'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 03 декабря 2012, 17:08

Э.ГЕВОРКЯН: Добрый день, приветствую слушателей «Эха Москвы» и зрителей RTVi. Это программа «Особое мнение», у микрофона – Эвелина Геворкян, и сегодня у нас в студии писатель и политик Эдуард Лимонов. Здравствуйте, Эдуард Вениаминович.

Э.ЛИМОНОВ: Добрый день.

Э.ГЕВОРКЯН: Для начала, может быть, неожиданный вопрос. Хотелось бы узнать у вас. Представьте, что если бы вы уже (так случилось) президент, руководитель страны и нужно решать не только глобальные такие, великие исторические вопросы, а вот у вас в стране 2012-й год, выпал снег и люди на трое суток заточены в пробке. Кажется, что такого в XXI быть не должно, однако, это есть. Что бы вы сделали?

Э.ЛИМОНОВ: Ну, надо было задействовать вертолеты в первую очередь для доставки горячей пищи. Вертолеты. Я ни разу не слышал нигде упоминания у нас о вертолетах. Это делается просто: сажается вертолет, большегрузные могут очень много всего взять и проблему можно решить. 2-3 полета и всё, все обеспечены.

Э.ГЕВОРКЯН: Насколько благодарная страна для управления, для того, чтобы мечтать о том, чтобы быть здесь президентом, если здесь выпал снег – и все, коллапс?

Э.ЛИМОНОВ: Да дело не в снеге, а дело в том, что у нас всегда рассматриваются верховные высшие должности в государстве как синекура, что ты, вот, стал царем и ты можешь спать дольше, ты можешь есть больше. Вот так всегда и было. Рассматривать свой пуп. Вот, 2 срока Владимир Владимирович Путин, да простят меня, грешного, рассматривал свой пуп. И Ельцин то же самое делал – в перерывах между тем, как он бухал, он разглядывал свой пуп. Никто ничего не делал. Не провели ни судебной реформы…

Э.ГЕВОРКЯН: Что бы вы сделали принципиально другого?

Э.ЛИМОНОВ: Ни дорогу не построили даже между двумя столицами, старой и новой, Петербургом и Москвой. Дорога до сих пор дрянная и суживается порой до одного ряда. Это куда годится?

Э.ГЕВОРКЯН: А вам интересно было бы заниматься такими вопросами?

Э.ЛИМОНОВ: Ой, я – азартный человек. Конечно. Это и есть… Ты должен показать, что ты можешь. Вот, ты приходишь и должен показать, что ты можешь, а не спать. Жизнь вообще… Знаете, человек – это мертвец в отпуске. Это знаменитый афоризм. Вот, его надо повторять. И чем больше ты сделаешь, тем дольше ты проживешь в умах, тем людям будет интересней тебя вспоминать во всяких там случаях.

Э.ГЕВОРКЯН: У себя в Живом Журнале вы написали, отреагировали на статью в «МК» «Год неспокойных улиц». Вы утверждаете, что уже сейчас начинают фальсифицировать историю, говоря о митингах год назад. Что именно вас так возмущает?

Э.ЛИМОНОВ: В статье в «МК» речь шла о дате 5 декабря. И наши либеральные вожди – там выступают Немцов, Яшин, еще ряд людей – они утверждают, что новая оппозиция родилась 5 декабря. Во-первых, первый митинг был проведен на Триумфальной площади 4-го – я лично подавал уведомление в мэрию. Было 118 задержанных. Второй митинг, правильно, состоялся на Чистых прудах – там было 5 тысяч человек и задержанных было 300. Третий митинг 6 декабря состоялся стихийно на Триумфальной – люди пришли сами, от 8 до 10 тысяч человек. Даже цифра задержанных официальная ГУВД – 569 задержанных.

Значит, это вот так подымалась волна, да? А потом случилось 10 декабря. Но давайте не фальсифицировать историю. Даже не упоминают ни о митинге 6 декабря. А куда эти люди все, как бы? Куда это?.. Это уже вычеркнуто из истории. Вот, что будет – будет история, написанная для буржуазии и буржуазией. Там никаких…

Э.ГЕВОРКЯН: Кого вы здесь называете «буржуазией»? Почему? Я опять не понимаю, почему это так принципиально?

Э.ЛИМОНОВ: Ну как? Ничего обидного в этом нет. Есть буржуазный класс и он существует. Вот то, что у нас называли «рассерженные горожане», «московская интеллигенция», ну, они могут быть в социальном смысле определены как буржуазия. У них такие интересы, такая ментальность буржуазная.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть вам не нравится то, что заметным стал выход именно буржуазии, но не заметны выходы вот те немногочисленные, которые предшествовали?

Э.ЛИМОНОВ: Нет. Я – участник исторического процесса и я – человек, который выходил со своей партией в 2000 году, когда мы вышли 23 февраля – никто не может этим похвалиться – мы вышли и несли лозунги «Путин, мы тебя не звали. Уходи!» Его еще не выбрали первый раз президентом. И второй лозунг. Я не устаю об этом повторять, потому что это важно. Интернет все свел к такому, знаете, к настоящему времени. Расширенное настоящее – вроде, ничего не было ни вчера, не было ни Маршей несогласных якобы 2006-го, 2007-го годов. А они были и они важны! Они заставили власть отказаться от зверских методов избиения всех и вся. Вот, когда после 14 апреля 2007 года на Рождественском бульваре молотили бешеные какие-то башкиры, я не знаю кто там, какая-то дивизия ОМОНа, вот эти привезенные… 25 отрядов ОМОНа из разных регионов России избивали тысячи людей. Но у наших буржуазных коллег короткая память и нарочито короткая – они хотят, чтобы история начиналась с того, как вышел великий Навальный, левая нога опустилась на асфальт, к ней подтянулась правая и так далее. А больше ничего не существовало.

А я просто-напросто как человек, участник всего этого… У меня это вызывает отвращение, вот это перетягивание одеяла на себя, абсолютное тотальное игнорирование других людей, других интересов. Вот и все.

Э.ГЕВОРКЯН: Пойдете ли вы 15 декабря на шествие?

Э.ЛИМОНОВ: Нет. Ну, конечно, нет. Зачем я буду помогать людям, которые фактически являются моими такими же противниками, как и режим Путина?

Э.ГЕВОРКЯН: Почему? Почему даже они не единомышленники?

Э.ЛИМОНОВ: Вы поймите, это всё… У нас уже свершилась одна буржуазная революция в августе 1991 года. Теперь режиму Путина оппонируют такие же буржуазные лидеры с такой же программой. Почему основным лозунгом у них сейчас является «Россия без Путина»? Потому что все остальное их устраивает. И Путина устраивал Кудрин многие годы, и наших белоленточников тоже устраивает Кудрин. Они не хотят ничего – они хотят продолжать проводить вивисекторские, садистские реформы, унижать свой народ, говорить о том, что его нет.

Навальный – ставленник крупной буржуазии, надо это понимать. Он – ставленник… Ну, хотя бы назовем одну фамилию. Вот, Лебедев есть, который его, собственно, и провел в совет директоров Аэрофлота. Лебедев, мультимиллионер, миллиардер. И таких немало – мы еще многих не знаем. Вот, Навального толкают.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, то есть это по-вашему, если человек – бизнесмен, занимается бизнесом, предприниматель и имеет деньги, то есть это уже, в принципе, плохо, значит, нельзя с ними вести переговоры?

Э.ЛИМОНОВ: Нет, я не говорю ничего. Вы говорите не то, что я сказал. Я сказал простую вещь, что он – ставленник крупной буржуазии (Навальный). И у нас будет то же, только сбоку бантик, понимаете? У нас не будет Путина, но у нас будет, ну, я не знаю, не обязательно Навальный (просто его чаще упоминают и я его упоминаю в данном случае). А я не хочу такого политического строя. И многие люди не хотят, их очень много. Они, может быть, не так представлены в СМИ (эти люди), у них нет таких финансовых возможностей, у них мало информационных возможностей, но они есть и мы не хотим, чтобы у нас была опять все та же социальная структура, когда 2 тысячи семейств обладают каждый более чем по 100 миллионов долларов состоянием.

Э.ГЕВОРКЯН: А вы в таком случае для себя как определяете, какой социальный слой вы представляете? То есть это не буржуазия, а кто тогда?

Э.ЛИМОНОВ: Я представляю во множественности мой народ, который не эти 2 тысячи семейств, вот в чем дело. А, вот, и Путин, и господин Навальный будут представлять эти 2 тысячи семейств. Их 1% у нас богатых и очень богатых, а они владеют 71-м процентом национальных богатств. Это, знаете, в Древнем Риме при рабовладении такого не было. У нас небывалое неравенство в государстве.

Э.ГЕВОРКЯН: Как определить, там, ваш потенциальный электорат тех людей, которых вы хотели бы представлять?

Э.ЛИМОНОВ: Что значит «электорат»? Вот, поэтому у нас никогда партию даже не допустили ни до одних выборов, потому что мы сдуем всех. Электорат с лозунгом о пересмотре итогов приватизации – 80% поддержки населения, 90% поддержки. Это у либералов, тех, кого я называю «болотными вождями», нет электората, поэтому они так позорно провалились на выборах повсюду – и в Барнауле у Владимира Рыжкова, и в Самаре, повсюду. Они же молчат сейчас. Они так рвались к выборам, вот их зарегистрировали и чего же выборы? Нету выборов. И Рыжков опять работает у вас на радио, а не в Барнауле.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вы тоже, надо заметить, колонки пишете.

Э.ЛИМОНОВ: Я не работаю, я ни у кого не работаю. Знаете, я как был тотально независимым человеком, независимым политиком, независимым журналистом, так я и остаюсь.

Э.ГЕВОРКЯН: В годовщину парламентских выборов партия «Яблоко» проведет поминки. Ее лидер Сергей Митрохин считает 4 декабря траурной датой. Как вы можете оценить?

Э.ЛИМОНОВ: Я с ним согласен. Согласен. Это, действительно, траурная дата. Но это не более траурная дата, чем, например, предыдущие выборы 2007 года. Те выборы были даже… Если говорить честно, то те выборы, 2007 года были еще более жульнические. А предыдущие выборы 2003-го – еще более жульнические.

То есть сейчас эти выборы еще, можно сказать… Ну, они отвратительны, да? Они отвратительны хотя бы тем, что там не участвовало множество партий оппозиции. Ну, не участвовал ни Парнас, ни Рот-Фронт, ни Другая Россия. Никто. Много партий не участвовало, где-то, по-моему, 8. И, конечно, они не могут считаться вообще свободными выборами. Но! Там было, все-таки, наверное, меньше фальсификаций, чем в 2007 году. От этого никому не легче. Но я согласен с Митрохиным, что да, это черная дата.

И черная дата – 10 декабря, когда протест слили и закрыли. То есть меня спрашивают, когда он родился. Он родился где-то 4 декабря вечером на Триумфальной, потом жил на Чистых прудах. Я не вычеркиваю, видите, своих оппонентов. Потом он жил 6 декабря, эта волна стояла на Триумфальной. А, вот, 10-го его уже похоронили. Вот, прожил протест, на самом деле, честный протест прожил с 4 декабря по 10 декабря.

Э.ГЕВОРКЯН: На ваш взгляд, в этом протесте, которого по факту по-вашему хватило на 4 дня, был ли, в принципе, потенциал на большее, на изменение кардинальное?

Э.ЛИМОНОВ: Давайте вернемся к людям. Люди вышли честно разгневанные тем, что произошло, вот этими выборами.

Э.ГЕВОРКЯН: Но это еще не тот протест, который может поменять всю систему в стране, правда ведь?

Э.ЛИМОНОВ: Не, ну, слушайте, давайте вернемся еще там. Вернемся, например, в XX век. Что у нас? У нас обычно политикой занимались политические партии. Весь XX век. И это политические партии, которые вносили изменения, порою революционные даже изменения. Происходили где-то в каких-то странах революции. Это политические партии их готовили. Все началось в Китае в 1911 году. В 1913 году была революция в Мексике, потом была революция в России в 1917-м, была большая революция своего рода в Италии в 1922-м и так далее, и тому подобное. И только в XXI веке мы видим, когда вдруг массы участвуют в чем-то. Ну, сказать, что оранжевая революция на Украине состоялась, я бы не сказал, потому что вместо одного премьер-министра бывшего стал президентом другой бывший премьер-министр. Ничего удивительного не вижу никакого. Но все изменения в жизни общества стали сваливать на массы. Слушайте, ну, может, это было вот всего несколько раз, в Египте, еще где-то, и все, а теперь не будет.

Теперь надо возвращаться поневоле, поскольку массы не смогли использовать, их не смогли использовать, не хотели использовать, их предали, придется возвращаться к партийной политике дальше.

Э.ГЕВОРКЯН: Расскажите, как идут дела в Конституционном суде? Я знаю, вы там присоединились к обращению в Конституционный суд.

Э.ЛИМОНОВ: Я ни к кому не присоединялся. Мы подали свою параллельную жалобу. Жалоба КПРФ и «Справедливой России» — в общей сложности это 102 депутата. И их жалоба более расширенная, потому что они, как бы, взяли со всех сторон.

Э.ГЕВОРКЯН: Жалоба о несоответствии…

Э.ЛИМОНОВ: Несоответствии поправок, оформленных в закон №65, ну, фактически это поправки к закону №54 о митингах и массовых мероприятиях. И у них более всеобъемлющая жалоба. Но у нас жалоба конкретная очень. Очень конкретная, фактически по одному пункту, ну, по двум толкованиям одного пункта – это что заявителем не может быть гражданин, уже осужденный за административный поступок, и вторая трактовка – это я говорю, в частности, с 9 июня, когда закон был подписан президентом Путиным, до 31 июля Эдуард Лимонов не совершил никаких административных правонарушений, дата была не от которой следует отсчитывать. Надо было отсчитывать от даты подписания закона. И поэтому мы считаем, что было принято по моему поводу незаконное решение суда. Закон обратной силы не имеет – это во всех странах мира так. А у нас он вдруг в этом случае почему-то имеет.

Э.ГЕВОРКЯН: И как продвигаются дела? На каком этапе сейчас?

Э.ЛИМОНОВ: Обычно Конституционный суд берет не менее 3-х недель, ну, 3-5 недель на принятие решения. Решение принимается в закрытом режиме, потом публикуется в открытом. 27 числа состоялось судебное заседание, на котором я присутствовал. 102 депутата не пришли, пришли 2 депутата – Соловьев от КПРФ и Елена Мизулина от «Справедливой России». И я был представлен, и адвокат Лаврентьев. Вот в этом грандиозном здании бывшего Сената, безумно впечатляющий главный зал, 12 старых мудрых, я предполагаю, что мудрых судьи в сединах и в тогах, вот, они все выслушивали. Целый день слушания. Я туда явился в 9 утра (было темно) и вышел в 18:30 (было темно). Теперь будем ждать, что будет.

Э.ГЕВОРКЯН: Напомню слушателям номер телефона, присылайте свои вопросы и комментарии. +7 985 970-45-45. Ну и также на сайте «Эха Москвы» работает кардиограмма эфира, вы можете соглашаться или нет с нашим гостем. Вот здесь в зависимости, видимо, от ваших высказываний рейтинг доверия к вашим словам то поднимается, то падает.

Э.ЛИМОНОВ: Надо мне верить, надо верить.

Э.ГЕВОРКЯН: Прокомментируйте, пожалуйста. Центр Карнеги подготовил доклад, в котором констатировал политический кризис в России. Не может быть.

Э.ЛИМОНОВ: Ну, это им так хочется, на самом деле. Кризис есть, есть кризис доверия к власти. Но такая власть как у нас – она может править и безо всякого доверия. Поэтому, ребята, не обольщайтесь особенно, что кризис, сейчас все падет, упадет, разбежится. Вы не имеете дела с совестливым правительством, вы не имеете дела с совестливой элитой, вы имеете дело с бессовестной элитой и бессовестным правительством. Поэтому не думайте, что если вы будете корчить эти рожи, такие «Вот, нам не нравится», так все убежали. Никто убегать не будет.

Э.ГЕВОРКЯН: Я не думаю, что они там как-то сильно переживают.

Э.ЛИМОНОВ: Да точно! Они, конечно, не… Я уже столько победных криков. Целый год я слышу одни победные крики «Власть боится». Ничего она не боится. Она боялась там месяца полтора, потом оклемалась. В дали ей возможность очнуться, дэбилы. О, дэбилы. Вот теперь и получайте.

Э.ГЕВОРКЯН: Результатом этой борьбы, согласно этому докладу, исследователи называют раскол в обществе, и политологи делают выводы, что власти намеренно сталкивают сторонников модернизации и консерваторов. Можете ли вы с этим согласиться?

Э.ЛИМОНОВ: Я не думаю, что у нас высшая власть такая хитрая. Она цепкая, она бессовестная, но сказать, что она прямо так вот хитро сталкивает. У нас в обществе…

Э.ГЕВОРКЯН: Но какое-то расслоение, на ваш взгляд, в разных плоскостях же случается? Как-то обостряются процессы?

Э.ЛИМОНОВ: Слушайте, у нас и в XIX веке говорили о славянофилах и западниках. У нас все это уже давным-давно было. У нас это от рождения нашего государства российского существует. Существует элита, которая своим лицом повернута на Запад. Существует интеллигенция, которая тоже на Запад, поскольку оттуда пришли какие-то там большинство современных знаний, современные книги. А народ наш как жил своей жизнью другой, так он и живет. И, вот, они когда-то…

Э.ГЕВОРКЯН: Вот, а разве это не печаль?

Э.ЛИМОНОВ: Возможно. При большевиках был какой-то период, когда они сошлись (эти 2 вещи). А потом опять раздвоились. Ненадолго сошлись.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. Есть ли какой-то путь? Власти как-то могут вот эти расслоения сглаживать? Можно ли как-то образовывать народ, поворачивая его лицом к знаниям? Или что делать?

Э.ЛИМОНОВ: Нет, это придет сильный человек и сделает так, как ему удобно, в такой пропорции смешает. Захочет сохранять эту двойственность – так и будет. Не захочет – будет делать все, чтобы перемешать это, сделать однородную массу. Мы не должны. Мне не нравится, когда через каждые, там я не знаю… Ну, предположим, интервью берут у какого-нибудь нашего деятеля культуры, большого авторитета в глазах общества и, вот, поминутно мы слышим «А, вот, в США», «А, вот, там где-то»... Слушайте, США – отвратительная страна, жестокая с 2 миллионами заключенных, там людей до сих пор казнят во многих штатах. Она почти как Китай, а, может быть, даже и покруче, и тяжелее. И чего вы все?.. «Эти США – они такие прекрасные…»

Э.ГЕВОРКЯН: То есть правильно ли я понимаю, что вы – сторонник идей, что от личности, от руководителя все зависит?

Э.ЛИМОНОВ: Я – сторонник того, что Россия умудрялась особенно в XIX веке быть абсолютно своеобразным государством и отстаивать свои собственные интересы. Вот, XIX век для России был блистателен.

Э.ГЕВОРКЯН: Как насчет того, чтобы выстроить институты, чтобы была не важна личность руководителя? Он может приходить, уходить…

Э.ЛИМОНОВ: Нет, личность – это зря вы пытаетесь убить личность. Личность – это главное. Очень многое решалось всегда. Смотрите, среди ученых личность важна, среди деятелей культуры, там, гении – это гении, музыканты. Личность – это многое. В политике тоже. Личность – это, знаете, как дирижер, который настраивает огромный оркестр социальный.

Э.ГЕВОРКЯН: Но вы же понимаете, о чем я говорю, о выстраивании механизмов, о правилах игры.

Э.ЛИМОНОВ: Правил, на самом деле, нет. А, вот, результаты важны. Если результат – преуспевающее, сильное, веселое, здоровое и бодрое государство, в котором есть чему заняться, в котором народ не пьет как бешеный, потому что нечего делать и скучно, а вот именно где есть завоевания… Я уж сейчас не говорю о завоеваниях территориальных (мы немного в другое время живем). А когда мы все обречены отмечать нашу главную великую победу, правда, великую 1945 года, ну, кажется, такое впечатление, что мы с этой победой останемся. Уже почти скоро 100 лет прошло, а мы все говорим. А где наши сегодняшние победы?

Э.ГЕВОРКЯН: Мы продолжим знакомиться с особым мнением Эдуарда Лимонова через несколько минут, а сейчас будет небольшой перерыв.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Возвращаемся в студию программы «Особое мнение», у нас сегодня Эдуард Лимонов и у микрофона я, Эвелина Геворкян. Хотелось бы поговорить о коррупционных скандалах. Один за другим они у нас случаются, и вот сегодня, хотя это не в череде тех крупных скандалов, Навальный изобличает мелких, но самых отвратительных жуликов. Как он пишет, «воруют у сирот и инвалидов», там приводятся случаи, скорее всего, с такими, мошенническими схемами в Новосибирской области, в Петербурге, в Воронеже. ФАС пока никак не реагирует, ну, то есть цинизм уже дошел до того, что…

Э.ЛИМОНОВ: Ну, ваше заключение, ей-богу. Зачем цинизм дошел там, не дошел. Одновременно, видите, 2 министра. Одного уже свергли, другая – по-моему, у нее уже трон этот встал на дыбы даже как лошадь, как бы, ее кресло. Это крайне интересно. Я бы хотел, чтобы посадили несколько министров. И народ хочет, население хочет увидеть, действительно, борьбу с коррупцией. Тогда и Навальный будет не нужен. Если у нас посадят штук 5 министров, тогда можно сразу сказать.

Такое воровство, которое я вижу, например, по поводу Министерства обороны, ну, оно просто ослепляет, это как огненная вспышка. Такого не должно быть! Ну как это? Какие-то миллиарды рублей воруют 2 девки, 2 блондинки. Чего они делают в Министерстве обороны вообще?

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, мало ли, что они делают. Работают они.

Э.ЛИМОНОВ: Расстрелять вообще. Поставить к стенке, расстрелять.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, подождите. Вы только что возмущались тем, что в США смертная казнь, сейчас вдруг… Что вы говорите в эфире?

Э.ЛИМОНОВ: А как вы заставите людей не воровать миллиарды?

Э.ГЕВОРКЯН: Ну как?..

Э.ЛИМОНОВ: Ну вот. Расстрелять двух блондинок и все.

Э.ГЕВОРКЯН: А вы думаете, что от того, что накажут из 100% 2-х человек…

Э.ЛИМОНОВ: Надо умно, как бы, балансировать. Наказание, показательное наказание и для всех остальных прощение. Например, нужна амнистия – в тюрьмах сейчас можно выпустить 500-600 тысяч человек безбоязненно.

Э.ГЕВОРКЯН: Мне кажется, это какой-то такой дешевый пиар-ход получится, когда накажут несколько человек, а все остальные продолжат заниматься тем же.

Э.ЛИМОНОВ: А вот нет. Вот, нет. Я вам говорю, я бы справился с задачей. Потому что нельзя вот так всех, знаете, утюгом или долбить по голове. А показательно вот так двух красивых женщин расстрелять к чертовой матери за то, что украли.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть вы бы это сделали? Я все правильно услышала?

Э.ЛИМОНОВ: Я бы это сделал, да. И мне бы все аплодировали. А людей гнобить вот как сейчас наша власть это делает, ломать, корежить их судьбы, не давать им поднять голову, не давать им жить по свободе – вот это ужасно. Расстрелять двух блондинок и этого же Сердюкова толстого там же.

Э.ГЕВОРКЯН: Я не очень понимаю…

Э.ЛИМОНОВ: Мы будем аплодировать. Народ будет аплодировать, если пяток министров посадят.

Э.ГЕВОРКЯН: Слушайте, если сложилась в государстве система, где все вращается по этому кругу уже многие десятки лет, да? Уже и бизнес приучен, и все так существует…

Э.ЛИМОНОВ: Но я же говорю, я вам говорил в первой половине нашей передачи, что они ленивы, они занимаются созерцанием своего пупа. Каждый президент долго радуется. Первый срок он радуется поездкам за рубеж, вниманию великих мира сего, здесь Сильвио «О, Сильвио», здесь Саркози «О, Николя» и пошел, и пошел. И человек, ведь, собственно, простой, ведь, вначале. Путин был подполковником.

Э.ГЕВОРКЯН: А в это время воруют на покупке обуви для детей-сирот. Вот, что происходит – что прогнило и коррупция разъела всю страну полностью. И я не понимаю, каким образом там расстрел двух выбранных каких-то…

Э.ЛИМОНОВ: Запросто. Надо напугать.

Э.ГЕВОРКЯН: Показательный процесс.

Э.ЛИМОНОВ: Ну, это вы зря так. Вы что, не знаете, как человек устроен? Человека можно напугать.

Э.ГЕВОРКЯН: Но в советский период тоже…

Э.ЛИМОНОВ: И надо его напугать! Не все испугаются, будет несколько буйных, которые не испугаются.

Э.ГЕВОРКЯН: Но Сталин не так же поступал, когда несколько своих дает на растерзание, народ ликует, а дальше продолжается то же самое.

Э.ЛИМОНОВ: У Сталина были другие, глубокие политические причины, которые нет смысла сейчас затрагивать. Нет, у Сталина система была построена, конечно, на насилии, на употреблении насилия, НКВД. А российская современная система (ну, назовем ее системой Путина), она построена на тотальной лжи, когда постоянно врут на всех этих самых эшелонах.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. Видите ли вы какие-то другие способы поменять эту систему откатов уже в 90% кроме как расстрелять двух блондинок?

Э.ЛИМОНОВ: Ну, я вам привел пример, поскольку они попались и уже, видимо, понятно то, что они делали, все ясно кажется (вот такое впечатление, во всяком случае). И обязательно надо показать жестокость. Государство – это вообще вещь жестокая.

Э.ГЕВОРКЯН: Вам нравится, когда государство показывает свою жестокость, применяет ее к вам лично?

Э.ЛИМОНОВ: А к нам нет необходимости ее применять, потому что к партии применяли жестокость, нас карали по уголовным статьям и очень жестко за административные правонарушения. Вот это вот никуда не годится. Мы же не украли ничего. Вы говорите, что с этими блондинками на одной доске стою? Да я вон пиджак ношу, мне кто-то дал его и ношу уже года 3, и он мне очень нравится, и я думаю «Не дай бог, он у меня рухнет (пиджак), и чего я буду делать?»

Э.ГЕВОРКЯН: Возможно, ваши прегрешения не в материальной плоскости как у них, но найдется что-то другое со стороны государства.

Э.ЛИМОНОВ: Нет, ну, преступления и правонарушения – это не одно и то же. Далее. Мы постоянно выступали за то, чтобы нам дали возможность участвовать в легальной политике. Мы по всем гражданским нашим правам в свое время создали партию снизу, да? Нас никуда не пустили, потому что понимают, что мы не будем воровать, мы будем очень жесткими и мы будем очень мешать жить, вот, всем этим блондинкам и Сердюковым – это было понятно. Таких как мы, себе решили эти ребята (они же все стратеги), таких нельзя вообще никуда допускать: «Они же честные – куда это годится?» А честные – это опасно, это суровые люди, которые, зубы сцепив, возьмут тьфу – и блондинок нет, всё.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а если мы говорим про конкретную, сегодняшнюю ситуацию.

Э.ЛИМОНОВ: Коррупцию можно остановить выборочной жестокостью и твердыми потом правилами.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, по отношению к своим же еще недавно друзьям и тем людям, которых ты сам же назначал?

Э.ЛИМОНОВ: Каким друзьям?

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, если говорить про сегодняшнее руководство страны. Вот, коррупция есть.

Э.ЛИМОНОВ: У правителя не должно быть друзей – он должен руководствоваться только благом государства и своих людей. Я говорю это как осознанную вещь, и в свои 69 лет я вам говорю это совершенно четко: у правителя не должно быть друзей. И жены даже, на самом деле. Ну, жена как необходимое подспорье в производстве, там, потомства, все нормально. Должно быть очень аскетичное поведение, никакого дерьма этого, часов. Скромная одежда, мало спать.

Э.ГЕВОРКЯН: Но я тогда не очень понимаю, лично у вас в чем интерес? Вот, снять те кольца, которые есть на вас сейчас, отказаться от друзей?

Э.ЛИМОНОВ: Мои кольца – железные, они не стоят ни копейки. Это железные кольца. Вы видите? Железо. Кольца. Прям бриллианты. Одно, вот, с камнем, оно серебряное, оно тоже ничего не стоит. В Душанбе мне один полковник подарил.

Э.ГЕВОРКЯН: Не, я просто пытаюсь понять, есть ли у вас личные интересы, амбиции оказаться на этом месте?

Э.ЛИМОНОВ: У меня есть амбиции. Я множество своих амбиций удовлетворил, например.

Э.ГЕВОРКЯН: На прошлой неделе одно из таких, резонансных дел, которое будоражило все свои населения, обсуждали дело Мирзаева. И вот сегодня стало известно, что он стал героем книги о своем тяжелом детстве, болезни, роковой драке, выходит в свет книга «Самба черного тигра». Вас как-то, струны души задела вообще как-то эта история? На чьей стороне вы тогда были?

Э.ЛИМОНОВ: Эта история – лучше бы ее не было, начнем с того. Для нашего общего коллективного благополучия как большой федерации народов лучше бы нее не было. И, конечно, из этой истории все выходы нехороши. И то, что ему сейчас столько дали, осталась масса неудовлетворенных решением суда людей. И если бы ему много дали, была бы не удовлетворена, я думаю, вся наша умма мусульманская, то есть, как бы, совокупность верующих. Нехорошая история. Лучше мимо нее быстро проскочить и не стараться ее раздувать.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, так здесь же вопрос не в том, чтобы ее раздувать, а в том, что…

Э.ЛИМОНОВ: Ну, там нету… Понимаете, к сожалению, есть такие вещи, когда есть 2 правды. Вот.

Э.ГЕВОРКЯН: А на ваш взгляд, корректно ли было сравнивать вот эти политические процессы, когда там какие-то неадекватно жестокие наказания выносились, и то, что здесь вышло как вышло, по закону?

Э.ЛИМОНОВ: Понимаете, толпа и вообще масса людей не состоит из интеллектуалов, она состоит из людей различных, скорее страстных, живущих страстями. Их мы все называем простыми людьми. Те, кто не обдумывает свои эмоции. И поэтому опасно иметь такое дело, которое всех нас разделяет.

Э.ГЕВОРКЯН: Но, ведь, национальный признак, все-таки, был главным моментом разделяющим.

Э.ЛИМОНОВ: Знаете, я там обнаружил массу интересных вещей. Оказалось, что они, кажется, ходили чуть ли не к одному тренеру, оба, и Иван Агафонов, и Мирзаев.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, в клуб какой-то.

Э.ЛИМОНОВ: Да, и это мне показалось… Как-то я тут подумал, может, там чего-то есть глубже этого? Не знаю.

Э.ГЕВОРКЯН: Если коротко. Буквально секунда. Вышла книга о вас, французское издательство.

Э.ЛИМОНОВ: Книга – большая. Коротко не получится. 500 страниц.

Э.ГЕВОРКЯН: Нравитесь ли вы себе в этой книге, как вы там изображены?

Э.ЛИМОНОВ: Он сделал миф, сотворил миф под названием «Лимонов». Вот, он создал миф. Книга уже вышла, по-моему, в 6-ти странах – в Германии, в Италии и повсюду сейчас будет в англосаксонских выходить. Я не ищу нравиться себе. Я, знаете, не смотрю на себя уже.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. Пусть слушатели и зрители решают сами.

Э.ЛИМОНОВ: Пусть идут, покупают или не покупают.

Э.ГЕВОРКЯН: Эдуард Лимонов был у нас в студии «Особого мнения». Спасибо вам. До свидания.

Э.ЛИМОНОВ: Спасибо вам.

Комментарии

220

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


(комментарий скрыт)

savin45 04 декабря 2012 | 15:52

Эдуард молодец! Таких мало, почти ископаемая честность и светлый ум. Мне не всегда импонируют его взгляды. Аскет опять же. А тронь любого "перспективного", а там грязь и корысть. Политика и подлость - синонимы. Меня выводят из себя либералы, рассуждая про Сердюкова, хорошего министра. Да у него других мыслей, кроме тырить, не было! Какие там реформы! Революцию делают чистые сердцем, но пользуются ее благами ... и т.д.


shatff 04 декабря 2012 | 16:00

С Лимоновым можно соглашаться или не соглашаться, но его последовательность и удивительно гармоничное сочетание мудрого реализма с революционным романтизмом вызывают неизменное уважение.
Отдельный респект - за "человек - это мертвец в отпуске"!!!


nerpa 05 декабря 2012 | 08:27

"Расстрелять блондинок к чертовой матери!"
Ей-богу, как блондинке, мне очень обидно включить любимое радио и услышать такое. Прям обескуражена,так сказать. Хотя насчет буржуазии и горожан с мэтром согласна.


sveta2002 03 декабря 2012 | 17:28

В нашей стране рабочий класс остался?
он влиятелен?


03 декабря 2012 | 17:31

Уточним вопрос! В каких развитых странах остался пролетариат?


03 декабря 2012 | 22:42

Во всех и остался.


03 декабря 2012 | 17:31

Уточним вопрос! В каких развитых странах остался пролетариат?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире