'Вопросы к интервью
К. ЛАРИНА – Мы тут обсуждаем передачу, которую я не видела, но про которую очень смешно написала Ирина Петровская в «Новой газете». Программа «Пусть говорят» любимая передача Ирины Евгеньевны Петровской.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Источник моего вдохновения.

К. ЛАРИНА – Где была героиней главной Маша Распутина. Это смешно, да. Я когда читала, я не верила своим глазам, что это говорит героиня наша светоч, как ты говоришь. Авангард нашей поп-музыки, нашего шоу-бизнеса.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Кстати, авангард становится таковым, после того как раскручивает этот скандал в формате «Пусть говорят». Потому что кто уже помнит творческие достижения этого авангарда.

К. ЛАРИНА – Отпустите меня в Гималаи.

И. ПЕТРОВСКАЯ — А ты помнишь продолжение? Отпустите меня насовсем, и тогда я завою, залаю, и тогда я кого-нибудь съем. Так вот выяснилось, что в Гималаи не надо, завыла, залаяла, в общем всех съела.

К. ЛАРИНА – Я ее кстати очень любила, когда она была молодой, ее первая инкарнация, когда она была еще Машей Распутиной, тоненькой девочкой.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Она и сейчас Маша Распутина.

К. ЛАРИНА – И она мне ужасно нравилась. Ты упал с Луны – эта песня. Вообще классная была девка. Жалко, что превратилась в такого фрика, очень обидно.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это на два вечера растянуто было. Ты не видела?

К. ЛАРИНА – Нет, к сожалению, я только читала в изложении некоторых злобных критиков.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Дело в том, что без таких программ и программа чахнет и разумеется, некоторые ее герои. Потому что это в общем в том ряду, где были скандал в благородном семействе А. Б. Пугачевой.

К. ЛАРИНА – А вот когда Жасмин избили.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Сваха Роза Сябитова.

К. ЛАРИНА – Мужем битая.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Которая потом к мужу вернулась. И наконец конечно апофеоз это Филипп Киркоров в психушке. Поэтому, как только у кого-то какие-то проблемы начинаются, обращаются и Андрей Малахов отрабатывает это просто по полной программе.

К. ЛАРИНА – Вчера на сайте Санкт-Петербургской благотворительной организации «Перспективы» было опубликовано открытое письмо генеральному директору Первого канала К. Л. Эрнсту. Я несколько кусочков процитирую для того, чтобы наши слушатели поняли, о чем идет речь. Сразу скажем, что речь идет о программе «Пусть говорят». «Уважаемый Константин Львович! Мы с уважением относимся к Первому каналу телевидения, возглавляемому вами, и согласились поучаствовать в одной из передач. 24 марта 2011 года мы в качестве экспертов приняли участие в съемках программы «Пусть говорят», посвященной конфликту между администрацией детского дома-интерната для детей-инвалидов Астраханской области и волонтерами. Международный опыт показывает, что именно открытые дискуссии способствуют формированию гражданского общества и приводят к радикальным улучшениям в социальной системе. Так было в Великобритании, Швеции, Норвегии, США и других странах. Однако на деле мы вынуждены стыдиться того, что приняли участие в программе. Ведущий Андрей Малахов настойчиво игнорировал любые попытки говорить о положении детей, живущих в интернатах, о причинах того, что дети, живущие в групповой системе ухода, отстают в развитии и физических показателях, чаще умирают. При этом он активно поддерживал стычки с взаимными оскорблениями и переходом на личности вместо того чтобы попробовать разобраться в серьезной проблеме – ведь детям плохо каждый день, многие действительно умирают и не только в этом интернате, а по всей стране в студии сознательно создавался хаос и балаган. Мы считаем недопустимым использование данной темы для развлечения публики, путем раздувания низменных страстей, унижения матерей детей-инвалидов, оскорбления людей, которые берут детей с тяжелой инвалидностью под опеку, сотрудников и волонтеров. Мы требуем, чтобы тема детей с тяжелой инвалидностью, проживающих в государственных учреждениях, была внимательно и глубоко рассмотрена на серьезной передаче с привлечением власти, ведущих экспертов из разных областей, волонтеров и представителей общественных организаций». Подписали это письмо директор фонда «Перспективы» Мария Островская, Татьяна Морозова – клинический психолог и Святослав Довбня – детский невролог. Как я понимаю, те самые эксперты, которые были участниками программы.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Совершенно правы авторы, что действительно открытая дискуссия способствует развитию гражданского общества, если речь идет о полноценных нормальных дискуссиях. Я не знаю, вероятно, за отсутствием сегодня иных форматов дискуссионных я имею в виду, может быть на Первом канале, еще есть «Судите сами», но там как правило более глобальные политические какие-то темы. Гео даже скорее политические. Других дискуссионных форматов на Первом по крайней мере канале нет. Поэтому мысль о том, что любой ценой и даже в формате «Пусть говорят» можно донести до общества какую-то важную проблему, она абсолютно иллюзорна, мне представляется. И это бессмысленно приходить на «Пусть говорят» в надежде на то, что состоится серьезный вдумчивый и общественно-полезный результат.

К. ЛАРИНА – То есть типа знали, куда шли.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Абсолютно.

К. ЛАРИНА – Но если люди в отчаянном положении, сама говоришь, что у них нет другой возможности эту тему поднять.

И. ПЕТРОВСКАЯ — В отчаянном положении люди пришли и оказались еще в более отчаянном положении.

К. ЛАРИНА – А ты не видела этот выпуск?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Его не было, он 24-го был записан. Я специально посмотрела, наверняка будет на следующей неделе. Если он выйдет, если не будет продолжения скандала, связанного с письмом, но это вряд ли, потому что начальники телевизионные живут по принципу: нас не запугаешь и на нас не надавишь. Только если происходит что-нибудь похожее на то, что произошло с Анастасией Волочковой, когда она под эфир вдруг неосторожно вышла из партии «Единая Россия» и отказалась от письма, осуждающего Ходорковского.

К. ЛАРИНА – То есть твой совет – не соглашаться.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Абсолютно.

К. ЛАРИНА – Даже если к вам обращаются с благими намерениями, ты же сама знаешь, как звонят. Говорят, что мы хотим вам помочь, мы прочитали о вашей беде.

И. ПЕТРОВСКАЯ — … ваша тема.

К. ЛАРИНА – Это понятно, это обращение к экспертам.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Они тоже эксперты.

К. ЛАРИНА – Героям, что мы хотим помочь, поднять эту проблему, чтобы о ней заговорили. Люди же на это покупаются, тем более, когда у них действительно проблема, о которой никто не говорит.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Практически никогда за редким исключением, может быть на моей памяти с десяток за все время существования действительно удавалось поднять какую-то тему и провести более-менее внятный разговор по этому поводу. В остальном случае, чем шумнее, чем скандальнее, чем балаганнее извините, тем лучше. Собственно цель таких шоу недаром и название «Пусть говорят», бла-бла-бла, пусть говорят, желательно пусть орут, но цель ни в коем случае никогда не выяснение истины и не привлечение внимания к проблеме. А именно чем скандальнее, тем лучше, тем рейтинговее. Это если говорить о задачах создателей таких шоу. А если говорить о зрителях, они тоже привыкли, что здесь будет чего-нибудь горяченькое, желательно чтобы кто-нибудь кого-нибудь съел, изнасиловал, очень хорошо, когда в эфире дадут по башке. И можно придти попытаться переорать. Есть такие люди, которые берут глоткой, горлом. Но тоже это ни к чему абсолютно не приводит, никакая истина, мало того, не просто не выясняется, потому что орут. А потому что нет цели такой – выяснить истину.

К. ЛАРИНА – Возвращаясь к тексту письма, в конце они пишут: мы требуем, чтобы тема детей с тяжелой инвалидностью была внимательно и глубоко рассмотрена на серьезной передаче. Насколько вообще вправе люди простые зрители требовать…

И. ПЕТРОВСКАЯ — Абсолютно не вправе.

К. ЛАРИНА – Он скажет: да плевать я хочу, что вы там требуете. Заведите свое телевидение и делайте свои программы.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Вот если бы у нас было общественное телевидение, и то я не очень представляю, как в наших условиях работал бы этот механизм, то может быть, еще люди могли бы требовать на том основании, что мы являемся абонентными…

К. ЛАРИНА – То есть мы платим за это телевидение.

И. ПЕТРОВСКАЯ — …пользователями, мы за это телевидение платим.

К. ЛАРИНА – Как на BBC не раз бывало, там общественный совет и люди, которые деньги платят, имеют право требовать.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Здесь никто не имеет права требовать. Первый канал хотя у него контрольный пакет государственный, но, тем не менее, существует по факту как коммерческая организация и кстати, большинство наших телекомпаний, имея государственное управление по сути, на самом деле абсолютно коммерческие организации. И в любом ином сегменте, кроме общественно-политического я имею в виду именно с упором на политику, информационного абсолютно свободны в выборе своей политики, и разумеется, абсолютно свободны в выборе формы для подачи того или иного сюжета.

К. ЛАРИНА – То есть те люди, которые я цитирую письмо, надеются, что данная передача даст возможность поднять вопрос, и что общество совместно с государством может сделать для того чтобы условия жизни детей стали человеческими, они должны забыть про программу «Пусть говорят». Она этих проблем никогда решать не будет.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Еще есть один хороший способ – обратиться напрямую к президенту или к премьер-министру.

К. ЛАРИНА – А куда обращаться?

И. ПЕТРОВСКАЯ — А вот неважно, каким-то образом они окажутся на пути, приедет в эту область, где находится какой-то проблемный детдом или приют, интернат для детей, приедет какой-нибудь из наших членов тандема и вдруг к нему прорвутся люди и вдруг они докричатся и тогда будет дано прямое указание. Возможно, в этом случае что-то и получится.

К. ЛАРИНА – Или, в конце концов, можно хотя бы сюжет сделать, я не думаю, что такой возможности нет. У того же Пиманова что невозможно, сделать сюжет на эту тему. Возможно. В программе «Человек и закон».

И. ПЕТРОВСКАЯ – Это ты к нему обратись.

К. ЛАРИНА — Нет, я обращаюсь к людям, которые это письмо написали.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Сюжет какой? С изложением этих претензий к программе «Пусть говорят»?

К. ЛАРИНА – Нет, сюжет, связанный с детьми, с конкретным детдомом.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Может быть, но в любом случае вообще эти темы возможны сегодня на нашем телевидении, это мое убеждение, только через скандал. Это тоже очень любят в таких форматах как «Пусть говорят» — показать скелеты детей, рассказать, как они днями лежат в собственных продуктах жизнедеятельности, как их обворовывают. Вот это очень извините за выражение – канает. А все остальное разговор серьезный вообще о проблеме, о социальной огромной проблеме, ну конечно, он невозможен. Потому что там еще десять человек, каждый кто в лес, кто по дрова, если пришел, то должен обязательно высказаться. Иногда получается одну фразу сказать, иногда бывает особенно смешно, когда видишь, как сидят люди, которые вообще за весь эфир рта не открыли. Но при этом явно, что они говорили, но просто, видимо, не туда, не в жилу что называется. Не попали.

К. ЛАРИНА – А ты отказываешься тоже принимать участие в этой передаче.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я отказываюсь, потому что я во-первых, я не умею брать горлом. Я привыкла участвовать, если я участвую в каких-то дискуссионных форматах, то чтобы мне предоставили какое-то слово, если уж меня позвали или я могла бы вступить в какую-то полемику. А здесь выдирать микрофон, орать. А во-вторых, меня почему-то так ассоциируют исключительно с проблемами животного мира, и поэтому зовут только на программы, где обсуждается то, как человек съел собаку, собака человека. И я тоже как-то не знаю, что на эту тему говорить. Вот тут меня позвали, позвонили, говорят: Ириночка Евгеньевна, пожалуйста, мы вас очень хотим позвать, это тема такая ваша. Тут надо заметить, что на канале «Домашний» действительно очень домашнюю и маленькую программку, которую я веду, туда приходят люди разные, в основном конечно, представители какого-то артистического мира. Которые приносят с собой своего цуцика, независимо от того, кто это и как выглядит и на глазах преображаются. Они его любят, они рассказывают о нем как о самом дорогом существе. И в этом контексте слова редактора тема очень ваша: человек отрубил голову собаке, мне представляется, по меньшей мере, странной.

К. ЛАРИНА – Самая рейтинговая, наверное, на Первом канале.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Действительно, более того наша с тобой коллега и подруга Арина Бородина написала в своей колонке в «Коммерсанте», что в очередной раз та самая Маша Распутина набрала сумасшедший рейтинг. Каждый шестой россиянин или москвич смотрел это. То есть они прекрасно понимают, что делают, что привлекает внимание, тут им безусловно равных нет и им не откажешь в этом знании.

К. ЛАРИНА – У Опры Уинфри у нее тоже шоу. Это не дискуссия спокойная, внятная, когда каждый по очереди выступает. Там тоже бывают достаточно яркие эмоциональные схватки.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Давай посоветуем экспертам попроситься к Опры Уинфри.

К. ЛАРИНА – Ну действительно в чем разница? Объясни мне.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я не могу тебе сказать, в чем разница, потому что я не постоянный абсолютно зритель…

К. ЛАРИНА – Там тоже шоу, там тоже есть частный разговор о каких-то очень личных вещах, иногда очень интимных. И она этих людей, которые к ней приходят, она вызывает на такое откровение. Там тоже большая студия, много людей. Тоже очень эмоциональный градус разговора.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Не знаю, видимо, разница в ментальности нашей. Трудно мне сказать. И, скорее всего, я не владею в той степени языком, чтобы понять, о чем идет речь, но скорее всего независимо от того, что много людей и так далее, все-таки в процессе разговора происходит какое-то выяснение если речь идет о проблеме.

К. ЛАРИНА – Гордится очень Андрей Малахов, когда прям на передаче какой-нибудь депутат скажет, он спрашивает: вы готовы помочь МарьИванне Петровой в решении ее проблемы квартирной. Депутат говорит: да, подойдите ко мне после программы, я запишу все ваши телефоны. Я вам помогу.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Очень бы хотелось узнать, может быть даже посоветовать коллегам сделать такую программу, дать несколько таких обещаний, поскольку уже прошло с момента выхода многих программ достаточно времени и проследить, как помог тот или иной депутат, и помог ли он с квартирой, помог ли он еще в каких-то…

К. ЛАРИНА – Там адвокаты очень часто вызываются помочь.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Дай бог, я только за эффективность и действенность и в этом случае может быть даже будет оправдано все, что там происходит. Но что-то мне подсказывает, что не так уж высока эта эффективность и действенность.

К. ЛАРИНА – Ира, сюжет номер два. На беду случился вчера у Шифрина юбилей, с чем мы его поздравляем. Но почему на беду – потому что они тоже смотрят планы телевизионщики и видят, у кого чего. Поэтому ему пришлось выдержать несколько натисков от различных телевизионных компаний. И вот один сюжет он излагает у себя в ЖЖ. Некий Дима позвонил, сказал, что хочет снять кино биографическое на Первом канале. Шифрин отослал его к своему директору, директору он ничего не сказал, стал мутно объяснять, может быть и не для Первой. А может для какой-то другой компании. В общем, ничего не поняли. Он опять звонит Шифрину. И говорит, что мы хотим про вас снять сюжет. Для какого канала предназначен сюжет? – спрашивает Шифрин. – Мы для разных каналов снимаем. Для РЕН-ТВ, НТВ… — Но этот – для кого? Туман опять сгустился. Потом в ход зачем-то пошли ссылки на маму, которая давно и сердечно любит меня, и страшно расстроится, если сюжет окажется однобоким. Потом и вовсе чуть не разнылся: «Я же человек подневольный!» Ах, подневольный? А какого хрена ты тогда выбрал такую журналистику, в которой надо биться между долгом и мамой. Несколько часов назад позвонили в дверь. Чуть не ослеп, вперившись в глазок. Камера с подсветкой целилась прямо в безоружный глаз. За дверью – двое — Что вы хотите? На этот раз Дима представился журналистом из «Комсомолки». Им нужно меня поздравить. — Но я не принимаю гостей без звонка. Снова звонок в дверь. На этот раз подсветка потухла. — Ефим Залманович… — Я прошу не беспокоить меня. Через пять минут звонок с улицы. — Почему вы не хотите, чтобы мы оперативно сняли поздравление? Это же лучше, чем поджидать вас в подъезде. — Но зачем вам меня поджидать? Я не хочу сниматься у вас. — Но мы же все равно снимем. — Вы меня шантажируете? — Нет. — Я обращусь в милицию. — Мы должны снять сюжет. — Вы не сделаете это без моего разрешения. — Значит, мы будем ждать вас на улице. Вот так завершается эта зарисовка Ефима Шифрина у себя в ЖЖ под названием «Подневольные люди». И в конце он резюмирует: это, конечно, новый вид журналистики. Я в загадке, дорогая редакция. Но есть ли спасение от этой напасти?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Спасение в данном случае в том, что Ефим Шифрин не открыл, но с другой стороны действительно в любой момент на тебя могут выскочить, как на нас с тобой тогда с мышами бросались у подъезда «Эхо Москвы». Я почти уверена, хотя могу ошибаться, но это сюжет для какой-нибудь программы типа «Ты не поверишь». Людям неловко самим говорить…

К. ЛАРИНА – Я человек подневольный, он умоляет. Ноет.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Любой ценой снять сюжет. В этом сюжете обязательно должно быть нечто, что позволит анонсировать как: Ефим Шифрин дома ходит голый например или Ефим Шифрин живет с кошкой, но при этом обязательно многозначно будет. Или с морской свинкой. Людям поскольку они уже имеют определенную репутацию, дано задание снять, но при этом не говорить, для какой программы, потому что кто-то пойдет с удовольствием, и мы знаем таких людей, а кто-то, как Ефим Шифрин человек крайне мне кажется достойный, все-таки будет разборчив в этом. Поэтому ничего не остается. Мне много раз рассказывали, как звали либо на запись в ту же «Пусть говорят», звали, формулируя иную тему. Или приходит, говорят из «Комсомолки», а на самом деле оказывается какая-то абсолютная желтуха.

К. ЛАРИНА – А «Комсомолка» что не желтуха?

И. ПЕТРОВСКАЯ — По сравнению с тем, какая была желтуха, это белуха…

К. ЛАРИНА – Учитывая, что у них сейчас там есть интернет-телевидение, я думаю, что та еще желтуха. Я вполне допускаю, что могут быть и из «Комсомолки».

И. ПЕТРОВСКАЯ — Нет, я думаю, что если бы из «Комсомолки», то он был бы из «Комсомолки».

К. ЛАРИНА – Я тебе рассказывала Аня Козакова жена М.М. Козакова, в Израиле, у них десант приехал из «Комсомольской правды», отправили бригаду, не получив разрешения ни на съемку, ни на интервью, потому что естественно Анна всем отказывала. Они стали ее долбить звонками уже там, сказали, что мы уже приехали, мы уже здесь. Это такой триллер. Скажите, где, сами найдем. Будем поджидать у подъезда. Представляются разными именами. Сначала сказали, что министр культуры звонит лично, хочет снять. В другой раз еще что-то. Выдумывают черти что. И в итоге выходит материал, который сделан по каким-то слухам, сплетням, они фотографируют дом, вот тут красным обводят кружочком квартира, в которой он живет. А вот сад, больница, где он лежит. А вот дальше какие-то начинаются ссылки, какие-то сплетни и в итоге та же фраза прозвучала, почему я подумала, что это тоже «Комсомолка», потому что она сказала, что вам же лучше будет, если вы дадите разрешение. Потому что мы сделаем это по-другому. Просто угрожают.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Меня потрясает особенно в таких пограничных и запредельных ситуациях, в которых часто оказываются известные люди, фактически между жизнью и смертью, когда, зная, что сегодня все доступно, информация, телевидение, в том же Израиле люди смотрят прекрасно русское телевидение. Даже в голову не приходит, что существует еще этика сродни врачебной, потому что тот же Михаил Михайлович или любой другой человек тяжелобольной может не знать, от него могут скрывать, что он тяжело болен, и он может узнать об этом из этого вонючего поганого сюжета, где будет сказано, что человек умирает и человек может умереть от этого. Особенно обладающий развитым воображением. Вот даже это не приходит в голову. Вообще что касается этого нахрапа, с которым некоторые телевизионщики, в принципе может быть, меня поправят юристы, которые занимаются правом в области медиа и СМИ, есть право на свое изображение. По-моему, даже так и сформулировано: человек имеет право на свое изображение. И поэтому просто многим как бы в лом судиться, неохота связываться, понятно, что это продлится и они еще сделают на этом многие желтые издания себе рейтинги и аудиторию. И более того, эти судебные издержки у них заложены, видимо, в смету. Потому что они могут быть даже очень высокими, но это повышает все равно количество их аудитории. Но, тем не менее, если бы это происходило более часто, то возможно…

К. ЛАРИНА – Здесь какие-то юридические нюансы, потому что новости же когда снимают новостные сюжеты, никто же не спрашивает разрешения.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это другое. И то я думаю, что если, например, какого-то человека в том же новостном сюжете тоже бывали такие случаи, случайно подмонтируют куда-то, и соответствующим образом откомментируют, он все равно может каким-то образом…

К. ЛАРИНА – Как допустим, у Андрея Караулова часто происходило в программе.

И. ПЕТРОВСКАЯ — В том числе да. Я хотела сказать, не к ночи будет помянут. В том числе да, потому что с помощью твоего изображения создается определенный контекст и происходит некое манипулирование. И мы это видели многократно, когда совершенно как будто бы не в жилу, пришей кобыле хвост, вдруг возникает несколько раз изображение того или иного человека. Кстати я тоже в это один или несколько даже попадала, когда речь вел о продажности, о том, что либеральная интеллигенция кормится с чьих-то рук…

К. ЛАРИНА – Показали тебя в белом костюме.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это была какая-то церемония ТЭФИ.

К. ЛАРИНА – А потом какая-то мужская рука крупно считала пачки долларов.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это вслед за тем, потому что в самом кадре, более того, к сожалению, никто на моих глазах никакая мужская рука…

К. ЛАРИНА – То есть как вы понимаете, речь шла о продажной журналистике. Значит, жируют, пьют шампанское, икру едят…

И. ПЕТРОВСКАЯ — В белых костюмах.

К. ЛАРИНА – И тут же и доллары падают на них золотым дождем.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, очень хорошо доллары вмонтируются.

К. ЛАРИНА – Это кстати советская система очень…

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да советская может быть и была…

К. ЛАРИНА – Они очень любили монтаж такой.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Монтаж такой был в специфических программах, когда это называлось искусствоведы в штатском.

К. ЛАРИНА – Какое-нибудь разоблачение капиталистической заразы.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Или еще были такие форматы, когда какой-нибудь шпион разоблачался или наш перебежчик. Тогда появлялись такие программы. Они нечасто бывали в эфире, но все знали, что тут ведущий в штатском. К несчастью это огромная проблема. И я не знаю, до какой степени наше законодательство способно ее урегулировать.

К. ЛАРИНА – Помнишь, письмо писали президенту, еще живой был Саша Абдулов.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Тут огромная проблема, потому что как только начинаются новые и новые ограничения, в результате вообще убивают все живое.

К. ЛАРИНА – Это не только наша проблема, сколько мы знаем случаев, когда звезды Голливуда, не выдержав, просто избивали папарацци, ломали им фотокамеры. Все подавали в суд и всегда эти звезды несчастные должны были либо штраф выплачивать, либо на каких-то общественных работах отрабатывать. Всегда проигрывали судебные иски.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Вся желтая пресса, к сожалению, именно таким образом таблоиды так и функционируют. Но, тем не менее, все равно с этим что-то делать надо, потому что можно отговориться тем, что Ефим Шифрин человек публичный и поэтому он не имеет права ни отказываться, ни тем более прогонять каких-то журналистов. Но Ефим Шифрин как человек публичный имеет право не пускать их в свою квартиру и имеет право выбирать, куда ему приходить и у кого сниматься, а у кого нет. Как минимум знать, у кого он действительно все-таки снимется, и кто опубликует с ним тот или иной материал. Это естественные нормальные вещи.

К. ЛАРИНА – Поехали дальше. Давай пойдем по вопросам по программам.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Дополню, что еще иногда такого рода конфликты разбирает общественная коллегия по жалобам на прессу, когда действительно какие-то люди разные бывают чиновники, представители творческого мира обращаются не в суд, а в эту общественную организацию, куда входят журналисты и представители аудитории, такие именитые, адвокаты, священники и тогда эта ситуация хотя бы рассматривается, разбирается и хотя ни на что не влияет, но выносится определенное решение, которое выражает отношение к тому, что произошло. И прав или не прав журналист или компания или газета, используя такого рода методы. Но желтушные издания не фигурируют, как правило, в делах, которые рассматривает общественная коллегия.

К. ЛАРИНА – Вопросов много, но я не могу не задать этот вопрос, спрашивает Игорь из Подмосковья: Ирина, а вы будете обозревать программу «Бесогон-ТВ»?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я мечтаю. Я хочу накопить впечатлений, потому что это конечно одно из открытий минувшей недели, новый практически канал, ты вчера об этом рассказала в программе «Блог-аут». Это в ЖЖ и на Ютубе появился такой видеоресурс, в котором Никита Бесогон, просто иначе язык не поворачивается назвать, Никита Сергеевич Михалков делает такие авторские обращения. Когда мне прислала ты ссылку, и я кликнула, я честно говоря, не поверила и фактически кричала: не верю.

К. ЛАРИНА – Мы думали сначала, что это такой стеб. Что кто-то над ним подшутил.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Не верить и невозможно. Конечно, это выдающееся произведение как говорил мой первый главный редактор, выдающееся произведение творческое марксизма. И поэтому я конечно слежу с огромным интересом, и жду, когда немножко накопится впечатлений и выскажусь, я надеюсь, непременно, потому что…

К. ЛАРИНА – Новое слово в отечественном телевидении.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Вообще Бесогон-ТВ тянет на целый канал. У нас есть какие-то религиозные каналы, можно организовать Бесогон, они изгоняют бесов. Можно его проводить, например, есть теперь в Останкино своя церковь домовая или домОвая, как правильно сказать. Там священник сетует, что пока в нее заходит по 5-7 человек всего лишь, а она рассчитана на большее количество. И что во-первых… прочитал прекрасную публикацию после того как появилась эта церковь в Останкино, в самом телецентре, во-первых, исчезли призраки, которые там разгулялись просто по телецентру, черная старушка, желтая женщина, кто-то еще. Во-первых, это исчезло. А также надеются все-таки оздоровить общую морально-нравственную атмосферу, и кто-то рассказывал, что однажды заглянул поздно вечером, а там один из самых известных ведущих, входящий в топ-десятку ведущих, на коленях молился в этой церкви. То есть вначале чего-то бесов нагнал, а потом наоборот из себя видимо, выдавливал по капле этих бесов. Замечательно, мне кажется это все вместе в одну картину складывается, поэтому очень жду, надеюсь, что попадет, безусловно, это тоже и в сюжет, наверное «Центральное телевидение»…

К. ЛАРИНА – Мне кажется, что он скоро сам будет делать сюжеты, пока видеообращается.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Бесов за хвост держать так брезгливо как мышей. И выкидывать их из кадра.

К. ЛАРИНА – Добрый день, что будет с программой Максимовской «Неделя», — спрашивает слушатель из Москвы. Не замена ли ей начинается в виде передачи Симоньян. Объявлено на прошедшей неделе, что с 3 апреля на канале РЕН по воскресеньям будет выходить авторская программа директора канала Раша тудей Маргариты Симоньян. Там кстати есть некие разночтения. Давай сначала ты скажи.

И. ПЕТРОВСКАЯ — А какие разночтения ты скажи.

К. ЛАРИНА – В информации, которая прошла по информационным агентствам, написано, что это программа, в которой будут подробно освещаться события, которые не нашли своего отражения на федеральных каналах в течение недели. То есть по сути это повторяет формат Марианны Максимовской, потому что у нее по сути это и есть. Она в основном подробно излагает те сюжеты, которые не нашли своего отражения в выпусках новостей федеральных каналов.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я не думаю, что она акцентируется на том, что не нашли. Она делает просто свое видение того, что произошло.

К. ЛАРИНА – Мы же понимаем, что очень много противоречивых вещей возникает. Это первое. А у Маргариты в ее блоге я прочитала другое определение этой передачи. Она сказала, что это будет ее информационное зажигательное шоу. Это несколько иное. Шоу для поднятия хорошего настроения, что-то такое.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Дело в том, что с канала из пресс-службы РЕН-ТВ прислали два релиза, в первом то, что ты сказала. А во втором о том, что это будет шоу с разговорами, с привлечением людей. Ньюсмейкеров недели.

К. ЛАРИНА – А у нее именно определяется это как некая развлекательная скорее программа.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Нет, развлекательная я не поняла, что это будет. Я поняла, что будет именно общественно-политическое шоу с представлением разных точек зрения. Я в отличие от многих и видимо, тебя, пока не вижу…

К. ЛАРИНА – Мы живем в такое время, что сразу первая мысль: что-то тут не то. Ты же понимаешь, Ир. Какая другая мысль может придти в голову?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Мысль может придти в голову одна – что появится еще одна программа и возможно осмысленная. Даже скорее всего. Потому что канал «Раша тудей» нормальный канал, между прочим, не взирая на то, что он ориентирован вроде бы на формирование позитивного образа России.

К. ЛАРИНА – Вот смотри. Можно процитирую.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Нет, дай я договорю, а потом дочитаешь, потому что иначе я забуду мысль. Маргарита Симоньян мне кажется вполне серьезный журналист и более того, она еще стала литератором, и я тут прочитала ее книгу.

К. ЛАРИНА – И тебе понравилось?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Мне понравилось. Ты знаешь, она хорошо пишет.

К. ЛАРИНА – Я не хочу обсуждать, потому что у меня совсем другое отношение к этому журналисту.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Еще скажу. Для меня Маргарита Симоньян я ее очень мало знаю и к тому моменту вообще не знала, проявилась в ситуации с Мананой Асламазян, когда подписывалось письмо, и люди выступали из нашего цеха, сообщества в ее защиту, когда с Мананой случились все неприятности, она вынуждена была уехать из страны. И некоторое количество людей с государственных каналов и организаций поддержали чуть ли ни первыми и среди них была Маргарита, и мне показалось, что это достойный с ее стороны поступок. Она в этот момент, может быть, и не думала, какова будет ее личная в связи с этим судьба.

К. ЛАРИНА – Там кроме Маргариты Симоньян была масса достойных людей, которые кстати прекрасно существуют в вертикали телевизионного эфира.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Но в тот момент, когда это происходило, извини, в общем, было давление на ряд людей в государственных структурах, чтобы они не подписывали это письмо и никоим образом не присоединялись к этой протестной журналистской акции. Да и даже не в этом дело. Давай не будем отказывать человеку…

К. ЛАРИНА – Просто ты сейчас говоришь не о журналисте Маргарите Симоньян. Ты характеризуешь ее человеческие качества. К журналистике это не имеет отношения.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Имеет. Человеческие качества к журналистике имеют прямое отношение.

К. ЛАРИНА – Ты меня вынуждаешь привести свой пример. Хочешь, я его приведу?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Хорошо, прежде чем ты его приведешь…

К. ЛАРИНА – Ты рассказала одну историю, я тебе другую расскажу.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Можно, прежде чем ты приведешь, я скажу вот о чем. У нас действительно все время теперь уже, поскольку мы живем в довольно подлые времена, бывали хуже, но не было подлее, так вот у нас все время подозрение, что действительно кто-то кого-то подсидит, вытеснит и вообще это такая завуалированная форма отказа или избавления грядущего от Марианны Максимовской. Все может быть. Тут ничего исключить невозможно. Но давай посмотрим и просто не откажем человеку в праве сделать свое шоу, свою программу, а дальше мы поглядим, будет хорошо, мы будем только рады. Будет это каким-то образом расходиться с тем, что мы себе представляем, как прекрасное и хорошее, мы об этом тоже скажем. Но априори отказывать человеку в возможности…

К. ЛАРИНА – Я никому не отказываю, разве я так сказала? У меня возникли подозрения, которыми я поделилась. Я Маргариту Симоньян практически не знаю.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Человек соскучился по практической работе. Почему не можем…

К. ЛАРИНА – Послушай, у нее целый канал. Какая практическая работа?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Она делает как руководитель, как топ-менеджер большого канала. На своем канале, между прочим, я считаю, руководителю выступать как раз менее этично, нежели на чужом.

К. ЛАРИНА – Можно я уже скажу?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Давай.

К. ЛАРИНА – Поскольку ты рассказала историю героического поступка Маргариты Симоньян…

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я не сказала героического, я сказала – человеческого, достойного и профессионального.

К. ЛАРИНА – Маргарита Симоньян для меня осталась, к сожалению, пока на сегодняшний момент в памяти не как генеральный директор канала «Раша тудей», и не как прекрасный журналист, а как человек, который поучаствовал в постыдном спектакле, когда в гостях у Владимира Путина были главные редакторы всяческих СМИ, это было после событий в Осетии, когда был конфликт военный между Грузией, Осетией и Россией. Она, по сути, перевела стрелки на Алексея Венедиктова. Именно после ее выступления, когда она сообщила Владимиру Путину о том, что есть такое типа «Эхо Москвы», которое работает куда хуже, куда страшнее делает для нашего государства, чем все остальные западные компании. То как же нам теперь быть. Она это сделала. После этого Алексей Венедиктов как ты помнишь, получил то, что получил. Получил он это именно благодаря тому, что Маргарита Симоньян на этом совещании по моей информации, нигде опубликовано это не было, подчеркиваю, по моей информации перевела стрелки на радиостанцию «Эхо Москвы». Помогла Владимиру Путину обрушить весь свой гнев и оскорбления в адрес радиостанции «Эхо Москвы» и лично Алексея Венедиктова. Благодаря Маргарите Симоньян была устроена та самая публичная порка, о которой мы здесь все знаем. Для меня это поступок тоже о многом говорящий.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Поняла, я об этом не знаю, не знала. Но сейчас узнала от тебя. Давай опять же дадим человеку возможность…

К. ЛАРИНА – Давай процитирую ее уже.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Можно я только скажу. Дадим возможность и право, может быть, во-первых, человек меняется, ему свойственно, и может быть, он сожалеет о предыдущем. Может быть, он вообще не хотел она точнее, ну человек, перевести стрелки, и так это получилось.

К. ЛАРИНА – Ну конечно.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Мы знаем, что Владимир Владимирович Познер на встрече с журналистами Первого канала, когда была встреча с премьером, тоже подсказал «Эхо Москвы». Но может быть он совершенно…

К. ЛАРИНА – Тоже вопрос.

И. ПЕТРОВСКАЯ — …не имел в виду, что…

К. ЛАРИНА – Чего мы тут разбираем психологические переливы.

И. ПЕТРОВСКАЯ — В том-то и дело.

К. ЛАРИНА – Ир, давай прочту. Вот что пишет Маргарита у себя в блоге. Чтобы понять, что за передача будет. «Это будет задорное информационное шоу, сильно отличающееся от того, к чему привык российский зритель. Программа будет не очень обременительная – полчаса раз в неделю по выходным – легко совместимая с основной работой. Но зажигательная». Зажигательная – меня немножко и смутило.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Легко совместимая с жизнью.

К. ЛАРИНА – Я не очень понимаю, что такое зажигательное информационное шоу. Посмотрим действительно. Ты права, может, и такое время уже настало, когда информационное шоу может быть зажигательным.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Во-первых, оно может быть зажигательным, и мы в былые годы видели очень зажигательные политические шоу. Скажем, какие-нибудь «Свобода слова» или «Глас народа» превращались порой, так зажигали, что мало не казалось. Только где теперь эти поджигатели.

К. ЛАРИНА – Про канал «Театр» спрашивают. Он вышел в системе АКАДО, 27 марта завтра уже целый день будет вещать. Могу сказать, кто является абонентом сети АКАДО, что на 77-й кнопке будет доступен канал. На канале будут показаны спектакли, которые уже есть, сняты и будут делаться естественно передачи, программы, встречи с театральными деятелями. Хорошее начинание, хорошо бы только это увидеть. Потому что я, например, не являюсь счастливым обладателем АКАДО, к сожалению.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Вообще хорошего ничего не сказали. Вчера Сережа Гармаш такой был прекрасный вечер на «Линии жизни».

К. ЛАРИНА – Пугачева была хорошая.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, хотя меня изумило, потому что она значится на следующей неделе в эфире канала НТВ.

К. ЛАРИНА – Все уже прошло. Опять будет?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Еще раз Алла и Максим. То есть это можно уже вообще переименовывать в Пугачев-ТВ. Или Пуга-ТВ.

К. ЛАРИНА – Бесогон-ТВ и Пуга-ТВ.

И. ПЕТРОВСКАЯ — В общем, поразительно. Там такую жилу надыбали и разрабатывают.

К. ЛАРИНА – Товарищи, мы закончили. Пока.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире