'Вопросы к интервью
А. ВЕНЕДИКТОВ – «Человек из телевизора», Ирина Петровская. В Москве 11.10. Это я – ваша Ксения Ларина. Ха-ха. Это она – ваша Ирина Петровская. Или наоборот, я буду Ирина Петровская, а ты – Ксения Ларина.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Хорошо, ты будешь отвечать на вопросы.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ни фига. Я их буду задавать. Тем более что вопросов пришло много. 46. Видимо, неделя была бурная боевая. И если суммировать вопросы, приблизительно 7 или 8 вопросов, можно сказать, что 15% по поводу сериала «Школа» и обсуждения. Закончился. Ты смотрела?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я не смотрел, меня в этот раз видимо, решили не горячить.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я думаю, что все это писалось прямо…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Может быть. Так вот и чего? Как скорректировалась твоя точка зрения по окончанию сериала? Я даже не знаю, чем он закончился. На весь сериал и вторая часть обсуждения.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Во-первых, доброе утро всем. Должна сказать, что это первый сериал долгоиграющий – 69 серий, который я посмотрела от и до. Абсолютно выражение «подсела» это касается меня. Я довольно долго в него входила и разгонялась, серии с 10-й я поняла, что у меня есть внутренняя потребность смотреть, я начала различать героев, понимать примерно, кто из них что представляет, хотя по ходу менялись мои ощущения. Обстоятельства. Я смотрела этот сериал и в эфире и если, например, куда-то уезжала или пропускала серию, в Интернете, это крайне удобно. Они вывешивали каждую новую серию, вот заканчивается серия и через небольшое время буквально через сколько-то минут появляется уже в Интернете на специальном сайте следующая серия. И ты ее ждешь, если ты посмотрел предыдущую, то естественно начинаешь ожидать что дальше. Потому что хочется понять развитие. Я изначально не была очень критически к нему настроена.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Критически, мы с тобой разговаривали.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, первые 10 серий мне казалось, что там нет развития, что все топчется на одном месте. Все примерно одинаковые персонажи. Но по мере того, как я втягивалась, я поняла, что там есть и драматургия, и развитие характеров. Конечно, есть какие-то обрывы сюжетных линий, потому что все-таки 69 серий, довольно сложно это делать, и Валерия Гай-Германика, которая была в день окончания сериала, точнее за день до окончания в эфире Бермана и Жандарева «На ночь глядя», она все это и рассказывала. И естественно, были и разные сценаристы в какое-то время, а что-то приходилось делать прямо с колес. В общем, на мой взгляд…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сериал тащил за собой что ли?

И. ПЕТРОВСКАЯ — В каких-то случаях да. В каких-то случаях просто по ходу корректировалось что-то. Где-то актеры, даже в значительной степени говорили какие-то тексты даже от себя. Это не было заложено. В общем, это абсолютно была живая история и живая работа. И в какой-то момент у меня такое сложилось ощущение, видимо из-за того, что это сделано под документальную манеру, действительно складывается ощущение и в этом мне кажется главный успех сериала, когда ты начинаешь воспринимать героев как практически реальных людей, сочувствовать, в каких-то случаях наоборот, кого-то начинаешь люто ненавидеть, были и такие персонажи.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сопереживать во всяком случае.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Безусловно, чем дальше тем больше. Было понятно, что идет все к трагической развязке.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ты не рассказывай, я еще буду смотреть.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Видишь, как с тобой разговаривать. Все уже посмотрели.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Скажешь, кто убийца и все.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Во всяком случае, персонаж, с которым себя отождествляла Валерия Гай-Германика, она так говорила, там случилось ужасное с этим персонажем. И как будто бы это единственный свет, как вчера очень смешно спрашивали: где свет в конце туннеля. Дает ли этот сериал. Вот если он  и дает, то может быть только это ощущение, что эти ребята, увидев, почувствовав, реальную человеческую трагедию, для многих конечно же первую в жизни, возможно что-то пересмотрят, хотя бы не намного в своих отношениях с окружающими и со своими родителями. На мой взгляд, это действительно стало событием, причем и общественным в меньшей может быть степени культурным, но общественным точно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Почему в меньшей степени культурным?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Сериал все-таки это в меньшей степени явление культурное.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это особая культура. Я бы не стал с тобой соглашаться.

И. ПЕТРОВСКАЯ — А я бы не стала здесь настаивать, потому что, наверное, можно было бы, это тоже такой странный вопрос обсуждать: можно ли было бы это сделать более художественным, лучше, хуже. Сделано так, как сделано. Хорошо, что делал молодой человек. Молодая девушка, женщина, которая очень хорошо чувствует эту среду, несмотря на то, что она старше на 10 лет. Кстати, удивительная вещь, когда только начинался сериал, все говорили: мы не верим, потому что не могут быть почти взрослые люди, играющие детей, они не похожи на 14-15-летних, а потом вдруг происходит какой-то в голове щелчок, и ты понимаешь всю условность этого и ты веришь, что действительно эти люди…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А кто играл «Доживем до понедельника»?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Ну конечно примерно также студенты в основном. И Игорь Старыгин…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Был состоявшийся актер.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Состоявшимся, не состоявшимся, но уже актером. Ольга Остроумова была студенткой. Это все абсолютные условности, потому что реально ты веришь, что это старшеклассники, неважно уже тут 9-10-11, хотя педагоги и ты наверное скажешь, что разница огромная между 15 и 17-летними. Но у меня ощущение, что сегодня и между 23-24-летними часто невелика разница с 15-летними. Конечно, там есть очень хорошие удачные актерские работы. Я думаю, что для многих зрителей стала открытием Елена Папанова, которая сыграла учительницу литературы и директора потом школы Валентину Харитоновну. Она потрясающая характерная актриса. Удивительно точно передан образ и этот характер такой учительницы, учительницы. И при этом она хороший человек, замотанный жизнью. С одной стороны она такая функционерша, уже ставшая директором школы, а с другой стороны она хороший добрый человек, потому что она не делает своим ученикам никаких гадостей.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я хочу прочитать тебе пост нашей слушательницы из Казахстана, она пишет, последний год школы, Караганда, Казахстан. Альтин. Она пишет: «Досмотрела «Школу» — смешанные чувства. Но главное, что меня поразило, это обсуждение. Такое ощущение, что все взрослые сошли с ума разом. Дама, которая кричала, что у режиссера нет образования. По-моему, она сама не читала ни Достоевского, ни Чехова. Учитель, который говорил, что, посмотрев сериал, школьники начнут убивать себя. Или те, кто говорили, что это все не правда. Конечно не все так, но героев узнаешь в окружающих тебя людей, и самое главное узнаешь себя. Сериал поначалу мне не пришелся, но дальше втянулась. Мне кажется, это даже профилактика суицида. Последняя серия похорон опрокидывает, я просто плакала. И даже стало стыдно за те мысли, которые раньше возникали в голове». Вот девочка так восприняла.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Очень хорошо. Я с огромным интересом на этом сайте вшколе.ру читала обсуждение и отзывы и в основном в нем участвовали люди, видимо, сверстники героев сериала и нашей слушательницы. И действительно это тоже меня частично убедило, а может быть и в полной мере, что главный упрек и аргумент, что, посмотрев какие-то дурные проявления на экране, все немедленно начнут подражать, такая наша взрослая глупость, потому что эти юные, которые обсуждали, они все очень точно понимают. И они понимают, чего нельзя делать, им точно также большинству из них неприятны какие-то поступки и проявления в этих героях, как и нам, взрослым. То есть мы все часто находимся во власти схемы. Особенно то, что касается взаимоотношений с детьми и подростками. И учителя находятся во власти схемы. И абсолютно уверены в том, что это прямое действие, посмотрел, что там курят…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ира, обсуждение. Скажи свое мнение, потому что я не видел.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Обсуждение шло по принципу: этого не может быть, потому что такого не может быть никогда. Это нетипично. Наши дети не такие, чему мы их научим, если будем показывать только плохое. Хотя я удивляюсь, надо было не смотреть сериал, чтобы увидеть там только плохое. Там за всеми ситуациями, характерами очень четко прослеживается хорошее. И герои тоже это понимают. Некоторые не сразу, некоторые живут с этим ощущением. Да, они просто не похожи на примерных детей, какими мы их себе хотели бы представлять и видеть. Все аргументы, что этого не может быть, потому что у меня так не было, или этого не может быть, потому что такая концентрация дурного или какого-то, помилуйте, это вообще не разговор о произведении экранном, правильно кто-то говорил, что, а как вы хотели, показать прилизанную идеальную школу с прекрасными детьми и тогда трудные подростки начнут им подражать. Ерунда. Мне кажется, как раз, если и есть какое-то завоевание и заслуга в том, что подростки молодые люди, которые смотрят на своих сверстников, они понимают, что они достаточно типичны. Да, в каких-то случаях есть несколько в концентрированном виде какие-то проявления, когда все повально курят, наверное, не все сегодня повально курят подростки.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не все повально. Насчет модно, не модно…

И. ПЕТРОВСКАЯ — У всех уже в этом возрасте интимные отношения. Кстати, не исключаю, что почти у всех. Потому что возраст этот конечно же снизился. И взаимоотношения со взрослыми вообще и с родителями в частности там мне кажется очень типичны и там есть именно эта проблема, что родители, отдавая своего ребенка в школу, предполагают, что их собственная миссия засим исчерпана. И поэтому столкновения, которые между родителями и учителя, учителя говорят: нет, простите, мы учим, а родители говорят: вы еще обязаны воспитывать. А вы что должны делать?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ты про программу «Судите сами» скажи, народ спрашивает.

И. ПЕТРОВСКАЯ — А что спрашивает? Я и говорю, что обсуждение меня поразило, что идет на этом уровне разговор о том…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А на каком уровне должен был быть разговор? Знаешь, что интересно, я обратил внимание, как скорректировал свою позицию министр Андрей Фурсенко, который сначала по первым пяти сериям у нас в эфире говорил о своем неприятии, а в конце после сериала он сказал гораздо более серьезные вещи. Как ты сейчас.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Мне кажется, большинство людей, которые это обсуждают, смотрели его выборочно. И поэтому тот, кто остановился на первых сериях, тот и остался в убеждении, что все чернуха, все ужасно, и это нельзя показывать, потому что это…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Потому что нельзя показывать.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это становится дурным примером для дурного подражания. Тот, кто досмотрел, хотя 69 серий я думаю, что в состоянии смотреть…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Бразильские сериалы смотрят по 300 серий.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Мы сейчас говорим о публике и о так называемом простом зрителе. А люди, которые это обсуждают, депутатша Яровая или как ее…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ей некогда смотреть.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Они, конечно же, я убеждена абсолютно, это не смотрели. Поэтому довольно странно слышать упреки к произведению, которое они только начали смотреть. Я себя ловлю на мысли, что если бы я начала смотреть, потом бы мне это стало неприятно, отвратительно, и так далее, я бы отвлеклась, и у меня бы осталось впечатление, что это на том уровне и застыло и ничего там не происходило, и не было никакого развития. Но там было и был сюжет и были самое главное эти испытания, через которые проходили многие персонажи. И в этих испытаниях проявлялись персонажи, и кто-то даже достаточно радикально менялся. И в общем, когда это закончилось, и у меня, я потом прочитала отклики на сайте вшколе.ру. было некое ощущение потери, потому что ты уже свыкся с тем, что у тебя есть эти знакомые персонажи. Но кстати еще одно обсуждение, правда через истории реальные было вчера в программе «Пусть говорят» и там присутствовали актеры. Ребята. Была и Елена Анатольевна Папанова, и те, кто играл учителей. Но были и ребята. И поразительным образом, ощущение, что они равнозначны, равновелики своим персонажам. Потому что парень, который играет Илья Епифанова, ему 23 что ли года. Он уже окончил театральное заведение и уже актер. Но по всем проявлениям то ли они до такой степени за полгода пока снималось, или даже больше вжились в своих персонажей. Они все как будто сидели не актеры, а абсолютные герои…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Может, они отклеиться не могут, вылезти не могут.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Наверное, я думаю, что у большинства из них молодых это первые роли.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Чего там было на «Пусть говорят» в отличие от «Судите сами».

И. ПЕТРОВСКАЯ — «Судите сами» обсуждалась сама проблема школы, может такое быть, не может, является ли это дурным примером для подражания, если они увидят что-то дурное. А в «Пусть говорят» были конкретные истории, про например, парня, который несколько лет назад пырнул, порезал основательно свою учительницу ножом. Потому что она ему ставила двойки, и был этот герой, который можно сказать…

А. ВЕНЕДИКТОВ – То есть реальные герои реальных историй.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, и обсуждали эти конкретные истории. И через них то, что вообще происходит в школе. Какие сегодня учителя, как они должны строить отношения со своими учениками. И кстати эти герои, актеры точнее, в общем, было ощущение, что именно герои этому персонажу не раскаявшемуся отнюдь, который порезал учительницу ножом, пытались показать, до какой степени это совершенно дикое поведение. Еще там была история, мальчика, покончившего с собой из-за того, что тоже что-то он не то сделал. В общем, чуть-чуть был другой поворот. Но кстати это не исчерпывается. Еще сегодня будет в «Картине маслом» обсуждение сериала «Школа». У Дмитрия Быкова. Но правда, снимался уже давно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мне пишут, Ольга пишет, что сегодня на Пятом канале в 18.30 будет «Картина маслом», где участвовала Ирина Петровская. Донос от Ольги на Гетмана-злодея.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это не донос, я сама себя заложила, потому что я писала анонс…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А кто там еще был? Кто обсуждал с тобой?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Было несколько актеров.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это значит, что если на канале даже не на Первом, на котором шел сериал, это можно было все-таки привязать к тому, что они свой проект не пиарят, он уже прошел, но на Пятом канале начали это обсуждать. Это значит явление социальное, во всяком случае.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это писалось давно, еще до того запустился или только-то запускался Пятый канал. Чуть ли ни одна из первых записей у Димы Быкова. И там были помимо произнесенной фамилии, были педагог Евгений Ямбург, он довольно был критически настроен. Я не буду пересказывать, сами увидите. Был священник. Была девушка милиционер, которая работает с детьми несовершеннолетними. Был режиссер Владимир Алеников, который сделал «Петрова и Васечкина» в свое время. Как один из культовых подростковых фильмов. И теперь уже не скажу, кто еще был. Были сюжеты по поводу этой «Школы». В частности про то, как на протяжении какого-то времени показывалась школа, как трансформировалась. Но поскольку Дима Быков еще и педагог, то естественно его этот именно аспект интересовал.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Отвечу Ильясу, он пишет: почему из сериала «Школа» вы сделали гениальный фильм. Ужас. Почему Петровская односторонне оценивает слабенький сериал «Школа», не принимая иных аргументов. Ир, не тебе, мне вопрос. Ильяс, это мнение Ирины Петровской.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Во-вторых, я разве произнесла хоть одно слово, близкое к гениальному. Разве кто-то сказал про гениальность.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я говорю, что это гениально.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я сказала, что это было событие. И то, что среди множества сериалов этот прозвучал и имел такой отклик, отзвук, это о чем-то да говорит.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Так что, Ильяс, включайте Пятый канал и спорьте. И чтобы закончить со «Школой», мне тут написали, что если «Школа» не получит ТЭФИ, это будет позор. Посмотрим.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Как в анекдоте: дай мне шанс. Выставись вначале.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Теперь мы переходим к другой теме. Спрашивают про «Полторы комнаты». Преподаватель из Казани, маркетолог из Москвы, как вам фильм и «Закрытый показ»?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я, во-первых, хочу сказать, что я фильм смотрела наверное около года назад. Это была премьера. Или один из премьерных показов в Центральном доме литераторов. У него есть всякого рода проблемы, но он сделан безусловно очень талантливым человеком Андреем Хржановским. Это известный художник, режиссер в первую очередь он по анимации известен, а здесь на стыке и игровое кино и вкрапления документальных кадров. И конечно, совершенно гениальная анимация. И это не биография Бродского, и не экранизация его произведений, которое тоже называлось «Полторы комнаты». А это некая фантасмагория что ли, самого Хржановского, и попытка представления о том, что могло бы быть, если бы Иосиф Бродский все-таки приехал на родину. После того как он уехал в эмиграцию, он так и никогда не возвращался больше на родину и не видел родителей. И фильм посвящается нашим родителям. И он в высшей степени пронзительный, какой-то очень точный по деталям и поэтому, это кстати сближает обсуждение «Школы» и «Закрытого показа». После того как он закончился, началось обсуждение собственно даже не этого фильма, и художнического видения Хржановского, а могло ли так быть, а был ли Бродский таким, каким он здесь показан. А почему герои Юрского и Фрейндлих, они сыграли родителей Бродского, на протяжении длительного времени с детства и до собственной смерти практически не меняются. И они судили в этой парадигме реализма. А на самом деле это не имеет отношения к как таковому реализму. Это отдельное и очень тонкое произведение.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Тут разное пишут. Дрон пишет: «Полторы комнаты» — жалкое зрелище. Двое замечательных актеров, играющих мебель, лубочные цитаты и перепевы из других фильмов».

И. ПЕТРОВСКАЯ — Ничего подобного, то есть это имеет право на существование. Всякое мнение. Но в нем есть очень важная атмосфера времени, в котором Бродский рос, семьи, в которой тоже рос и формировался. Я говорю еще раз, есть множество разных претензий, но все равно это произведение в «Закрытом показе» большая часть людей судила не по законам, по которым оно было создано. Я уж не говорю о всяких смешных вещах, когда говорили, что в фильме не показано некое событие, которое вдруг сделало из Иосифа Бродского поэта.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Какое событие?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Растет мальчик, логика такая. Потом он становится молодым человеком. Таким мажористым в какой-то степени. Фрондирующим. И вдруг откуда-то появляется поэт. Откуда он появляется, не показана эта исходная точка, отправная, когда он вдруг становится поэтом.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А когда Пушкин вдруг становится поэтом.

И. ПЕТРОВСКАЯ — На что совершенно справедливо Марина Тимашева очень хорошо сказала критик, что я знаю до сих пор некоторое количество поэтов, некоторые пишут песни под гитару барды, но они по всем своим проявлениям вполне обычные люди. А вот почему, как и когда в них зарождается это и они излагают это на бумаге, это довольно сложно отследить. Тем более художественными средствами передать. Сидит так человек, потом вдруг бабах — озарение и ручка тянется к перу, перо к бумаге. Или что там тянется.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Муза пришла, шла, шла и дошла.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Немного посидела и ушла. Но мне кажется, нет, это все равно очень значительная работа Андрея Хржановского и в целом все равно обсуждение было любопытным, интересным. Хотя был довольно забавный момент, когда Александр Гордон все время пытался показать, что тоже знал Иосифа Бродского, и некоторая часть людей исходила из того, что я его знал лично и соответственно, поэтому он не может быть таким или может быть не таким. Но вообще мне кажется, очень достойно и на удивление полно представлена эта дата – 70-летие Бродского. Прямо скажем, он отнюдь не раскрученный медийный персонаж для телевидения я имею в виду. И, тем не менее, почти все каналы, Первый канал показал очень хороший фильм, забыла, как называется, Сергея Бравермана. На НТВ была программа или фильм, правда целый будет цикл «Точка невозврата». Он будет посвящен людям, которые были вынуждены уже в позднее советское время уехать в эмиграцию и как у них складывались судьбы и в данном случае был Бродский. И там рассказывалась вся история через людей, обычный пример, прием BBC и любой другой через людей, которые его знали и до и после, и во время этой эмиграции. И что-то еще было по-моему на канале ТВЦ. В общем, на редкость достойно это было представлено.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Меня тут спрашивают, давай к другой теме. Последние 15 минут может посвятим такой нарезке быстрой. И конечно телефон. Но давайте я буду сбивать все, что касается «Школы» и по Бродскому. Потому что мы посвятили достаточно времени.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я думаю, что сейчас будет в связи с тем, что закончилась довольно обильная пресса аналитическая, будут разные критики писать, поэтому вы следите.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Мы посмотрим, может быть в следующей передаче. Я хочу задать тебе вот какой вопрос. Совершенно мне непонятно, пришло по Интернету, какая-то передача «Москва против Петербурга». Никогда не видела?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Почему никогда. Это вчерашние НТВшники.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Люди там в ужасе. Из Санкт-Петербурга пишут люди.

И. ПЕТРОВСКАЯ — В ужасе?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Может пора, чтобы вы пришли в ужас, петербуржцы. Нет?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да не знаю.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А что за передача?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Как всегда студия. Ты видел хоть одну программу?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Да нет.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Ведет Антон Хреков.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А что такое Москва против Санкт-Петербурга?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Чем отличается Москва и Санкт-Петербург. Как они относятся друг к другу.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А чего плохого? Смешно?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я не увидела, во всяком случае, ничего страшного и ничего дурного. Были разные представители, Набутовы петербургские, здесь Павел Лобков петербургский. Лошак петербургский. Были забавные сюжеты Лошака как коренного москвича — за что я не люблю свою Москву. И Лобкова – за что я не люблю свой Питер.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Смешно.

И. ПЕТРОВСКАЯ — В общем, я не увидела ничего страшного. Наоборот, два последних выпуска, прошлый был «Страна господ» и бедных и богатых в этой стране. Мы с Ксенией в прошлый раз частично это обсудили. С представителями бедных и богатых в студии. И естественно классовый фактически конфликт и об ответственности богатых перед бедными. Это было на удивление внятно по сравнению с другими предыдущими выпусками. И Москва и Питер тоже мне кажется скорее было…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А как смешно можно было сделать, я не видел, я посмотрю в записи, попрошу у Хрекова.

И. ПЕТРОВСКАЯ — А можно на сайте посмотреть. На НТВ.ру.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не хотел возвращаться к Бродскому, но очень смешно, чисто по-журналистски: в 11.42 пришло две sms. Подряд. «Полторы комнаты» неудачный фильм со слащавой интонацией, несвойственной Бродскому. Не понравилось. Гламурный Бродский получился», — Лия. Следующая sms: «Полторы комнаты» изумительный фильм, улавливающий поэтическую интонацию самого Бродского», — Наташа.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Кстати, примерно также вчера в этом же ключе было обсуждение. И там есть действительно невероятно пронзительная сцена, в частности сцена как будто состоявшейся встречи приехавшего Бродского со своими родителями. Это понятно, что прием сам не нов, это было в «Вокзале для двоих», когда они вначале общаются, а потом понимают, что все уже умерли и поэтому они общаются.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это называется гламур?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это никакого гламура и та же самая Марина Тимашева очень хорошо сказала, даже просто не удивила, а видимо, потрясла Гордона, потому что он подошел и ее поцеловал после этого. Гордон на программе поцеловал участника, это что-то немыслимое. Но она правда сказала очень точные вещи, что я бы не хотела вечной какой-то загробной жизни, но если бы я чего-то и хотела после смерти, так сесть за один стол со всеми близкими, кого уже сегодня нет и кого я сейчас не вижу, но после естественно моего ухода и просто так же как раньше сидеть, также с картошечкой, селедочкой, с водочкой. И больше ничего не нужно. Эта встреча с самыми близкими людьми, которой явно наверное быть не может.

А. ВЕНЕДИКТОВ – 363-36-59. Ирина сейчас наденет наушники. Напомню, что вы про «Школу» и про Бродского я постараюсь отводить. Алло. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Людмила Борисовна Нарусова.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Людмила Борисовна, с какого такого телефона вы звоните, не понимаю. Ну хорошо.

СЛУШАТЕЛЬ – Со своего мобильного. Слушаю ваше обсуждение. Вы же меня не приглашаете. Слушаю обсуждение по радио. И хотела бы рассказать о своей последней встрече с Бродским в Нью-Йорке и вообще о фильме.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Рассказывайте.

СЛУШАТЕЛЬ – Фильм замечательный. Я совершенно не понимаю людей, наверное, это испорченный вкус относительно гламурного Бродского. Фильм сохранил действительно интонацию Иосифа, и сохранил атмосферу коммунальной квартиры ленинградской тех лет. Я прекрасно это помню и запахи даже. Такое было ощущение, когда я смотрела фильм, что чувствовала запахи коммунальной квартиры ленинградской этих 60-70 годов. Вот эта удивительная поэтическая интонация Бродского. Бродский поэт, он виден в этом фильме и это чувствуется и конечно, показать становление поэта, как у некоторых были претензии в гордоновском варианте, фильме, но это что-то из области фантазий. Потому что то, что говорил, что делал Бродский, его фантазии, даже это застолье посмертное с родителями, это и есть поэзия. И другими художественными средствами я даже не представляю, как это можно передать и почувствовать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но вы расскажите про встречу тогда.

СЛУШАТЕЛЬ – Встреча была за несколько месяцев до смерти Иосифа в Нью-Йорке. Даже сохранилась фотография у меня памятная в отеле Waldorf Astoria. Причем выбор гостиницы был именно самого Иосифа. Питерская известная гостиница Астория. И когда мы договаривались предварительно о встрече, он говорит: а давайте в Астории. Я в то время не очень знала Нью-Йорк, и говорю: подождите, а как в Астории. Сердце так екнуло. Думала, вдруг это какая-то шутка относительно питерской Астории. Нет, он говорит Waldorf Astoria. Мы встретились, провели часа 4 вместе. Я была при муже, при А. А. Собчаке. И это была встреча никто не знает, что она последняя. Но Собчак пытался уговорить Бродского вернуться в Санкт-Петербург, хотя бы естественно приехать и посетить город.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Людмила Борисовна, но он вам объяснял, почему он как в фильме и как Ирина говорила, почему он никогда после того как уехал, уже…

СЛУШАТЕЛЬ – Объяснял. Он даже рассказывал эпизод, когда уже после вручения ему в Стокгольме Нобелевской премии он из Стокгольма приехал в Хельсинки, пришел на вокзал, на перрон и увидел поезд Хельсинки-Ленинград. Поезд идет 5 с лишним часов. «Сибелиус», по-моему, называется. Туда «Репин», обратно «Сибелиус». И он встал, и он рассказывал это настолько живописно, я сейчас даже помню слезы на глазах навернувшиеся. Он говорит: я подошел к перрону, услышал запахи поезда. Увидел надпись Хельсинки-Ленинград и даже стоял около кассы, чтобы купить билет, думая, что меня, лауреата Нобелевской премии, но вряд ли сразу заберут на перроне или на пограничном контроле. А потом понял, когда представил себе, что за окном начнет мелькать Комарово, Зеленогорск, Репино, даже вне связи с тем, что там таможня будет перед этим. И когда я представил себе, что я буду подъезжать к Финляндскому вокзалу, у меня так заболело сердце, что я понял, что я просто не смогу. Я не приеду туда живым. Это дословно его слова. И этот момент, когда он пришел на Хельсинский вокзал к питерскому поезду. Это было пронзительно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Спасибо большое. Людмила Борисовна Нарусова была у нас. Такой короткий замечательный рассказ. Он совпадает с фильмом. Вот свидетель.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Абсолютно. Но здесь нет в фильме вообще, я еще раз повторю, он не исследует биографию или мотивы, вот есть некая канва и ощущение внутренней жизни, которую мы видим. И даже как-то проживаем. А все, что касается взаимоотношений в этом фильме родителей и сына, это невероятно трогает. И действительно, я тоже, я не в питерской конечно коммуналке росла, но в московской. И тоже именно на каком-то тактильном обонятельном уровне это воспринимаешь. И эти мама с папой, когда Иосиф звонит, потрясающий эпизод, он звонит из Америки после долгого перерыва, они не слышали, и что спрашивают родители: что ты ел, Иосиф. И папа говорит: спроси его, что он ел. И он говорит: мама я ем все время. – Что он ел сегодня, спроси. – Я ел омаров. – Что это такое? – Мама, ты раков помнишь? Примерно такая же гадость. Она говорит: отец, он ужасно живет, он голодает. Он ест всякую гадость. И кстати кто-то очень точно сказал, что при всем том, в семье родительской, хотя была невероятная любовь к нему, как к своему сыну, но не было понимания ни масштаба его, и они в этой встрече так называемой уже после смерти…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Он для родителей всегда сопливый мальчик.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Нет, родители другое говорят: мы твоих стихов не понимаем. И никогда не понимали. И действительно советские родители, папа бывший офицер, два мира, абсолютно два каких-то отношения к жизни, но, тем не менее, невероятная глубинная кровная связь любящих близких людей. Есть версия, почему он так никогда и не решился приехать, в том числе и потому что эта самая советская власть сделала все, чтобы родители никогда больше сына не увидели. И так и не дали разрешения им поехать и перед смертью повидаться. Причем непонятно было перед чьей смертью.

А. ВЕНЕДИКТОВ – На экране у нас продолжается дискуссия. Видимо, мы сегодня останемся в двутеме. Тэш пишет: восторгов Петровской по поводу фильма Бродского не разделяю, фантасмагория на тему Бродского перещеголяла самого Бродского, всего слишком. И прямо за ним буквально следующее послание: в фильме атмосфера Ленинграда, потрясающие виды нашего города, — Лиза из Санкт-Петербурга. «Полторы комнаты» не понравилось, эссеистика Бродского переврана насквозь, «Полтора кота» Хржановского было удачно, — Татьяна Михайловна. Люди по-разному…

И. ПЕТРОВСКАЯ — «Полтора кота» это была анимация в чистом виде. Здесь я думаю, во многом было для Андрея Юрьевича, кажется, извините если перепутаю, Хржановского это был наверное, тоже своего рода такой эксперимент художественный. На мой взгляд, можно одно убрать, другое убрать, можно сделать так, иначе, но это произведение цельное, удавшееся…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ольга М. как она пишет, ставит точки над «и»: просто люди по-разному знакомы с творчеством Бродского. Поэтому такие разные мнения. А у меня вопрос в другом. Люди, не знакомые с творчеством Бродского, как должны были смотреть этот фильм? Или этот фильм только для знакомых с творчеством Бродского?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Нет, вчера на эту тему тоже говорилось, что…, черт его знает…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А вот так вот тебе.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Нет, я все понимаю. Мне кажется, люди, не знакомые с творчеством Бродского, но готовые с ним познакомиться и интересующиеся тем, что для них может быть ново, они это посмотрят с интересом. Те, кто не знаком и не хотят, так или иначе, все равно смотреть не будут никогда. Поэтому это довольно бессмысленный разговор. Если их что-то заинтересовало, а мне кажется, там очень многое может заинтересовать, в том числе приемы, с помощью которых художник доносит свое видение, свое отношение. Те посмотрят и возможно даже потом заинтересуются и творчеством Бродского. Кстати, забавно, когда сейчас и Людмила Борисовна сказала, что момент становления поэта трудно показать, я просто вспомнила абсолютный антипод, фильмы про Пушкина и Есенина в исполнении Безрукова. Когда там это показано на этом уровне, особенно в фильме про Пушкина. Когда кудрявый вдохновенный Безруков, изображающий Пушкина, вскидывает головой и дальше начинает вдохновенно декламировать «Ветер по морю гуляет и кораблик подгоняет». Именно это лобовое, чрезвычайно комическое представление о том, как творит поэт. Вдруг вскинулся и все, и побежали строчки.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я всем рекомендую по этому поводу, кто считает такую позицию, прочитать стихотворение Давида Самойлова «Пестель, поэт и Анна». И задохнуться. «Анна! Боже мой!». Вот так. «Когда бы вы знали, из какого сора…»

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да это тоже вчера вспоминали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Там дальше идет высокохудожественное: нет папы и мамы, а есть Фрейндлих и Юрский, — Татьяна из Санкт-Петербурга.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Ничего подобного. Есть потрясающие папа и мама, замечательная работа, на мой взгляд, ужасно трогательная, щемящая. Особенно для меня в данном случае Алиса Фрейндлих, сыгравшая такую замечательную абсолютно маму…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я уже начинаю жалеть, что я не посмотрел.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Я думаю, что это ты можешь легко восполнить, потому что уверена, что это уже есть на дисках.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Уже да?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Уверена, потому что этот фильм давно уже вышел, он уже получил, и мы, кстати, конечно для кого-то призы ничего не значат, но он получил огромное количество призов на самых разных фестивалях. Как отечественных, так и международных.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это я знаю.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Это я к спору о художественности, нехудожественности. Дело в том, что все-таки фестиваль обычно именно это в первую очередь оценивает.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В общем, ребята, как правильно писал в свое время Ежи Станислав Лец: если голова сталкивается с книгой и раздается глухой пустой звук, не всегда виновата книга.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, именно так. Хочу сказать, чтобы посмотрели наши зрители. Иногда они говорят потом спасибо. В понедельник на канале «Культура», правда, поздно вечером будет фильм документальный, называется «Массовка», его сделал Марк (неразборчиво), он известный оператор и режиссер. Это про людей, мы часто думаем, что это за люди такие, сидят в разных студиях на ток-шоу. А он посмотрел, что это за люди.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Массовка вот эта.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Которая выкрикивает что-то, говорит. И там будут всякие телевизионные персонажи, которые будут рассказывать о том, как эти люди приходят, как они попадают. Для некоторых это становится профессией.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Зарплатой.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Некоторые приходят за деньги, а некоторые из чистой любви к «искусству». Посмотрите, на канале «Культура», по-моему, 23.50.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Серьезно?

И. ПЕТРОВСКАЯ — Да, это многим должно понравиться.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Не могу проверить, но Борис нам пишет: на следующей неделе программа «Справедливость» будет выходить не в 21, а в 22.30.

И. ПЕТРОВСКАЯ — Абсолютно подтверждаю. Будет в 22.30. На мой взгляд очень правильное решение, потому что пересекалась со «Свободой мысли» и  с программой «Время», которая для многих сакральное зрелище и мне кажется, это на пользу пойдет. Потому что программа отменная.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ирина Петровская «Человек из телевизора» и если что не так, извиняйте, пожалуйста. Ну а слушайте радио, остальное, как известно, видимость. О чем собственно и была эта передача. Отдельное спасибо нашему корреспонденту из Петербурга Людмиле Борисовне Нарусовой.




Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире