'Вопросы к интервью
Е. КИСЕЛЕВ: Я приветствую всех, кто в эту минуту смотрит телеканал RTVi и слушает радио «Эхо Москвы». В эфире программа «Власть» и я, ее ведущий Евгений Киселев. Смотрите и слушайте наш совместный проект по пятницам в 8 вечера по московскому времени. Сегодня 25 января 2008 года. До конца второго президентского срока Владимира Путина остается 103 дня, последний раз трехзначная цифра. До выборов нового президента России – 37 дней. До окончания тюремного срока Михаила Ходорковского – 1368 дней.

Теперь о громком событии криминального свойства, которое может иметь серьезные политические последствия и, по мнению многих наблюдателей, является продолжением событий, которые недавно потрясли общественное мнение, вроде арестов генерала Бульбова и заместителя министра финансов Сторчака. Все началось в минувшую среду вечером, когда в Москве был арестован бизнесмен Владимир Некрасов, владелец сети парфюмерных магазинов «Арбат Престиж». Вслед за этой новостью, как гром среди ясного неба, появилось сообщение, что, оказывается, вместе с Некрасовым арестован сам Семен Могилевич – человек, который в начале 90-х назывался лидером так называемой солнцевской преступной группировки, который объявлен другими государствами в международный розыск и, по оценкам наблюдателей, именно Могилевич был главной целью спецоперации с участием 43-х бойцов СОБРа. Но самое главное – Могилевича называют в прессе тайным владельцем «Арбат Престижа» вместе с украинским бизнесменом Дмитрием Фирташем, которому, как утверждается, принадлежит 45% совместного предприятия «РосУкрЭнерго» – компании, поставляющей природный газ из России на Украину. Еще летом позапрошлого года бывший глава Службы безопасности Украины Александр Турчинов, ныне правая рука нового премьер-министра Украины Юлии Тимошенко, заявил, что «РосУкрЭнерго» может находиться под контролем этого самого Семена Могилевича. И это обстоятельство придает теперь всему делу совершенно новое звучание.

ГЛАВНОЕ СОБЫТИЕ

Е. КИСЕЛЕВ: «Есть ощущение, что в России еще вполне не осознали, что на самом деле произошло. А на самом деле, похоже, раскручивается грандиозный политический скандал, в котором переплелись политическая борьба в России, политическая борьба на Украине, коррупция в верхах и даже российско-американские отношения.

Если будет доказано, что, как утверждает пресса, в деле фирмы «Арбат Престиж» действительно есть газовый след, ведущий на Украину, что арестованный в Москве Семен Могилевич действительно является партнером Дмитрия Фирташа, председателя наблюдательного совета компании «РосУкрЭнерго», осуществляющей поставки туркменского газа через территорию России на Украину, и тайным бенефициаром этой совсем непростой компании, то скандал больно ударит сразу по многим высокопоставленным фигурам на самых верхних этажах власти в Москве и Киеве.

Напомним, что швейцарская компания «РосУкрЭнерго», как об этом рассказывается на ее официальном сайте, была создана по решению, принятому на высшем политическом уровне, для того, чтобы российская и украинская стороны согласованно занимались продажей среднеазиатского газа на украинском рынке.

Если зайти на этот сайт – www.rosukrenergo.com – и заглянуть в раздел «Руководство», то легко удостовериться, что в руководстве швейцарской компании заседают топ-менеджеры «Газпрома», люди из близкого окружения будущего президента России Дмитрия Медведева, который, как известно, сегодня является еще и председателем совета директоров «Газпрома». Исполнительный директор «РосУкрЭнерго» – Константин Чуйченко, однокурсник Медведева, одновременно член правления и начальник юридического департамента «Газпрома». Его называют в числе самых близких друзей и соратников Медведева. Членами координационного комитета «РосУкрЭнерго» состоят несколько зампредов правления «Газпрома» и начальник департамента внешнеэкономической деятельности газовой монополии.

Могли ли силовики или, во всяком случае, та часть их часть, что страстно не желала назначения Медведева на роль преемника Путина, арестом Могилевича ударить по будущему президенту? Могли. Но не только по нему одному. Удар пришелся и по столь нелюбимому московскими «ястребами» президенту Украины Виктору Ющенко. Буквально несколько дней назад в Киеве уже выступил со скандальными обвинениями лидер Компартии Украины Петр Симоненко, который заявил, что президент Украины Виктор Ющенко и члены его семьи имеют прямое отношение к «РосУкрЭнерго» и занимаются отмыванием газовых денег.

Обвинения в адрес президента прозвучали в тот момент, когда премьер-министр Юлия Тимошенко развила бурную деятельность, чтобы исключить компанию «РосУкрЭнерго» из схемы поставок российского газа на Украину, которую она давно уже называет коррупционной. Характерно, что буквально накануне президент Ющенко в Давосе на Всемирном экономическом форуме, напротив, публично критиковал последние заявления Тимошенко, в которых она высказалась за повышение тарифов на прокачку российского газа через территорию Украины, а секретариат Ющенко выступил с заявлением, в котором дезавиуровал сообщения о предстоящей поездке Тимошенко в Москву для переговоров по газу — мол, начнет эти переговоры Юлия Владимировна только после того, как получит соответствующие указания от своего президента.

Не много ли в этом деле совпадений? Очень похоже на то, что Медведев и Ющенко — истинные цели спецоперации по аресту Семена Могилевича, про которого, кажется, только ленивый не знал, что он, объявленный в других государствах в международный розыск сразу по многим делам, преспокойно проживает в Москве, где до поры до времени его не трогали.

Кстати, наказания Могилевича давно желает американское ФБР. И силовики, арестовав предпринимателя, которого в западной прессе много раз, еще с конца 90-х годов, называли чуть ли не главным, самым крупным представителем криминального российского бизнеса, теперь посылают сигнал США и остальному Западу: вот, смотрите, ваш хваленый либерал Медведев — и вот какие у него сомнительные связи, а вот мы, силовики, которых вы столько хаяли, а мы боремся с коррупцией, невзирая на лица, и стоим на защите закона и порядка.

Хотя, вполне вероятно, дело обстоит совсем по-другому. До поры до времени Могилевич был нужен всем — и псевдолибералам во власти, и силовикам — но настал 2008-й, грядет смена караула в Кремле, и надо избавляться от ненужных хвостов и торчащих ушей».



Е. КИСЕЛЕВ: Теперь я хотел бы представить вам гостя сегодняшней программы. У меня в студии известный российский политолог и экономист Владимир Милов, руководитель Института энергетической политики. Владимир Станиславович, я вас приветствую.

В. МИЛОВ: Добрый вечер.

Е. КИСЕЛЕВ: И хотел бы сразу вас спросить, как вам представляется вся эта история с «РосУкрЭнерго»?

В. МИЛОВ: Ну, у меня есть некоторая версия, довольно отличная от того, что сейчас говорилось в комментарии. Во-первых, мне кажется важным смотреть на то, кто арестовал Могилевича; в данном случае вовсе не так, как было в случае, скажем, со Сторчаком или генералом Бульбовым, когда арестовывали ФСБ и Следственный комитет. Здесь речь идет о том, что действовал департамент экономической безопасности МВД. Давайте вспомним, что это за структура? Это структура, которую до недавнего времени возглавлял и продолжает сейчас курировать повышенный в должности замминистра внутренних дел Евгений Школов, который имеет непосредственное, личное отношение к президенту Путину и является одним из самых близких, наверное, на сегодня людей из его окружения, это бывший его соратник по службе в Дрездене, один из представителей так называемой «дрезденской группы», которая в последнее время очень сильно возвысила свои позиции. И можно вспомнить Николая Токарева, нового главу «Транснефти», и Сергея Чемезова, главу «Рособоронэкспорта». Так вот, мне кажется, что тот факт, что именно эта структура – департамент экономической безопасности МВД – проводила арест, на мой взгляд, свидетельствует, что, скорее, все это дело проводилось по прямому указанию и с личного ведома Путина, и я как раз вовсе не интерпретировал бы это так, что некие абстрактные силовики хотят ударить по Медведеву. Скорее, мне представляется это больше похожим на другой громкий арест прошлого года – арест, помните, такого известного авторитетного питерского бизнесмена Барсукова-Кумарина, главы «Петербургской топливной компании»…

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, как же, как же. Сам лично, по-моему, министр внутренних дел Нургалиев летал руководить операцией.

В. МИЛОВ: Обратите внимание, что эти аресты так называемых авторитетных бизнесменов проводит МВД, а вовсе не Следственный комитет. Совершенно ясно, что действуют разные группировки силовиков. И мне как раз кажется, что и целью действий в отношении в Барсукова-Кумарина, и сейчас действий в отношении Могилевича является попытка упрятать вот этих людей с сомнительной репутацией за решетку, чтобы, как мне кажется, они, не дай бог, не повредили чьей-то репутации в период такой чувствительной ситуации с передачей власти…

Е. КИСЕЛЕВ: Ну, эту версию мы в общих чертах тоже высказали.

В. МИЛОВ: Да. Поэтому я считаю, что, скорее, целью всей этой акции являлось, возможно, защитить Медведева, убрать нежелательного свидетеля всяких различных сомнительных операций, связанных с «РосУкрЭнерго». Я знаю, что Медведев, например, лично очень напрягается, когда его фамилию пытаются связать с компанией «РосУкрЭнерго», где действительно одним из содиректоров является его бывший однокашник Чуйченко. Думаю, что, во-первых, вопрос, конечно, интересный, почему Могилевич так долго находился на свободе, несмотря на то, что он официально находится в розыске во многих странах. Наши отрицали, что он в Москве, кстати говоря.

Е. КИСЕЛЕВ: Я разговаривал с многими людьми – не в контексте того, что произошло вчера, а просто заходила речь об Украине, отношениях по газу, о «РосУкрЭнерго» – и на вопрос «а вообще кто на самом деле является реальным хозяином этой компании?», мне люди говорили: «Ну как – кто? Могилевич». – «А как же Могилевич? Он же в розыске». – «Да в каком он розыске! Он живет в Москве совершенно свободно, и офис у него в гостинице Украина».

В. МИЛОВ: В гостинице «Украина», совершенно верно.

Е. КИСЕЛЕВ: И все об этом прекрасно знают, кому нужно.

В. МИЛОВ: И больше того, я слышал такую версию, что перед тем самым газовым соглашением, которое было заключено два года назад, когда «РосУкрЭнерго» всплыло как посредник между Украиной и Россией, я так слышал о том, что господин Могилевич и участвовал в этих переговорах.

Е. КИСЕЛЕВ: Объясните, пожалуйста, мне, человеку, который, честно говоря, мало что понимает в тонкостях вот этих самых газовых поставок, а в моем лице и всем нашим зрителям и слушателям, а вообще зачем нужен этот самый посредник? Почему, скажем, «Газпромэкспорт»… Простите, как это правильно называется?

В. МИЛОВ: «Газпромэкспорт».

Е. КИСЕЛЕВ: Почему «Газпромэкспорт» не может, условно говоря, на границе России и Украины отдавать газ Украине?

В. МИЛОВ: Это хороший, правильный вопрос. На самом деле ответ простой. Дело в том, что система торговли газом на территории Восточной Европы и постсоветских стран, она же начала в отличие от Западной Европы формироваться только недавно, с распадом коммунистического блока и Советского Союза. И вот эта торговля газом в такой хаотической обстановке, которая имела место в начале 90-х годов, и после развала СЭВ, и после развала СССР, очень значительное влияние на нее оказывали разного рода сомнительные коммерсанты. Вот оттуда восходит история крышевания торговли газом во всех этих восточноевропейских странах, включая Украину. Кстати говоря, не только Украину, потому что Могилевич много вел дел в Венгрии, скажем, и я знаю, что они с Фиртышем там, в частности, были завязаны в торговле газом, в Австрии и так далее. То есть на самом деле вот эта вся история криминального крышевания, непрозрачной системы торговли газом в Восточной Европе, которая очень сильно отличается от западноевропейской, где все понятно, «Газпромэкспорт», легальные контракты и так далее, вот эта система, она и породила присутствие таких сомнительных личностей, которые на самом деле, я так понимаю, очень много денег, заработанных на разных сомнительных операциях, за которые их ищет ФБР, реинвестировали в газовый трейдинг, в покупку газа и создание системы перепродажи его. В общем, мы пожинаем наследие всего этого дела. Дело в том, что «РосУкрЭнерго» тоже не на ровном месте возникла. Она на самом деле пришла на смену самым разным посредникам, которые до этого существовали в торговле газом между Туркменией, Украиной и восточноевропейскими странами. Там была такая контора, которая называлась «Уралтрансгаз», которая была учреждена некими физическими лицами в Венгрии, которые тоже связаны с Могилевичем. Вот этот шлейф, он тянется давно. Конечно, хотелось бы из него выйти. Я подозреваю, что с приходом Юлии Тимошенко на пост премьер-министра Украины возник реальный риск, что она сейчас начнет вот это все вытаскивать просто на поверхность уже как официальное лицо, тем более если вспомнить 2006 год, Турчинов, ее ближайший соратник, когда был главой Службы безопасности Украины, он открыто на пресс-конференции, впервые на таком официальном уровне, об этом деле сказал. Я думаю, что, конечно, риск такой был настолько серьезным, что, возможно, видимо, решили взять и, может быть, просто спрятать товарища, чтобы он не говорил лишнего, чтобы не было лишнего внимания к нему приковано и так далее.

Е. КИСЕЛЕВ: Вот у меня еще один вопрос возникает, смотрите, это уже вопрос, не имеющий непосредственно отношения к истории с арестом Могилевича и с «РосУкрЭнерго», а вот, скорее, упомянутое заявление Юлии Тимошенко затрагивает. Она сказала, что будет настаивать на повышении тарифов на прокачку российского газа, ну, фактически газа туркменского, через территорию Украины. А вам не кажется, что в реальной жизни… И, кстати, характерно, что никто здесь, в Москве, не закричал о проклятых хохлах-кровососах, которые бог знает что себе позволяют. Ведь на самом деле это выгодно «Газпрому»? Ведь он же автоматически повысит тогда цену, которую платит Туркмения? И там гораздо больше трасса. Нет?

В. МИЛОВ: Не думаю, Евгений. Здесь дело обстоит иначе. Дело в том, что Тимошенко предложила повысить транзитный тариф…

Е. КИСЕЛЕВ: И в конце концов, все равно западный потребитель будет за все это платить.

В. МИЛОВ: Ну, вот это большой вопрос, потому что цены для западных потребителей фактически зафиксированы, они привязаны по некоторым формулам, грубо говоря, к ценам нефти мировым, и они могут повышаться или падать ровно в соответствии с колебаниями мировой цены на нефть, поэтому «Газпрому» возможности автоматически повысить цену для европейских потребителей, если будет пересмотрен транзитный тариф, в общем, нет, но я думаю, что заявление Тимошенко было просто связано с тем, что она ищет сильные переговорные позиции в отношениях с Россией. Это, конечно, страшно несправедливое и невыгодное нам повышение транзитного тарифа, но Тимошенко прекрасно знает, что нам нечем защититься, потому что мы сами в свое время стали на такую позицию, что нам невыгодно ратифицировать Энергетическую Хартию и Транзитный протокол. Вот так получается, что защититься нам нечем. Скажут 9 долларов – будем платить 9.

Е. КИСЕЛЕВ: Разве мы не потребуем те же самые 9 долларов с Туркмении?

В. МИЛОВ: Масштаб совершенно несопоставим, потому что основной российский экспортный транзит, 130 миллиардов кубометров, проходит сегодня через Украину. Это совершенно другие цифры, чем российские поставки на Украину, чем туркменский транзит. Компенсировать это дело «Газпрому» будет сложно, поэтому Тимошенко в данном случае бьет в страшно болевую точку. И мне кажется, вторая серия – возможные разоблачения, которые могли бы последовать, в том числе и по поводу Могилевича.

Е. КИСЕЛЕВ: Хорошо, давайте мы на этом месте прервемся. Сейчас реклама, и через минуту-другую мы продолжим программу.

РЕКЛАМА

Е. КИСЕЛЕВ: Мы продолжаем очередной выпуск программы «Власть» с Евгением Киселевым на волнах «Эха Москвы» и в эфире телекомпании RTVi. В России продолжается странная предвыборная президентская кампания. Странная, потому что практически никто не сомневается в ее исходе, практически все понимают, что победителем президентских выборов станет Дмитрий Медведев, которого Владимир Путин объявил своим преемником, точнее, милостиво согласился на предложение основных политических партий, представленных в Государственной думе, выдвинуть кандидатом в президенты от партии власти Дмитрия Анатольевича. Кстати, опросы общественного мнения показывают, что предвыборный рейтинг Дмитрия Медведева просто запредельный, такого не было даже у президента Путина. Например, недавний опрос, проведенный «Левада-Центром», зафиксировал цифру в 82%. Казалось бы, в такой ситуации Кремль должен спать спокойно, но такое ощущение, что ему снится один и тот же навязчивый тревожный сон, что в выборах принимает участие бывший премьер-министр Михаил Касьянов и бог знает, чем это кончится, во всяком случае разговоров всю неделю только и было о том, что Михаил Касьянов может быть зарегистрирован, а может и не быть зарегистрирован Центральной избирательной комиссией в качестве кандидата в президенты России.

ТРЕВОЖНЫЕ СНЫ КРЕМЛЯ

Е. БУНТМАН: «В России выборы все меньше похожи на то, что обычно называют этим словом. И история с отказом в регистрации Касьянова — это последняя капля. Всерьез о президентских выборах в марте уже никто говорить не будет, а процедуру голосования и обычные избиратели, и кремлевские обитатели давно воспринимают как досадную формальность, как напрасное бумагомарание и унылую повинность.

Казалось бы, в Кремле могли бы давно расслабиться и заняться распределением хлебных мест в системе будущей власти. Но Касьянов — как соринка в глазу. И вроде бы набирает по всем рейтингам не более процента — а все равно мешается. Бывший премьер-министр, человек из путинской команды куда опаснее для власти, чем вся остальная демократическая оппозиция, вместе взятая. По всей видимости, на момент подачи Касьяновым заявления в ЦИК в Кремле еще не приняли решение, что с ним делать. Если пустить на выборы — то Касьянов получает наконец-то доступ к федеральным телеканалам, пусть и не в прайм-тайм, пусть и в виде тридцатисекундных роликов или дебатов с Богдановым. Если учесть, что бывший премьер появлялся на главных телеканалах страны только в качестве персонажа всевозможных разоблачительных материалов о «маршах несогласных» и о лихих 90-х, то опасения Кремля вполне оправданы.

С другой стороны, если Касьянова не допустить к выборам, то голосование окончательно превратится в потешные баталии между Медведевым и условно-оппозиционными кандидатами вроде Зюганова или уж совсем комическими персонажами наподобие Богданова. Да и Зюганова-то может не быть: по некоторым данным, в КПРФ всерьез задумываются о том, чтобы отказаться от участия в выборах. Вот в результате Медведеву и придется соревноваться с Жириновским и Богдановым.

Еще один фактор — Запад, который, разумеется, не может не оставить без внимания недопуск на выборы демократической оппозиции.

Пока в Кремле размышляли, Касьянову удалось собрать необходимые 2 миллиона подписей. Как это происходило — вопрос другой. Вполне допустимо, что количество брака намного превышало положенные 5%. Возможно также, что на местах происходили нарушения при сборе подписей. В это вполне можно было бы поверить, если бы не одно «но»: у Андрея Богданова никаких проблем не возникло — и 2 миллиона собраны вовремя, и недочетов в них почти не обнаружилось. А в это поверить гораздо сложнее, если вспомнить, что «Демпартия» Богданова на парламентских выборах набрала 89 тысяч 780 голосов.

К моменту сдачи подписей власть, похоже, опомнилась — ЦИК насчитал у бывшего премьера в пять раз больше брака, чем полагается — в результате недостоверных подписей у него оказалось порядка 80 тысяч, то есть примерно столько же, сколько Богданов получил на выборах в Госдуму. В регионах стали задерживать активистов Касьянова, заставляя их оговаривать себя и признаваться в фальсификации подписей, подключив силовиков всех мастей, от участковых до РУБОПа и прокуратуры.

Сам Касьянов до последнего момента говорил, что надеется на благоразумие власти: «Я еще не говорю о том, что какие-то решения приняты. Я уверен, что они не приняты, поскольку решение это будет слишком судьбоносным. И именно по этой причине я сегодня говорю о том, что я рассматриваю вариант регистрации и дальнейшей политической борьбы. Я не думаю, что власть должна бояться прямой политической борьбы. Тогда это просто яркая демонстрация реальной слабости. Не думаю, что нынешняя власть желает такой участи себе».

При этом экс-премьер неизменно отмечал, в том числе и во время поездки в Брюссель, что решение принимается не в Центризбиркоме, и даже не определенным кругом лиц — а одним человеком.

У отказа Касьянову в регистрации может быть один — и самый главный минус. Утрата последнего кандидата от оппозиции — это удар в первую очередь по Дмитрию Медведеву. Игра в пустые ворота на выборах не добавит уверенности будущему президенту и сделает его еще более зависимым от творцов вертикали власти. К тому же это может разрушить хрупкий имидж преемника-либерала, который так старательно создают в Кремле именно в качестве экспортного варианта».



Е. КИСЕЛЕВ: Не могу не процитировать в этой связи остроумную публикацию моей коллеги Юлии Латыниной, которая появилась на днях на сайте «Ежедневного журнала». Она задается вопросом: «Михаила Касьянова хотят снять с выборов. А на фиг?». Ну, будет участвовать Михаил Михайлович в выборах, наберет свои 2% – кому это помешает? И высказывает такое предположение Юлия Латынина: «О чем думали, начиная травлю Касьянова? О том, что дают дополнительный козырь тем, кто будет доказывать нелегитимность выборов? Да нет. Вот есть Чуров, председатель Центризбиркома, и если он не снимет Касьянова с выборов, то завтра какая-нибудь мелкая шобла, желающая занять его место, прибежит в Кремль и наябедничает, что Чуров не снял Касьянова, потому что Чуров – тайный приверженец «оранжевой чумы». О чем должен думать Чуров – о стратегическом благе Кремля или о том, чтобы его не подсидели? Конечно, о втором». И вот точно так же, по версии Юлии Латыниной, объявили в розыск через Интерпол – кстати, практически одновременно в тот же день, когда стали говорить о том, что Касьянова не зарегистрируют – Михаила Гуцериева. О чем думала власть, объявляя Гуцериева в розыск? О том, что на этот раз – во время слушаний в лондонском суде по делу об экстрадиции – Путина, Сечина и компанию вымажут так, что и не снилось? «Да нет, вот есть майор, — пишет Латынина, — которого обязали охотиться за Гуцериевым, и если он не объявит Гуцериева в розыск, то завтра какой-нибудь капитан, желающий занять его место, прибежит и наябедничает, что майор не объявил Гуцериева в розыск по линии Интерпола, потому что взял от него бабок и вообще замышляет покушение на Сечина. О чем должен думать майор – о стратегическом благе тех, кто хотел забрать компанию Гуцериева, или о том, чтобы его не подсидели? Ну, конечно же, о втором». Не мог не процитировать эту статью. Многие, может быть, читали ее в Интернете. Но для тех, кто ее не читал, мне кажется, было занятно послушать. А теперь я хочу задать вопрос и моему гостю, Владимиру Милову, президенту Института энергетической политики, политологу и экономисту, и нашим слушателям и зрителям по поводу того, а вообще зарегистрируют все-таки или не зарегистрируют Касьянова, как вы думаете? Сейчас у нас будет интерактивное телефонное голосование.

Итак, сегодня формулируем вопрос так: как вы считаете, зарегистрирует ли ЦИК Михаила Касьянова кандидатом в президенты России? Если считаете, что зарегистрирует, набирайте московский номер 660-01-13. Если нет, не зарегистрирует, вы думаете, набирайте 660-01-14. Голосование пошло.

Как вы считаете?

В. МИЛОВ: Ну, я думаю, как в том анекдоте про динозавра и девушку, 50 на 50. Но мне кажется, все-таки с большим перевесом в сторону того, что откажут в регистрации. Надо понимать, что… Я вот почему не согласен с Юлией Латыниной насчет майора: безусловно, решение по этому вопросу принимает только один человек – лично Путин. И важно понимать, что, видимо, он дал такое половинчатое указание, вот как Сталин завизировал два разных эскиза гостиницы «Москва», фасада, в свое время, он сказал помучить его, сказал найти у него много брака, но не сказал, видимо, последнего слова не регистрировать все-таки, четкое указание не последовало, поэтому, кстати говоря, и реакция ЦИКа…

Е. КИСЕЛЕВ: Вот тут-то возникает синдром майора, когда нет четкого, внятного указания.

В. МИЛОВ: Ну, думаю, здесь, скорее, о синдроме подполковника имеет смысл вести речь. Я думаю, что Путин понимает минусы отказа в регистрации, поэтому колеблется. Но, конечно, внутренне, мне кажется, он хотел бы отказать Касьянову. Он прошел очень неприятную историю с думской выборной кампанией, когда некоторых неприятных ему людей, говорящих неприятные вещи, пустили в телевизор. Безусловно, Касьянова еще опаснее пускать в телевизор. Касьянов – серьезный, солидный политик, государственный человек. Он хорошо выглядит, правильные вещи говорит. Люди вспомнят, что он еще некоторое время назад был во всех новостях как успешный премьер, который впервые привел Россию к экономическому росту. Я думаю, что риск здесь гораздо больше, чем был во время думской кампании. Я думаю, что Путин просто боится этого дела, просто трусит. Но, с другой стороны, понимает, что совсем не регистрировать опасно. Может быть, он хочет, чтобы Касьянов пришел к нему с челобитной и сказал: «Владимир Владимирович, я готов договариваться, давайте примите решение». Может быть, он ждет этого. Но мне, честно говоря, кажется – он просто колеблется и не хочет принимать вот это неприятное для себя решение…

Е. КИСЕЛЕВ: И перекладывает это решение на плечи господина Чурова.

В. МИЛОВ: Ну, Чуров, я думаю, сделает так, как скажет Путин. Тем более, надо сказать, они довольно формально подошли к оценке касьяновских подписей. Ну, действительно, ерунда какая-то, просто издевательство, там почти не найдено фальшивых подписей, они придрались к каким-то мелким ошибкам в оформлении подписных листов.

Е. КИСЕЛЕВ: 16,5 тысяч подписей из 2-х миллионов, не достает до 2-х миллионов. Ну что ж, я напомню вопрос, который мы задали для голосования, еще раз: как вы считаете, зарегистрирует или не зарегистрирует Центризбирком Михаила Касьянова кандидатом в президенты России? После перерыва на новости середины часа на «Эхе Москвы» и анонсов предстоящих передач на канале RTVi мы вернемся в эфир и сообщим вам результат голосования.

НОВОСТИ

РЕКЛАМА

Е. КИСЕЛЕВ: Мы переходим ко второй части сегодняшнего выпуска программы «Власть» на канале RTVi и на радио «Эхо Москвы». Я напомню, перед перерывом мы задали вопрос нашим радиослушателям и нашим зрителям. Мы получили больше тысячи звонков. И вот результат: 25% позвонивших нам в студию, как видите, считают, что Касьянова все-таки зарегистрируют, но большинство, 75%, в это не верят и на наш вопрос отвечают отрицательно: нет, кандидатом в президенты России Касьянов зарегистрирован не будет.

Между тем фаворит предстоящих 2 марта президентских выборов Дмитрий Анатольевич Медведев на этой неделе, выступая на Общегражданском форуме огласил свою предвыборную программу. В частности, в речи Медведева были такие слова: «Мне неоднократно приходилось на вопросы о национальной идее. Дискуссию на эту тему я считаю малоэффективной, но я уверен, что у каждой нации должен быть набор понятных принципов и целей, которые объединяют людей, живущих в одной стране». Каковы эти принципы, внимание, вот как их формулирует Дмитрий Медведев: «Это прежде всего свобода и справедливость. Второе – это гражданское достоинство человека. Третье – это его благополучие и социальная ответственность». На тему предвыборной речи Дмитрия Медведева сегодня наш редакционный комментарий.

ГЛАВНАЯ ТЕМА

Е. КИСЕЛЕВ: «Прокремлевские СМИ, да и не только они, даже некоторые западные издания, поспешили объявить программную речь Дмитрия Медведева свидетельством либеральных намерений фаворита президентских выборов 2 марта и подтверждением расхожего мнения о том, что Медведев является убежденным либералом.

При этом чаще всего цитировались такие слова из речи будущего президента: «Нужно ясно понимать: если мы хотим стать цивилизованным государством, нам нужно прежде всего стать государством правовым».

Эта либеральная риторика, однако, не выдерживает проверки реалиями сегодняшней российской жизни. Достаточно взять судьбу несчастного вице-президента ЮКОСа Василия Алексаняна, умирающего от неизлечимой болезни в тюремной больнице. Как совместить отказ Верховного суда освободить Алексаняна из-под стражи, дать ему последний шанс получить необходимую медицинскую помощь со словами о свободе, справедливости и уважении к человеческому достоинству? По справедливому замечанию газеты «Ведомости», даже при Сталине участь больных зэков облегчали, а людоедский был режим.

В свое время в начале перестройки Горбачев позвонил академику Сахарову, находившемуся в ссылке в Горьком, а тот рассказал генеральному секретарю ЦК КПСС, что в тюрьме только что умер рабочий диссидент Анатолий Марченко и попросил освободить всех политзаключенных, что и было сделано. Сегодня Медведев явно не собирается звонить кому бы то ни было и интересоваться участью людей, арестованных и заключенных в тюрьму по делам с откровенно политической подоплекой вроде дела ЮКОСа или «шпионских дел» ученых.

Более того: увы, так называемому общественному мнению, так называемой элите решительно наплевать на умирающего Алексаняна. Никто не хочет никаких либеральных перемен, никакой оттепели. В отличие от конца 80-х. Если бы тогда с ценами на нефть, вообще с советской экономикой все было в порядке, быть может не было бы ни перестройки, ни гласности, ни Горбачева-реформатора. Станет ли реформатором Медведев поэтому тоже зависит от того, упадут ли цены на нефть, надолго ли хватит валютных резервов Стабфонда и вообще как серьезно затронет Россию разрастающийся глобальный экономический кризис».



Е. КИСЕЛЕВ: Еще раз напомню, сегодня у меня в студии в качестве эксперта программы «Власть» Владимир Милов, руководитель Института энергетической политики, известный российский политолог и экономист. Скажите, пожалуйста, Владимир Станиславович, как серьезно затронет Россию разрастающийся глобальный экономический кризис?

В. МИЛОВ: Ну, это тоже зависит от того, как он будет дальше разворачиваться. Пока мы на некоторой развилке находимся. Но я думаю, что он продолжится и затронет нас достаточно серьезно, последствия будут для этой власти очень сложными. Они не привыкли управлять страной в условиях экономических трудностей. Очень легко было им, когда они управляли ситуацией в таких благополучных внешних условиях – приток капитала, цены на нефть высокие. Сейчас будет вместо притока отток из-за падения мировых фондовых рынков…

Е. КИСЕЛЕВ: Ну и российский рынок упал так, что мало не покажется.

В. МИЛОВ: Упал больше с начала года, чем западные рынки. Хотя у нас сейчас говорят, что российская экономика как бы относительно в порядке, но если посмотреть реально, индекс РТС рухнул больше, чем «Доу-Джонс» в процентном отношении. Это связано с тем, что прежде всего 60-70% акций, которые у нас находятся в свободном обращении на нашем фондовом рынке принадлежат иностранным инвесторам. Они в условиях таких мировых кризисов, безусловно, продают все акции развивающихся рынков и уходят…

Е. КИСЕЛЕВ: Продают за доллары?

В. МИЛОВ: Ну, продают по каким-то своим коммерческим условиям, но уходят они в какие-то надежные, пусть и низкодоходные инструменты, прежде всего американские – скажем, те же казначейские облигации. Я думаю, что этот процесс продолжится, если рынки начнут падать. От нас будет утекать капитал. А если мировая экономика замедлится, то еще и упадут цены на нефть, упадут доходы бюджета. У меня такое ощущение, что вся эта компания не готова просто к такой ситуации, она просто не имеет инструментов управления…

Е. КИСЕЛЕВ: А как там с ценами на нефть? Потому что уже появились такие апокалиптические прогнозы, что цены будут снижаться, снижаться, снижаться… Уже, говорят, фьючерсные торги идут по цене 80 долларов в феврале.

В. МИЛОВ: Я думаю, это вполне реально. Это то, что будет происходить. Сейчас аналитики гадают с цифрами 50, 60, некоторые называют 40 долларов. Даже не это самое страшное. Вот сейчас как раз мы находимся в такой ситуации, когда страна в принципе готова к некоторому периоду падения цен на нефть. Самым проблемным будет отток капитала, который был основным источником. Приток внешнего капитала, внешних кредитов был основным источником роста в прошлые годы. Эти деньги будут уходить. Кредиты нашим компаниям перестанут давать, по крайней мере в таком объеме. Им надо будет как-то выкручиваться, заплатить по старым долгам, которые они уже накопили в огромном количестве. Корпоративный долг превышает 400 миллиардов долларов. Я думаю, что государство тут же начнет тратить свои резервы. Греф уже сказал, что «Сбербанк» будет поддерживать коммерческие банки в плане ликвидности, если возникнут трудности. Есть такой большой шанс, что наши резервы Центрального банка и Стабилизационный фонд будут очень быстро растрачены на поддержку…

Е. КИСЕЛЕВ: Как быстро?

В. МИЛОВ: Ну, мне кажется, что если вот этот маховик пойдет раскручиваться, то пары лет хватит для того, чтобы проесть все наше благополучие, и я думаю, что года через три, а если это будет такая затяжная мировая экономическая рецессия, то думаю, что года через три нас ждет просто совершенно другой экономический ландшафт, который будет гораздо более проблемным. У нас замедлится рост, у нас перестанут расти доходы населения, возникнет масса других экономических сложностей, та же инфляция, например, потому что бюджетные расходы…

Е. КИСЕЛЕВ: Зачем Владимиру Путину в такой ситуации быть премьер-министром России?

В. МИЛОВ: Вот это вопрос, на который у меня нет ответа. Мне кажется, он выбрал самый неудачный момент, тем более что у них просто реально нет нормального экономического блока. В такой ситуации нам нужен, например, сильный министр экономики, который по крайней мере сказал бы, что делать, повел ситуацию за собой. А у нас там какие-то просто слезы и разруха сплошная. Если еще все это хозяйство возглавит Путин, там еще вместо жесткого управления появятся всякие элементы византийщины, это очень некстати в ситуации работы с таким кризисом. Думаю, что пойти премьером работать для Путина будет страшно неудачным решением.

Е. КИСЕЛЕВ: И второй вопрос, который я вам хотел задать. Вы уже как-то, выступая в нашей программе, так очень коротко высказались на тему о том, что на самом деле Дмитрий Медведев никакой не либерал. Не могли бы вы чуть подробнее развить это?

В. МИЛОВ: С удовольствием. Я на этой неделе опубликовал статью в «Ведомостях», где так прямо и написал об этом, что все, кто говорит об этом – любые аналитики, политологи – кто называют Дмитрия Медведева либералом, делают это без малейших на то оснований. Они либо не в курсе – те, кто говорит о либеральности Медведева, либо сознательно вводят людей в заблуждение.

Е. КИСЕЛЕВ: Ваша система аргументов? Вы рассказывали однажды, что он очень болезненно и нелиберально отреагировал на одну из ваших статей, как раз касающихся «РосУкрЭнерго».

В. МИЛОВ: Совершенно точно. Ну, прежде всего: никаких действий либерального характера, связанных с попыткой либерализовать политическую и экономическую систему в стране за Медведевым замечено не было, то есть таких просто записей нету в истории. С другой стороны, есть масса противоположных записей, которые свидетельствуют как раз о его антилиберализме. Вот, на мой взгляд, что я и пишу – ну и что, что он не носит погоны? Но он ничем, по сути, не отличается от тех же самых силовиков. Он координировал российские вмешательства в предвыборную кампанию на Украине президентскую в 2004 году. При нем вся вот эта антидемократическая политическая система сформировалась. Были приняты ограничения в законодательство о политических партиях, о свободе собраний…

Е. КИСЕЛЕВ: Вы имеете в виду, что в этот момент он был главой президентской администрации?

В. МИЛОВ: Да, момент, когда он был главой администрации. Администрация готовила все эти предложения. То есть, по сути, он ставил окончательную подпись на проектах всех этих антидемократических законов в 2004-2005 годах, когда он администрацию возглавлял. Ну что это за портрет либерала?

Е. КИСЕЛЕВ: Хорошо, многие вспоминают, что он так достаточно критично высказывался по поводу арестов в ЮКОСе?

В. МИЛОВ: Во-первых, я такого, честно говоря, не помню, а во-вторых, Евгений, мне кажется, наши обозреватели слишком много придают значения тому, как политики высказываются. Вот Путин тоже в начале своего творческого пути, в первых своих посланиях Федеральному собранию он все время говорил о том, что мы хотим построить правовое государство, наша цель – диктатура закона. Ну и во что это превратилось? Сам Медведев на этом Гражданском форуме признал, что у нас в стране господствует правовой нигилизм. Вот результат их строительства. Поэтому что анализировать высказывания? В этом нет практического смысла. Надо анализировать абсолютно реальные действия, которые говорят о том, что Медведев такой же, как и все они, и ровно ничего либерального за ним никогда замечено не было, а вот антилиберального – сколько угодно.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну что ж, здесь мы еще раз поставим точку с запятой. Последний перерыв на рекламу и анонсы и затем заключительная часть программы.

РЕКЛАМА

Е. КИСЕЛЕВ: Мы переходим к заключительной части очередного выпуска программы «Власть» на «Эхе Москвы» и на телеканале RTVi. И как всегда, по традиции, в начале последней части программы коротко о политиках, которые на минувшей неделе своими действиями, заявлениями, решениями набрали дополнительные политические очки, и о тех, кто очки потерял.

ПОБЕДЫ И ПОРАЖЕНИЯ

Е. БУНТМАН: «Минувшая неделя обернулась настоящим чудом для Сергея Глазьева. Его вернули из политического небытия, в котором бывший оппозиционер находился на протяжении последних лет. Теперь Сергей Глазьев – международный чиновник. В мае он займет должность заместителя генсека экономического блока ЕврАзЭС. Кстати, саммит этой организации в 2012 году пройдет в России, так что Глазьев становится публичной фигурой. Впрочем, возвращение Глазьева и его соратника по партии «Родина» Дмитрия Рогозина на политическую арену может означать только одно – их простили в Кремле.

В непростой ситуации оказался экс-глава Минатома Евгений Адамов, который обвиняется в коррупции и превышении должностных полномочий. Следствие по делу Адамова закончено и теперь гособвинитель просит приговорить бывшего министра к 9-ти годам тюрьмы. Как правило, такой значительный запрашиваемый срок означает, что срок реальный может оказаться внушительным.

Председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер заключил на неделе выгодную во всех отношениях сделку с правительством Сербии. Теперь российскому газовому монополисту принадлежит 51% акций Сербской нефтяной компании. В Белграде не скрывают, что сделка с «Газпромом» поможет противостоять независимости Косово. Для Москвы покупка активов выгодное политическое вложение: теперь российский концерн владеет всей нефтяной отраслью одной из европейских стран.

В ощутимом минусе оказался первый вице-премьер Сергей Иванов. В его ведении находится программа спутниковой навигации ГЛОНАСС, которая, как выяснилось, отказывается работать. В итоге Сергею Иванову пришлось признать несовершенство системы и устроить серьезную взбучку всему «Роскосмосу». Разнос, устроенный Ивановым, выглядит нелепо, если вспомнить характеристики, которые Иванов давал системе ГЛОНАСС, презентуя ее Владимиру Путину.

Серьезную победу одержал на этой неделе Владимир Кириллов — ранее первый вице-губернатор Ленинградской области, а ныне глава Росприроднадзора. Как показывает история последних лет, ведомство, порученное Кириллову, оказалось одним из самых влиятельных в стране. В его силах находить нарушения у нефтяных компаний или не находить их. Росприроднадзор может закрыть целлюлозный комбинат и отдать его «Кока-коле», не спросив прежних владельцев. Очевидно, что настолько важное ведомство не может быть отдано кому попало — а Владимир Кириллов вполне надежен — он дважды возглавлял областной предвыборный штаб Владимира Путина.

Глава «Альфа-Групп» Михаил Фридман оказался в минусе. Один из крупнейших вкладчиков «Альфа-Банка» госкомпания «Транснефть» собирается снять со счетов более 650-ти миллионов долларов. Причем отозвать вклады «Транснефть» решила через суд, поскольку «Альфа-Банк» якобы не захотел выплатить вкладчику все и сразу. Снятые со счетов деньги «Транснефть» разместит, скорее всего, в «Сбербанке», а банк Михаила Фридмана останется без крупного клиента. И это существенный удар даже для такой структуры, как «Альфа».



Е. КИСЕЛЕВ: Я хотел бы обратить ваше дополнительное внимание на историю с бывшим министром атомной энергетики Евгением Адамовым. Ведь в свое время он был арестован за границей, в Швейцарии, по запросу американской Фемиды. Американская юстиция обвиняла Адамова в том, что он незаконно присвоил часть средств, которые были выделены американской стороной на разного рода помощь атомной промышленности бывшего Советского Союза. И тогда, – наверное, многие помнят, – какие были господствующие настроения, в том числе какие настроения нагнетались с помощью проправительственных средств массовой информации здесь у нас, в России. Мол, не получат проклятые янки нашего Адамова. И действительно, Адамова не подвергли экстрадиции в Соединенные Штаты, договорились о его возвращении, о том, что его будут судить здесь, в России. Швейцария экстрадировала его не в Америку, а в Россию. И очень многие предполагали, что в конечном счете дело Адамова будет спущено на тормозах. А сейчас, похоже, опять наши правоохранители ли, силовики ли посылают сигнал тому же самому Западу, Соединенным Штатам, что, вот, у нас здесь опять борьба с коррупцией и торжество закона и порядка. Хотя посмотрим, чем закончится этот судебный процесс в реальной жизни. И вот о чем я хотел бы спросить моего гостя Владимира Милова, главу Института энергетической политики, который сегодня выступает в роли эксперта программы «Власть». Вот было упомянуто, что «Газпром» на минувшей неделе заключил большую сделку с сербами, а еще раньше Путин с Медведевым ездили в Болгарию и там тоже заключили соглашение о строительства газопровода, которое преподносилось в средствах массовой информации здесь, в Москве, как едва ли не историческое. Как вы можете прокомментировать эти события?

В. МИЛОВ: Ну, что касается Сербии, то вообще, конечно, может быть, и неплохо, что они купили эту индустрию сербскую, национальную нефтегазовую компанию. Конечно, более неудачного момента для этого дела было найти трудно. Сейчас вся мировая пресса и политики обрушатся на нас с обвинениями в том, что наша позиция по Косово находится в заложниках наших коммерческих интересов в Сербии. А вообще про эту сделку говорят, что она очень большая, а на самом деле это ведь не так. Она, по сути дела, микроскопическая. Сербия потребляет примерно 2 миллиарда кубометров газа. Это примерно столько, сколько потребляет ТЭЦ-22 «Мосэнерго», одна электростанция, расположенная здесь, в Москве. Нельзя сказать, что сербский энергетический рынок большой. Скажем, там нефтеперерабатывающие мощности – 4 миллиона тонн, это как один Туапсинский завод, например. То есть, по большому счету, говорить о том, что это какая-то огромная сделка, которая очень продвинет интересы «Газпрома», нельзя. Что касается Болгарии, то я опять боюсь разочаровать поклонников «Газпрома», но я бы обратил внимание на то, как трудно шли переговоры с Болгарией. Мы пытаемся найти идеальную транзитную страну, которая всегда будет нам добра, чтобы обойти то Украину, то теперь Турцию. Но «Газпром» хотел ведь получить контрольный пакет акций в операторе проекта «Южный поток», который пройдет по болгарской территории. Ему это не удалось. Они достигли соглашения, что это будет 50 на 50 и, собственно говоря, что это будет компания, зарегистрированная на болгарской территории, действующая по болгарским законам. Это примерно похожая схема, как получилось у них, например, в Польше с газопроводом Ямал-Европа, где они при такой же паритетной схеме не договорились о транзитном тарифе, дошли до жутких разногласий, в результате наши отказались строить вторую нитку Ямал-Европы и пошли через Балтику. Мне кажется, то, как развивается ситуация с Болгарией, она, конечно, будет выкручивать нам руки сейчас, пользуясь статусом такой новой любимой транзитной страны. Не надо забывать, что болгарская компания «Булгаргаз», которая подписала соглашение с «Газпромом», она же одновременно входит в качестве акционера в газопровод «Набукко», который пройдет из Ирана через Турцию в Европу, который считают у нас политическим антироссийским проектом. Я бы вот эту болгарскую игру на два фронта не недооценивал. Боюсь, что наши, как всегда, вместо того, чтобы с Украиной нормально договориться, они ищут себе приключений в других местах, где, может быть, этого и не стоило делать.

Е. КИСЕЛЕВ: Но ведь согласитесь, что все проекты строительства газопроводов в последнее время чрезвычайно политизированы?

В. МИЛОВ: Да, безусловно. Но и не только наши. Действительно, тот же «Набукко» – чисто политический проект, к которому масса вопросов, но это еще раз подчеркивает необходимость все-таки перехода в режим каких-то компромиссов, уступок, диалога с теми транзитными странами, которые являются естественными для нас – Украиной, Белоруссией, Польшей.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну а что касается звучащих фанфар – очевидно, их надо рассматривать как часть предвыборной президентской кампании председателя совета директоров «Газпрома»?

В. МИЛОВ: Ну да, в том числе. Он же ездил с Путиным в Болгарию. Что касается фанфар, я бы серьезно так это не воспринимал. Как мне сказали мои коллеги по РАО «ЕЭС», характеризуя стиль Анатолия Чубайса, «у нас в РАО бывает или победа, или полная победа». Мне кажется, здесь примерно такой же стиль подачи материала используется: трудности прячутся, а выпячивается все, как некоторая победа Путина. Я думаю, что, скорее, мы еще с Болгарией хлебнем в будущем трудностей.

Е. КИСЕЛЕВ: Ну что ж, я благодарю моего гостя. Сегодня в качестве эксперта программы «Власть» выступал экономист и политолог Владимир Милов, руководитель Института энергетической политики. На этом все. Я прощаюсь с вами. До встречи в следующую пятницу. Продолжение следует.

Печатную версию программы «Власть» читайте в «Новой газете» в понедельник, 28 января.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире