'Вопросы к интервью

И. Воробьева 21 час и 5 минут в Москве, 23:05 в Екатеринбурге. Это программа «Личный прием» с Евгением Ройзманом. Как всегда, эта программа идет из двух городов, из двух студий. Здесь в студии «Эха Москвы» – я, Ирина Воробьева, а в Екатеринбурге – Евгений Ройзман. Женя, добрый вечер.

Е. Ройзман Всем привет.

И. Воробьева Ну что же, давай начнем с субботних событий. Как все прошло в Екатеринбурге?

Е. Ройзман Слушай, я в Екатеринбурге попал в неловкую ситуацию. Понятно, что я вышел. Я был там полтора часа. Я со всеми поговорил. То есть для меня это принципиальная история. Если бы я даже знал, что я буду один, я бы вышел все равно. Но полтора часа. Народу очень много. С самых разных сторон люди подходили. Народ нормальный. Ни одного пьяного. Старших больше, чем молодых. Совсем молодых видел только одного человека – в школе №9 учится парень. Разговорился я с ним. И я спокойно ушел. Полтора часа, -30. Холодно все-таки. Я человек пожилой.

Но я когда ушел, я с таким удовольствием написал, что все прошло хорошо, что полиция себя вела безупречно, молодцы, никого не трогали, поэтому все прошло спокойно. Только я это написал… Холодно. Потихонечку народ начал расходиться. А там стояли эти крокодилы омоновские, и в них сидели грелись. И когда народ начал расходиться, они вывалили со щитами, начали наступать, выдавливать уже расходившихся людей. Ну, естественно, там конфликт, там конфликт. Потом вроде как какую-то петарду им кинули. Но, судя по всему, никого не нашли. Судя по всему, какой-то провокатор был. Ну и все, они там начали молодых винтить, на лед выгнали.

Некрасивая совершенно история. И понимаешь что, она настолько невынужденная эта история. Ну для чего они туда зашли? Ну люди все нормальные. Дорогу не перекрывали, к правительственным зданиям не выходили. И меня это очень сильно задело. И получилось, что я написал неправду. Но на полтора часа того, что я там был, это была правда. А позднее получилось вот так. И там, где можно было в плюс сказать, что смотрите, как достойно вела себя полиция, вместо этого люди не понимают, зачем задержали 14 человек. Задержали совершенно культового, такого известного у нас художника, которого любит весь город, Тима Радю. Ну зачем задержали?

Парень какой-то залез на дерево. Нет таких законов, которые запрещают залезать на дерево. Возможно, он хотел посмотреть вокруг. Ну так его ведь полезли снимать. Ну зачем? Когда -30 и человек сидит на дереве, он сам слезет, поверьте мне. И куча вот таких невынужденных вещей, которые порождают ответные действия и негативное отношение.

Понимаешь, когда митинг идет, акция, все само по себе, люди замкнуты на себе, разговаривают, кричалки. Но как только появляется ОМОН – все, появляется персонификация негатива. И естественно, негатив направляется на них. У них ответная вот такая реакция. То есть совершенно невынужденные действия против своих граждан, против совершенно нормальных людей, которые имеют право. Им это право даровано и подтверждено Конституцией, 31 статьей: граждане России имеют право собираться мирно и без оружия.

Ирин, важный момент один. Задержано трое человек. Одна девочка Катя, которой всяко угрожают. Ей 17 лет. Она школу закончила уже. И еще двое 17-летних. Но надо понимать, что с 16 лет люди имеют право участвовать и даже заявлять.

Е.Ройзман: Когда народ начал расходиться, они вывалили со щитами, начали выдавливать уже расходившихся людей

И. Воробьева Так они голосовать имеют право с 16.

Е. Ройзман С 16 имеют право заявлять митинги, быть организаторами митингов и собраний. С 16 лет. Поэтому, с одной стороны, люди нормальные, людям благодарен, горжусь Екатеринбургом. С другой стороны, совершенно невынужденные вот эти действия ОМОНа и полиции. Они там были не нужны. И их выпускают, как молодняк такой, на притравку, просто попробовать, крови почувствовать, размяться немножко, мышцами поиграть. Нехорошая история. Досадно.

И. Воробьева Но если мы будем говорить про всю страну, то, по последним данным «ОВД-Инфо» – причем я их смотрела 3 часа назад, это было на 60 человек меньше – сейчас 3770 людей были задержаны в связи с акцией по всей стране 23-го числа. Это 125 городов. Помнишь ли ты подобное, чтобы в таком количестве городов одновременно выходили люди в один день на акцию?

Е. Ройзман Ирин, я не помню, чтобы так поднимались везде. Но я хочу сказать еще одну вещь. У этого протеста невероятный потенциал. Все, кто ехали на машинах, сигналили непрерывно. Люди сидели где-то поблизости, подтягивались, выходили, подходили просто задекларировать свою позицию, постоять рядом. У этого протеста большой потенциал.

И. Воробьева Что ты скажешь по поводу истории с несовершеннолетними, которую так сильно педалировали? Я имею в виду обвиняли в том, что оппозиция тащит на улицы несовершеннолетних. Насколько действительно оправдан наезд, который сейчас продолжает так активно обсуждаться в разных программах на федеральных программах?

Е. Ройзман Ирин, во-первых, давай скажем так, это откровенная абсолютно ложь. Это пропагандистская такая штучка, которая на неискушенных людей действует. Мне очень понравилось, как отреагировал Венедиктов, который просто написал у себя везде: «Послушайте, я несколько дней мониторю все штабы Навального. Ну ни одного призыва к несовершеннолетним не было. Ни одного вообще».

Суть заключается в том, что основная аудитория Навального – это аудитория интернета. Молодежь по-другому пользуется, по-другому присутствует. И конечно же, взорвался ТикТок, когда через ТикТок пошел такой флешмоб, когда начали снимать портреты Путина и вешать портреты Навального. Из этого я вдруг узнал, что есть портреты Путина в школах, и очень удивился. У нас портретов Брежнева уже не было, потому что это было дурным вкусом. И я хочу сказать, что молодые вообще другие растут.

Против них, кстати, достаточно серьезно работали в пропагандистском поле. Зарядили все Министерство образования, Департаменты образования, Управления, школы, учителей, классных руководителей. Но через них мы все узнали, что будет акция в 14 часов по всей стране. И я уже говорил, видели, как реагировали родители. В родительских чатах пишут: «Завтра митинг. Детей не отпускайте. Очень опасно». Тут же одна мать пишет: «Да, действительно, опасно. Давайте-ка сами выйдем».

И. Воробьева: «Детей дома оставим, а сами пойдем». Да, я видела.

Е. Ройзман Да. Поэтому детей я особо не видел. Про трех задержанных 17-летних знаю. Но я хочу напомнить всему старшему поколению, мы все читали Гайдара, мы все видели, в каком возрасте начинается вот это отношение к происходящему. Мало того, я думаю, что все читали «Белеет парус одинокий». Ну а «Кондуит и Швамбранию» наверняка все читали. Но, еще раз, с 16 лет, по закону, ты можешь заявлять организацию митингов и собраний.

И. Воробьева Много спрашивают про Алексея Навального. Как думаешь, что называется, посадят или отпустят? Мы все ждем каких-то апелляций на все эти аресты. Но что будет дальше непонятно.

Е. Ройзман Ирин, к тому, что ты говоришь. Там вообще удивительная ситуация. Юридически не успели к этому подготовиться – он сидит, арестованный ФСИНом непонятно как. То есть это совершенно не соответствует ни Уголовному кодексу, ни практике. И никто не понимает, на каких основаниях он сидит в «Матросской тишине».

Но я еще раз это скажу, что человек совершил очень мужественный поступок, продемонстрировал своим возвращением любовь к Родине, продемонстрировал порядочность, продемонстрировал храбрость. И это действительно достойный гражданин своей страны. И когда он уже сидел в камере, и вышел этот фильм по дворцу в Геленджике, ну это репортаж с петлей на шее. То есть это человек, который понимает, что он делает, рискует жизнью и свободой. И конечно, сейчас от нашего поведения зависит то, останется ли он жив и будет ли он на свободе. Так вижу.

И. Воробьева Давай немного поговорим про личный прием и про обращения, которые к тебе стекаются. Их много. И многие пишут. Я вот просто знаю, потому что Евгений Ройзман мне периодически пересылает обращения.

Но перед этим я бы хотела вернуться к программе неделю назад, когда Евгений Ройзман рассказывал про свой пост в Фейсбуке, который вызвал какую-то очень серьезную реакцию. Он рассказывал про молодого человека и девушку, как Евгений Ройзман шел, девушка плакала, и у них состоялся разговор, в ходе которого стало понятно, что там ничего страшного нет, никто девушку не бьет, и Евгений Ройзман пошел дальше. Извини, Жень, что я рассказываю.

Е. Ройзман Давай, давай. Серьезная история.

И. Воробьева Я компактно постараюсь. В комментариях в Фейсбуке начали писать Евгению Ройзману, что, мол, вы пошли дальше, а он ей челюсть сломал, да он же точно ее бил, да как же вы могли. Вот это все. В общем, короче говоря, по результатам всего этого даже не Евгению Ройзману, а мне в Фейсбуке написала девушка Юлия, которая сказала, что ей показали последний эфир «Личного приема» и она написала: «Эта история произошла со мной и моим тогдашним молодым человеком Даниилом в 2017 году. Мы гуляли по городу, и он действительно неудачно пошутил о моей внешности. Я отвернулась и заплакала. Мне стало обидно.

А Евгений Вадимович подошел, спросил, почему я плачу. Я сказала, что молодой человек меня обидел – зло пошутил. Молодой человек растерялся, попытался объяснить, что оскорбить не хотел. Потом сказал, что не хотел меня обидеть, любит. И дальше все было так, как Ройзман написал в своем посте. Мы действительно помирились, и я поняла, что молодой человек имел в виду. Очень обидно, что Евгения Вадимовича незаслуженно хейтят. Он ни в чем не виноват. Повел себя грамотно и правильно. И этого было достаточно, чтобы разрешить конфликт».

Е.Ройзман: У этого протеста невероятный потенциал

Не удержалась. Мне надо было зачитать полностью это сообщение, потому что мы очень много говорили об этом в прошлой программе. И мне действительно тоже обидно, что Женю хейтят в комментариях, хотя на самом деле он, на мой взгляд, действительно ничего плохого не сделал.

Е. Ройзман Ирина, на посмотри на меня. Ну как меня можно хейтить?

И. Воробьева Да, конечно. Нет, понятно, что Евгений Ройзман в социальных сетях, особенно в Твиттере – это уже давно мем. И он совсем не такой здесь в эфирах, слава богу, спасибо большое, иначе бы нас закрыли. Но все-таки да, можно и так.

Е. Ройзман Ирин, подожди. Я хочу сделать заявление для наших слушателей. Друзья, просто чтоб вы понимали, я в повседневной жизни в речи мат не употребляю. Я за этим слежу. И я умею обходиться без этого, потому что русский язык позволяет. Но давай о хорошем.

И. Воробьева Да, я подтверждаю, Евгений Ройзман матом редко ругается. При мне вообще ни разу не ругался.

Е. Ройзман Смотри, по Мише Бахтину. Это то, чего мы все ждем. По Мише Бахтину ситуация следующая. Температуру сбили. Видимо, действительно это были зубы. Его начали готовить сейчас. Сейчас идет вакцинация перед тем, как будут ставить укол «Золгенсма». Все наблюдают за этой ситуацией. Слава богу, тьфу-тьфу-тьфу, пока все идет нормально. Я потом к этому разговору вернусь.

В связи со сбором по Мише произошла одна позитивная история серьезная, которая сейчас стала такой пограничной и сложной. Это тот самый случай, когда инициатива снизу, когда вот такой массированный сбор всероссийский и даже больше федеральную власть подталкивает к принятию каких-то быстрых решений. И так и получилось, что инициатива снизу стала инициативой сверху – был создан фонд, который называется «Круг добра», в который должны закачать 60 млрд для поддержки детей со СМА. Этим можно решить вообще все проблемы. На сегодняшний день на эту минуту у нас 899 человек, который нуждаются в лекарстве. Есть лекарство «Спинраза», которое в России зарегистрировано и которое уже могут закупать. То есть, по сути, событие позитивное.

Но вдруг произошло следующее. Регионы, узнав, что создан фонд, в который закачают 60 млрд, Минздравы регионов не стали закупать «Спинразу», потому что они притормозили, потому что для них это неподъемные деньги. Знаешь, Москва может закупить, Питер может, Екатеринбург еще как-то может, а Курган не может закупить, Краснодар не может закупить. И произошло то, что дети, которые родились в декабре, в лучшем случае этот фонд заработает в марте. Минздравы практически всех регионов ничего не закупают и ждут.

И родилось какое-то количество детей (ну вот в Краснодарском крае сейчас 6 малышей), для которых вот это промедление до марта может стоить нескольких десятков лет жизни. То есть реально вот так. И они невиноваты, что они родились в декабре. Родились бы в марте – и все бы было нормально. Представляешь? И кто-то из них уже никогда не встанет на ноги, кто-то будет лежать всю свою жизнь до смерти только потому, что возникла эта пауза.

С одной стороны, у меня такая досада. А с другой стороны, ну вот у Курганской области никогда в жизни таких денег не будет. 6 человек вдруг на Краснодарский край упало. Понятно, что там есть деньги. Но Минздрав не готов закупать, потому что они ждут, что сейчас дадут. И они все притормозили. Это очень тяжелая, очень сложная ситуация. А «Спинраза», которая у нас сертифицирована, она нужна как скорая помощь. Это ставят укол в позвоночник, и он тормозит все эти процессы и позволяет дождаться укола «Золгенсма».

То есть ситуация очень сложная. Здесь такая вот неторопливость. Но Россия – это какой-то гигантский корабль, который быстро не разворачивается. Вот такая ситуация. Следим. На контакте со всеми. Знаем все, что происходит. Кто-то смог до нас дозвониться, кто-то не смог. Но будем торопить ситуацию где только можно.

И. Воробьева Я бы еще хотела вернуться к истории с протестами. Мы знаем, что в Санкт-Петербурге произошла эта история с силовиком, который ударил женщину ногой. И дальше вокруг этой истории начало наверчиваться какое-то огромное количество всего. То есть сначала к женщине пришли в больницу, потом еще раз пришли в больницу. Потом ее там на машине полицейской отвозили, она там на камеры говорила, что простила. Сейчас вот буквально мы с тобой сидим в эфире, «Новая газета» выпустила видеоинтервью, в котором Маргарита Юдина, так зовут эту женщину, сказала, что не простила силовика, не знает его фамилию, намерена обратиться в Следственный комитет. Вот такая история.

Е. Ройзман Ирин, смотри, когда скромный, маленький человек, который живет на 10 тысяч рублей, лежит в реанимации, а к нему приходят в папахах, в погонах, из реанимации переводят, чтобы к ней могли попасть, и говорят: «Да ладно, да че там…», понятно, что женщина испугалась. Но эти кадры обошли весь мир, когда здоровенный мужик просто так невынужденно бьет женщину изо всей силы ногой так, что она падает и бьется затылком, и попадает в реанимацию. Конечно, это дико. И конечно, ни один нормальный мужчина на глазах… Я представляю, если бы там люди вот так были рядом. Любые нормальные мужики кинулись бы в драку.

Но очень интересно повел себя депутат Хинштейн. У меня к нему много претензий своих. Я его знаю. Мы с ним вместе работали в Комитете по безопасности. Он повел себя абсолютно адекватно в этой ситуации. Он сказал: «Какие извинения? Это должно быть внятное уголовное дело для всех, чтобы все видели». Тут Хинштейн себя очень по-мужски повел.

Что касается самой этой женщины. Ну конечно она растерялась. Где-то испугалась, где-то растерялась. А потом, просто бывает, беззлобный человек может так себя повести. Но потом она сказала: «Надо было мне сказать, что я бы их простила, если бы они отпустили Навального и всех политзаключенных». Понятно, что она им может сказать все что угодно, но что в душе она могла и не простить – и так тоже может быть. Но лица того человека, который ее бил не показали, фамилию не назвали, должность не назвали. Это так себе извинение. Это попытка уползти вот так. Некрасиво.

Ирин, один момент еще. Меня очень сильно задела история с Дарьей Сосновской на московских протестах. Точно такая же ситуация. Девчонка с зонтиком подошла и сказала. Она увидела, что инвалида ДЦПшника забирают. Она говорит: «Зачем вы его забираете?» Ее начали вязать, обе руки заломили и один, который держал ее за руку, ударил ее со всей дури в живот тогда, когда она даже прикрыться не могла. Никакого уголовного дела, ничего нет. Ну конечно это подлость.

Вот эти несправедливости – они и расшатывают систему, они не дают людям систему уважать. Люди это помнят, потому что у каждого человека была мать, у многих есть дочери. И ты на секунду представь, что это произошло с твоей матерью или с твоей дочерью. И тебе все станет понятно в этой жизни.

И. Воробьева Знаешь, меня отдельно порадовало, что когда вот это все увидели, ведь какая была первая реакция – все начали перепост делать, в том числе и я, возмущаться и хвататься за голову. Но существует при этом ряд юристов, адвокатов, крутых адвокатов, зубастых, которые сказали: «Слушайте, все понятно. Давайте мы ей поможем и будем представлять ее интересы. И сделаем все по закону. И добьемся справедливости по закону». Вот сейчас ее делом занимается «Команда 29» известная. Но хочу сказать, что многие люди предлагали юридическую помощь очень крутых адвокатов. Это, конечно, очень приятно.

Е. Ройзман Ирин, я тоже это увидел. Много адвокатов с очень серьезными всероссийскими именами готовы включиться в эту ситуацию. И люди готовы в деанон включиться. Я думаю, что это все равно произойдет. Мы увидим. Поэтому молодцы.

И. Воробьева Давай про прием поговорим.

Е. Ройзман Да, слушай про прием еще. Мне пишут по истории в иркутском СИЗО, когда после бунта в колонии часть зеков перевели в иркутское СИЗО и руками других зеков начали пытать, причем пытать невероятно жестоко. И вот эта история с кипятильником, который зеку другие зеки засунули в задний проход, и он взорвался. И если бы он не взорвался, об этой бы истории никто и не узнал бы. Но он взорвался, и об этом стали знать все.

И я хочу сказать, что в России таких пыточных СИЗО не одно. И там пытают, и об этом знают все. Поскольку я был депутатом Государственной думы и главой города, ко мне приходили с такими проблемами. И в частности, в Екатеринбурге знаменитая вторая колония. Все знают, что там всегда существовала пыточная. И зеки это знают, и многие-многие другие. И не только там. И такие пыточные существуют.

Но вот здесь для меня совершенно непонятная ситуация. Вот есть глава государства, который способен это прекратить. То есть не стоит вопрос его безопасности, стабильности государства, еще чего-то. Но это пытки. Это можно прекратить. Вот здесь просто воля нужна, чтобы это прекратить.

Ну и конечно, на этом фоне многие сотрудники ФСИН… Мы знаем, в свое время Реймера посадили, там у них много высокопоставленных сотрудников сажали. И они сразу ситуацию видят по-другому, когда попадают вовнутрь. А это Россия. И вот эта поговорка «от тюрьмы и от сумы не зарекайся» – это очень русская поговорка. И поэтому те, кто пытают заключенных, особенно руками других заключенных, те, кто в этом участвует, об этом знает, они точно так же могут оказаться в этих условиях. Ну нельзя в 21 веке вот так пытать людей. И между лагерем и тюрьмой и волей огромная разница. Здесь человек может убежать, спрятаться, пожаловаться. А там бежать и спрятаться некуда. Поэтому любые пытки там гораздо страшнее, чем на свободе.

Но это просто попросили озвучить историю вот эту из иркутского СИЗО и сказать, никакого уголовного дела нет, хотя известны все исполнители. До сих пор нет никакого уголовного дела. То есть когда пластиковый стаканчик в сторону полиции или ОМОНа вооруженного до зубов кидают – уголовное дело возбуждается моментально, еще пока стаканчик летит. Здесь нет никакого уголовного дела. Это же в чем, я думаю, самое страшное – это такой посыл власти: делайте, вам можно.

И. Воробьева К сожалению, такой посыл мы слышим довольно часто. Тут стоит это вспомнить. Я напомню нашим слушателям и зрителям, что вопросы для Евгения Ройзмана вы можете присылать по номеру +7 985 970 45 45. И там можно и СМСки, и Вотсап, и Вайбер, и что хотите. Мне тут писали, что, мол, СМСки не проходят. Проходят. Я их вижу. СМСки тоже проходят в этот наш чат.

Е. Ройзман Ирин, по приему еще одну вещь озвучу.

И. Воробьева Давай.

Е. Ройзман Мне пришло коллективное обращение от жителей вепсского сельского поселения Шелтозеро. Это Карелия, это юго-западный берег Онежского озера. Там вокруг Шелтозера много населенных пунктов – живут вепссы. Вепссов в России осталось порядка 5 тысяч человек. Это древний народ, который на эти берега пришел, где-то в районе 10 века они точно уже там присутствовали и всю жизнь там жили. Это их места постоянного обитания.

Е.Ройзман: Сейчас от нашего поведения зависит то, останется ли Навальный на свободе

Получилось так, что они не знают, кто дал разрешение на вырубку леса. А надо сказать, что вокруг Онежского озера нормального леса практически не осталось. А у них между Шелтозером, основным вот этим поселением вепсским, и Онегой стоит небольшая такая роща корабельных сосен старых, покрытых мхом. И их разрешили валить. Причем деревообрабатывающий комбинат называется «Калевала».

И люди говорят: «Послушайте, у нас из-за этих вырубок леса пересыхают болота, пересыхают реки, у нас появляются ветра, которых не было». Мало того, там люди очень бедные. И они живут в основном с лесом – это грибы, ягоды, рыбалка, ну и все остальное. Они просто живут с этого. Это их основное занятие. И они говорят: «Нам некуда жаловаться. Нас никто не слышит. Потому что для кого-то это деньги. Но что им нас лес? Мы здесь родились и выросли. У нас деды, прадеды похоронены».

Мало того, там для этнографов просто рай, потому что сохранились вот эти коренные поселения. Там еще вепсский язык присутствует, представляешь? А у них там еще Матвеева Сельга знаменитая, такое место для местных. Купец был такой первогильдеец Матвеев оттуда родом. Там огромные дома еще. Туда ездят москвичи, питерцы. Я объехал Онежское озеро в нескольких экспедициях. По моим понятиям уральским там уже леса не осталось. Там везут какой-то просто кустарник. Что они там собрались вырубать? Это последнее, что там есть. Но я написал в «Гринпис». Будем сейчас заниматься. Буду следить.

И. Воробьева Мы сейчас прервемся буквально на несколько минут в программе «Личный прием» с Евгением Ройзманом. Потом вернемся и будем продолжать.

НОВОСТИ / РЕКЛАМА

И. Воробьева: 2134. Продолжается программа «Личный прием» с Евгением Ройзманом. Мы продолжаем. И тут сразу хочется начать с вопроса. Один из наших слушателей спрашивает: «А что бы вы сделали с дворцом в Геленджике?» Потому что когда все начали отрицать, что он путинский, тут же многие начали писать: «А, ну раз он бесхозный, тогда мы там устроим детский лагерь для таких-то детей, а там вот это, а на лужайке вот это». Что б ты сделал с этим дворцом?

Е. Ройзман Я тебе скажу, там надо делать настоящий Диснейленд. Там погода позволяет. Там позволяет рельеф, позволяет погода. Там можно делать гигантский хороший к нему аквапарк, там можно делать американские горки, да все что угодно. И детям можно кучу подземных дворцов и всего. И туда будут ехать не только дети со всей страны, но и со всей округи. Там территория гигантская. Представляешь, что можно сделать? Это радость будет для всех детей.

Но я тебе скажу, что я бы на месте президента, у меня бы было такое гигантское поместье, и вот это вот отдать детям – и все, и вся твоя жизнь получает настоящий смысл и вся твоя жизнь оправдана. И сколько будут помнить, будут поминать добром. И много тебе простится и забудется, если вот такой красивый и широкий жест – огромный парк для детей, вот такой настоящий Диснейленд. Представляешь, как красиво бы было?

И. Воробьева Да, я согласна. Ты сейчас рассказываешь, и я поняла, что это одна из лучших идей по использованию этого дворца.

Е. Ройзман Да вообще класс.

И. Воробьева Да. Скажи, пожалуйста, а ты видел, что сегодня президент по этому поводу сказал? Это вообще важно? Это нужно слушать?

Е. Ройзман Послушай, мне, на самом деле, было неловко. Вот смотри, есть очень важный момент. У очень многих людей восприятие такое: «Ну это же царь. У царя должен быть дворец». Первый момент. Объясняю всем. Если у царя дворец, то дворец для того, чтобы показать возможности страны, чтобы в этом дворце принимать иностранных гостей, иностранных послов, иностранных царей, чтобы показать то, чем мы владеем, какой у нас вкус, что мы можем. Мало того, Екатерина Великая как основательница «Эрмитажа» приглашала туда всех любоваться картинами и обсуждать. Вот для этого нужен дворец. Дворец нужен для публичной деятельности такой главы государства. Здесь история совершенно иная.

Но у очень многих вот это вот: «У царя должен быть дворец. Ничего страшного. Пусть будет». И вдруг выходит царь и говорит: «Какой дворец? Нет-нет, это не мой дворец». Ему говорят: «Подожди, царю принято хвалиться дворцом. Царь должен признавать свой дворец». А вдруг царь говорит: «Дворец не мой». Да подожди, дружок, а настоящий ли ты царь, если ты от своего дворца отказываешься? Куча вопросов возникает. Короче, Диснейленд – это самый лучший выход из сложившейся ситуации.

И. Воробьева А вот когда власти говорят, что людей в субботу на самом деле вышло очень мало, ты как оцениваешь, мало, много?

Е. Ройзман Ирин, я хочу сказать, что люди боятся и люди выходили через страх. Люди выходили очень осторожно. Люди выкладывали все ценные вещи из карманов, брали с собой паспорта, снимали часы. Я знаю. Ну представь себе, моя дочка приходит домой перед тем, как пойти, и говорит: «Мам, давай я ключи оставлю». Юля говорит: «А почему ключи оставишь?» Ну мало ли. Вдруг мы задержимся. Ты пойдешь и черепашку покормишь, еще что-то. Ну вот так аккуратно сказала.

Но представь еще ситуацию. У меня в Москве вышла одна дочь, здесь вышла другая дочь со своим парнем. Им 18-19 лет. И когда какие-то там Симоняны начинают: «Работайте, братья», я думаю: «Ни хрена себе работайте…». Вот я просто говорю как отец, нормальный человек. У меня нет какой-то агрессии. Но если, не дай бог, кто-то тронет моего ребенка, кто-то пройдет сапогом по лицу, еще что-то – все, эта власть с этого момента для меня становится злейшим врагом. Но надо понимать, что я не один такой и что у нас всех дети, и мы все любим своих детей и бережем. И здесь власть, не дай бог, что-то перегнет. Потому что люди готовы к ответным действиям. И я это увидел.

Е.Ройзман: В России таких пыточных СИЗО не одно. И там пытают, и об этом знают все

И люди стараются преодолевать свой страх. Потому что стыдно в своей стране бояться. Стыдно и недостойно бояться. Мы не сделали ничего плохого. Если мы боимся в своей стране чего-то и кого-то, надо собирать значит детей и пожилых родителей и бежать из страны. Я вот не побегу. И нормальные люди не бегут. Все равно надо как-то сопротивляться и делать свою страну лучше. Нам некуда отступать. Другой Родины у нас не будет. Поэтому я считаю, что надо выходить. Нельзя бояться. Они должны нас видеть. Они должны понимать, что много людей, которые несогласны с тем, что происходит.

Я, правда, сегодня в эфире сказал, что у нас взяли заложника, и меня тут же поправили – не заложника, а заложников. И действительно, много народу. И все эти 3 тысячи с лишним человек, которых взяли – это заложники. Их надо так и расценивать. И их судьба зависит от того, как мы будем себя вести.

И. Воробьева Но это же не только те, кого задержали на акциях 23-го числа. Это же и те люди, которые сидят в тюрьмах.

Е. Ройзман Конечно.

И. Воробьева Вот Азат Мифтахов, который буквально неделю назад оказался в тюрьме на 6 лет совершенно непонятно за что с секретными свидетелями, которые узнали его по выразительным бровям. Вот так выглядит уголовное дело. Потрясающе просто.

Е. Ройзман Ирин, там еще один момент по Мифтахову. Я об этом уже говорил. Ну представь себе, 2500 лучших математиков мира с разных стран за него подписываются. И на это даже реакции никакой нет. Ну представляешь, что они будут думать про нашу страну? Ну какая-то невынужденная звериная жестокость в отношении молодых.

И надо понимать, что время комсомольцев 70-х годов уходит. Они, конечно, переживают, они завидуют, они злятся. Но их время уходит. Мир меняется. И приходят молодые. У них свое восприятие, они по-другому видят. Но ветер не остановишь. Это вот тот самый случай. Физические законы ты не изменишь ничем. Эликсир бессмертия ты не найдешь. Все равно приходит время. Тебе надо готовиться к встрече с богом и думать, что ты скажешь.

И. Воробьева Давайте дальше. Вернемся еще к приему. Напомню, что вопросы можно присылать в чате трансляции на канале «Эхо Москвы». В Ютубе идет эта трансляция. И там же чат. +7 985 970 45 45.

Я видела еще какое-то потрясающее обращение. Ты мне пересылал его. Не только про сосны корабельные. Еще какое-то было. Я не могу его сейчас найти. Национальный парк «Угра», Калужская область. Между прочим, национальный парк «Угра», который обратился – это национальный парк, в который я лично ездила сажать деревья вот прям руками своими вместе с десятками других людей, которые ездили 2 годя подряд. Я только 1 год ездила. И мы спасали национальный парк «Угра». И что они хотят с ним сделать?

Е. Ройзман Ирин, там готовится опять гигантский мусорный полигон. В мире существуют совсем другие технологии. В мире в центре больших городов, мегаполисов мусороперерабатывающие, мусоросжигательные заводы, засчет которых поставляется тепло, электроэнергия и которые не приносят жителям никакого вреда и никакого дискомфорта. В центре городов эти заводы находятся. А у нас эти технологии даже внедрять не могут, потому что в этой ситуации тогда никто не заработает. Стало очень много упаковки, какой-то потребительский бум, нет нормальной переработки.

И когда начинают вывозить мусор в районы – это очень унизительно. Это получается, что богатый сосед всю помойку сливает тебе на огород, и ты ничего не можешь сделать, потому что на его стороне ОМОН, суды, прокуратура. И все что касается мусороперерабатывающих заводов современных наших российских, которые, как я понимаю, их все будет делать «Ростех», для жителей возникает унизительная ситуация. Они так и воспринимают. Поэтому я думаю, что будем к этой теме возвращаться. Давай и ты, и я еще посмотрим. И будем к теме возвращаться и поддержим людей.

И. Воробьева Да. Давай еще про прием. С чем приходили люди?

Е. Ройзман По приему так немножко для разрядки скажу. Знаешь, есть такая шутка, когда говорят: «Вы вот тут сидите, а мне позвонили из Нигерии. Оказывается, у меня умер богатый родственник. И там надо-то всего 3 тысячи долларов, чтоб на меня начали оформлять документы, потому что кроме меня наследников нет. Все, я взял деньги и поехал в Нигерию. А вам всем пока». Ну и все привыкли, что это шутка, ха-ха-ха.

Ну и вдруг парень обращается: «Знаете что, вы будете, наверное, смеяться. Но вот я получил нигерийское письмо, взял кредит на оформление наследства. Кредит выплатить не смог. Делать не знаю что. Живу сейчас в Беларуси, а я гражданин России. Не понимаю, как возвращаться. То есть меня ищут. Могу я что-то сделать в этой ситуации? Можете вы помочь?» Вот что ему бедолаге сказать? Ну вот что сказать?

И. Воробьева Ему, конечно, нужно объявлять, наверное, личное банкротство. Не знаю, как это еще называется. Но это сильно. То есть это заявка на победу просто полная.

Е. Ройзман Вообще. Это даже не лох года, это Мистер Олимпия. Но я потом свяжусь, поговорю.

И. Воробьева Нет, конечно, смеяться не хочется, потому что жалко человека. Но это правда заявка на успех. Тут ничего не сделаешь.

Е. Ройзман Ирин, у меня одна очень интересная ситуация. Я думаю, что таких ситуаций будет много. Серьезный мужик. Его зовут Юрий Владимирович. Он с Калининграда. Отставник, отслужил. Такой упертый мужик. И решил заняться производством. Решил производить пластиковые двери, пластиковые стеклопакеты и так далее. У него шло нормально.

Он говорит: «Понимаешь, это можно было завозить из Польши в Калининград. А я подумал, что здесь сумею сделать и сумею даже китайцам создать какую-то конкуренцию. А потом понял, что надо строить завод. И начал искать с кем строить и нашел «БКС Банк» в Новосибирске. У меня предложений-то столько было. Но я нашел вот этот «БКС Банк», встретился с владельцем, поговорили. Я у них взял кредит 180 млн. Но мне не понравилась одна ситуация. Я взял под строительство завода под 15% годовых. Но через некоторое время они сказали, что залога не хватает, добавь залог. А я подвоха не увидел: взял 180 млн, а залога дал на 600 млн. Но я работал, я строил завод.

И вдруг после 14-го года стало совсем невмоготу, и они мне разом подняли проценты до 30%. Я говорю: «Братцы, мне не потянуть эти проценты». Они говорят: «Твои проблемы.» Я год платил проценты. А потом говорю: «Давайте что-то решать»». А он завод построил. И все, кто в Калининграде, этот завод знают. Это замечательный завод. У нас Саша Шумилов съездил посмотрел. Ну работающий хороший завод. Совершенно современный, новый. И мужик говорит: «Давайте как-то решать». Они говорят: «Нет. Деньги давай».

Е.Ройзман: В Геленджике надо делать настоящий Диснейленд

Все. И они его начали банкротить. И они у него за этот долг 180 млн, где он уже наплатился процентов, забирают 600 млн. Банкротят всех вплоть до матери. И он говорит: «Ну так нельзя. И мой случай не единственный. То есть банк ведет себя, как стервятник. Видит, что у меня тяжелая ситуация, и пытается полностью меня ограбить». Но так жить нельзя. И таких ситуаций много. Наши юристы сейчас включились. Я буду об этой ситуации рассказывать. Но больше всего меня задело, что мужик брал деньги не на финансовую пирамиду. Он построил завод, создал кучу рабочих мест, и его просто грабит новосибирский банк. Посмотрим, как будет развиваться ситуация. Если что я доложу.

И. Воробьева Нам тут пишут, видимо, родители детей – не знаю, не могу это никак проверить, – что фонд «Круг добра», о котором мы говорили много раз в этом эфире, который призван, чтобы оплачивать лечение детей с орфанными заболеваниями (не только со СМА, но и с другими тоже), пока еще не заработал, он заработает не раньше марта, и вообще неизвестно, кто войдет в список детей, которым помогут. В общем, что делать, куда бежать?

Е. Ройзман Очень тяжелая ситуация, особенно для детей со СМА. Потому что остановились все сборы, потому что государство в лице президента заявило, что мы эту проблему решим. И все сборы остановились. Вот по Мише мы успели в последний день буквально. Еще моя благодарность и низкий поклон всем, кто участвовал.

Тяжелейшая ситуация. Только тормошить федеральную власть, действовать на федеральную власть, чтобы они в конце концов решили. Потому что много детей, кто до марта просто не дотянет. Знаешь, когда ты говоришь в целом о стране… Ну вот слова прозвучали. Представь себе, что это касается всего одного ребенка, но это ребенок твой. И все встает на свои места. Давай хотя бы будем об этом говорить, следить за ситуацией. Смотрите, «Новая газета», Дима Муратов еще этим занимался. Ну давайте, включаемся все. И будем следить просто на конкретных примерах.

И. Воробьева Мы обязательно поговорим об этом с Дмитрием Муратовым в эту пятницу. Он придет в программу «Особое мнение». Здесь пишут в новостях о том, что прокуратура сочла законным судебное заседание в отделе полиции по делу Алексея Навального. Вадим Кобзев, его адвокат, выложил ответ надзорного ведомства города Химки. Но это тоже ничего же удивительного, правда?

Е. Ройзман Смотрите, у нас у всех есть знакомые адвокаты. Когда произошла ситуация с Навальным, все проконсультировались со всеми. Все адвокаты развели руками и говорят: «Слушайте, ну такого еще не было». Ну судьи по вызову еще вообще не было никогда. Это со времен троек такого не было, когда в красные уголки приезжали и судили вот так за несколько минут к смертной казни. Мы видим рождение такой новой реальности, нового государства, которое, к сожалению, все больше становится похожим на Третий рейх. Но давай вещи своими именами называть. Мы это видим. Поэтому ну о чем говорить?

Когда выступает прокурор, по которому было мощнейшее расследование по прокурору Москвы Денису Попову, показали его недвижимость в Черногории, показали все связи, и когда прокурор выходит и говорит: «Мы должны бороться с коррупцией». Ну себя начни. Ну а чего нет?

Смотри, несколько слов еще по приему проговорю. У меня интересная ситуация. Я думаю, что я буду обращаться к Уполномоченному по правам ребенка здесь. Женщина с дочерью – а дочери 16 лет – лежали в больнице. И в больницу привезли девочку, которой около 2 лет – забрали из семьи. Родители – конченные алкоголики. И вот эта девчонка, которая лежала в больнице, она за этой девочкой начала ухаживать и к ней привязалась, как к сестре. Ну что, маленькая девочка без родителей. И она говорит: «Мама, давай заберем. Мама, давай заберем».

И они пошли на курсы приемных родителей. А опека говорит: «Нет, в очередь вставайте. Мало ли. Там желающих полно». А она уже прикипела. Девчонка, 16 лет. Но эти вещи можно решать. Вот я дам всю информацию Уполномоченному по правам человека. Он имеет хороший авторитет в опеке. Может, они сумеют договориться. И у ребенка просто какое-то счастье будет в жизни.

И. Воробьева Я сейчас еще спрошу про новости, а потом ты вернешься к приему. Очень просят спросить. Я понимаю, что мы говорим фактически про все те же вещи, но тем не менее. Хотя бы озвучить просят про юриста ФБК, который закон меня обязывает называть иностранным агентом (я имею в виду ФБК). Владлен Лось, которого арестовали, потом похитили, по факту, сейчас его заковали в наручники, надели мешок на голову и фактически депортируют из России. Вот это что?

Е. Ройзман С одной стороны, депортировали. Да, чудовищно. Подхватили, надели мешок на голову и вывезли. Могли и в лес вывезти. Поэтому, может, и хорошо, что депортировали. Жив остался. Потому что от этих людей можно ждать всего. Никаких иллюзий нет. И вспомнить еще надо про Павла Новоселова, оператора ФБК (внесен в реестр иностранных агентов), которого забрали. У парня четверо детей. То есть работы особо нет, ничего. И сидит. Вообще непонятно зачем забрали. Этого сейчас, к сожалению, будет все больше. Руки развязаны. Это одобряется с позиции руководства.

Но я хочу объяснить одну простую вещь. Холуи всегда бегут впереди паровоза, потому что у них на лбу барометр, а на носу флюгер. Они видят отношение руководства, а руководство видит отношение сверху. Им разрешено так себя вести. Если бы не было разрешено, они бы так себя не вели. Слава богу, Павел Лось на свободе. И дай бог, чтобы у него все было нормально. Ну вот Новоселов сидит, Навальный сидит. И смотри, сколько народу забрали там в ФБК (внесен в реестр иностранных агентов). Все штабы Навального практически арестовали людей. Забрали все штабы Навального. Надо понимать, что у него штабы – это местные молодые люди такие активные, неравнодушные, которых все знают.

Конечно, это задевает всех. Я допускаю, что выйдет значительно больше народу 31-го числа именно в силу вот этой вот политики. Потому что это действительно несправедливо, это нечестно, это нехорошо.

Е.Ройзман: Люди готовы к ответным действиям. И я это увидел

Слушай, давай про прием несколько слов.

И. Воробьева Давай.

Е. Ройзман У меня очень интересная ситуация. В свое время договорились, что многодетным семьям будут выделять участки под строительство. И у нас в 2014 году выделили штук 500 участков. Ну много выделили участков для многодетных семей в поселке Бобровский возле Сысерти. Им выделили. Через 4 года дали электричество. Через 4 года столбы поставили. У них нет водопровода, нет газа. Но они говорят: «Да хрен с ним. Но мы переживем, мы справимся. Мы сильные». Но у них нет дорог. Дороги самим не сделать. Это люди, у которых нет таких денег. Дороги не сделать.

Они начинают рубиться там с Сысертским районом. А им Сысертский район говорит: «Слушайте, нам не потянуть эти дороги. Вам область дала участки. Ну пусть они сделают дороги». А область говорит: «А что мы там будем делать дороги? Вот нам сказали – участки. Вот мы сделали». Ни инфраструктуры, ничего нет. Друг на друга кивают. Люди говорят: «У нас ни пожарная, ни скорая, ни мы не можем проехать». Все там развезло. Там просто нет дорог. В чистом поле. То есть удивительная ситуация. Причем на всякую хрень деньги находятся, а вот на такие простые вещи, где людям просто помочь и сделать… Сысертский район, поселок Бобровский. Мы будем еще об этом говорить.

И. Воробьева Мне кажется, тут даже не людям помочь, а людей обеспечить. Мне кажется, государство должно это делать.

Е. Ройзман Ирин, очень важный момент. При нормальных обстоятельствах богатые люди – богатое государство. А мы вдруг видим, что люди бедные, а государство богатое. Ну не будет доверия и не будет любви к такому государству, где люди бедные, а государство богатое.

И. Воробьева То есть это возвращает нас к вопросу о ершиках, с которыми все выходили. И, в общем, можно увидеть, на самом деле, что больше всего всех зацепила даже не аквадискотека, а ершик этот дурацкий.

Е. Ройзман Ирин, он не дурацкий. Во-первых, один ершик стоит, как зарплата, о которой только мечтает большинство граждан России. Но это ладно. А когда показывают диваны там от 2 до 4 с лишним миллионов… Ну за 2 млн в Екатеринбурге можно двушку где-нибудь на окраине купить, а за 4 млн можно купить трешку. И люди, которых семьями выселяют сколько угодно из однокомнатной квартиры, где живут впятером, ипотеку не могут платить, людей выселяют, представляешь, они смотрят этот фильм и видят, что диваны столько стоят. Ну конечно это задевает.

И. Воробьева Я не представляю себе, что чувствуют люди, которые смотрят это видео и видят какие-то совершенно невозможные цифры, просто нереальные. Они какие-то космические.

Е. Ройзман Ирин, ну конечно они космические. Но я хочу сказать одну очень интересную вещь. Когда кто-то говорит, что на протестах было не много народу и еще, может быть, не столько много, сколько хотелось б… Но в Екатеринбурге пусть вышло 10 тысяч человек, но просмотров совокупных сотни и сотни тысяч. По Москве просмотров миллионы и миллионы, хотя людей вышло меньше. По всей стране так. Представляешь, сколько народу смотрело? У людей негодование. И в следующий раз точно выйдет больше. Поэтому как-то надо выходить из этой ситуации, искать компромисс, выходить на диалог с обществом.

Наконец, вот этот негатив общественный, он может… Единственное нормальное русло – это выборы. Все решается на выборах. И так можно сгладить все противоречия – именно честные выборы. На самом деле, всего 3 пункта – это честные выборы, это независимый суд и свободные СМИ. Все. это признаки нормального государства.

И. Воробьева Ну вот у нас будут в этом году выборы. И как-то есть ощущение, что истерика вокруг них в основном идет как-то так заранее уже.

Е. Ройзман Ирин, кучу народу перед выборами посадят. Выкосят всю поляну. Всех людей, которые способны выигрывать выборы, им будут создавать проблемы, перекупать. Но ладно, когда перекупают. Но, знаешь, пока эта власть решала вопросы покупкой – это одно. А когда решают арматурой в затылок в подъезде – это совсем другое. Поэтому посмотрим. Конечно, атмосфера будет накаляться.

И. Воробьева Тут Илья, который на денег подкинул, в смысле донат в Ютуб сделал в чате… Ну понятно, что в нашей программе все можно пересчитывать на уколы «Золгенсма» и «Спинраза». Ну просто все можно пересчитывать.

Е. Ройзман Да, конечно.

И. Воробьева И Илья спрашивает, сколько это? Я, честно говоря, не знаю. Но это закроет все потребности, я думаю.

Е. Ройзман Ты про что?

И. Воробьева Про дворец.

Е. Ройзман Слушай, на самом деле, то что Навальный оценил в 100 млрд… Во-первых, он не строитель. И подземные работы там, пятиэтажные помещения внутри дворцы и подземный стадион – это очень серьезно. Второй момент очень важный. Его строили 15 лет. Его начинали строить тогда, когда доллар стоил меньше 30. И поэтому там цена не 1,5 млрд долларов. Это гораздо серьезнее история. Конечно, это хватит на все вообще. Но самое-то главное другое. Ирин, еще раз скажу, Диснейленд – самый красивый, самый честный и самый прямой и правильный выход из этой ситуации. Это был бы красивый выход.

Е.Ройзман: Стало очень много упаковки, какой-то потребительский бум, нет нормальной переработки

И. Воробьева Я с тобой соглашусь. Потому что если отдать это на благотворительность – это совсем другая история, и многие осудят. А вот если там сделать Диснейленд такой классный, в который все поедут – это правда будет неплохо. Пара вопросов от слушателей. Александр пишет: «Добрый вечер. Спросите, пожалуйста, у дяди Жени, когда он планирует вернуться к субботней пробежке?»

Е. Ройзман Я думаю, что в ближайшее время. Уже тепло. Уже невозможно сидеть. В ближайшее время всем объявлю. Ирин, очень важный момент. Я сейчас анонс небольшой сделаю. На следующей передаче обязательно продолжим. В Госдуму внесли законопроект о штрафах за незаконную благотворительность. Сейчас успокаивают всех, что незаконная благотворительность – это только когда ящики расставляют без разрешения, без санкции государства и так далее.

Но я думаю, это гораздо более далекоидущий законопроект. Если они его в первом чтении будут протаскивать, они могут туда напихать поправок каких угодно. Я думаю, что это будет касаться свободных и независимых организаций, независимых от государства фондов, которые живут на донаты, таких как ФБК (внесен в реестр иностранных агентов), «Мемориал» и еще. То есть у меня есть опасения. Но это очень серьезное наступление просто на обычные гражданские свободы. Будем следить за этим.

И. Воробьева Я с тобой здесь не согласна совершенно, потому что эта статья о нарушении правил установки и использования ящиков для сбора пожертвований – это абсолютная боль всего сектора, потому что реально собирают в электричках, на улице совершенно незаконно и абсолютно мошеннически. Это не поможет справиться с мошенничеством. То есть эта мера вообще не поможет. Но это правда, что это все такая серая схема. Это правда.

Е. Ройзман Ирина, вот эти сборы в ящиках – мы это наблюдаем всегда. Мы с этим боремся. Я понимаю, о чем я говорю. Но я сейчас только что сказал, когда этот закон внесут, вполне возможно, что они будут дальнейшую ситуацию регулировать поправками. Я считаю, что это пробный камень. И есть чего опасаться. Поэтому давай будем следить.

И. Воробьева В нашем государстве всегда есть чего опасаться, особенно когда речь идет про депутатов Государственной думы. Полминуты. Все твои.

Е. Ройзман Слушайте, самое главное – нельзя бояться. Ну нельзя бояться. Мы не имеем права ничего бояться в своей стране. Поэтому, конечно, в конце концов, я считаю, все равно все будет хорошо. Наша страна достойна того, чтобы за нее бороться. Всем добра и удачи.

И. Воробьева Спасибо большое. Это была программа с Евгением Ройзманом «Личный прием».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире