'Вопросы к интервью
В. ДЫМАРСКИЙ — Добрый вечер. В эфире очередная «Проверка слуха». Сегодня наша программа дрейфует в северном направлении. Будем обсуждать тему освоения Арктики. Тему, которая в советское время была окрашена в такие героические тона. Если полярники, то обязательно герои, если дрейфующие станции, то опять же сплошной подвиг. И фильмы какие были: «Семеро смелых», «Красная палатка». Причем, на мой взгляд, во всяком случае, герои этих картин для рядового зрителя непонятно чем занимались, ради чего рисковали жизнью. Разве что показывали безграничные возможности человеческого организма. Потом об Арктике как-то забыли, что там действительно делать нормальному человеку. Экстрим ведь для небольшого числа людей. И вообще, зачем нам Арктика, Северный полюс, вечная мерзлота. И вот эти простые, казалось бы, вопросы я и попросил сегодня обсудить наших гостей, которых я вам с удовольствием представляю. Артур Чилингаров — заместитель председателя Государственной Думы, Герой Советского Союза, президент Ассоциации полярников, член-корреспондент РАЕН. Еще одну должность я должен назвать — спецпредставитель президента РФ по вопросам международного полярного года. Все назвал?

А. ЧИЛИНГАРОВ – Много уже.

В. ДЫМАРСКИЙ — Добрый вечер. Борис Моргунов — советник Министра экономического развития и торговли РФ. Более коротко. Добрый вечер. И Виталий Иванович Чуркин, посол МИДа РФ по особым поручениям, председатель комитета старших должностных лиц Арктического Совета. А я скажу почему, потому что Россия сейчас председательствует в арктическом совете. Вот Виталий Иванович, к сожалению, заболел, но мы его обязательно подключим к нашему разговору по телефону чуть позднее. Вот я вам гостей представил. Теперь, наверное, перейдем к обсуждению самой темы. И давайте действительно начнем с самого простого. Что такое арктическая зона географически, так как думаю, далеко не все представляют себе ее размеры и расположение. И что такое арктическая зона экономически. Это все к тому вопросу, а зачем нам вообще нужна Арктика.

А. ЧИЛИНГАРОВ — Ну хорошо, во-первых, я хочу вас всех поблагодарить вашу редакцию, что вспомнили об Арктике. Я поменял сегодня все свои планы, лишь бы поучаствовать в этой передаче. Действительно есть, о чем говорить. Есть те проблемы, которые поднимаете. И мы готовы не только сегодня встречаться с вами, мы возобновили научные исследования в арктическом бассейне и приглашаем вашу редакцию, как это раньше было, конкурс был, чтобы поехать на Северный полюс, на дрейфующую станцию, рассказать о том, как они живут.

В. ДЫМАРСКИЙ — Извините, но для журналиста это действительно, по-моему, интересно.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Мы с вами договорились. Пожалуйста, я официально пущу в ассоциацию полярников.

В. ДЫМАРСКИЙ — Спасибо. Приглашение принимается.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я хочу сказать, в двух словах, для чего нужна Арктика. Во-первых, Россия будет прирастать Севером, классики помните, сказали. И четко совершенно.

В. ДЫМАРСКИЙ — Она уже приросла Сибирью и Севером.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Если говорить сегодня, то экономический потенциал Крайнего Севера дает возможность вообще России нормально жить. Посмотрите, Крайний Север – нефть, газ, алмазы, золото. «Норильский никель», «Апатит». И для того чтобы это все каким-то образом могло сегодня добываться, необходима была кропотливая работа. И история нашей страны, Советского Союза, большевики на Крайнем Севере, на полюсе, Северный морской путь, это не зря все делалось. Это делалось, для того чтобы каким-то образом подготовиться как сегодня, многие годы готовились, для того чтобы мы могли каким-то образом осваивать богатейшие полезные ископаемые, которые есть на Крайнем Севере. Сегодня идет шельф, вторая стадия идет, шельф и интересуются шельфом. Поэтому вопрос первый экономический это ясно, второй – присутствие.

В. ДЫМАРСКИЙ — Что, присутствие ради присутствия?

А. ЧИЛИНГАРОВ – Нет, наша территория. Арктика, там должно быть присутствие. И в 30-40 годы было около ста полярных станций, на которых поднимался советский флаг, была дисциплина. Это присутствие с пониманием того, что была позиция, так называемые полярные владения Советского Союза. И эта карта, которая была нарисована, говорят, Сталиным от Кольского полуострова до мыса Уэлен, такой сегмент, это все являлось полярными владениями Советского Союза. И сегодня это актуально. Потому что шельф, интерес к шельфу и здесь нам конечно законодательно надо очень много работать, чтобы доказать, что это все наше.

В. ДЫМАРСКИЙ — То есть интересно уже, вы сказали только что, это наша территория. Это что, вся Арктика наша территория? И вообще в международном праве как-то зафиксировано наше право, извините на тавтологию, на некие территории в Арктике?

А. ЧИЛИНГАРОВ – Есть, конечно, и морское право, есть и все, что связано с прибрежной зоной. Есть и континентальный шельф. Законопроект есть, сегодня мы работаем над законопроектом о Северном морском пути, который очень интересен. Есть вопросы, которые необходимо нам каким-то образом законодательно подтвердить, что это наше. Почему я об этом говорю. Интерес к шельфу. Шельф это нефть и газ. Возьмите Штокмановское месторождение. Я думаю, что в этом году, на будущий год начнется добыча шельфа на Приразломном в районе Новой Земли. И конечно, отсюда и интерес к тому, чье это. Поэтому конечно, законодательная база очень непростая, и мы над этим работали и даже у нас были документы с границей полярной зоны РФ. Такой был законопроект, пока он не решается.

В. ДЫМАРСКИЙ — Я думаю, что попозже этот вопрос зададим Виталию Чуркину. Он с точки зрения дипломата…

А. ЧИЛИНГАРОВ – Жалко, что Виталия сегодня нет. Он скажет.

В. ДЫМАРСКИЙ — Мы обязательно его подключим. Борис, я обращаюсь к Борису Моргунову, советнику министра экономического развития и торговли. Все-таки поскольку вы Министерство экономического развития, ваш взгляд экономический на Арктику. Только что Артур Николаевич нам сказал о полезных ископаемых и зачем нам это все нужно.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я еще сказал о науке.

В. ДЫМАРСКИЙ — Да, давайте науку пока, сейчас у меня вопрос больше экономический. С учетом этих неимоверно тяжелых условий жизни и труда людей там, себестоимость любой продукции, той же добычи природных ресурсов резко повышается на этом Севере. Есть ли экономическая целесообразность в промышленном освоении этой зоны?

Б. МОРГУНОВ – Я, может быть, начну с географии. Вы задали этот вопрос. И если немножко продолжить тот разговор, который уже начался и говорить о границах, то эти границы определены директивным решением, южные границы арктической зоны РФ. Директивным решением Совета Министров еще Советского Союза, если, не ошибаюсь, это 1989 год. И этот нормативный акт существует, правда с него не снят гриф секретности. До сих пор.

В. ДЫМАРСКИЙ — Это замечательно.

Б. МОРГУНОВ – Граница есть, но она секрет.

В. ДЫМАРСКИЙ — То есть все остальные не знают, что есть граница. Норвежцы и другие страны, прилегающие к арктической зоне, они не знают про этот секрет.

Б. МОРГУНОВ – Им про нашу южную границу рассказали, им по большому счету все равно. Я прошу не путать южную границу, которая идет внутрь территории РФ и северную, которая волнует всех. Если говорить о северной границе, это естественно граница континентального шельфа. И здесь я уже перехожу к вашему вопросу: а зачем. Ни для кого не секрет, что запасы природных ресурсов в относительно климатически благоприятных условиях уже заканчиваются. Я говорю в первую очередь о не возобновляемых ресурсах. Такие как нефть, газ, алмазы и так далее. И наше светлое будущее, наших детей на континентальном шельфе. Оно в Арктике.

В. ДЫМАРСКИЙ — То есть они туда поедут работать.

Б. МОРГУНОВ – Да, конечно потому что сегодня там платят реальные деньги. И зарплата, которую получают люди в Арктике, в несколько раз превышают зарплату…

В. ДЫМАРСКИЙ — Выдаю небольшой секрет, мы об этом спросим еще вас, уважаемые слушатели по поводу условий поездки на Крайний Север. Условий поездки конечно.

Б. МОРГУНОВ – И если мы говорим о континентальном шельфе, о природных ресурсах, которые там находятся, естественно их себестоимость гораздо выше, чем в районах с благоприятными климатическими условиями. Но конъюнктура рынка уже сегодня такова, что их добыча будет и уже оправдана, и, скорее всего…

В. ДЫМАРСКИЙ — То есть это окупается, несмотря на высокую себестоимость.

Б. МОРГУНОВ – Конечно. Наша экономика уже находится, слава богу, в таком состоянии, когда бизнес никто не заставляет идти туда, куда ему выгодно.

В. ДЫМАРСКИЙ — А бизнес идет туда?

Б. МОРГУНОВ – Бизнес идет в Арктику. Уже упоминалось Штокмановское месторождение. И если мы говорим об Арктике, о географической Арктике, то Ямал это 80% газа…

В. ДЫМАРСКИЙ — Ямал понятно.

Б. МОРГУНОВ – Это чистая Арктика. Более может быть арктическая территория это Норильск и Салехард. Уж куда более суровые условия для существования и для работы в этих регионах. Поэтому если говорить об экономической целесообразности, то она уже есть. И с уменьшением количества дешевых энергоресурсов она естественно будет возрастать. Если говорить о наших долгосрочных интересах, экономических интересах в Арктике и тут мы опять возвращаемся к шельфу, то в настоящее время у России есть совершенно реальная возможность дополнительно присоединить к своему континентальному шельфу порядка 1,2 млн. квадратных километров. Я поясню, что я имею в виду.

В. ДЫМАРСКИЙ — Опять секретным указом.

Б. МОРГУНОВ – Нет, это абсолютно легитимная процедура, которая предусмотрена конвенцией по морскому праву. Которая определяет, безусловно, двухсотмильную зону континентального шельфа для каждого государства, которое его имеет естественно. Но если шельф имеет континентальное продолжение континентальной структуры от, собственно берега не прерывающееся, то государство имеет право подать заявку в соответствующую комиссию ООН и распространить…

В. ДЫМАРСКИЙ — Чтобы закрепить свой суверенитет над этой территорией.

Б. МОРГУНОВ – И повторяю, что это примерно 1,2 млн. квадратных километров в Северном Ледовитом океане.

А. ЧИЛИНГАРОВ – У нас есть по этому поводу приоритет, потому что за советское время мы выполнили уникальную работу. И у нас есть карта льда Ледовитого океана.

В. ДЫМАРСКИЙ — Больше ни у кого нет.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Больше ни у кого нет. Мы застолбили эту карту. Она уже рассекречена. Это целая плеяда полярных исследователей летчиков, моряков, гидрографов и ученых, которые занимались вот этой уникальной работой в течение 20 лет. Эта карта есть, поэтому мы, конечно, имеем определенный приоритет при рассмотрении шельфа. Я хотел бы о науке два слова сказать.

В. ДЫМАРСКИЙ — Не два слова, я надеюсь, вы скажете больше, но сейчас коротко, потому что мы прервемся на новости.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я хотел бы сказать, что сегодня во льдах Арктики, это очень важно сегодня, чтобы услышали, вряд ли они слышат, зимой дрейфующих станций на Северном полюсе сегодня у нас 34. И они полгода во льдах.

В. ДЫМАРСКИЙ — Когда-то, по-моему, ежедневно передавались сводки…

А. ЧИЛИНГАРОВ – Полгода во льдах, начальник станции Томас Петровский. 12 человек, организована станция была в сентябре с помощью нашего единственного научно-исследовательского судна «Академик Федоров», который успевает и в Арктике и Антарктике. Вот куда Стабилизационный фонд надо тратить. Корабли строить надо, они остаются здесь, они нужны России. И вот эти ребята, которые слушают, раньше передача была для полярников. Я сам был начальником дрейфующей станции, для нас песни…

В. ДЫМАРСКИЙ — Артур Николаевич, будем считать нашу передачу первой передачей для полярников.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Это прекрасно.

В. ДЫМАРСКИЙ — Сейчас прервемся на выпуск новостей и обязательно продолжим и про науку, и про экологию, и про экономику, про географию. И дипломатию.

НОВОСТИ

В. ДЫМАРСКИЙ — Мы продолжаем обсуждать проблемы Арктики. Артур Николаевич, мы вас прервали на самом интересном месте

А. ЧИЛИНГАРОВ – О людях…

В. ДЫМАРСКИЙ — Которые сейчас оказываются на Северном полюсе. Эти дрейфующие станции, когда-то за ними следили как за полетом в космос. Чуть ли ни каждый день передавали сводки, сейчас вы сказали, что Северный полюс дрейфующая станция, распишусь не за всех слушателей, но за 99%, что они не знают о том, что существует на Северном полюсе.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я пытался их на Новый год, у них минус 30, и 30 метров ветер. Сейчас связь есть с начальником станции и на следующую передачу мы можем его подключить, как вы хотите Виталия Ивановича подключить, также можно и с полюса, где они находятся. Они в районе полюса находятся, ледовая обстановка не очень простая. И апрель месяц предстоят большие экспедиционные работы, связанные с обеспечением станции.

В. ДЫМАРСКИЙ — Хорошо, скажите мне, зачем они там находятся? Это опять проявление героизма или какая, грубо говоря, польза от того, что у нас эта станция дрейфует в районе Северного полюса.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я могу сказать, что третья станция. 13 лет мы не занимались высокими широтами, и навыки организации на льду мы потеряли. Нам просто ассоциация полярников сохранила тех людей, которые умеют жить во льдах.

В. ДЫМАРСКИЙ — А уметь это что, иметь здоровье…

А. ЧИЛИНГАРОВ – Иметь здоровье, иметь навыки, как жить на льду. Лед все время в движении. Это же дрейфующая станция. Я сам был начальником дрейфующей станции, поэтому я знаю. Я могу сказать, что мы вернули СП-32, без государственных средств…

В. ДЫМАРСКИЙ — На энтузиазме?

А. ЧИЛИНГАРОВ – Нет, удалось бизнесменов подключить определенных. Подключить туристские организации, мы оказывали помощь, они помогали организовать первую. Потом 33-я была, год отзимовала станция, она уже финансировалась государством и сегодня 34-я. Для чего – во-первых, много говорят об изменения климата в Арктике. И разные здесь есть позиции и разные ученые. Но климат планеты подвержен цикличным изменениям. Мы сейчас находимся на пике потепления. Разные есть прогнозы. Но мы должны быть к этому готовы. Если потепление, что будет с нашей арктической зоной, что будет с вечной мерзлотой, где стоят основные города арктические, где проходят трубопроводы, где есть добыча, что с ней будет, с другой стороны, если ледовитость меньше, а это подтверждается теми наблюдениями, там небольшая научная программа. Вот в прошлом году эта станция была организована с нашего научно-исследовательского судна «Академик Федоров», начальник экспедиции был Фролов Иван, который меня считает своим учителем. Я могу сказать, что мы впервые прошли до Северного плюса без ледокола. Невозможно это было 10-15 лет. Я думаю, наука и все, что связано… всегда дрейфующая станция имела прикладное значение, оно было связано с тем обслуживанием северного морского пути, которое сегодня нужно и возрождается.

В. ДЫМАРСКИЙ — То есть это в основном наблюдение.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Это ледовые наблюдения. Это высокие широты, есть наблюдения, аэрология, метеорологические наблюдения. Они стандартные, они попадают во всемирную метеорологическую сеть. И одна точка – российская.

В. ДЫМАРСКИЙ — Вопрос к вам обоим. Вот это промышленное освоение Арктики, вы говорили про шлейф, то, что уже сделано и что будет еще сделано, и в частности соединение, наверное, с той наукой, о которой сейчас говорил Чилингаров, я имею в виду экологические проблемы. Изучает ли наука воздействие промышленного освоения на экологию, и является ли вот это промышленное освоение угрозой, риском для экологической обстановки. Для сохранения этой уникальной, как я понимаю, экосистемы Арктики. Борис Моргунов.

Б. МОРГУНОВ — Вы очень тонко, наверное, и правильно задали этот вопрос. Потому что он контекстен интенсификации освоения Арктики, промышленное освоение Арктики естественно будет нарастать. Это с одной стороны плюс, потому что это дополнительное поступление в федеральный бюджет, дополнительные экспортные возможности страны. И естественно, минус. Это угроза экологических рисков. И угрозы, связанные с нарушением традиционного образа коренных малочисленных народов, которые населяют Арктику и о которых нельзя забывать. Потому что ресурс рано или поздно кончится. Он не возобновляем, это 50 или 100 лет, а коренные народы там жили сотни лет до того, как эти ресурсы были разведаны. Будут жить еще сотни лет, после того как они кончатся. Поэтому естественно мы должны о них помнить, и мы не должны оставлять…

В. ДЫМАРСКИЙ — Мы не должны, но мы о них помним?

Б. МОРГУНОВ – Помним.

В. ДЫМАРСКИЙ — Существует вообще государственная политика, государственная концепция?

Б. МОРГУНОВ — У коренных народов очень большие политические права. Есть законы, посвященные непосредственно коренным народам, защите их прав. Естественно, как в любом нормально динамично развивающемся обществе, они нуждаются в корректировке, может быть нужны какие-то новые законы, но эти законы есть. И существует нормальное совершенно взаимоотношение многих коренных общин с промышленными компаниями, которые осуществляют…

А. ЧИЛИНГАРОВ – Есть вопросы. Борис говорит это все правильно. Я могу сказать, есть вопросы. Я взаимодействую и с ассоциацией коренных малочисленных народов. Последнее время вспомнили о них. В советское время больше уделялось внимания и финансированию и поддержке. Это была политика. Последние 13-14 лет забыли. Сегодня 2-3 года можно сказать, что появилась программа, есть контакт, мы провели даже съезд коренных малочисленных народов. Это касается и полярников. Существует система переселения. Но постоянно эти деньги на переселение даже я выбиваю из Министерства финансов. Понимаете. Поэтому я могу сказать, что эти проблемы есть, о них знают. Я думаю, что это отдельная тема вообще сегодня.

В. ДЫМАРСКИЙ — Я прошу прощения, если хотите, наденьте наушники, потому что Виталий Иванович на связи. Добрый вечер.

В. ЧУРКИН — Добрый вечер.

В. ДЫМАРСКИЙ — К сожалению, вы не с нами, вы заболели.

В. ЧУРКИН — Я душой с вами, очень интересная дискуссия.

В. ДЫМАРСКИЙ — Виталий Иванович, чтобы вас долго не держать, тем более в состоянии больном, несколько к вам вопросов. Арктический совет, сейчас Россия председательствует в Арктическом совете.

В. ЧУРКИН — Да.

В. ДЫМАРСКИЙ — А какие дипломатические, политические проблемы возникают на этом направлении? Арктика для тех, мы уже сегодня говорили, что об Арктике мало говорят, но если говорят, то об освоении промышленном, об экологии, о коренных народах, какая там политика, какая дипломатия?

В. ЧУРКИН — Собственно говоря, Арктический совет как раз организация, которая не занимается, я думаю, она и хороша тем, какими-то политическими спорами или дипломатическими витиеватостями. А занимается как раз теми проблемами, которые сейчас обсуждали. То есть это проблемы устойчивого развития Арктики, это проблема экологии Арктики и проблема коренных народов. Арктический совет дает уникальную платформу для коренных народов, для того чтобы высказывать свое мнение, и чтобы быть услышанным правительствами, по крайней мере, стран-членов Арктического совета.

В. ДЫМАРСКИЙ — Хорошо, Виталий Иванович, такой еще вопрос. Мы в первой части говорили в частности о границах, какие-то определенные сложности есть. Как к этому относятся наши партнеры по Арктическому совету, вы же с ними там общаетесь. Они признают позицию России, оспаривают. Есть ли возможность для каких-то компромиссов?

В. ЧУРКИН — Арктический совет проблемы границ не рассматривает никак. Арктический совет занимается конкретными программами, например, изучает экологическую ситуацию в Арктике, проблематику изменения климата в Арктике и того, как это влияет на весь глобальный климат. Осуществляет определенные программы по экологической очистке Арктики. Например, в период российского председательства мы рассчитываем, что сможем организовать специальную программу по Земле Франца Иосифа. Вот не так давно как раз под председательством Артура Николаевича Чилингарова было специальное совещание заинтересованных сторон и наших, и зарубежных по подготовке этой программы. Вы сейчас двумя минутами раньше задались вопросом о том, как промышленное развитие в дальнейшем сможет повлиять в будущем на экологию. Но, разумеется, дело обстоит так, что за предыдущие десятилетия окружающей среде Арктики был нанесен немалый вред, и сейчас задача состоит в том, чтобы, по крайней мере, подступиться к этой очень масштабной проблеме. Мы рассчитываем, что Земля Франца Иосифа, программа экологической очистки Земли Франца Иосифа может стать очень важным первым шагом в этом направлении. Вот такого рода деятельностью занимается Арктический совет.

В. ДЫМАРСКИЙ — Виталий Иванович, последний тогда вопрос, чтобы вас долго не держать. Вклад России во все те программы, о которых вы говорили. Как он соотносится с вкладом других стран, членов Арктического совета. Другие страны они тоже посылают свои станции на Северный плюс, как мы делаем. Наш вклад все-таки больше, чем вклад других стран?

В. ЧУРКИН — Наш вклад конечно решающий. Артур Николаевич вам об этом лучше расскажет. Но посылают и не только страны-члены Арктического совета. Например, Китай имеет ледокол, приобретенный в свое время у Украины, и имеет станцию в Арктике, две станции в Антарктиде. И ледокол постоянно находится в движении. Так что изучением Арктики занимаются очень многие страны, но Россия, разумеется, играет здесь ведущую роль и надеюсь, что в международном полярном годе, о котором наверняка вы говорили, Россия покажет, что ее научный потенциал велик и продолжает расти.

В. ДЫМАРСКИЙ – Спасибо, Виталий Иванович, за участие в нашей программе. Продолжайте нас слушать, может быть, мы еще раз включимся. Хотя времени остается все меньше и меньше. Вы знаете, что уважаемые господа, товарищи, я думаю, что нам нужно еще успеть провести голосование.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я может быть, еще одно слово скажу о людях. Вы знаете, у меня такая идея есть. Может быть, мы ее обсуждать будем. Все-таки люди, которые прожили год на льду, вот сегодня на днях решается вопрос о блокадниках Ленинграда, я сам блокадник, я знаю, что какое-то решение мы находим. А вот люди, которые на льду прожили, вы стали говорить об этих людях. Год во льду. Хоть прибавку к пенсии какую-то. Я об этом сам думаю, понимаете, потому что вы говорите о героических. Раньше были какие-то награды, сегодня…

В. ДЫМАРСКИЙ – Папанинцев встречали.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Не только папанинцев. Часто ваша передача отличается тем, что мы говорим больше о людях.

В. ДЫМАРСКИЙ – Давайте проведем все-таки наш «Рикошет». Я хочу спросить наших слушателей. Итак, я задаю вопрос, мы сегодня проводим опрос по новой системе. То, что называется «золотая тысяча». Итак, вопрос: готовы ли вы при значительной прибавке к зарплате переехать в район Крайнего Севера. Вот такой вопрос.

РИКОШЕТ

В. ДЫМАРСКИЙ – Голосование идет. Мы ждем ваших ответов. А может быть мне тот же вопрос задать гостям. Давайте все-таки посерьезнее, что нужно для того, чтобы людей туда, Артур Николаевич только что говорил о прибавке к пенсии и так далее, но чтобы людей привлечь, нужны же какие-то социальные льготы, некие социальные пряники, если хотите, чтобы их заманить туда.

Б. МОРГУНОВ — Я может быть сейчас приободрю тех слушателей, которые намерены ехать в Арктику и голосуют за это. Сейчас в рамках Арктического совета готовится очень важная проектная инициатива, она исходит из недр нашего Министерства, которая называется «План действий для снижения риска заболеваемости в Арктике». Это очень существенная проблема. И опять-таки широко известный факт, что в суровых условиях особенно длительное переохлаждение, существенно усиливает негативные токсические влияния на организм человека. И в РФ накоплен очень приличный опыт именно таких профилактических мероприятий, и эти новые высокоэффективные профилактические технологии это, по-видимому, будущее для тех, кто собирается продолжать или вновь посвятить свою жизнь освоению таких сложных регионов.

В. ДЫМАРСКИЙ – Мы сейчас не говорим об Арктике, мы о Крайнем Севере…

А. ЧИЛИНГАРОВ — Чтобы разделить, Арктика — Росгидромет, там полярные станции дрейфующие. Другая совсем.

В. ДЫМАРСКИЙ – Кстати, насчет социальных условий, буквально перед началом нашей программы прочитал занятную, на мой взгляд, информацию. О том, что якутские оленеводы потребовали или предложили включить строительство яранг в программу чумов, в программу доступное жилье. Это, может быть, выглядит немножко анекдотично с одной стороны, а с другой стороны для кого как, для якутских оленеводов яранга это такое же жилье…

А. ЧИЛИНГАРОВ – Не только для якутских, для всех народов Крайнего Севера…

В. ДЫМАРСКИЙ – Просто они в данном случае выступили инициаторами. Для них это такое же жилье как для горожан квартира. И о таких, казалось бы, мелочах, которые, может быть, в голову не придут, думают…

А. ЧИЛИНГАРОВ — Вы знаете, была программа их переселения. Она не удалась. Они все равно остались.

В. ДЫМАРСКИЙ – Борис, в вашей или в правительственной концепции до таких мелочей, если хотите, хотя это не мелочи, до якутского оленевода она доходит?

Б. МОРГУНОВ – Вы знаете, вы коснулись очень существенной проблемы. Мы говорим об Арктике, о ее важности для экономики нашей страны в среднесрочной и долгосрочной перспективе. И это с одной стороны не оспариваемый факт. А с другой стороны у нас отсутствует, фактически отсутствует нормативная база, которая адресована непосредственно арктической зоне РФ. Подготовлена единая…, у нас есть документ, который называется «Основы государственной политики в Арктике», этот документ не имеет статуса нормативного, он одобрен на заседании правительства. И у нас есть подготовленная нашим Министерством концепция устойчивого развития арктической зоны, которую в настоящее время… регион, который является федеральным органом исполнительной власти, ответственным за государственную политику в Арктике, сейчас готовят к внесению в правительство. И все. Если говорить именно о последнем документе, потому что он объективно свежий и он крайне нужен нашей стране, он, конечно, не доходит до конкретного оленевода и план действий, который будет обязательно разработан для ее реализации, как раз…

В. ДЫМАРСКИЙ – Я вас прошу включить строительство яранг в программу доступное жилье.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Это от них зависит. От них. От Министерства и от него зависит. Я думаю, мы с Борисом поработаем.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я хочу несколько вопросов еще вам задать из тех, которые пришли на пейджер. Здесь важные, на мой взгляд, вопросы. Есть такие радикальные: нам бы Россию обустроить, а не Арктику осваивать, пустая трата времени, сил и легкая отмывка капитала, — считает Степан из Москвы.

А. ЧИЛИНГАРОВ — Может быть ответить Степану из Москвы. Сегодня экономический рост России он связан с тем, что идет добыча полезных ископаемых именно в арктической зоне. И нефть, и газ, я уже говорил, алмазы, золото, которые конечно, влияют на бюджет России.

В. ДЫМАРСКИЙ – А вот Николай нас спрашивает: Гренландия тоже относится к Арктике, почему она плохо исследуется российскими специалистами? Гренландия это территория Дании.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Мы сотрудничаем. Вот международный полярный год, который планируется будущий год, в апреле два года будет, 2007-2008 год, раз в 50 лет такой международный полярный год. Инициатива шла от России. Он предусматривает международную, в том числе дрейфующую станцию. Он предусматривает координацию усилий всех арктических стран в исследовании арктического бассейна. Мы открываем этот бассейн. Очень важно такое сотрудничество.

Б. МОРГУНОВ – С некоторых пор мы также плохо исследуем и Аляску, потому что там нет суверенитета РФ.

В. ДЫМАРСКИЙ – Продали Аляску-то. Несколько вопросов по Северному морскому пути. Вот Валерий и Ольга пишут: «Как работает Северный морской путь. Мягко говоря, отвратительно. И весьма похоже, что так будет работать вся система освоения Арктики. Несмотря на экономическую целесообразность». Опять: «Лучше бы ваши гости озаботились проблемами Северного морского пути. То, что там процветает, иначе, как безобразием не назовешь. Одна системная недопоставка продуктов и горючего чего стоит». И так далее.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Давайте я отвечу. Есть проблемы конечно. Я сказал, что мы 13 лет вообще не занимались, мы разделим Крайний Север, Арктика. Севморпуть, который практически ушел вместе с распадом Советского Союза, сегодня мы пытаемся его восстановить. У нас есть некоммерческое партнерство, такая структура, «Севморпуть» она называется, 26 уже и участников и субъектов. Я являюсь президентом этого некоммерческого партнерства. Мы пытаемся дальше перейти и заинтересовать правительство, нам не под силу восстановить Северный морской путь. Тем более пароходство уже частное, авиация полярная, это система гидрометеообеспечения, система гидрографического обеспечения. Сегодня мы видим какое-то решение. Закон, который мы готовим о Северном морском пути, конечно, он будет предусматривать какую-то структуру, которая будет заниматься этим. Северный морской путь, который должен обеспечивать Крайний Север.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я должен сказать результаты голосования. Вот наша «золотая тысяча».

А. ЧИЛИНГАРОВ – Ну, все хотят поехать.

В. ДЫМАРСКИЙ – 39% согласны.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Всего.

В. ДЫМАРСКИЙ – 61% не согласен ни при каких условиях. Я считаю, что это еще не так плохо.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Вы знаете то, что вы начали передачу уже потепление. Сегодня можно назвать передачу — потепление в Арктике. Это очень здорово, что общество стало интересоваться, как живет Арктика. Я думаю, что сегодня тема не для одного часа, мы можем несколько часов говорить.

В. ДЫМАРСКИЙ – Понятно. Здесь вот пишут: тысяч за десять зеленых поеду хоть из Австралии.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Я вам могу сказать, на дрейфующей станции, которая сегодня в Ледовитом океане 300 долларов получают молодые люди, которые один за другим едут. С удовольствием едут зимовать, есть еще кусочки патриотические, которые остались.

В. ДЫМАРСКИЙ – Давайте мы Борису еще дадим сказать, у нас минута осталась.

Б. МОРГУНОВ – Я о Северном морском пути. Если действительно подтвердятся прогнозы глобального потепления и наша часть Северного морского пути будет освобождена ото льда, а это прогнозируют к 30-му году…

В. ДЫМАРСКИЙ – В силу потепления.

Б. МОРГУНОВ – Да, то Северный морской путь будет без сомнения эффективнейшим транспортным коридором, который будет соединять Западную Европу со странами Юго-Восточной Азии. И эффективность этой магистрали конечно тогда будет…

А. ЧИЛИНГАРОВ – Это наша национальная транспортная магистраль.

В. ДЫМАРСКИЙ – Уважаемые гости, будем надеяться, что сегодняшняя наша программа это почин возобновления темы Арктики в российских СМИ. Я благодарю гостей: Бориса Моргунова, помощника министра экономического развития и торговли, Артура Чилингарова – вице-спикера ГД, Виталия Чуркина, который был по телефону, посла по особым поручениям. По-моему, было интересно. Может быть, не может быть, а наверняка мы к этой теме еще вернемся.

А. ЧИЛИНГАРОВ – Антарктида.

В. ДЫМАРСКИЙ – До следующей встречи на «Проверке слуха» через неделю.





Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире