'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 17 октября 2012, 19:08

Э.ГЕВОРКЯН: Здравствуйте. Это программа «Особое мнение», сегодня у нас в эфире журналист Александр Проханов. Меня зовут Эвелина Геворкян. В самом начале хотелось бы вашего комментария относительно слов, может быть, не самого постоянного и последовательного, но, как получается, самого честного политика. Владимир Жириновский обращает внимание на опасность всеобщего образования. «Чем лучше образование в стране, — говорит он, — тем быстрее там совершаются революции и уничтожают тех, кто ввел эту систему образования».

А.ПРОХАНОВ: Он прав, абсолютно прав. Поэтому вся политика нынешнего и предшествующего руководства, и Думы, где ютится Жириновский, направлена на обскурантизм, на подавление русского сознания, на превращение русского мыслящего контингента в немыслящий, дебилизация русского народа. Падает…

Э.ГЕВОРКЯН: Подождите. Причем здесь русского менталитета или?..

А.ПРОХАНОВ: Ну, английского… Хорошо, английского менталитета.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, причем здесь английского?

А.ПРОХАНОВ: Англо-саксонского менталитета. Ну, потому что большинство населения России – русские.

Э.ГЕВОРКЯН: Я ничего не имею против.

А.ПРОХАНОВ: И, вот, повторяю, русское сознание, русские представления о ценностях – они подавляются. И падает образовательный уровень, образовательный ценз среди вообще российского народа и русских особенно. А Жириновский, который получил образование советское, стал юристом, ездил в Турцию, я не знаю, был ли он там агентом КГБ или просто туристом, он, получив все, за счет своего образования, теперь, как абсолютно безнравственный человек, ратует за понижение образования для русских. Поэтому его термин «За бедных, за русских» — он гроша медного не стоит.

Э.ГЕВОРКЯН: Так, стоп. Подождите. Жириновский же, наоборот, высказывает, я так понимаю, озабоченность судьбой русского народа, который мало образовывают. Разве нет?

А.ПРОХАНОВ: Ничего подобного. Он считает, что если русский народ образовать, то русский народ подымет восстание против нынешнего уклада, против класса. И он сказал, что они все придут и сядут в наши кабинеты. То есть представляете? Какой-нибудь образованный русский…

Э.ГЕВОРКЯН: Цинично, но честно. А если кроме шуток, вы видите в сегодняшних реалиях, действительно, политику, направленную на снижение массового уровня образования?

А.ПРОХАНОВ: Я вижу, я не шучу, я не лукавлю. Просто мои друзья, педагоги в вузах, они говорят, что год от года приходит все более необразованный контингент, все более примитивные люди, с ними невозможно говорить серьезно. Они приходят темными. То есть страна погружается во мрак, в невежество. И наши министры образования, о которых, быть может, мы еще сегодня и поговорим, они, по существу, ответственны за то, что уровень образования, который был достигнут в советское время и этот уровень обеспечивал доминирование в физике, в космосе, в военном деле, в создании оружия, этот уровень сейчас спал. Поэтому мы сейчас не можем наскрести нормальных работников на возрождающиеся заводы. Заводы мы возрождаем, хотим создать новую индустрию, но у нас нет ни физиков, ни инженеров, ни теплотехников, потому что уровень ужасно упал.

Не говоря уже о гуманитарном уровне. Потому что гуманитарные науки, гуманитарные школы – они формируются не за десятилетия, а за столетия. Есть классические школы. А у нас за XX-й век дважды менялась система и дважды менялись мифы исторические.

Э.ГЕВОРКЯН: Но так ли это, что во всем этом повинны и за это ответственны только руководители? Вот, вы говорите о министрах, опять там, наверное, получается, Путин во всем виноват. Или как?

А.ПРОХАНОВ: Как нация образовывается? Она образовывается через школы, через университеты, через журналы, через газеты, через электронные масс-медиа, через телевидение.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, семьи, родители тоже на это влияют. Я думаю, факторов много.

А.ПРОХАНОВ: Но родители формируются перед экранами, в основном, понимаете? Родители не посещают колледжи, не занимаются археологическими раскопками в Микенах. Но, вот, есть установка на понижение национального самосознания народа. Это ясно совершенно, это замечают все люди.

Э.ГЕВОРКЯН: Перейдем к другой новости. Министр образования и науки Дмитрий Ливанов не видит нарушения каких-либо норм в том, что учащиеся одной из школ Ставропольского края пришли на занятие в хиджабах. Согласны ли вы с его позицией?

А.ПРОХАНОВ: Я считаю, что это грандиозная ошибка (его заявление) и, в общем, даже преступление. Потому что он как министр, человек государственный, он должен знать ситуацию в стране в целом и в этом мучительном регионе, в Ставрополье. Это регион, куда движется мощная миграционная волна выходцев с Кавказа. И пассионарные кавказцы, которым уже негде там жить, там нет земель, они двинулись на традиционные русские земли. И они выдавливают оттуда русских.

Э.ГЕВОРКЯН: Но вы же понимаете, что сегодня если запретить ходить людям в хиджабах, то завтра нельзя будет приходить с крестами? Но это уже просто банально звучит, да?

А.ПРОХАНОВ: Я понимаю, что если кресты будут на головах, то, может быть, это и запретить. Но нательные кресты пусть носят – они не видны. Вот это заявление, которое благородное заявление, оно вызовет пролитие крови. Но это ничего, ведь. Кровь, господи, особенно русская кровь – кому она вообще нужна? Пусть она льется.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну подождите. Ну…

А.ПРОХАНОВ: Это заявление связано с усилением обостренной борьбы межэтнической и межконфессиональной. Потому что, повторяю, экспансия кавказцев на Ставрополье, самозахват земель уже связаны со стычками, со стрельбой, с поножовщиной, с драками. Там ситуация на грани войны.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, то есть если их дочерей не пустить в школу в хиджабах, то они перестанут стрелять или, наоборот, начнут стрельбу? Или что?

А.ПРОХАНОВ: Нет. А если пустить, то стрельба усилится. Школа – это последняя площадка светская, где можно избежать вот этих вот конфликтов. Эти хиджабы – они появились вчера, а не позавчера. Они демонстрируют доминанту, они демонстрируют экспансию. От этого стоило бы воздержаться. Аллах не прогневится за это, понимаете? Пророк возблагодарит тех, кто поможет избегнуть этих конфликтов. Это, по существу, пахнет провокацией, а министр содействует всему этому. Поэтому я бы на самого министра напялил хиджаб и пустил бы его в какую-нибудь, там, православную школу. Я считаю, что это колоссальная ошибка – от нее можно было воздержаться.

Э.ГЕВОРКЯН: Александр Проханов в студии «Особого мнения» на «Эхе Москвы», на телеканале RTVi. Мы сейчас сделаем небольшой перерыв и через минуту продолжим нашу программу.

РЕКЛАМА

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжаем знакомиться с особым мнением Александра Проханова. Сейчас обратимся к другим новостям. Был вызван на допрос в Следственный комитет оппозиционер Удальцов по результатам вышедшего в эфир фильма НТВ. И вот сейчас сообщается, что его отпустили с подпиской о невыезде. Журналист Мария Слоним написала «Обыски и допросы, возможный арест Удальцова – это провокация. Кому-то очень хочется взорвать ситуацию, и эти кто-то не из оппозиции». Вы согласны с таким мнением?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я не согласен, у меня другой на это взгляд. Я не агент ФСБ, не следователь, у меня нет записей его разговоров и оперативных съемок, я пользуюсь только той реальностью, которую мне предлагают, в данном случае нтвшными съемками, нтвшными программами. И я отношусь скептически ко всему этому.

Э.ГЕВОРКЯН: Скептически к этому фильму?

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно, да. Что я буду вклеиваться вот эти вот активки, которых я еще в советское время насмотрелся вот так, сверх головы, когда боролись с диссидентами, а потом эти диссиденты стали руководителями государства? Что я, буду опять втравливаться в эту историю? И вдруг Удальцов будет министром образования. Зачем? Мне хочется сохранить с ним хорошие отношения.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть вы готовы менять свое особое мнение в зависимости?

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно-конечно. Ну, я же конформист, я должен пластично вписываться в эти потоки реальной политики. Я, тем не менее, считаю, что Удальцов – конечно, он враг режима. Удальцов – враг и противник Кремля. Удальцов – человек радикальный, он из них самый радикальный и этим самым он самый, в общем, симпатичный, потому что его больше всего арестовывают, мутузят, он голодает, он очень плохо выглядит. Русский парень, на котором едут все остальные оппозиционеры, находящиеся в порядке. Он возвращает их миллионные состояния, они занимаются выборами в Координационный совет и только бедного Сержа таскают в участки.

Но Удальцов – враг государства нынешнего, в том виде, как оно представлено. Государство вправе бороться со своими врагами. Американцы, я помню их картины, как они страшно и жестоко подавили Черных пантер. Просто их вертолеты полицейские нависли над штаб-квартирой и они сбросили бомбу, взорвали к чертовой матери всех этих Черных пантер, потому что Черные пантеры угрожали стабильности в США.

Э.ГЕВОРКЯН: А у вас как у гражданина и у зрителя есть основания полагать, что, действительно, Удальцов настолько опасен? Он, действительно, настолько враг государства?

А.ПРОХАНОВ: Нет, она абсолютно безопасен и Болотная площадь со 100 тысячами, если она пойдет на Кремль, это будет прогулка добрых, милых людей, особенно если они будут вооружены кусками асфальта, заточками, а, может быть, огнестрельным оружием.

Я просто договорю свою мысль. Государство, любое государство – оно репрессирует своих врагов. Сталин репрессировал жестоко и страшно. Сталинские репрессии по сравнению с теми репрессиями, которые позволяет себе так называемый кровавый режим Путина, — чепуха. Но Сталин репрессировал своих врагов на фоне, когда страна покрывалась новыми заводами, новые города возникали, в небесах ревели моторами новые самолеты, папанинцы плавали на льдинах, Чкалов перелетал Северный полюс, страна бурно поднималась и реализовывала этот сталинско-возрожденческий проект. И Сталин расстреливал врагов этого проекта. Он расстреливал тех среди своих соратников, которые возражали против этого проекта, он расстреливал тех, кто идеологически не принимал этого сталинского рывка и прорыва. И поэтому, в целом, народ, неся это страшное бремя этого прорыва, он хоть как-то понимал эти репрессии Сталина.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть, на ваш взгляд, это оправданная была цена? То есть миллионы ушедших жизней – это было оправдано тем успехом, который в это время происходил?

А.ПРОХАНОВ: Да, я считаю, что 30 миллионов советских, погибших на войне, — это оправданная цена победы. Вот, я, Проханов считаю, что 30 миллионов погибших на войне советских людей, в том числе моего отца, это оправданная цена за победу. Вот, я, кровожадный считаю так. Есть люди, либералы, которые считают, что это слишком большая цена – надо было проиграть эту войну.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, подождите, мы не про войну. Вы сейчас говорите просто о другом периоде.

А.ПРОХАНОВ: Я говорю о периоде, предшествующем войне. И сталинский ренессанс был связан с войной. Страна готовилась к войне, и она должна была подготовиться в 5 лет. «В противном случае нас сомнут», — сказал Иосиф Виссарионович.

Э.ГЕВОРКЯН: Убив часть самих себя.

А.ПРОХАНОВ: М?

Э.ГЕВОРКЯН: Убив в том числе и своих людей.

А.ПРОХАНОВ: И нас не осталось. Вот, вы – последняя… И я – мы 2 последних человека, которые остались от советского времени. Сталин убил всех, это была пустыня, не было ни героев, не было ни космонавтов, не было ни ученых. Это чудовище убило всех. И это, действительно, страшный жуткий человек и он не должен был убивать всех, он должен был сдать страну Гитлеру. И тогда, боже мой, какие бы прекрасные пылающие свечи и крематории, печи были по стране, пылали от моря до моря.

Я о другом говорю. Я говорю о другом. Если бы, повторяю, сегодняшняя власть, которая будет сажать в тюрьму Удальцова, например, или не будет сажать, не дай бог, которая сажает в тюрьму этих «Путси», которая усиливает преследования за всякие незаконности митингов и которая очень слабо реагирует на подымающуюся волну оранжевую (очень слабо она реагирует), если бы она при этом запустила развитие, если бы при этом Кремль начал строить новые университеты, города, запускать в небе новые самолеты, прокладывать новые дороги, если бы у нас появились нобелевские лауреаты в это время, если бы русские ученые сделали бы какие-то космологические открытия, то эти наезды на врагов этого ренессанса были бы оправданы. А сейчас думаешь «Ну что? Вот, он хочет ломать государство. Чье государство? Абрамовича? Или Коха? Или Чубайса?» Это же они затолкали нас в эту черную дыру, и они будут, по существу, в шоколаде. С их головы не упадет волос. Это страшные люди, которые нашу великую империю затолкали в бездну, в черную бездну, из которой трудно выйти.

Поэтому я говорю, что если бы Кремль…

Э.ГЕВОРКЯН: Но я думаю, что нынешние власти и не стремятся выйти, потому что у них всё сегодня хорошо.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что у властей сегодняшних все ужасно, там ничего хорошего нет. Страна находится в чрезвычайной опасности, война движется к границам, к южным границам. Кризис как черная туча воронья налетает на мир, на Европу и на Россию, у нас очень слабые инструменты борьбы с кризисом, хаос огромен, приказы президента не выполняются его министрами. Кавказ начинает дымиться и пылать, чуть ли не Третья чеченская разгорается, или кавказская война.

Поэтому у власти есть единственный, на мой взгляд, способ с этим бороться – это немедленно запустить развитие. Немедленно. Направить в развитие все реальные ресурсы и реализовать, наконец, так называемый мобилизационный проект.

Э.ГЕВОРКЯН: Так, все-таки, на ваш взгляд, власть знает, как это сделать, но почему-то это не делает? Или, действительно, правительство просто не знает, как вывести страну из этого, на ваш взгляд, тупика, как поднять уровень образования, промышленность и так далее?

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете, страной по-прежнему правят либеральные олигархи, миллиардеры, которые выкачивают из России все, что есть в России. Все вывозится из России.

Э.ГЕВОРКЯН: Если вы говорите об олигархах, то кто им это позволяет делать?

А.ПРОХАНОВ: Это позволяют делать люди Кремля, которые находятся во многом в зависимости от этого периода. Кремль, Путин, Медведев…

Э.ГЕВОРКЯН: То есть они бы рады помочь стране, но не могут?

А.ПРОХАНОВ: Что?

Э.ГЕВОРКЯН: Они бы рады помочь стране, поднять промышленность, образование…

А.ПРОХАНОВ: Ну, не то, чтобы они рады, да не могут. Они это пытаются делать и начали это делать. Но делают противоречиво. Как Путин может делать рядом с Шуваловым или с Дворковичем? Как он может поднять страну, если все крупнейшие владельцы, олигархи вывозят из страны все ресурсы, вкладывают в другие цивилизации? В России остается 15% прибыли, тогда как в других странах, в цивилизациях от прибыли остается 60%. Нас грабят, грабят и грабят. А чтобы мы не восставали, нам говорят, что «вы идиоты». И по всем программам, особенно по НТВ показывают, какое счастье нам предстоит всем пережить, когда сперматозоид Галкина соединится, наконец, с яйцеклеткой Пугачевой и мы будем сейчас наблюдать это искусственное осеменение и будем видеть бракоразводный процесс между сперматозоидом, там не знаю, Киркорова и яйцеклеткой Пугачевой. И нас дурят всем этим, всей этой мерзостью, всем этим позорищем.

Поэтому я и говорю, что если бы власть сейчас запустила развитие, о чем ее вымаливают, о чем ее выпрашивают, на что советует ей… Вот, Изборский клуб, который мы сейчас создали, он занимается докладом, теорией этого рывка.

Э.ГЕВОРКЯН: Какой клуб, я не расслышала?

А.ПРОХАНОВ: Изборский клуб. А вы знаете Валдайский клуб? Тоже не слышали? Ну, это такой клубик. Валдайский клуб – это такой типа Аглицкого клуба. Все приходят с сигарами, садятся в кресла, кушают устриц и беседуют. А Изборский клуб – это все приходят в бронежилетах, в касках…

Э.ГЕВОРКЯН: Пьют медовуху.

А.ПРОХАНОВ: ...с автоматами новой конструкции и едят походную кухню, и занимаются проблемой обороны.

Так вот повторяю. Если бы сейчас было развитие, то все, что власть сделала и по отношению к оппозиции, народом просто приветствовалось, потому что это бы трактовалось как попытка сорвать русское развитие.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а возвращаясь, все-таки, к Удальцову, к грядущим выборам в Координационный совет. Насколько все это серьезно в масштабах страны? И на ваш взгляд, власти, действительно, боятся этих процессов?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что власть встревожена очень, конечно. И правильно делают, что…

Э.ГЕВОРКЯН: Пытаются подавить силовыми методами?

А.ПРОХАНОВ: Она пытается подавить юридическими методами, в основном. Но и силовыми методами. Ну, и пропагандистскими, информационными методами. Но эти методы недостаточны, потому что, повторяю, вот эта волна недовольства, которая созрела, которая выплеснулась и которая будет усиливаться в результате кризиса, в результате войны, которая возможна, ее можно сбить только, повторяю, встречной революцией, революцией развития, революцией рывка, о чем сказал Путин. Но он медлит с этим – вот, в чем драма.

Э.ГЕВОРКЯН: Посмотрите, 200 работников завода Ижмаш вышли сегодня на стихийный митинг после того, как получили квитки с зарплатой и там было 5 тысяч рублей за месяц. Люди это увидели и вышли. Как вы думаете, здесь что-то, действительно, с этим можно поделать кроме того, что Владимир Путин лично поедет, отберет ручку и скажет «Пожалуйста, разберитесь»?

А.ПРОХАНОВ: Конечно, с этим можно поделать, потому что выделяются огромные, гигантские деньги, правительство выделяет гигантские деньги на реиндустриализацию страны, в том числе на возрождение оборонно-промышленного комплекса. Гигантские небывалые деньги. Эти деньги пропадут впустую, если не будет стратегии расходования этих денег, стратегии развития, стратегии управления страной в чрезвычайных ситуациях. И такая теория есть, есть такие практики. Поэтому им не то, что можно что-нибудь поделать. Делается. Но, повторяю, для этого, конечно, нужна новая школа, новые носители этой идеологии и, конечно, политическая воля. Развитие рывка исключает так называемое эволюционное развитие, медленное, постепенное развитие. Потому что нам морочили голову с этим постепенным развитием 20 лет, и мы в беде. И нам опять морочат голову новыми программами, новыми реформами, которые чем больше этих реформ, тем нам все страшнее и невыносимее. Поэтому, повторяю, единственное спасение – это спасение мобилизационного рывка.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну вот все мы следили за тем, как, как говорят, обиделся министр Олег Говорун на выговор со стороны президента Путина. Сегодня Путин отправил этого министра в отставку. И, как говорят, Медведев, принимая в должности нового министра, сказал, что «Надеюсь, у вас будут нервы покрепче». То есть в таком контексте все это происходило. Во всей этой истории кому вы больше сочувствуете?

А.ПРОХАНОВ: Медведеву или Говоруну?

Э.ГЕВОРКЯН: Медведеву, Путину или министрам, которые вынуждены выполнять предвыборные обещания президента при дефиците бюджета и, собственно, за это некоторых из них уже и увольняют.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что слово президента – это закон. Они всегда должны трепетать от одного приказания. И если они не выполняют или саботируют, или раздумывают над этим, место им на свалке политической. Так во всех странах. Так во Франции, так в Штатах, так в Израиле.

Э.ГЕВОРКЯН: Но вы же помните, когда накануне выборов президент давал эти обещания, министры, в том числе еще тот кабинет, предупреждали о том, что денег просто может не хватить, что у нас там грядет дефицит бюджета и на все эти обещания может не хватить денег, что так или иначе будут какие-то неприятные решения после выборов.

А.ПРОХАНОВ: Они могли предупреждать. Тогда Путин не был президентом, если помните. У него была другая совершенно роль в политике, и они могли что угодно предупреждать. Но когда Кудрин заартачился и сказал, что на оборону не нужно тратить деньги, а нужно тратить деньги на гламурные журналы глянцевые, вот ему пришлось уйти. Ему создали такие условия, что он ушел. Я бы его еще дальше отослал, туда, куда шли, благодаря ему, все русские деньги (в Штаты).

Но сейчас командующий и главнокомандующий – это Путин. И неподчинение ему говорит о двух вещах: либо о том, что он слаб, он не контролирует ситуацию и система управления в России сгнила как и многие другие системы. Либо о том, что он не волен до конца в своих приказах, что у него есть сдерживающие центры, его сдерживают такие люди как Шувалов, там, как Дворкович и другие либералы в правительстве.

Э.ГЕВОРКЯН: Но вы к какому варианту лично больше склоняетесь?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что и то, и другое.

Э.ГЕВОРКЯН: Сейчас будет небольшой перерыв в нашей программе. Мы продолжим знакомиться с особым мнением Александра Проханова через несколько минут. Пока я напомню, что вы можете присылать свои вопросы на +7 985 970-45-45, SMS-сообщения, и также на сайте «Эха Москвы» голосовать в кардиограмме эфира. Как мы видим, пока уровень поддержки и доверия со стороны слушателей к вам очень большой. Итак, встретимся в студии через 2 минуты.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжаем программу «Особое мнение». У микрофона – Эвелина Геворкян, сегодня у нас гость – Александр Проханов. Я знаю, что вы вчера участвовали в программе Аркадия Мамонтова, которая называлась «Провокаторы-3», была посвящена Pussy Riot и конкретно Петру Верзилову. Я скажу вам честно, не смотрела этот эфир по ряду причин.

А.ПРОХАНОВ: Честно вам скажу, и я не смотрел.

Э.ГЕВОРКЯН: И вы не смотрели. Но вы там участвовали. Расскажите самое важное, суть и вашу позицию, которую вы озвучивали и отстаивали в этом эфире?

А.ПРОХАНОВ: Ну, мне сказали, когда меня приглашали, что этот фильм раскроет какие-то новые тайны в этом деле и откроет подоплеку. И я, действительно, шел на эту программу, полагая, что я увижу нечто, ну, может быть, еще более сильное, чем в фильме «Анатомия протеста». И оказалось, что вот эта тайна, которая там раскрывалась, она вся сводилась к существованию господина Верзилова. Что, оказывается, за Pussy Riot не стояли спецслужбы мира, что это не была какая-то сложнейшая мега-машина, которая закрутилась и использовала этот казус для перемалывания костей российской власти, а за всем этим стоял этот зловещий Верзилов, который закрутил всю эту историю, поднял на дыбы Европарламент, заставил нобелевских лауреатов высказываться в поддержку, вынудил Мадонну.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, по-моему, там же говорили о том, что он знает английский язык и что он – гражданин Канады.

А.ПРОХАНОВ: И стоило ему узнать английский язык, как весь мир, благодаря Верзилову, заплясал под его дудку. И мы, действительно, увидели настоящего демиурга. Мы думали, кто правит миром? Мы думали, что это Бильдербергский клуб или трехсторонняя комиссия. Нет, это Верзилов. И, действительно, он выглядел как такой демон мира. Вот меня это разочаровало, что этот заурядный человек, ловкач, наверное, интерпретировался как главный источник вот этого гигантского взрыва. Я полагал, что фильм может быть построен более изящно, он должен был бы рассказать о работе вот этого гигантского организационного оружия, которое направлено на Россию и действует по любому поводу, будь то Магнитский (там же не было Верзилова), или будь то Ходорковский (и там Верзилова никакого не было). И вот эту машину мне хотелось увидеть. Я ее не увидел, я был разочарован.

Моя позиция была такова, я повторяю… Меня спросили «Что для вас значил этот казус, казус Pussy Riot?» Я сказал, что я еще раз убедился, что такая грандиозная, гигантская машина, направленная на русское государство, стенобитная машина, которая долбит Кремль своим железным конечником и что его рычаги и его колеса, его приводные ремни находятся как в России, так и по всему миру, и в Европе, и в Штатах, и эта машина раздолбала в 1991 году Кремлевские стены один раз, сейчас второй раз долбит… А второе, я подумал, что, конечно, православный люд всей этой историей был, конечно, очень травмирован, шокирован, взбешен, во многом озлоблен. И вот это тоже входило в задачу этой машины. Но какая-то часть православных людей, моих близких – они во всем этом ужасе, во всей этой гадости вдруг почувствовали, какой драгоценностью является для русских православная церковь, какой потрясающий бриллиант находится в недрах русского сознания, русской цивилизации. И если мы говорим о церкви, мы не должны говорить о всех этих склоках паперти, мы должны говорить об этом молитвенном чуде, который я пережил, сидя в скиту Оптиной Пустыни вместе с монахами, о чуде этой молитвы, ночной молитвы, когда душа соединяется с небесами, когда происходит эта встреча человека и Христа здесь, на земле. И этим драгоценна православная церковь, и этим драгоценны увеличивающиеся, растущие у нас по России обители, монастыри, приходы. И монахи и священники, благие, прекрасные духом.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть вы в некотором смысле благодарны акции Pussy Riot, потому что она вам помогла разглядеть бриллиант?

А.ПРОХАНОВ: Я в некотором смысле благодарен Великой Отечественной войне, которая унесла моего отца, которая показала мне, что русский народ непобедим.

А.ПРОХАНОВ: Аркадий Мамонтов, выпуская подобные фильмы, он искренен, на ваш взгляд? Вот, вы вчера были в студии, общались. Он искренен, когда говорит о том, что вся эта история так или иначе – это заговор и попытка разрушить православие и нашу страну?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что он искренен так же, как и я. Я тоже разделяю его точку зрения. А чего ему лгать-то? Вы думали, что он, на самом деле, ненавидит православие, власть и Россию и только за большие деньги говорит об этом?

Э.ГЕВОРКЯН: Я не знаю. Я спрашиваю, что вы думаете.

А.ПРОХАНОВ: Я Аркадия Мамонтова знаю тысячу лет, это удивительный человек, абсолютный патриот, мученик своего дела.

Э.ГЕВОРКЯН: Где уж он так мучился-то?

А.ПРОХАНОВ: Ну, потому что он делает репортажи, невероятные по сложности и по опасности. Он рискует иногда жизнью, репутацией. Его ненавидит все либеральное сообщество, а для меня это гарантия благородства.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну что ж, с этим понятно. Сегодня среди новостей есть и такая. В Национальном исследовательском ядерном университете России МИФИ открылась Кафедра Теологии, ее возглавил руководитель отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Илларион. По его словам, физикам-ядерщикам как и всем образованным людям необходимо иметь представление о религиозной традиции. Как вы воспринимаете такое, может быть, на первый взгляд неожиданное открытие кафедры именно у физиков-ядерщиков?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что физики-теоретики – это, конечно, люди универсальные. Недаром среди них очень сильна, ну, была, во всяком случае, гуманитарная составляющая. Им было мало своих Эйнштейнов, формул и теорий, они интересовались поэзией, Серебряным веком. И, конечно, вся русская культура – она вся основана на религиозных символах, она вся в глубине своей православная. Но сама по себе религия – это тоже огромный гигантский мир, связанный с познанием. Я уже повторяюсь многократно, что министр иностранных дел Лавров сказал своим коллегам «Вы изучаете политику, а вы должны изучать религию, потому что сегодняшний мир, во многом, конфликты мира объясняются религиозными проблемами». А в познании, когда кончаются рациональные способы перейти в область неведомого (а физика – это рациональная наука), то когда кончаются эти рациональные методики, вступают в ход иррациональные инструментарии. То есть инструментарий, связанный с верой.

Кстати, современная, релятивистская физика – она, во многом, иррациональна. Что за причинно-следственная связь, если из одной причины может произойти 2 противоположных следствия? И поэтому появление вот этих представлений, этой культуры и этих технологий религиозных, технологий молитвы… Это же гигантская технология, она, может, посильнее, посложнее, чем технология ядерных реакторов. Я поздравляю физиков, что они захотели открыть эту кафедру.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, то есть, на ваш взгляд, их изучение материального мира как-то поможет религии, раскроет какие-то тайны или наоборот?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что это поможет, прежде всего, им. Они используют эти технологии, эти представления, эти знания, эти предчувствия, эти эвристические формы, с которыми связана молитва, с которыми связано прозрение религиозное, они, я думаю, что используют для увеличения своих рациональных знаний.

Э.ГЕВОРКЯН: Мы так, резко сменим тему. Немножечко, на секундочку посмотрим на североамериканский континент. Второй раунд дебатов кандидатов в президенты США принес победу Бараку Обаме, об этом пишут эксперты и говорят зрители. Вы следите за тем, что происходит там, за океаном?

А.ПРОХАНОВ: Я слежу, да. Более того, я влияю на все процессы, которые происходят в Штатах. Ну, конечно, тоже парапсихологически, естественно.

Э.ГЕВОРКЯН: Да, сила мысли, да, мы знаем.

А.ПРОХАНОВ: Я во время этих дебатов, конечно, я симпатизировал Обаме. Хотя, он мне, в общем-то, антипатичен, потому что он принял премию мира в момент, когда он дробил бомбами североафриканские страны. Но Ромни для России – он ужасен. Это мормон, который, на самом деле, мне кажется, выиграл эти дебаты: он был гораздо убедительнее, резче. Обама был слабее, был вял, как-то депрессивен. Ну, вот так вот решили уж американцы, для которых эти дебаты такие же управляемые, как и наши.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а вот те самые дебаты у нас в Координационный совет, вы их не смотрите?

А.ПРОХАНОВ: А вот представляете, у меня был выбор: смотреть дебаты в Координационный совет или в Америке. И я, дурак выбрал Америку, я лишил себя такого знания, понимаете? Потому что же Координационный совет – это же будущее России.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, мы не знаем, но может быть.

А.ПРОХАНОВ: Но может быть. Вот я и говорю, что я проворонил это будущее России, оно уж прошло мимо меня, утекло сквозь пальцы. Боже мой, какое несчастье! Я даже не знаю, что такое Координационный совет. Это что-то, Координационный совет при МВД, что ли, какой-то общественный, да?

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, нет. Зачем же?

А.ПРОХАНОВ: Где Алексей Алексеевич Венедиктов, нет? Это что?

Э.ГЕВОРКЯН: Это Координационный совет оппозиции.

А.ПРОХАНОВ: Оппозиция?

Э.ГЕВОРКЯН: Да.

А.ПРОХАНОВ: А… Подождите, а он еще на свободе, Координационный совет? Хм. Я бы у него, все-таки, взял бы подписку о невыезде Координационного совета, всего целиком.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вот, сегодня у Удальцова, у Навального уже взяли.

А.ПРОХАНОВ: Дебаты в Штатах показали, что вообще стрелка колеблется. Предшествующие победы Ромни, нынешняя победа Обамы. Посмотрим, что будет в последних дебатах. Но я думаю, что если к власти придет мормон, России будет очень худо. А, может быть, наоборот.

Э.ГЕВОРКЯН: Простите, России, вот видите, как сегодня говорят исследователи, ученые, и в принципе не очень хорошо, психические недуги захватывают нашу страну. Уровень распространенности психических заболеваний в России поднимается, об этом говорит статистика. За последние годы количество инвалидов из-за данных недугов выросло на 13%, а число особых медкабинетов, наоборот, сокращается. Что делать? В чем выход?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что в олимпийский кадастр игр, Паралимпийских игр нужно ввести еще игры психопатов. Я думаю, мы будем и там на первом месте. «А сейчас выступает команда шизофреников от РФ. Та-та-та-та, та-та-ра-та-та».

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, то есть какого-то серьезного решения и пожелания для психического здоровья собственной страны вы пока сказать не можете.

А.ПРОХАНОВ: Нет, я думаю, что… Ну, как я могу пенять на психопатов, когда я сам принадлежу к этому.

Э.ГЕВОРКЯН: Что на них пенять? Это мы, вот, наше общество. Среди нас все больше и больше больных людей.

А.ПРОХАНОВ: Конечно. Я, единственное, чем могу помочь – дать им, действительно, адрес моего личного психиатра, показать лечебницу, где я после каждого прямого эфира на «Эхо Москвы» прохожу реабилитацию.

Э.ГЕВОРКЯН: Вы поправляете свое состояние, да?

А.ПРОХАНОВ: Да-да-да.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну что же, вы нас максимально заинтриговали. Следите за другими выступлениями Александра Проханова в эфире «Эха Москвы». Может быть, он, все-таки, поделится секретом и раскроет этот телефон. Спасибо вам за участие в эфире.

А.ПРОХАНОВ: Вам спасибо.

Э.ГЕВОРКЯН: До свидания.

А.ПРОХАНОВ: Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире