'Вопросы к интервью
Р.ВАЛИУЛИН: Вижу Вас большей частью в телевизоре.
Ю.МЕНЬШОВА: Ну так я же человек из телевизора.
Р.ВАЛИУЛИН: Так передача и называется, да. Юля, не избежать нам вопросов от наших слушателей по поводу ситуации вокруг ТВ-6, вот один из таких вопросов, не вопрос, а даже, может быть, в какой-то степени слушатели пытаются оправдать коллектив энтэвешников. «Творческий коллектив ТВ-6 не должен обижаться на энтэвешников, ведь нам по жизни никто не обещал работы до старости, просто нужно оттачивать свое мастерство. Желаю вам взаимопонимания, дружбы и творческих успехов. Людмила». Вот с такого доброго пожелания и начнем. Может быть, действительно стоит смотреть более отстраненно на эту ситуацию? Или не получается? Вы все-таки находитесь внутри, а мы-то снаружи, нам проще судить.
Ю.МЕНЬШОВА: Я должна сразу расставить точки над i. Я тоже в некоторой степени нахожусь снаружи, поскольку я не являюсь штатным сотрудником «ТВ-6 Москва». Я на протяжении долгих лет была штатным сотрудником «ТВ-6 Москва», а сейчас я генеральный директор «Независимой студии Юлии Меньшовой», телевизионной студии, просто продакшн-тв студии, которая продает свои программы на канал ТВ-6, поэтому в этом смысле мне в некоторой степени проще смотреть на эту ситуацию. У меня есть юридический договор с каналом, который, если истечет срок этого договора и канал не сочтет нужным продолжать наши взаимоотношения, в принципе, я человек спокойный, и даже если за этим будет стоять какая-то мотивация другая, скажем, как освобождение места, условно говоря, для каких-то других сотрудников, — ну что же, жизнь есть жизнь, у меня тоже есть возможность идти и искать, предлагать свои проекты на какие-то другие каналы, в этом смысле телевизионный рынок хоть и не очень велик, но, тем не менее, он есть. Что касается в принципе Но тем не менее, должна оговориться, что поскольку я проработала на канале в течение 6 лет и ушла буквально полгода назад, собственную независимую студию создала, конечно, эта ситуация не может меня не касаться. Я знаю всех людей, которые на канале работают, вижу их тревогу и вижу их моральное беспокойство по поводу той ситуации, которая произошла. Я думаю, что у каждого человека на канале есть какая-то своя точка зрения, мне, может быть, со стороны, как взгляд сверху что ли на эту ситуацию, понятно, что то, что эта тревога есть, — от нее никуда не деться, она есть, и кто-то обижается, и ничего не поделаешь. Кто-то будет обижаться хотя бы за то, что он жил спокойно, а вдруг ситуация сложилась так, что ему приходится ежедневно идти на работу и думать, а не сегодня ли меня уволят, и не сегодня ли меня вызовут и скажут: «Ты знаешь, ты нам больше не нужен». Я думаю, что в целом я рассматриваю ее так: обсуждать решение главного акционера господина Березовского не может никто, это тот самый рынок и та самая свобода слова в результате, та самая демократия, к которой мы все стремились и которая мне нравится. В ней есть свои минусы и свои плюсы, и поэтому деньги в данном случае решают все. Это частный канал, и господин Березовский имеет право им распоряжаться так, как он считает нужным, мы не имеем права обсуждать его решения. Он пригласил на канал генеральным директором господина Киселева, а господин Киселев имеет право как генеральный директор привести за собой ровно ту команду, которую он считает нужным. Единственный момент, мне кажется, что очень важный этический аспект, который нельзя забывать, потому что в процессе ситуации с каналом НТВ, которая развивалась до перехода, в частности, коллектива на ТВ-6, моменты этические были по многим очень параметрам нарушены для меня как для телезрителя, как для человека, который работает на телевидении, и поэтому мне кажется, что в данном случае, когда уже ситуация развивается и развивается таким образом, имеет смысл всем сторонам очень серьезно акцентировать свое внимание именно на этике и на человеческом факторе, я бы сказала, нужно быть осторожным всем.
Р.ВАЛИУЛИН: Может быть, вы так относитесь к ситуации, потому что вы чувствуете себя более защищенной и независимой, в том числе и финансово?
Ю.МЕНЬШОВА: Конечно, хотя я не могу это сбросить со счетов. Мне трудно сейчас сравнить, если бы я была в другом положении, трудно эти эмоции
Р.ВАЛИУЛИН: А возьмите оператора, которому неизвестно куда вообще идти.
Ю.МЕНЬШОВА: Я понимаю, я про это и говорю, что должна быть этически очень выверенная ситуация. Мне кажется, что момент увольнения людей в данный момент вообще был бы просто катастрофичен, каких-либо людей операторов, монтажеров ведущих и т.д., из любой области, потому что это как раз только бы усугубило конфликтность и тревогу и т.д. Но, насколько я знаю, в данный момент руководство, как господин Киселев, так и господин Демидов, который представляет интересы канала ТВ-6, который является его генеральным продюсером, сейчас как раз и занимаются тем, чтобы максимально осторожно подходить ко всем этим вопросам. И что меня радует, Иван очень конструктивно настроен на взаимоотношения. Потому что я считаю, что просто бессмысленно, что называется, упираться рогом и говорить: «А нам это не нравится!» В любом случае, я уже сказала в самом начале: акционер принял такое решение, это не обсуждается. Его надо пытаться выполнить или сказать, что я не хочу его выполнять, тогда я сам ухожу, просто потому что это не мое.
Р.ВАЛИУЛИН: Либо ты работаешь, либо не работаешь, или, если ты работаешь, то работаешь, а если нет то нет.
Ю.МЕНЬШОВА: Да. А если работаешь, то надо пытаться искать конструктивные решения и думать о людях.
Р.ВАЛИУЛИН: Давайте вернемся к вашей студии независимой, которая занимается производством телевизионных программ. Я так понимаю, что не только «Я сама» производится вами.
Ю.МЕНЬШОВА: Нет, на данный момент, поскольку мы организовались только полгода назад, нам надо было встать на ноги в этом новом качестве, поэтому на данный момент мы производили только программу «Я сама», но вот к сегодняшнему моменту мы разрабатываем еще проекты, которые пока никуда не предложены, но они находятся в стадии разработки, не один и не два.
Р.ВАЛИУЛИН: Не поделитесь информацией?
Ю.МЕНЬШОВА: Нет, не поделюсь. Вы знаете, я человек суеверный, и пока я это не сформулирую и куда-нибудь не предложу, не сниму «пилот» не поделюсь.
Р.ВАЛИУЛИН: Тогда для кого, кому будете продавать, тоже не скажете или не знаете просто?
Ю.МЕНЬШОВА: Я так скажу, я такой человек привязчивый, опять-таки, поскольку проработала довольно долгое время на канале «ТВ-6 Москва», я считаю, что это мой долг — в первую очередь предлагать это этому каналу, приносить туда и отдавать на рассмотрение. Если этот канал по каким-либо параметрам будет не подходить и не нравиться, то я считаю себя вольной предлагать это любом другому каналу.
Р.ВАЛИУЛИН: А как человек внутри, как человек из телевизора, можете ли вообще в целом оценить ситуацию на телевидении сегодня? Она изменилась после последних событий? Или она развивалась в общем в том самом русле, в каком и должна была развиваться?
Ю.МЕНЬШОВА: Она изменилась для меня как для телезрителя, к сожалению, довольно сильно и не в лучшую сторону, вообще не имеющую отношения к свободе слова и прочему, за что так долго боролись. В актере, говорят, должна быть тайна. Я очень не люблю репортажи, которые делаются в журналах, которые называются «Звезда в домашних тапочках» показать, как он живет, где он умывается Это неправильно. Актер это человек, который играет разные образы, и зритель должен домысливать его жизнь и любить тот его образ или другой его образ, это обязательное условие для актера. И должна признаться, что в любой профессии, как выясняется, должна быть тайна. После того конфликта, который разгорелся, я это для себя абсолютно точно поняла. Не надо знать телезрителю, что такое конкретный журналист, что он думает конкретно и как он эмоции свои выражает, как он корректен или не корректен и есть в нем пионерский запал или он, наоборот, крайне сдержан это настолько мешает. Я об этом и говорила что этические параметры были нарушены катастрофично, на мой взгляд, потому что есть ряд журналистов НТВ, которых я очень любила и которых я не могу смотреть больше.
Р.ВАЛИУЛИН: Если продолжить разговор о вашей изначальной профессии, актерство помогает в том, что вы делаете сейчас, актерский опыт, образование, которое вы получили?
Ю.МЕНЬШОВА: Мне кажется, что нет, но, опять-таки, это субъективное ощущение. Мне кажется, что это абсолютно разные профессии, навскидку просто даже сказать, что актер выучивает чужие слова и долго их проминает внутри себя и делает их органичными и трактует роль, а на телевидении, в ток-шоу особенно, ничего не возможно выучить заранее, ты оперируешь непосредственно своими чувствами, своими эмоциями, своими реакциями, и они те, которые у тебя есть. Так же, как бессмысленный вопрос можно ли создать имидж телевизионного ведущего. Если это род занятий ток-шоу, невозможно, потому что к тебе приходит живой человек, ты предсказать его реакцию не можешь, собственно, ее немножко спрогнозировать здесь я улыбнусь или здесь я заплачу невозможно.
Р.ВАЛИУЛИН: Тяжело ли вам было, имея за плечами актерский опыт человека, интерпретирующего чужие мысли, чужие эмоции, стать автором своих мыслей, своих идей?
Ю.МЕНЬШОВА: В результате нет, не тяжело, хотя боялась я ужасно. Это тот случай, что пока не попробуешь, не поймешь, что ты на самом деле умеешь. Вот в меня поверил Ваня Демидов, он сказал: «Ты сможешь».
Р.ВАЛИУЛИН: Это случайно произошло?
Ю.МЕНЬШОВА: Для меня это выглядело как случайность. Я работала уже полгода редактором на программе «Мое кино» Виктора Мережко, и вот через полгода Ваня меня вызвал и сказал: «Вот мы запускаем женское ток-шоу, я хочу, чтобы ты попробовала себя в качестве ведущей». Я обалдела, потому что я вообще себя в кадре не очень представляла, несмотря на свое актерское прошлое, мне очень нравилась редакторская работа, и боялась я ужасно, потому что я действительно особенно никогда даже концертов не вела, и живое общение с людьми это просто какой-то ужас, ужас, ужас. Но тем не менее, вышла, сделала, а потом буквально первую программу сидела и смотрела на монтаже и думала: «Господи, неужели это я? Батюшки, как я свободно разговариваю! Смотри-ка, вопросы задаю, смеюсь, улыбаюсь»
Р.ВАЛИУЛИН: А вот самое, наверно, трудное, что может быть в вашей передаче у ведущего это управление аудиторией. Как вам это далось? Вы же просто должны быть дирижером большого довольно зала.
Ю.МЕНЬШОВА: Это совершенно справедливо. Должна сказать вам, что это очень трудно пересказать, как это удается, это момент ощущений.
Р.ВАЛИУЛИН: Я уверен, что в вас нет таких властных черточек характера, вы не диктатор по сути, естественно, а здесь какая-то жесткость должна быть в характере, чтобы этим управлять.
Ю.МЕНЬШОВА: Жесткость-то есть на самом деле, тут не диктатор это точно, но жесткость есть.
Р.ВАЛИУЛИН: Не показываете?
Ю.МЕНЬШОВА: Ну, жесткость такая, жесткость, основанная на справедливости, скажем так. Мои сотрудники это, наверно, хорошо знают, что я очень терпеливая, я очень внимательная, я готова вникать во все подробности, но если уж совсем мне на шею садятся, то тут я могу довольно серьезно и жестко разговаривать и говорить, что это хамство и наглость.
Р.ВАЛИУЛИН: Когда появилась ваша передача и когда я вас увидел, я подумал почему-то, поправьте меня, если я неправ, что идея стать ведущей у вас возникла, в вашем еще тогда детском уме, когда вы смотрели на свою маму в фильме «Москва слезам не верит», когда к ней пришла телевизионная группа и она сказала: «А теперь, дорогие женщины.
Ю.МЕНЬШОВА: мужчины могут выключить телевизор, поскольку наша программа исключительно для женщин». Нет, вы знаете, ни секунды, я вообще не думала, что я приду.
Р.ВАЛИУЛИН: Не тогда включилось это желание?
Ю.МЕНЬШОВА: Не тогда. Оно вообще не  включалось быть ведущей, это желание вообще не включалось, это была инициатива Вани Демидова. За полгода до этого я хотела просто работать на телевидении и думала о том, что буду долго и серьезно накапливать какой-то потенциал и, может быть, потом что-то сделаю, какую-то программу.
Р.ВАЛИУЛИН: Сама работа на телевидении не отвратила вас с тех пор? Наверняка увидели какие-то негативные моменты.
Ю.МЕНЬШОВА: Ни одной секунды. Я должна сказать, что наоборот, это тот самый случай, когда человек на своем месте. Я как раз, придя на телевидение, с упоением ввинтилась в этот процесс, и вот уже 7 лет как я этим продолжаю упиваться, мне очень нравится телевидение, просто от него я не устаю. Я для себя когда-то вывела формулировку, что является профессией человека, это когда все хотят быть певицами, актрисами, а представить себе на секунду, что певицы ездят на гастроли в хвост и в гриву, живут в гостиницах, это питание непонятное, все время дергаться как-то остывает пыл, думаешь, на сцене стоять красиво, а вот по гостиницам мотаться, по городам по весям не особенно хочется. Вот когда ты готов мириться с недостатками твоего труда, вот это и есть твоя профессия, потому что плюсы перевешивают.
Р.ВАЛИУЛИН: Точное определение. С актерской профессией, с недостатками актерской профессии мирились с удовольствием или все-таки нет?
Ю.МЕНЬШОВА: Наоборот, мирилась не с удовольствием, именно поэтому ушла.
Р.ВАЛИУЛИН: И, наверно, поступали тоже по инерции.
Ю.МЕНЬШОВА: Поступала по инерции, совершенно точное определение, поступала по инерции, «а что не попробовать», была такая у меня история. Больше мне хотелось поступать на журналистку или в литературный даже, но поскольку я была, как все советские дети, в достаточной степени инфантильным ребенком, что не хватало мне немножко додумать до конца и узнать только перед самым поступлением, что для литературного института и для журналистики необходимы напечатанные работы, я поняла, что делать нечего, придется попробовать себя в театральном институте. Попробовала себя в театральном институте и поступила просто влет. Причем я была так нагла, что поступала Обычно во все поступают, и там, где дойдешь до конкурса, туда и идешь. А я просто внаглую пришла только в один институт во МХАТ, потому что я считала, что полюбить так королеву, проиграть так миллион, МХАТ достойный, туда и поступала, туда и поступила. И поскольку тогда так все легко далось, думала, что значит, наверно, надо этим заниматься, если успешно.
Р.ВАЛИУЛИН: Но, может быть, все-таки мама с папой помогли? Или нет?
Ю.МЕНЬШОВА: Нет, мама с папой не помогали совершенно.
Р.ВАЛИУЛИН: А наоборот, не отговаривали вас?
Ю.МЕНЬШОВА: И не отговаривали. Они занимали нейтральную позицию, но они довольно здраво говорили о том, что если ты хочешь что-то делать, так давай, добивайся этого сама, своими силами, потому что только тогда это будет означать, что это действительно твое дело, что ты в этом что-то сможешь сделать.
Р.ВАЛИУЛИН: Чтобы закончить разговор о маме и о папе. Если вы были бы поменьше, если бы было вам лет 5, спросили бы: «Девочка, на кого ты хочешь больше быть похожей на папу или на маму?»
Ю.МЕНЬШОВА: Ну конечно, на маму. Мама красавица.
Р.ВАЛИУЛИН: А если профессионально?
Ю.МЕНЬШОВА: Вы знаете, они оба такие трудоголики и такие увлеченные своей профессией, что тут их нельзя разделить, и я в этом смысле в них обоих.

Р.ВАЛИУЛИН: Наши слушатели всегда добавляют перца в разговор с нашими собеседниками, давайте, может быть, немножко обострим наш разговор. «Юля, не пора ли вам поменять вашу передачу «Я сама»? Ведь сладкое тоже уже надоело. Галина». Вам надело сладкое? Вообще любите сладкое?
Ю.МЕНЬШОВА: Я не понимаю, почему сладкой названа передача. Вы знаете, я не считаю, что пора. Когда я чувствую, что передача как-то устаревает или что-то в ней меня утомляет, я ее меняю, и мы это периодически делаем, и есть зритель, которые довольно внимательно за этим следит, очень отзывчиво на это реагирует и благодарит за то, что мы не останавливаемся на одной форме, а меняемся и расширяемся, что-то придумываем в этой передаче. Скажу честно: если мне станет скучно, мне лично, я совершенно со спокойной душой ее закрою. Если она станет скучна зрителям, абсолютно так же со спокойной душой ее закрою. А в принципе, просто не пора ли закрыть Да не пора.
Р.ВАЛИУЛИН: Но рейтинги беспокойства не вызывают?
Ю.МЕНЬШОВА: Рейтинги не вызывают такого беспокойства.
Р.ВАЛИУЛИН: Это, наверно, для телевидения одно из самых главных обстоятельств. Сладкой я бы тоже не назвал вашу передачу, но женской передачей я бы ее все-таки назвал.
Ю.МЕНЬШОВА: И я бы ее назвала женской.
Р.ВАЛИУЛИН: Не хочется освободиться от этого имиджа, такую общечеловеческую передачу, не только женской направленности, вести?
Ю.МЕНЬШОВА: Чем больше я работаю на этой женской передаче, тем больше понимаю, что нет вообще области жизни, которая бы женщин не касалась, и поэтому получается, что, с одной стороны, я делаю женскую передачу, а с другой стороны общечеловеческую.
Р.ВАЛИУЛИН: Еще вопрос. «С уходом Марии Арбатовой и второй соведущей улучшилась ли ваша программа? Это было по их желанию или по другой причине?»
Ю.МЕНЬШОВА: По частям отвечаю. Что касается того, улучшилась ли — не могу сказать, улучшилась или ухудшилась, я думаю, что она стала другой, вот это совершенно точно. А уход соведущих по желанию Марии Арбатовой произошел, она ушла сама, а уход Ольги Сердобовой уже произошел по нашему пожеланию, потому что искать замену Маше мы не хотели, а оставлять одну соведущую уже было бессмысленно, уже рассыпалась драматургия.
Р.ВАЛИУЛИН: А Маша тогда собралась в политику, если я не ошибаюсь?
Ю.МЕНЬШОВА: Маша тогда собралась в политику, да.
Р.ВАЛИУЛИН: В Думу направилась, но что-то не сложилось у нее. Вопросы от не очень сведущих людей касательно, например, работы редактором программы. «В чем она заключается?» спрашивает Елена Петровна.
Ю.МЕНЬШОВА: Должна сказать, что редактор, хотя все важны на телевидении, но это едва ли не основное лицо, я бы сказала, потому редактор это человек, который ищет материал, который его обрабатывает первоначально. В нашей программе редакторы занимаются тем, что ищут либо темы, которые нам интересны, либо отслушивают героинь, которые сами нам звонят, и потом составляют такую сценарную основу программы, вот чем занимается редактор. Прописываются какие-то вопросы по предварительным собеседованиям понятно, как развивается коллизия у героини, какие-то предварительные вопросы расписываются. Я с героинями никогда не встречаюсь до студии.
Р.ВАЛИУЛИН: Это ваш принцип, да?
Ю.МЕНЬШОВА: Это мой принцип, это то, что дает мне ощущение интереса. Потому что если я буду знать всю историю и поговорю, то, собственно, мне довольно трудно будет изображать это все вторично.
Р.ВАЛИУЛИН: Я знаю такую позицию у некоторых ведущих, которые принципиально не хотят даже в глаза видеть человека, с которым будут разговаривать, начинают беседу с чистого листа и полагают, что именно в таком виде, в оригинальном что ли, такая беседа будет интересной. Но все-таки уже готовитесь наверняка к беседе, в тему входите?
Ю.МЕНЬШОВА: Это безусловно. Во-первых, я отслеживаю те сценарии, которые пишутся, безусловно, я знаю канву истории, более-менее, которую мне предстоит слушать, но я не знаю деталей, максимальное количество деталей просто я опускаю, и даже некоторые ситуации мне говорят: а знаешь, я говорю: «Нет, не рассказывайте, не хочу сейчас знать, не хочу вникать, лучше там, в студии, узнаю, сориентируюсь». И, конечно, условно говоря, трактовку темы и ракурс этой темы мы решаем совместно, вместе со мной, поэтому это и есть моя подготовка.
Р.ВАЛИУЛИН: За вами последнее слово или вы все-таки позволяете с собой спорить, не соглашаться?
Ю.МЕНЬШОВА: Я позволяю с собой спорить и не соглашаться только на уровне доказательства и аргумента, а не на уровне эмоций и того, что мне так кажется.
Р.ВАЛИУЛИН: То есть надо аргументировать?
Ю.МЕНЬШОВА: Конечно.
Р.ВАЛИУЛИН: Разного рода вопросы, не буду особо выбирать и как-то их компоновать. «Какие современные театральные режиссеры вам нравятся?» — Алексей спрашивает.
Ю.МЕНЬШОВА: Я должна сказать, что с театром я как-то не особенно дружна, потому что, уйдя их него, как-то я и не особо в него возвращаюсь даже в качестве зрителя.
Р.ВАЛИУЛИН: Чувствую, у вас нелюбовь к театру, можно так сказать?
Ю.МЕНЬШОВА: Нет, так сказать нельзя, нелюбовь к театру нельзя сказать, но чтобы я была пылкий поклонник тоже нельзя сказать. В связи с тем, что у меня муж работает в МТЮЗе у Генриэтты Яновской
Р.ВАЛИУЛИН: Которая вчера была на «Эхо Москвы», кстати.
Ю.МЕНЬШОВА: Вместе с ним причем даже. Я должна сказать, что я достаточно внимательно слежу за премьерами этого театра, и этот театр мне нравится, и спектакли мне нравятся, и работы Гинкаса мне нравятся, и самой Яновской, вот последняя премьера, «Свидетель обвинения» Яновской мне очень понравился, замечательный спектакль. А так сказать, чтобы я сильно знала, что происходит в театральной Москве нет, это меня муж образовывает, пересказывает, рассказывает, а иногда вытаскивает.
Р.ВАЛИУЛИН: Неизменны вопросы, они повторяются о вашем актерском прошлом. «Вы очень мне нравились как киноактриса, особенно в фильме о роботе-женщине. Почему вы бросили работу актрисы?» — Валентина спрашивает.
Ю.МЕНЬШОВА: Это очень длинная история, на самом деле, философская. Потому что не моя это профессия, потому что не нравилось мне, потому что, возвращаюсь к началу разговора, у каждой профессии есть свои плюсы и минусы, вот минусы перевешивали — зависимость, ожидание, неизвестность, что тебя ждет в будущем и прочее, там масса всего, это все мне не нравилось, мне хотелось руководить своей жизнью самостоятельно.
Р.ВАЛИУЛИН: Наверно, можно включить телефон, если вы не против. Алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Я хочу Юлию приветствовать, это Валентина. Юлия, я вас приветствую. Чувствуется, что очень добрый, тактичный и благородный человек. И хочу поделиться с вами. НТВ новое  — оно чужое, даже не включаю. Это все равно что слушать и смотреть Сванидзе. И очень жалею, что все так получилось. Благодарна вам за ваше выступление. Вы прекрасно разговаривали, я вам желаю всех благ, всего доброго и хорошего, приходите еще раз на «Эхо Москвы».
Ю.МЕНЬШОВА: Спасибо.
Р.ВАЛИУЛИН: На «Эхо Москвы», конечно, можно, но на свою передачу тоже надо не забывать. Хочется разбавить сладости всякие, которые не так часто у нас в эфире бывают. «Госпожа Меньшова, вы во время передачи больше себя показываете и кокетничаете».
Ю.МЕНЬШОВА: Должна сказать, что монтаж программы происходит без меня, у меня есть режиссер, Денис Трофимов, который и монтирует. Я, конечно, могу заподозрить, что за 7 лет совместного творчества Денис как-то испытывает ко мне какие-то совсем добрые чувства и хочет меня почаще показывать Ну а то, что я кокетничаю ну женщина я, ну кокетничаю, но мне не кажется, что этого нужно стыдиться. Лично мне иногда кажется, когда я краем глаза смотрю, мне кажется, что я это делаю обаятельно.
Р.ВАЛИУЛИН: «Юля, то место, где у вас сидят мужчины, отдельно. Производит впечатление или скамьи подсудимых, или лобного места. Лидия».
Ю.МЕНЬШОВА: 7 лет слушаю эти вопросы, 7 лет на них отвечаю. Да, скажу вам, Лидия, изначально, когда задумывалась программа «Я сама», даже была имитация такой скамьи подсудимых, что раззадоривало, естественно, зрителей, потому что они друг друга толкали локтями в бок и говорили: «А ты видел!» — еще программа не знали как называется, не запомнили, как зовут меня, говорили: «Вот там, где мужиков практически судят»
Р.ВАЛИУЛИН: В резервацию посадили.
Ю.МЕНЬШОВА: Да, в резервацию посадили. Со временем все настолько нивелировалось, но мне кажется, что просто разделение аудитории в нашей программе такое драматургически закономерное, потому что мужчины и женщины по большей части высказывают различные точки зрения.
Р.ВАЛИУЛИН: Чередую сладкое с горьким, сладкое теперь. «Мне очень хочется передать Юлии Меньшовой, чтобы она обязательно продолжала свою программу, не бросала ни в коем случае эту передачу, потому что она обладает редким даром быть не только красивой, но и умной».
Ю.МЕНЬШОВА: Спасибо большое, вообще я просто чем дальше работаю на телевидении, тем больше понимаю, что зритель это, конечно, какая-то потрясающая вещь, потому что стоит кому-нибудь обидеть, наехать в ту же секунду кто-нибудь обязательно ответит и скажет: «Юлечка, вы наша любимая, оставайтесь с нами!»
Р.ВАЛИУЛИН: А такая передача, как ваша, если уже попробовать самое себя оценить, не способствует ли самолюбованию, возникновению повышенной любви к себе? Я вот спрашиваю, я  не оцениваю.
Ю.МЕНЬШОВА: К себе как к ведущей?
Р.ВАЛИУЛИН: К себе как к человеку.
Ю.МЕНЬШОВА: А почему именно такая передача, как у меня?
Р.ВАЛИУЛИН: Передача вообще телевизионная, где вы видите себя. Некоторые же влюбляются в себя, согласитесь, и уже к ним потом не подойдешь. Вам такая ситуация не грозит?
Ю.МЕНЬШОВА: Вы знаете, нет, не грозит, как мне кажется, но должна признаться, что не могу себе это приписать в заслуги, мне кажется, что это такая данность от Господа Бога не тщеславна, лишена этого совсем и только не устаю за это благодарить Господа Бога, потому что вижу массу примеров, когда у людей действительно крыша съезжает очень серьезно после буквально первых двух появлений на экране, начинается какое-то сумасшествие. Со мной это не произошло, и вот уже 7 лет не происходит, и надеюсь, что и дальше, в общем, как-то гарантирована.
Р.ВАЛИУЛИН: Какое-то противоядие, может быть, порекомендуете тем, кто задумывается над тем, стоит ли себя слишком любить?
Ю.МЕНЬШОВА: Вы знаете, я должна сказать, что есть такое противоядие, но это длинная цепочка рассуждений, а ведь такая некоторая элитарность, от чего крыша съезжает «меня часто показывают» она цепочка длинная. Потому что дальше ты начинаешь думать о том, что ты не можешь появляться в тех местах, где люди, потому что тебя узнают, ты не можешь пойти в магазин, ты не можешь отдать своего ребенка в нормальный детский сад, пойти в школу
Р.ВАЛИУЛИН: А это происходит действительно или нет?
Ю.МЕНЬШОВА: У меня-то нет, это не происходит. А вот когда это происходит, я это вижу. Я должна сказать, что в результате это тюрьма, потому что ты никуда выйти не можешь, у тебя куча телохранителей, или охраны, или водителей, нянечек, домработниц, а ты сам где-то там, в золотой клетке сидишь, чтобы тебя никто не видел, не трогал, потому что ты какой-то страшно элитарный, жутко известный и простому люду до тебя доступа не должно быть. Для меня это катастрофа, я очень люблю просто пойти погулять по Москве, ну, ничего страшного, ну, узнают, а я как-то иду и в магазины хожу.
Р.ВАЛИУЛИН: Без телохранителей?
Ю.МЕНЬШОВА: Без телохранителей.
Р.ВАЛИУЛИН: Такие люди и без охраны. Что творится! Давайте еще телефон. Алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня Тамара зовут. Я хотела спросить у Юли, не собираетесь ли увеличивать свое семейство, еще родить ребенка?
Ю.МЕНЬШОВА: Спасибо за вопрос, так отвечу на него: теоретически собираюсь и даже прямо очень собираюсь и очень хочу увеличить свое семейство. Пока практически это невозможно в связи с квартирным вопросом, как это ни будет смешно. Вот как только он решится, этот вопрос Поскольку мы живем в двухкомнатной квартире, то мы, конечно, и так друг у друга на голове прыгаем. Вот мы пытаемся оперативно решать этот вопрос, для того чтобы потом увеличить семейство.
Р.ВАЛИУЛИН: Еще вопрос касательно передачи. «Юля, откуда вы приглашаете мужчин для вашей передачи?» Звучит примерно так: откуда вы их берете?
Ю.МЕНЬШОВА: Кстати, мы и мужчин, и женщин, и даже, вы будете смеяться, героинь берем собственно из жизни: нам звонят, а мы записываем и приглашаем. Героинь приглашаем на предварительное собеседование, а мужчин и женщин просто перезваниваем и говорим: «Такого-то числа приходите к Останкино». И они приходят.
Р.ВАЛИУЛИН: Разного рода вопросы, такой в том числе: «Испытываете ли вы религиозные чувства?» Наверно, проще сказать: веруете ли вы?
Ю.МЕНЬШОВА: Да, я могла бы сказать, что я верующий человек, православный, но вот распространяться на эту тему категорически не люблю, потому что мне кажется, это даже интимнее, чем вопросы семьи и брака.
Р.ВАЛИУЛИН: Критики со стороны слушателей по телефону что-то не поступает, а вот если заняться самобичеванием, вопрос на пейджер: «Юля, какие у вас недостатки, как вы сами считаете?»
Ю.МЕНЬШОВА: Недостатки, конечно, у меня есть, но это из разряда тайн. Зачем их знать вам? Вам, конечно, любопытно, но я не расскажу.
Р.ВАЛИУЛИН: Слушаем вас.
СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Юля, очень приятно было слушать ваши ответы. Вы умная действительно. И вы знаете, совпало ваше высказывание по поводу заварухи с НТВ, и я даже вычислила, точно так же думаю. И что я хочу вам сказать, хотя вам сказали с «Эха», что не бросайте свою передачу Юля, надо менять, надоел и Якубович, надоел даже Шендерович, не потому, что это плохо, это замечательною. Надоедает. Ищите еще что-то, и вы преуспеете.
Р.ВАЛИУЛИН: Вы так говорите, как будто вам Якубовича и Шендеровича, как ребенку, который не любит сладкое, засовывают в рот в виде конфет, пряников или печений. Не смотрите. Выбор же всегда есть, кнопочку раз и не смотрит человек.
Ю.МЕНЬШОВА: Но, тем не менее, спасибо за пожелание, я понимаю, что одни и те же лица или одна и та же форма, может быть, надоедает, но есть часть зрителей, которым не надоедает. Но кроме всего прочего, говорю же вам, что у нас есть студия Юлии Меньшовой, которая разрабатывает другие телевизионные проекты, и надеюсь, что мы их сможем предоставить вашему вниманию.
Р.ВАЛИУЛИН: Еще немножко дегтя. «Сейчас идет передача, очень жалко, что в передаче «Я сама» поднимаются очень примитивные темы. Когда вы будете заниматься серьезными и интересными темами? Михаил Леонидович».
Ю.МЕНЬШОВА: Ну, что назвать примитивными. Я лично так не считаю, мне кажется, что в нашей программе поднимаются темы житейские, с которыми каждый из нас может столкнуться ежедневно в своей жизни, и мне кажется, что так вот из них-то и складывается жизнь, из этих впечатлений, из этих проблем, которые кажутся ерундовыми, а потом выясняется, что жизнь не сложилась иногда. Это зависит от взгляда.
Р.ВАЛИУЛИН: Алло.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, меня зовут Матрена Феоктистовна, хотя я не очень старенькая. Я хочу поприветствовать Юлю, а потом хочу предложить ей такую небольшую, как говорится, наша эховская, что называется, встреча. Может быть, она расскажет о наших семейных парах.
Ю.МЕНЬШОВА: Эховских?
СЛУШАТЕЛЬ: Да.
Р.ВАЛИУЛИН: О каких семейных парах?
СЛУШАТЕЛЬ: Ну, у нас же много там поженилось, мы все, слушатели, знаем, кто уже поженился.
Р.ВАЛИУЛИН: Спасибо, я думаю, что Юля Меньшова не будет об этом рассказывать, она не очень знакома с радиостанцией.
Ю.МЕНЬШОВА: Нет, ну если радиостанция «Эхо Москвы» в полном составе супружескими парами придет ко мне, я с удовольствием.
Р.ВАЛИУЛИН: Как-нибудь мы об этом вам доложим. Вот еще один вопрос. «Юля, журнал «Семь дней» опубликовал, что вы третья красавица мира и первая в России. Как это произошло? Считаете ли вы это справедливым?»
Ю.МЕНЬШОВА: Оценивать, это справедливо или несправедливо, я не могу, но то, что я была счастлива, и  то что я была потрясена, тем более не московские, а российские, я действительно там на третьем месте после Мадонны и Шерон Стоун, россияне считают самой красивой женщиной планеты — просто у меня отрасли крылья за спиной, я в течение некоторого времени летала, а муж не знал, с какой стороны вообще ко мне подобраться и что мне подарить, и говорил, что он не знает, как теперь оправдаться, что он рядом со мной, разделяет жизнь.
Р.ВАЛИУЛИН: Я думаю, если бы сказали, что вы первая женщина, самая красивая женщина Москвы и Московской области, вы бы тоже согласились, не стали бы противиться.
Ю.МЕНЬШОВА: Противиться я бы не стала ничему.
Р.ВАЛИУЛИН: «Юля, смотрите ли вы женские передачи, идущие по другим каналам? Нравятся ли вам эти передачи?»
Ю.МЕНЬШОВА: Смотрю, конечно. Не все нравятся, но что-то нравится. Мне очень нравится «Женский взгляд» Оксаны Пушкиной, мне кажется, что она здорово нашла эту нишу и так просто — то, что вроде на поверхности лежало, а никто не догадался. А вот она догадалась, молодец, и хорошо делает, и она удивительно тонкий тоже интервьюер, столкнулась на своем опыте, потому что поражалась некоторое время тому, как она ухитряется на такую откровенность вывести людей, думала, может, она что-то специально делает, для меня была загадка журналистская, а потом она пришла снимать передачу про мою маму и со мной брала интервью, и я с ней разговаривала и понимала, что, в принципе, готова ей всю свою жизнь рассказать, и понимала, что эта загадка в ней, а не в чем-нибудь другом. Есть такие люди, такой тип, она изумительна для этой программы, и это ее действительно авторство замечательно.
Р.ВАЛИУЛИН: Работающая на доверии?
Ю.МЕНЬШОВА: Это трудно определить, мне кажется, это просто неразделимо от человека. Вот она человек хороший, и есть люди, которые располагают настолько, что сразу хочется все ей рассказать про себя
Р.ВАЛИУЛИН: «Есть ли у вас психические проблемы и как вы с ними боретесь?»
Ю.МЕНЬШОВА: Хороший вопрос. Есть ли у меня психические проблемы? Еще не обращалась к врачу, скажу правду. Может быть, имелись в виду психологические проблемы? Психологических проблем много, но справляюсь я с ними нормально. Я вообще должна сказать, очень не люблю нытья, я как-то в жизни подхожу ко всем проблемам конструктивно, я считаю, что из них-то жизнь и состоит, а как дальше-то Если бы не было зла, мы бы не знали, что такое добро. И поэтому проблемы ну, проблемы, и сложно бывает, но все время попереживаешь немножко, а потом садишься и думаешь, что с этим делать, как из этого выруливать.
Р.ВАЛИУЛИН: Мы о мужчинах лучших в России и в мире поговорили, теперь, по вашему мнению, кто является мужчиной года в России?
Ю.МЕНЬШОВА: Никогда бы не сказала. Мой муж. Мужчина года для меня, и лет, я бы сказала.
Р.ВАЛИУЛИН: Алло.
Ю.МЕНЬШОВА: Здравствуйте, это Валентина Михайловна говорит. Юля, я покупаю журнал «Караван историй» регулярно, когда вижу вашу фотографию в этом журнале. Конечно, очень удачны ваши фотографии все, и ракурсы, и все подобрано. Прекрасно, особенно в последнем майском номере, я вчера купила. Необыкновенно. Как это вам повезло, что вас выбрали? Вы уже не в первом журнале.
Р.ВАЛИУЛИН: Ну так мы же решили, что Юля первая или третья в России.
Ю.МЕНЬШОВА: На самом деле мне действительно повезло. Спасибо за вопрос, и я пользуюсь случаем поблагодарить изумительную женщину Екатерину Рождественскую, фотографа, которая придумала проекты «Частная коллекция», «Реинкарнация», которые осуществляются в «Караване историй». Мы с ней встретились впервые на «Частной коллекции», когда мы делали с ней картину «Бал в Фоли Бержер», а потом что-то так понравились друг другу, что Катя сказала: «А давайте еще обязательно сделаем с вами «Реинкарнацию»». «Давайте, а когда?» «Ну, давайте когда-нибудь сделаем, сейчас прямо». «Ну, давайте сейчас. Давайте выберем, какие образы». В общем, нам так нравилось работать вместе, мы получали друг от друга такое удовольствие, что, видимо, этот результат и сказался на качестве самих идей, придумок и фотографий.
Р.ВАЛИУЛИН: Понравились друг другу. А к дружбе вообще как вы относитесь? А есть ли друзья настоящие, как в детстве были, с которыми проводишь целый день, с которыми не хочешь расставаться, ездишь куда-то?
Ю.МЕНЬШОВА: У меня, пожалуй, таких, как в детстве, друзей, наверно нет, у меня есть одна подруга, которая живет, к моему большому сожалению, в Германии, вышла замуж за немца и там уже 7 лет. Мы с ней были довольно серьезно дружны, а сейчас она вынуждена тратить деньги на телефоны периодически, чтобы друг другу рассказать о нашей жизни. Есть друзья, которые сохранились и с детства. Но, в принципе, я думаю, что в связи с моей работой, в связи с моим стилем жизни, мой друг это мой муж, я с ними все-таки больше делюсь всеми своими ежедневными проблемами и ситуациями, и есть какое-то количество людей, моих друзей, но все-таки это не такая уже плотная связь
Р.ВАЛИУЛИН: Скорее знакомые.
Ю.МЕНЬШОВА: Все равно друзья Друзей вообще, я считаю, немного может быть. Вот есть такие друзья, но сказать, что я могу с ними много времени проводить, так сливаться вместе Бывает, что мы едем вместе куда-то на отдых, это да, тогда мы все вместе, и тогда мы с удовольствием проводим время.
Р.ВАЛИУЛИН: Про ребенка спрашивают. У вас ребенок артистичный?
Ю.МЕНЬШОВА: Очень!
Р.ВАЛИУЛИН: Кем будет, еще не заявлял?
Ю.МЕНЬШОВА: Вот это я не знаю, кем он будет, но сейчас подозрения наши склоняются в сторону режиссуры, потому что он бесконечно всем нам рассказывает, кому куда как встать, что кому делать, какие фразы сейчас произносить, какие куски из мультфильма разыгрывать. Так что действительно артистичен.
Р.ВАЛИУЛИН: Ну, дай ему бог, и вам тоже спасибо за то, что пришли.
Ю.МЕНЬШОВА: Спасибо, что пригласили.
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» была Юлия Меньшова, ведущая программы «Я сама» на ТВ-6.





Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире