'Вопросы к интервью
26 ноября 2005
Z Проверка слуха Все выпуски

Год на Майдане


Время выхода в эфир: 26 ноября 2005, 18:08

В. ДЫМАРСКИЙ — Добрый вечер, уважаемые слушатели. В эфире «Эхо Москвы» еженедельная субботняя программа «Проверка слуха». У режиссерского пульта Наталья Кузьмина. Рядом со мной корреспондент газеты «Коммерсантъ» Наргиз Асадова.

Н. АСАДОВА — Здравствуйте.

В. ДЫМАРСКИЙ — Присутствие женщины может оказаться просто необходимым. Поскольку наш сегодняшняя собеседница никто иная, как Юлия Владимировна Тимошенко, экс-премьер Украины. Лидер политической партии «Батькивщина» и лидер избирательного блока Юлии Тимошенко. Так, по-моему, называется. И вдруг возникнут вопросы и темы, которые женщинами легче обсудить между собой. Хотя, как известно, Юлия Владимировна пусть и представительница слабого пола, но отнюдь не из категории слабых политиков. У нас в России ее кое-кто называл и называет даже единственным настоящим мужчиной в украинской политике. Юлия Владимировна, я надеюсь, вы нас слышите? Связь установлена.

Ю. ТИМОШЕНКО — Да, добрый вечер.

В. ДЫМАРСКИЙ — Вас не обижает такая характеристика?

Ю. ТИМОШЕНКО — Да нет, ну почему же, если в политике есть дефицит мужчин, мы просто обязаны полонить это.

В. ДЫМАРСКИЙ — Хорошо, спасибо. Тогда перейдем к основным темам нашей беседы. У нас сегодня несколько тем. Они понятны. Это и старт избирательных кампаний накануне парламентских выборов. Старт, который дан сегодня на Украине. Это и годовщина «оранжевой революции», это и те газовые проблемы, которые сегодня существуют между Россией и Украиной. Я думаю, что есть еще некоторые личные поводы, из личной жизни Юлии Владимировны, для того чтобы их обсудить. Юлия Владимировна, давайте начнем с парламентских выборов. Судя по всему, образуется такой отнюдь не любовный треугольник, состоящий из Партии регионов Виктора Януковича, блока «Наша Украина» Виктора Ющенко, и блока вашего – блока Юлии Тимошенко. Причем как показывают социологические опросы, ни у кого пока вроде нет большинства. И возможны самые разные альянсы. Так, например, по одному соцопросу лидирует, судя по всем соцопросам, лидирует партия Януковича, а второе-третье места делят ваш блок и блок Виктора Ющенко. Хотя вместе ваши два блока дают больший процент, большую цифру, чем Партия регионов Виктора Януковича. В общем, возможны самые разные альянсы. Хотя в то же время сегодня, по-моему, Виктор Янукович, побывавший на съезде партии «Единая Россия» в Красноярске заявил, что с Юлией Тимошенко он никогда и ни за что. Ну а вы…

Н. АСАДОВА – В связи с этим возникает вопрос, с кем бы вы объединились? А кому бы вы вообще руки не подали?

Ю. ТИМОШЕНКО — Во-первых, самое главное, наверное, что в Украине 1 января вступает в силу конституционная реформа и Украина становится совершенно иной с точки зрения устройства политики и устройства власти. У нас начинает действовать парламентская республика, 1 января президент существенно теряет свои полномочия. И так построена вся избирательная кампания, у нас не будет мажоритарных округов, будут только пропорциональные выборы, что реально Украина первый раз за 14 лет независимости будет всенародно практически избирать премьер-министра. И поэтому мы с президентом не конкуренты в этом. Мы уже избрали Виктора Ющенко президентом страны, и поэтому нет сегодня никакой необходимости нам конкурировать. А вот действительно конкурировать по-настоящему будет наш блок с блоком Януковича. И в зависимости от того, кто из наших политических сил наберет больше голосов на выборах, в зависимости от этого и будет формироваться большинство.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, в связи с тем, что вы только что сказали, означает ли ваша конкуренция с партией Януковича то, что блок Виктора Ющенко будет как бы стоять над схваткой и кто из вас победит, с тем он и будет потом блокироваться?

Ю. ТИМОШЕНКО — Думаю, нет. Дело в том, что те люди, которые голосовали за Виктора Андреевича, они совершенно не представляют объединение Ющенко с Януковичем. Есть определенные правила политической жизни. И Виктор Андреевич сделал очень веский шаг, он подписал меморандум с Виктором Януковичем. И это, конечно же, привело к значительному падению его авторитета среди тех людей, которые за него голосовали. Такова реальность Украины. Поэтому, скорее всего, после выборов и после того как будет избран новый парламент, союзы будут более природными. То есть те, которые совместимы…

В. ДЫМАРСКИЙ — Более естественные.

Ю. ТИМОШЕНКО — …в ожиданиях людей. И, наверное, очень актуально будет как раз объединение наших двух политических сил. Думаю, президент после выборов вернется к нашему союзу.

В. ДЫМАРСКИЙ — Вы считаете, что он вернется к вашему союзу после выборов, но не до выборов?

Ю. ТИМОШЕНКО — Ну, я думаю что, наверное, нецелесообразно сегодня объединяться, потому что сегодня не президентские выборы, и нет такой дилеммы — объединиться и победить. Я думаю, что парламентские выборы они предполагают возможность объединения после выборов.

В. ДЫМАРСКИЙ — То есть создания неких коалиций.

Ю. ТИМОШЕНКО — И совершенно не нужно сегодня спорить и вести какие-то договоренности о том, кто будет премьер-министром, сколько процентов нужно взять в списки. Это все на самом деле первый раз Украине смогут показать народные выборы. То есть избрать практически «де-факто» премьер-министра и дать возможность той или иной политической силе быть центром формирования коалиции.

Н. АСАДОВА – Скажите, а какие у вас сейчас отношения с господином Ющенко? У вас была такая пылкая любовь, дружба, партнерство. А сейчас что происходит?

Ю. ТИМОШЕНКО — Прежде всего, мы две политические силы и я все, что смогла, и все мои партнеры по партии сделали все, что смогли, для того чтобы Виктор Ющенко стал президентом страны. И сегодня мы не считаем, что это было неправильный ход. Мы сделали все абсолютно правильно. Потому что нужно было убирать старую политическую прогнившую команду, и нужно было менять немного кровь в политике. Я имею в виду политическую кровь, чтобы не стало страшно, потому что много говорят об агрессии вообще-то. И мне кажется, что сегодня просто мы видим то, как выглядит очистка власти, я бы сказала даже самоочистка. Как выглядит демократизация общества. Возможно, это неприглядно, возможно кажется, что это какие-то распри, какие-то противостояния во власти. На самом деле мы должны понимать, что люди со стороны никогда не видят точно, что делается внутри власти. Кто из министров, из политиков, которые занимают высшие посты, что делают.

Н. АСАДОВА – Вы сохранили дружеские отношения с Ющенко?

Ю. ТИМОШЕНКО — А вот часть власти видит то, что делает другая часть власти и может об этом сказать. И мне кажется, что это очень здорово, что сегодня власть научилась говорить правду сама о себе. Возможно, кто-то на этой почве уйдет в отставку, возможно, кто-то на этой почве теряет какие-то авторитеты. Но важно, что такой процесс происходит. Нет болота, нет полного благополучия на фоне недовольства вообще-то народа. Поэтому я считаю, что все это нормализуется, и парламентские выборы еще более структурируют поле политическое. Но оно уже не изменится. Оно будет более демократичным, чем было год назад.

В. ДЫМАРСКИЙ — Спасибо, Юлия Владимировна. Мне осталось напомнить нашим слушателям, что парламентские выборы на Украине пройдут 26 марта. Сегодня у нас 26 ноября. Соответственно за 4 месяца дан старт избирательной кампании. Юлия Владимировна, — газ. Просто эта неделя прошла помимо всех прочих событий, которые происходили на Украине под знаком неких газовых недоразумений между Москвой и Киевом. Я прекрасно понимаю, что вы сейчас вне власти исполнительной, вы не премьер. И, наверное, сегодня вы не можете решать эту проблему. Но все-таки вот такой взгляд в какой-то степени, конечно, вряд ли это можно назвать со стороны, но тем не менее. Чего здесь больше во всей этой так называемой газовой войне, политики или экономики?

Ю. ТИМОШЕНКО — Наверное, понятно это и Украине и России, что газ — это одновременно и экономика, и достаточно тонкая политика. Мы связаны друг с другом, связаны именно в системе газа неразрывно. Потому что Украина не может не осуществлять услугу по транспортировке российского газа в Европу. В то же время Россия имеет долгосрочные контракты с Украиной о том, что за транспортировку она платит не деньгами, а газом. Причем оговоренностей нет. И мне кажется, те политики, которые будут посягать на эту договоренность с любой стороны, пытаться ее ревизировать, пытаться ужесточать, мне кажется, что они просто могут привести к нестабильности в этом секторе, как для Украины, так и для России. Поэтому, наверное, нужно придерживаться тех долгосрочных стратегических договоренностей, которые подписаны у нас до 2012 года. И очень желательно ни России, ни Украине не делать на этом политику. Потому что это обоюдоострый меч.

В. ДЫМАРСКИЙ — Сегодня, например, пришли сообщения, что вроде, во всяком случае, то, что мы получили в Москве, что Украина чуть ли ни предлагает в обмен на газ, по-моему, расплачиваться своим вооружением. Производством оружия. Это как бы такой чистый бартер. Есть какие-то другие варианты. Вы же занимались этой проблемой, когда вы были премьером. Есть ли у вас какое-то долгосрочное решение этой проблемы?

Ю. ТИМОШЕНКО — Безусловно. У нас всегда был сбалансирован объем транспортировки российского газа с объемом российского газа, который получала Украина как плату за транзит. Эти балансы были нарушены практически в последний год правления Кучмы. И мне кажется, что, наверное, не нужно таких экзотических расчетов, а нужно просто вернуться к старой, проверенной и очень сбалансированной модели. И, конечно же, нужно избежать того, чтобы на газовых наших контрактах просто пристраивались справа и слева зарабатывать посредники. Потому что именно они и рушат эти балансы, пытаясь на хорошо отлаженной системе где-то заработать надежную копейку. Но вообще на самом деле это не очень надежные операции для двух стран.

В. ДЫМАРСКИЙ — Ну и, наверное, политический капитал тоже пытается на этом заработать.

Ю. ТИМОШЕНКО — Очевидно. Но сегодня этот политический капитал выглядит, наверное, с минусовым знаком, если есть несогласованные вещи.

В. ДЫМАРСКИЙ — Хорошо. Спасибо. Кстати говоря, единственное, что я должен оговориться, что это вопрос, передо мной 14 страниц вопросов, которые пришли на Интернет еще до начала нашей программы. Интерес к разговору с вами очень большой, Юлия Владимировна. И, наверное, где-то примерно одна пятая часть вопросов касалась именно темы газа. С разными вариациями. Но я думаю, что в принципе вы уже ответили на этот вопрос. Мы можем идти дальше по нашей тематике. Наргиз, о чем будем говорить дальше?

Н. АСАДОВА – Давайте поговорим о будущем. Скажите, Юлия Владимировна, если вы все-таки станете премьером Украины, вы займетесь вновь реприватизацией и сейчас недавно вы заявили о том, что реприватизации подвергнутся 20 предприятий, раньше вы говорили о 30, 300 и так далее. Вы не боитесь, что процесс реприватизации оттолкнет инвесторов с Украины?

Ю. ТИМОШЕНКО — Вы знаете, мне, честно говоря, за последние где-то 8-9 месяцев все эти страшилки с реприватизацией уже просто утомили. Потому что слово «реприватизация» заказано, заказано совершенно конкретными ребятами в Украине, которые много лет вместо приватизации проводили просто операцию по изъятию государственной собственности за бесценок. И для того чтобы предотвратить нормальные честные судебные процессы о том, законно или незаконно приватизированы стратегические объекты собственности, они вот и придумали это слово «реприватизация» и теперь им пугают мир. Но, во-первых, мир, как правило, не боится. Больше высказывается мнений и страхов, зарубежные лоббисты вот этих наших кланов, которые пользовались очень много лет государственной собственностью. Во-вторых, я хочу вам сказать, что не правительство, кстати, не правительство начинало судебные процессы о незаконности приватизации стратегических объектов. А есть другие коммерческие большие компании, которые пробовали принимать участие в приватизационных процессах во времена Кучмы. Но их просто совершенно безапелляционно выбрасывали из конкурсов, говоря, что они лицом не вышли просто, для того чтобы поучаствовать вместе, например, с зятем президента, или с донецкими или киевскими. И выходит так, что на самом деле в суды подают те крупные промышленные предприятия, частные компании, которые были в свое время выброшены из этих конкурсов. И я надеюсь, что в Украине, в новой Украине принцип верховенства права, закона выше того, что кто-то или президент, или премьер очередной решили, сколько должно быть подвергнуто предприятие оценке законности приватизации. Так вот, когда два предприятия частных обращаются в суд о незаконности приватизации, то суд обязан рассматривать эти вещи. И никто, никакой чиновник не может остановить право частных предприятий обращаться в суд. И поэтому не нужно вокруг этого устраивать никаких истерик. А нужно просто понять, что только одно предприятие «Криворожсталь», когда было честно приватизировано, принесло 5 млрд. долларов, почти 5 млрд. долларов украинскому бюджету. А чтобы мы поняли, какой это объем денег, то это четверть бюджета вообще-то Украины. И это только одно предприятие. А купил зять президента эту вещь государственную в 6 раз дешевле, чем продано это сегодня при честной и открытой приватизации. Я хочу вас спросить, конечно же, пиар-кампании мира, пиар-кампании Украины, которые хорошо проплачены, они могут из любого правительства создать что-то такое уродливое подобие правительству, если действительно это хорошо мотивировано. Но мне кажется, что каждый народ постсоветской страны мечтает о том, чтобы именно, руководствуясь принципами верховенства права, все-таки какая-то справедливость в этом была наведена. Я, например, как премьер-министр предполагала, что самый лучший вариант — это принять закон, который дает технологию дооценки самых крупных стратегических объектов Украины, которые не были приватизированы. И поэтому слово «реприватизация» к ним не подходит. Они просто были розданы при кулуарных договоренностях и хороших взятках. И мне кажется, что для таких объектов нужно провести по закону специальную процедуру дооценки. А остальные предприятия в Украине, а их сотни тысяч, они, конечно же, могут быть этим законом амнистированы, но только в том случае, если, конечно же, будет согласие в обществе вокруг такой процедуры. Это, во-первых, могло бы успокоить страну, это могло бы до конца этого года закрыть двери в прежнюю приватизацию, и самое главное – оставить у народа Украины ощущение справедливости от прихода новой власти в кабинеты. Поэтому концепция возможна, очень понятна, но вокруг нее очень много шума.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, судя по вашему ответу, вас эта тема действительно задевает. Раз уж мы говорим о восстановлении справедливости, вот такой вопрос. Недавно член вашей фракции, если я не ошибаюсь, Григорий Омельченко заявил о том, что он выступает за арест Леонида Кучмы и за предъявление ему обвинений за те деяния, которые он совершил в годы своего президентства. Это общая позиция вашей партии, вашей политической семьи или это личная позиция вот этого господина?

Ю. ТИМОШЕНКО — К большому моему удовольствию, я все-таки занимала пост премьер-министра, а не генерального прокурора и не судьи Верховного суда. А поэтому я не могу давать оценки действиям тех людей, которые представляли старую власть. Мне кажется, что этот вопрос не вопрос таких политических публичных оценок. А вопрос оценки силовыми структурами, правовыми органами, а было что-то действительно в деятельности этих людей, что нарушало закон. И если было, то, конечно же, исключений из общих правил для высоких чиновников просто быть не должно.

В. ДЫМАРСКИЙ — Спасибо за этот ответ.

Н. АСАДОВА – Давайте теперь поговорим о украинско-российских отношениях. Скажите, вы вообще часто бываете в Москве и с кем вы встречаетесь здесь?

Ю. ТИМОШЕНКО — Последний раз была около месяца назад. Это была поездка после длительного перерыва и на самом деле я уверена, что в ближайшее время я снова приеду в Москву. Мне очень жаль, учитывая, что я прежней власти была в оппозиции и именно потому, что я была в оппозиции, прежнему президенту и его окружению удалось в России создать из меня, из моей команды какой-то образ врага. На самом деле даже удивительно, как это могло произойти. Потому что моя история, моя работа в правительстве, моя история работы в большом бизнесе, вообще говорит о том, что у меня лично и у всей моей команды были очень дружественные и теплые отношения с Россией. И только лишь политика смогла это все так достаточно исковеркать. Но я хотела бы, чтобы все эти прежние сталинские штучки, когда из неугодного политика делали врага, причем врага народа и не одного, чтобы все это, конечно, ушло в прошлое.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, я думаю, что вам тоже это будет интересно. У нас сейчас в программе такой обязательный элемент как вопрос нашим радиослушателям, которые будут голосовать. Такой «Рикошет», интерактивный опрос. И сейчас мы зададим вопрос, и потом мы вместе с вами прокомментируем результаты. Итак, уважаемые слушатели вопрос на засыпку. Кого Кремль на ваш взгляд предпочел бы видеть во главе Украины? Если вы считаете, что Виктора Ющенко – 955-81-21, если Юлию Тимошенко – 995-81-22. Голосование пошло. Юлия Владимировна, я надеюсь, что вы с нами еще на связи.

Ю. ТИМОШЕНКО — Да, конечно.

В. ДЫМАРСКИЙ — Я хочу вам сказать, что вы понимали, что это конечно не репрезентативный социологический опрос, а это просто мнение наших слушателей. И мы сейчас посмотрим, как они считают, на кого могла бы делать ставку Москва в этом вопросе.

Н. АСАДОВА – А пока идет голосование, я бы хотела спросить, скажите, какие у вас отношения с президентом России Владимиром Путиным и когда вы последний раз с ним встречались?

Ю. ТИМОШЕНКО — К сожалению, во время моей бытности премьер-министром я не смогла встретиться с президентом России. Мы виделись с ним в Киеве. И это была очень, на мой взгляд, теплая встреча. И, по крайней мере, мы обсудили как после выборов, после всех событий, которые связаны с нашими выборами было бы целесообразнее всего строить отношения между Украиной и Россией.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, здесь, поскольку мы уже заговорили о вашем визите в Москву, он, кстати говоря, был в сентябре, то есть уже почти два месяца прошло. Но вот интересная вещь. В апреле, будучи премьером, вы не рискнули приехать в Москву из-за того уголовного дела, а в сентябре приехали и провели беседу в Генпрокуратуре. Скажите, пожалуйста, все-таки поставьте точку, дело закрыто или нет в России и на Украине?

Ю. ТИМОШЕНКО — Дело в том, что отдельного как такового дела в России не было. Весь массив репрессий, все эти унижения, вся эта несправедливость, конечно же, они формировались в Украине. Формировались прежним президентом и ближайшими к нему людьми. И 10 лет просто этот период, 10 лет это значительная часть жизни любого человека, особенно когда это бывает еще в сознательном возрасте, это были жуткие просто издевательства. Но несколько дней назад Верховный суд Украины, причем в системе исключительного рассмотрения всех этих обвинений, а что значит исключительное рассмотрение, исключительная процедура — это 46 судей. Это две палаты в полном составе Верховного суда сочли нужным рассмотреть законность вообще всех преследований, которые были против меня, против моего мужа, против всей моей семьи, против родителей, сестер, братьев, друзей и партнеров. Это просто десятки, десятки людей. И суд очень высоким составом признал, что никогда в моих действиях и действиях моих близких не было состава преступления. И они закрыли все абсолютно обвинения, которые, кстати, составляли, если бы их реализовала в жизнь прежняя власть, в общей сложности 167 лет нужно было посидеть в тюрьме. Это просто говорит о системе ненависти, которая была в нашей команде.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, заканчивается голосование. Я хочу призвать слушателей поактивнее проголосовать, поскольку идут последние минуты голосования. Уже закончено. Вот, Юлия Владимировна, и уважаемые слушатели, результаты такие. Нам позвонило 1222 человека, из них 58% считают, что Москва предпочла бы видеть во главе Украины Юлию Тимошенко и 42%, что Виктора Ющенко. Вот такие у нас итоги нашего голосования. Как вы к этому относитесь, Юлия Владимировна?

Ю. ТИМОШЕНКО — Я думаю, что руководство РФ с удовольствием будет видеть в руководстве Украины тех людей, которых выберет народ. У меня почему-то такое мнение. И я думаю что, наверное, те люди, которые позвонили и проголосовали, они, наверное, думают, что народ все-таки предпочтение отдаст нашему блоку.

В. ДЫМАРСКИЙ — Наверное, так да. Или считают, что вы больше нравитесь. Вообще женщина же не может не нравиться.

Ю. ТИМОШЕНКО — Спасибо.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, а если мы продолжим ту гипотетическую ситуацию, что вы стали премьер-министром вновь, есть ли у вас свои варианты разрешения всех спорных моментов вокруг Крыма вообще и Черноморского флота в частности?

Ю. ТИМОШЕНКО — На самом деле мне кажется, что очень и очень политизировано все вокруг автономной республики Крым, и всего, что находится на территории, которая попадает в систему общих договоренностей формальных. И каждый раз, когда начинаются выборы, когда меняется власть, это становится каким-то камнем преткновения. Мне хотелось бы, чтобы просто четко и абсолютно аккуратно с двух сторон исполнялись все подписанные документы, которые есть сегодня и которые регламентируют наши отношения. И чтобы не было таких вопросов, кто-то платит, кто-то не платит, кто-то что-то поставил, кто-то не поставил. Мне кажется, что мы достаточно цивилизованные страны, чтобы просто выполнять международные соглашения. К сожалению, сегодня просто есть банальное неисполнение с обеих сторон. Я не хочу тут как-либо конкретизировать это.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, еще одну тему обязательно должны затронуть, я думаю, что это должна быть основной темой нашей сегодняшней беседы. Это годовщина «оранжевой революции». Как вы, кстати говоря, отпраздновали?

Ю. ТИМОШЕНКО — Мы были на майдане среди людей и попытались отчитаться в том, что новая власть наработала за первый год своей жизни.

В. ДЫМАРСКИЙ — Вы отчитывались перед людьми или друг перед другом?

Ю. ТИМОШЕНКО — На самом деле, конечно же, огромные силы народные были подняты, для того чтобы можно было сменить власть, чтобы убрать тот порочный круг наследования, который совершенно не нужен был большей части народа Украины. Но всем кажется почему-то, что люди не только на наших оранжевых майданах, но и на голубых майданах, которые поддерживали Януковича, почему-то политикам кажется, что люди вышли поддержать именно политиков. А люди вышли за себя, за то, чтобы увидеть проблеск в своей жизни. Чтобы получить шанс быть свободными. Чтобы не жить в коррупции, в унижениях, чтобы не жить в чиновничьем принуждении. Чтобы немножко власть повернулась к людям лицом. Они вышли за себя. И, конечно же, ожидания результатов работы новой власти были очень высокие. И никому не хотелось ждать, все хотели, чтобы это было быстро и сразу.

В. ДЫМАРСКИЙ — Так не бывает.

Ю. ТИМОШЕНКО — И мне кажется, что самое главное, что произошло во время революции, это, наверное, даже не избрание какого-то конкретного человека, а то, что люди, которые вышли на майданы, они увидели, что они могут менять политику собственными руками. Вот это главное. И что они это смогут сделать еще много-много раз в зависимости от того, устраивают их политики или нет. Они поверили просто в свои силы и что они в политике не аутсайдеры, не объекты, над которыми проводят разные, скажем такие опыты по манипуляции с сознанием, а это просто действующие и очень, очень сильные субъекты всех этих процессов. Мне это нравится, мне нравится, что люди почувствовали свою силу. И если им не понравятся эти политики, на парламентских выборах они могут совершенно четко выбрать тех, кто им по душе. Вот в этом и есть, собственно говоря, суть революции – это вера в свои силы.

Н. АСАДОВА – Расскажите, так что же произошло за этот год на Украине? Что улучшилось, что ухудшилось.

В. ДЫМАРСКИЙ — Много ли удалось и много ли не удалось.

Ю. ТИМОШЕНКО — Конечно. Во-первых, для того чтобы удалось все, нужно очень много времени. Быстро это не бывает. Но в Украине начались очень бурные процессы, которые связаны с демократизацией Украины, с очищением власти, и очень важно, что власть в состоянии и способна очищаться. Мне возможно, конечно, не очень приятно, что наша команда потеряла возможность непосредственно в кабинете министров строить политику в стране и строить жизнь в стране так, как мы об этом мечтали 10 лет. Но это не значит, что мы жалеем о том, что сделано год назад. Я уверена, что все сделано правильно. Сегодня у нас другие СМИ, они стали намного свободнее. Сегодня мы можем просто совершенно адекватно по телевидению, по радио, в газетах видеть какова Украина, и какова власть. Следующее, что мне действительно очень нравится, что в Украине появился диалог, постоянно действующий диалог между властью и обществом. Потому что придти через год и посмотреть в глаза людям на площади в принципе это не очень простое для политиков дело. И это тоже, что есть в Украине совершенно нового. Как премьер-министр бывший я вам могу сказать, что, сколько бы кланы ни создавали негативный имидж мне лично и нашему правительству, вы только подумайте, что за 7 месяцев наше правительство на 70% увеличило доходы бюджета, не увеличив налоги. Это значит, что мы провели мощнейшую десимилизацию нашей экономики. И это значит, что мы смогли решить бесчисленное количество социальных программ. И даже наше правительство за то, что мы решили социальные программы, назвало популистами, но просто ребята спутали. Популисты это те, которые обещают, но не делают. А мы на 70% увеличили доходы бюджета и многие социальные вопросы решили. Например, я просто хочу вам сказать, в 17 раз повышена выплата семьям при рождении ребенка. Например, на 37% в среднем повышены пенсии. Существеннейшим образом повышены зарплаты тем, кто работает в бюджетной сфере. Ошибки были, в этом нет сомнений. Только то правительство, которое не работает, не делает ошибок. Но то, что мы делали, мне кажется, обязательно будет со временем оценено, потому что сейчас это такой хаос конкуренции предвыборной. А то, что мы сделали в правительстве, конечно же, подлежит глубокой аналитической оценке.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, вы знаете, судя по той информации, которую мы получаем в Москве, я даже оговорюсь, у меня такое ощущение, что все, что происходило на Украине за последний год, мы не очень-то хорошо и знаем. Мы знаем, если грубо, что Ющенко с Тимошенко о чем-то не договорились между собой, мы знаем, что прошел тендер по «Криворожстали», и мы знаем, что сейчас какая-то газовая проблема. О такой реальной жизни, повседневной жизни на Украине мы очень мало знаем, очень мало информации сюда доходило. А то, что доходило, выглядело как то, что Украина просто катится в экономическую пропасть, что вообще все очень плохо. И это совершенно контрастирует с тем, что вы говорите сейчас.

Ю. ТИМОШЕНКО — Вы знаете, сейчас, наверное, слушают экономисты, в том числе эту передачу. Я хочу спросить и у вас и тех, кто слушает и имеет экономическое образование, возможно ли такое, чтобы без повышения налогов на 70% увеличились доходы бюджета, и при этом рухнула экономика. Да это бредятина полная и каждый нормальный человек понимает, что рост ВВП обязательно связан с доходами в бюджет и наоборот, размер доходов в бюджет косвенно характеризует рост или падение ВВП, и я хочу лишь сказать одно…

В. ДЫМАРСКИЙ — А вот эти все обещания пенсий, которые исходили от Януковича и так далее и которые вроде как теперь и не выполнены?

Ю. ТИМОШЕНКО — Наоборот, мы как раз получили бюджет с дефицитом в 32 млрд. Но мы, тем не менее, на 37% в среднем повысили пенсии, сбалансировали бюджет, и правительство наше ушло, а бюджет до сих пор выполняется просто как часы.

В. ДЫМАРСКИЙ — 32 млрд. гривен.

Ю. ТИМОШЕНКО — 32 млрд. гривен — это, я скажу вам, сколько, больше 6 млрд. долларов была разбалансированность бюджета. Это вообще-то колоссальные цифры, до 18% дефицит бюджета. Это то, что нам оставила в наследство команда Януковича. А кроме этого все эти темпы роста ВВП, о которых так громко объявлялось в прошлом году, к сожалению, оказались абсолютно дутыми цифрами. Силовые структуры, налоговая администрация сразу же, как только мы пришли к власти, установила, что в Украине в прошлом году было произведено огромное количество фиктивного экспорта несуществующих товаров, для того чтобы вернуть искусственно из бюджета налог на добавленную стоимость. Вернули по несуществующему экспорту более миллиарда долларов из бюджета денег того НДС, которое не должно было возвращаться. Конечно же, это значительная часть ВВП.

В. ДЫМАРСКИЙ — Некая дутая цифра получалась

Ю. ТИМОШЕНКО — Это была ложь. У нас совершенно лживыми были макропоказатели по импорту и экспорту. Знаете, каждая страна гордится экспортно-импортным сальдо и всегда старается, чтобы страна экспортировала больше, чем импортировала. Но ведь у нас в стране это была просто целостная ложь. Импорт шел контрабандой процентов на 80, а экспорт фиктивный, для того чтобы грабить бюджет. Скажите мне, о каких макропоказателях могла идти речь? Мы только лишь приступили к работе, сделали программу «Контрабанда – стоп!», у нас в бюджет от импортных товаров стало поступать в три раза больше налогов. Потому что реально контрабанда прекратилась. У нас с соседними государствами не совпадали балансы вообще, сколько товаров отправлено из страны и сколько пришло к нам на миллиарды долларов.

Н. АСАДОВА – Макроэкономические показатели это все очень сложно воспринимается людьми. А вот на Украине все говорят о том, что за этот год произошли кризисы цен на мясо, на сахар, на бензин. Люди это видят.

Ю. ТИМОШЕНКО — Да, знаете, я вам скажу одну такую вещь. Что под нашими оранжевыми знаменами к власти прошли две команды. Одна команда это те люди, которые действительно годами искренне мечтали строить свою страну. Действительно искренне. А вторая часть вот этой команды пришла, для того чтобы просто заместить старую власть на известных уже теневых схемах грабежа страны. И вот эти две команды они никогда не могли ужиться. И та команда, которая пришла заработать хорошо, они с первого дня победы Ющенко на выборах были категорически против назначения меня премьер-министром. И назначена я была только лишь потому, что президент знал, что все майданы следят за тем, назначит он меня премьером или нет. И никто бы не дал ему права так поступать с выбором людей. Но задача была поставлена изначально, буквально с первого дня моего премьерства в сентябре месяце попытаться создать столько кризисов, сколько нужно, чтобы убрать правительство. И кстати, надо отдать должное этим ребятам, им, конечно, удалось частично дискредитировать правительство и меня. А следствие-то сегодня какое – полное отсутствие каких-либо концепций в правительстве, полное движение куда бы то ни было. Просто начинается такое болото, можно сказать, чиновничье. И я надеюсь очень, что после парламентских выборов можно будет вернуться снова к нормальному строительству и реформированию страны.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, от слушателей пришло несколько вопросов именно на тему, если бы премьер-министром вновь бы стала Юлия Тимошенко. Вот Александр из Приазовья спрашивает: «Юлия Владимировна! Если весной, по итогам выборов, Вам суждено будет занять премьерский пост, то будете ли Вы столь же радикальны в действиях и рискованны в проведении экономической политики, как это было во время Вашего недавнего премьерства?» Не знаю, как вы сами себя оцениваете и свою политику, насколько она была рискованной, но я думаю, что смысл вопроса в том, будете ли вы действовать так же, как вы действовали в свое предыдущее премьерство.

Ю. ТИМОШЕНКО — Наверное, наши страны в связи с тем, что как-то все хорошо устоялось, особенно в нашей прежней власти, любые действия, любые изменения кажутся революционными. Я хочу спросить, разве это революционные действия, на самом деле показать, сколько стоит украденный завод. Разве это революционные действия уронить сильно показатели объема оптовой торговли, но эта оптовая торговля держалась на воровстве государственных денег. Реально огласить тендеры для государственных нужд и реально провести тендеры и таким образом купить товары в 20 раз дешевле для страны, для бюджета, для государственных корпораций, чем это покупалось до нас. Это слишком радикальные действия? Если эти действия радикальные, то я и далее хотела бы быть такой радикальной.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, все-таки давайте продолжим подведение итогов этого года. В ноябре 2004 года очень много говорилось об угрозе раскола Украины на, как говорили, во всяком случае, пророссийский восток и антироссийский запад. Вот сохранилась ли эта трещина? Где вы будете искать сами поддержку в первую очередь в предстоящую парламентскую кампанию, на востоке или западе?

Ю. ТИМОШЕНКО — Наверное, это не очень корректно говорить, что во время каждых выборов раскалывается страна. На самом деле, если вы возьмете, например, любую цивилизованную европейскую страну с достаточно стабильной демократией, возьмем США, мы увидим, что во время выборов приблизительно на два лагеря делится народ, который голосует либо за одну партию, либо за другую. Но никогда в голову никому не пришло назвать это расколом. И я считаю, что это вообще была надуманная вещь, я родилась на востоке в Днепропетровске. Ну, кто может меня расколоть от востока. Если там моя семья, все мои близкие, друзья. Конечно же, нет. Но в то же время наша партия имеет очень мощную поддержку на западе Украины. И поэтому мне не кажется, что настолько как страсти нагнали, существует такой раскол. Я уверена, что парламентские выборы они еще более сгладят вот такие региональные противоречия.

В. ДЫМАРСКИЙ — Будем надеяться, то есть вы считаете, что угрозы такой и не было даже. Не то что она за этот год ушла, а что ее и не было год назад.

Ю. ТИМОШЕНКО — Я считаю, что, просто учитывая такое историческое ментальное разделение украинского народа на людей, которые исповедуют западную культуру и людей, которые исповедуют православную культуру, вот на этих исторических разницах постоянно стараются играть политики. Они стараются сделать свою политику именно на том, на чем нельзя ее делать. Сколько я помню раз, Кучма обещал сделать русский язык вторым государственным. Сколько раз он обещал ввести второе гражданство. Но каждый раз, когда он побеждал на выборах, он аккуратно это обещание забывал и никогда этого не делал. И то же самое сегодня, кстати, делает Янукович. Поэтому я бы просто не сеяла рознь на эту тему. Я знаю, что сегодня каждый человек в Украине понимает и русский и украинский язык, может спокойно говорить на том языке, на котором ему удобно. И не нужно делить Украину. Потому что Украина должна быть единой и очень сильной страной. Я всегда буду против тех политиков, которые пытаются на этом строить свои рейтинги.

В. ДЫМАРСКИЙ — Конкретный вопрос от пенсионера Инны: «Уважаемая Юлия Владимировна, когда вы станете президентом Украины, — я не знаю, будете ли вы президентом, но скажем, во главе Украины, — сделаете ли вы для россиян двойное гражданство?»

Ю. ТИМОШЕНКО — Я просто уверена, что нашим странам нужно находить такие формы, когда наши семьи смогут ездить друг к другу. Какая это будет форма? — я уверена, что мы найдем наиболее удобный вариант, который не будем мешать людям ездить в гости друг к другу, пересекать границы и даже не чувствовать пересечение этих границ. И, кстати, мы были противниками, наша политическая сила того, чтобы для пересечения российско-украинской границы вводили зарубежные паспорта. Потому что у нас очень многие люди не имеют зарубежных паспортов. Мы за то, чтобы при пересечении границы было как можно меньше таких чиновничьих деталей и подробностей.

Н. АСАДОВА – Юлия Владимировна, у меня к вам совершенно девичий вопрос.

В. ДЫМАРСКИЙ — Я же говорил, что будут женские вопросы.

Н. АСАДОВА – Да, конечно. Вы очень красивая женщина, вы ухоженная женщина, вы хорошо, дорого одеваетесь. Скажите, вы пользуетесь этим в политике или это вам мешает?

Ю. ТИМОШЕНКО — Во-первых, мне очень приятно, честно говоря, что есть такой миф о такой ухоженности, дороговизне и всем остальном. На самом деле, если бы вы могли поговорить с теми прекрасными девушками, которые помогают мне быть красивой, то вы бы, наверное, услышали, что я очень мало времени этому уделяю и, как правило, это происходит совершенно можно сказать в почти ночное не рабочее время. И вообще у меня жизнь на 90%, к сожалению, сегодня состоит из работы, которой я действительно искренне предана. Я действительно верю в то, что мы можем что-то в Украине изменить.

Н. АСАДОВА – Но вы часто сталкиваетесь с таким, что, например, мужчины-политики говорят: ну, вот у нее что-то не получилось, понятное дело, она красивая женщина, что она может.

Ю. ТИМОШЕНКО — Знаете, к сожалению, я, наверное, уже такой кредит, именно такой от мужчин исчерпала, они знают, с кем они имеют дело. И поэтому они по отношению ко мне ведут себя так, как я для них очень достойный конкурент. И кстати мужчины в политике не очень умеют конкурировать честно. Они в основном впадают в такое состояние, когда им хочется поливать своего оппонента грязью, посадить в тюрьму, причинить какие-то достаточно жестокие боли. И мне кажется, что, наверное, эту черту мужчинам-политикам нужно оставить, нужно подостойнее выглядеть в политике и просто бороться честно, интеллектом, способностью просто объяснить людям, чего ты хочешь в политике, а не тем, чтобы бросать своего оппонента женщину в тюрьму.

Н. АСАДОВА – Скажите, у вас есть свой дизайнер?

Ю. ТИМОШЕНКО – Ну, как правило, эту функцию чаще всего выполняю я сама.

Н. АСАДОВА – А косу кто придумал?

Ю. ТИМОШЕНКО — Вот это точно моих рук дело.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, сейчас нам на пейджер, я не стал уже читать, вопросов десять, наверное, пришло по поводу косы. Почему-то это наших слушателей волнует больше всего.

Н. АСАДОВА – Наверное, больше слушательниц.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, еще немного личного. Хотя не полагается поздравлять с днем рождения заранее, он у вас завтра.

Ю. ТИМОШЕНКО — Да, вы точно просто определили.

В. ДЫМАРСКИЙ — Поэтому просто пока вопрос. Где и с кем вы будете праздновать завтра в воскресенье?

Ю. ТИМОШЕНКО — Это тот прекрасный случай, когда я могу на день оставить свою работу, поехать к маме, собрать всю свою семью и очень спокойно, тихо в кругу семьи праздновать день рождения. А вообще как любая нормальная женщина я после 20 лет не очень люблю праздновать свой день рождения. Поэтому я стараюсь это делать в очень узком кругу.

В. ДЫМАРСКИЙ — Таким образом, мы выяснили, что вам больше 20-ти. Сколько – не скажем. Вы сказали, что «в тесном кругу семьи»… а как вошел в круг семьи ваш новый зять Шон Карр?

Ю. ТИМОШЕНКО — Вы знаете, он очень здорово вошел в круг семьи. Он, конечно же, не говорит ни по-русски, ни по-украински, но когда он приехал в Украину, первое, что он сделал – он принял православие. Потому что он хотел, чтобы душа его находилась дома. Чтобы он чувствовал, что он со своей женой, с моей дочерью одной веры, а второе, что он сделал – подал все документы, для того чтобы получить гражданство Украины. А третье, что он сделал – он мне сказал: мама, а можно я возьму фамилию Тимошенко.

В. ДЫМАРСКИЙ — Мамо.

Ю. ТИМОШЕНКО — На что возразила моя дочь и сказала, что она приложит все усилия, чтобы их семья носила фамилию Карр. Потому что с фамилией Тимошенко у них вообще в жизни было очень много связано не очень добрых воспоминаний.

В. ДЫМАРСКИЙ — Ваш зять рокер, значит, я представляю себе — группа Шона Тимошенко. Видимо так это будет выглядеть.

Ю. ТИМОШЕНКО — На самом деле он действительно музыкант. Он очень хорошо поет, у него прекрасная музыка. Да, это рок, тяжелый рок. Но, наверное, это не очень мешает им любить друг друга.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, еще такой вопрос к нам пришел, кстати, с Украины от Сергея Петровича Грицука, пенсионера. Он в такой пафосной форме я бы сказал, сформулирован: «Не опасаетесь ли вы, что в последующем за вашу революционную фразеологию с вас спросят по законам революционного времени». Я думаю, что слушатель имеет в виду…

Н. АСАДОВА – Вопрос об ответственности.

В. ДЫМАРСКИЙ — Проблема ответственности политики за сказанное и за сделанное.

Ю. ТИМОШЕНКО — На самом деле я очень много лет пытаюсь в политике вести именно ответственно. И я могу вам сказать, что я немного постов занимала за время своей политической деятельности. Это руководство бюджетным комитетом Верховной Рады, и именно тогда прошла фундаментальная бюджетная реформа. Была вице-премьер-министром по топливно-энергетическим вопросам, и именно тогда был перестроен рынок так, что с 7% инкассации денег за энергетические ресурсы мы стали получать 100% и, кстати, решили многие вопросы бюджета, социальных долгов. Будучи премьером всего 7 месяцев, за такое время даже дети не рождаются, мы родили прекрасный бюджет. Мы сделали первую в истории Украины очень честную приватизацию. И многое, многое из того, чего, конечно же, не знает страна, потому что немногое можно было довести до логического завершения. И поэтому я очень ответственный человек, потому что я знаю, что многие миллионы класса меня смотрят и ожидают от меня именно ответственного поведения.

В. ДЫМАРСКИЙ — Юлия Владимировна, еще раз повторю, не полагается у нас, я думаю, что на Украине то же самое, поздравлять заранее с днем рождения. Поэтому мы этого не делаем. Мы просто благодарим вас за беседу. И желаем вам успехов, как желают вам успехов очень многие, надо сказать, слушатели, которые нам сегодня и на пейджер и на Интернет присылали вопросы, а иногда не просто вопросы, а пожелания вам свершения всех тех дел и задумок, которые вы для себя наметили. Спасибо большое. И надеемся до новых встреч в эфире «Эхо Москвы».

Ю. ТИМОШЕНКО — Спасибо большое. До встречи.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире