряд ли, потому что в «Единой России» именно те люди, которые вот именно как-то светлый образ, доброта, мужество, сила, честность…

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: И русская национальность.

С. ХОРКИНА: И русская… Ну да, в принципе, да.

В. ДЫМАРСКИЙ: Здесь еще один вопрос, не могу найти сейчас, на пейджере или на СМС, вопрос такой, философский, на него нужно отдельную программу делать, говорят – а чего вы хотите от знаменитостей, даже если их «покупают», ну, в кавычках, если «покупают» избирателей. Чем они лучше или хуже, если сами избиратели на это покупаются…

С. ХОРКИНА: Я бы ответила – не знаете, за руку не хватали, так не надо говорить.

В. ДЫМАРСКИЙ: Нет, нет, я имею в виду про избирателей. Известно же, что на многих региональных выборах просто деньги раздавали избирателям.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: В России же существует феномен интеллигенции, который, как принято считать, нигде в мире нету, интеллигенция это как бы совесть нации, это люди, которые не продаются, у которых есть какие-то идеалы, какие-то стремления, и Россия гордилась всегда тем, что у нее была интеллигенция. А когда интеллигенция продается, это стыдно, и люди это видят и не верят просто больше им.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну да, не верят, потому что та же самая интеллигенция, как вы сказали, приезжает на «Мерседесах», а люди реально с голоду умирают.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Да, как только интеллигент покупает «Мерседес», он перестает быть интеллигентом.

С. ХОРКИНА: А, понимаете, а когда, допустим, артист все своим горбом заработал, «Мерседес», а люди ему говорят – вот… Не знают же, каким потом и кровью я заработала эту машину. Тут разные понятия интеллигенции.

М. КОНОНЕНКО: У меня было в жизни большое разочарование, когда у Михаила Михайловича Жванецкого угнали «Гелентваген» в Серебряном бору. У меня был культурный шок, потому что я думал, что он ездит на «Волге» всегда, если вообще ездит на машине.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: А я думала – на трамвае.

М. КОНОНЕНКО: Но должен вам сказать, что я не перестал с большим удовольствием читать то, что он пишет.

В. ДЫМАРСКИЙ: Светлана, здесь вопрос. У нас совсем мало времени, но тем не менее. «Светлана, вы получили немного денег на спорт, а то, что прикрываясь вашим именем и авторитетом, — ну, здесь Кирилл из Москвы пишет достаточно жесткие слова, мерзавцы и так далее, но, хорошо, отставим это слово, нехорошие люди, скажем так, — действуют не всегда во благо народа, родины, страны, вас это не смущает?».

С. ХОРКИНА: Я могу сказать, что именно по спорту и именно мое имя привлекается. А что другими делами, не связанными со спортом, я думаю, не привлекается, я уверена, потому что я никогда не разрешу делать и привлекать мое имя к каким-то грязным делам.

В. ДЫМАРСКИЙ: Нет, дело не в этом. Здесь имеются в виду не какие-то конкретные люди, а я так понимаю, что некие члены «Единой России», в том числе здесь нам говорят «а вот мэры городов, которых сейчас арестовывают, губернаторы» и так далее, они же все тоже члены «Единой России».

С. ХОРКИНА: Ну, в частности, о мэрах и о губернаторах я могу сказать о своем городе…

В. ДЫМАРСКИЙ: Ну, не все, конечно.

С. ХОРКИНА: Да. Далеко ходить не надо, показатель – город Белгород. И, пожалуйста, у нас скоро, вот я еще раз повторюсь, будет открытие замечательного комплекса. Вот вам, пожалуйста, работа «Единой России», работа губернаторов, мэров. Не все люди такие, поверьте. Есть и мерзавцы. Есть во всех партиях мерзавцы, в конце концов.

В. ДЫМАРСКИЙ: Это правильно. И вне партий тем более.

С. ХОРКИНА: И вне партий тем более. Но я никогда не пойду туда, где будут прикрываться, грязные делишки делать под моим именем я никогда не позволю. Если я это узнаю, то я…

В. ДЫМАРСКИЙ: Вы знаете, у нас здесь просто такая фактологическая вещь, мы должны людям сказать. Здесь Кононенко пришло: «Мы только что узнали, что партия «Гражданская сила» возглавляется анонимом. Думали, что Барщевский, а он мимо. Спросите у Кононенко, кем она возглавляется».

М. КОНОНЕНКО: Возглавляется человеком, которого зовут Александр Юрьевич Рявкин. Это человек, который эту партию создал и на протяжении пяти лет является председателем федерального политсовета.

В. ДЫМАРСКИЙ: Но только с приходом Барщевского она начинает набирать гражданскую силу.

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Тоже – известного человека.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, потому что есть харизма, конечно, у него такая харизма, что невозможно его не слушать…

О. КРЫШТАНОВСКАЯ: Прежде всего – известность.

В. ДЫМАРСКИЙ: Наше время вышло. Я благодарю всех участников дискуссии за этот разговор в прямом эфире. До встречи через неделю. Это была «Проверка слуха». До свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире