'Вопросы к интервью
Д.БОРИСОВ: 23 часа и 6 минут в российской столице. На радио «Эхо Москвы» начинается время Аргентума. Александр Плющев, человек, который, запыхавшись, из Твиттера буквально в поезд – только там вот я его вижу в последнее время. Кое-как успел, молодец.

А.ПЛЮЩЕВ: Добрый вечер.

Д.БОРИСОВ: Добрый вечер. Я – Дмитрий Борисов, начинается программа…

А.ПЛЮЩЕВ: Еще есть, знаешь ли, как-то, возможность побегать.

Д.БОРИСОВ: ...программа «Попутчики». Ну, задержали поезд из-за тебя, на 2 минуты.

А.ПЛЮЩЕВ: Спасибо нашему спонсору, компании РЖД.

Д.БОРИСОВ: Да, которая готова пойти на любые уступки нам. Это прекрасно. Ближайший час с нами в купе проведет Ольга Арефьева. Давно мы не виделись.

О.АРЕФЬЕВА: Да, давно, оказывается. Быстро время летит. Здрасьте.

А.ПЛЮЩЕВ: Да, добрый вечер. Но я так понимаю… Понимаешь, как человек, соображающий поверхностно и мыслящий исключительно теми образами, которые видны сразу на поверхности, мне-то как-то в попсовом таком стиле очень хочется «Ну, Ольга теперь предпочитает авиационный транспорт». Потому что новый альбом у нее, который называется «Авиатор». Но там, я так понимаю, смыслов-то, как это обычно у Ольги бывает, экскаватором не выкопаешь. В одном только названии. В этом только названии!

О.АРЕФЬЕВА: Это что за новости? Покажите мне.

А.ПЛЮЩЕВ: Разве нет? Посмотри. Ну, я просто тут вопросы прибрал с сайта, и у меня тут спрашивают: «Кто такие Ав и Атор?» Потому что если посмотреть, как написано у тебя на сайте название альбома, там буква «и» выпадает и получается «Ав и Атор», понимаешь? Может быть, это египетские божества? – спрашивает наш слушатель. Понимаешь? Несмотря на то, что 2 самолетика там изображены…

О.АРЕФЬЕВА: А народ не верит, да? (смеется)

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Нет, это, конечно, отмазка.

О.АРЕФЬЕВА: А, кстати, было такое египетское божество, Атор. Действительно, я вдруг вспомнила. Но я этого не имела в виду. А Ав – это, наверное, ее собака, я думаю. Она, кстати, богиня любви, что ли, там была. А еще, по-моему, есть бог Тор. Вот, я не знаю, он есть или нет? Тот есть – это точно. А, вот, Тор…

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Ну вот тут же и спрашивают, имеют ли они отношение к египетским божествам. Особенно Тот.

О.АРЕФЬЕВА: Так. Ну да. Это очень интересно.

А.ПЛЮЩЕВ: Поэтому видишь как?

О.АРЕФЬЕВА: Вот так вот зазеваешься и сразу много узнаешь.

А.ПЛЮЩЕВ: Кучу смыслов.

О.АРЕФЬЕВА: Из истории мировых религий.

Д.БОРИСОВ: Дизайнера на мыло, в общем.

О.АРЕФЬЕВА: Нет, не на мыло, потому что…

А.ПЛЮЩЕВ: Твой дизайн? (все смеются)

О.АРЕФЬЕВА: Ну, не совсем прямо мой. У нас там делал молодой человек, который еще и в группе Калимба у нас играет. А с этой буквой выпавшей у нас просто так получилось, что, вот, мне понравился шрифт. Мы перебрали все шрифты мира и, вот, хочу этот шрифт и никакой другой. Но он английский. И мы взяли, перевернули букву и получилось очень красиво. Но если сделать… Ну, он там, кстати, долго потел и переделывал ее в нормальную «И», делал правильной толщины палочки. И все, мне шрифт разонравился. В общем, пришлось таким вот образом, дизайном с буквой «И» поступить.

Д.БОРИСОВ: Мне кажется, шрифт какой-то… Какой-то элементарный.

А.ПЛЮЩЕВ: Какой-то простой, да.

О.АРЕФЬЕВА: Ну как? Нет. Все, зря я сказала. Я думаю, что обязательно бы заметили. Но просто надо было бы подождать и узнать, кто первый.

А.ПЛЮЩЕВ: «Авиатор» — альбом так будет новый называться, я правильно схватил суть?

О.АРЕФЬЕВА: Все правильно, да.

А.ПЛЮЩЕВ: Электрический и студийный.

О.АРЕФЬЕВА: Да. И притом очень давно мы не писали студийных альбомов. Вернее, вот, последний был «Кон-Тики», по-моему. А, нет, «А и Б» потом еще был. В общем, студийный альбом – это дело очень громоздкое, и всегда даже ты знаешь, что оно будет громоздким, готовишься, оно все время оказывается в 10 и в 100 раз более громоздким, чем в самых смелых ожиданиях.

А.ПЛЮЩЕВ: В Москве писали?

О.АРЕФЬЕВА: Ну, если город Химки – это Москва, то, в общем, в Москве.

А.ПЛЮЩЕВ: Прямо, вот, в дыму сейчас писали?

О.АРЕФЬЕВА: Все было еще хуже и лучше. То есть мы его записали-то еще когда дыма не было. Я не помню, когда мы начали. Ну, где-то зимой. Но все лето, вот, ровно каждый практически день вот в этом самом дыму… Я все надеялась, что сейчас мы закончим и я уеду отдыхать. Но я каждый день ездила в студию и, в общем, полностью ни одного дня не отдохнула в итоге, и до сих пор его сводят. И, в общем, не все еще закончено. Хотя, дата премьеры уже есть.

Д.БОРИСОВ: То есть у нас сегодня будет вечер несведенных премьер.

О.АРЕФЬЕВА: Ну, вообще говоря, это сведенное, то, что мы сегодня слушаем. Но это еще надо поправлять.

Д.БОРИСОВ: Неокончательная версия, эксклюзивная для ваших ушей.

О.АРЕФЬЕВА: Да. Очень трудно же остановиться.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну а чего? Презентация на радио «Эхо Москвы», как это часто бывает. Мы рады этому обстоятельству.

Д.БОРИСОВ: А услышать живьем это все можно будет в следующее воскресенье?

О.АРЕФЬЕВА: Ой-ёй-ёй, так скоро, боже мой. Ну, видимо, да. 26 сентября – это следующее или не следующее?

А.ПЛЮЩЕВ: Не следующее.

Д.БОРИСОВ: Через одно.

А.ПЛЮЩЕВ: Через одно.

О.АРЕФЬЕВА: О, ну тогда у нас есть еще немножко времени.

А.ПЛЮЩЕВ: Напугал!

О.АРЕФЬЕВА: Напугал.

А.ПЛЮЩЕВ: Черт, напугал! Ну что ты, ей-богу?

Д.БОРИСОВ: Но там будет концерт прямо? Или это просто… Что это будет? Что за презентация?

О.АРЕФЬЕВА: Не, ну, что за презентация…

А.ПЛЮЩЕВ: Что за презентация без концерта?

О.АРЕФЬЕВА: Не, ну, соберемся, скажем «Ребята, поднимем бокалы» и разойдемся. (смеется) Шутка.

Д.БОРИСОВ: Давайте чтобы вместить максимальное количество песен, которые мы хотели бы, чтобы слушатели…

О.АРЕФЬЕВА: Что-нибудь послушаем.

А.ПЛЮЩЕВ: Да, послушаем и начнем прямо с заглавной композиции, которая так и называется «Авиатор». А потом мы вернемся сюда. Кстати, +7 985 970-45-45 – мобильный телефон, который в руках у Плющева. Он принимает смски. Правда, только латиницей сегодня, но я думаю, что он расшифрует и всевозможные ваши иероглифы.

(звучит песня)

Д.БОРИСОВ: Ольга Арефьева, песня под названием «Авиатор» только что прозвучала в эфире радио «Эхо Москвы».

А.ПЛЮЩЕВ: Это с нового альбома, вы еще, боюсь, ее нигде не слышали. Не боюсь, а даже прямо уверен.

О.АРЕФЬЕВА: Ну, в записи да, именно в этой. А на концертах слышали.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, на концертах, безусловно.

О.АРЕФЬЕВА: Ну и пиратских уже куча бродит диктофонок.

Д.БОРИСОВ: Мы тут выяснили, кстати, возвращаясь к вопросу о божествах.

А.ПЛЮЩЕВ: А, да, давай-давай.

О.АРЕФЬЕВА: Я спросила, кто такой Тор, мне еще сейчас рассказали.

Д.БОРИСОВ: Кто такой Тор, да. И нам тут рассказали. Мы задали вопрос, пришла большая, длинная смска, что Тор – это один из богов-богатырей из Скандинавской мифологии, он живет в демонической стране, изображается рыжебородым воителем.

О.АРЕФЬЕВА: Подожди, как живет? Ты сказал, что он с ними там борется, наоборот, с этими демонами.

Д.БОРИСОВ: А, да-да, точно. Он борется, борется!

А.ПЛЮЩЕВ: С теми, кто живет.

Д.БОРИСОВ: С чудовищами Йотунами, живущими в демонической стране Йотунхайме. Изображается рыжебородым воителем, вооруженным молотом.

О.АРЕФЬЕВА: О, значит песню «Борода» поставим.

Д.БОРИСОВ: Но он не летает. Он ездит на повозке, которая запряжена двумя козлами.

О.АРЕФЬЕВА: Ага. У нас, кстати, есть песня «Добро победит Козло», и мы ее сегодня послушаем.

Д.БОРИСОВ: То есть у нас «Борода»?

О.АРЕФЬЕВА: Она, правда, не из альбома. Но успеем – послушаем.

А.ПЛЮЩЕВ: Да, борода, между прочим – он же рыжебородый. Все, знаете ли, сходится.

Д.БОРИСОВ: Да. А козлы волшебные – он их каждый вечер убивает и готовит на ужин, а утром возвращает к жизни и они продолжают жить.

А.ПЛЮЩЕВ: Вы знаете, в чем отличие и уникальность, вообще, Ольги Арефьевой? Вот, обычно там некоторые наши исполнители, они поначитаются чего-нибудь или понаслушаются.

О.АРЕФЬЕВА: У меня все наоборот, да?

А.ПЛЮЩЕВ: И начинают пихать все это в свои песни. А у Ольги Арефьевой уже, собственно, все в песнях, она потом с удивлением узнает, что там.

О.АРЕФЬЕВА: Кстати, это совершенно не шутка. У меня точно так же было с песней «Тот», как «Когда сюда придет Тот». И все уже там решили, что Гермес Трисмегист, что у меня все, в общем, огромная философская база. Я потом-то постаралась это подтянуть, почитать. Сейчас, вот, про принцессу Атор. Вернее, не принцессу, а богиню тоже почитаю, про бога Тора и про Ав – узнаем, кто это или что это. Или собака.

Д.БОРИСОВ: Мне кажется, это классика вообще любой трактовки любых произведений, будь то литературное, музыкальное или что угодно, когда у автора находят то, что он…

А.ПЛЮЩЕВ: Да-да, часто оказывается, что художник был-то о! А он сам и не подозревал об этом.

О.АРЕФЬЕВА: Но зато он это принял, он послужил антенной.

Д.БОРИСОВ: Гениальная смска пришла на наш мобильный телефон, латиницей, кстати, спасибо за заботу: «А теперь расскажите, о чем песня была?»

О.АРЕФЬЕВА: Песня была про любовь. Вот тут уже, наконец, я знаю, что ответить.

А.ПЛЮЩЕВ: Да, можно подумать, на предыдущие все вопросы ты не знала. Хорошо. У нас есть вопрос очень серьезный от программиста из России. Более того, он извиняется за то, что вопрос несколько скользкий: «Среди множества великолепных песен Ольги присутствуют песни с явными и неявными отсылками к употреблению изменяющих сознание веществ. Опишите, пожалуйста, если не личный опыт, то хотя бы сегодняшнее отношение к этому вопросу и к связи его с музыкой, и экзистенциальным проблемам».

Д.БОРИСОВ: Роснаркоконтроль прильнул к радиоприемнику.

А.ПЛЮЩЕВ: Госнаркоконтроль.

Д.БОРИСОВ: Рос.

А.ПЛЮЩЕВ: Да? Не знал.

О.АРЕФЬЕВА: Ой, с экзистенциальностью – это прямо все любят у нас. Ну, в общем, я тут, как бы, не удивлю никого, я уже 100 раз заявляла, что я не употребляю психоактивных средств, что у меня вообще просто такая подвижная психика. И наоборот, пожалуй, крышу на место поставить нужно иногда. Я очень да, чувствительна без этого.

А.ПЛЮЩЕВ: А, вот, меня, кстати, всегда удивляли люди, когда они воспринимают естественное состояние человека за измененное.

О.АРЕФЬЕВА: Ну, дело в том, что до измененки шаг не очень далекий. Просто совершенно ни к чему использовать средства. Хотя, да, мне рассказывали, как люди там ковыряют в зубах со знанием дела: «Ну, понятно, это явная трава. А вот это явная кислота». И каждую из моих песен они определяли, так сказать, под чем это, якобы, сделано. Ну, в общем, нет.

А.ПЛЮЩЕВ: Кстати-кстати. Вот, поскольку вещества ты не употребляешь, а инженер из Питера (Россия) спрашивает, что ты употребляешь? Он пишет: «Вы так хорошо выглядите, в отличной спортивной форме. Знаю, что занимаетесь танцами, йогой, отжимаетесь. Вот, давно хотел спросить, что вы едите? И ваше отношение к еде? Вы – вегетарианка, веган? Судя по тому, как – это не я сказал, это он – судя по тому, как идеально выглядит ваш пресс»...

О.АРЕФЬЕВА: Так, радио. Поднесли микрофон к моему прессу и все послушали. (смеется)

А.ПЛЮЩЕВ: «...Вы – сыроед». А сам он – веган, между прочим, инженер из Питера.

О.АРЕФЬЕВА: Ага. Так, ну, насчет еды тут я несколько непоследовательно себя веду и меня трудно отнести и припечатать. Ну да, последние полгода, скажем, я действительно ничего не ела скоромного, не хотелось. И надеюсь это продолжать. Но, правда, есть ситуация, когда зимой холод или когда гастроли и всех вкусно кормят, а тебе дают какую-то вчерашнюю гречку. То есть я, как бы, не насмерть держусь за эти принципы.

А.ПЛЮЩЕВ: Гречка, знаете ли, Ольга, теперь у нас дефицит.

О.АРЕФЬЕВА: Все, да. Кстати, это основной мой продукт питания. Но только она должна быть свежая, только что сваренная.

А.ПЛЮЩЕВ: Так?

О.АРЕФЬЕВА: Но увы, значит. (смеется) В общем, тут у меня нет таких прямо твердых смертельных принципов. Но, вообще, я склонна к тому, чтобы перестать постепенно есть всякое и обижать всяких тварей своим этим самым, непочтительным жеванием.

Д.БОРИСОВ: Ну, какой дипломатичный ответ!

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Вполне. А чего, с другой стороны?

О.АРЕФЬЕВА: Ну, то есть когда я буду как Тор оживлять наутро козлов, которых я съела, я буду более спокойно это делать.

А.ПЛЮЩЕВ: Когда человек уже полгода, скажем, не ест мясную еду, то он, мне кажется, имеет право на такой ответ.

О.АРЕФЬЕВА: Ну, вообще, у меня бывали, у меня разные были периоды – и по несколько лет, и покороче. Ну, в общем, я не буду утверждать, что это все навеки. Потому что все меняется. Я очень подвержена настроениям.

А.ПЛЮЩЕВ: Давай тогда вернешься от личных вещей к творчеству, от человеческих к творческим. Я, ты знаешь, как-то упустил тот момент… Ну, честно скажу, может быть, я не следил или невнимательно следил, когда у тебя пересеклись пути с группой Калимба.

О.АРЕФЬЕВА: Они не пересеклись, это я ее создала.

А.ПЛЮЩЕВ: Ты ее создала!

О.АРЕФЬЕВА: Да.

А.ПЛЮЩЕВ: Я потому что об этом совершенно ничего не знаю. И если ты расскажешь об этом, то будут тебе чрезвычайно признателен. Я потому что пересмотрел все клипы на сайте, разумеется.

О.АРЕФЬЕВА: Молодец.

А.ПЛЮЩЕВ: С ее участием. Я старался.

О.АРЕФЬЕВА: Да что тут рассказывать? Да, когда-то там давно – я уж не помню, 7 лет, 8 лет назад – я увлеклась театром, движением и мы зафанатели на этом вопросе. И до сих пор развлекаемся. И, в общем, группа Калимба – это те, кто остался со мной на протяжении всех этих лет. Они постепенно выросли и вот сейчас, буквально на днях у нас была премьера опять нового спектакля – «Алиса». Мы его, надеюсь, не последний раз, в общем, показали. Ну, жизнь идет, то есть как бы у Калимбы такая, отдельная, параллельная Ковчеговской. Но на концертах ребята выходят, показывают какие-то маленькие простенькие номера, потому что большие сложненькие не покажешь на сцене, занятой музыкантами, при внимании занятом песней. А так мы отдельно существуем, тренируемся, отжимаемся, танцуем, учимся, общаемся, потому что, как бы, дело такое, очень человека шлифующее вот это все. Психологическая нагрузка – она порой даже невыносимо сложная, когда начинаешь заниматься такими вещами.

Ну вот. Так что у нас такая мини-группа.

А.ПЛЮЩЕВ: 26-го они будут?

О.АРЕФЬЕВА: 26-го, я думаю, должны, да. Куда денутся?

А.ПЛЮЩЕВ: Хорошо. Мы что дальше делаем? Послушаем песню еще? Или у тебя там?..

Д.БОРИСОВ: Это давление сейчас оказывается на меня. Я расскажу нашим слушателям.

А.ПЛЮЩЕВ: Давай.

Д.БОРИСОВ: Перед тем, как мы вышли в эфир.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, давай-давай.

Д.БОРИСОВ: Как только Ольга зашла в купе, мы решили, что будем пытаться поставить максимально возможное количество песен. Мы сейчас поставим еще одну, которая будет называться у нас, собственно…

О.АРЕФЬЕВА: Асимметрия.

Д.БОРИСОВ: «Асимметрия».

О.АРЕФЬЕВА: Кстати, как правильно – асиммЕтрия или асимметрИя?

А.ПЛЮЩЕВ: Мне кажется, асиммЕтрия, нет?

Д.БОРИСОВ: Я бы сказал бы асиммЕтрия, да.

А.ПЛЮЩЕВ: Я бы тоже так сказал.

Д.БОРИСОВ: Но поскольку право автора…

О.АРЕФЬЕВА: Но поскольку поэт имеет право.

А.ПЛЮЩЕВ: Да, абсолютно.

Д.БОРИСОВ: АсимметрИя будет асиммЕтрия.

О.АРЕФЬЕВА: Хорошо. Потому что у нас, я когда в университете училась, у нас были кОмплексные обеды и комплЕксные числа, одновременно существовали. А как правильно, одноврЕменно или одновремЕнно?

Д.БОРИСОВ: ОдноврЕменно – здесь как раз без вариантов. А, вот, прекрасное слово «ортопедИя»...

А.ПЛЮЩЕВ: Продолжаем вечер русского языка. (все смеются)

О.АРЕФЬЕВА: Ладно, включай.

Д.БОРИСОВ: Секунду-секунду. Сначала, вот, несколько вопросов повторялись, и я пообещал нашим слушателям, что я задам этот вопрос. «Почему за все эти годы, Ольга, — пишет тут Эдик, — так и не удалось наладить отношения с музыкальными радиостанциями?»

О.АРЕФЬЕВА: Ну, вот, я сейчас на музыкальной радиостанции.

А.ПЛЮЩЕВ: (смеется)

О.АРЕФЬЕВА: (смеется) Какие у вас отговорки?

А.ПЛЮЩЕВ: Так мы стали музыкальной радиостанцией.

О.АРЕФЬЕВА: Окей, вы просто музыкальная передача на радиостанции. А! Вы даже уже и не музыкальная.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Видишь, как все уже?

О.АРЕФЬЕВА: Ну, в общем, я не знаю, какие у них отговорки. Последнее время и отговорки стали не нужны – просто не крутят и все. Я не знаю, Как это делается, честно говоря. И тут даже ответа у меня нет. Я думаю, что надо немного подождать и начнут крутить. Потому что и Летова долго не крутили, БГ долго не крутили, Пикник долго не крутили. А сейчас крутят.

Д.БОРИСОВ: А надо ли им это, чтобы их крутили?

О.АРЕФЬЕВА: Дело в том, что да, им это уже не надо. Но зато это уже стало надо радио. Когда человек становится популярнее, чем это конкретное радио, то становится надо. В общем, я не знаю и, может быть, я этого не дождусь при жизни, а, может, и дождусь. Но, на самом деле, это уже не так важно. Потому что все, получается и получается без этого. И кому надо, тот находит через интернет, через пластинки. Вот. Песни писать я могу, на что жить мне есть, потребности у меня скромные. Так что как-то баланс вполне хороший, потому что, скажем, было бы у меня не 4-5 концертов в месяц, а 10-20, уже было бы тяжело.

Д.БОРИСОВ: То есть все пока устраивает?

О.АРЕФЬЕВА: Ну нет, вообще я была бы согласна, чтобы меня крутили. Но с другой стороны, не крутят – ну, что я должна сделать? Плакать? Будем улыбаться.

Д.БОРИСОВ: Асимметрия в ближайшие несколько минут, а затем мы вернемся к вам… Это она уже, она уже идет.

(звучит песня)

Д.БОРИСОВ: Александр.

А.ПЛЮЩЕВ: Да?

Д.БОРИСОВ: Вы уже написали заявление об уходе? Расписались в собственной неполноценности вообще.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, время позднее, не заметит никто, с другой стороны. Может, конечно, люди добрые – они всегда находятся.

Д.БОРИСОВ: Они найдутся, они найдутся. Это я к тому, что, конечно же, асимметрИя – единственно возможный вариант, правильно по-русски.

О.АРЕФЬЕВА: Вот так. Я со своей интуицией…

Д.БОРИСОВ: Ставим пять.

О.АРЕФЬЕВА: Всех обскакала, что ли?

А.ПЛЮЩЕВ: Да, да.

О.АРЕФЬЕВА: Я думала, что я пальцем в небо.

А.ПЛЮЩЕВ: А это так. Это так свойственно гениям.

О.АРЕФЬЕВА: Ага. Скромненько так и со вкусом.

А.ПЛЮЩЕВ: Я серьезно абсолютно.

Д.БОРИСОВ: Но мы исправимся. Мы исправимся. Мы же полезли в словари проверять тут же.

О.АРЕФЬЕВА: Я тоже, кстати, часто туда залезаю. Но, вот, в этот раз не залезла, честно скажу. Написалось как написалось. Все, как продиктовали.

А.ПЛЮЩЕВ: При том, что у тебя же во многих песнях очень часто употребляется игра словами.

О.АРЕФЬЕВА: Они сами играют. Прыгают, скачут. Иногда их трудно удержать.

А.ПЛЮЩЕВ: «Бобро победит Козло?»

О.АРЕФЬЕВА: Да. Ты знаешь, что у слов и у героев книг, и вообще у творческой субстанции есть некая своя воля. И ты не можешь ее ломать, ты ее чувствуешь и ты с ней играешь, и она играет с тобой. Так что, ну, автор – он является автором только в какой-то степени. А, в основном, он, скорее, такая, как бы, мамка-приемник.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, это безусловно. И известно это давным-давно, еще, как известно, там Татьяна у Пушкина фортеля выкидывала, все мы в курсе. Но я хотел поговорить, почему? Даже не почему так происходит, а, как бы, на мой взгляд, чем более сознание творческое, тем больше над этим творческим сознанием имеют власть образы, соответственно, слова и так далее. Чем менее творческий, чем более человек реалистичный, тем не менее он что-то может придумывать и что-то там творить, тем больше он контролирует собственных персонажей или собственные мысли.

О.АРЕФЬЕВА: Я не согласна абсолютно.

А.ПЛЮЩЕВ: Давай-давай-давай, опровергни меня.

О.АРЕФЬЕВА: Ну, какая-то долгая будет дискуссия. Ну, разве мало ты знаешь психов, которые вовсе не творческие? Там с ума сойти может и какой-нибудь дядя Вася с гаечным ключом. Ну, я не знаю, нет. Творческий человек – он не такая тростинка на ветру. На самом деле, слова — это материал, краски – это материал. Ты сознательно себя отпускаешь в какой-то момент в творческом состоянии. Но потом ты берешь этот кусок мрамора и отрезаешь все лишнее. В общем, тут наоборот, это как у похода в сновидение, да? Помните? Я все время вспоминаю ту фразу, которую Дон Хуан сказал Кастанеде. Он говорит: «Ты употреблял растение силы, ты зашел далеко. Но ты ничего там не контролируешь». А моя группа не употребляла растение силы, но зашла не так далеко, но она все там контролирует.

А.ПЛЮЩЕВ: Возвращаясь из метафизических глубин к обычным.

О.АРЕФЬЕВА: Все время туда заносит.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, с тобой интересно об этом говорить просто. Сотрудник банка, наш коллега, интернет-журналист из Москвы. Наш коллега, сотрудник банка, тем не менее.

Д.БОРИСОВ: Наш коллега, сотрудник банка, сказал Плющев.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Спрашивает: «Вы поете в очень разных жанрах — фолк-рок и регги, колядки и романсы, народная песня и еще много всего. Что означают для Вас разные жанры и что из них Вам ближе? Еще вопрос. Вы сознательно не показываете в вашем исполнении эмоции и душевные переживания, ну, внешние имеется в виду, а закапываете их достаточно глубоко. Это родственно пению народному и даже богослужебному», — пишет Виктор.

О.АРЕФЬЕВА: Конечно, лестно так слушать это, такие сравнения. А с другой стороны, опять же, я как-то не соглашусь, что я закапываю эмоции. Наоборот. В общем, я не знаю.

А.ПЛЮЩЕВ: А насчет жанров?

О.АРЕФЬЕВА: А насчет жанров – в общем-то, ничего особенного жанры не значат.

Д.БОРИСОВ: Как пишется, так и пишется?

О.АРЕФЬЕВА: Ну, когда один вот еще много лет назад, один знакомый, который слышал только акустику, потом появился Регги-проект. У него спросили: «Ну и как тебе?» Он говорит: «Арефьева – она и в Африке Арефьева». Вот это была гениальная фраза, и она все объясняет. То есть жанр – это что-то такое позади. Это, вот, не знаю, у крокодила на хвосте есть такие бугорочки, да? И вот этот хвост, он этими бугорочками как-то там разделяется на какие-то участки сужающиеся. Но крокодил остается крокодилом. То есть ты идешь вперед, что там на твоем хвосте как разделяют – это совершенно не важно, да? Ты есть ты, ты достаточно целен, делаешь многое. Потом оказывается, что это многое – один зашел справа, другой слева, а еще один заглянул снизу, а еще сверху. Ну, в общем, разговор немножко такой, пустой.

А.ПЛЮЩЕВ: Изнутри.

О.АРЕФЬЕВА: Вот, изнутри – это нормально. Изнутри все это имеет некое единство. А снаружи всегда есть повод для болтологии и для разделений. Вот, я, ну, не фанат этих разделений.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, очень хорошо понимаю. Потому что есть исполнители, которые тоже различными жанрами пользуются. Ну, мне казалось, что просто это инструмент.

О.АРЕФЬЕВА: Можно сказать, что это инструмент, да.

А.ПЛЮЩЕВ: Другое дело, что кто-то один освоил только долото, да.

О.АРЕФЬЕВА: Я могу взять гитару, барабан. Ну, даже вот, не знаю, голос остается мой везде один и тот же. Человек и человеческая, моя сущность остается та же, посыл какой-то тот же. Чуть-чуть разные получаются… Ну, вот, я сыграла гитару на первую долю, на вторую, все. То марш, то регги. Но разница-то в чем? Ну, сыграю я вам еще на какую-нибудь долю гитару. Главное – что я спела и как.

Д.БОРИСОВ: Ну, настроение, есть же плюс, минус. Мажор.

О.АРЕФЬЕВА: А у каждого человека есть настроение. У него — то любовь, то похмелье, то депрессия, то первенец родился, то живот болит. На все случаи жизни есть настроения, есть песни, есть переживания.

Д.БОРИСОВ: Как получается на концерте (дурацкий вопрос, я понимаю, но, вот, я многим задаю его тем, кто поет) петь песни с противоположным настроением тому, который сейчас испытываете? Выходишь на сцену, допустим, тебе грустно-грустно, а надо петь очень веселую песню.

О.АРЕФЬЕВА: Не, ну, во-первых, выходить стараться – я всегда стараюсь – надо в более-менее ровном настроении. И всякие трагедии где-то там задвинуть свои. Потому что ты выходишь, у тебя есть ответственность перед залом, перед искусством, которое сейчас должно произойти.

Д.БОРИСОВ: Но правильно ли я понимаю, что тогда эта искренность, она теряется?

О.АРЕФЬЕВА: Можно я договорю?

Д.БОРИСОВ: Да, конечно.

О.АРЕФЬЕВА: Это такое, как бы, несколько мистический процесс. И в каждом концерте существует последовательность настроений, разная, как я ее выстроила. И прямо буквально могут рядом соседствовать песни, после которых можно заплакать, после которых можно засмеяться, после которых можно задуматься. Я очень аккуратненько их выстраиваю, стараюсь, чтобы они друг друга не ломали, не сбивали, а как-то следовали одна за другой. И дальше я по этим горам эмоций как, вот, лыжник тот самый, должна проехать, идеально каллиграфическую сделать лыжню, меня должно пронести через все и я должна за собой протащить всех. Абсолютно искренне, абсолютно 100%, абсолютно тотально. В этот момент я верю. И когда я внутри плачу, тогда зрители плачут снаружи. Я не могу тут врать. И это более искренне, чем я выйду и скажу «Ребята, мне тут туфли трут, спина болит». Им это не интересно. Им интересно нечто тотальное, потому что происходит мистерия. И мне это не интересно. А интересна эта же самая мистерия.

Д.БОРИСОВ: Вот так. Ольга Арефьева.

А.ПЛЮЩЕВ: А ты поди, да, уйди от метафизики. Ну, куда уж там?

Д.БОРИСОВ: Мы прерываемся дальше, чтобы услышать еще одну песню, иначе мы не успеем. Песня под названием «Начинай».

А.ПЛЮЩЕВ: Ой, а мы бороду успеем поставить? Нет?

Д.БОРИСОВ: Все зависит от тебя.

(звучит песня)

Д.БОРИСОВ: «Начинай», Ольга Арефьева в прямом эфире радио «Эхо Москвы», в программе «Попутчики». Тут спрашивают, собираетесь ли на гастроли в ближайшее время?

А.ПЛЮЩЕВ: Более того. Актер Трэвис из США пишет, что «уже несколько лет идут слухи о вашем возможном приезде к нам, в Америке. Тем более, что Умка у нас уже многажды была. Когда же, ну, когда же, ну когда же, ну когда?»

О.АРЕФЬЕВА: Ну, честно говоря, про Америку я даже не знаю, кто там слухи распускает, потому что ко мне они не обращаются почему-то. Ну, на самом деле, все довольно просто. Это надо обращаться к директору через сайт. Или позвонить и договориться.

А.ПЛЮЩЕВ: А в российских городах?

О.АРЕФЬЕВА: Ой, мне тут, вот я прямо попросила, написали список, куда мы едем. В ноябре вообще получается, что я дома-то не побываю. Вначале мы едем в Мурманск, Апатиты, под вопросом Питер. Кстати, питерцы, вот, нужна ваша активность, чтобы вообще это все состоялось, потому что почему-то никто не хочет наш концерт там делать. Потом мы едем на Украину. Киев, Харьков, Николаев. Потом мы едем в Ростов-на-Дону, Воронеж, Владимир, Нижний Новгород, Чебоксары, Уфа, Екатеринбург, Саратов и Казань. Во всех этих городах ждите нас и мы придем.

А.ПЛЮЩЕВ: Европейская часть практически вся. И еще Украина заодно русскоязычная.

О.АРЕФЬЕВА: Да, на Украине, кстати, нас любят, по-моему, даже больше, чем здесь. Не знаю. Ну, по крайней мере, ждут. Они такие пылкие там, горячие.

А.ПЛЮЩЕВ: А, вот, из Белоруссии пришел вопрос от инженера из Минска: «Ольга, вы живете в Москве, потому что там проще заработать денег? Или потому что этот город вам подходит по атмосфере?» Он спрашивает: «А что больше нравится, Москва или Петербург?» И последнее меня убило просто: «Что вы думаете о жителях города Минска и белорусах в целом?»

О.АРЕФЬЕВА: Ой, много вопросов.

А.ПЛЮЩЕВ: Да-да-да.

Д.БОРИСОВ: Почему Москва?

О.АРЕФЬЕВА: Ну, если честно, хоть мы и на «Эхе Москвы», ну, ненавижу я Москву, и чем дальше, тем больше.

А.ПЛЮЩЕВ: Здесь я могу тебя поддержать.

О.АРЕФЬЕВА: Тут невыносимо, здесь срубают деревья, здесь паркуются на газонах, здесь нечем дышать, здесь коммивояжеры непрерывно стучаться тебе в дверь, звонят в телефон, пишут на ящик. Здесь какая-то вот эта атмосфера алчности и желания обмануть, и желания все фальсифицировать и все зажать, все запретить. Все разговаривать последнее время начали исключительно матом. Идешь по улице – страшно. Милиция берет взятки, людей убивают. В общем, все это кошмар. И, вот, Химкинский лес последнее время, и все вот это мы знаем. И жить здесь очень неприятно. Если говорить о деньгах, мы уже говорили, у меня потребности очень небольшие, очень скромные. И по большому счету, девать мне деньги особо некуда, так что зарабатывать мне их особо даже, скажем, незачем. Я работаю за чистую идею, мне, как бы, хочется, чтобы было лучше. И продолжаю верить, что если таких людей на Земле будет больше, то, вот, не поддался на эту какую-то, не знаю, непонятную штуку, что «обмани ближнего»... Мы все понижаем качество своей жизни тем, что если каждый вдруг думает, что я на своем участке обману и солгу, и сфальсифицирую, и что мне будет лучше. Никому не будет лучше – всем будет хуже. Наше качество жизни – это когда ты смотришь из окна, у тебя зелень, выходишь на улицу – люди улыбаются, дети не боятся рождаться. Вот это к вопросу о Москве, но, на самом деле, к вопросу о стране. Возможно, что… Ну, в Минске там свои дела, там какая-то диктатура жутковатая наплывает. Туда стало тоже страшно приезжать. Но у вас там очень много творческих людей прекрасных, группа «Нагуаль», «Серебряная свадьба», группа «Троица». Вот, как минимум любимые такие группы.

Что еще был вопрос? А, Петербург нравится больше. Но я туда никак прям не могу доехать. Тем не менее, дела все в Москве. Здесь у меня группа, здесь у меня студия и, в общем-то, зрители тоже здесь. Несмотря на то, что все так плохо, здесь, тем не менее, есть очень много людей, которые держат еще как-то вот этот мир на своих плечах. Может быть, они даже не догадываются, но любой человек, который как-то искренне мыслит и хочет чего-то хорошего, и интересуется чем-то хорошим, он как-то держит этот мир. Ну, поэтому здесь много нашей публики и мы для нее поем. И уехать особо от нее мы не можем.

А.ПЛЮЩЕВ: Следующим вопросом, который задал тоже читатель сайта «Эха Москвы» Хитрый Снарк, художник из Москвы, я, как бы, намекаю: «Клип «Борода» показал, что вы уникально остро, неповторимо сумели смонтировать, срежиссировать, собрать декорации и так далее. Планируете ли вы как режиссер снимать документальное или игровое кино? Короткометражки?»

О.АРЕФЬЕВА: Так, супер вообще. Ну, не так все это уникально. И клип «Борода» был не первый, который я сделала. До этого было еще много всего. Вот, «Театр» я делала от начала до конца своими руками. До этого еще были клипы, которые не от начала до конца, но я участвовала. В частности, клип «Оборотень» — я им просто буквально горжусь. Еще там много всего, «А и Б», еще что-то. Ну и все остальные клипы я все время была с монтажерами вместе, с режиссерами, с операторами. Ну, если так говорить о съемках и о кино, это ну как? Не совсем моя стихия, это мое увлечение как и танец. Это хобби. У меня когда существует избыточность (а она существует часто), то мне неудержимо хочется что-нибудь эдакое сделать. И я таким образом себя проявляю с удовольствием, тем более, что, вот, сейчас для этого есть все условия. Потому что все равно по ящику наши клипы не крутят, поэтому нету требования того, чтобы все это было с кранами, с самолетами, с рельсами. Достаточно снять просто что-то от души и более-менее, ну, как бы, прикольно и качественно. И во-вторых, не нужно за это платить денег. Я беру и сама себе делаю клипы очень запросто. И мне это нравится.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, так, а собираешься делать кино-то?

О.АРЕФЬЕВА: Собираюсь дальше снимать еще клипы. А на кино я не размахиваюсь. У меня нет такого, ну так скажем, потенциала и желания. Мне нечего, собственно, сказать кроме тех же образов, которые в песнях. Я, вот, их могу расшифровать в клипе.

Д.БОРИСОВ: Послушаем образы? «Борода».

(звучит песня)

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, не зря ж послушали, отличная песня. Хотя, не с альбома.

О.АРЕФЬЕВА: Не с альбома, да. Это уже на следующий альбом у нас зачин там уже песен из 4-х образовался.

Д.БОРИСОВ: Спасибо большое. Давно не виделись. Накопилось, конечно.

О.АРЕФЬЕВА: Спасибо вам, что позвали. Наболело.

Д.БОРИСОВ: Наболело, да. Ольга Арефьева была в программе «Попутчики». Хорошей презентации 26-го числа.

О.АРЕФЬЕВА: Спасибо. Приходите.

А.ПЛЮЩЕВ: Удачи. Спасибо большое.

Д.БОРИСОВ: Александр Плющев, Дмитрий Борисов, программа «Попутчики» в следующее воскресенье в 23:05 во время «Аргентума». Пока.

О.АРЕФЬЕВА: До свидания.

Д.БОРИСОВ: А про инопланетян – это завтра.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире