'Вопросы к интервью
ДМИТРИЙ БОРИСОВ: Знаете что, коллеги из новостных агентств, можете новость делать себе. Эфир программы «Попутчики» едва не был сорван из-за футбольного матча Россия— Словения.

АЛЕКСАНДР ПЛЮЩЕВ: Да. Вот такая печальная история. А может быть, наоборот, надоела программа «Попутчики». И Вы думаете, наконец-то они не в поезде, опоздали все вместе. И Плющев Александр здесь, и Дмитрий Борисов, все опоздали.

Д. БОРИСОВ: Ну, а чего, конечно, стояли, стояли. А он ту-ту, и ушел. И все. Только его и видели.

А. ПЛЮЩЕВ: Мы не смогли изменить расписание. Хотя говорили, ну, посмотрите же, играют же, но когда стало 2:1.

Д. БОРИСОВ: Мы уже столько денег вбухали в эти поезда. Могли бы подождать, между прочим, постоять 5 минут. Ничего бы с ним не произошло. Ну. Или 25.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, все, мы уже встречаемся не в поезде. Кстати, не впервые в истории программы «Попутчики». Пару раз мы уже опаздывали, я помню.

Д. БОРИСОВ: Да, а по одному то уж постоянно. И сегодня мы опоздали не одни. Мы опоздали все вместе с нашими гостями, которые еще не в полном составе добрались хотя бы до Нового Арбата. Мы уже молчим про Киевский вокзал, на котором мы собирались встречаться все вместе.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, а что постояли там, и уехали с Киевского. Еле проехали через эти пробки. Сейчас пробки, кстати. Кто собирается выезжать, Вы имейте в виду.

Д. БОРИСОВ: Спасибо той красной мигалке, которую Плющев купил в китайском интернет магазине.

А. ПЛЮЩЕВ: За 25 долларов.

Д. БОРИСОВ: Да, с доставкой бесплатной. Я помню. Вот она нам помогла по встречке. Группа «А-Студио» у нас вообще-то собиралась быть сегодня.

А. ПЛЮЩЕВ: И даже Байгали Серкебаев до нас добрался.

БАЙГАЛИ СЕРКЕБАЕВ: Добрый вечер.

Д. БОРИСОВ: Всем добрый вечер.

А. ПЛЮЩЕВ: Как тоже на футболе были?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Нет, я посмотрел футбол по телевизору, немножко концовочка напрягла.

Д. БОРИСОВ: Не просто напрягла, а как-то совсем.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Как-то даже радость вся не та.

А. ПЛЮЩЕВ: Зато один человек радовался, я видел его, это был премьер Словении. Он рядом со мной сидел. Он так радовался, прямо прыгал.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, надеемся, что в ответном нашем матче, там все-таки ребята наши будут более активные до конца матча.

Д. БОРИСОВ: Они сохранили интригу, Видите, что подучается. Все думали, что будет 2:0, и так здорово, сразу с другими чувствами можно приезжать в Словению. А тут 2:1 и можно и туда и туда.

А. ПЛЮЩЕВ: Все рассчитывали, что либо Билялетдинов, наконец-то, третий гол забьет, либо…

Д. БОРИСОВ: Ну, мы-то большие специалисты в футболе, конечно. Да. Ладно, ну, 2:1 нормально. Если бы перед игрой сказали, что 2:1, все бы сказали, а нормально.

А. ПЛЮЩЕВ: А я и говорил, что будет 2:1, я же поставил.

Д. БОРИСОВ: Поставил? Ты выиграл?

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, конечно. Ты не видел, на чем я сейчас ехал, красную мигалку ставил на что. Вот это все ставки. Так, футбол, слушай, как от футбола отойти?

Д. БОРИСОВ: Байгали, а вы только за российскую сборную болеете?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Всегда.

Д. БОРИСОВ: Ну, только за нее?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, когда-то давным-давно я болел и за свой алма-атинский футбольный клуб «Кайрат».

Д. БОРИСОВ: Я помню прекрасно, и в чемпионате СССР играл.

Б. СЕРКЕБАЕВ: И я вспоминаю те ощущения, когда ты находишься на стадионе, и это потрясающе, это никогда не передастся ни на экране, ни с какой акустической системой. Просто этот звук натуральный, когда орут трибуны и эта атмосфера, это фантастика.

Д. БОРИСОВ: Ну, это, на мой взгляд, совершенно другое удовольствие сидеть на трибунах, все здорово, энергетика. Но футбола-то особо не видишь. Мне, например, больше нравится смотреть перед большим экраном. Все, мячик, с повторами, со всех сторон, с разных камер. Сидишь на стадионе, конечно, да, подпитываешься энергией, но этого нет.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, это тоже самое, что на концерте когда ты находишься на лайф концерте, конечно, живое ощущение, оно все равно гораздо лучше, даже если не так все видно, чем когда ты слушаешь СD или смотришь DVD.

Д. БОРИСОВ: Да, а с концертом другое. Ну, концерты ты  же не смотришь по телевизору. Ну. Практически.

Б. СЕРКЕБАЕВ: И они не бывают в прямом эфире, настоящие большие концерты.

А. ПЛЮЩЕВ: Почему, вот Ю-Ту дало тур, ты. Знаешь, между прочим, сейчас дает тур Ю-Ту, и  оно транслирует в интернете впрямую все концерты.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Да, но это качество все равно. Для того, чтобы обеспечить себе трансляцию, там…

Д. БОРИСОВ: Чтобы летали, экраны там, все-такое.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ты это все еще главное еще и видел, чувствовал. Каждый момент. Ну, тяжело сделать.

А. ПЛЮЩЕВ: А Вы часто ходите на концерты Байгали?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я стараюсь посещать все концерты, и вот этим летом у меня был прекрасный опыт. Я теперь себе дал слово, что каждый год буду ездить в Швейцарию в Монтре на джазовый фестиваль знаменитый, который уже стал давным-давно не джазовый, а вот в этом году, например, там Алас Купер выступал. И  Блэк Айтпис…

Д. БОРИСОВ: А мы поэтому перестали, кстати.

Б. СЕРКЕБАЕВ: А Вы только на джаз.

Д. БОРИСОВ: Конечно.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Нет, я всеяден. Мне нравится любая музыка.

Д. БОРИСОВ: Хорошее дело.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Такой заряд получил, что жду следующего лета.

Д. БОРИСОВ: А в Москве ходите на что-нибудь?

Б. СЕРКЕБАЕВ: В Москве тоже естественно хожу обязательно.

Д. БОРИСОВ: В Москве, неужели, неинтересно, вот по сравнению со Швейцарией? Там же атмосфера совсем другая не в обиду Москве и москвичам будет сказано, но мне кажется, что у нас концерты – это некое стихийное бедствие, где , ну, там просто другая эстетика. Есть такая задача выжить, там такая полоса препятствий существует и т.д. И для того, чтобы выжить, нужно сделать какую-то серию мероприятий. Приключенческая такая вещь.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Пробраться…

Д. БОРИСОВ: Ну, и пробраться, и чтоб тебе в морду не дали, и чтобы не толкнули.

А. ПЛЮЩЕВ: А потом еще выйти надо.

Б. СЕРКЕБАЕВ: В Олимпийском, перекрывают выход металлическими решетками. Чувствуешь себя немножко в тюрьме.

Д. БОРИСОВ: Машину надо поставить куда-то перед. Потом до нее добраться, чтобы ее не перевернули и т.д. Там же совсем все по-другому.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я думаю в Москве, там, где большие площадки, там, где большое скопление народу, я думаю, на Западе то же самое творится. Я думаю, что у нас порядок сейчас более-менее обеспечивает служба безопасности, милиция, поэтому без этого просто необходимо, когда столько людей, чтобы не был бардак. Поэтому у нас прекрасные концерты, и я всегда вспоминаю концерт Джамина Кваян, на который мы ходили в Олимпийский, концерт группы Квин в обновленном составе и многие-многие другие. Бионс и т.д. Прекрасные шоу, прекрасный звук, сейчас у нас это на таком же уровне, как на Западе.

Д. БОРИСОВ: А вот многие говорят, что когда группа в обновленном составе, особенно такие мировые, это не то. Вы, как группа, которая неоднократно обновляла состав, как это расцениваете, у других, я имею в виду, не у себя.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, я думаю, конечно, задача у нового вокалиста, если заговорили о Квин, была фактически, наверное, невыполнимая, но мне очень понравилось, как он работал, как он пел. И я считаю, что на 100% он справился с задачей. Конечно, никакой солист не будет никогда Фредди Меркури, это понятно. Он должен быть другим, и главное, что человек очень достойно выступил. Кети, привет.

КЕТИ ТОПУРИЯ: Привет.

Д. БОРИСОВ: Добрый вечер.

А. ПЛЮЩЕВ: На футболе что ли была?

К. ТОПУРИЯ: Нет, на концерте.

Д. БОРИСОВ: А что за концерт?

К. ТОПУРИЯ: Прекрасный концерт. Корпоративчик.

Д. БОРИСОВ: В этом смысле. Н, правильно конечно. У нас билеты пропали из-за этого, в смысле на поезд. Ну, ничего, как-нибудь, я думаю, радиостанция не разорится. Это Кети Торурия подошла. Если кто не понял.

А. ПЛЮЩЕВ: А корпоративчик был без Байгали? Вы по отдельности, как группа «Мираж»?

Д. БОРИСОВ: Он на другом был, у него просто раньше закончилось.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я на метро просто быстрее.

К. ТОПУРИЯ: И надеюсь, что из-за Вашей радиостанции мою машину не эвакуируют, потому что она прямо стоит так кошмарно.

А. ПЛЮЩЕВ: А вот тут бывали случаи, надо сказать, с нашими же гостями. Имейте в виду, не хочу пугать.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я заехал на паркинг, решил, что лучше 100 рублей я сейчас заплачу, чем за эвакуатором…

К. ТОПУРИЯ: А я проехала просто заезды и поняла, что все, до свидания.

А. ПЛЮЩЕВ: Будем надеяться.

Д. БОРИСОВ: Да, я надеюсь, что будет все хорошо.

А. ПЛЮЩЕВ: Расходимся, случай.

Д. БОРИСОВ: Ты знаешь, что я сообразил, просто они действительно, может быть, в разных местах были, вспомнил, потому что 19 ее первых составов гастролирует сразу в 30 городах. Было про группу «Ласковый май», так пели.

К. ТОПУРИЯ: Бывает.

Д. БОРИСОВ: Бывает?

К. ТОПУРИЯ: Ну, у нас не бывает, к сожалению, или к радости. Если бы были бы двойники, раз, раз и везде собираешь.

Д. БОРИСОВ: В последнее время часто у Вас бывают такие корпоративные концерты? Последнее время говорили, что кризисы, как-то жмутся люди, не платят.

К. ТОПУРИЯ: У нас когда кризис начался, первые 2 месяца так было, ну, месяц максимум 5 концертов. А потом пошло-поехало, т.е. у нас прямо не чувствуется, что кризис.

А. ПЛЮЩЕВ: Перестал жаться народ, ну, и правильно, и хорошо.

Д. БОРИСОВ: +7-985-970-45-45 это наш смс номер, куда Вы можете присылать сообщения, к нам не в поезд, а в студию сюда на Новый Арбат. И задавать свои вопрос группе «А-Студио». Пока все смс сообщения про футбол.

А. ПЛЮЩЕВ: А что сделаешь. Футбол – такая шутка, которая зашибает. Кети, наши выиграли 2:1.

К. ТОПУРИЯ: Я знаю, я смотрела под конец.

Д. БОРИСОВ: Т.е. в процессе пения.

К. ТОПУРИЯ: Я все успела. Я рада за наших. Билялетдинов молодец.

Д. БОРИСОВ: А Вы успеваете, вот когда концерт, допустим, это, Кети, прямо к Вам вопрос. Кажется, что нам простым таким лоховским зрителям, нам кажется, что певец, артист всего себя отдает. Он в этот момент, кажется, даже не думает ни о чем. Но с другой стороны, как человек, работающий тоже за микрофоном, я знаю, что даже можно постоянно читать текст, а самому думать о чем-то другом совершенно спокойно.

К. ТОПУРИЯ: Да, бывало у меня тоже. Поешь, а думаешь о другом.

Д. БОРИСОВ: Или вот беседы с гостем, а мыслями не здесь. Так плохо поступать, я стараюсь, конечно, от этого избавиться, но не получается. А как у Вас с этим, Кети?

К. ТОПУРИЯ: Ну. У нас тоже бывает, что поешь, а в голове что-то другое. Но это плохо, вообще. Когда поешь, надо думать о песни, наверное.

Д. БОРИСОВ: Вы пробовали?

К. ТОПУРИЯ: Конечно. Иногда получается, представляешь.

Д. БОРИСОВ: Просто Вы говорите, надо думать о песни. Надо – это когда еще не пробовал, мне кажется, нет?

К. ТОПУРИЯ: Нет, я говорю «вообще». Вообще надо. Но, конечно, если бы я думала о том, что у меня утюг дома включен или нет, наверное, я бы нормально не пела.

Д. БОРИСОВ: А машина там стоит сейчас одна.

К. ТОПУРИЯ: Ну, вот хорошо, что я сейчас не пою.

Д. БОРИСОВ: Т.е. у Вас все лейтмотивом всю передачу будет напоминание.

А. ПЛЮЩЕВ: Конечно, и главное, мы должны потом выйти в эфир минут через 10 после окончания программы и сообщить, эвакуировали или нет. Хорошо сработала служба…

Д. БОРИСОВ: Там же новости после нас, мы в новостях и выйдем. Сделаем новость на всю страну. Есть вопросы от наших радиослушателей, которые поступили к нам на сайт еще до начала нашей программы. Там даже не сколько вопросы, сколько, может быть, реплики какие-то, и пожелания. Кстати, в основном хорошего плана. Ну, вот что-то вроде вопроса задает Костас Кисогл, свободный художник из Екатеринбурга Россия. «Байгали, — спрашивает он, — в Казахстане, как у исполнителя и композитора, у Вас нет такого будущего. Как в России (он так уверен). Вы гражданин России? Как Вы видите свою ближайшую перспективу в российском шоу-бизнесе?»

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, перспектива, я не могу предсказывать, что будет, но надеюсь, что будут какие-то хорошие, положительные изменения, и не только в российском шоу-бизнесе, но и целом, в мировом, так скажем, шоу-бизнесе, потому что как поется в песне наших друзей, музыки осталось мало. И хотелось бы, чтобы ее было бы побольше. А то, что у нас творится сейчас на радиостанциях, это однозначно, хочется, чтобы было это все получше, и это одна песня, которая крутится, и  я все жду, когда же появится кто-то интересный, чтобы можно было бы удивиться. И вот удивительно, что в такой стране, столько талантливых музыкантов, художников, композиторов, почему-то, в общем, хочется чего-то такого более талантливого.

Д. БОРИСОВ: Мы, когда у нас была программа «Аргентум», кстати, к нам приходили, мы тогда были в курсе, что происходит на радиостанциях. А сейчас, поскольку у нас не только музыканты здесь, как-то поотстали в этом смысле. Я не знаю, ты следишь, что там на радиостанциях происходит музыкальных?

А. ПЛЮЩЕВ: Ну. Так иногда.

Д. БОРИСОВ: Ну, вот. Просто Байгали сказал…

А. ПЛЮЩЕВ: Там все та же песня, она же.

Д. БОРИСОВ: Я как раз хотел спросить, что за песня, напойте хотя бы. О чем речь.

Б. СЕРКЕБАЕВ: А, я, кстати, вообще перестал слушать радиостанции. И я скажу, что я слушаю станции, где нет музыки, в том числе и Вашу. То, что я сейчас здесь. У меня три станции, ну, я не буду называть, на которых нет музыки. Это самые мои любимые станции.

Д. БОРИСОВ: Ой, и у меня они.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Они же, да?

Д. БОРИСОВ: Да, на них нет музыки.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Замечательно, еще телевизор не нужно смотреть.

Д. БОРИСОВ: Нет, еще одна, на ней бывает музыка. Но тоже.

А. ПЛЮЩЕВ: Наверняка еще есть кнопочка – медиа, или CD, на которую нажимаешь, когда хочется музыки. Или нет?

К. ТОПУРИЯ: У меня всегда нажата.

Д. БОРИСОВ: А что внутри?

К. ТОПУРИЯ: Чего внутри?

А. ПЛЮЩЕВ: Внутри компакт— диска.

К. ТОПУРИЯ: Что мы слушаем? Ну, сейчас у меня Шадэ играет. Ну, какие-то сама записываю песни, которые мне нравятся. Делаю сборники.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Уитни Хьюстон у тебя, по-моему, новый?

К. ТОПУРИЯ: Да.

Д. БОРИСОВ: А сколько песен в среднем на сборнике таком получается?

К. ТОПУРИЯ: Ну, у меня в связи с тем, что МР3 не читает, к сожалению, поэтому на диске где-то, наверное, 15 песен.

Д. БОРИСОВ: Кети, Вы же молодая очень девушка, и, наверное, продвинутая. Вся молодежь продвинутая в техническом плане. Вы же качаете из интернета наверняка.

К. ТОПУРИЯ: Да, качаю.

Д. БОРИСОВ: Вот это для меня парадокс. Когда музыканты качают музыку из интернета.

К. ТОПУРИЯ: А что делать? Ты представляешь, это надо пойти, купить все диски. И потом сесть и все это еще закачать в компьютер? С компьютера, потом который нравится другой диск. Лучше, нажал, набрал и перекачал одну песню. Потом все вместе собираешь и на диск.

Д. БОРИСОВ: Но ведь это же странно. Вашу же музыку тоже, наверное, скачивают люди. Получается, они не платят Вам деньги, воруют.

К. ТОПУРИЯ: Ну, понятно, ну, моя вина что ли?

Д. БОРИСОВ: Се ля ви.

А. ПЛЮЩЕВ: Я спросил про количество песен не просто так. Потому что у меня, например, проблема. Я записываю всегда много. Тоже делаю такие сборники. У меня нет там юэсби порта. И понимаю, что пытаешься диск заполнить под завязку до конца. Ну, чтобы не жалко места было…

Д. БОРИСОВ: А то очень дорогие болванки.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, целых 6 рублей. А слушаешь все равно 5 песен. Вот у меня…

К. ТОПУРИЯ: И переключаешь постоянно.

Д. БОРИСОВ: Постоянно первые 2 секунды. Я уже ненавижу некоторые песни, потому что вот 2 секунды…

А. ПЛЮЩЕВ: Вообще. Это свойственно растущему организму.

Д. БОРИСОВ: Нервным.

А. ПЛЮЩЕВ: Дети они все время одну и ту же музыку слушают. Одну и ту же песню. Один и тот же мультфильм могут смотреть много раз. Поэтому, Дим, не удивляйся. Это скоро пройдет.

Д. БОРИСОВ: Надеюсь, это не пройдет. Я оптимист. Тем более, все равно, репертуар раз в 2 недели меняется чуть-чуть. Хочется слушать другие 5 песен. Другие 4.

А. ПЛЮЩЕВ: Т.е. не та песня, которая звучит на всех радиостанциях.

К. ТОПУРИЯ: На самом деле Вам везет, потому что иногда я одну песню могу слушать месяц.

Д. БОРИСОВ: Нет, нет, не все 5 сразу меняются. Можно по одной. Там вводить одна новинка в ротации. Причем эта новинка может быть трехдневной давности. Например, только недавно я послушал Вашу песню, не вашу песню, а Вашу версию песни «Так же как все». Мне очень понравилась…

К. ТОПУРИЯ: Спасибо.

Д. БОРИСОВ: Буквально в августе, она же давнишняя, сильно раньше вышла. И я ее с августа слушаю, она у меня есть. Правда, сейчас уже, конечно, проматываю. Уже надоела, честно говорю. Кстати, Вы купили права же? Мне интересно просто.

А. ПЛЮЩЕВ: Нет, я просто хотел вот этот феномен обсудить. С одной стороны, люди жалуются, что одна песня на радио звучит, а с другой стороны, говорит, я одну песню с августа слушаю.

К. ТОПУРИЯ: Ну, хорошо, ну это одна песня лучшая.

А. ПЛЮЩЕВ: А в этом смысле, что одна песня плохая.

К. ТОПУРИЯ: Да.

А. ПЛЮЩЕВ: А когда хорошая… Ну, и как бы Вы купили права на песню? Перехватил я вопрос.

К. ТОПУРИЯ: Нет.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Мы не покупали.

Д. БОРИСОВ: Я вообще пропустил эту историю, поэтому мне безумно интересно.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я  очень давно знаю эту песню, и помню ее еще лет 15, если не больше назад. И  она мне очень нравилась. И я обожаю все творчество Александра Зацепила. И очень давно с ним знаком. Мой папа с ним большие друзья. Я ему просто позвонил. Взял его телефон. Нашел. Позвонил ему в Париж и сказал: дядя Саша, вот такая песня замечательная, мы сделали. У него был юбилейный вечер здесь. И мы сделали ту пеню и  очень хорошо получилось. Ничего если мы ее будем петь? Он говорит: давай, все вперед, и дал нам полный зеленый свет с удовольствием. И мы сначала ее исполнили на его концерте авторском. Потом, когда почувствовали, что песня интересно получается, большой потенциал. Мы вернулись в студию, и довели до нужного уже состояния. Уже не так, чтобы для разового использования…

Д. БОРИСОВ: А как это формально? Не нужно спрашивать разрешения еще и у исполнительницы этой песни первоначальной?

Б. СЕРКЕБАЕВ: На самом деле ну по этикету, я позвонил Алле Борисовне и сказал, поставил ее в известность. Ну, а если говорить о юридических аспектах, то авторы могут разрешить, а автор музыки и слов, они разрешают.

Д. БОРИСОВ: И потом неожиданно пришла идея отправить ее на радиостанцию. Чтобы она была одной из тех…

Б. СЕРКЕБАЕВ: Потом мы решили снять клип и подарить и приурочить его к юбилейной дате Аллы Пугачевой, подарили ей этот номер. Ей очень понравилась песня, она включила нас в свой концерт, который был посвящен ее творчеству, ну. Юбилейный концерт в Лужниках. И потом мы сняли, очень удачно получилось, клип, что пришел режиссер. Он, даже не слышав песню, просто показал сценарий. Говорит: вот у меня есть такая идея. Сделать черно-белую такую картинку. Показать такую борьбу добра и зла. И такие извечные людские темы взаимоотношения с миром. Поэтому и мы, я говорю, ну-ка, ну-ка, давай посмотрим. И мы было такой деморолик на телефоне. Он включил, и мы включили эту фонограмму. И она очень, совпала, легла, и мы в кратчайшие сроки вылетели в Ташкент. Был январь, мы сняли этот ролик. Хотя, не смотря, что это был Ташкент. Был страшный холод. Мы мерзли. Снимались в павильоне. Кети нужно было ходить босиком. Ну, не зря мы страдали, получился, по-моему, интересный номер.

Д. БОРИСОВ: А почему в Узбекистане снимали. А не где-нибудь потеплее?

К. ТОПУРИЯ: Режиссер оттуда, и там у него база.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Камера там.

Д. БОРИСОВ: Понял, понятно чего уж тут непонятного.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Кинокамера.

Д. БОРИСОВ: Ну, естественно. Я без иронии. Клип нормальный снимают на кинокамеру. Естественно. Не на это за 100 долларов. Естественно. Музыкант из Нефтеюганска из России спрашивает. Он много тут пишет. Ну, в частности он  Вас, Кети, спрашивает: «Откуда, если не секрет, такая фирменная вокальная техника? Интересуюсь в корыстных целях, поскольку почти коллеги. Чем восхищается? Чего слушает?» Ну, чего слушает. Мы уже услышали, а вот откуда такая фирменная вокальная техника, надеюсь, сейчас услышим.

К. ТОПУРИЯ: Ну, с детства пела, так же, как все. Так же как все. А потом уже постепенно, когда выросла, начала слушать Эми Уайнхаус, Уитни Хьюстон, слушаешь, чего-то оттуда берешь. Потом с опыта поешь, поешь, и как-то формируешься. Не было такого, что я специально именно так хотела петь, как я сейчас пою. Или я всегда пела так хорошо, или плохо. Как-то так получилось.

Д. БОРИСОВ: А профобразование?

К. ТОПУРИЯ: Я училась в музыкальном училище в Грузии им. Закария Полиашвили. Ну, это мне, наверное, особо ничего не дало.

Д. БОРИСОВ: А дополнительно Вы занимались с педагогами?

К. ТОПУРИЯ: Да, то, что я занималась с педагогом, вот это, наверное, мне больше что-то дало.

Д. БОРИСОВ: А это кто был?

К. ТОПУРИЯ: Это был композитор известный в Грузии Отар Татишвили такой. Мой учитель.

Д. БОРИСОВ: Как я люблю речь особенно девушек, когда вот с таким легким прекрасным акцентом. Я Вас слушаю, наслаждаюсь. Кети, можно еще что-нибудь сказать.

К. ТОПУРИЯ: Да, ты мне задавай вопрос, я буду говорить и говорить.

А. ПЛЮЩЕВ: Я, честно говоря, даже не знаю, как расценивать его слова. Фактически же сказал, ты не пой, ты ходи.

Д. БОРИСОВ: Кстати, как так получается, что когда Кети. ты поешь, акцент вообще не чувствуется?

К. ТОПУРИЯ: Как не чувствуется?

Д. БОРИСОВ: Я не чувствую.

К. ТОПУРИЯ: Я когда по-грузински разговариваю, у метя тоже такой легкий акцент. Т.е. это у меня не понятно что, какой-то дефект речи. Это не акцент. Это дефект речи.

А. ПЛЮЩЕВ: Вот люди бескорыстные, не создают образов и имиджей. Что бы сказала на ее месте, ну, условно, Жанна Агузарова. Она бы сказала это мцианский акцент, естественно. И так сиди и думай, что это. Нет, я не знаю, что это.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Акцент есть, я скажу, как продюсер, который работает именно с женским Кетиным вокалом. И уже сколько 4 года мы вместе, и скажу, что первое время акцент был даже больше. Некоторые даже согласные буквы мы не выговаривали. Мы их учили, тренировались, несколько раз переписывали. Занимались даже скороговорками.

К. ТОПУРИЯ: Ну, я говорю, что это дефект речи, а не акцент.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Фефект речи, который у нас есть, я в какой-то момент понял, что в этом весь и шарм. И когда мы записали песню «Улетаю», многие говорили, что там за слова, не все понимаю. Но на самом деле это здорово. И вот сегодня когда мы пишемся, я даже сожалею, что Кети стала лучше говорить по-русски за эти 4 года, что она живет в Москве. Я боюсь, как бы  он вообще не пропал. Пусть остается фефект.

Д. БОРИСОВ: Вот вообще не соглашусь. Не про то, что пропал. А про то, что было слышно. Вот когда я слышал песню «Улетай», еще не знаю, что появилась…

К. ТОПУРИЯ: А ты все слова понял?

Д. БОРИСОВ: Да.

К. ТОПУРИЯ: Хорошо. Точнее плохо.

К. ТОПУРИЯ: Для тебя. Значит, у тебя тоже дефект.

А. ПЛЮЩЕВ: Восприятия.

Д. БОРИСОВ: Есть такая точка зрения, что настоящее искусство непонятно. До конца его понять невозможно. Если человек чего-то не понимает хоть немножко, то это уже искусство. А если все понятно, ну, какое это искусство. Искусство должно как-то заставлять переживать…

А. ПЛЮЩЕВ: Ты знаешь, это у меня бывает с текстами Константина Меладзе. Такое ощущение. Когда первый раз слышишь песню, бывает так: а, что? Где? Про что? Зачем? О чем? Не понятно. Второй раз, третий раз, на третий раз уже вставляет. На пятый раз ты лезешь в интернет, чтобы понять, что же там были за слова. Недавно буквально я слышал песни, по-моему, группы «Иньян» Камикадзе" называется. Там есть слова, не о них сейчас речь, ла-ла, что-то, что-то, и потом «Майя не полюбит меня». Вообще не понятно о чем.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Пчела? Или племя?

А. ПЛЮЩЕВ: Все, что угодно приходит на ум. Оказалось: «Мое небо любит меня». Там ударение, наверное, неправильно было. Мое небо любит меня. Я даже сначала разочаровался, так все просто. Может быть, там какая-то загадка, что за майя.

К. ТОПУРИЯ: Когда заходишь посмотреть лирикс, где тексты, там иногда неправильно написано.

А. ПЛЮЩЕВ: Я смотрел чуть ли не на официальном сайте. Я проверил много раз.

Д. БОРИСОВ: Ну, это же такая распространенная фишка делиться тем, как люди воспринимают в песне неправильные слова. Самая распространенная ослышка, что называется, это в песне «Агаты Кристи» «Беру портвейн, иду домой». Всем слышится «портфель». Хоть убей.

К. ТОПУРИЯ: Самое крутое, мне кажется, чем выше любовь, тем ниже поцелуи.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, это уже высокая поэзия.

К. ТОПУРИЯ: Из области искусств.

Б. СЕРКЕБАЕВ: А песня «БиологиЯ»? Ну, которая «БиолОгия», но  они так поют, что полное ощущение, что биологИя.

Д. БОРИСОВ: слушайте, а как Вы  очиняете песни?

Б. СЕРКЕБАЕВ: По-разному. Ну. В основном мы исполняем те песни, которые мы поем. Иногда мы поем песни других авторов, но это очень редко.

Д. БОРИСОВ: Они специально для Вас пишут, или приносят специально для Вас готовые?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Они приносят, как им кажется, готовые. Потом из этого уже начинается работа с самого начала, и песня заново вся делается, что-то переделывается, меняется, что-то добавляется, ну, естественно, аранжировка. Ну, а вообще, многие песни «А-Студио» были написаны сначала есть два пути. Сначала пишутся стихи, на них пишется музыка. А у нас всегда все было наоборот. И даже не только музыка. Я помню, песню «Стоп ночь» мы написали, сначала я придумал партию барабанов, потом бас, получился такой драйвовый риф в стиле хип-хоп, это было много лет назад. Хип-хоп никто еще тогда почему-то не играл. И потом мы сделали уже виброфон и т.д. И потом сверху уже появилась мелодия, и только после этого появились в последнюю очередь слова. Так что бывает по-разному. Ну, в основном мы всегда пишем на музыку. Сначала музыка, сначала бла-бла, на каком-то птичьем языке псведо английском все это сочиняется. Делается демо, а потом уже пишется русский текст.

А. ПЛЮЩЕВ: Тогда получается, что текст песни – некая условность. Даже не надо вникать тогда. Раз это просто слова, подобранные под ритм.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Голос – это один из инструментов, но на самом деле важно все. Важна и музыка, и аранжировка, и исполнение, и слова. И когда пишутся слова, самое главное не испортить музыку. Это большая задача. И уловить то настроение, которое заложено в музыку. И вот уловить вот эту паутинку настроения. Это не поможет, Кети, это все пропаганда.

К. ТОПУРИЯ: У меня свиной грипп, по-моему.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ты – жертва рекламы.

К. ТОПУРИЯ: Да, какая я жертва. Я простывшая, не слышишь.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Мед, чай, лимон и все.

Д. БОРИСОВ: Кети сейчас употребляет.

А. ПЛЮЩЕВ: В прямом эфире.

Д. БОРИСОВ: Там нет действующего вещества в этом препарате.

А. ПЛЮЩЕВ: Это просто плацебо.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Пусть она верит в это.

Д. БОРИСОВ: Это сладкий порошок, Кети.

К. ТОПУРИЯ: Это очень хорошее средство.

Д. БОРИСОВ: Да. Я знаю, да, сам, в общем, попал в свое время.

А. ПЛЮЩЕВ: Нет, я одну такую пилюльку сам где-то дней 10 назад съел все-таки. Но потом понял, что это не надо делать. Я потом понял, что главное настроить свой организм, свой иммунитет и представить, что ты должен быть крепким, сильным и не поддаться этой панике и инфекции, о которой сейчас так много пишут. Ну, всем понятно, что. Чтоб побольше масок продать подороже в аптеках и пилюлек.

Д. БОРИСОВ: Да, если они бы хотя бы были. А то они все ушли к стадиону «Лужники» и там бесплатно их раздают. В аптеках нет же вообще.

К. ТОПУРИЯ: Да. Нету масок вообще в аптеках.

Д. БОРИСОВ: Если бы побольше.

А. ПЛЮЩЕВ: Я покажу потом, где есть. Я не знаю, почему люди не могут найти. Говорят, что их нету. Такая серьезная проблема.

К. ТОПУРИЯ: Я тоже не могу найти.

Д. БОРИСОВ: Я тебе потом покажу. Когда началась история, что их якобы нету, я пошел…

А. ПЛЮЩЕВ: Ты уже неделю назад об этом рассказывал. Каждую неделю будешь теперь рассказывать.

Д. БОРИСОВ: Конечно, а у меня процент, Саш.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Так вот когда мы заканчиваем работу над песней, вот в общем-то и все. Так и пишем.

Д. БОРИСОВ: А получается… вот что хотел спросить. Кети там разошелся препарат. Вы можете говорить?

К. ТОПУРИЯ: Да.

Д. БОРИСОВ: А Вы исполняете на концертах те песни, которые были в репертуаре группы до Вас?

К. ТОПУРИЯ: Да, две песни, по-моему, у нас. «Любовь река», «Такие дела»,

Д. БОРИСОВ: Немного за многолетнюю историю группы.

А. ПЛЮЩЕВ: А вообще, мне кажется, группа «А-Студио», только не обижайтесь, не самая плодовитая из групп по репертуару.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Лучше меньше. Да лучше, как говорит Владимир Ильич.

Д. БОРИСОВ: В каком году Вы начали, в 87, 89?

Б. СЕРКЕБАЕВ: В 87м мы начали, как сольный проект, до этого еще работали совместно с Розой Рымбаевой. А с 87го года мы начали свой уже самостоятельный путь. И в 89м мы пришли в театр Пугачевой и т.д.

Д. БОРИСОВ: Помню, в детском садике запускали.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. В детском садике. А я уже школу заканчивал.

К. ТОПУРИЯ: А я родилась.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Еще добавлю, что мы на концерте исполняем попурри на тему наших старых песен. У нас есть такой блок (НЕ РАЗБОРЧИВО), кстати, который скоро прозвучит в Москве.

А. ПЛЮЩЕВ: Кети, а Вы получается ,росли на группе «А-Студио»… воспитывались.

К. ТОПУРИЯ: Ну, в принципе, да, можно сказать. Мне был годик, когда начали. Мне уже был годик, понимаешь, когда начинали. Ну, я слушала, мне очень нравилось. Если из детства, я помню только песню «Джулия». Помню «Солдат любви», и потом уже такие…

Д. БОРИСОВ: Наверное, еще были какие-то в репертуаре группы. Ну, по телевизору других все равно не показывали.

К. ТОПУРИЯ: «Нелюбимая», я помню.

Д. БОРИСОВ: Ах, вот еще, «У окна».

К. ТОПУРИЯ: Часто мне тоже говорят, у Вас немного песен. Когда я начинаю пересчитывать, да, конечно, знаю. И это знаю, да, на самом деле чего-то много. Всегда так думаешь, что так. А когда начинаешь перечислять, тогда понимаешь, что очень много даже таких песен, которые знают люди. Оказывается, я тоже знаю.

А. ПЛЮЩЕВ: Сегодня группа «А-Студио» у нас в эфире, можете задать свои вопросы, поделиться впечатлениями. Реплики принимаются по смс +7 985 970-45-45.

Д. БОРИСОВ: Пока их оккупировали твои, Кети, поклонники. Вот они сейчас успокоятся, и потом может быть, мы почитаем оттуда что-нибудь еще какие-нибудь сообщения. +7 985 970-45-45. Слушай, а как если ты больная, пела на концерте?

К. ТОПУРИЯ: Прекрасно.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Шоу маст гоу он.

Д. БОРИСОВ: Фонограмма? Фанера признавайся?

К. ТОПУРИЯ: Нет, нет, я думала, если бы мне было бы плохо, может быть, мы бы что-то бы сделали. Потому что когда уже договорились, чего делать. И лучше бы под фонограмму для них спеть, чем вообще не спеть. Но я посмотрела, спела что-то. И поняла, что горло не болит, поэтому нормально. Если бы болело бы горло, тогда уже.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Сцена лечит.

К. ТОПУРИЯ: Да. Нормально, спела, кстати, поняла, что не так все плохо.

Д. БОРИСОВ: Байгали, а вот вопрос не о Вас. Вот Вы упомянули Розу Рымбаеву. Я в детстве очень любил эту исполнительницу. А Вы не знаете, что сейчас с  ней? Как она?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, она живет в Алма-Ате, она растит детей. Она поет, в основном, конечно, в республике. В основном она в Казахстане. Но иногда она приезжает на какие-то концерты в Москву. Но, к сожалению, она мало сейчас на российской эстраде. В принципе это очень выдающаяся певица. С потрясающим тембром. И не смотря на то, что она такая маленькая. Все люди удивлялись, когда видели ее живьем. Говорят: какая же маленькая она, а какой голосище. И песни там «Алия» и «Цвети земля», очень много таких патриотических песен было в то время. Ну, Бог наградил ее таким голосом.

Д. БОРИСОВ: Нет, ну, не смотря на то, что в советское время, может быть, был эффект политкорректности, что надо хотя бы по одному представителю от республики, да и т.д., нельзя отрицать талант. Потому что ну  действительно…

К. ТОПУРИЯ: Что надо было?

Д. БОРИСОВ: По одному представителю от республики.

К. ТОПУРИЯ: А от нас кто был?

А. ПЛЮЩЕВ: Элтон Джон.

К. ТОПУРИЯ: Иверия, наверное. Нани Брегвадзе?

Д. БОРИСОВ: Да, конечно.

А. ПЛЮЩЕВ: Там Тенис Мяги. Но не от Вас, нет, это от них с Запада. Йак Йола. Чепрага.

Д. БОРИСОВ: София Ротару.

А. ПЛЮЩЕВ: Набор. И  он все время из концерта в концерт кочевал. Вот такая дружба народов такая была.

Д. БОРИСОВ: Обязательно, конечно, а  как же.

К. ТОПУРИЯ: Точно я же «Песня года» смотрела. Там же тоже было так представители.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Обязательно. 15 республик. 15 певцов.

Д. БОРИСОВ: Ну, и плюс может быть из России чуть побольше.

К. ТОПУРИЯ: Потому что Россия побольше.

Д. БОРИСОВ: Когда говорят о песне года – одна ассоциация. Я всегда теперь думаю, что студия новостей Первого канала – это студия песни года же некогда. Вот нынешняя большая информационная студия Первого канала построена прямо на том же самом месте. И сцена, на которой сидит ведущая, та самая сцена, на  которой они все пели. И как-то это странно

А. ПЛЮЩЕВ: И когда ты читаешь новости, а Дима иногда читает новости, у него хобби такое. Я думаю. У тебя душа поет, правда.

Д. БОРИСОВ: Абсолютно. Заходишь на сцену, думаешь, я прямо вижу Ангелину Вовк. Все это.

А. ПЛЮЩЕВ: Я вот смотрю когда новости, я в твоих глазах тоже вижу Ангелину Вовк постоянно.

Д. БОРИСОВ: Хочется сказать: дайте мне микрофон, я спою. Извините, мы немножко о своем.

А. ПЛЮЩЕВ: Мы давно не видели друг друга.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ничего, ничего.

А. ПЛЮЩЕВ: Целую неделю, только вот здесь встречаемся. «Седьмое небо», так называется Ваш новый сингл. Что это?

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, это наша новая песня. Мы сейчас хотим презентовать эту песню на нашем сольном концерте.

К. ТОПУРИЯ: Уже?

А. ПЛЮЩЕВ: Новость для Кети только что сейчас была.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Нет, она думала, что сейчас будет петь.

Д. БОРИСОВ: А что мешает?

К. ТОПУРИЯ: Нет, не то, что петь, я думала, Вы будете ставить.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Нет, презентация пройдет 21 числа. До этого времени мы занимаемся ее продакшном. Оформляем обложку. И, кстати, вчера пришел первый …

Д. БОРИСОВ: Кети, не готово еще, не можем поставить, обложка не готова.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Первый эскиз обложки. Я попросил сделать немножко потяжелее, пожестче. И мне художник прислал такую обложку, которую можно группе «Рамштайн».

Д. БОРИСОВ: В последнем их проявлении, имеете в виду?

Б. СЕРКЕБАЕВ: А я вот последний не знаю.

Д. БОРИСОВ: Хороший.

А. ПЛЮЩЕВ: Отличные клипы.

Б. СЕРКЕБАЕВ: А я и не говорю, что плохая. И поэтому я говорю, нет, Дим, чего-то ты немножко палку перегнул. И вот вчера он должен был выслать новые эскизы, но  они почему-то до меня не дошли, завтра мы будем смотреть. И этот диск мы хотим выпустить таким небольшим тиражом – лимитед эдишн. Это будет, наверное, 1500 этих дисков.

А. ПЛЮЩЕВ: А зачем больше. Все равно скачают в интернете.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Абсолютно правильно. И подарить их нашим зрителям, которые придут на наш сольник. Не, знаю, можно говорить об этом, или нет.

Д. БОРИСОВ: Можно, конечно. Нужно.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Поэтому мы всех приглашаем, пользуясь случаем. Приходите на наш концерт в клуб «Б-1», где мы будем презентовать наш сингл «Седьмое небо» и Вы вместе с нами окажитесь на небесах.

Д. БОРИСОВ: А «Б-1» большой ведь клуб. Народу-то много придет. Ну, вместиться может.

К. ТОПУРИЯ: Кстати, реклама не  очень…

Д. БОРИСОВ: Не  очень много.

К. ТОПУРИЯ: Да, в прошлый раз было больше.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Сейчас-то нас слышит, представляешь, сколько людей.

Д. БОРИСОВ: Миллионы. Не влезет теперь даже народ.

А. ПЛЮЩЕВ: Так, ну, гениальный вопрос: страдаете ли Вы звездной болезнью, Вас спрашивают. Это дежурный вопрос от Евгения, который приходит …

Б. СЕРКЕБАЕВ: Даже если кто-то страдает, ответит, что да? Есть такие?

Д. БОРИСОВ: Вот я уже на прошлой неделе вспоминал. Что у нас были гости, которые садились напротив меня и говорили: да, у меня лучший голос в стране. Или да, я лучший оператор клипов.

А. ПЛЮЩЕВ: У меня один человек заявил – я лучший телеведущий. Ну, это давно было, правда.

Д. БОРИСОВ: В прошлый раз что у нас сказал человек? Я…

А. ПЛЮЩЕВ: Она королева была эльфов… Нет…

Д. БОРИСОВ: Она богиня.

А. ПЛЮЩЕВ: Нет, это о Хелависе разговор. Там в хорошем смысле все было. Она же реально королева эльфов, ну, что все нормально.

Д. БОРИСОВ: А ты, Кети, кто?

К. ТОПУРИЯ: Я? Кто я? Певица. Не знаю. Человек. Обычная девушка. Кто я. У которой, по-моему, свиной грипп. Скоро стану свиньей.

Д. БОРИСОВ: И автомобиль припаркован неизвестно где.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Кстати, забыли мы что-то про машину.

К. ТОПУРИЯ: Я не забыла, понимаешь.

Д. БОРИСОВ: Человек сидит, ножкой стучит. Смотрит на часы.

К. ТОПУРИЯ: На ключи.

Д. БОРИСОВ: Позвоните нам, сообщите, стоит там автомобиль, или нет, наши радиослушатели.

А. ПЛЮЩЕВ: Радиослушатели, если Вы увидите, что под Новым Арбатом, под нашим зданием припаркована…

Д. БОРИСОВ: А вот здесь из окна, как ты думаешь, будет видно?

К. ТОПУРИЯ: А отсюда что видно?

Д. БОРИСОВ: Новый Арбат.

А. ПЛЮЩЕВ: А из нашего окна Площадь Красная видна.

Д. БОРИСОВ: Эх, жалко, у нас нет видеотрансляции сегодня. Кети, которая высовывается по пояс из нашего окна.

А. ПЛЮЩЕВ: Это у нас специальное окно такое. Мы всех гостей к нему пригоняем и говорим: посмотрите, как там Ваша машина.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Вы там приклеиваете макеты такие, из картонки вырезаете.

Д. БОРИСОВ: Нет, там все время показывается фильм, несколько машин с мигалками и эвакуаторы.

А. ПЛЮЩЕВ: Сериал такой.

Д. БОРИСОВ: Ролик записали на 40 секунд и все.

А. ПЛЮЩЕВ: Деньги главное в жизни, Кети?

К. ТОПУРИЯ: Мне кажется, не то, что кажется, а я уверена, что не главное. Но когда есть деньги, очень хорошо.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, вот если бы пришлось выступать перед какой-нибудь такой аудиторией, которая тебе совсем бы не импонировала. Тебе не хотелось бы выступить перед, не знаю, заключенными, приговоренными к пожизненному заключению за убийство.

К. ТОПУРИЯ: Тогда мы не будем выступать.

Д. БОРИСОВ: Но они очень денежные при этом, конечно.

К. ТОПУРИЯ: Ну, если много-много платят…

Б. СЕРКЕБАЕВ: Грабители банков, например.

К. ТОПУРИЯ: Это нормальные люди, чего.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Мне кажется, мы бы выступили перед любой аудиторией.

Д. БОРИСОВ: Надо, конечно, работать с аудиторией, воспитывать ее. Надо к себе ее подтягивать.

К. ТОПУРИЯ: Они же не меня грабят, а банки. Чтобы потом нам заплатить. Так что нормально.

Д. БОРИСОВ: Они же с благой целью грабят.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Для искусства.

К. ТОПУРИЯ: Чтобы потом нас слушать.

Д. БОРИСОВ: Вот кто такая Кети. Мы поняли все. Наши слушатели дорогие.

А. ПЛЮЩЕВ: Мне кажется, то нормально для молодой красивой девушки. Какая разница, он же не меня грабит. Шикарно.

Д. БОРИСОВ: «Вы замужем?» – тут задают вопрос.

К. ТОПУРИЯ: Я – нет. Слава богу.

Д. БОРИСОВ: Почему? Мне кажется, все девушки стремятся выйти замуж.

К. ТОПУРИЯ: Ну, я тоже стремилась, когда мне было где-то 20, 19. А сейчас я не хочу.

Д. БОРИСОВ: Т.е. в прошлом году.

К. ТОПУРИЯ: Ну, 2 года назад. 2-3 так вот так. А сейчас не хочу, не знаю, почему. Наверное, все хорошо. А когда все плохо, тогда хочешь замуж. И ждешь чего-то нового. А когда все спокойно, не хочется.

Д. БОРИСОВ: Нравится свобода, или боязнь каких-то…

К. ТОПУРИЯ: Мне кажется, со временем больше ценишь свободу. Чего нет? Чего на меня так смотрите.

Д. БОРИСОВ: Плющев потерял свободу лет 15 назад.

К. ТОПУРИЯ: Поэтому он не может даже свое мнение высказать. Вот свободы у человека нет, потому что он знает, что жена сидит и слушает. И  он даже не может сказать, что да, я с тобой согласен, Кети.

А. ПЛЮЩЕВ: А что сделаешь, конечно.

Д. БОРИСОВ: На лице все написано.

К. ТОПУРИЯ: Шутка.

А. ПЛЮЩЕВ: Сквозь эфир, я боюсь, проступает это на моем радиоприемнике. И приеду. А дома там…

К. ТОПУРИЯ: Вот что я имела в виду.

Д. БОРИСОВ: Предложения делали? Честно.

К. ТОПУРИЯ: Да. Делали. Причем предложения делали такие люди, с которыми у меня отношений особо не было. Я всегда удивляюсь. Вот как можно так делать предложение, причем серьезно, не так чтобы просто, давай. Реально серьезно: выходи за меня замуж Я говорю: слушай, ты чего ку-ку. Я тебя не знаю.

Д. БОРИСОВ: Я сразу себе представляю американский фильм такой, там обычно романтично делают предложение.

К. ТОПУРИЯ: В принципе ответ был примерно такой. Серьезно, потому что мне смешно стало, ну, как так. Через 2 месяца или я его убью, или он меня убьет. Вот зачем так. Вот зачем такие браки?

Д. БОРИСОВ: А это был друг или вообще знакомый случайный?

К. ТОПУРИЯ: Ну, это был поклонник, не то, что знакомый. Ну, поклонник, с которым я могу встретиться в течение года ну максимум 5 раз. Ну, что. И он мне предлагает.

А. ПЛЮЩЕВ: Т.е. у поклонников Кети есть шанс встретиться с ней.

К. ТОПУРИЯ: Ну, не просто поклонник….

Б. СЕРКЕБАЕВ: Поклонник не в том смысле.

К. ТОПУРИЯ: Ну, и творчества он тоже поклонник, конечно. Вот так.

Д. БОРИСОВ: А мне кажется, поклонники творчества и поклонники просто – это примерно одни и те же люди. Нет? Все же взаимосвязано.

К. ТОПУРИЯ: Если ты поклонник творчества Жанны Агузаровой, это не значит, что ты на ней женишься.

Д. БОРИСОВ: Ну, бывают разные примеры.

А. ПЛЮЩЕВ: Если Жанны Агузаровой, может, и нет. А мало ли что.

Д. БОРИСОВ: Ну, потом могут быть и девушки поклонницами. Поклонник и жених – это абсолютно разные вещи. Можно быть поклонником, но не предлагать замуж.

А. ПЛЮЩЕВ: Кстати, о поклонниках, вопрос задает Олег здесь на +7 985 970-45-45. А то что-то мы углубились в микроскопические исследования личной жизни Кети. И вот он спрашивает: «У Вас из-за смены солистов поклонники группы меняются?

К. ТОПУРИЯ: Да.

Д. БОРИСОВ: Откуда ты знаешь?

А. ПЛЮЩЕВ: Т.е. раньше были девочки, теперь мальчики, могу себе предположить.

К. ТОПУРИЯ: Мне кажется, меняются. Я так думаю, когда ты слушаешь группу, например, тебе нравится солист. Когда он уходит, ты, наверное, слушаешь его. Ты же фанат. Ты сам так говорил, Борь.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Что я говорил?

К. ТОПУРИЯ: Ты говорил, что со временем, когда меняются солисты, добавляются новые поклонники.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я согласен, когда что-то меняется, меняются и люди. И не только в музыке, я думаю. Меняются поклонники.

Д. БОРИСОВ: Мы продолжаем очную ставку между Байгали Серкебаевым и Кети Тапурия. Это группа «А-Студио» у нас в  гостях. Программа называется «Попутчики». Я забыл, как программа называется. Чуть не сказал «Аргентум», извините.

А. ПЛЮЩЕВ: Просто нет поезда. Антураж не тот. Ты же привык.

К. ТОПУРИЯ: Какого поезда?

Д. БОРИСОВ: Рассказываю. Вы сегодня опоздали к нам. А мы обычно садимся в поезд, на Вас тоже билеты были куплены. И едем куда-нибудь и  беседуем в поезде. У нас там студия оборудована. Но как выяснилось, что Вы опаздываете, быстро нас в студию пригнали. И все.

А. ПЛЮЩЕВ: Просто на Киевском вокзале, обычно, когда мы уезжаем в 22.10, уже в эфире мы должны быть.

Д. БОРИСОВ: Мы уезжаем обычно в 22, 21.50.

Б. СЕРКЕБАЕВ: И Вы вещаете оттуда под стук колес?

К. ТОПУРИЯ: И сейчас ты им веришь.

Д. БОРИСОВ: Где-то в половину десятого мы там собираемся. Поэтому это нужно подготовиться.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, это смотря, во сколько поезд отходит. Разные поезда.

К. ТОПУРИЯ: Куда Вы отходите то?

Д. БОРИСОВ: Где мы только не были с этой программой.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, в последнее время в основном в Киев, так удобнее.

К. ТОПУРИЯ: Вы хотите сказать, что час Вы едете, едете, а потом оттуда на такси обратно?

А. ПЛЮЩЕВ: Почему, на том же поезде, бывает на самолете, на чем только не ездили.

Д. БОРИСОВ: У нас же там дела, Кети, ты думаешь, мы просто так едем. Мы используем служебное положение в личных целях.

К. ТОПУРИЯ: А если у нас там дел нет…

Б. СЕРКЕБАЕВ: Хорошо, что мы опоздали.

Д. БОРИСОВ: А то увезли бы.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Хотя в Киеве хорошо, вкусно.

А. ПЛЮЩЕВ: Часто мы там остаемся буквально до следующей программы. А потом следующая программа выходит на обратном пути. Очень удобно. Знаете ли. Ну, ничего страшного. Надо иногда и здесь. У меня, знаете ли, очень хорошо, что так сложилось.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Что остался в городе?

А. ПЛЮЩЕВ: Конечно.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Дела, свобода, а жене сказал, что уже уехал.

А. ПЛЮЩЕВ: А то.

Б. СЕРКЕБАЕВ: А у Вас есть такая минусовка поезда.

А. ПЛЮЩЕВ: Нет, к сожалению. И главное не знаем, где взять.

К. ТОПУРИЯ: В интернете.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Я Вам подскажу. У нас такой был звукорежиссер Костя, он оригинальный парень. И у него разные семплеры в телефоне. Звук поезда, самолета.

Д. БОРИСОВ: Так антураж не сделаешь. Стук колес будет и что.

А. ПЛЮЩЕВ: Нужно, чтобы качало тебя. Нужно, чтобы гость, поднимаясь, стукнулся головой о верхнюю полку. Чтобы ударился лицом об столик. Чтобы бутылка упала.

Д. БОРИСОВ: Чтобы чаек принесли.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Ну, это можно все создать.

Д. БОРИСОВ: Да, в общем, можно.

А. ПЛЮЩЕВ: Дешевле, мы долго думали. Дешевле купить билет и поехать. Там все расходы на тарелку, которая присоединяется к окну и все.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Оригинально, конечно.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну. В смысле спутниковую тарелку. Мы сначала простую пробовали.

К. ТОПУРИЯ: Я смысла не вижу, все равно.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, что же, приходите к нам еще раз. С большим удовольствием на поезд. И там собственно, может быть, попробуем уловить этот смысл.

К. ТОПУРИЯ: Давайте лучше на самолет, а куда-нибудь не в Киев, а в Нью-Йорк.

Д. БОРИСОВ: Ах, Кети, а как обратно, на такси поедете? Из Нью-Йорка то? На прекрасном желтом такси.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Нет, на пароходе надо назад. Это целый цикл передач тогда можно будет сделать.

Д. БОРИСОВ: Они были бы в записи, потому что в прямом эфире невозможно выходить.

А. ПЛЮЩЕВ: Под занавес нашей программы. У нас есть еще пара минут? Я привык, что нас вырубают из эфира, когда мы в поезде. А сейчас самим надо ориентироваться.

К. ТОПУРИЯ: Что Вы серьезно что ли из поезда передаете? Я не могу понять.

Д. БОРИСОВ: Ну, посмотри, мы способны обманывать?

К. ТОПУРИЯ: Ну, как Вам сказать, честно или как?

А. ПЛЮЩЕВ: Не то, что способен, а только этим и занимаешься, когда не поешь. Судя по музыке, нету времени. Тогда спрошу: Кирилл спрашивает: а Вы помните свой первый автограф?

К. ТОПУРИЯ: Нет.

Б. СЕРКЕБАЕВ: Нет, не помню.

Д. БОРИСОВ: Кети, а у Вас это примерно с какого возраста началось, автографы? Вы же пели с детства.

К. ТОПУРИЯ: Мои автографы начались примерно с 13 лет.

Д. БОРИСОВ: Ну, тогда действительно не запомнишь.

А. ПЛЮЩЕВ: «А-Студио», сегодня в программе «Попутчики» Александр Плющев Дмитрий Борисов, спасибо, что Вы к нам пришли.

К. ТОПУРИЯ: Спасибо Вам, что пригласили.

А. ПЛЮЩЕВ: Мы в следующую субботу вновь…

Д. БОРИСОВ: Наверное, куда-то поедем. Я не знаю.

А. ПЛЮЩЕВ: А, может, и нет. Чего-то мы давно в студии не были. Я соскучился.

Д. БОРИСОВ: Ну, может быть, посмотрим. Пока.

Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

15 ноября 2009 | 19:20

...прослушали!
...скажу честно..ожидал большего! ..поскольку работы музыкантов больше и ширше того веселого,, трепа,,который мы тут услышали!...
... все-таки не работают у нас промоутеры..в россии, которые заранее лепят образ,который должОн продаваться..!
..и еще мне нравится..вот сейчас наши политики всячески пытаются унизить и спровоцирвоать грузию,а поет кети..и еще раз понимаем- дружить надо, а не глупостями заниматься!..:)).

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире