'Вопросы к интервью
М.КОРОЛЕВА: Здравствуйте. И это, действительно, программа «Особое мнение», я – Марина Королева, напротив – Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!», руководитель проекта «Сноб». Здравствуйте.

Н.УСКОВ: Здравствуйте.

М.КОРОЛЕВА: Ну что? У нас новый президент, которого мы давно знаем, зовут Владимир Путин. Вот, мои коллеги-журналисты сегодня кто вспоминал, кто не знал, тот слушал старших коллег. Когда мы обсуждали то, что… Ну, вот, не первый раз Владимир Путин инаугурируется, да? Но такого, похоже, не было, чтобы были такие перекрытия в городе, чтобы Москва была так вычищена, центр города. И поэтому когда видишь кадры, как происходила инаугурация, ну, действительно, ощущение, что в пустом городе. Что такое? Почему? Вот, ваши ощущения?

Н.УСКОВ: Ну, мне кажется, страх, да? Страх перед провокациями. Притом, что очевидно, никаких фатальных провокаций случиться не могло. Ну, постояли бы какие-то люди с белыми ленточками или белыми шариками по краям дороги, ничего бы в этом ужасного не случилось.

М.КОРОЛЕВА: Наоборот, поприветствовали бы.

Н.УСКОВ: Но, видимо, страх, что может что-то произойти, потому что мало ли. Да? Ну, представьте себе, сколько неадекватных людей в городе. А вдруг кому-то пришло бы в голову бросить чего-нибудь, не дай бог, да? И ФСО стала стрелять, например, да? Я думаю, просто испуг, сильный испуг, потому что власть видела и могла убедиться в том, что радикализация оппозиции произошла (то, чего многие, кстати, боялись). Это было очевидно, что, в общем, мирный протест может в любую секунду перерасти в агрессивное столкновение, что какая-то часть протестующих считает, что ей нечего терять. Это всегда опасное состояние. И, может, даже к лучшему, что они так зачистили город, потому что…

М.КОРОЛЕВА: То есть вам кажется, что у власти были на то основания?

Н.УСКОВ: Я думаю, они реально боялись неадекватных действий. Если бы просто стояла мирная толпа и махала белыми ленточками, ну, это бы как-то, наверное, огорчило Владимира Владимировича Путина. Но он, все-таки, не маленький и не расплачется. Но, мне кажется, боялись, действительно, каких-то неадекватных поступков.

М.КОРОЛЕВА: А как вам кажется, это исходило с самого верха? То есть, скажем, это было распоряжение само нового президента? Или это просто, ну, скажем, московские власти так вот подстраховались, что ли?

Н.УСКОВ: Я думаю, это те, кто отвечают за его безопасность, конечно. Едва ли он сам до такой степени напуган. Я думаю, что, конечно, это боятся подчиненные возможных инцидентов, за которые они будут потом, конечно, нести всю полноту ответственности.

М.КОРОЛЕВА: Ну, о протестах мы с вами обязательно поговорим – я думаю, что это займет такую, серьезную часть нашего разговора. Но я бы хотела, все-таки, про сегодняшнюю инаугурацию. Я знаю, что вы не были там, но следили за тем, как это происходит как многие по трансляции. Вот, какое впечатление на вас сама церемония произвела?

Н.УСКОВ: Ну, мне кажется, что Путин держался демонстративно уверенным. Кажется, это, в общем, был один из таких мессаджей, что в Багдаде все спокойно, я контролирую ситуацию. Выражение лица у него было холодное, ледяное, голос очень уверенный, громкий. Он демонстрировал, что он контролирует ситуацию в стране. Единственное, что меня удивило, почему он прятал левую руку, когда давал клятву? (смеется) Я даже предположил в Twitter’е, что он скрестил пальцы. Это единственное, что меня удивило. Меня очень порадовал, конечно, технический уровень освещения церемонии – это было очень красиво. Но по-прежнему, в общем, это такой, ну, как и все современные праздники, праздник со слезами на глазах, честно говоря, потому что, безусловно, тот фон, на котором происходит инаугурация, вот эта пустынная Москва, вчерашние протесты, сегодняшние протесты – это все говорит о том, что, конечно, картинка, вот эта величественная картинка – она, конечно, действительности не соответствует. И Владимир Владимирович, боюсь, не вполне соответствует уровню задач, которые сегодня с очевидностью стоят перед нами, перед нашей страной, да? Задачи, как не свалиться в уличные беспорядки, как не разрушить хрупкий социальный мир (он, действительно, хрупкий), как вообще развиваться стране и превращаться в какую-то современную успешную страну, а не какое-то там окраинное злобное, полусредневековое государство, каковой Россия, конечно, во многом является сегодня.

М.КОРОЛЕВА: Ну, он заявил программу и громко заявил. И на той же самой инаугурации все, вроде бы, сказал. И слова-то были правильные. И более того, спустя какое-то время, буквально через час после инаугурации, начал выпускать указ за указом, которые касаются внутренней политики, внешней политики. Вот, например, мы отменили эмбарго на поставки оружия в Ливию. Мы уже сказали, что мы не допустим, чтобы в отношении россиян США применяли какие-то санкции экстерриториальные, как там было сказано. По поводу ПРО, по поводу дорог, по поводу ЕГЭ. Уже по поводу всего успел высказаться. То есть программа-то, вроде бы, заявлена. Вы ей верите, что она будет исполнена?

Н.УСКОВ: Ну, у нас было 12 лет, чтобы убедиться в том, что слова очень далеки от реальных дел, и те проблемы, которые надо решать, они проговариваются, очень убедительно, правильно. Он морщит лоб, он произносит грозные речи, это делает его партнер по тандему Дмитрий Анатольевич Медведев тоже не первый год. А воз и ныне там, все становится только хуже. Поэтому пока у нас не появится дорог, нормального парламента, нормальной политической жизни и пока коррупция хотя бы с базового уровня не уйдет (я уж там не мечтаю о верхнем уровне), базовый уровень российской жизни, тогда я во что-то поверю. Так произносить прекрасные слова он мастер.

М.КОРОЛЕВА: Перед тем, как уйти на небольшую паузу в нашем «Особом мнении», я хочу вам задать тот вопрос, который Борис Акунин на сайте «Эха Москвы» сегодня задавал по поводу того, надолго ли к нам вернулся Путин. Там уже есть некий расклад, идет голосование на сайте. Значит, вариантов 3 – навсегда вернулся, до 2018 года или ненадолго? Вот, вы пока подумайте, дадите свой вариант ответа, но это будет примерно через 1,5 минуты. Я напомню, что у нас в студии – Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!», руководитель проекта «Сноб», он сегодня гость программы «Особое мнение». Ну и каналы связи с нами вы все, конечно, знаете. +7 985 970-45-45 – это для ваших смсок, все остальное найдете на нашем сайте echo.msk.ru – там есть и кардиограмма эфира, и Сетевизор вещает, и в Twitter’е есть аккаунт @vyzvon, тоже можете присылать свои вопросы. Через минуту встречаемся.

РЕКЛАМА

М.КОРОЛЕВА: И сегодня это особое мнение Николая Ускова, президента медиагруппы «Живи!» Я – Марина Королева, мы продолжаем. Итак, вопрос. Как я уже сказала, это вопрос от писателя Бориса Акунина – «Надолго ли к нам вернулся Путин?» Голосование идет на нашем сайте. Итак, ваш вариант ответа? Навсегда, до 2012 года (то есть на 6 лет) или ненадолго?

Н.УСКОВ: Очень много факторов, от которых зависит, на самом деле, надолго или ненадолго. С одной стороны, очевидно, что это человек очень цепкий и он, мне кажется, не собирается отпускать власть из своих рук, и его команда тоже не собирается ни с кем делиться этой властью. И при благоприятном раскладе они, очевидно, сделают все возможное, чтобы эту власть держать как можно дольше в своих руках. Разные предположения можно делать – 10, 12, 100 лет, не важно. Это люди серьезные, очень конкретные.

Что касается неблагоприятного сценария, то есть экономической катастрофы, которая вполне себе реальна, то, конечно…

М.КОРОЛЕВА: В России или в мире?

Н.УСКОВ: Ну, Россия – часть мирового экономического пространства, поэтому хорошо известный прогноз Кудрина о том, что при падении цены на нефть ниже 100 долларов нас ждут большие, серьезные неприятности – наверное, это правда. Наверное, это правда, потому что амбиции огромные заявлены, в том числе на распил бюджета, а, собственно, источник доходов по-прежнему один. То есть ни производительность труда не растет, ни бизнес не растет, наоборот, уходит из страны. То есть источники доходов только сокращаются. Единственный стабильный источник доходов казны – это нефть. И понятно, что при такой недиверсифицированной экономике, конечно, система очень неустойчивая, и Путин может не досидеть даже одного срока. Потому что если государство систематически не будет выполнять своих социальных обязательств, это приведет к реальному недовольству, а не к тому недовольству, которое мы сейчас имеем.

М.КОРОЛЕВА: А это не реальное недовольство, то, которое сейчас?

Н.УСКОВ: Оно, скорее, интеллектуального свойства, да? Это недовольство сытых. Все-таки, революцию всегда делают люди недоедающие, да?

М.КОРОЛЕВА: Но и доводят до конца, очевидно, они же.

Н.УСКОВ: Доводят до конца они же, да? Ну, потому что, ну, сытому человеку есть, чего терять, в конце концов, да? И он в любой момент предпочтет, скорее, уехать, да?

М.КОРОЛЕВА: Ну а кроме того иногда ему хочется в отпуск вместо того, чтобы идти там на акции протеста.

Н.УСКОВ: Да, безусловно. И потом, ну, все-таки, там так или иначе сытый человек понимает, что радикальным протестом, булыжником нельзя решить проблемы, да? Потому что сытый человек – как правило, это человек достаточно уже образованный и опытный в каких-то вещах. Он понимает, что это сложные политические вопросы, которые должны решаться в парламенте, в кабинетах, но не путем баррикадной борьбы, да? Поэтому я как-то полагаю, что изменение режима, там, существенные изменения режима возможны только при существенном ухудшении экономической ситуации.

М.КОРОЛЕВА: Но вы, все-таки, не ответили на вопрос. Вот, смотрите, кроме каких-то разумных аргументов есть еще такое, зыбкое понятие как ощущение. Вот, есть у вас какое-то ощущение, вот, все-таки, надолго, навсегда или ненадолго?

Н.УСКОВ: У меня ощущение, надолго, честно. Может быть, я – пессимист. Но вот то, что я знаю про нашу политическую систему, экономику, элиту… Не бог весть как я осведомлен, но что-то знаю. Эти люди просто так не собираются уходить и не будут уходить, и не нужно им это, и никто их не напугает. Их напугает реально, когда они увидят большие цифры. Большие цифры протеста возможны только при ухудшении экономической ситуации, причем, значительном ухудшении.

М.КОРОЛЕВА: А как вам кажется, сам Путин на этот раз, действительно, так хотел власти, как он хотел ее, скажем, в свой первый срок или второй срок?

Н.УСКОВ: Ну, мне кажется, он – прагматичный политик, он не может более страстно хотеть чего-то, чем хотел раньше. Он просто знает, что эта власть у него есть и он не хочет от нее отказываться. Ради чего, собственно? «Она у меня есть, это мое. Почему я должен с кем-то ею делиться, от чего-то отказываться? Почему я должен уходить в тень?» Он может это захотеть в какой-то момент, просто потому что устанет. Но, мне кажется, он, все-таки, там не барышня, он довольно такой, крепкий политик и жесткий. Ну, вот в этих вещах, да? В каких-то вещах, мне кажется, он излишне мягок и слаб. Но, вот, в плане удержания власти он вполне себе сильный политик.

М.КОРОЛЕВА: А в каких вещах он мягок или слаб? Я вдруг озадачилась.

Н.УСКОВ: Ну, мне кажется, он не очень сильный менеджер, ему трудно уволить человека, он не раз сам в этом признавался. Он не умеет доводить свои решения до конца, иначе бы страна превратилась в цветущий сад. Он реально, произнося довольно резкие заявления, тем не менее, ничего, в общем, не меняет в стране. Вот, по большому счету, уже сколько лет, да? Единственное, он там решил так или иначе кавказский вопрос, хотя, спорно, решил ли, да? Возможно, создал новую, просто более замедленного действия бомбу. Но это тоже вот то, какое он решение выбрал, говорит о нем как о менеджере. То есть он просто купил этих людей. Нашел, расколол, купил какую-то часть вменяемую. Мне кажется, вот здесь он довольно слабый. А вот все, что касается удержания власти, подчинения себе других людей, это его сильная сторона.

М.КОРОЛЕВА: Ну, может быть, это просто страх оказаться ответственным потом, когда у тебя уже нет гарантий власти и президентства? Ведь, есть такая опасность, что тебе просто придется отвечать за то, что ты делал.

Н.УСКОВ: Ну, если смогут доказать, что он причастен к чему-то, действительно, ужасному, да, такой страх может в нем присутствовать. Но едва ли смогут что-либо доказать, да? Все, что касается коррупции, это не настолько ужасные вещи, чтобы мировое сообщество пошло на какие-то, в общем, неприятные санкции против там конкретно там…

Ну, посмотрите реакцию в Европе на то, что происходит с Юлией Тимошенко. Все прекрасно понимают, что Юлию Тимошенко можно в чем-то обвинить. Но ни в чем ужасном обвинить ее нельзя. Поэтому европейское сообщество недвусмысленно перешло на сторону Юлии Тимошенко и, в общем, испортило все отношения с Украиной, то есть ведет себя довольно жестко по отношению к Украине.

Я думаю, что в реальности Путину едва ли можно чего-то серьезно опасаться. Если за ним не числится ничего, действительно, ужасного.

М.КОРОЛЕВА: Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!» сегодня гость программы «Особое мнение». Мы продолжаем. Я напомню, что для ваших смсок есть +7 985 970-45-45.

Ну, вот, кстати, давайте по вопросам наших слушателей, которые пришли, в частности, и по интернету. И давайте о том самом фоне, который мы и вы назвали фоном, на котором проходила инаугурация. Но он был, конечно, не очень-то фон. Это были, действительно, такие, серьезные события с избиениями людей, с задержаниями. С другой стороны, вроде бы, с ранеными омоновцами. Обе стороны обвиняют одна другую.

Но вот здесь к вам вопрос: «Николай, надеюсь, что, несмотря на категорическое неприятие названия, вы, все-таки, ходили на марш миллионов? Каковы ваши впечатления от события?» Ну, я-то знаю ответ, но, вот, слушатели не знают.

Н.УСКОВ: Я был, просто клянусь, я был в тягостных раздумьях все последнее время, идти, не идти. И, вроде бы, решил идти. Я говорю, в общем, мне не нравилось, категорически не нравилось название, казалось пафосным, просто идиотическим вообще участие любого нормального человека в акции, которая называется «Марш миллионов». Уже как-то тебя, ну, унижает, как мне кажется, потому что понятно, что никаких миллионов не будет. И потом вообще, в принципе, никогда не хотел быть частью этих миллионов, то есть я всегда считал, что я совершаю какие-то поступки сообразно своему представлению о том, хорошо это или плохо.

Потом, вроде бы, когда началось это безобразие с арестом активистов, с окружением вокзалов и так далее, я решил, что «ладно, пойду». Вчера я уже вышел из дома, уже собирался ловить машину и вдруг мне стали писать смски мои коллеги, которые находились на площади и по ту сторону тоже знакомые стали писать, что готовится какая-то провокация. И я решил, что я в этом участвовать не хочу просто. Потому что я – принципиальный противник конфронтации, я считаю, что это очень опасно для страны, это опасно и для оппозиции, потому что это маргинализирует ее. При нынешнем уровне оппозиции, когда это, в общем, протест, в основном, образованной, довольно обеспеченной части общества, соответственно, протест не очень сильный, не очень радикальный, радикализация действий может привести просто к расколу этого движения. К чему, собственно, и приходит, да? Мы видим, что очень многие лидеры оппозиции, очень многие яркие участники марша, демонстраций предыдущих просто не пришли, да? И я прямо принял решение, ну, на ходу. Не то, чтобы я… Я мучился, я говорю, что я долго не понимал, идти, не идти.

М.КОРОЛЕВА: Ну вот Ксения Собчак написала в своем блоге (и, кстати, у нас на сайте тоже он размещен) о том, что она заранее знала о том, что будет сидячая забастовка и прорыв оцепления, что это все готовилось заранее и что она на основе как раз вот этих сведений приняла решение не ходить туда. Ну, только вопрос, почему, скажем, она не оповестила об этом всех остальных. Н.УСКОВ: Я думаю, потому же, почему и я не захотел писать ничего в этот день. Потому что все равно ты чувствуешь какую-то свою личную ответственность. Если ты начинаешь призывать не участвовать, то ты… Ну, как бы, не понятно, на чьей ты стороне. Потому что часть меня была там (внутренне), часть меня просто протестовала против того, что происходит. Мне не понравилось, когда Удальцов залез первый раз в фонтан. Мне уже казалось тогда, что есть некий риск маргинализации этого движения.

У нас очень много политических проблем, очень много вопросов к оппозиции, очень много вопросов к власти. И я уверен, что власть тоже готовилась к провокациям и, в общем, провоцировала людей на неадекватные поступки. Но глупее всего сейчас, на самом деле, добиться полного запрета на какую-либо политическую активность. Такой вариант есть, когда нам продемонстрируют, что «ну, вот, вы вышли на улицы – смотрите, что вы творите, крошите асфальт».

М.КОРОЛЕВА: Ну, кстати, Владимир Путин сегодня как раз выпустил распоряжение о том, чтобы как можно скорее было разработано новое законодательство об уличных акциях.

Н.УСКОВ: Это, по-моему, Медведев успел еще подписать.

М.КОРОЛЕВА: Ну, вот, насколько я понимаю, сегодня Владимир Путин это сделал уже, вот, ближе к вечеру.

Н.УСКОВ: Ну, мне кажется, что просто чем больше туалетов переворачивать, тем, конечно, грязнее будет наш город и тем, на самом деле, хуже будет выглядеть со стороны наш протест, потому что мы протестуем против, на самом деле, неуважения, неуважения наших прав. Но мы совершенно не готовы, там я не знаю, воевать за это. Ну, это какая-то другая степень агрессии. Я, все-таки, считаю, что сложные вопросы не решаются на улице, да? Это сложные вопросы.

М.КОРОЛЕВА: Хорошо, Николай. А что делать? Вот смотрите, таких как вы, я уверена, много. Их много, больше там, чем даже радикальных каких-то элементов. Вот, человек понимает, что да, он против нечестных выборов, ему не нравится, что вот таким образом человек приходит к власти, что таким образом передается власть в стране. Все это ему не нравится. Как вы говорите, часть вас – она на стороне тех, кто идет на улицу. Часть понимает, что этого делать не надо. А делать-то что вот таким как вы?

Н.УСКОВ: Я считаю, что здесь нужно исходить из того, ради чего все это, да? Если ради того, чтобы устроить драку и довести до, действительно, реальной жесткой конфронтации революционного вида, я против этого, потому что это путь в никуда, да? Нас сметут. Вот, нас, замечательных образованных там людей, которые верят в добро и справедливость, просто уничтожат. Нас используют как некое пушечное мясо те, кто стремятся совершенно к другому, да?

Вы посмотрите на этот протест. Самая активная, агрессивная часть протестующих людей – это люди крайне левых взглядов и люди крайне националистических взглядов, да?

М.КОРОЛЕВА: Ну, это сейчас, в данный момент.

Н.УСКОВ: Я точно знаю, мне с ними не по пути, да? То есть там очень много нормальных людей, которые хотят другой страны, хотят демократической, капиталистической, цивилизованной страны. А есть вот эти вот, активные, агрессивные люди. Я не хочу быть просто мясом для решения задач, которые, в общем, мне политически неприятны и неприемлемы. В этой ситуации я лучше отойду от этого движения и буду просто заниматься своими прямыми обязанностями. То есть писать, обсуждать проблемы, доводить до сведения более широких слоев населения свою позицию или позицию людей, которым я верю.

М.КОРОЛЕВА: Ну, это если и пока дадут.

Н.УСКОВ: Ну, это дают. Это дают. Я считаю, что… А другого выхода нет. Потому что революция – это путь в никуда.

М.КОРОЛЕВА: Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!» сегодня гость «Особого мнения». Через несколько минут мы снова в этой студии.

НОВОСТИ

М.КОРОЛЕВА: И это третья часть программы «Особое мнение». Я – Марина Королева, напротив – Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!» и руководитель проекта «Сноб». +7 985 970-45-45 – это для смсок, ну а все остальное найдете на нашем сайте. Вот, кстати, я собиралась вам задать несколько вопросов от слушателей. Первый будет, правда, не вопрос, а возражение, но все равно. Вот, по поводу протестов вам пишет Александр: «Мирные способы уже доказали свою неэффективность». Ну, действительно, смотрите: пока мы с вами пишем, пока мы с вами рассуждаем, доносим свою точку зрения, власть говорит: «Отлично. Ну, просто прекрасно. Давайте, ребята, пишите. А мы будем заниматься своими делами». И плевать на нас хотела. Они боятся только когда люди выходят на улицу. Ну, вот, как я понимаю, это самое Александр имеет в виду.

Н.УСКОВ: Нет, они боятся, конечно, когда люди выходят на улицы. Но я тоже боюсь, когда люди начинают разбирать асфальт, кидать им в омоновцев, начинают прорываться к Кремлю и устраивать баррикады из туалетов. Мне кажется, что…

Понимаете, это нужно понимать, что не все средства хороши. Некоторые средства потом убивают цель. И если мы хотим в финале получить некоррумпированную демократическую республику, то мы должны договариваться со здоровыми силами во власти и пытаться менять эту систему. Потому что на улице к власти опять придет очередной царь и бог. Будет это Навальный или Сергей Удальцов, не знаю – они, кстати, выглядят не очень плохими ребятами. Но а может кто-то будет третий, да? Тем не менее, это люди, опять наделенные какими-то чрезвычайными полномочиями, да? Это люди, которые будут прежде всего карать и наказывать.

Для меня важнее, на самом деле, некая позитивная программа. Позитивная программа заключается в том, что нужна реформа политической жизни, нам нужны выборные должности в государстве, нам нужен общественный контроль за выборными должностями и так далее, и тому подобное.

М.КОРОЛЕВА: И вы всего этого ждете сверху?

Н.УСКОВ: Я считаю, что реформирование сверху – это более разумный путь для любой политической системы, чем революция. Потому что революция… Ну, просто опыт мировой показывает, тем более русской истории. Уж чему-чему, мы должны, все-таки, были сами научиться, да? Потому что революция при всей благости и красоте своих целей приводит к чему? К убийствам, разрушениям и в конечном итоге к краху.

М.КОРОЛЕВА: Ну, революция, допустим. Но, вот, смотрите, а с чего бы они вдруг станут спускать нам реформы, если не происходит никакого давления снизу? Вот, были некие протесты, вот, вроде бы, пошли прямые выборы губернаторов. Ну, как выяснилось потом, не очень-то прямые, но все же, да? Если не поддавливать снизу, то будет ли что-то сверху в России?

Н.УСКОВ: Нет, надо поддавливать снизу. Надо поддавливать снизу, надо поощрять гражданскую активность, надо выходить на улицы, но не с целью сцепиться с ОМОНом и обогреть мостовую кровью, да? Просто у тех, кто выходит на улицу, все более разные цели, да? И это меня, на самом деле, расстраивает. Потому что, по большому счету, вот мы говорили о том, что очень разные люди объединились, да? Потому что они, действительно, объединились против. Против очень легко объединиться. Гораздо сложнее объединиться за. И нам предстоит сейчас, на самом деле, протестному движению определиться, за что мы, да? Я уже точно понимаю, что я не за то, чтобы сидеть на Болотной площади или прорываться к Кремлю, я не за это.

М.КОРОЛЕВА: То есть вы против этого?

Н.УСКОВ: Да, против.

М.КОРОЛЕВА: Хорошо. Тогда вот еще вопрос по поводу здоровых сил. Вот, например, я сегодня видела Михаила Прохорова среди тех, кто стоял на инаугурации. Вот, вопрос по поводу Прохорова: «А где Прохоров? Где реакция единственного нормального кандидата в президенты?» — спрашивает наш слушатель. Что ж получается, были правы те, кто про проект кремлевский лепетали?

Н.УСКОВ: Я думаю, что… Мне трудно, конечно, говорить от его имени, потому что мы практически не общаемся, только по делам компании. Но мне кажется, что Михаил Прохоров испытывает сходные ощущения со всеми, кто живет сейчас в стране, некоторого разочарования. Потому что были обещаны определенные политические реформы, сейчас мы видим, что они выхолащиваются и обессмысливаются. И очень трудно понять, чем реально заниматься-то в этой ситуации? Строить партию, которая придет в парламент? Когда этот будет парламент? И будет ли он вообще когда-нибудь? И так далее. Очень какие-то сложные вещи. Я думаю, что… Опять-таки, не знаю, как на самом деле, но я думаю, что он просто ждет. Ждет, как сложится новая конфигурация политическая в России. В общем, это будет понятно в самые ближайшие месяцы.

М.КОРОЛЕВА: Ну, то есть ждет не сигнала и не звонка, допустим, от Владимира Путина.

Н.УСКОВ: Ну, нужно просто понять, как будет выглядеть РФ, когда Путин полностью вернется на свое место.

М.КОРОЛЕВА: Все, он уже вернулся. Он вернулся.

Н.УСКОВ: Ну вот когда он полностью вернется, он должен принять какое-то количество решений, сформировать правительство, определить какие-то основные политические векторы. Я думаю, что просто, действительно, нужно ожидать. Потому что, насколько я знаю Михаила Дмитриевича, он довольно серьезный и ответственный человек, и не любит быть клоуном. А ему сейчас, как мне кажется, его подталкивали до некоторой степени до роли, в общем, непонятно кого. Политика – это вещь очень неконкретная (это понятно) и, наверное, бизнесмену вообще трудно заниматься политикой психологически, потому что очень много вещей, которые не имеют прямого результата сегодня здесь и сейчас. Но очевидно, что все равно даже в политике, такой, в общем, болтливой и бессмысленной деятельности всегда есть все равно реальность и есть четкая перспектива, а есть туман, да? Вот сейчас – туман.

М.КОРОЛЕВА: Хорошо. Тогда третий вопрос, который пришел по интернету. Интересный вопрос – он касается, ну, всего, пожалуй, креативного класса, не только вас лично, хотя обращен к вам: «Скажите, за что вы так не любите современный российский режим? Ведь, это не логично. Эта страна и ее современная власть дали вам очень прилично заработать. А исчезни этот режим, и вас ждет прямая дорога сами догадываетесь, куда. Не кажется ли вам, что вы все пилите сук, на котором сидите? В чем дело-то?»

Н.УСКОВ: Ну, я, честно говоря, не считаю, что мне этот режим что-то дал. Ну как? Собственно, были некие правила игры, установленные президентом Ельциным, да? Свобода, демократия, рыночная экономика. Я сам лично, без всякой помощи режима вписался в эти условия. И, в общем, сделал карьеру, да? Не будет режима Путина – я думаю, что это не значит, что я куда-то исчезну, что я какой-то там сук пилю. Ничего подобного. Если в стране не случится революции, страна будет развиваться эволюционным путем, я думаю, что ничего страшного со мной не произойдет. Потому что я сделал карьеру сам, да? Я не получил какую-то скважину нефтяную там в свое распоряжение, не сижу в Газпроме, да? Я начинал с абсолютного нуля и чего-то достиг. Не бог весть чего, но это моя карьера.

М.КОРОЛЕВА: То есть вы не считаете себя частью системы, которая сейчас здесь в России есть?

Н.УСКОВ: Ну, в какой-то степени мы все – часть системы, да? Но, конечно, нет. Поэтому меня, кстати, и не зовут на инаугурацию.

М.КОРОЛЕВА: Хорошо. Тогда еще один вопрос от нашего слушателя – он уже связан с предстоящими торжествами, потому что на инаугурации сегодня все не заканчивается, нас ждет еще парад 9 мая. Ну, вроде бы, дело святое.

Н.УСКОВ: Куда меня тоже не зовут.

М.КОРОЛЕВА: Да. Ну, вроде бы, дело святое, конечно, с одной стороны. Но с другой стороны, мы здесь все видим, во что это выливается для Москвы. Хорошо, но здесь вопрос немножко другой: «Есть ли смысл устраивать помпезные празднования 9 мая после 1991 года, если учитывать, что Советский Союз развалился, а Германия объединилась, воины-освободители нищенствуют, а воины-оккупанты имеют обеспеченную старость? Может, имеет смысл сделать 9 мая просто днем скорби и памяти?»

Н.УСКОВ: Ну, вопрос риторический, потому что 9 мая – это краеугольный камень путинской идеологии, идеологической системы, надо сказать, весьма хлипкой. Тем не менее, это такой, важный камень, связующее звено, да? С одной стороны, достаточно…

М.КОРОЛЕВА: Ну, День Победы был, конечно, и до него, хотя не всегда.

Н.УСКОВ: Ну, все-таки, а что осталось-то, да? Что осталось-то праздновать? День Победы ополчения Минина и Пожарского над польскими интервентами? В принципе, как бы, для страны, которая потерпела, в общем, большое, существенное поражение в «Холодной войне», пережила довольно тяжелый экономический упадок, страны, которая развалилась, конечно, во многом (Советский Союз), в принципе, нужен праздник. Нужен праздник, который демонстрировал, что когда-то мы были сильными, когда-то мы побеждали. Это такая психотерапия. И, в принципе, она, наверное, необходима какой-то значительной части населения. И в том числе она необходима режиму для того, чтобы эту значительную часть населения контролировать и манипулировать ее сознанием. Другое дело, что, конечно, стыдно, что при этом не находится каких-то денег на то, чтобы все ветераны жили благополучно, да?

М.КОРОЛЕВА: По 5 тысяч получают заслуженные ветераны вот сейчас к Дню Победы. По 5 тысяч рублей.

Н.УСКОВ: Ну, это все грустно. Это все грустно и все эти квартирные скандалы, которые постоянно возникают опять и опять в прессе, хотя уже 100 раз сказали, что мы все сделали для ветеранов. Многое сделано, безусловно. Но просто грустно, что при тех суммах, грандиозных суммах, которые тратятся на эти празднования, не делается ничего для людей, которые, в общем, действительно, эту победу принесли. Или делается недостаточно. Это грустно. Но это, вот, все та же российская реальность. Это, вот, фон, на котором происходит инаугурация президента с мордобоем на улицах, с массовыми зачистками, с пустынными улицами и вот эта помпезная картинка. Вот, то же самое, мы будем иметь помпезную картинку и утлую, страшную сюрреалистическую реальность жизни конкретных обычных людей.

М.КОРОЛЕВА: Ну что? Начинаем жить при Путине, тем не менее.

Н.УСКОВ: Продолжаем.

М.КОРОЛЕВА: Продолжаем. Николай Усков, президент медиагруппы «Живи!», руководитель проекта «Сноб» был сегодня гостем программы «Особое мнение». Я – Марина Королева. Всем счастливо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире