'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 09 января 2013, 17:08

С. КОРЗУН — Всем здрасте. Ваш ведущий Сергей Корзун, а в программе «Особое мнение» сегодня Дмитрий Быков. Дмитрий, добрый вечер.

Д. БЫКОВ — Здрасте.

С. КОРЗУН — Журналист, писатель. Обозреватель «Коммерсант-ФМ».

Д. БЫКОВ — Здрасте.

С. КОРЗУН — ДТП на Ленинском – сегодняшнее сообщение. Давайте начнём с одного из самых срочных. Два года назад практически в феврале совершилось. Два года прошло. ДТП, в том числе на Ленинском, прости, Господи, было довольно много, так же как на других улицах Москвы и других городов. Да во всём мире происходит. В чём причина, почему? Во-первых, информационный повод – прокуратура просит возвратить дело с участием автомобиля вице-президента Лукойла Баркова из суда снова в прокуратуру. И что у нас происходит? Вроде как всё ясно, все экспертизы прошли, вроде плёнки там исчезли. Почему такое внимание к этому делу?

Д. БЫКОВ — Как мне кажется, в России появился разряд уголовных дел, в которых невозможно установление истины. Невозможно именно потому, что конфронтирующие стороны, которые в этом деле участвуют, до сих пор непримиримы. Собственно, такая же ситуация была с делом Мирзаева-Агафонова. Когда установление истины действительно не на руку никому. Есть силы, которые требуют признать виновного одного, есть, которые другого. В данном случае, на мой взгляд, конфронтация ещё более жёсткая, поскольку речь идёт о противоборстве условного отряда чиновников, причём, чиновников достаточно богатых, интегрированных в высокий бизнес, с одной стороны, и с другой – рядовых граждан. Понятно, что признание погибших женщин виновными – это оскорбление их памяти. Понятно совершенно, что и однозначной виновности Баркова установить никак не удаётся. К тому же здесь его виновность была бы очень серьёзным козырем для оппозиции всех властей, самых разнообразных, в том числе для социальной вражды просто.

Поэтому я думаю, что раз в стране объективно не существует закона и нет объективного расследования, это дело будет заматываться елико возможно долго, пока не будет найден какой-то умеренно-компромиссный вариант. Это ведь вечная, собственно, российская драма. Я заканчиваю вот этот роман про Бейлиса, который так и называется – «Истина». Речь идёт о том, что установление истины в России – вещь, которая нужна в последнюю очередь. А, как мы знаем из Евангелия, именно истина может сделать нас свободными.

С. КОРЗУН — Дмитрий Быков. Два самых популярных вопроса к вам из пришедших к этому эфиру. Один, понятно, про Жерара Депардье. И второе – про Анну Каренину, на которой, ну, во-первых, вы отметились, во-вторых, другие гости, которые были до вас, уже в этом году отметились и своё мнение по этому поводу высказывали. С чего начнём?

Д. БЫКОВ — Давайте начнём с Депардье, потому что здесь, мне кажется, у меня есть некоторые соображения, способные увести разговор от его колоритной фигуры. Я понимаю, что идеи поэтов – они всегда несколько романтичны. Но мне кажется, что сейчас самое время в любом крупном международном клубе, в который входит Россия, устроить своего рода банк гражданств. Совершенно очевидно, что есть люди, которые не хотят жить в своей стране по самым разным соображениям. Возможно, они хотят жить в другой. Не было бы ничего страшного в том, что, как существует студенческий обмен, как существует гласный или негласный обмен учёными, обмен специалистами, устраивать такой же обмен гражданами, разумеется, среди стран, в этот клуб входящих. Иначе к нам приедет вся Средняя Азия, а значительная часть России уедет в Штаты. Условно говоря. Но если бы между Россией, Португалией, Грецией, Францией, думаю, Германией существовала такая возможность – обменяться гражданами, было бы только хорошо.

Ведь это мы напрасно думаем, что путинская Россия для всей Европы некомфортна. Есть огромное количество людей, для которых она самое то. Во-первых, когда-то очень точно Денис Драгунский, который, я считаю, наверное, лучшим современным новеллистом, он заметил, что Россия имеет всем шансом стать для мира такой культурной Меккой, потому что закон соблюдается не очень, традиция культуроцентризма в обществе огромная, почтение к людям, занятых искусством – оно может сравниться, наверное, только с голливудским вариантом, да? Действительно, любой артист здесь герой по жизненно. Его часто называют великим ещё при жизни за три эпизода в комедиях Рязанова.

Для стариков, особенно демонстрирующих лояльность, хорошая страна, потому что, как и у них, у неё много величия в прошлом, и они как-то хорошо ложатся на эту матрицу. Не будем забывать, что, скажем, в последние годы Жирардо здесь работала много и успешно, когда во Франции была уже мало кому интересна. Да и вообще артисты к нам едут. Что ж мы будем врать? Молодая и очень талантливая Каролина Грушка, полька, играет у нас. Даниэла Стоянович, гениальная, по-моему, сербская актриса играет у нас, играет очень, по-моему, успешно. Мы действительно для многих привлекательная страна.

С. КОРЗУН — Дим, вы ещё добавьте, что на корпоративы особенно охотно ездят в самые разные республики.

Д. БЫКОВ — Корпоратив, да. Такой русский национальный спорт в последнее время, очень успешный способ выживания для артиста, у которого нет возможности играть, да, или которому перекрыли, как мы знаем, профессиональную деятельность.

С. КОРЗУН — Может быть, всё-таки здесь есть разница? Одно дело – ехать на кооператив за очень приличные даже по западным меркам деньги, поскольку есть люди, которые готовы это обеспечить. А другое дело – перебираться на… что-то я не вижу большого потока деятелей культуры, которые хотели бы здесь остаться.

Д. БЫКОВ — Нет потока, потому что не работают в этом направлении. То, что этот поток может пойти, для меня совершенно очевидно. В России любят три категории людей. Это люди культуры, безусловно. Это старики, потому что такова национальная традиция. И это иностранцы, в особенности иностранцы, свидетельствующие свою лояльность. Никто не приглашает сюда Астольфа де Кюстина, понимаете, но Мариусу Петипа здесь было неплохо. И я как раз за то, чтобы наши, которым здесь не нравится, имели возможности, отдав квартиру, конечно, отдав какие-то сбережения, уехать туда, получить там квартиру и работу, а их люди могли приехать сюда в Тюмень, в Саранск. Россия большая. Несколько стран в одной, по сути дела. Географически, по крайней мере. И я думаю, что многие бы поехали. Не говоря уже о том, что лояльный иностранец, который скажет «Я хочу жить в путинской России», он здесь получит огромные бонусы. А на него можно было бы обменять кого-нибудь из «Pussy riot», как уже кто-то во Франции предложил их сделать почётными гражданками, не помню, то ли в Марселе, то ли в Лионе.

Это хорошая идея, такой обмен. Причём, можно для начала сделать его в лайт-варианте, да, такая программа. Попробовали, убедились. На год. Чтобы не путали туризм с эмиграцией. Поехал, поработал в тюменском театре на ставке 16000 или, допустим, ему, конечно, в Москве предоставили. Будь я директором московского театра, неужели у меня Депардье не получил бы роль Тригорина? Точно так же любой из наших, поехав в Штаты, мог бы понять серьёзные минусы жизни там или жизни в Европе. Я, например, в Европе на третий день начинаю с ума сходить. Но есть люди, для которых это нужно. Почему бы нам не начать меняться людьми? Ведь Брейвик, например, приехал бы он сюда, ему бы в голову не пришло совершать это ужасное преступление. У него мигом бы сразу переместились все представления об умирающей Европе.

С. КОРЗУН — Вспоминается советская обменная контора по квартирам в Банном переулке сразу. И вообще хорошая идея для…

Д. БЫКОВ — И разместить это можно в Банном переулке, кстати, да.

С. КОРЗУН — Идея для старт-апа в интернете, например. Вы-то свою квартиру поставили бы в эту базу данных?

Д. БЫКОВ — Если бы мне кто-то предложил должность преподавателя в Штатах в небольшом американском университете, я бы очень сильно подумал насчёт года такого обмена. Ведь, собственно, и студенческий обмен – это не на всю жизнь. Значит, на год я бы поехал поработать и свою квартиру бы здесь свободно оставил. Потом бы мы поменялись. На совсем бы я не уехал никогда, потому что я не очень себя представляю в другой стране. И, потом, всё-таки Америка – она действительно страна для молодых и активных, а я скорее такой писатель-наблюдатель. Но я абсолютно убеждён, что десятки моих друзей и ровесников отдали бы здесь квартиру и многое другое, чтоб хоть чучелом, хоть тушкой попасть туда. И очень многие американцы, увидев, как им здесь живётся, выстроились бы к нам в очередь, потому что, вот, смотрите.

У меня иногда душа болит за то, как построен кремлёвский пиар. Когда я читаю эту девушку странную с фамилией что-то вроде «Попутчик» или «Супчик», или я не помню точно, ну, невозможно же. Понимаете, это дикий непрофессионализм, помноженный на грубость. Всегда непрофессионал очень груб, потому что он зол на себя прежде всего. Если бы сюда приехал хороший профессионал, какой интеллигентный, остроумный мог бы быть пиар у Кремля. Ведь есть, на чём его делать. Понимаете, тем боле что верифицировать это невозможно. Кремль абсолютно закрыт. И врёт человек или не врёт, мы узнали бы только лет через 50. Очень многие иностранцы поехали бы сюда, потому что там с пиаром уже трудно. Там общество постмодернистское, постепенно начинает схлопываться. А здесь у него огромные перспективы. Так что давайте, действительно, сделаем такой старт-ап, обменную контору имени Жерара Депардье, или Бриджит Бардо, она мне больше нравится, и в принципе, мне кажется, мы бы наварились с вами очень недурно.

С. КОРЗУН — Ну что ж, стартаперы уважаемые, нас смотрят не только в России, но и по всему миру посредством… один клиент у вас уже есть.

Д. БЫКОВ — Депардье, Депардье. Я нет, я сугроб, да.

С. КОРЗУН — Дмитрий Быков в программе «Особое мнение». Ну, давайте про «Анну Каренину», что ли, расскажем уже. Раз начали об искусстве, о высоком, причём, искусстве, значит, давайте продолжим об «Анне Каренине». Читали, конечно, то, что…

Д. БЫКОВ — Роман – да. А высказывания тоже.

С. КОРЗУН — И фильм смотрели, да?

Д. БЫКОВ — Да. Я, собственно, уже написал всё, что мог на эту тему в OpenSpace’е. Могу як этому добавить только вот что. Каждый художник имеет право на экспериментальное прочтение чужого текста. Никто не отменяет только элементарного уважения. Всё-таки Лев Николаевич Толстой, не худшая голова в России, очень много потратил сил на эту книгу. Я думаю, что он достиг максимального художественного совершенства, доступного, по крайней мере, литературе XIX века. Своды сведены. Тончайшее соотношение лейтмотивов, там, не только железной дороги, но и гораздо более серьёзных. Невероятная точность пореформенного российского диагноза, потому что роман-то о пореформенной России, конечно, которая попыталась эту национальную матрицу сорвать, уйти в какое-то свободное плавание и погибла, в общем, вынуждена плюхнуться обратно со значительными потерями.

Такой легкомысленный, неуважительный, абсолютно без понимания книги подход к ней оскорбителен прежде всего для меня как для учителя словесности, который эту книгу так долго объясняет школьникам, чтобы эти нюансы стали им понятны. Ну, кто вам мешает выдумать свою женщину, назвать её не Анна Каренина, а Софья Петровна. Пожалуйста, снимите о ней, как снял, в конце концов, Вуди Аллен свою «Любовь и смерть», где героя зовут Борис Грушенко, героиню – Соня. Пожалуйста, никому не обидно. Такая забавная, кстати, очень глубоко серьёзная такая вариация на темы русских классических мотивов. «Любовь и смерть», 1975 год, пожалуйста. Но так походя, так легкомысленно, так неумело превращать в постмодернистский балаган книгу глубочайшего и сложнейшего содержания – вот здесь оскорбление для национального духа. И мы здесь сами виноваты, потому что за 200 лет мы ничего нового миру не предложили и, к сожалению, продолжаем с тем же набором из бюрократии, берёзки и поезда, балалайки, водки и народника развлекать мировое сообщество. Это наша собственная вина. И Джон Райт совершенно не виноват.

С. КОРЗУН — Сегодняшние вопросы слушателей, редкий случай, более интересны, чем лента новостей. Она ещё, наверное, не успела раскрутиться. А наши слушатели уже раскрутились, отошли от праздников.

Д. БЫКОВ — Привет им, да.

С. КОРЗУН — Вопрос в тему, в её продолжение: «Нужна ли классика сегодня? – это Клим Г. спрашивает, — нужен ли скучный занудный Чехов, пусть даже в голливудской обработке, как Толстой с «Анной Карениной», с этими надуманными страданиями и безнравственной буржуазной жизнью». Ну, есть там доля сарказма.

Д. БЫКОВ — Это они просто, мне кажется, Чехова мало читали. Я как раз не хочу заниматься саморекламой, но я 28 января в ЦДЛе буду более подробно отвечать на этот вопрос, читая лекцию «Чехов как антидепрессант». Когда-то Елена Иваницкая, очень хороший специалист по русской прозе, заметила, что Чехова часто называют мрачным, но в минуты депрессии вы снимите с полки его, потому что он каким-то образом утешает. Вот, понять, каким образом он утешает, я пытаюсь, потому что рядом с чеховским абсурдом, рядом с чеховским ужасом жизни всегда стоит очень мощный источник света. Вот эта авторская личность, которая ненавязчиво проявляется. Ведь мы потому и видим весь этот абсурд, что рядом с нами человек безупречного ума и вкуса. Чехов остаётся насущно необходим. Вся русская классика остаётся насущно необходима, потому что, в конце концов, мы продолжаем проживать ту же жизнь. У нас сейчас, как я уже устал говорить, мрачное семилетие, последние годы Николая.

Но досадно для меня другое. Что нет ничего кроме. Потому что попытка эту матрицу русскую изменить в XX веке – она более-менее забыта, замотана, она отождествляется только с репрессиями и ГУЛАГом. А ведь было в русской истории кое-что, кроме усадебной прозы. Мы срочно должны эту матрицу дополнять, потому что вечно паразитировать на образе трёх прекрасных беспомощных женщин, которые кричат «В Москву, в Москву!» и шагу туда не делают, это немножечко паразитарное занятие, немножечко постыдное. Вот, если бы Англия до сих пор представлялась нам колониальная державой, где никогда не заходит солнце и где спорят о Киплинге и Честертоне, думаю, цена ей была бы невелика. Но Англия – это страна Джонатана Коу, это страна Фаулза, это страна Мёрдок. Нам нужно срочно русскую классику дополнять, расширять, в каком-то смысле переосмысливать, потому что, пардон за тавтологию, вечно ехать на этом багаже нельзя. Как говорил Евгений Замятен, мы уже свои соки из этой коробочки высосали.

С. КОРЗУН — Дмитрий Быков в «Особом мнении» на радио «Эхо Москвы», на телеканале RTVI. Также в Сетевизоре, кстати. Следующий вопрос. Галтел задаёт, так подписался человек, хороший вопрос, на мой взгляд: «Как вы думаете, Дмитрий, почему наши студенты столь аполитичны? Почему на идиотизм питерских полицаев не ответили всероссийскими снежными битвами?». Ну, и дальше «почему не подают иски?» и так далее. Вам как знатоку молодых человеческих российских душ.

Д. БЫКОВ — Я не думаю, что они аполитичны. Я думаю, что сейчас есть новая форма реакция на политику. Я об этом тоже много говорил. Грех повторяться. Но, в конце концов, повтор – наш главный жанр. Это уход, это уход от любых формальных внешних способов взаимодействия с властью. Им не разрешают играть в снежки. Для того чтобы на это отреагировать, совершенно не надо устраивать снежные побоища. Можно пойти в другое место и там поиграть в снежки. Или уехать на новогодние каникулы в другую страну, пока ещё, слава Богу, и там поиграть в снежки.

Мне вообще кажется, что разные формы конфликтов с властью – это скорее такая вещь окказиональная, достаточно случайная. Ну, вышли на митинг 100 тысяч человек, на другой день вышли три тысячи человек. От этого тема митинга никак не компрометируется. Просто одна реакция… Ну, скажем, мне могут запретить выйти на митинг. Разумеется. Но мне никто не запрети выстроить альтернативу этой власти, поскольку в её позиции всё больше дырок, всё больше мест, всё больше зон, где она ничего с человеком не может сделать. Гораздо плодотворнее заниматься той же благотворительностью или тем же культуртрегерством, или тем же сочинением хорошей книжки, нежели выражением своего протеста. А если мы не хотим, чтобы наших сирот мучили в детдомах, у нас есть все возможности забрать оттуда наших сирот, и так далее.

С. КОРЗУН — И всё-таки о роли студенчества. Есть особая роль студенчества, потому что оно традиционно, и, в общем, с некоторыми основаниями на то и считалось движущей силой многих социальных движений, в том числе и протеста.

Д. БЫКОВ — Знаете, Серёж, вы ставите очень страшный вопрос. Потому что я, преподавая как раз в МГИМО, особенно на международной журналистике, я заметил, тоже много раз об этом говорил, что последние два курса, в особенности нынешний, они очень умные. То есть они настолько умные, что мне требуется серьёзная работа над собой, чтобы удерживаться в темпе их мысли. Но при всём при этом я не нахожу их более политизированными. Я нахожу их более изощрённо эскапистскими, скажем так. И это может быть тоже своего рода политизация, которая ничем не хуже. Но, видите, к чему может привести сегодня студенческая демонстрация? К некоторому количеству задержаний и не дай Бог проломленных голов. К чему может привести уход студента от этой власти? К тому, что эта власть останется без профессионалов. Мне кажется, что второй способ значительно эффективнее. Я не против. Я вообще очень люблю, чтобы были митинги. Это улучшает атмосферу в стране. Люди чувствуют себя свободнее. Но отсутствие митингов не кажется мне трагедией, потому что власть не сменится путём митингов. Власть сменится путём деградации одной её ветки и реанимации другой. Вот и всё.

С. КОРЗУН — Дмитрий Быков. И это «Особое мнение». О митингах заговорили. Давайте митинг 13 января к вам как номеру два в КС оппозиции. «Ваше отношение», — Илья из Ярославля.

Д. БЫКОВ — По результатам да, а так-то у нас пока, слава Богу, пока без номеров. Но отношение моё совершенно очевидно. По-моему, надо туда идти.

С. КОРЗУН — «Нужно идти с плакатами, на которых будут портреты депутатов?», — вопрос, который интересует Илью.

Д. БЫКОВ — Понимаете, всегда, когда вы идёте с чьим-то портретом, уже не важно, идёте ли вы осуждать или благословлять. Вы рекламируете тем самым этого человека, его лицо. Когда вы выходите на демонстрацию Политбюро, вы можете поперёк этого лица написать «Позор», но вы всё равно идёте с портретом члена Политбюро. Я не вижу никакого смысла портреты этих людей носить по улице. Кроме того, мы можем говорить всё, что угодно. Но в любой другой ситуации в любое другое время, и даже, может быть, в любой другой стране это были бы приличные люди, хорошие отцы. Но вот так индуцируются сегодня эти опилки в магнитном поле, так они располагаются, что люди делают подлости. Изменить эту систему – и масса тех же «Наших» буду славными добрыми ребятами. Вы подумать не сможете, что они топтали чьи-то лица, что они избивали кого-то в подъезде, если они избивали, да? Что члены прокремлёвских молодёжных организаций могут избить кого-то в подъезде. Ну, никогда бы мы этого не подумали, рядом с ними идя.

Поэтому в подлые времена в подлых сообществах при подлых режимах людям свойственно делать подлости. И вы бы на их месте, оказавшись в Государственной Думе, я не уверен (это я отвечаю автору вопроса), что вы бы безупречно себя вели. Там соблазны суть многие. Я против того, чтобы ходить с портретами. Рекламу делать не надо. Виноваты не они. Виноваты не портреты, а виновата рабская подлая сонная сущность, рабская подлая страна, которая так сейчас выглядит, хотя может быть и великой, и свободной, и счастливой. Вот, и давайте расширять границы этой свободы, выходить на митинги. А хождение с лицами оставим в 1970-ых годах.

С. КОРЗУН — Мне сегодня, кстати, позвонил один скромный слушатель радио «Эхо Москвы», а в недавнем прошлом и сотрудник, Михаил Лабковский его зовут, и по поводу… вчера мы тоже об этом говорили, естественно, сейчас говорить приходится обо всём, и об этом тоже. И он предложил – а почему не понести, например, портреты тех самых детей, уже зарегистрированных, которым отказали фактически в усыновлении за рубеж?

Д. БЫКОВ — Серёжа, вот и здесь скажу, что портреты детей не надо носить, потому что портрет ребёнка – это очень сильный аргумент. Аргумент ниже пояса. Не надо прибегать к конкретным человеческим аргументам. Дело не в конкретных детях и не в конкретных судьбах, а в том, что на закон Магнитского ответили глупым и подлым образом. Вот, о чём надо говорить. А детей… давайте, вот, судьба каждого ребёнка будет стерильна, как операционное поле. Давайте детей в эту политику не замешивать. Точно так же как уже их замешали депутаты, давайте им не уподобляться. Понимаете, когда, скажем… для меня ужасное зрелище, когда на концерте «Подари жизнь» портреты спасённых детей и чаще всего облученных, лысых, больных транспонируются на сцену, да, показываются, экспонируются. Это очень страшное зрелище. То есть я против того, чтобы портрет страдающего ребёнка выносить на всеобщее обозрение. Должно быть некоторое душевное целомудрие. Повторять имена этих детей, если уж необходимо, давайте. А показывать портреты обездоленных сирот, мне кажется, что это не аргумент.

С. КОРЗУН — А вы лично с чем пойдёте и пойдёте ли на этот митинг?

Д. БЫКОВ — Я пойду, если буду жив. Я пойду, наверное, с сыном. Уже мальчик взрослый. В этом году 15 лет. Это если, конечно, его в киношколе не задействуют, но свожу парня, да, посмотреть. Я помню, как он прислал мне тогда СМС «Поздравляю с заслуженным вторым местом». Вот, поди, походи, посмотри, что отец всё-таки каким-то делом да занят.

С. КОРЗУН — И креативных плакатов, которые вошли бы в интернет-мемы, не будет?

Д. БЫКОВ — Я думаю, Серёж, что сейчас не время креативных плакатов, вот, на этой конкретно демонстрации. Нам надо добиться решения конкретного вопроса и быть в этом смысле максимально эффективными. А сходить с крысой или с каким-нибудь любым другим плакатом, или с каким-нибудь весёлым мемом, я думаю, у нас ещё будет в этом году больше, чем надо возможностей.

С. КОРЗУН — Прогноз по количеству связан с морозами или нет? Эта тема волнует людей.

Д. БЫКОВ — Да, вы знаете, интересная штука. Он с морозами никак не связан.

С. КОРЗУН — Сейчас скоро перерыв, у нас времени немного.

Д. БЫКОВ — Думаю, тысяч 5.

С. КОРЗУН — Тысяч 5.

Д. БЫКОВ — Тысяч 5.

С. КОРЗУН — Это нормально, в принципе, для этого?

Д. БЫКОВ — Хорошо. Я думаю, хорошо. Хотя может быть и гораздо больше, потому что все принимают решение в последний момент. Что такое 11 градусов? Господи, помилуй… стояли при минус 30.

С. КОРЗУН — Дмитрий Быков. Это программа «Особое мнение», радио «Эхо Москвы», телеканал RTVI. Сделаем короткий перерыв и вернёмся в эту студию, для того чтобы ответить на остающиеся, не все, конечно, вопросов пришло очень много к этому эфиру, тем не менее, кое на какие вопросы мы ответим.



НОВОСТИ



С. КОРЗУН — Сегодня, напоминаю, «Особое мнение» с Дмитрием Быковым. Два схожих вопроса. Один от лейбориста: «Пропутинцы утверждают, что у оппозиции нет сильных лидеров серьёзного плана действия, согласны ли вы?». Второй сходный от Леонида, часть вопроса читаю: «Как вы объясните, что почти за месяц «Новая газета» собрала всего 90 тысяч подписей за роспуск Думы? Всё, протеста больше нет?». Чуть-чуть разные, но об одном и том же.

Д. БЫКОВ — Начнём с «Новой газеты». Во-первых, «Новая газета» — это одно издание, собирающее такие подписи. Я думаю, если бы их было больше, и подписей было бы больше. 90 тысяч подписей для одной газеты, которая, в общем, практически в одиночку тащит на себе огромную работу по созданию оппозиционной прессы в России, я думаю, что это очень хороший результат. Многим трудно тыкнуться туда со своим телефоном, многим лень, другие боятся рассекретить, расчехлить свой телефон. Кто-то пассивен. Для меня совершенно не загадка одна удивительная такая особенность значительной части российского населения. Оно всегда присоединяется к победителю. Это в любых, разумеется, ситуациях, кроме внешней агрессии. Потому что когда есть внешняя агрессия, немедленно это как-то умудряется всех спаять. Но во внутренних делах, правильно заметил один историк, что, к сожалению, гражданские войны остаются занятием маргиналов. Это действительно так. Потому что граждан мало. Поэтому гражданкой активности мало, да? Значит, 90 тысяч человек – это те люди, которым не всё равно. А остальным пока всё равно. Как только историческое время подойдёт к торжеству других идей, они немедленно перебегут на сторону победителей и будут рассказывать, как они страдали. Это было так всегда – в 1930-ые годы, в 1970-ые. Это такая особенность населения. Несколько прибывает активистов, тысяч по 10 в год. Но это процесс вялый, медленный, и не думаю, что такой уж трагический. Ничего не поделаешь.

С. КОРЗУН — Смотрите, вот, вся цифра – она сравнима с количеством избирателей на тех же самых выборах в КС.

Д. БЫКОВ — Да, есть 100 тысяч человек, которым не всё равно. А остальные, ну, ведь мы же не будем говорить, что всё остальное население России – это фан-группа Владимира Путина. Нет. Это фан-группа собственного дивана, собственных тапок. Они очень любят это всё. Они за это очень все держатся. Когда им покажется, что для дивана и тапок лучше будет перебежать в оппозицию, они это сделают немедленно. Это не подлость и это не конформизм, а это такое государственное устройство, при котором страна живёт сезонами. Ну, кто по грибы ходит зимой?

С. КОРЗУН — Всё же я посчитал, что уровень вот этот протестных, активных, да, 1 промилле, если брать, наверное, взрослых людей. Этого достаточно, чтобы пошла реакция?

Д. БЫКОВ — Абсолютно достаточно. А теперь давайте попробуем провести другой опрос. Давайте возьмём какую-нибудь проправительственную газету, не будем называть имён, и попросим её провести такой же опрос, только свой телефон надо будет сообщать – «А я одобряю деятельность Государственной Думы», вот, «Я одобряю нынешнюю Государственную Думу». Будем смотреть, соберут они 90 тысяч подписей. Я думаю, что они соберут полторы, и в основном это будут дети и родственники депутатов Государственной Думы. Плюс участники прокремлёвских молодёжных организаций. Вот такое будет голосование. Поэтому говорить, что сейчас в России мало противников Государственной Думы – да боже упаси. В России 90% населения понятия не имеет, зачем она нужна.

Что касается второго вопроса, значит, как он там ещё раз точно формулируется?

С. КОРЗУН — О том, что нет сильных лидеров, серьёзного плана действий».

Д. БЫКОВ — Нет сильных лидеров, да. Понимаете, я не думаю, что в такой сетевой структуре, как современная оппозиция, должны быть какие-то сильные лидеры, да? Когда человек, допустим, выстраивает властную вертикаль, ему нужны сильные лидеры и план действий. А когда он бежит из горящего дома, если воспользоваться толстовским сравнением, ему нужен не лидер, а план действий. Его дело – выбежать из горящего дома. Точно так же и здесь.

С. КОРЗУН — А дальше пускай горит? Чтоб тушить, уже план действий нужен.

Д. БЫКОВ — Чтоб тушить – всё очень просто: берём ведро и тушим, да, в тех местах, куда можем дотянуться. К сожалению, нас не пускают пока на чердак этого дома, откуда огонь распространяется, но тушить вокруг мы пока ещё можем. Мы можем личным усилием останавливать наиболее болезненные глупости этой, к сожалению, обречённой системы. К сожалению, потому что, конечно, он упал и я упал – завалил полстанции. Очень бы не хотелось, чтобы она была обречена. Но вертикалями сейчас не управляются общества, ничего не поделаешь.

С. КОРЗУН — Дим, вы сами сказали, что цель КС оппозиции – это обеспечить более-менее организованный отход или бегство.

Д. БЫКОВ — Нет, вовсе не бегство. Цель КС оппозиции – это оптимизация обстановки в стране. Вот и всё. В стране, где есть оппозиция, где разрешены митинги, где внятно формулируются требования, где умеют договариваться между собой националисты и либералы, в этой стране свободнее дышать. Вот и всё. Больше ничего. И кроме того, посмотрите, какая штука. Конечно, сейчас очень легко ругать КС оппозиции. Все будут это делать. И правильно заметил Павловский, что это превращается в ругательство. Ничего в этом дурного нет. Моё имя для определённой категории населения так давно служит ругательством, да, все так давно предлагают экспортировать жирного жида куда-нибудь на историческую Родину, что ничего нового для меня в этом нет.

А прогресс несомненен. Потому что эти люди научатся немножко формулировать повестку, и когда придёт время, Тор, Крылов, Навальный, Артёмов, Немцов смогут во временном правительстве работать бог о бок без грызни, или их дети, или их братья. Неважно. Важно, что сегодня эта общая повестка формулируется, что люди учатся разговаривать, что у них появляется общая повестка дня.

Я абсолютно уверен, что если бы в России году в 1913 существовал Координационный совет, летом 1917 года всё выглядело бы далеко не так катастрофично. А лето 1917 года, товарищи, очень близко.

С. КОРЗУН — Неожиданный вопрос обнаружил, Як-50 прислал его на сайт: «Дмитрий, скажите, пожалуйста, что вы делаете в Совете по обороне и внешней политике?», — ну, он немножко наоборот называется. Я даже зашёл на сайт, проверил, действительно, есть.

Д. БЫКОВ — Да, и я там есть, и Архангельский там есть, и есть там Затулин. Очень разные…

С. КОРЗУН — То есть к Путину по приглашению не ходите, несколько раз отказались, а в Совет по внешней оборонной политике входите?

Д. БЫКОВ — Ну, потому что Совет по внешней оборонной политике – это неправительственная организация, членство в которой не даёт никаких имущественных и карьерных бонусов, и которая, по сути дела, является дискуссионным клубом британского образца. Там сидит с одной стороны Делягин, с другой стороны там сидит Третьяков, с третьей Караганов, человек со своими совершенно особыми взглядами. Это дискуссионный клуб, который дважды-трижды в год собирается, высказывает свои точки зрения, обсуждает их, иногда в очень жёстких дискуссиях, по итогам этого дела выпускает сборники.

Я предполагаю, что участвовать в максимальном количестве дискуссионных форматов сейчас совершенно необходимо, тем более что никто не заставляет меня там садиться за соседний стул с радикальными националистками. Я могу посидеть на соседнем стуле, например, с умеренными либералами. Мне интересно послушать, что эти люди говорят. Я ещё раз подчёркиваю – это никаких абсолютно бонусов не даёт, потому что, действительно, какой может быть бонус от того, что ты приехал и подискутировал? Это не вводит меня ни в какое правительство никаким образом. Но Караганов сделал одну важную вещь. Он попытался собрать людей, для того чтобы встать на прежними оппозициями, уже себя изжившими. Ну, что такое славянофил-западник? У всех этих славянофилов дети учатся за рубежом, все эти западники каждый день ездят в метро или на советских моделях ещё, да? О чём говорить? Значит, надо учиться разговаривать поверх барьеров. И я никогда не пойму вот этой внутренней кастовой непримиримости — «Я с ним не сяду». Как замечательно сказала Мария Васильевна Розанова, в России есть такое замечательное выражение – «я с ним рядом гадить не сяду». «Но гадить вообще лучше одному. Лучше это делать без свидетелей, а сесть с ним поговорить я могу. Может быть, он не потерян, может быть, я не безнадёжен».

С. КОРЗУН — Последний, возможно, вопрос. Может, ещё что-то успеем. Alex77 пишет: «Гадко как-то на душе после фотосессии Познера. Развейте тоску».

Д. БЫКОВ — Знаете, а кто вас заставляет смотреть фотосессию Познера? Ну, посмотрите фотосессию Киры Найтли. Зачем смотреть на фотосессию 77-летнего журналиста. Посмотрите на фотосессию очаровательной актрисы, которая только что сыграла в плохом, но не безнадёжной фильме. И вообще что мы все считаем вот эти деньги чужие. Туда поехал Познер, туда поехал Абрамович. Давайте лучше подумаем, куда поедем мы. По-моему, это будет гораздо более здраво. Не нужно требовать от кого-то – от КС или от Познера – чтобы он был вашей совестью. Давайте-ка почаще активизировать свою и успеем ответить ещё на один вопрос.

С. КОРЗУН — Ну, вы как-то по умолчанию. Я всё-таки добью. Считаете, что это вроде не очень этично, не очень красиво наличествовать на тропическом острове в течение Нового Года вместе с одним из богатейших людей в стране, или это вполне допустимо для журналиста, для писателя, для обычного человека.

Д. БЫКОВ — Весь вопрос в том, что он там делает. Если он там принимает указания, что ему делать в своей программе, это одно. Думаю, что это не так. Указания даются в других кабинетах и в другой форме. Если он поехал туда, потому что ему нравится этот пляж и этот миллионер, это его личное право, его личный выбор. Я вообще бы не стал делать из Владимира Познера образец святости. Вот, если бы я там увидел Валерию Новодворскую, это бы заставило меня о чём-то задуматься. Но, слава Богу, тут никакого переворота в моём сознании не произошло. И вообще вот это тоже замечательный совершенно вопрос. Мне очень нравится, конечно, когда, скажем, моя карьера подробно отслеживается, меня спрашивают – как вы смеете выступать с концертами в «Барвихе Лакшери»?

Я смею выступать с концертами в «Барвихе Лакшери», и особенно пикантно, когда меня в этом уличают сотрудники «Эксперта» или «Взгляда», то есть люди, на которых клейма ставить негде. Для меня совершенно естественно показывать своё искусство там, где мне позволяют это делать. И я буду только рад, если от «Барвихи Лакшери» таким образом отколется некоторое количество людей, которые с властью сегодня не солидарны, потому что мы не за принцип «Мир хижинам — война дворцам». Мы сначала за политические права, а потом уже давайте разбираться с социальными.

С. КОРЗУН — Мы сегодня даже не о Владимире Владимировиче Познере.

Д. БЫКОВ — О Владимире Владимировиче П. Это очень важно.

С. КОРЗУН — Вы бы чьё предложение из олигархов, из крупных политиков приняли, для того чтобы провести там замечательную неделю на Новый Год?

Д. БЫКОВ — Знаете, мне совершенно невозможно это даже себе представить. Ну, просто этого настолько ни разу не было, да, настолько никогда не предлагали. Вот, серьёзный вопрос – поехали бы мы туда показывать «Гражданина Поэта». Думаю, что всё-таки нет, потому что это люди уже с властью всё-таки непосредственно сросшиеся. А мы как-то на эти приглашения не очень-то откликаемся. Но рассмотреть будет интересно. Просто не зовут, понимаете? Поэтому моя совесть против моей воли абсолютно чиста.

С. КОРЗУН — Ну, остаётся пожелать вам на этот год, чтобы наконец позволила и вы могли определиться, куда поедете, куда не поедете.

Д. БЫКОВ — Спасибо большое.

С. КОРЗУН — Дмитрий Быков. Это было «Особое мнение». Всем счастливо.

Комментарии

233

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


10 января 2013 | 03:14

Временами и местами Быков не столько заражает, сколько раздражает своим оптимизмом...В его сегодняшнем выступлении особенно умилило утверждение о традиционной для России любви к старикам. Избави Бог стариков от такой "любви"! Впрочем, его радостные повизгивания насчёт возможных очередей мировых знаменитостей на въезд в Россию и его сравнения снимающихся в России актрис из Польши и Сербии (РАБОТАТЬ там, где предлагают интересную работу и хорошие заработки, совершенно нормально для актёров, певцов, музыкантов...) с пип-шоу Депардье-Путина тоже умилили прямо до слёз...Неужели он сам верит в эти розовые сопли?


10 января 2013 | 04:08

P.S. "К сожалению, гражданские войны остаются занятием маргиналов".
К СОЖАЛЕНИЮ? ))) Демократический пи...дец...


10 января 2013 | 04:11

P.P.S. Одна радость - вы, долбойобы, возомнившие себя умней народа - сами утопите себя в собственном дерьме. Что, собственно, мы нынче и наблюдаем...
Да-да, обижайтесь дальше - народишко говно...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире