'Вопросы к интервью
Д.БОРИСОВ: 23:06 в российской столице. Вы слушаете радио «Эхо Москвы». Добрый вечер. Меня зовут Дмитрий Борисов. Вы знаете, сегодня программу попутчики я буду вести в необычной компании. Обычно вы привыкли, что Александр Плющев здесь со мной сидит, разговаривает, умные мысли какие-то в ваши радиоприёмники вещает. Нет. Сегодня со мной не просто Александр Плющев. Рядом DJ Плю. Прошу любить и жаловать.

Д.ПЛЮЩЕВ: Ты понимаешь, что ты сразу же ввёл наших слушателей в некоторый ступор? Потому что слова «со мной рядом Плющев сидит, иногда какие-то умные мысли высказывает» — эти две части предложения противоречат друг другу. Поэтому где-то ты заблуждаешься, в какой-то части, очевидно.

Д.БОРИСОВ: Видишь, DJ Плю ты не опровергаешь. Не подтвердил, но и не опровергнул.

Д.ПЛЮЩЕВ: Нет. Московский клуб «Завтра» был вчера взорван к чёртовой матери. Было дело.

Д.БОРИСОВ: Там уже интересовались в Твиттере, когда можно будет купить твой первый микс, в каких магазинах он будет продаваться.

Д.ПЛЮЩЕВ: Всё бесплатно распространяться в сети «Интернет» будет. За исключением авторских прав, несколько миллионов долларов обладателям.

Д.БОРИСОВ: Обязательно найдите и послушайте. Там было интересно.

Д.ПЛЮЩЕВ: Мы сегодня без гостя что ли?

Д.БОРИСОВ: Нет. Мы сегодня с гостем. Этот час мы будем не одни. Антон Красовский с нами. Добрый вечер.

А.КРАСОВСКИЙ: Добрый вечер.

Д.БОРИСОВ: Мне очень понравилось, как представили Антона: «тележурналист»...

А.КРАСОВСКИЙ: Вас так же можно было бы представить, Дмитрий.

Д.БОРИСОВ: Да. Это прекрасная формулировка, чем отличается тележурналист просто от журналиста…

А.КРАСОВСКИЙ: Тем, что вас показывают в телевизоре.

Д.БОРИСОВ: Нас сейчас тоже, кстати, показывают в телевизоре…

Д.ПЛЮЩЕВ: Сетежурналист получается, потому что Сетевизор.

Д.БОРИСОВ: Сетежурналисты мы сейчас все втроём на сайте echo.msk.ru. Заходите. Там ведётся прямая наша трансляция. нас показывают. Но Антон Красовский известен не только своим тележурнализмом…

А.КРАСОВСКИЙ: Не только тем, что его больше не показывают в телевизоре…

Д.БОРИСОВ: Но он остаётся в памяти миллионов тележурналистов. Мы знаем Антона и как лицо, приближённое к Михаилу Прохорову. Мы сейчас будем спрашивать, существует ли…

А.КРАСОВСКИЙ: Уже равноудалённо всё-таки от Михаила Прохорова.

Д.БОРИСОВ: Теперь уже.

А.КРАСОВСКИЙ: Я был приближённым к Михаилу Прохорову ровно те дни, которые длилась избирательная кампания. То есть с 29 декабря 2011 года по 4 марта 2012.

Д.БОРИСОВ: То есть уже 5 марта Михаил сказал: «Всё»?

А.КРАСОВСКИЙ: То есть 5 марта я уже был равноудалённым от Михаила Прохорова участником этого прекрасного события.

Д.БОРИСОВ: Антон, Михаил существует? Мы не видели просто с Плющевым его.

А.КРАСОВСКИЙ: В смысле, вы не видели?..

Д.ПЛЮЩЕВ: Я видел его как-то на демонстрации, на митинге.

Д.БОРИСОВ: Ты был далеко. Это мог быть клон.

Д.ПЛЮЩЕВ: Это было отлично. Потому что была толпа абсолютная и над ней, такой, возвышающийся…

А.КРАСОВСКИЙ: Дмитрий, скажите, например, когда у вас в телевизоре вашем показывают, например, Владимира Путина, вы подходите потом к Кириллу Клеймёнову и спрашиваете: «Путин существует?»

Д.БОРИСОВ: Вы знаете, я его видел.

А.КРАСОВСКИЙ: Вот. А Прохорова нет.

Д.БОРИСОВ: Да.

А.КРАСОВСКИЙ: Михаил Дмитриевич, я обращаюсь к вам: «Не могли бы вы сходить в эфир первого канала, потому что Дмитрий на одной неделе, Юлия Панкратова, его коллега на другой, хотят с вами познакомиться». Он есть. Он жив. Он, по-моему, в порядке.

Д.БОРИСОВ: Надо не через эфир. Надо как-то…

А.КРАСОВСКИЙ: Поближе.

Д.БОРИСОВ: Конечно, потому что мы так не поверим. Все, кто в телевизоре…

Д.ПЛЮЩЕВ: Дима, ты просто редко ходишь на митинги оппозиции. Там Михаил Прохоров теперь появляется, бывало, над толпой возвышается. Там можно поглядеть…

А.КРАСОВСКИЙ: Это раньше он появлялся. Сейчас Михаил не появляется на митингах оппозиции. Сегодня Михаила, как обычно в последнее время, на возложении цветов к памятнику погибшим мальчикам 19 августа 1991 года представляла его сестра Ирина Дмитриевна. Мне почему-то кажется, что это представительство будет длиться довольно долго.

Д.ПЛЮЩЕВ: Она будет его замещать до следующей избирательной кампании. И в течение неё тоже.

А.КРАСОВСКИЙ: Такое может быть. Не знаю.

Д.ПЛЮЩЕВ: А вообще, как вы, Антон, стали главой избирательного штаба?

А.КРАСОВСКИЙ: Это совершенно спонтанно получилось. Я не могу ответить на вопрос, почему мне это предложили. Знаю, что огромное количество людей, в частности имеющих непосредственное отношение к существованию Михаила Дмитриевича Прохорова, были очень удивлены. Но Михаил совершает (вообще, любой человек, в том числе и он) периодически довольно странные поступки. Вот, мне кажется, это был один из таких.

Д.ПЛЮЩЕВ: Вы до этого были знакомы?

А.КРАСОВСКИЙ: Мы были знакомы, потому что он бывал пару раз в программе «НТВшники». Для того, чтобы он появился пару раз в этой программе, мне приходилось с ним встречаться до этого. Объяснять ему, в чём дело — я это имею ввиду.

Д.ПЛЮЩЕВ: Не-не. Абсолютно. Мы сами часто встречаемся с героями наших программ до этого. С вами, Антон, как-то обошлось.

А.КРАСОВСКИЙ: Почему же? Мы только что с вами встретились, 10 минут назад.

Д.ПЛЮЩЕВ: Безусловно.

А.КРАСОВСКИЙ: Приблизительно так и было.

Д.ПЛЮЩЕВ: А, вот так? Принимать перед эфиром?

А.КРАСОВСКИЙ: Да.

Д.ПЛЮЩЕВ: В хорошем смысле слова!

А.КРАСОВСКИЙ: Принимали вы вчера в «Завтра», не побоюсь этого слова.

Д.ПЛЮЩЕВ: Вчера в «Завтра» принимали, ой!

Д.БОРИСОВ: Это даже было сегодня юридически.

Д.ПЛЮЩЕВ: Да. Ну так, собственно, вы говорили насчёт эмиграции на следующий день…

А.КРАСОВСКИЙ: Вы знаете, давайте я честно расскажу, как это всё было. Прошла ночь выборов. Все были очень пьяные.

Д.ПЛЮЩЕВ: Принимали в «Завтра».

А.КРАСОВСКИЙ: Принимали в «Завтра» до утра. Я был очень пьяный. Вдруг в 10 утра на следующий день звонит мне журналистка газеты «Известия» Ольга Трубкина, которая обычно в течение избирательной кампании звонила мне 3 раза. И звонила всегда с таким текстом: «Почему ты мне ничего не рассказываешь?» Ни «Привет», ни задавала вопросы. Говорит: «Почему ты мне ничего не рассказываешь?» Я говорю: «Оля, потому что ты меня ни о чём не спрашиваешь». Вот так позвонила она мне 5 марта и спросила: «Что вот? Скажи. Зачем Путин звонил Прохорову?» А я ещё очень пьяный. 10 утра. Главное, что я не очень в курсе — звонил Путин Прохорову или нет, и разговаривали ли они ещё. Даже я поинтересовался, а если Путин звонил Прохорову, то приблизительно на какой телефон. Как-то так я решил, что надо Оле сказать раз и навсегда, что я не хочу с ней разговаривать, особенно в 10 утра после очевидного трагического перепоя. Я сказал: «Всё. Отстань от меня, Оля. Отстань. Я уезжаю из страны. Меня нет больше».

Д.ПЛЮЩЕВ: Тогда резонанс был хороший.

А.КРАСОВСКИЙ: Прекрасно. Надо же создавать какие-то поводы. Спасибо тебе большое, что ты на пустом месте создала такой резонанс.

Д.ПЛЮЩЕВ: Вообще, если серьёзно, кроме этого комического случая, тогда не возникало подобной мысли?

А.КРАСОВСКИЙ: Вы знаете, в последнее время у меня довольно часто возникает подобная мысль. Например, ваш коллега Артемий Троицкий сказал однажды, что мне есть, куда поехать, утверждая, что я купил себе квартиру в Париже. Видимо, Артемий Троицкий, так сказать, привык общаться с лохами, поэтому он предполагает, что, например, там, руководитель избирательного штаба может вот так взять и заработать себе на квартиру в Париже. Поскольку Михаил Дмитриевич Прохоров кто угодно, но не лох, то на квартиру в Париже так просто не заработаешь.

Д.БОРИСОВ: Ничего себе просто. Это же адский труд.

А.КРАСОВСКИЙ: Адский, адский. Квартира в Париже — это тоже не в Жулебино однушка. Так что уезжать мне некуда.

Д.БОРИСОВ: В Жулебино дороже может оказаться неожиданно.

А.КРАСОВСКИЙ: Вы знаете, коллега мой, так сказать, недавно купил квартиру в Париже. И в общем, нормально. По цене приблизительно четырёхкомнатной на Чистых прудах. Так обошлась.

Д.БОРИСОВ: Просто хороший друг.

А.КРАСОВСКИЙ: Хороший коллега.

Д.БОРИСОВ: Хороший коллега.

А.КРАСОВСКИЙ: Некуда ехать…

Д.БОРИСОВ: Просто я тоже был уверен, что вам удалось заработать, Антон, и на Париж, и не Париж.

А.КРАСОВСКИЙ: Вы знаете…

Д.БОРИСОВ: Все мы читали «Forbes». Все мы строили планы…

А.КРАСОВСКИЙ: А вы-то какие планы строили, стесняюсь спросить.

Д.БОРИСОВ: Нет, ваши планы строили.

А.КРАСОВСКИЙ: А «Forbes»-то что? В «Forbes» что-то писали по этому поводу?

Д.БОРИСОВ: Нет, не поэтому…

А.КРАСОВСКИЙ: Короче, ребят, не… Я думаю, что в избирательной кампании главного кандидата можно было заработать на квартиру и в Париже, и в Нью-Йорке, и ещё заработать на яхту и… Так сказать, ближайшие друзья главного кандидата это делают регулярно — осуществляют такие покупки. По-серьёзному, по-хорошему 2 месяца работы не стоят квартиры в Море или в 16 НРЗБ, какая бы адская эта работа не была, если она не связана с какими-то заказными убийствами, вы знаете, с чем я никогда не сталкивался, поэтому… В отличие, наверное, от Артемия Троицкого. Поэтому я просто никогда в своей жизни не оперировал такими суммами. Короче, ехать некуда, хотя я всё время об этом задумываюсь. Надо валить. А куда валить? На что валить? Я вообще под подпиской о невыезде. Куда мне валить?

Д.ПЛЮЩЕВ: Кстати, тут многие задавали вопросы на сайте. Я напомню, что SMS у нас есть — +7-985-970-45-45, если вы хотите какой-нибудь каверзный вопрос задать Антону Красовскому. Можно и через Твиттер-аккаунт vyzvon это сделать. Насчёт «куда валить, куда не валить». Тем не менее, люди же уезжают. Наша с вами профессия… А, мы кажется, закрыты здесь, будучи завязанными на языке, кроме подписки о невыезде.

А.КРАСОВСКИЙ: Конечно. С другой стороны, существует… Если ты хочешь, например, оказаться звездой диаспорального вещания, как какая-нибудь Елена Соловей, то у тебя, в принципе, прямая дорога. Или, например, я с удивлением недавно узнал, что любимая мной когда-то бывшая коллега, натурально, Дмитрия Борисова, Александра Буратаева сейчас ведёт какую-то очень-очень влиятельную программу на русском телевидении в Латвии. И я, честно говоря, призадумался, не написать ли мне Александре Буратаевой: «Александра, нет ли у вас там местечка какого-нибудь?..»

Д.БОРИСОВ: Латвия — разве заграница?

А.КРАСОВСКИЙ: Ну как? Синий паспорт. Она разве заграница? Да, она заграница, конечно, она заграница. Она заграница, потому что когда ты выезжаешь на территорию Федеративной Республики Германия или Францию тебе не надо получать визу и унизительно стоять, как кто-то, унизительно не стоять, всё равно унизительно, как другие и получать эту визу. Ты, в общем, при оперделённом стечении обстоятельств чувствуешь себя европейским человеком и, надеясь на то, что всё-таки нынешние российские власти не заключат какой-нибудь второй пакт Риббентропа-Молотова, не введут туда Танки, то возможно независимость этих трёх прекрасных продлится долго.

Д.ПЛЮЩЕВ: А вот то, что я вспомнил, сказав «А» тогда, когда косноязычно пытался вопрос про эмиграцию сформулировать, спрашивали на сайте радиослушатели о том, как дело движется уголовное.

А.КРАСОВСКИЙ: Уголовное дело отправлено в суд. Во вторник будут внесудебные слушания. Я не могу это комментировать, потому что я не являюсь ни судьёй, ни прокурором, ни своим защитником.

Д.ПЛЮЩЕВ: А статус у вас какой сейчас?

А.КРАСОВСКИЙ: Обвиняемый, конечно.

Д.ПЛЮЩЕВ: Просто спрашивали люди.

А.КРАСОВСКИЙ: Я, так сказать, это говорю: во вторник будем понимать, что происходит.

Д.ПЛЮЩЕВ: Кто не помнит, я говорю, что речь идёт об обвинении в порче имущества.

А.КРАСОВСКИЙ: Да. Это было очень ценное имущество издательского дома «News Media». Кто не знает, издательский дом выпускает «Live News», газету «Жизнь». Связано это с прекрасном дружественном ужине, в котором участвовал я, ваш покорный слуга, Ксения Анатольевна Собчак, Илья Яшин, Борис Ефимович Немцов со своей девушкой, ещё несколько хороших людей.

Д.ПЛЮЩЕВ: И тогда вышел какой-то небольшой конфликт, который закончился этим не самым приятным, видимо, делом. Во-первых, возвращаются к избирательной истории с Михаилом Прохоровым. Я тоже хотел вернуться. Был один вопрос на сайт. Марго спрашивает: «Что это вообще было с избирательной историей Михаила Прохорова?» Можете как-то охарактеризовать, что это было, кроме избирательной истории?

А.КРАСОВСКИЙ: Я скажу так. Я не знаю, как это было для Михаила Прохорова. Я просто не являюсь Михаилом Прохоровым и, честно говоря, не являюсь его другом и даже его близким знакомым. Я на протяжении этих двух с половиной месяцев был сотрудником Михаила Прохорова. Но для меня это была кампания надежды. И прошло сейчас какое-то количество времени и я хочу сказать, что для меня она и осталась кампанией надежды, потому что огромное количество людей (Михаил политкорректно утверждает, что их 6 миллионов. Я не побоюсь сказать, что их было миллионов 10, на самом деле) поверили в то, что в этой стране можно что-то изменить, можно изменить что-то не выходя на митинги, а прийдя на избирательные участки. Мне по-прежнему кажется, что эта вера и эта надежда очень ценны. То, что тогда Михаил дал этой стране эту веру и эту надежду — это, по-моему, ценное приобретение. Что из этого будет дальше, я не знаю, потому что я не имею отношения ни к партийному строительству, ни к политической карьере Михаила Дмитриевича Прохорова. Но мне кажется, что те два с половиной месяца не прошли для всех для нас зря.

Д.ПЛЮЩЕВ: Я почему спрашиваю? Тут ещё как раз 1 вопрос от пользователя Uncles: «Вы знали, что Прохоров на выборах был фишинг-кандидатом?»

А.КРАСОВСКИЙ: Каким кандидатом?

Д.ПЛЮЩЕВ: Фишинг.

А.КРАСОВСКИЙ: Это что значит?

Д.ПЛЮЩЕВ: В интернет-терминологии это жульническая замануха, такая.

А.КРАСОВСКИЙ: Кого он заманивал-то жульнически?..

Д.ПЛЮЩЕВ: Я продолжу вопрос, а потом, если надо, поясню: «Я был наблюдателем. Отдал в его штаб документы и жалобы на почти 20-процентный вброс. Но буквально через неделю после выборов все его доверенные лица и юристы просто исчезли. И ни следов, ни документов у наблюдателей. Оригиналы все у Прохорова».

А.КРАСОВСКИЙ: Какой регион, известно?

Д.ПЛЮЩЕВ: Нет, к сожалению.

А.КРАСОВСКИЙ: Я хочу сказать, что, во-первых, какое-то количество разбирательств было по некоторым регионам — по Москве, по Санкт-Петербургу, по Подмосковью. И, в частности… Я просто это знаю, потому что я знаю, кто физически этим занимался и занимается в штабе. Я абсолютно не готов комментировать состояние всей России. Подозреваю, что во всей России всё довольно печально. Опять же, там, например, мы в самом конце избирательной кампании столкнулись с тем, что, например, половина нашего штаба в Санкт-Петербурге — это люди, не имеющие отношения к нашей избирательной кампании, а работающие на кандидата-конкурента на самом деле. То есть не надо в этом обвинять Михаила Прохорова. Это такая вот реальная жизнь. Тебя вызывают в Смольный и говорят: «Знаешь, что, чувачок?» То любой нормальный чувачок — не Алексей Навальный, не Женя Чирикова, а любой нормальный человек, который хочет жить, ездить на Невский Проспект в рестораны, конечно, скажет: «Я всё понимаю. Конечно. Вопросов больше не имею». Обвинять в этом людей глупо. Но обвинять в саботаже Михаила Прохорова ещё глупее.

Д.ПЛЮЩЕВ: Яна спрашивает: «И куда же ваша кампания надежды подевалась?»

А.КРАСОВСКИЙ: Кампания надежды подевалась в учебники истории. Это совершенно нормально.

Д.ПЛЮЩЕВ: Она имеет ввиду, Прохоров, который молчит. Конечно, наверное, я предвижу ответ, что логичнее спрашивать об этом у Михаила Прохорова…

А.КРАСОВСКИЙ: Я ещё раз вам говорю: существует огромное количество вещей на земле, огромное количество действий, которые мы все совершаем в течении жизни, последствия которых мы не можем предсказать. Мне почему-то кажется, у меня нет никаких научных доказательств, что то, что было эти 2 с половиной месяца зависимо от Михаила Прохорова, не зависимо от Михаила Прохорова. Подразумеваю, что Михаил Прохоров будет продолжать свою политическую карьеру, или будучи уверенным, что политическая карьера Михаила Прохорова закончилась так же, как и моя 5 марта 2012 года, я всё равно убеждён, что эти 2 с половиной месяца не прошли для нашего общества даром. И может быть, та надежда, а может быть даже та утраченная надежда, которая сейчас живёт в душах и сердцах тех вроде бы как бы обманутых Михаилом Прохоровым, интеллигентных креативных людей, она как раз и приведёт к изменениям в этой стране, вот эта обманутая надежда.

Д.ПЛЮЩЕВ: Ещё один вопрос по Прохорову: «Довольны ли вы вашей работой у Прохорова и будете ли дальше с ним работать?» Я бы ещё расширил. Ещё одна избирательная кампания с вашим участием будет или нет?

А.КРАСОВСКИЙ: Я не знаю. Потому что я, смотрите… Давайте начнём с того, доволен ли я этой работой. Да, я был ей очень доволен, потому что это действительно очень интересно — управлять огромным процессом в рамках 83 регионов, из 83 возможных, на территории Российской Федерации, управлять очень краткосрочным процессом, который привёл к росту кандидата от 0 до, на самом деле, 12% за 2 месяца — это безусловно огромный опыт, которому бы позавидовал любой человек нашей с вами профессии или близкий, смежный с этой профессией, там, маркетолог, рекламщик, кто угодно, журналист в любой точке мира. Конечно, я доволен. Буду ли я продолжать работать с Михаилом Дмитриевичем Прохоровым или в дальнейших каких-то избирательных кампаниях? Я просто не знаю, о каких избирательных кампаниях идёт речь. Вроде бы никто никуда не избирается, кроме Евгении Чириковой, но мне она не предлагала. Мне кажется, что Евгения вполне себе способна справиться без меня. Но Михаил вроде бы никуда не собирается.

Д.ПЛЮЩЕВ: Я имею ввиду, условно говоря, следующие выборы.

А.КРАСОВСКИЙ: Это какие, приблизительно?

Д.ПЛЮЩЕВ: 5 лет, через 5 лет…

А.КРАСОВСКИЙ: Господи, дай Бог нам дожить до вообще, до зимы.

Д.БОРИСОВ: Из личного общения с Михаилом у вас сложилось впечатление, что он действительно сам захотел стать президентом и был готов стать главой государства?

А.КРАСОВСКИЙ: Смотрите. Михаил — умный человек. Он не чебурашка…

Д.БОРИСОВ: Я помню его одно интервью замечательное. По-моему, это было, когда он возглавил партию «Правое дело». Только пришли сообщения, все поехали брать у него комментарии. Он вышел (по-моему, это было в аэропорте), у него куча микрофонов. Ему задают вопрос: «Вот, вы возглавили партию «Правое дело». Это было ваше решение?» Он говорит: «Вы знаете, это моё решение. Оно стало для меня самого неожиданным. Но это моё решение. Я очень хорошо помню эти слова Михаила».

А.КРАСОВСКИЙ: Скажем так, я считаю, что… Скажем так, решение избираться в президенты, с моей точки зрения… Я не знаю взаимоотношений Михаила с Владимиром Путиным, я не знаю взаимоотношений Михаила с администрацией президента, я не знаю взаимоотношений Михаила с Дмитрием Медведевым и другими игроками. Но мне кажется, что решение избираться в президенты было более больше его, чем решение возглавить партию «Правое дело». То есть это было более выстроенное решение и для него, с моей точки зрение, опять же, я это подчёркиваю — это моя точка зрения, она носит исключительно факультативный характер и её не надо тоже вписывать в какие-то буклеты. С моей точки зрения, для него это решение было желанием взять какой-то реванш после вот этого самого правого дела. То есть доказать другим, и себе в том числе, что он может. И мне кажется, что он как раз, что он может. Другое дело, что доказав, что он может, он не смог, или вернее даже не захотел, этими доказательствами как-то воспользоваться.

Д.БОРИСОВ: Вы следите за тем, что происходит с «Правым делом» сейчас?

А.КРАСОВСКИЙ: Ко мне эта партия не имеет никакого отношения… В сущности, она имела очень короткое отношение ещё до того, как там был Михаил Прохоров. На днях действительно бывший священник и лицо рекламной кампании торговых ларьков «Связной» возглавил…

Д.БОРИСОВ: По-моему, «Евросеть»...

А.КРАСОВСКИЙ: Или «Евросеть», я просто не слежу за торговыми сетями… Возглавил эту партию. Мы можем пожелать только успеха, так сказать, бывшему священнику и лицу торговых сетей. Что называется, попутного ветра.

Д.БОРИСОВ: О Ване Охлобыстине речь шла.

Д.ПЛЮЩЕВ: Вот вы ушли из политической, значит, игры, когда игра закончилась. А до этого вы ушли с «НТВ»...

А.КРАСОВСКИЙ: Нет-нет, я ушёл сразу же, как только было принято мною и по предложению Михаила решение. Да, я ушёл, естественно, с «НТВ».

Д.ПЛЮЩЕВ: К «НТВ» мы ещё вернёмся. Тут тоже есть много вопросов. С тех пор, как закончилась предвыборная кампания, закончились выборы, вы чем занимались?

А.КРАСОВСКИЙ: Я ездил лечиться в Израиль, сажал Гортензии в большом количестве на даче, воспитывал собаку родителей.

Д.ПЛЮЩЕВ: По сути, вы занимались своими делами…

А.КРАСОВСКИЙ: Я занимался своей жизнью. Я не смог купить себе восемнадцатикомнатную квартиру с видом на Лувр, но позволить себе 3 месяца отдыха я могу.

Д.ПЛЮЩЕВ: Это здорово. Мы только исключительно рады. Но с другой стороны, конечно же, когда известный человек, яркий, всегда возникает вопрос, в чём ваши творческие планы. Чем вы дальше будете заниматься?

А.КРАСОВСКИЙ: Я понимаю, к чему вы клоните. Вы клоните к тому, что было сделано объявление о том, что Сергей Минаев, Артак Гаспарян и Антон Красовский запускают некий телевизионный канал. Мне кажется, что такого рода заявления сейчас делать немножко преждевременно просто потому, что не существует никакого, так сказать, понимания о том, как этот канал будет запускаться. То есть никто из нас троих не может сказать: «Там у нас первый эфир, скажем, 7 ноября». Не можем. То есть у нас нет даже никакого дедлайна выхода. Нет, в общем, сущности понимания… Скажем так, никто из нас не станет делать самонадеянных заявлений о том, что уж я-то точно знаю, как вообще устроено телевидение. Поэтому, конечно, вообще, сейчас сделать такой новый канал нам для молодёжи, такой, digital…

Д.ПЛЮЩЕВ: Причём, в интернете…

А.КРАСОВСКИЙ: Нам вообще просто, как 2 пальца… Мы так не можем сказать, потому что мы не очень понимаем, всё-таки, как это всё устроено. Огромное количество такого рода запусков и такого рода представлений о том, что на самом деле нужно этой самой молодёжи, привело к большим фиаско. Мне бы не хотелось лично ассоциироваться с таким фиаско. Я хочу пока понимать, как это будет вообще всё, так сказать, сегментировано, устроено, разделено на части, как будет вообще устроен эфир. Он пока не придуман.

Д.БОРИСОВ: А цель именно создать канал для молодёжи?

А.КРАСОВСКИЙ: Цель именно у всех сейчас как раз одна и та же. Цель понятная. Сейчас мы все понимаем, что аудитория, потребляющая телеконтент, становится более старой и более бабской. То есть идеальная зрительница федерального канала — женщина 55 плюс. Специально для них показывают по телевизору красивых молодых людей таких, как вы, Дмитрий. Им это очень…

Д.БОРИСОВ: Антон, вы тоже были в этом телевизоре.

А.КРАСОВСКИЙ: Так и меня специально для них показывали… Я вам более скажу, даже Николая Баскова показывают специально для них по этому поводу.

Д.ПЛЮЩЕВ: Вот, почему меня не показывают по телевизору.

А.КРАСОВСКИЙ: Плющев, именно поэтому.

Д.ПЛЮЩЕВ: Чёрт, целевая аудитория…

Д.БОРИСОВ: Подожди, тебя показывали!

Д.ПЛЮЩЕВ: Меня как раз по тому телевизору показывали, который такая тётенька не включит ни разу. Не включи́т, я бы даже сказал…

А.КРАСОВСКИЙ: Так вот, просто всем игрокам, конечно, хочется привлечь к этому самому не телевизору, а к потреблению этого самого видеоконтента какую-то другую аудиторию, аудиторию более молодую, более мужскую, более рекламопотребляющую, так скажем…

Д.ПЛЮЩЕВ: И платёжеспособную.

А.КРАСОВСКИЙ: Да. При этом не потеряв вот эту вот свою, так сказать, электоральную доминанту, которая потом в один день должна посмотрев телевизор побежать, стуча каблучками, к ближайшему избирательному участку и правильно проголосовать. Нам всё равно, потому что мы не собираемся выполнять никаких, так сказать, государственных функций. Но для федеральных каналов это безусловно основополагающее значение. То есть они все существуют потому, что в какой-то момент они должны привести людей правильно проголосовать.

Д.ПЛЮЩЕВ: Вообще, участие в этом проекте Сергея Минаева наводит на некоторые размышления. В том смысле, что, вот, вы говорите «Мы не собираемся выполнять…»

А.КРАСОВСКИЙ: «А на самом деле за Сергеем Минаевым стоит управление внутренней политики администрации президента». Чёрт его знает…

Д.ПЛЮЩЕВ: For example.

А.КРАСОВСКИЙ: Чёрт его знает. Я скажу так: я был в администрации, в этом самом управлении внутренней политики администрации президента…

Д.ПЛЮЩЕВ: Что там как?

А.КРАСОВСКИЙ: Там ужасно. Там хуже, чем на «Эхо Москвы», Здесь, такой, совок, а там совок, такой, жёсткий. Например, самое комичное, в администрацию президента с «iPad» можно, а с «MacBook Air» нельзя, потому что у Медведева «iPad», а «MacBook» нет. Я был там действительно 1 раз, мы тогда обсуждали, как будут устроены дебаты в процессе избирательной кампании. Никогда до этого, ни после этого, меня туда не вызывали и не приглашали. Не знаю. Я думаю, что, наверное, у Сергея Минаева есть какие-то контакты с ними, но мне кажется, что они тоже довольно дискретны. То есть никто никого не вызывает, не говорит: «Сергей. В следующей своей книге вы обязательно изобразите нашего нынешнего президента вот таким вот или таким вот». Или: «В этой передаче вы должны будете сказать так и так…» По моему опыту, такого не происходит никогда.

Д.ПЛЮЩЕВ: По моему опыту, ни на одном канале такого не происходит.

А.КРАСОВСКИЙ: Да. Я об этом и говорю. То есть мне вот эти утверждения о том, что, там, условно, Сергей Минаев — это, так сказать, путинская собака, они, как минимум, не обоснованы, потому что никаких доказательств нет. Я помню, что я однажды… Я довольно редко смотрю какие-то, так сказать, передачи своих коллег. Но я помню, что я тогда вёл программу «НТВшники», а Сергей Минаев вёл программу «Честный понедельник». Я однажды включил программу «Честный понедельник» и я обалдел, честно говоря, от того, что им позволяли. Обалдел. Я бы такое ещё подумал, выпускать ли в эфир.

Д.ПЛЮЩЕВ: Хорошо. Значит спросили про интернет-телевидение. Про него пока рано. Вообще, про телевидение много всяких разных вопросов. Спрашивают, почему вы не вернулись на «НТВ».

А.КРАСОВСКИЙ: Я не вернулся на «НТВ» по двум причинам. Во-первых, никто меня на «НТВ» не звал, откровенно говоря, обратно. Хотя, скажу честно, у меня была договорённость, что я на «НТВ» вернусь, что закончится избирательная кампания и я туда в каком-то качестве возвращаюсь. Это была не моя договорённость, скажем, с Владимиром Михайловичем Кулистиковым, с которым я, откровенно говоря, даже не знаком, так получилось. Не знакомы.

Д.ПЛЮЩЕВ: Да ладно?

А.КРАСОВСКИЙ: Я видел его один раз в своей жизни…

Д.ПЛЮЩЕВ: Даже я знаком.

А.КРАСОВСКИЙ: Вот видите, Александр, вам повезло, а мне нет? Поэтому вы сейчас здесь берёте в наушничках сидите, зарабатываете деньги в этом, медиа-мосте, сказал Красовский. «Медиа-мосте», хелло. Газпром-медиа. А я вот здесь за бесплатно разговариваю. Я понимаю, что вы тоже здесь немного зарабатываете…

Д.ПЛЮЩЕВ: Я, знаете ли, да… Я, знаете ли, не работал у Прохорова и никуда не уходил.

А.КРАСОВСКИЙ: Смотрите. Я действительно не знаком с Владимиром Михайловичем Кулистиковым. Я его видел один раз на каком-то общем совещании большом для, так сказать, политически… Для политинформаторов, так скажем. И второй раз я однажды его встретил в холле у больших лифтов и предпочёл перейти на другую сторону, чтобы… Никогда не понимал, как мне общаться… Поэтому я не работаю, собственно говоря, на «НТВ». Мне некуда было вернуться, потому что вся дирекция, в которой я работал… А работал в дирекции праймового вещания, которая делала программу «НТВшники», «Центральное телевидение», «Профессия репортёр», фильмы Павла Лобкова. Она была расформирована. Директор этой дирекции был уволен, заместитель директора этой дирекции был уволен, исполнительный директор этой дирекции была уволена. И основное количество сотрудников этой дирекции прекратили своё взаимоотношение с телевизионным каналом «НТВ».

Д.ПЛЮЩЕВ: А других предложений из телевизора не поступало?

А.КРАСОВСКИЙ: Нет. Я предполагаю, честно, иногда так утром встаю и думаю: «Что же он не звонит мне? Может, он просто тупо не знает мой номер? У меня же раньше был другой номер в избирательной кампании. Я же всегда с ним вот по этому номеру общался. Почему он мне не звонит? Он мне говорил! Тогда он мне говорил: «Приходи к нам». И не звонит». Но не звонит. Думаю, что если бы было желание у кого-то из конкурирующих каналов…

Д.БОРИСОВ: Друзья, +7-985-970-45-45. Уникальный шанс.

А.КРАСОВСКИЙ: Мне бы позвонили… А так вот не звонят.

Д.ПЛЮЩЕВ: Да. Хорошо.

Д.БОРИСОВ: Вся эта дирекция, она же не осталась?

А.КРАСОВСКИЙ: Она совершенно не осталась. Николай Борисович Картозия, директор дирекции праймового вещания, сейчас является президентом «ПрофМедиа ТВ», то есть это телевизионные каналы, такие, лизеры в производстве телеконтента эфирного вещания, как «ТВ-3», «MTV» и канал «2x2». Проблема в том, что я не являюсь Бартом Симпсоном. Если бы я был Бартом Симпсоном, я, безусловно, был бы уже звездой канала «2x2»...

Д.БОРИСОВ: Или вампиром, тогда «ТВ3»...

А.КРАСОВСКИЙ: Да. Тогда «ТВ-3». Но я не тот и вы не другой. Поэтому мне там делать нечего. А планировать новые мультики я просто, к сожалению, не могу, я не умею этого делать.

Д.ПЛЮЩЕВ: Максим из Москвы спрашивает: «Вы верите, что в России скоро появится общественное ТВ?»

А.КРАСОВСКИЙ: Нет. Конечно, оно не появится… Я не то, что в это не верю, а просто уже на прошлой неделе, которая, вот, сегодня закончилась (сейчас закончится через 23 минуты), уже, по-моему, стало очевидно, что никакого общественного телевидения не будет просто потому, что для общественного телевидения нет канала. Потому что, как мы помним, указом президента (тогдашнего президента Дмитрия Медведева) телеканал «Общественное Российское Телевидение» (Или как он там называется? «ОТ»?) должен был появиться на частотах канала «Звезда». Но сейчас министр обороны Сердюков обратился как бы к Дмитрию Медведеву. Он, так, с просьбой обратился. Все прекрасно понимают, что это не очень просьба. То есть там было написано: «Прошу вас оставить мне канал «Звезд»». Но в реальности мы все понимаем: «Ничего ты не получишь. Никакого общественного телевидения». Поэтому, может быть, они найдут какой-нибудь кабель…

Д.ПЛЮЩЕВ: Интернет.

А.КРАСОВСКИЙ: Кабель, в интернет-телевидение общественное. Я боюсь, к сожалению, что ни один из руководителей общественного телевидения не умеет пользоваться не то, что интернетом, а даже компьютером. Боюсь, что некоторые даже не умеют печатать на печатных машинках, потому что привыкли, что существует машбюро в тех организациях, в которых они привыкли быть руководителями. Поскольку это люди, в основном, 20-х годов рождения, то не думаю, что у них получится интернет-проект.

Д.ПЛЮЩЕВ: В оппозиционное ТВ вы верите?

А.КРАСОВСКИЙ: Нет. Я не верю ни в оппозиционное… Почему? Я верю в «Первый канал». Я верю в «Первый канал». Я не верю ни в оппозиционное телевидение, ни в позиционное телевидение. Я вообще не понимаю, я не считаю, что телевидение должно нести какой-то ярковыраженный политический смысл. Мне кажется, что телевидение, в частности, например, информационная телевизионная служба, должна предоставлять гражданину информационный продукт, а не заниматься политинформацией. Если какие-то мои, может быть даже хорошие, приятели вроде Дмитрия Гудко, которые эту идею всячески, насколько позволяет их нынешнее финансовое состояние, продвигают, я всё-таки не хотел бы в том или ином качестве возвращаться к роли политинформатора. Даже если эта политинформация носит богоугодный характер.

Д.ПЛЮЩЕВ: То есть причины чисто идеологические. Мне-то кажется, что до идеологических причин даже не дойдёт.

А.КРАСОВСКИЙ: Это понятно. Это понятно. Дайте пофилософствовать.

Д.ПЛЮЩЕВ: Пожалуйста. Ради Бога. Мы, собственно, за этим здесь и собрались, Антон. Антон Красовский, тележурналист, у нас в эфире в программе «Попутчики». Тележурналист… Понимаешь, в бумажке написано?..

Д.БОРИСОВ: Кстати, тут отмечают наши слушатели, что тебя в Сетевизоре не показывают.

Д.ПЛЮЩЕВ: Не показывают! Меня уже и в Сетевизор нет!

А.КРАСОВСКИЙ: Меня показывают?

Д.ПЛЮЩЕВ: Да.

Д.БОРИСОВ: Да. Вот, тебя.

А.КРАСОВСКИЙ: Привет, Израиль!

Д.ПЛЮЩЕВ: Вы потому что… Израиль — это «RTVi», Антон.

А.КРАСОВСКИЙ: А это Сетевизор?

Д.БОРИСОВ: А это интернет.

А.КРАСОВСКИЙ: Тьфу! Опять! Опять меня не узнают НРЗБ…

Д.ПЛЮЩЕВ: Потому что вы в целевую аудиторию входите, в 55 плюс. А я нет, потому и не показывают…

Д.БОРИСОВ: Сетевизором пользуются, конечно 55 плюс.

Д.ПЛЮЩЕВ: Их привлекают активно через «Одноклассники» и всё такое…

Д.БОРИСОВ: Не увидите там Александра Плющева на echo.msk.ru.

Д.ПЛЮЩЕВ: Дай я скажу. +7-985-970-45-45. Твиттер-аккаунт vyzvon. Всё. Говори.

Д.БОРИСОВ: Мы забыли наш коронный вопрос с тобой. Мы опять не начали с него, а уже есть такой повод. Антон, за всем этим процессом по «Pussy Riot» следили?

Д.ПЛЮЩЕВ: Конечно. Я нет! По какой НРЗБ? Так я должен говорить?

Д.БОРИСОВ: Ну, там, тут же достать болоклаву и спеть… Как думаете, обжаловать получится? Просто личное, на секунду, особое мнение.

А.КРАСОВСКИЙ: Я уже, так сказать, как-то на прошлой неделе сказал публично, что я уверен, что их выпустят, дав им, например год, и посчитают полгода за год. Их не выпустили, поэтому предсказывать я их судьбу не берусь, даже не смотря на то, что пытаясь уж как-то исправить совершенно испорченный имидж, договорившись, естественно, с этим самым управлением внутренней политики, Русская православная церковь обратилась с письмом, которое было готово приблизительно спустя полчаса после вынесения приговора. То есть уже люди прекрасно понимали, что этот приговор будет… С письмом с просьбой проявить милосердие. Это так трогательно сейчас читать такие тексты, исходящие из управлений и вообще администрации Русской православной церкви. Не знаю я, выпустят их или нет. Очень надеюсь, что выпустят, потому что, по-моему, никакого другого варианта нет. И чем больше люди, которые говорят о том, что приговор «Pussy Riot» поддержан большинством жителей России, тем, мне кажется, больше всё-таки какая-то идеологическая необходимость их выпустить. И, по-моему, это очевидно любому человеку во власти. Любому человеку во власти очевидно, что вляпались так, как, вообще, даже не то, что не ожидали, а даже не могли предположить.

Д.ПЛЮЩЕВ: Но вообще, про политинформацию если уж пошла речь. Вообще, вектор или тренд, по вашему, идёт к закручиванию гаек дальнейшему?

А.КРАСОВСКИЙ: Конечно. Конечно.

Д.ПЛЮЩЕВ: Если их выпустят, это не свидетельствует разве о том, что резьба ослабла?

А.КРАСОВСКИЙ: Проблема в том, что… Нет, секундочку. Когда закручивают гайки — это одно. Но когда ты… Их, конечно, будут закручивать. Но либо ты тогда честно признаёшься себе, что ты, там, скажем, Ху Дзентау или член политбюро ЦК КПК и у тебя, там, нету недвижимости на лазурном берегу, ты не хотел бы отдыхать с хорошими девчёнками в дорогом английском клубе… В общем, не очень думаешь про то, что твои дети, в принципе, по-моему, последний раз в своей стране были года 4 назад… Поскольку нынешняя российская власть, она, в общем, не китайская, она очень европеизированная. Ей, в общем, хотелось бы оставаться европеизированной. Не то чтобы ей хотелось выглядеть, как Тони Блэр — нет, конечно. Но ей бы очень хотелось, чтобы туда, куда она любит, на самом деле, жить, будь она, на самом деле, жить там вся. Более или менее, как там… Как у нас в этих стенах принято говорить «рукопожатно». А так, сейчас не очень получается рукопожатно и это, конечно, людям неприятно. Неприятно приезжать туда и всё время про это слышать. Не приятно, не алё. Тем более, вот, когда, там… Поверьте, бесконечно врать тоже неприятно самому себе. Там, русской народ, православные традиции. Русский народ… Спросите сейчас у любого русского, на что он готов ради Христа и на что он готов ради нового холодильника. И потом спроси у русского народа, во что он верит в Бога или в холодильник. А представьте, если вместо холодильника на кону будет семёрка «BMW». Прости, Господи, что будет.

Д.ПЛЮЩЕВ: Страшно представить, что будет, если будет квартира в Париже на кону.

А.КРАСОВСКИЙ: Это у Артемия Троицкого надо спросить.

Д.ПЛЮЩЕВ: Как-нибудь. Вернёмся к телевидению, если позволите. Вообще, будет корректно поспрашивать вас про «НТВ»?

А.КРАСОВСКИЙ: Конечно. Почему нет?

Д.ПЛЮЩЕВ: Посматриваете?

Д.БОРИСОВ: Более лучшие программы, Александр имеет ввиду.

А.КРАСОВСКИЙ: Нет. Я «НТВ» не посматриваю. Честно говоря, никогда его особо-то не посматривал. В общем там ничего нет, кроме ментовских сериалов и «Света из Иваново». Я честно сегодня попытался посмотреть «Свету из Иванова». Вчера была. Там сняли, по-моему, 5 программ показать… Я, честно говоря, не знаю судьбу, могу ошибаться. Но я начал смотреть, обнаружил её там обнимающейся с певицей Лолитой. Параллельно мне Лолита шлёт SMS из Балкарии. Мне как-то хотелось сказать: «А что ты с ней обнималась?» Ну, обнимаешься, пожалуйста. Обнимайся, с кем хочешь. Не знаю. Мне, честно говоря, всё, что сейчас происходит на «НТВ» не близко. Однако же, как мы видим сейчас по среднестатистическим годовым долям, канал «НТВ» занял сейчас первое место среди федеральных каналов. То есть как раз первое место у тех телезрителей, которым 55 и выше, образование ниже среднего и так далее. То есть возглавляет хитпарад среди той аудитории, которая так нужна для того, чтобы идти на выборы. Мне кажется, это очень печально. Правда. Мне кажется, что можно было бы каналу «НТВ», как и «Первому каналу», взять и не сказать никому ничего в управлении внутренней политики, и попробовать эту аудиторию немножко облагородить, немножко омолодить. Да, пожертвовав своими цифрами. Да, потеряв годовые цифры. Но при этом делая не стыдный контент. То, что сейчас происходит на канале «НТВ», вне всякого сомнения стыдно. И обсуждать это глупо. То есть нет ни одного вменяемого человека с высшим образованием в стране, который включит сериал «Мухтар-18» и скажет: «Это круто».

Д.ПЛЮЩЕВ: Вам же ничто не мешало, в своё время, работать?

А.КРАСОВСКИЙ: Правильно. Мне в своё время не мешало это работать, потому что в своё время на канале «НТВ» существовала дирекция праймового вещания, которая делала не стыдный контент на канале «НТВ». Я ещё раз говорю, программа «Центральное телевидение», «НТВшники», «Профессия репортёр» — это были не стыдные программы. Их показывали на этом канале.

Д.ПЛЮЩЕВ: Это капля в море, правильно?

А.КРАСОВСКИЙ: Капля в море, не капля в море — это не важно. Это была капля в море, которая была как раз заметна этим самым определяющим жизнь в мире меньшинством. Это тоже, кстати, любому человеку, который будет говорить про «Pussy Riot» и по поводу того, что большинство россиян готово их растерзать… Большинство россиян, кстати, с удовольствием проголосует за смертную казнь. Важно понимать, что, на самом деле, миром управляет меньшинство, и никакое не большинство, и демократия — это, конечно, власть меньшинства, и никакого не большинства, это просто надо признать. Просто большинству дают право выбора между одним меньшинством и другим. В этом есть суть демократии. Проблема канала «НТВ», что он сейчас перестал больше, раз и навсегда, быть площадкой, которая хоть как-то, хоть мало-мальски соответствует настроениям, чаяниям и нуждам вот этого самого главного определяющего и командующего всем миром и историей меньшинства. А «Первый канал» пытается эту нишу занимать и с каждым годом пытается занимать её всё активнее и активнее. Да, теряя, да, утрачивая эту, как бы, среднестатистическую долю, которая совершенно не нужна. Я помню, я однажды… Это я честно. Не то, что я сейчас вот так поднимаю ручку и говорю: «Константин Львович, возьмите меня НРЗБ». Нет. Просто я однажды… Я однажды прочитал.

Д.ПЛЮЩЕВ: Извините.

А.КРАСОВСКИЙ: И все засмеялись… Прочитал выкладки после нового года. Пришёл после нового года, получил, так сказать, гэллаповские выкладки по аудитории новогоднего огонька. И там, значит, аудитория «Первого канала» — люди с высшим образованием, мужчины от 45 до 55 — вот это, вот, всё. Аудитория новогоднего огонька «НТВ» — среднее образование, ниже среднего специального, ПТУ, незаконченное среднее, женщины 55 плюс, доход ниже среднего, приближающийся к прожиточному минимуму. Вот. Ну, круто. Поздравляю каждого из сотрудников канала «НТВ». Поздравляю с тем, что вы обслуживаете этих… Я при этом хочу сказать, что огромное количество из этих людей я считаю своими друзьями. Я дико был горд, что я с ними работал. Я имею ввиду, там, людей, которые работают в новостной службе, там, Алексея Пивоварова, Егора Колыванова, Ваню Трушкина — огромное количество людей, которые являются моими хорошими знакомыми и близкими товарищами. Но при этом основная часть этого канала работает, конечно, на уничтожение всего доброго и светлого.

Д.ПЛЮЩЕВ: Я не в первый раз уже слышу весьма пренебрежительное отношение к вот этой аудитории, о которой идёт речь. Я не знаю, мне как-то за них немножко обидно, хотя я совсем не в то…

А.КРАСОВСКИЙ: А что обидного? Давайте просто уже перестанем играть в эти интеллигентские игры, в которые так любят здесь играть. «Ах, вот они такие, ах, мы должны их пожалеть». Ольга Аленова очень любит такие тексты писать. Не надо никого жалеть. У людей нет высшего образования, они сидят дома бухают, ни хрена не делают, любят воровать и, собственно говоря, нынешняя власть, которая, так сказать, держится уже последние 13 лет здесь в Кремле — она, на самом деле, рассчитана на них. И происходит она из них. И ничего хорошего в этом нет. Не надо нам рассказывать: «Давайте мы их пожалеем». Почему мы должны их жалеть? Они что какие-то несчастные, безногие, безрукие? Это что какие-то инвалиды? Нет, это люди, которые сейчас на самом деле, так или иначе, опосредованно люди, опираясь на которых управляется эта страна. Ну и что нам, собственно говоря, переживать по этому поводу? Почему мы должны страдать и переживать за людей, которые предпочитают Елену Ваенгу Полу Маккартни?

Д.ПЛЮЩЕВ: С другой стороны, это поколение наших родителей.

А.КРАСОВСКИЙ: Нет. Это не поколение наших родителей. Поколение моих родителей стояло 21 год назад у Белого дома, где стоял и я. Это к моим родителям не имеет никакого отношения. Лена Хрулёва 1976 года рождения. Люди, о которых я говорю — это люди 1970-х годов. К поколению моих родителей, родившихся до войны или во время войны, это не имеет никакого отношения. Это поколение, порождённое девяностыми, поколение, порождение началом нулевых. Поколение моих родителей сегодня всё было… Всё поколение, которое я знаю, моих родителей сегодня всё было вот там у памятника на пересечении Садового кольца и Калининского проспекта.

Д.ПЛЮЩЕВ: Их было 500 человек.

А.КРАСОВСКИЙ: Да. Вот это и есть поколение моих родителей. Вот это оно такое. Юрий Сапрыкин вчера или позавчера написал по этому поводу прекрасную статью, что мне, вот, стыдно перед ними, что я знаю этих людей, этих старых советских врачей, этих старых советских учителей, этих старых советских судей, которым было стыдно засуживать людей. Даже в те годы, когда они не просто могли лишиться своей работы или какого-нибудь нового «Nissan», которого тогда не было, а когда они за эти свои приговоры могли лишиться свободы. И им было стыдно выносить эти обвинительные приговоры, они их не выносили. Вот оно поколение моих родителей, а не то, о чём вы говорите. Следующий вопрос.

Д.БОРИСОВ: Тогда же их было не 500 человек. Почему пришли сейчас 500 человек? Люди же не изменились, они такие же остались. Просто почему-то сегодня не нашли время?

А.КРАСОВСКИЙ: Нет. Просто тогда был немножко другой повод. Тогда, 21 год назад, всё-таки не дату отмечали, а родину спасали. Причём, родину спасали на полном серьёзе. То есть ни у кого из людей, находившихся тогда у стен белого дома, ни у кого из тех людей, которые сидели по всей стране у экранов телевизора, ни у кого не было сомнения, что сегодня, 19, 20, 21 августа 1991 года решается судьба страны, судьба их свободы, судьба их детей. Это абсолютно разные поводы. Сегодня это действительно было немножко, такое, туристическая прогулка инспирированная людьми, которые, в общем, ту революцию не помнит.

Д.БОРИСОВ: Как исправить ситуацию? На секунду представим, Антон Красовский — президент России. Есть огромное количество людей, которые, как вы говорите, бухает вместо того, чтобы…

Д.ПЛЮЩЕВ: Ваенгу выбирают…

Д.БОРИСОВ: Выбирают Ваенгу — ещё не самый плохой вариант, на самом деле.

А.КРАСОВСКИЙ: Очень всё просто, на самом деле…

Д.БОРИСОВ: Что с ними делать?

А.КРАСОВСКИЙ: С этими людьми ничего не надо делать, поверьте. Таких людей большинство во всём мире. Я ещё раз говорю, у меня нет никакого пренебрежительного отношения к русскому народу или к татарскому народу, к американскому народу. Вообще-то говоря, большинство во всём мире люмпенизировано. Это люди, которые вынуждены зарабатывать свою копейку для того, чтобы прокормить своих троих детей, какие-нибудь матери-разведёнки, рабочие-алкоголики… Нет в этом ничего уникального в России.

Д.БОРИСОВ: Просто выбирают простейший путь.

А.КРАСОВСКИЙ: Они просто выбирают простейший путь, один из двух путей, которые им даёт мировая демократия. Так установлено в мире. Мы сейчас живём в 2012 году и в 2012 году так сложилось, что действительно существует некая модель идеальной демократии. Я ещё раз говорю, если мы называемся демократической страной или хотим называться демократической страной, или мы говорим о том, что у нас демократия вроде как, мы должны говорить: вот у нас есть демократическая возможность выбрать одно из двух, не из пяти, не из семи, не между Кремлём и «Яблоком», не между Кремлём и какой-нибудь «КПРФ», а между демократами и республиканцами. И демократы, и республиканцы должны быть Кремлём. Потому что и демократы, и республиканцы должны иметь абсолютно равные возможности в этом самом кремле оказаться. И то, что ни один из руководителей новой России, которая существует с сегодняшнего дня уже 21 год, за эти годы не сформировал реальную политическую систему, более того, сделал всё для того, чтобы эта реальная политическая система не была сформирована… Ну, наверное, мы должны сказать за это спасибо им. Вот, что бы сделал президент Антон Красовский — попытался бы сформировать двухпартийную систему. И мне кажется, что только такая система — система, которая сама себя может воспроизводить и сама себя может сменять, при этом действительно предполагая, что у человека есть выбор, как между «Coca-Cola» и «Pepsi-Cola» — это действительно всё-таки выбор… Потому что выбор, ребята, действительно между «Coca» и «Pepsi», а не между колой и квасом «Никола». Вот это выбор. И если в моей стране появится такой выбор, я буду счастлив и буду считать, что жизнь моя прошла не зря.

Д.БОРИСОВ: А как это отразится на жизни тех самых людей, которые?..

А.КРАСОВСКИЙ: Конечно, это отразится на жизни. Потому что когда у начальника ДЕЗа есть… Вернее, так скажем (Начальник ДЕЗа — хрен с ним), когда губернатор понимает, что сегодня либо он, либо завтра он, а может и не он, а какой-то другой человек, он будет меньше воровать. Он будет делать всё, чтобы люди, которые вокруг него тоже меньше воровали, потому что это замечают. Просто потому, что это правда замечают. Потому что сейчас спроси у людей (Это действительно показывают все социологические опросы): «Вы доверяете Путину?» Все бесконечно начинают говорить: «Всё меньше и меньше доверяют…» Да доверяют. 50% населения сейчас говорит: «Доверяю Путину». А спросите: «Доверяете прокуратуре?» По-моему, процентов 18. Милиции доверяете сейчас? По-моему, процентов 12 доверяет милиции. То есть все государственные институты сейчас абсолютно стоят над обществом. Общество не просто не доверяет, вообще не воспринимает. То есть они понимают, что это не государство. Поэтому у них есть, там, некий привычный, которому они говорят: «Мы доверяем? Доверяем». Но при этом всё государство не работает. Нет доверия вообще ни к кому — ни к учителям, ни к врачам, ни к ментам, ни к кому. И задача следующего президента, задача любого президента — возрадить серьёзное отношение к государству. А сейчас всё это бесконечная… Как недавно, ехал в электричке, какие-то бабы, такие, НРЗБ стояли на платформе Бронницы и говорят: «Ну что, они сменились. Один другого сменил. Они же понимают, что это всё ха-ха?» Это же реально так народ думает. Народ же действительно думает, народ-то не обманешь, не обманешь.

Д.БОРИСОВ: Как-то мы далеко от Гортензии ушли, да?

Д.ПЛЮЩЕВ: Нормально. Мне нравится, кстати. Не знаю, как тебе. Вы упоминали про Пивоварова среди коллег. За сериалом «Срок» следите? Наблюдаете?

А.КРАСОВСКИЙ: Я периодически в Facebook Алексея вижу выложенные его эти самые ролики…

Д.ПЛЮЩЕВ: Серии.

А.КРАСОВСКИЙ: Я не очень понимаю, сериал… Это фильм. Я так понимаю, что это всё-таки фильм, который будет смонтирован из этих… Ну что? Такая документалка. Я хочу посмотреть просто готовый продукт. Вообще, лучше Алексея, с моей точки зрения, сейчас какое бы то ни было телевизионно-документальное кино никто не снимает. Поэтому тот творческий союз, который у них сложился сейчас в работе над этим фильмом, мне кажется, очень интересен.

Д.ПЛЮЩЕВ: Я, кстати, хочу напомнить, пользуясь случаем, что помимо Facebook Алексея, где можно это наблюдать, на сайте «Эхо Москвы» теперь он регулярно появляется, так что можете туда заходить и смотреть. Тоже интересно очень наблюдать за проектом этим. Ну что? Спасибо. Спасибо большое, Антон. Было…

А.КРАСОВСКИЙ: В эфире «Эхо Москвы» тележурналист Антон Красовский.

Д.ПЛЮЩЕВ: Было непривычно.

Д.БОРИСОВ: Непривычно?

А.КРАСОВСКИЙ: А почему непривычно?

Д.ПЛЮЩЕВ: Как-то, знаете, принято, может быть, не всегда столь резко говорить о ком-то или о чём-то. О бывшей работе, например. Я о своих бывших работах хорошо всегда говорю.

Д.БОРИСОВ: Ты вообще о бывших хорошо говоришь.

Д.ПЛЮЩЕВ: Да.

Д.БОРИСОВ: Антон Красовский сегодня был в программе «Попутчики». Мы Дмитрий Борисов и Александр Плющев в следующее воскресенье будем здесь. Пока.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире