'Вопросы к интервью
Д.БОРИСОВ: 23 часа и 5 минут в российской столице. Вы слушаете радио «Эхо Москвы», меня зовут Дмитрий Борисов. Александр Плющев шлет вам пламенный виртуальный привет из своего далекого далека. По моими стопам сейчас, судя по инстаграму и твиттеру, посещает Kennedy Space Center во Флориде. Надеюсь, что его там не запустят с каким-нибудь шаттлом никуда. Программа «Попутчики» до полуночи будет здесь, этот прекрасный воскресный вечер согласился провести со мной Василий Соловье. Здравствуйте.

В.СОЛОВЬЕВ: Привет.

Д.БОРИСОВ: Привет, привет. Я так буду на «Вы», ладно, чтобы по-эфирному так вот…

В.СОЛОВЬЕВ: А мне как быть?

Д.БОРИСОВ: Ладно, хорошо, буду на «ты». Василий Соловьев, спортивный комментатор каналов НТВ, НТВ+. А главное, по какому поводу я решил Василия позвать к нам, потому что он еще и кинопродюсер теперь. Ну, «теперь»...

В.СОЛОВЬЕВ: Относительно.

Д.БОРИСОВ: ...это не то, что вчера… Но все равно.

В.СОЛОВЬЕВ: Время бежит. Как будто вчера…

Д.БОРИСОВ: Время бежит.

В.СОЛОВЬЕВ: Как будто вчера и спортивным комментатором стал, а 19 лет я работаю в телекомпании НТВ+. И как-то не ощущаю себя старичком, знаете ли…

Д.БОРИСОВ: 19 лет? Я,в общем, теоретически мог бы сейчас тебе сказать, «вырос на твоих программах». Но…

В.СОЛОВЬЕВ: Если бы у тебя было НТВ+. Если бы ты фанател от какого-нибудь, я не знаю… Маша Шарапова или кто там был…

Д.БОРИСОВ: Ну, в 94-ом году… мне кажется, ты не на НТВ+ только был, но и на НТВ большом…

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, меньше, меньше, на НТВ большом с 2000 где-то года я работаю, с 2001-го…

Д.БОРИСОВ: То есть, сначала — на НТВ+.

В.СОЛОВЬЕВ: Не-не-не, там все запутанно. Просто в 94-ом году, когда только-только начался НТВ, мы сколотили спортивную редакцию, но кто «мы», старшие — сколотили, а мы, щеглы, были на побегушках, такие как Сережа Бабаев, я. Мы тыкали на кнопки, монтировали, работали реакторами, корреспондентами. А потом в 96-ом году начался НТВ+, мы резко все стали ведущими. Вот прямо в один день. Еще вчера не могли себе представить, ну, потому что на НТВ все-таки место для ведущих, это было такое прям, очень недоступное в 90-х годах, и тут вдруг в 7 часов утра 1 ноября 96-го года — бамс! Сережа — Бабаев ведущий! Бамс! Вася Соловьев — ведущий! Такие… И голова сразу — понесла, что делать, что делать… а вот зрители тогда — может себе представить, было у НТВ+ полтора человека, но мы все равно волновались жутко.

Ну, вот, и вроде как, мы уже были при НТВ, но основная пахота началась в 96-ом году, именно на «плюсе», и мы все там, в общем, существовали таким единым коллективом. А в 2000-х годах потихоньку…

Д.БОРИСОВ: Стали дорываться?

В.СОЛОВЬЕВ: ...и на меня хватило эфира, и еще на кого-то, и еще на кого-то, и вот я закрепился как-то так на дне. На дне? На дневном выпуске!

Д.БОРИСОВ: Хорошо, кстати.

В.СОЛОВЬЕВ: На дневном выпуске…

Д.БОРИСОВ: Запомню..,.

В.СОЛОВЬЕВ: ...НТВ спортивном я закрепился, извини.

Д.БОРИСОВ: ...подкалывать коллег.

В.СОЛОВЬЕВ: К тебе не имеет никакого отношения. Вот. И с тех пор — да. Не отказываюсь. Мне как-то нравится. Работы мало, но зато она такая, драйвовая — бамс-бамс-бамс! Все быстро, с точностью до секунды. Вот понимаешь, я еще хочу сказать, когда сидишь на трансляции гольфа на НТВ+, у тебя есть примерно 3-4— часа на то, чтобы растрендеться. Или как, мы когда комментировали с моими коллегами Игорем Швецовым и Оксаной Карась, комментировали как Сочи выбирают, была трансляция, она длилась что-то часов 8., что-то в этом роде…

Д.БОРИСОВ: Я очень хорошо помню эту трансляцию, потому что сам сидел в своем эфире все это время.

В.СОЛОВЬЕВ: Ужас какой-то.

Д.БОРИСОВ: И тоже ждал того же самого.

В.СОЛОВЬЕВ: И вот там такой формат: ты можешь делать все, что угодно, ну, примерно, как у нас сейчас. Час — можно разговаривать о чем угодно. А когда приходишь, и тебя люди буквально насилуют тебя за лишние 5 секунд, которые ты куда-то что-то… Да, ну что… Дайте мне сказать не «М.Шарапова», а «Мария Шарапова», ну, что такое 5 секунд, казалось бы… Нет, они потом за мной гоняются по коридору… «Вы перебрали, зачем Вы это сделали… Ну, вот опять Соловьев пришел, конечно, плюс 15 секунд» Да у меня все точно написано! Нет, Ну, вот так. Я получаю от этого какую-то развлекуху, чтобы закончить точно секунда в секунду, чтобы все были довольны.

Д.БОРИСОВ: А сколько длится спортивный выпуск?

В.СОЛОВЬЕВ: В выходные — 2, в будни — 3. и периодически, если, не дай бог, что-то важное, то нас, конечно же, сокращают, потому что мы же затычка.

Д.БОРИСОВ: 2 минуты, не дают разгуляться…

В.СОЛОВЬЕВ: 2 минуты, еще туда всандаливают иногда рекламу.

Д.БОРИСОВ: Сейчас если мои спортсмены слушают, меня тоже вспоминают недобрым словом, потому что конечно…

В.СОЛОВЬЕВ: Мои спортсмены — это хорошо.

Д.БОРИСОВ: Звучит…

В.СОЛОВЬЕВ: Вассалы. Такие…

Д.БОРИСОВ: Почему — вассалы? Наоборот, прекрасные коллеги, перед которыми мне безумно стыдно всегда, а когда перебираешь сам, и, конечно, что на слет первое? Сразу обращаешься к коллегам — так, чем будете жертвовать?

В.СОЛОВЬЕВ: Вот, встретились, что называется, две стороны этого эфира — политический эфир и спортивный эфир. И есть о чем поговорить.

Д.БОРИСОВ: Есть о чем поговорить. Кстати, вы можете к нам присоединяться легко, во-первых, можете на Василия посмотреть, если вдруг не помните по каналу НТВ, как он выглядит, вы можете зайти на сайт «Эха Москва» www.echo.msk.ru, и при помощи сетевизора посмотреть на него прямо сейчас. Вот эта камера без красного огонька, но работает…

В.СОЛОВЬЕВ: Что же вы мне не сказали, я бы оделся как-нибудь посимпатичней.

Д.БОРИСОВ: А там такое качество, что, в принципе, не HD. Пока не HD. Но можно разобрать, что сидит мужчина.

В.СОЛОВЬЕВ: С тем же успехом можно было Василия Уткина позвать, я понял.

Д.БОРИСОВ: Нет, разница была бы заметна, Вася. И еще работает наш смс-приемник на номер +7-985-970-4545, самый короткий в мире смс-номер, вы можете скидывать свои сообщения, вопросы, пожелания, все, что угодно. Кстати, тут первый вопрос мне понравился. Почему телевидение, Василий? Я не могу пройти мимо него. 94-й, ты сказал, год, сначала? Ты пришел…

В.СОЛОВЬЕВ: Там вообще такая смешная вещь. Я вообще вырос на телике, так получилось…

Д.БОРИСОВ: Я так понимаю, судя по году выпуска из Университета, что сначала было телевидение, а потом — было образование.

В.СОЛОВЬЕВ: Все было задом наперед. Когда я в свое время пытался получить… а, пытался поступить, пардон, не то, что получить, пытался поступить в Академию физкультуры, тогда она так называлась, человек, который принимал документы, он долго не мог понять, вот, все-таки, что же происходит в этом… потому что там сначала — школа, потом — музыкальное училище, потом — армия, потом — опять школа, ну, потому что перед музыкальным училищем я, в общем-то, закончил, как это полагается, 8 классов, или там 9 получилось, все ж менялось, начало 90-х годов…

Д.БОРИСОВ: А нужно было доучиться

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, и нужно было получить какое-то среднее образование. А в музыкальном училище учиться больше не хотелось. Потому что армия влезла в середину музыкального училища — нас забирали тогда всех. Просто косилово было… кого-то забирали в Театр Советской Армии, кого-то в оркестры, мне повезло, я оказался в ЦСКА, работал там аккомпаниатором в гимнастике. Ну, и потом нужно было опять — среднее образование. Я пошел экстерном сдал эти школьные экзамены, для того, чтобы уже развязаться, чтобы был диплом этот, аттестат зрелости, хоть какой-нибудь. И он, этот мужчина в приемной комиссии, он сказал — какая у Вас интересная, Василий, жизнь. Поэтому я предлагаю не разбираться в том, откуда пошло…

Д.БОРИСОВ: Да ладно, это самое интересное всегда, потому что…

В.СОЛОВЬЕВ: С телевидением — я могу сказать, что к чему.

Д.БОРИСОВ: Да, как так получилось? Мимо Останкино проезжал, как любят говорить все великие… «Я шел мимо, потом смотрю — на пруду кастинг».

В.СОЛОВЬЕВ: Понимаешь, я в принципе, на телевидение ходил как к себе домой с детства, потому что у меня там работала мама, у меня там работала тетя. Тетя моя родная — музыковед, и делала музыкальные программы когда-то и на Гостелерадио, потом — на «Культуре», на ТВЦ, короче, где только ни делала. И я в них тоже участвовал. Что-то играл все время, куда-то ехал, на какие-то гастроли вместе. А мама работала в спортивной редакции всю жизнь. Я в этой спортивной редакции, ну, вот, со скольких лет? Не знаю… С 10. или есть фотография, как у всей спортивной редакции утренник детский, все дети сидят, и нам показывали какие-то мультфильмы. Ну, естественно, когда вся редакция в 93-м году с ВГТРК-Арены, или тогда РТР она называлась перешла на НТВ, там и Анна Дмитриева, и моя мама, и Алексей Бурков.

И вот мы пришли, такие молодые и смешные, опять же с тем же Серегой Бабаевым, нам было по скольку лет? По 17? по 18? мы сидели за компьютерами, что-то переводили, Серега титры двигал, я переводил тексты, потому что я с английским был на «ты», я спецшколу закончил. Ну, и, в общем, нам оттуда было не вырваться, потому что работы было просто море, и мы так и остались там. Вот и вся история. Просто мне это понравилось. Были люди, которым это не понравилось. Они приходили, что-то нудели, уходили. А я как-то влился. Я в 94-ом году сильно запал на гольф, а потом в 97-ом сильно запал на фигурное катание — и уже все. Все стало ясно. Я два года работал когда на телевидении, я был уверен еще, что мне это не нужно, я был уверен еще, что я вернусь в музыкальное училище, сейчас доучусь…

Д.БОРИСОВ: А это просто, так, денег заработать?

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, это такое времяпрепровождение веселое, куда-то сюжеты снимать, общаться с интересными людьми. Представляешь, я до этого момента все время сидел только за роялем. Вообще ничего другого не делал. Ну, учился в спецшколе и сидел за роялем. Я даже не гулял толком, у меня не было, как любят говорить, не было детства. Но я не пил, не курил, не шаландался нигде, не шворкался, то есть, был прилежным мальчиком. И тут вдруг — поездка, с микрофоном, куда-то в злачное место. НТВ. Скандалы, интриги, расследования. 94-ый год.

Д.БОРИСОВ: Это было за 10 лет до.

В.СОЛОВЬЕВ: Не важно, я уже ощущал веяния.

Д.БОРИСОВ: Зачем тогда… как тогда возникла идея пойти получать образование? Не хватало? Чувствовалось, что хочется?

В.СОЛОВЬЕВ: Да, просто заставили. Мама и бабушка. С ними невозможно было договориться, сказали, что нужно идти. Дело в том, что когда все только начиналось в 93-ем году, в 94-ом, я шел поступать вообще-то на журфак, то тогда был такой смешной перекос, сейчас он уже исправляется, тогда был перекос, НТВ был куда более крутым институтом, чем любой вообще журфак. И конечно же, такие, немножечко раздобревшие ребята, и корреспонденты, и редакторы, говорили -ну, ты, конечно, иди, ну, ты ж понимаешь, что всему, чему тебе нужно научиться, ты научишься только здесь. Пропускай мимо ушей! Я так думаю — ну, действительно, что идти-то? Я бы и не пошел, но вот мама с бабушкой сказали, что вот, либо ты идешь, либо можешь домой не приходить, а это было важно, кстати, для меня, чтобы приходить домой, я очень хороший сын и внук, я люблю приходить домой, чтобы меня любили.

Д.БОРИСОВ: До сих пор?

В.СОЛОВЬЕВ: До сих пор. Мама, ты слышишь меня, але! Я люблю тебя, ну, вот так.

Д.БОРИСОВ: А как возник филфак? Или я что-то путаю, я вот сейчас смотрел, пытался понять, что с образованием, получилось, что поступил на журфак, а вышел из филфака.

Д.БОРИСОВ: Да очень просто, это все на каких-то ощущениях, на каких-то движениях, давайте туда, давайте сюда, может тебе вот здесь интересней, а потом, все же зависит от того, как ты себя чувствуешь в той среде, в которую ты попал. Туда, куда я попал, мне там было не очень комфортно. Я решил перевестись. Я вообще все время очень много двигаюсь. Нереально много двигаюсь в своей жизни, когда мне что-то вдруг некомфортно. Если мне некомфортно вдруг в каком-то бизнесе, а его много разного мелкого, такого, сякого, я прям могу резко это дело обрубить. Вне зависимости от того, есть там приход, нет прихода. Знаешь, я сначала сомневался в том, правильно ли вообще это делать или неправильно. Вот так вот рвать. Потому что, когда я ушел из… вот я закончил служить в ЦСКА, я больше не видел этих людей, никого, с кем я там провел полтора года. Потому что я сказал себе, все, я зачеркиваю эту страницу, я не хочу больше туда ходить. Или когда я закончил учиться в музыкальном училище, я тоже, в один прекрасный день жизнь изменилась, я стал заниматься другими вещами.

В какой-то момент я об этом очень сильно пожалел, почему, потому что я встретил одного парнишку где-то то ли на концерте, то ли возле общежития консерваторского, и он мне сказал — а ты знаешь, что завтра похороны твоего педагога? Я подумал, да что же я за человек, я с тех пор, как я ушел, я своего педагога ни разу не видел. Я пришел на эти похороны, мне было жутко грустно, я подумал — наверное, так нельзя делать, наверное, нужно быть более внимательным, и так далее. Потом, через какое-то время, один мой большой друг и в какой-то мере даже родственник, он меня… он был женат на моей сестре и развелся… он мне показал, что нет, все-таки нужно двигаться вперед, если какие-то вещи тебе мешают, нужно их рвать, если ты хочешь стать актером, будь актером, хочешь быть бизнесменом, будь бизнесменом, если тебя что-то тяготит — не останавливайся ни в коем случае. Вот поэтому так много всяких разных перемен в моей жизни. Смирись с этим.

Д.БОРИСОВ: При этом перемен много, а с теликом никак порвать не удается?

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, я даже не знаю, стоит ли об этом говорить или нет, но мы с 94-го года, вот этот вот костяк, который образовался тогда в редакции спортивной, целых 20 человек, они практически все там, до сих пор, несмотря на то, что на НТВ+ сейчас работают сотни человек, а, может быть, даже вместе со всеми каналами и техническими службами, может и тысячи, точно не знаю, но вот этот вот костяк, ну, кто-то безусловно к сожалению ушел, Евгений Саныч Майоров ушел из жизни, Алексей Иванович Бурков, к сожалению, тоже. Но вот этот костяк вокруг Дмитриевой, наш директор Чуковский, Вася Уткин — вот мы как семья. Я пришел ку ним года 4 назад, когда у меня продюсерская деятельность начала шевелиться, мы сняли тогда «Россию-88», планировали еще снимать какие-то вещи, еще. Я говорю, слушайте, но вы не удивляйтесь, что если вдруг, через годик-другой я начну какие-то движения в сторону, я бы хотел подготовить для себя смену, на трансляции… Сказали — чего? Куда? Куда ты собрался? Мне даже как-то в этот момент стало неудобно, я говорю — да, не, не, ребята, до Олимпийских Игр 2014 года в любом случае  — никуда, а там посмотрим. Мы посмотрим еще, куда чего.

И ты знаешь, жизнь — смешная штука. В тот момент, когда я, наверное, вот эта вот планка «я хочу передвинуться куда-то дальше», дошла, предположим, процентов до 80, в отношении моей телевизионной нынешней жизни, вдруг вскрылись какие-то новые обстоятельства, что-то снова стало интересно. Оказывается, продюсерскую деятельность можно совмещать с комментаторской, и я теперь делаю какие-то проекты, я пробовал делать проекты про танцы, про гольф, про фигурное катание, сейчас вот посмотрим, что будет новая какая жизнь у нашего канала НТВ+, потому что Спорт+ сейчас вошел в мультиплекс, и мы там хотим очень живо производить работу над рейтингом.

Д.БОРИСОВ: Осваиваешь эфир, короче? Во всех направлениях?

В.СОЛОВЬЕВ: Оказывается, везде интересно… В любом случае, я говорю, я до 14-го года просто бы не ушел чисто по семейным обстоятельствам, потому что это некрасиво. Ну, кто будет, скажи, кто будет комментировать фигурное катание? Ну, кто? Вот и я не знаю, я не знаю. Я имею в виду — на НТВ+, конечно. Никто не знает.

Д.БОРИСОВ: Тут продвинутые наши слушатели…

В.СОЛОВЬЕВ: Это, представляешь, это был всего лишь один вопрос, почему телевидение. Задавайте ваши вопросы.

Д.БОРИСОВ: Мне очень нравятся такие гости, Вась, мне нравится, когда человек.. когда я могу просто слушать, быть слушателем тут. Спрашивают, какой-график у спортивных комментаторов? Обычно телевизионные люди славятся тем, что у них такие, не очень стандартные режимы работы, тут все меня мучают, почему это неделя через неделю, как это так, как это так все живут… А спортивные комментаторы как живут?

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, если просто спортивный комментатор, то ты живешь довольно-таки спокойной жизнью, потому что ты обычно допоздна задерживаешься, на работе или на каких-то соревнованиях, потом у тебя есть утром возможность поспать, придти в себя, если ты просто комментатор.

Д.БОРИСОВ: Каждый день работаешь? То есть, что с  выходными?

В.СОЛОВЬЕВ: Как комментатор?

Д.БОРИСОВ: Да.

В.СОЛОВЬЕВ: Нет, это я сейчас рассказываю чисто про комментатора. Так как я не чистый комментатор, то у меня немного другой режим. Но, смотрите, футбольные комментаторы раньше, на советском телевидении, на Гостелерадио, что у них там, раз в неделю была трансляция, ну, максимум, и они вот жили от нее до нее. И что было между, ну, не знаю, новости они какие-то вечерами читали, в 21:00, на программе «Время». Сейчас у ребят по 3-4 трансляции в неделю, иногда бывает так, что утром что-то откомментировал, вечером что-то откомментировал. У них есть четкое расписание. Особенно загруженные футболисты. Если у нас у кого-то такой вид спорта, что редко он случается, ну, какой-нибудь пляжный волейбол, то этот человек работает кем-то еще. И обычно, даже обычно это все наоборот, изначально этот человек работал кем-то еще, и в процессе он еще и вливался в комментаторскую деятельность. Потому что мы там все, я уже говорил, сидим там 20 лет, и за эти годы… собирался коллектив совершенно другой, у нас, например, два секретаря у нас стали в итоге режиссерами. Водитель у нас стал режиссером. Потому что они вливаются. И это в Останкино же, вообще обычная вещь, вон, помнишь, там был один милиционер стоял на входе… я серьезно! Он потом работал редактором где-то. А парнишка, который работал вот в этом кафе при первом подъезде, центральном подъезде, он потом тоже редактором на НТВ работал, я это все видел прекрасно.

Д.БОРИСОВ: Да, я знаю наших сотрудников службы безопасности, которые становятся ассистентами режиссеров.

В.СОЛОВЬЕВ: А Денис Косинов, который стоял в оцеплении в 93-м году, в солдатском, и за это время успел познакомиться с один человеком из Телецентра, какой-то техник, тот ему потом по дружбе выписал на неделю пропуск. Такие, помнишь, декадные были пропуска, он за эти 10 дней умудрился…

Д.БОРИСОВ: Как-то они раньше просто выписывались, сейчас…

В.СОЛОВЬЕВ: Да, тогда вообще налево-направо… Сейчас невозможно. И он влился в нашу редакцию тогда, вообще просто с улицы, можно считать. Поэтому… к чему я говорю? К тому, что вот мы там все друг друга замещаем, работаем на нескольких должностях. Но вот у меня сейчас три направления: это трансляции гольфа, фигурного катания, иногда — бильярда, иногда — прыжков в воду, иногда и кое-какой акробатики, танцев и еще что-то, это так звучит, что много, на самом деле это не чаще раза в месяц получается, новости каждую неделю по несколько дней в зависимости от того, по сколько человек работает, заняты или не заняты, остальное — это продюсерская деятельность.

Если это проект какой-то, как, например, мы делали «Давайте танцевать» проект, то меня просто не было, вообще, меня дома не было. У меня, правда, тогда и дома не было, потому что так получилось, что мне пришлось съехать со съемной квартиры, а в другую я еще не въехал, потому что там был ремонт, и я, ну, реально, я приходил… я все монтировал сам, я все делал сам, я приходил где-то… я точно сейчас скажу — я в 10 утра приходил домой, потому что в 9 мне нужно было этот материал сдать. Я его сдавал, в 10 я приходил домой, несколько часов я спал, после этого просыпался и отправлялся уже опять на съемки и на монтаж, и все это заканчивалось опять где-то в 9-10 утра.

Вот такая была жизнь. Иногда ты работаешь, работаешь, вроде как в нормальном режиме, а потом вдруг — бац, вторая смена, фигурное катание по ночам. Я однажды заснул на трансляции фигурного катания посреди фразы. И оно выбивает сильно, ты когда вот это вот… Или гольф, «US open» был, ночные трансляции, заканчиваются в 5 утра, и ты уже…

Д.БОРИСОВ: Всегда можно сделать вид, что отключился микрофон.

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, можно, да…

Д.БОРИСОВ: Технические неполадки.

В.СОЛОВЬЕВ: Лучше, конечно, одному не оставаться в этот момент, чтобы все-таки с тобой кто-то был, там, друг друга пихаем, Red Bull пьем, еще что-то… поэтому режим, его просто нет, он стихийный, он зависит от того, какие трансляции, когда, сколько их, есть проект, нет проекта. Иногда бывает так, что я могу сказать так, на следующей неделе, кстати, я просто беру и уезжаю. И все. Никому ничего не говорю. Ну, потому что все раз — и разгреблось куда-то. Мы не оформляем какие-то отпуска, еще что-то.

Д.БОРИСОВ: Никто не говорит? Какой любимый, кстати, вид спорта?

В.СОЛОВЬЕВ: Посмотреть или поиграть?

Д.БОРИСОВ: Комментировать.

В.СОЛОВЬЕВ: Покомментировать?

Д.БОРИСОВ: Я бы сказал так.

В.СОЛОВЬЕВ: У меня любимые мои были комментарии, это бильярд вместе с Александром Алфимовым. Мы ночью на НТВ делали такие трансляции. Я тебе честно хочу сказать, что зрители писали нам тогда на сайте НТВ всякие разные послания, и там был форум. Большинство были уверены, что не только мы принимаем какие-то препараты, но и, более того, что руководство нашего телеканала специально осваивает такую вот аудиторию, которая ночью любит что-то такое, расслабляющее принять, и мы специально для них работаем. Но на самом деле, я вам клянусь, вообще даже Red Bull-а не было, потому что это было все в записи.

Д.БОРИСОВ: Это какой год?

В.СОЛОВЬЕВ: Сейчас я скажу… Это было лет 5 назад, я думаю, 2005, ой, блин, это уже 8...

Д.БОРИСОВ: А что-то было и до этого было такое же, потому что я помню, у нас с Сашей Плющевым был эфир, тут не один час, а шесть…

В.СОЛОВЬЕВ: Шесть…

Д.БОРИСОВ: Шесть часов, да, прекрасный был ночной эфир. Он начинался примерно также, заканчивался только под утро. Иногда в 5 утра, иногда — в 6. все было хорошо. На третий или четвертый час уже было очень хорошо, при этом тоже, опять-таки, не было ничего, кроме чая и воды, действительно, чистая правда, но в какой-то момент ты начинаешь ловить такую волну забавную и от слушателей, которые… они-то позволяют себе все. И мы как раз тоже, как-то на небольших паузах, в перерывах включали в том числе и НТВ+, я помню — спортивная трансляция ночью, это единственное, что позволяет тебе ощутить, что есть кто-то живой. Новостных каналов тогда не было наших, а включаешь трансляцию, вроде — кто-то играет, вроде написано, что прямой эфир, ты в это веришь, и думаешь, да, кто-то еще не спит без 15 4 утра понедельника. И тоже иногда так вслушиваешься и думаешь, а эти люди, они там что делают? У себя в аппаратной?

В.СОЛОВЬЕВ: Давайте объединяться! Дружить домами, меняться эфирами!

Д.БОРИСОВ: тут мне еще напоминают, что были люди, которые попробовали телевидения, им не понравилось, в том числе поминают Плющева, ему сейчас икается, наверное, на мысе Канаверал, что он тоже работал на НТВ шеф-редактором…

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, еще раз нужно обязательно оговориться, что у меня телевидение не в чистом виде. НТВ+ — это не телевидение в чистом виде.

Д.БОРИСОВ: Да ладно!

В.СОЛОВЬЕВ: Это своя…

Д.БОРИСОВ: ...маленькое, большое ли — не важно.

В.СОЛОВЬЕВ: Да, маленькое, семейное, у нас нет ни дрязг, ни скандалов, ничего, и она какое-то из-за этого обилия спорта, какого-то безумного, оно не то, чтобы чистое, оно… господи, какое же оно… оно понятное, что ли, или там невозможно ничего намутить с этим результатом: вот как сыграли, так и сыграли. Там нет никакой ни хитрости, ничего. Я об этом. А что касается НТВ, то я там чисто приходящий такой гость. «Здравствуйте, новости спорта». Вжиг-вжиг-вжиг…

Д.БОРИСОВ: Как-то сейчас в твоей вот этой речи чувствуется такая немножко, ну, что ли, отношение к коллегам…

В.СОЛОВЬЕВ: Открещиваюсь?

Д.БОРИСОВ: Да. Такое…

В.СОЛОВЬЕВ: Очень наоборот, очень уважительное, потому что, да… Я тебе более того скажу, у вас, у федеральных каналов, у вас там реальная работа и реальная пахота, и вам реально… на вас лежит огромная ответственность. На нас — никакой ответственности не лежит, если вдруг ты так подумал.

Д.БОРИСОВ: Ну, хотя бы на те две минуты, на тебя ее возлагают.

В.СОЛОВЬЕВ: Там… ну, что можно накосячить за две минуты?

Д.БОРИСОВ: Чтобы накосячить достаточно 15 секунд.

В.СОЛОВЬЕВ: Да еще и спортивных новостях. Особенно, когда ты сидишь на них уже 10 лет. Уже ничего не возможно. Ну, то есть наперед знаешь все. И кто как приехал, и кто как приедет, и кто кому чего забил, и так далее.

Д.БОРИСОВ: Передайте Василию, — мне пишут, — что когда работаешь и учишься, учеба не считается, потому что наверняка заочно все было и вечером.

В.СОЛОВЬЕВ: Да, спасибо.

Д.БОРИСОВ: Это было заочно?

В.СОЛОВЬЕВ: Да, да, не считается. Я, кстати, и не претендую. Спасибо. Я вообще себя не очень…

Д.БОРИСОВ: Я думал, сейчас расскажешь, как ты совмещал…

В.СОЛОВЬЕВ: Нет

Д.БОРИСОВ: ...как с утра…

В.СОЛОВЬЕВ: Нет, у меня была очень смешная жизнь, когда я был студентом. Я очень сильно вообще-то был раздолбаем, очень сильно. Я до 27, наверное, лет был раздолбаем, представляешь? Я не был студентом уже в тот момент, но мне, честно говоря… я не был ни карьеристом, ни человеком, который пытается заработать денег. Я впервые вообще об этом задумался где-то в 25-26-27 лет. Вот так вот. Я не помню точно, где-то в начале 2000-х.

Д.БОРИСОВ: А у меня наоборот, представляешь?

В.СОЛОВЬЕВ: До этого момента я мог… В смысле — наоборот? До 27 ты только об этом и думал? А сейчас ты, наконец, ты задумался об искусстве?

Д.БОРИСОВ: Мне как-то вот хотелось, я помню — отводил 9 утра на Первом канале тогда, и в 9:15 — 9:20, когда эфир заканчивается, я там, быстро снять грим и бегом в Университет, чтобы успеть хотя бы на вторую пару. И потом поспать на пятой. Но это все было, и я как-то старался не пропускать. Сейчас бы, наверное, пропускал.

В.СОЛОВЬЕВ: Да, а я вот был тогда именно вот такой, пропускальщик. Пропускной.

Д.БОРИСОВ: Представляешь, 30 минут говорим, еще ни разу не заговорили, например, о Московском Международном Кинофестивале. А когда я увидел, что в программе ММКФ есть фильм продюсера Василия Соловьева. Я там просто листал русскую программу, я, конечно, к этому был готов после «России-88», где с Павлом Бардиным вы тоже отличились. Что за новое кино? «Репетиции» называется. Что это?

В.СОЛОВЬЕВ: Новое во всех отношениях…

Д.БОРИСОВ: Художественный фильм, может быть?

В.СОЛОВЬЕВ: За эти 5 лет, что прошли вот с того года, 2008, когда мы снимали «Россию-88», поменялось вообще все: и мировоззрение, и отношение, и окружение, то есть вообще все. Могло бы показаться, что первая попытка продюсерская, вторая… но, на самом деле, что два совершенно разных человека. Не буду говорить, что было 5 лет назад, уже настолько далекая история, а сейчас — расскажу, вот сейчас что происходит. Мы с моим товарищем, с которым мы учились раньше в музыкальном училище, его зовут Юрий…

Д.БОРИСОВ: Там вы познакомились?

В.СОЛОВЬЕВ: Не то слово. Познакомились — мягко сказано. Дружили. Он дул в трубу, я бил по клавишам. Мы решили, что вот ничем другим мы не хотим заниматься, кроме как кино. Почему? Потому что нам кажется, что все остальное — это суета. Потому что Юрий успешный бизнесмен, у него достаточно средств, для того, чтобы жить в свое удовольствие, я просто занимаюсь любимым делом, всегда, и в корысти меня подозревал только один человек в этой жизни, и я по-прежнему хочу ей сказать — ты была неправа. Она знает, кто это. И мы решили, что это будет кино. И мы начали искать людей, которые бы нам помогли это кино снять. И знаешь, за эти три с лишним года, что мы этим занимаемся, мы перебрали такое огромное количество реально талантливых людей, каждый из которых мог бы за это время снять кино на наши деньги. Но им это было не нужно. Им было нужно все, что угодно, им было нужно просто переписывать сценарий по 10 раз, ну, видимо, искать какую-то соль, правду, не знаю, вместо того, чтобы просто попробовать снять хоть что-нибудь.

Д.БОРИСОВ: Послушай, у вас тупо были деньги?

В.СОЛОВЬЕВ: У нас не тупо были деньги.

Д.БОРИСОВ: Не важно, были.

В.СОЛОВЬЕВ: У нас они по-прежнему есть. Благодаря тому…

Д.БОРИСОВ: Когда я буду снимать кино, я знаю, куда обратиться.

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, вот, их пока не так много, но их будет больше, да. Им нужно было ходить по митингам, им нужно было петь в музыкальных коллективах, им нужно было заниматься чем угодно, я тебе клянусь. Это просто огромнейший спектр вещей. Они отказывались, они мурыжили нас, они вели себя красиво или некрасиво, их было много. Пока в этой компании прекрасных людей не объявился человек, который сказал — а я сниму. И не просто мы его уговаривали, а она нас уговаривала и заставляла все время двигаться вперед. Это девушку зовут Оксана Карась. Мы с ней работали раньше на НТВ+. Она комментировала синхронное плавание. А потом она училась во ВГИКе, она стала режиссером, она написала сценарий…

Д.БОРИСОВ: То есть, тоже решила поменять жизнь?

В.СОЛОВЬЕВ: Да, вот и этим она мне тоже дико симпатична. Она двигается вперед, не останавливается. И она сняла кино, пока все остальные говорили, что мы то сделаем, это сделаем, она сняла. Да, у нас были опять, естественно, дикие условия, пока что мне еще не удалось ни разу выйти на какие-то нормальные условия временные в своих проектах, может быть, в этом есть и моя вина, может быть просто жизнь такая, может быть, вообще всегда так получается, у нас было очень мало времени на подготовку, мы скакали галопом по Европам, но мы это сделали. Этот фильм называется «Репетиции». Многие в этом фильме работали бесплатно, включая меня как актера.

Д.БОРИСОВ: Вот почему деньги сохранились…

В.СОЛОВЬЕВ: Сохранились, да. Некоторые, прочитав сценарий, просто говорили — да, я готов вот в этом участвовать не за свой регулярный гонорар, а за деньги намного меньшие. И когда мы людям все-таки приносили деньги, потому что у нас все-таки был кое-какой бюджет, когда мы людям приносили деньги, они говорили — ребята, реально спасибо, мы думали, вы ничего нам не принесете. Ну, потому что это не принято, в обще-то, даже особо париться по этому поводу. Мы сняли кино, оно называется «Репетиции», это дебют для Оксаны полнометражный, и это фильм, в котором мы позволили ей высказаться по полной программе, так, как она сама того хотела. Мы ей не мешали, и мешать не будем. Но! Это не продюсерское кино, и мы знаем, конечно, что следующий наш проект будет гораздо более продюсерским, наверное, более коммерческим, потому что нам нужно было выйти с хорошим кино к публике и к профессионалам. Ну, кто мы? Никто нас знать не знает. Сейчас нас знают, что мы сделали кино на свои деньги, мы готовы в это инвестировать, мы не хотим у кого-то что-то отвинтить, чтобы купить себе какую-то машину, или там квартиру, и уехать отдыхать на полгода. Нет. Мы хотим вложить свои деньги и продолжать работать.

Д.БОРИСОВ: Василий Соловьев в программе «Попутчики» сегодня. +7-985-970-4545. ну, просто так было пафосно, нельзя было чуть его не разбавить.

В.СОЛОВЬЕВ: Мама мне написала смс.

Д.БОРИСОВ: Слушает?

В.СОЛОВЬЕВ: Да.

Д.БОРИСОВ: Привет передаю маме.

В.СОЛОВЬЕВ: Говорит — не говори «блин».

Д.БОРИСОВ: Да, нам всем нужно от этого отучаться. Смотри, если вы предлагали деньги огромному количеству людей, говоришь, люди некоторые отказывались, не хотели снимать или что-то не получалось? Ну, вот нашелся человек, который захотел снять. Это что было? Ваш просто фетиш — хочу снять кино?

В.СОЛОВЬЕВ: Нет, это был целенаправленный поиск проекта. Мы решили. То есть, у нас был вариант — либо мы занимаемся каким-то бизнесом, далеким от кино, либо кино. Мы могли заняться…

Д.БОРИСОВ: Но не продюсерское в итоге получилось кино, то есть не очень коммерческое, то есть деньги потрачены, но…

В.СОЛОВЬЕВ: Да, но потому… почему… потому что, если…

Д.БОРИСОВ: Захотелось потратить деньги?

В.СОЛОВЬЕВ: Мы хотели изначально делать коммерческое кино, более коммерческое кино. Но оно не выходило по многим причинам.

Д.БОРИСОВ: Мне кажется, что очень многие люди, которые приходят в кинопродюсерство, я просто знаю несколько человек таких, у которых это тоже стало мечтой жизни, и которые пошли целенаправлено туда вот, туда, как выясняется потом, тратить деньги, потому что раз проект, два проект, три… кажется, что вот, вот, вот… а деньги все только… Ты готов их тратить все время, а не зарабатывать?

В.СОЛОВЬЕВ: Я таких людей тоже знаю, их не так много, они мега богатые, вот те, которых я знаю, и для них это такая возможность меценатства своеобразная…

Д.БОРИСОВ: Но все-таки…

В.СОЛОВЬЕВ: И я знаю, кто эти деньги тратит. Вот этих людей. Это как раз те люди, которые потом покупают автомобили, квартиры и куда-то едут. Вот у нас с Юрой, так как у меня нет желания за Юрин счет купить автомобиль, по крайней мере, потому что у меня есть свой, как минимум, у нас с Юрой как раз тот тандем, когда я знаю, как тратить, чтобы не тратить много, а у него есть, что тратить, и мы вместе сделаем рано или поздно тот коммерческий продукт, который обретет своего зрителя. Для этого, я тебе честно хочу сказать, для этого многое должно поменяться. Во-первых, в чистом виде коммерческий продукт у нас делает только одна кинокомпания, насколько мы знаем, это Enjoy Movies, которая делает фильмы, которые, я не думаю, что создатели этих фильмов показывают их своим мамам, папам, и так далее. Потому что стыдно.

Есть фильмы, которые получают огромное количество денег, сборов в кинотеатрах, и практически ни один из этих фильмов не окупился, это если чисто по бизнесу идти, их окупились единицы. Приличные фильмы, я имею в виду такой, как «Легенда 17», «Высоцкий» и так далее. Потому что они не окупаются при затратах 15-20 миллионов долларов, это нужно собрать в 2,5-3, желательно — еще больше, раза больше. А это в нашем прокате практически невозможно пари том количестве кинотеатров и качестве кинотеатров, которое у нас есть. И поэтому, все эти проекты существуют при очень большой доле государственного финансирования. Соответственно, если мы хотим просто зарабатывать на кино в нашей стране, либо мы должны получать деньги у государства, либо безвозвратно у меценатов, либо ждать, пока что-то изменится. И работать на то, чтобы что-то изменилось. Я считаю, что что-нибудь изменится. В ближайшие лет 5-10.

Д.БОРИСОВ: Но как-то же получается у мировых мейджоров, которые прокатывают здесь свои ленты очень часто лучше, успешнее, чем на родине, и от сюда снимают кучу денег. Почему получается?

В.СОЛОВЬЕВ: Так и редко получается, чтобы больше, чем на родине, это у кого…

Д.БОРИСОВ: Есть примеры. Боюсь сейчас соврать, потом найду тебе…

В.СОЛОВЬЕВ: Вот здесь включается менталитетная такая вещь, когда приходится бороться с тем, что российский фильм еще не просто его нужно разрекламировать, а людям нужно объяснить, чтобы они поверили, что их в очередной раз не обманывают, что если они придут на российское кино…

Д.БОРИСОВ: Да ладно, хорошее сарафанное радио, если хороший фильм реально снять и показать, то все-таки идут.

В.СОЛОВЬЕВ: Это на кого пошли-то? По сарафанному радио? Так, чтобы нормально собрать из хороших фильмов?

Д.БОРИСОВ: Нет, не знаю, как собирают, потому что я вижу, что еще очень непрозрачная система самих этих кассовых сборов, когда тебе пишут какие-то цифры…

В.СОЛОВЬЕВ: Другой разговор.

Д.БОРИСОВ: ...не очень понятно, откуда они их берут. Я чуть-чуть попытался, очень по верхам в это вникнуть, понял, что темный лес.

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, вот какой ты последний фильм смотрел, чтобы понравился?

Д.БОРИСОВ: Русский?

В.СОЛОВЬЕВ: Да. Русский-перерусский.

Д.БОРИСОВ: Прям, чтобы очень понравился? «Неадекватные люди».

В.СОЛОВЬЕВ: Прекрасный выбор, отличный. Это как раз наш примерно вариант, они снялись за 100 тысяч условных долларов, мы снялись за 250. ну, просто потому что, я думаю, что у ребят вот эта сумма 100 тысяч, она немного условная. Дело в том, что у них уже была какая-то своя наработанная база, они знали, где что арендовать так, чтобы не арендовать, где что… Ну, в общем, я думаю, что у нас бюджет примерно одинаковый. Я думаю, что он где-то в районе 200 тысяч долларов, просто мы оголтело все показывали, что у нас есть…

Д.БОРИСОВ: Опять-таки, был настолько хороший «сарафан»...

В.СОЛОВЬЕВ: ...они немного были более аккуратны.

Д.БОРИСОВ: ...что люди, ходили, я сам пошел по сарафанному радио…

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, сколько они собрали? Где-то 400-500 тысяч долларов. Я так думаю. это они окупились, ну, скажем так, впритык. По идее, такой фильм должен был миллион собрать, ну, как «Рассказы». Знаешь, почему фильм «Рассказы» собрал миллион долларов? Как мне кажется.

Д.БОРИСОВ: Почему?

В.СОЛОВЬЕВ: Потому что им реально занимались. Почему им реально занимались в прокате, мне, если честно, неведомо, но компания Дисней им реально занималась. Ей реально понравился этот фильм, и они захотели сделать так, чтобы его увидело максимальное количество зрителей, и принесли свои деньги. Ни одна другая прокатная контора пока просто вот это сделать не смогла. «Рассказы» не хуже, не лучше «Неадекватных людей» или «Двух дней»...

Д.БОРИСОВ: «Два дня» — отличная картина…

В.СОЛОВЬЕВ: Великолепная. 2 миллиона бюджет и 500-600 тысяч сборов.

Д.БОРИСОВ: Жалею, что не пошел.

В.СОЛОВЬЕВ: НЕ пошел…

Д.БОРИСОВ: Посмотрел потом позже, купив лицензионный DVD, но вот туда…

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, вот. Прокатчики не хотят этим заниматься, вот этой историей, по своим каким-то особым причинам, ну, может быть, им не интересно, может быть, их законодательно не подталкивают, может быть, они сами разуверились в российских фильмах — я не знаю. Но вот очень смешно в российском кинобизнесе, получается, что между производителем и между потребителем прослойка из нескольких специалистов, я говорю либо реальных специалистов, либо в кавычках, которые не дают этому фильму оказаться у людей, у потребителя, собственно, у итогового. Они говорят — нет, зритель не пойдет. Ну, хорошо, давайте попробуем! — Мы пробовали, ничего не надо. Насколько усердно вы пробовали? Ну, ты ж понимаешь, что для того, чтобы что-то продать, это нужно реально человека заставить.

Д.БОРИСОВ: Их тоже можно понять…

В.СОЛОВЬЕВ: Конечно…

Д.БОРИСОВ: ...потому что в кино ходят одни и те же люди…

В.СОЛОВЬЕВ: Да, они их всех уже знают…

Д.БОРИСОВ: ...и они все равно снимут эти деньги с других картин.

В.СОЛОВЬЕВ: С «Пиратов» и с «Железного человека» они свою прибыль железно получат, а здесь вкладывать 100 тысяч, ради того, чтобы получить 150. Ну, это, конечно, тот еще бизнес. Работать-то надо. Поэтому они, конечно, не хотят, мы их заставляем, мы приходим, уговариваем, вот, рассказам удалось. Посмотрим, что будет у нас осенью в прокате.

Д.БОРИСОВ: А опыт фестиваля каков?

В.СОЛОВЬЕВ: Фестиваль… смотри, мы поздно сделали наш фильм, что мы уже чисто физически на «Кинотавр» не успевали, мы поняли, что мы остаемся, что мы можем остаться без премьеры, и тут вдруг нас выдернули буквально из пост-продакшена и сказали — да как, вы что, ребята, срочно вам нужно у Москве обязательно показаться, вы сами сделали этот фильм, да это же здорово! А за сколько вы его сделали? У нас Ирина Васильевна Павлова, которая возглавляет русскую программу, она… мы ее нарочно протестировали — За сколько, вы думаете, мы сделали? Она назвали сумму в 2,5 раза больше. Мы такие радостные — нет, нет, нет, мы сделали меньше, за меньшие деньги. Она говорит — конечно, вам обязательно нужно показаться. У нас была дилемма — поехать на какой-нибудь региональный фестиваль с правом первого показа или все-таки оказаться на ММКФе. Мы решили, что это будет здесь. Почему? Потому что огромный зал, тысяча человек, можно собрать всех, просто реально всех, и хорошо, красиво показаться, собрать свою критику, собрать свои мнения и после этого двигаться совершенно спокойно осенью уже в чисто коммерческую историю потому что мы делали, конечно, фильм достойный фестивалей, но не настолько с изломанным киноязыком или каким-то оригинальным подходом к кинопроизводству, чтобы претендовать на победы в Каннах или еще где-то, еще где-то. Нет, мы больше повернуты лицом к зрителю, но к думающему зрителю, поэтому для нас русская программа ММКФ — это прекрасный был вариант. Хочу сказать, что к моменту проката это уже будет не так важно, потому что вряд ли кто-нибудь через 4 месяца вспомнит, что там было на этом ММКФе. Но вот эти вот листики — «участники Московского Кинофестиваля»...

Д.БОРИСОВ: Но количество публики из-за этого увеличилось?

В.СОЛОВЬЕВ: Ты, знаешь… фестивали…

Д.БОРИСОВ: Никак?

В.СОЛОВЬЕВ: На самом деле, даже в обратную сторону могут повлиять на прокат. Если у тебя надпись «участник такого фестиваля», «приз такого-то фестиваля» — большинство людей не идут на эти фильмы, потому что говорят — да не, ну, зачем нам это надо, мы лучше пойдем сейчас на какой-нибудь «Рамком». Поэтому мы еще очень сильно будем думать, как нам выходить на прокатную историю — с каким-то фестивальным шлейфом, а мы еще поедем и туда, и сюда, у нас уже собираются иностранные поездки и фестивальные российские, либо мы пойдем такими, более легкомысленными, чтобы уже в процессе кинопросмотра зрителя нагрузить чуть большей информацией, чем он, может быть, даже ожидал.

Д.БОРИСОВ: А насколько будет широкий прокат?

В.СОЛОВЬЕВ: Не знаю.

Д.БОРИСОВ: 4 месяца до…

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, да, мы сейчас… мы закончили всего лишь месяц назад. Мы сейчас в переговорах с прокатчиком. Тут же все на личных взаимоотношениях. «Здравствуйте, вы покажете наш фильм?» — «Да, безусловно», — «А сколькими копиями?» — «30-ю», — «Нет, подождите, 30-ю неинтересно же никому: ни вам, ни нам!» — «А что вы готовы сделать, чтобы мы показали вам хотя бы 150-ю?» — «Ну, во-первых, не 150-ю, 438-ю, например, и мы готовы для этого сделать вот это, вот это, вот это. Рекламу, промо, вот это, пиар и так далее, и тому подобное». И начинается уже укачивание. «Ну, нет, это не тянет на 438, это тянет на 325», — «Да нет, поверьте…»

Д.БОРИСОВ: Признайся, расскажи как человек, ну, хоть в этой индустрии внутри уже, но чуть-чуть со стороны, коррупционная часть, она есть?

В.СОЛОВЬЕВ: Коррупционная с какой стороны? Где? Во взаимоотношениях с государством?

Д.БОРИСОВ: В отношениях…

В.СОЛОВЬЕВ: Или с кем? С прокатчиками?

Д.БОРИСОВ: С прокатчиками…

В.СОЛОВЬЕВ: Да нет, дело же не в коррупции, я вообще не понимаю

Д.БОРИСОВ: Никто не намекает, что, типа там…

В.СОЛОВЬЕВ: Я вообще в прямую коррупцию уже давным-давно не верю. Мне для того, чтобы что-то от людей получить, мне не нужны взятки, мне нужны взаимоотношения. Нормальные. Это касается всего, до самого верха. Когда кого-то ловят на взятках, я, если честно, вообще не понимаю, как это происходит, даже чисто технически, потому что, ну, это каким нужно быть мега чиновником, чтобы у себя в кабинете принимать человека с деньгами и класть их в ящик. Ну, это просто какой-то…

Д.БОРИСОВ: Хоть каждый день об этом рассказывают, каждый день…

В.СОЛОВЬЕВ: Я в шоке, честно. Я если буду в своем сценарии когда-нибудь писать про коррупцию и взятки, мне будет стыдно вот такую историю писать, потому что она, по-моему, шита белыми нитками.

Д.БОРИСОВ: Да, ладно. Было как раз в тех же «Рассказах», упомянутых тобою…

В.СОЛОВЬЕВ: «Рассказы» прекрасны.

Д.БОРИСОВ: ...отличный эпизод про это, про то,насколько это все по кругу ходит, снизу до верху и обратно…

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, и когда он приходит туда, к этому человеку, обладающему белым конем…

Д.БОРИСОВ: На поле…

В.СОЛОВЬЕВ: На поле, он разве что-нибудь приносит? Я об этом и говорю. «Рассказы» нужно рассматривать, вот эту новеллу «Рассказов», нужно рассматривать уже не в аспекте одного случая, а это эволюция, и если в 90-х годах было так, что сейчас уже давным-давно никто никуда ничего не носит.

Д.БОРИСОВ: В белом и пушистом мире живет, в спортивном мире живет Василий Соловьев.

В.СОЛОВЬЕВ: А что вы смеетесь? На самом деле, я могу сказать, что я уже лет 5, наверное, не разу штраф в руки никому не платил.

Д.БОРИСОВ: Я вообще никогда не платил.

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, когда-то были такие времена, что было невозможно по-другому.

Д.БОРИСОВ: Я тогда, видимо, не был за рулем.

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, наверное.

Д.БОРИСОВ: Но намекают-то постоянно и сейчас.

В.СОЛОВЬЕВ: Нет…

Д.БОРИСОВ: Никогда не даю.

В.СОЛОВЬЕВ: Меня даже не останавливают.

Д.БОРИСОВ: Ну, это…

В.СОЛОВЬЕВ: ...ездить ты стал намного аккуратнее. Наверное, возраст.

Д.БОРИСОВ: Да дело не в аккуратности, иногда ловят на чем-нибудь, где не ожидаешь, но не важно, важно, что я слышу, как намекают, как пытаются, всячески дают понять, значит, кто-то же по-прежнему дает, значит это же не просто так. То, что…

В.СОЛОВЬЕВ: Среди моих товарищей такого человека нет.

Д.БОРИСОВ: Следующий фильм?

В.СОЛОВЬЕВ: Следующий вопрос? Следующий фильм? Каким будет следующий фильм?

Д.БОРИСОВ: Каким будет следующий фильм? Ты, понятно, что еще наверное, не знаешь, знаешь, что будет коммерческий.

В.СОЛОВЬЕВ: Почему, у нас два просто мега проекта. Один — я могу рассказать, что что он подробно, он про школьников, и нам этот сценарий написал замечательный сценарист по имени Михаил Мистецкий, который писал сценарий к «Легенде№17». Чудом, просто чудом мы умудрились поймать Михаила в тот момент, когда он был свободен между одним своим фильмом и другим. Я до сих пор не верю в то, что у нас есть этот сценарий. Он реально — классный, его читаешь и прям погружаешься. Миша — талант. И мы сейчас будем его снимать. Я не знаю, когда точно. Либо весной, либо осенью, либо это будут частные деньги, либо государственные, не так важно, самое главное, что мы будем нацелены на какие-то нули, не минусы, а мы будем нацелены уж точно, чтобы выйти в ноль, желательно, конечно, и в плюс.

А следующий проект, вот за этим, это история, про которую я толком не могу рассказать, потому что мы не одни в ней. Мы нашли огромную, просто огромную пафосную идею про… такого, государственного масштаба, ее разрабатываем. Она связана и исследованиями Арктики и Антарктики. И это уже все: и готов сценарий, и у нас есть очень большие партнеры. Это будет работа уровня «Легенды» или «Высоцкого». И по объемы инвестиций…

Д.БОРИСОВ: Запали тебе эти два фильма, судя по всему…

В.СОЛОВЬЕВ: Да, да, потому что это показатель, понимаешь, я специально не называю, например, «Духless» или «Метро», потому что это немного другая история. А вот эти, они негосударственные, они такие, более легкие, более зрительские. А здесь, при том, что зрительский интерес, я уверен, будет на уровне, потому что это будет и фильм-катастрофа, и экшн, и триллер, и приключение, и в то же время это будет история, которая заставит нас в очередной раз сказать — эти люди среди нас живут, мы ими гордимся.

Д.БОРИСОВ: Когда ты смотрел «Легенду», у тебя не было ощущения чуть-чуть лубочности?

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, конечно, было, учитывая то, что, в общем-то, Валера Харламов был другом нашей семьи, у меня же все там тренеры и спортсмены, конечно, смотреть ее намного смешнее, чем в жизни было, потому что… просто потому что реальную историю Харламова, ее не передать, настолько она крутая. Ее невозможно снять в кино. И, в любом случае, мы пока так не умеем. Я с Рэем Чарльзом, предположим, знаком не был, но когда я смотрю американский фильм про Рэя Чарльза, я думаю, что это безумно круто. Бог его знает, как там было реально с этим великолепным музыкантом в жизни, но мы так пока просто не можем. Из того, что мы реально можем, вот этими руками и этими ногами, это лучшее. Из того, что можно было воспроизвести. Потому что… ну, это действует на зрителя. Это поняла даже Татьяна Тарасова. Она мой друг и коллега, которая своего отца увидела, неоднозначного, и такого, и сякого, а он был в жизни еще более неоднозначным. Такого фильма просто нет.

Вот я 20 лет живу в спорте, ну, чуть больше, в спортивной редакции я живу 20 лет и чуть больше еще благодаря дедушке и дяде. Я понимаю, что я всю жизнь про этих людей рассказывать, уже и про саму Татьяну Анатольевну Тарасову, и будет в десятки раз интереснее, чем в этом фильме. Но в фильм это запихнуть нельзя, именно поэтому вот этот фильм делался 6 лет. Не год, не два. Те люди, которые изначально писали этот сценарий, до Миши Мистецкого и Коли Куликова, они пытались туда запихнуть, как раз, всю трагедию русского народа, как Харламов взял и погиб через несколько месяцев после того, как стало ясно, что в общем-то ему скоро нужно будет заканчивать. И это нельзя запихнуть в фильм и не нужно. Нужен аттракцион.

Д.БОРИСОВ: Но получилась забавная штука — что фильм, вроде, такой весь патриотичный, наш, а абсолютно голливудское кино вышло, да?

В.СОЛОВЬЕВ: Ну, потому что это индустрия…

Д.БОРИСОВ: Индустриально…

В.СОЛОВЬЕВ: У нас когда были наши фильмы в 30-х годах, которые соперничали с тем голливудским кино, они разве не были похожи во многом?

Д.БОРИСОВ: Класс. Обожаю пересматривать, когда показывают, всегда.

В.СОЛОВЬЕВ: Сейчас еще периодически в цвете их показывают.

Д.БОРИСОВ: Это отдельная история. Василий Соловьев…

В.СОЛОВЬЕВ: А что нужно уходить?

Д.БОРИСОВ: Теперь… Да, мы уже все. Теперь не только спортивный комментатор, но последние годы еще и кинопродюсер.

В.СОЛОВЬЕВ: Последние годы — отлично сказано!

Д.БОРИСОВ: Последние — в плане…

В.СОЛОВЬЕВ: В общем-то, первые годы…

Д.БОРИСОВ: История о том, как нужно расти и прогрессировать. Я вот смотрю и по-хорошему завидую. Потому что хочу тоже что-нибудь такое сделать.

В.СОЛОВЬЕВ: Не надо завидовать. Давайте делать. Тот, кто делает, тот всегда пробьет.

Д.БОРИСОВ: Это была программа «Попутчики». Я Дмитрий Борисов. До встречи в следующее воскресенье. Пока.

Комментарии

12

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

07 июля 2013 | 23:22

Мама с бабушкой сказали и появился гений эфира! Сука мне уже смешно))))


07 июля 2013 | 23:28

В редакцию с улицы из охранников! Соловьёв ты сейчас всех сдашь!) Кто у вас работает?) Бывшие уборщицы и бывшие жёны?)))


07 июля 2013 | 23:30

да ладно поймал волну кокс плюс и вы верите!


07 июля 2013 | 23:36

точьно спорт (в котором соловьёв ноль ) и думаю его друг который ( в кино ноль ) создали бы фильм)))))))


07 июля 2013 | 23:45

какая реклама? а остров не урок? да это пиздец! Соловьёв не высоцкий!)))


07 июля 2013 | 23:53

скучно не о чём! да нет людям не нужны взятки! да тупые они! а Соловьёв не такой на вопрос не ответил!!!


07 июля 2013 | 23:54

с такими родственниками это было глупо!!!


(комментарий скрыт)

07 июля 2013 | 23:55

очередное приключение электроника?


07 июля 2013 | 23:58

да ты крут твои фильмы нахрен не нужны


amvolga amvolga 08 июля 2013 | 01:58

Комменты иссякли - "Ура ...отпустило..."


08 июля 2013 | 08:37

ты не угадал мне скучно стало)


amvolga amvolga 08 июля 2013 | 08:44

"Ты угадал мне скучно стало"

Отвратительная передача... какие то знакомые, родственники... друзья - друзей...полные бездарности

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире