'Вопросы к интервью
К. ЛАРИНА – Работает маленький планетарий в парке Советской армии. Метро «Проспект мира». Спасибо, Наташа! Тебе это интересно, Петровская?

И. ПЕТРОВСКАЯ – В планетарий я давно не ходила (в зоопарк и планетарий).

К. ЛАРИНА – Ирина Петровская здесь в студии. Добрый день, Ира.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Доброе утро.

К. ЛАРИНА – Здесь поступают еще телеграммы, связанные с предыдущей передачей «Все на выход». По поводу планетария большое спасибо. Действительно хочется сходить. Я ужасно жалею, что мой сын уже одиннадцатый год на свете живет без планетария.

И. ПЕТРОВСКАЯ – А моя уже 19 и вообще ни разу не была в планетарии. Да я сама в детстве, мне кажется, последний раз была в планетарии.

К. ЛАРИНА – Видишь, этот купол облезлый стоит никому не нужный. Так хочется… Верните планетарий! Мы обещали, Ира Петровская, я без твоего ведома пообещала, что ты расскажешь про передачи, посвященные памяти Владимира Высоцкого, которые будут в понедельник. Давай мы это сделаем, выполним просьбу наших слушателей, чтобы они сориентировались.

И. ПЕТРОВСКАЯ – То, что я нашла в программе, когда я писала анонсы – это, конечно, премьера, что само по себе замечательно в разгар мертвого сезона, на канале «Россия» фильм Виталия Манского «Владимир Высоцкий. «Смерть поэта»», с которым уже связан небольшой пока что скандал. Родственники не разрешили использовать фонограммы, стихи и песни Высоцкого, хотя Виталий Манский в соответствии со всеми законами авторского права купил архивные кадры, но…

К. ЛАРИНА – То есть у него даже права есть на это?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Права есть на использование материалов, но видимо, как я теперь понимаю, у родственников есть отдельное право давать разрешение на использование голоса, или не давать. То есть на изображение получается есть права, а на голос нет. Видимо, авторские права каким-то таким хитрым образом определяют, что можно, а что нельзя. Насколько я знаю из анонса этого фильма, там речь пойдет о последних месяцах жизни Владимира Высоцкого, буквально с 1 января 1980 года до последнего его дня 25 июля 1980 года. Предполагается, что расскажут о том, от чего умер Владимир Высоцкий. В общем, это не секрет Полишинеля или наоборот, секрет уже Полишинеля, потому что все написано, и Марина Влади об этом писала, и множество есть воспоминаний в книжках. Высоцкий, как многие не только творческие российские люди, был подвержен самой классической российской болезни. И что? Поэтому я с некоторой настороженностью жду этого фильма, потому что, в конце концов, важно, что осталось после человека. Вот прошло 25 лет, и его песни и стихи остались. Был какой-то период, когда казалось, в прошлом, а сейчас они мало того, что возвращаются, они актуализируются в связи с тем, что снова меняется время, и он попадает снова в какой-то современный контекст. И если нам рассказывают с подробностью, хронологически точно, как он погибал…

К. ЛАРИНА – А ты видела?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я не видела. Я говорю, ничего пока не буду говорить. Но мне просто кажется, что если там нет главного, что осталось от человека невероятной величины, если нет стихов, песен, может быть, кадров из фильмов, а есть только рассказ о том, как он погибал и от чего он погибал, то мне кажется, здесь тоже есть огромная проблема. Уже, мне кажется, не очень важно, отчего он умер, уже важно то, что осталось. Посмотрим. Мне кажется, здесь ужасная тончайшая этическая граница — удалось ли документалистам остаться в рамках приличий, этого трепетного отношения к памяти, или мы увидим, продукт, который видим сейчас только по отношению к людям, которые ушли на много раньше, чем Высоцкий. Сколько за минувший сезон мы видели всяких фильмов, версий, так называемых расследований про любовниц наших вождей. Это тоже такая вещь, уже вроде бы некому и оспорить. Может быть, это очень интересно людям узнать были или не были любовницы у Сталина. Наверное, есть часть людей, которым это интересно. Но 25 лет со дня смерти, наверное, в масштабах вечности это вообще ничто. И действительно, еще не просто живы, а в самом возрасте расцвета находятся его дети. Наверное, они имеют право защищать память своего отца в соответствии с их представлениями о том, что прилично, а что неприлично, и что должен узнать зритель, в частности молодой, и что не должен. Вот это копание в подробностях личной жизни, это напоминает… Помнишь, было письмо, по-моему, Вяземского, я сейчас не могу точно вспомнить, про Пушкина, что они хотят сказать, что он мелок, так же мелок, как мы, и ничтожен, а на самом деле не так.

К. ЛАРИНА – Я боюсь, чтобы мы не делали рецензию на кино, которое мы еще не видели.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Безусловно, я говорю только одно, что здесь, поскольку возник скандал, и это непонимание с родственниками, то соответственно и интерес к этому фильму… Видишь, скандал – двигатель рекламы.

К. ЛАРИНА – Я не знаю, что страшнее, такие истории про скрытую жизнь, про драму, про болезнь…

И. ПЕТРОВСКАЯ – Да в том-то и дело, что она уже нескрытая, потому что давно все написано.

К. ЛАРИНА – Я имею в виду скрытая — на публике она не проживалась, это было его частной жизнью. Одно дело, когда образ Высоцкого был запечатлен в фильме Ивана Дыховичного «Копейка». Там был эпизод, если ты помнишь…

И. ПЕТРОВСКАЯ – Помню.

К. ЛАРИНА – Какой-то омерзительный товарищ с трудом… когда его там называют Володя, конечно, возникает ощущение какого-то недоумения и шока: зачем. А вот когда речь идет о драме, которая все равно, хочешь ты этого или не хочешь, она все равно влияла, в том числе, на его творческую жизнь, безусловно…

И. ПЕТРОВСКАЯ – Вот это я и говорю.

К. ЛАРИНА – Другие смыслы, когда ты слушаешь песню и знаешь, что в человеке в это время происходило, какая внутренняя борьба, какие кошмары, какие трагедии, тогда совсем другие смыслы открываются в творчестве. Я говорю даже не применительно к Высоцкому. Любого творческого человека возьми, гения любого, который все равно был обличен пороками жутчайшими, любой человек. А Мейерхольд? А тот же Александр Сергеевич Пушкин? А Твардовский? А Петр Ильич Чайковский в конце концов?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Да. Но любим мы их не за это, что называется.

К. ЛАРИНА – Но дело же не в этом. Влияет ли на творчество? Влияет. Согласна.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Тем более это требует работы не топором, даже не пилой, а каким-то тончайшими инструментами. Я еще раз говорю, посмотрим.

К. ЛАРИНА – А Блок? Одно дело, как мне рассказывали, как он революцию принял и как по этому поводу писал какие стихи, а другое дело, когда мы все узнали настоящую историю Александра Александровича Блока, что с ним происходило, и какая болезнь его сжирала, и что на этом фоне было написано.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я еще раз говорю, что я с тобой абсолютно здесь согласна. Тут все дело во вкусе, в мере. Мы будем это обязательно смотреть. Естественно, в следующую субботу, наверняка, будем обсуждать. А теперь переходим к другим произведениям телевизионным, посвященным памяти поэта. На канале «Культура» в 0.20 правда 25-го июля, то есть это не 25-е практически, а 26-е…

К. ЛАРИНА – То, что я уже увижу точно.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Ты это видела. Это монолог, записанный в январе 1980 года. По-моему, это делала Ксения Борисовна Маринина для «Кинопанорамы». Тогда это, естественно, не вышло, потому что Высоцкий был персоной нон грата. И она рассказывала, как эти записи трепетно и трогательно прятали в аппаратных, или куда-то относили технические работники телецентра «Останкино».

К. ЛАРИНА – По-моему, последняя его запись на телевидении.

И. ПЕТРОВСКАЯ – На вес золота. Понимаешь, она и первая, и наверное последняя. Еще одна была запись, которую сделал замечательный документалист питерский Вячеслав Виноградов для фильма, по-моему, он назывался «Я помню чудное мгновенье», где барды и разные исполнители пели романсы и песни. И там был Высоцкий. Высоцкий в первоначальную версию фильма не вошел, а потом уже, когда изменились времена, Высоцкого туда тоже вставили. И наконец, на канале «ТВЦ» в этот же день, кстати, в 0.30, опять же очень поздно, программа под названием «Гамлет с Таганской площади». Как говорит анонс, там тоже будут стихи и песни в авторском исполнении Высоцкого, а также уникальные кадры, сделанные во время зарубежных гастролей «Театра на Таганке». Также еще будут фильмы, это уж вы сами посмотрите, уважаемые радиослушатели, в программу. Не могу сказать, что очень масштабно отмечается эта дата, хотя четверть века — это страшно себе представить. Но, слава богу, отмечается и слава богу, помним и любим. Сейчас вот звучали песня, когда я ожидала. И я лишний раз подумала, насколько долговечно… Испытание временем особенно для этого жанра, самое верное испытание – прошел или не прошел. Не только прошел, а остался, вернулся, и будет и будет. Все просто удивительно, как свежо.

К. ЛАРИНА – Я бы запретила работникам «попсятины» исполнять песни Владимира Семеновича Высоцкого публично. Это был бы хороший подарок его памяти. Потому что когда Высоцкий доходит до юного поколения в исполнении каких-то там бузявок. Им все равно, что петь. Они поют что песни военных лет, что Высоцкого, что Окуджаву – им все одно.

И. ПЕТРОВСКАЯ – А с другой стороны, может, это один из путей, благодаря которым потом совсем юные придут к Высоцкому реальному и подлинному. Может быть, я не знаю. Это, кстати, благодаря его сыну младшему, Никите, который поддерживал все время эту традицию концертов. Можно как угодно относиться. Как правило, да. Попсовики, им действительно все равно, что петь. Память, она тем не менее сохранилась.

К. ЛАРИНА – Своя колея. Это очень удачная, мне кажется, находка. То, что делает Никита, там поют песни Высоцкого артисты драматические, не всегда попадая в ноты, не всегда имея слух и голос, но в этом столько искренности, какого-то такого порыва настоящего творческого, что мне кажется, что это правильный ход.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Ты знаешь, самое поразительное исполнение я слышала. Так получилось, что на пятом курсе, когда нам пришла пора делать дипломный фильм, мы с моей подругой Светланой Резвушкиной (она сегодня продюсер и документалист, продюсер этой национальной премии в области документального кино, «Лавра»), тогда мы были мелкие. Как ты сказала? Бузявки?

К. ЛАРИНА – Бузявки.

И. ПЕТРОВСКАЯ – И мы замахнулись на Высоцкого, он только-только умер. Мы как раз с практики возвращались, с Новосибирской студии телевидения в день, когда его хоронили. Машина проехала по Таганской площади, естественно, там уже не было ничего. Я помню, что только мы ехали, шурша по цветам: столько было цветов на дороге, на проезжей части лежало, еще не успели убрать. Мы решили сделать что-то такое типа дипломного фильма о Высоцком. Ты понимаешь замах в этом возрасте? Тогдашний наш директор учебного телецентра, он был хорошо знаком с Юрием Петровичем Любимовым, и он выбил для нас пропуск на репетиции спектакля о Высоцком. И мы практически сколько времени шли репетиции, столько мы сидели на всех репетициях.

К. ЛАРИНА – Снимали даже?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Снимали, но ничего, понимаешь, уже не сохранилось, к сожалению. Это же не нам носитель принадлежал. Можно было представить, что это были за носители в 80-м году. Я думаю, что не сохранилось. Мы даже пытались узнать на учебной студии, но кажется, нет. Вот это было поразительно. Ты, наверное, не видела тот спектакль, который вышел в первую годовщину со дня смерти Высоцкого. Его же запретили. Разрешили сыграть, по-моему только один или два. Это был один из поводов, почему вскоре Юрий Петрович покинул страну. Там совершенно потрясающе Губенко пел Высоцкого. И вообще, как он играл! Это одно из моих самых сильных впечатлений, потому что мне на тот момент казалось, что Высоцкого вообще кроме него никто не может петь. Тем не менее, и он пел замечательно, и Золотухин. Там же были все поющие актеры, поющие и читающие. Это было замечательно. А также в связи с этим фильмом, который, будем считать, не состоялся, мы познакомились с ныне уже покойным замечательным Севой Абдуловым и Игорем Кохановским, друзьями Владимира Семеновича, и они нас провели по всем детским юношеским местам, где они бывали вместе: и дом на Большой Каретной («где твои 17 лет»), и на 3-й Мещанской в конце, эта парадная, эту квартиру показали. И сад Эрмитаж, где они там тусили, как говорят по нынешним временам. Причем в этот момент у нас не было с собой камеры, а это был бы отдельный фильм, потому что когда они входили (я помню очень хорошо) в сад Эрмитаж, они преображались и скидывали свои 25 лет лишних и становились такими пацанами совершенно с другой мимикой, повадка другая становилась. Это было поразительно, когда они нам рассказывали о детских и юношеских своих впечатлениях. Это я к тому, что таким образом мы отчасти приобщались к этому. Конечно, не были знакомы с самим Высоцким, но я видела практически все, что он играл. И одно из самых сильных впечатлений, я помню, это Хлопуша в «Пугачеве».

К. ЛАРИНА – А я тогда напомню, что завтра у нас будет в гостях Валерий Сергеевич Золотухин. Надеюсь, что он и записи принесет свои, потому что он, конечно, очень чувствует Владимира Высоцкого, хотя совершенно по-другому исполняет его песни, не подражая ему, нашел какую-то свою интонацию в этих работах.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Да. Кстати Губенко тоже не подражал.

К. ЛАРИНА – Губенко вообще потрясающий актер. И мне ужасно жаль, что сейчас он практически на сцену не выходит. Мне кажется, что по собственному желанию. Мне кажется, что это большая ошибка. Он замечательный артист. И наше кино, и наш театр ужасно страдает без такого замечательного актера. Николай Николаевич Губенко, вернитесь, пожалуйста, в искусство!

И. ПЕТРОВСКАЯ – К несчастью, вряд ли вернется в этот спектакль, который будут по традиции играть.

К. ЛАРИНА – У них свой спектакль.

И. ПЕТРОВСКАЯ – У них свой идет?

К. ЛАРИНА – У них свой «Владимир Семенович Высоцкий» идет, и он там, кстати, выступает. Просто сейчас их почему-то нет, по-моему, они то ли в отпуске, то ли что.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я имею в виду, в этот спектакль, который, по-моему, будет играться опять театром на Таганке.

К. ЛАРИНА – Здесь его нет. У них получается два спектакля.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Все понятно, но я говорю еще раз, это обидно, потому что это была такая краска сочная поразительная.

К. ЛАРИНА – Он, кстати, многие его роли играл. Я помню замечательного совершенно Губенко в «Павших и живых», где он пел и играл. Потом я помню, какой же был еще спектакль, Керенского где он играл?

И. ПЕТРОВСКАЯ – «10 дней, который потрясли мир».

К. ЛАРИНА – Ну что. Мы уже давай, перейдем к следующим темам, что у нас дальше тут есть, у наших многоуважаемых слушателей? «Пять вечеров». А что еще обсуждать?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я понимаю, наверное, что имеется в виду.

К. ЛАРИНА – Здесь все про «Пять вечеров». Больше смотреть-то нечего.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Видела ли ты этот эфир позавчера?

К. ЛАРИНА – Все визжат и орут…

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет. Там вообще… Я говорю, что на «Пяти вечерах», наконец, изобрели ноу-хау, позволяющее высказаться всем. Потому что это проблема любого ток-шоу, когда приглашают гостей, и кому-то не остается времени. Ноу-хау «Пять вечеров» — говорят все одновременно: уходят крайне довольные друг другом и собой.

К. ЛАРИНА – Слушай, а мне кажется, что публика, которая сейчас уже зафиксировалась там, постоянная. Это тетеньки, которые сидели в «Окнах» Нагиева, такие активные плакальщицы. Они там все время визжат.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет, мне кажется, немного другая аудитория. На «Окнах» была помоложе, а здесь такая традиционная телевизионная публика. Знаешь, это уже профессия. И публика довольна, и публике дают слова сказать. Я-то возвращаюсь к этому конкретному эфиру, который состоялся позавчера, посвященный очередной раз (третий уже раз) этой истории 11-летней девочки, родившей ребеночка. Ребеночка приволокли теперь в студию. Это новое уже. Я не знаю, что случилось тут с Малаховым, но он вел себя, на мой взгляд, совершенно недопустимо, потому что он бросался на тех, кто пытался высказать некоторое сомнение в связи с общей эйфорией, что эти Ромео и Джульетта в очередной раз, ребенок должен был воспитываться у них. Там выступал врач роддома, где девочка рожала, который говорил о том, что ее нужно было вместе с ребеночком отправить все-таки в Морозовскую больницу, потому что в 11 лет, кесарево сечение и все прочие проблемы, связанные с перестройкой детского организма в связи с операцией и рождением ребенка, что это непосильная нагрузка, и девочка должна наблюдаться. Его практически смешали с грязью, его чуть ли не врагом объявили, который желает исключительно отобрать ребенка. Ну, и так далее. Это был невероятный шабаш, мне так кажется. На девочку страшно и больно было смотреть, потому что она синего цвета с кругами под глазами. 11 лет!

К. ЛАРИНА – В «МК» вчера была статья по этому поводу.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я читала и в «МК», и в «Комсомолке».

К. ЛАРИНА – То, что они имитировали какой-то пикет с какими-то бабками в «Останкино».

И. ПЕТРОВСКАЯ – В этот момент показали в «Пяти вечерах» и пикет с бабками, типа «руки прочь от любви и молодых».

К. ЛАРИНА – Очень интересные факты дает «Московский комсомолец», не знаю, насколько они соответствуют действительности. Оказывается, у этого Ромео несколько имен и несколько паспортов, проблемы с законом уже были неоднократно. По одному паспорту его так зовут, по другому паспорту его так зовут.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Там проблема основная с законом. Это очень деликатно, но сказала Маша Арбатова, что, приехав в другую страну, а именно в Россию из Таджикистана, юноша нарушил один из главных законов уголовного права, потому что по всем нормам то, что произошло – это растление малолетних. Когда она спросила, как в Таджикистане, какой там возраст брачный. Он сказал, по согласию родителей. И она ему справедливо указала, что в России не так. В России есть тоже возраст согласия – теперь, по-моему, с подачи наших депутатов 14 лет.

К. ЛАРИНА – А там не пришли милиционеры?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет, милиционеры не пришли. Хотя до этого я тоже читала в нескольких газетах, что девочка с ребеночком убежали фактически из роддома и где-то это время скрывались, и чуть ли действительно не разыскиваются. Нет, тут ни милиционеры никуда не пришли. Я говорю, все это время (а ты можешь себе представить, что это такое — атмосфера в студии, во время вот такой жары на улице, там всегда еще жарче, несмотря на проветривание и кондиционеры), и вот это двухнедельное дитя все это время находилось там же при скоплении народа. Мы знаем, что такое 2-недельное дитя, его как минимум до 2-х, 3-х месяцев вообще никуда не носят именно, чтобы избежать различных инфекций.

К. ЛАРИНА – Бабушка получает деньги?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Если верить публикациям, здесь тоже газета «Жизнь» (знаешь такое издание?) тоже очень раскручивает историю. Если верить публикациям, там заключены с бабушкой контракты, не контракты. Но, во всяком случае, корреспонденты, папарацци разных желтых изданий всегда оказываются в нужном месте в нужный час. По всей видимости, там существуют некие договоренности, не исключено, что и материального свойства. Видимо, у бабушки звездный час, она наконец стала знаменитой. Это называется, попал под лошадь – этот способ стать знаменитым. Она «пиарит» эту девочку, внучку, и теперь уже правнучку и всю эту историю, и правда, выглядит просто героиней, как будто ей орден дали за доблесть какую-то.

К. ЛАРИНА – Вообще, я смотрю, газета «Жизнь» там днюет и ночует. Постепенно превращают передачу в полный отстойник. Я уже ужасно разочарована просто, потому что все ниже и ниже с каждым разом.

И. ПЕТРОВСКАЯ – После того, как я это все посмотрела, мне звонили люди, знакомые, кричали, что происходит, Малахов радостно анонсировал: «А в следующей программе, — (бородатый с тремя грудями это в следующей), — 13-летний со взрослой женщиной».

К. ЛАРИНА – Это вчера было.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Вот, я тебе говорю, это был анонс.

К. ЛАРИНА – Вчера была корреспондент газеты «Жизнь», меня убила совершенно девушка (там этих корреспондентов как грязи, они приходят на каждую программу из газеты «Жизнь»): «Я видела, в лифтé написано». Я так вздрогнула. Кто это? Написано «корреспондент газеты «Жизнь»», который «в лифтé» читает.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Не важно, ей ударения знать не надо, она же не пишет, а не говорит, тут так случайно совпало.

К. ЛАРИНА – Так. Мы передаем слово службе информации. У нас «в лифтé» не говорят, у нас люди образованные. Пожалуйста, Анна Казакова, новости, а потом продолжим передачу.

НОВОСТИ

К. ЛАРИНА – Мы тут продолжали с Ирой говорить про желтую прессу. Сейчас мы уже через несколько минут будем слушать вас, наши уважаемые слушатели и телевизионные зрители. Наш телефон 203-19-22. Ира хотела еще историю рассказать, желтуху.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я просто к тому, что многие же люди верят желтой прессе. Там совершенно какие-то невероятные вещи публикуют. Приезжаю тут к своей подруге, а ее мама (вполне вменяемая, интеллигентный человек) говорит, представляете, там написано было «говорящий кот». Я говорю, как говорящий, не может быть! Она говорит, ну как, там же написано. Вошел человек в квартиру, а ему говорит кот — дедушка, типа, заболел. Причем это происходило в Азербайджане. А я говорю, а там не написано, на каком языке кот говорил: на азербайджанском или на русском? Это самая дичь. Сын моей подруги пошел на практику в одно из таких изданий, не буду называть, чтобы не делать рекламу. Предлагал темы, все не подходит. Ну а что тогда? Ему говорят, очень просто, вот смотрите, у нас публикация «Люди-кошки». Выяснилось, как это сделано было. Какой-то другой человек, который пришел на практику, ему говорят, надо что-то необыкновенное. А он посетил в деревне своего дядю и снял, как дядя, стоя на дереве, что-то там собирает (яблоки). В результате он догадался, принес эти фотографии. Ему говорят, вот, отлично. Будет такая у нас публикация «Люди-кошки — эти люди живут на дереве». Правда, потом было продолжение, потому что дядя, случайно увидев газету, чуть не убил своего племянника, потому что эту желтую прессу читают все. Ославил его. Он говорит, какие кошки? Пропускаем лексику, которая сопутствовала этому. Здесь точно так же, «Люди-кошки» выискиваются. В прошлый раз у нас с тобой была дискуссия по поводу «Пяти вечеров». Ты говорила, что это настоящая жизнь, мы этой жизни не знаем.

К. ЛАРИНА – Видишь, как. Я же не знала, чем все кончится, Ира.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет, Ксюша, именно в этом ужас таких программ и многих публикаций. Даже если в жизни существует девочка, родившая в 11 лет, не люди-кошки и не говорящий по-азербайджански кот. Но именно потому, что эта история таким образом преподносится, обставляется, нас хотят убедить в том, что это нормальная история. Меньше всего говорят о том, что это не просто аномальная, а патологическая история. И когда этой девочке дарят подарки (конечно, что делать, дите малое, неразумное, целуют, желают ей счастливой жизни, дарят цветы), то мы совершенно не знаем, как поведут себя ее ровесницы, которые потом скажут, мама, а подобная девочка, моя ровесница, видишь, героиня уже трех шоу, 25 публикаций. В результате нам из аномалий и патологий делают героев и героинь. В этом дикая опасность.

К. ЛАРИНА – Мне очень жаль. Вновь возвращаемся к этому разговору, поскольку мы с тобой тоже уже вспоминали, что на эту же тему мы говорили с предыдущим проектом Андрея Малахова и Ларисы Кривцовой «Большая стирка». Помнишь, когда мы с тобой здесь были, и они были у нас в гостях? Те же самые слова ты говорила, что самое страшное, что происходит в этих программах, это превращение аномалий в норму. Во всех.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Вообще это свойство телевидения, потому что телевидение – оно общего интереса, и предполагается, что любые аномалии и патологии они все-таки за рамками такого обсуждения, или это обсуждается в специфических специальных программах.

К. ЛАРИНА – Мне очень жаль, потому что я-то совершенно другое увидела в первых программах «Пять вечеров», особенно, когда они пришли на прямой эфир, когда брали какие-то социальные темы, и в прямом эфире на конкретных трагических примерах все это дело исследовалось, и мне показалось, что в этом есть смысл. Поэтому я говорила, что это портрет нашего общества, в какой-то степени больного, о чем кричал недавно, не докричался Николай Бурляев на одной из программ. Вопрос у меня к тебе такой, Ира. Ведь эта программа идет каждый день в прямом эфире, ведь все видят, почему люди соглашаются туда приходить в качестве гостей? Я имею в виду не героев, которые, как говорит Малахов «пешком пришла из Улан-Удэ», а так называемые гости, звездные люди.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Ты в своем вопросе ответила одновременно. Потому что она идет каждый день в прямом эфире, ее все видят. Поэтому. Потому что одни люди – герои такие, как бабушка, девочка и пришедшая из Улан-Удэ бабушка пешком, для них… для кого-то да, это способ и докричаться, потому что многим людям невозможно вообще через всякие препоны и преграды чиновничьи куда-то прорваться. А для других людей – это возможность себя показать единственная в жизни. Если говорить о героях. Для более-менее известных персонажей это возможность тоже себя показать лишний раз. Ты понимаешь, что такое PR и самореклама. Я помню, как такой политик, наверное, его можно назвать, Константин Натанович Боровой давно еще, какое-то количество лет назад, когда он был еще депутатом Госдумы. Я его увидела в таком проекте «В постели с…». Помнишь? Делал Андрей Вульф. Там депутаты тоже укладывались на какое-то такое ложе и беседовали на разные, в основном эротическо-сексуальные темы. Увидев Борового, я дико потряслась, я говорю, а зачем, Константин Натанович, вы туда ходите? Он говорит, это же реклама дополнительная. Совершенно не имеет значения, находишься ли ты в этой постели с или сидишь в кресле на «Пяти вечерах». Все увидели. Кто-то, например, подзабыт — его, может быть, вспомнят, увидев его социальный темперамент. Это очень простая вещь. А куда еще ходить-то? Посмотри, площадок-то немного.

К. ЛАРИНА – Обрати внимание, что под это дело, судя по всему, Первый канал раскручивает еще и никому не известных артистов. Иван Пупкин – актер. Какой актер, где он снимался? Никто же об этом не говорит, но заявлено, что лицо, которое сидит на таком-то кресле и пытается вступить в идиотский диспут…

И. ПЕТРОВСКАЯ – Или же, как было в одной из программ, когда участвовал Игорь Верник, уже вполне раскрученный актер, в данный момент раскручивался сериал, который шел одновременно с «Пятью вечерами» «Время жестоких». Игорь Верник выступал как бы с позиции милиционера, которого он там играл. Какая-то милицейская, по-моему, я сейчас уже не помню, была тема. А потом еще это несколько раз проговаривалось, у нас в гостях Игорь Верник, исполняющий главную роль в сериале «Время жестоких», который сейчас идет на Первом канале.

К. ЛАРИНА – Были же хорошие программы, справедливости ради надо же это вспомнить, что были очень хорошие передачи. Я вспоминаю ту же дискуссию по поводу «Гибели империи» в «Пяти вечерах». Мне было очень интересно. Были хорошие темы, связанные с проблемами армии российской, были хорошие темы, связанные с образованием.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Ты все это говоришь, все, что было до прямого эфира. Это было до прямого эфира. Это было в начале «Пяти вечеров» на протяжении сезона. Потом, насколько я понимаю, программную стратегию канала… «Пять вечеров» не добирали по рейтингу, более того, наблюдалась некая зависимость, чем более серьезно обсуждалась тема, тем меньше был рейтинг. Потом канал «Россия» начал в этом временном отрезке выигрывать, причем очень существенно, он выходил на первое место. В начале «Кармелита», потом «Исцеление любовью». Они идут в связке один за другим, сериалы, которые имеют невероятный успех и невероятную аудиторию. Видимо на Первом канале действительно умеют делать рейтинги и выстраивать свои программы таким образом, чтобы побить противника и конкурента, тогда придумались прямые эфиры. Программа передвинута, как ты помнишь, по времени. Было 16.30. Стала в 18.40. Начинается в такой ранний прайм-тайм, а заканчивается уже прайм-таймом, когда все люди сидят дома. И смена, переход на эти эпатажные, пограничные, а иногда и заграничные темы, которые имеют теперь, как мы видим, огромного почитателя. «Пять вечеров» пошли, и никто бы и не сомневался, что именно это будет иметь почитателя.

К. ЛАРИНА – Жалко. Я была лучшего мнения.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Мне тоже жалко, потому что в результате, поскольку уже ушел «Основной инстинкт», его не будет в следующем сезоне, это остается единственной площадкой, где вообще что-то можно обсуждать. Но именно из-за того, что прямой эфир, именно из-за того, сегодня прямого эфира опасаются руководители, не дай бог, кто чего ляпнет. Я уверена, что тем будут те же, и пойдут «Пять вечеров» по этому же пути. Выбирать будут эпатажные аномальные ненормальные ситуации и связанных с ними героев, это обсуждение. Судя по тому, что со всех сторон все говорят о «Пяти вечерах»: ты видела, ты смотрел, ты слышал — то действительно угадали. Но это очень странно, потому что, я повторяю, Первый канал как-то всегда старался держаться в рамках пристойности, как канал общего интереса, рассчитанный на очень широкую аудиторию, а широкая аудитория предполагает аккуратное обращение с темами.

К. ЛАРИНА – А мне еще очень жаль, что у Андрея Малахова был шанс вырваться из этого пространства гламура и пошлости, пустоты такой, в которую он впал в последнее время благодаря передаче «Большая стирка», у него был шанс вырваться оттуда, как-то себя заявить как профессионального, умного, яркого и эмоционального, и неравнодушного ведущего. Если это все уходит в такой пакет, это ужасно жалко, такой гигиенические пакет, это ужасно жалко.

И. ПЕТРОВСКАЯ – С другой стороны страшно представить, что он работает, в отличие от всех остальных, 5 вечеров подряд (это я говорю уже просто о физических затратах, в том числе и эмоциональных). 5 вечеров в прямом эфире в таком накале, когда бесконечные крики, вопли и чуть ли не драки. Можно себе представить, как он бывает измочален.

К. ЛАРИНА – Ну что? Опять так получилось, что все про «Пять вечеров». Давайте мы что ль телефон включим 203-19-22 – телефон прямого эфира. Ваши вопросы, а может, вы нас куда-нибудь выведете уже за пределы этой программы, что-нибудь нам еще расскажете, скажете, а вот этот вы не видели, какой кошмар, какой ужас, какое безобразие или наоборот, какая замечательная программа, удивительная и прекрасная. А! Ира! А то не успею. Хотела в прямом эфире через тебя как представителя газеты «Известия» сказать большое спасибо твоему коллеге Евгению Кузину за блистательное интервью с Владимиром Кулистиковым, которое было опубликовано на прошедшей неделе. Очень полезно почитать. Я имею блистательное не по мысли, а по самой фактуре. Более циничного и лукавого интервью с телевизионным начальником я не видела в своей жизни. Почитайте, дорогие друзья, если не читали, там очень много вещей объясняется даже из того, о чем мы сегодня с Ириной говорили. Да?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Да. Я только присоединяюсь и говорю Жене Кузину — молодец.

К. ЛАРИНА – Очень правильные вопросы задавал.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Да. Это тоже умение и искусство, я бы сказала, интервьюера вывести своего героя на ту степень откровенности, когда он даже, мне кажется, теряет бдительность, «и Остапа понесло». Но дело в том, что наш тоже коллега Владимир Михайлович Кулистиков – человек в общем вполне циничный и откровенный. В своем первом интервью, не помню, где оно было опубликовано, кажется, в «Коммерсанте» вскоре после его прихода на канал «НТВ», возвращение, я бы сказала, он тоже говорил вполне цинично и откровенно, чего хотят добиться.

К. ЛАРИНА – Но здесь его Кузин раздел, конечно, полностью. Все понятно. Больше никаких вопросов задавать не надо. Почитайте. Телефон я уже включаю, а то времени-то нет. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день.

К. ЛАРИНА – Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Можно вам вопрос задать? Меня очень интересует ваше мнение о памятнике Александру II. Что вы можете сказать?

К. ЛАРИНА – Вам интересно чье мнение?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну вот ваше мнение

К. ЛАРИНА – Не знаю, я вблизи памятник не видела. А вы видели? А как вас зовут, простите?

СЛУШАТЕЛЬ – Эмма Николаевна.

К. ЛАРИНА – А что вы скажете? Скажите, раз уж вы дозвонились.

СЛУШАТЕЛЬ – Мне очень понравилось.

К. ЛАРИНА – Понравилось? Объясните, что понравилось.

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, он стоит, я на него смотрела и мне казалось, что такое впечатление, что стоишь возле памятника Пушкина. Понимаете? Нет таких нагромождений…

К. ЛАРИНА – Это возле храма Христа Спасителя?

СЛУШАТЕЛЬ – Да. В таком хорошем он стоит, как-то он так по теме, очень хороший.

К. ЛАРИНА – То есть рекомендуете подъехать посмотреть тем, кто не видел?

СЛУШАТЕЛЬ – Да, вы знаете, там такое место намоленное.

К. ЛАРИНА – Спасибо, вот получилось, что вы сказали и правильно сделали. Ты не видела еще?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Я, к сожалению, не видела еще, потому что я все больше телевизор смотрю. А до памятника сейчас вот прямо сяду и доеду.

К. ЛАРИНА – Алло. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый день, девочки любимые мои. Меня зовут Ирина Николаевна. Я вчера смотрела Малахова. Вчера была передача о «Доме-2». Там меня что убило. Там сидят молодые люди, пожилые женщины. В прямом эфире этой старой женщине говорят, «да вы завидуете, посмотрите на свою рожу и посмотрите на лицо этой девушки».

К. ЛАРИНА – Это они кому говорили? Ксении?

СЛУШАТЕЛЬ – Женщине, которая сказала, что я бы закрыла этот «Дом-2».

К. ЛАРИНА – Все понятно, спасибо большое. Это вчера происходило?

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет, мы не ошиблись, это был просто один из сюжетов этой программы, там были разные способы, как можно любить: мальчику – взрослую тетеньку, девушке – дедушку.

К. ЛАРИНА – Я так и не увидела сенсационную пару столетия – разница 60 лет. Ушла на рекламу и не вернулась.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет, это производит впечатление, причем того же примерно порядка, что и 11-летняя родившая. В том числе была одна из тем «Дом-2», что вот так можно, и таким образом познакомиться и полюбить друг друга. Да. Публика там совершенно выходит уже за все берега, как во всякой коммунальной сваре обычно говорят: «Шляпу надела! Очки надела! На себя посмотри! Сама дура!» Вот, примерно уже такой уровень диалога происходит в студии. Я думаю, что там специально подбирают таких заводных старушек или прочих тетенек, которые даже не слушают, что говорят, а часто сложно понять, потому что все говорят вместе, и просто орут всякие оскорбительные, в том числе, слова, ни в чем себе не отказывают.

К. ЛАРИНА – Следующий звонок пожалуйста. Алло. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Михаил. Я насчет шоу, мне очень нравится «Комеди клаб» идет по «ТНТ». Что вы о нем думаете?

К. ЛАРИНА – Вы сначала скажите про свое впечатление, Михаил.

СЛУШАТЕЛЬ – Мне нравится, потому что что-то новенькое, потому что все остальное ужасно просто смотрится, а это что-то новенькое, совершенно по-другому.

К. ЛАРИНА – Смешно?

СЛУШАТЕЛЬ – Как сказать. Что-то смешно. Понимаете, что-то в новизну просто идет.

К. ЛАРИНА – Это на «ТНТ» идет, да?

СЛУШАТЕЛЬ – Да, на «ТНТ» по субботам как раз.

К. ЛАРИНА – Спасибо, Михаил. Ира видела эту передачу, я не видела.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Периодически смотрю.

К. ЛАРИНА – Как называется?

И. ПЕТРОВСКАЯ – «Комеди клаб». Мне кажется, что здесь на порядок выше юмор и все остальное по сравнению с привычными форматами юмористическими всяких смешных людей и юмористических, то есть кривых зеркал. Я все больше обращаю внимание на эти так называемые маленькие каналы, потому что там…

К. ЛАРИНА – Куется что-то железное (в хорошем смысле).

И. ПЕТРОВСКАЯ – Что-то альтернативное, я бы сказала придумывается, делается и показывается. Можно по-разному к этому относиться, но в любом случае это не тот бесконечный (я посмотрела на следующей неделе опять) «Аншлаг на Алтае». Если они туда 5-й раз не поехали, то это не меньше, чем третий или четвертый раз показывают, такая просто нетленка, как раньше говорили про невероятно успешное творение. Я видела и в прошлом году уже писала рецензию на повтор этого «Аншлага на Алтае». Было лето, совершенно не на что было…

К. ЛАРИНА – Повторяй свои рецензии.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Так вот я думаю, что стоит повторять, потому что это за такой гранью добра и зла, что не то, что повторить, а спрятать куда-нибудь и не вспоминать об этом. Просто позорище. Я помню, что там все время помимо прочего шла и открытая реклама, и так называемый product placement, когда внутри помещается в действо некий продукт. Там была, по-моему, сгущенка и тушенка какой-то фирмы, изо всех щелей это лезло. Просто что-то невероятное. Поэтому эти маленькие попыточки мелких каналов сделать что-то по-другому я лично очень приветствую.

К. ЛАРИНА – Давайте еще звонок. 203-19-22 — напомню я телефон. Алло. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый день. Это Александр. А вам не кажется, что все, что происходит в стране, одна сплошная помойка?

К. ЛАРИНА – Так жить нельзя. Как вас зовут, простите?

СЛУШАТЕЛЬ – Александр.

К. ЛАРИНА – Александр, как вы с таким ощущением продолжаете жить, скажите мне?

СЛУШАТЕЛЬ – Ну а что делать, не удавится же?

К. ЛАРИНА – Конечно, не удавится же. Не удавимся ни за что. Давайте все-таки и в помойке будем искать если не жемчужины, то хотя бы какие-нибудь фантики. Ей богу, так нельзя – помойка.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Нет, ну а сколько всего вообще происходило за это время. Какая помойка? А что происходило в театре, вокруг нас происходило, в своей собственной жизни.

К. ЛАРИНА – Книги выходят хорошие, фильмы, спектакли, да и по телевизору бывает еще ничего.

И. ПЕТРОВСКАЯ – И документальное кино хорошее. На этой неделе на «Культуре» были «Рассказы старого сплетника». Александр Аркадьевич Белинский – питерский режиссер и замечательный человек, и мой коллега по Академии российского телевидения, рассказывал (он просто рассказчик прекрасный) о театре, о своих встречах с Утесовым, Шульженко и т.д. Документальный крайне интересный был фильм. Это я просто чтобы хорошее вспомнить, ну что же мы все о помойке. Очень интересный был фильм британско-иранский ночью на «Культуре», по-моему, в понедельник «Развод по-ирански». Как происходят бракоразводные процессы в Иране. Очень откровенно снято. Действительно ломает наши стереотипы и представление об этой женщине Востока, забитой и всегда в чадре, а там очень независимые дамы, которые приходят и сами иногда требуют и просят развода. Можно при желании в своей жизни обнаружить что-то, что отличается и запахом, и видом от помоешности.

К. ЛАРИНА – Давайте будем брезгливыми, обходить помойки стороной.

И. ПЕТРОВСКАЯ – С другой стороны, когда эта помойка лезет нам постоянно на глаза и выдается за вполне конфетку, тоже бывает неприятно. В этим я согласна, но все черной краской — очень несправедливо, потому что мы в этом во всем живем, и тогда к концу жизни придется признать, что мы все живем и жили на помойке. А я так, например, не хочу.

К. ЛАРИНА – Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Доброе утро. Это Валера из Санкт-Петербурга. Мужчина только что позвонил насчет помойки. Я хочу сказать тоже, что я телик не смотрю, только одну передачу — «Дискавери». У нас в Питере по кабельному телевидению идет. Там замечательные документальные фильмы, все в таком духе.

К. ЛАРИНА – Как вас зовут, простите?

СЛУШАТЕЛЬ – Валера.

К. ЛАРИНА – Валера, а что по вашему телевидению показывают, по питерскому?

СЛУШАТЕЛЬ – Я кроме «Дискавери» ничего не смотрю, смотреть совершенно нечего.

К. ЛАРИНА – А почему нечего? Чего говорят?

СЛУШАТЕЛЬ – Все, что у нас в Питере, то же самое, что и у вас в Москве: по «НТВ», по «России», по Первому каналу.

К. ЛАРИНА – У вас же есть свое телевидение питерское?

СЛУШАТЕЛЬ – «5 канал». Они там вроде бы как набирают обороты. Но пока я… Я привык к «Дискавери», там просто интересно, я это смотрю. Иногда по программке посмотришь какое-нибудь интересное старое наше советское кино — «Место встречи изменить нельзя», про Штирлица что-нибудь – вот это с огромные удовольствием. А современное я ничего не смотрю, хотя я и не такой старый, мне 33 года: все безвкусица страшная, смотреть жутко не интересно.

К. ЛАРИНА – Надо беречь свое внутреннее состояние, экологию соблюдать.

СЛУШАТЕЛЬ – Да. Побольше смотреть старых фильмов и «Дискавери». Всего доброго.

К. ЛАРИНА – Спасибо вам большое за звонок.

И. ПЕТРОВСКАЯ – Кстати сказать, если говорить о Питере (в завершение) там есть еще помимо «5 канала» еще и другие. В частности не очень давно создан канал «100», которым руководит Андрей Максимков – такой замечательный актер…

К. ЛАРИНА – Партнер Андрея Урганта.

И. ПЕТРОВСКАЯ – В свое время. Они уже давно разошлись. У него теперь тоже очень смешные и талантливые партнеры. Я видела там очень хорошие программы, программа под названием «Добро пожаловаться». Это репортаж одновременно и помощь какому-то человеку конкретному. Можно делать тупо. Позвонила баба Маша, у нее течет потолок уже сто лет, и можно тупо добиваться того, что бабе Маше подчинили потолок, что тоже приятно и важно. А они это делают в такой игровой форме. Они заставляют коммунальщиков чинить, красить, вешать двери. Это длится минут 10 – 12 такой репортажик. И очень хорошо сделано. Во всяком случае, я такого на московском телевидении не видела.

К. ЛАРИНА – Спасибо большое, Ирина Петровская. И на этом мы завершаем программу «Человек из телевизора» и прощаемся до следующего телевизора.

И. ПЕТРОВСКАЯ – До свидания.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире