'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 10 августа 2011, 17:08

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы слушаете «Эхо Москвы», вы смотрите телеканал RTVi, программу «Особое мнение». Я Нателла Болтянская. Наш гость – Эдуард Лимонов. Здравствуйте, Эдуард Вениаминович.

(Голосование закончено в 17:43)

Э. ЛИМОНОВ: Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Начнем мы с вами с событий в Великобритании, которые, по словам Михаила Маргелова, могут перекинуться и на другие европейские страны. Ваш взгляд на ситуацию, оценка, прогнозы.

Э. ЛИМОНОВ: Я с вами поделюсь одним коротким воспоминанием. Я в 1977 году в Нью-Йорке пережил так называемый блэкаут. Это было с 16 июля на 17-е. Продолжался он, по-моему, 38 часов всего-навсего. Но было разгромлено полторы тысячи магазинов. Я наблюдал сам со своими приятелями, мы вышли и смотрели, что происходит. Я обитал как раз где-то в центре города. И вот мы вышли к Квинсборо-Бридж, потом на 3-я Авеню, центр города. А светофоры не работали, лифты остановились. Тотчас нашлись какие-то добровольцы с фонариками, регулировали движение. А в это время другие граждане разбивали витрины магазинов и волокли. Я видел, как разграбили магазин мужских рубашек, очень хороший магазин. И все несли это, прижимая добычу. Что самое интересное?

Так как население Нью-Йорка всегда было разноцветным и разноплеменным, то били и грабили все – и белые, и черные. И самое удивительное, что когда были аресты потом и когда результаты арестов опубликовали, то все ахнули, потому что оказалось огромное количество вполне состоятельных людей среди тех, кто был мародерами. Поэтому разговоры Маргелова… Он же сказал, что это якобы пример того, как мультикультурная политика стран Европы обанкротилась. Это, на мой взгляд, большое преувеличение. Людям нравится получать на халяву что-то. И грабить бегут все: домохозяйки, леди на каблуках, из Гарлема ребята в трусах – все бегут. Это в природе человеческой.

Я бы уж очень не хватался за голову и не делал бы далеко идущих выводов. На мой взгляд, в нашем обществе, в котором мы живем, огромные соблазны ежедневно на нас сваливаются в виде рекламы из телевидения, рекламы на улицах, повсюду. Конечно, этот мир нас очаровывает. Еще не известно, как г-н Маргелов бы себя повел, находясь у магазина, который только что раскурочили эти люди в трусах. Поэтому не надо делать этих интеллигентских выводов в пределах Садового кольца. Как всё очаровательно – крах мультикультурной политики.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: То бишь когда человеку дают возможность незаметно соскочить со своих основ воспитания, уровня, класса, то он это с удовольствием сделает и пойдет тырить шнурки в магазине. Правильно?

Э. ЛИМОНОВ: Существуют еще гетто, цветные гетто, например. Вот в 60-е годы, когда убили в 68 году Мартина Лютера Кинга, то в Америке были гигантские бунты в гетто в Детройте, в Лос-Анджелесе, повсюду. Туда вводили танки. Американцы не жители Соединенного Королевства, не англичане, они более крутые ребята, поэтому вводили танки. 50 убитых, 70 убитых. Это повсеместно происходит. Вот убили Мартина Лютера Кинга, проповедника и вождя, как сейчас говорят, афроамериканцев, и всё это происходило. Недавно совсем в том же Лондоне в квартале Брикстон (недавно по меркам истории, 30 лет тому назад) были бунты ужасающие, с большим количеством убитых. Поэтому когда нам сейчас говорят – крах политики или не крах… Это проблемы. А проблемы у человечества всё время есть и будут. Как сказал психолог германского происхождения Арнольд Гелен (фамилия неразборчиво), человек – это существо в опасности. Он имел в виду постоянные опасности. Поэтому те, кто хотят уютного мира, трехразового питания, лучше жить под домашним арестом.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А вы не хотите?

Э. ЛИМОНОВ: Я разумный человек, я просто знаю, что мир – это бесконечная череда конфликтов. По всем нашим новостям – они всё убыстряются, их количество увеличивается – мы видим, что мир – это череда конфликтов, и надо это воспринимать спокойно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Прошла уже информация, причем неоднократно она прошла, о том, что силовые структуры будут ужесточать меры по разгону бунтующих.

Э. ЛИМОНОВ: Где, в Британии?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: С частности, да. Как вы это воспримете?

Э. ЛИМОНОВ: Я двойственно отношусь. Во-первых, я сам как человек, против которого силовые структуры нашей с вами страны постоянно выступают, не приветствую разгон, например, политических демонстраций, мирных демонстраций. Я всегда присутствую на мирных демонстрациях и организую мирные демонстрации и митинги. Но мародеров все-таки надо было разгонять с помощью каких-то спецсредств, брандспойтов и прочего.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите мне, пожалуйста, как человек, который, что называется, был на другой стороне, вы осознаете и понимаете, что пусть в данном конкретном случае в Великобритании, о котором мы сейчас говорим, возникают ситуации, когда это делать необходимо.

Э. ЛИМОНОВ: Это необходимо делать, да. Имеет право на такие действия та полиция и то государство, которое не только собирает с людей налоги, как, например, наше, и сажает их в тюрьмы, а справедливое государство. Вот справедливое государство имеет право применять брандспойты, а несправедливое государство пусть сидит, трясется и ничего не применяет.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А британское государство, с вашей точки зрения, ничего?

Э. ЛИМОНОВ: Я думаю, что они перестали быть справедливыми, медленно перестают.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: С какого момента?

Э. ЛИМОНОВ: Они нервничают, дергаются, как и вся Европа, они переживают период психопатии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Еще раз хочу вернуться к своему вопросу.

Э. ЛИМОНОВ: Может, уже другой вопрос. Мне этот вопрос уже надоел.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я про те самые брандспойты, о которых вы начали говорить.

Э. ЛИМОНОВ: Вы хотите универсальное правило – применять или не применять. А я вам говорю, что справедливое государство, государство честное, оно имеет право самозащищаться, а государство бесчестное, насильственное, кровавое не имеет такого морального права. Это ведь моральное право. Точка. Всё.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо, из уважения к вам я уйду в другую сторону.

Э. ЛИМОНОВ: Я не люблю на одной теме зацикливаться.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я уйду в другую сторону света, но тему не сменю. Ливия, Сирия – всё то же самое?

Э. ЛИМОНОВ: Ливия – это попытка закамуфлировать под революцию попытку свержения иностранными державами ливийского режима. Поскольку рядом с двух сторон от Ливии, как мы знаем, в Тунисе и в Египте были, на мой взгляд, настоящие, честные революции, то не удержался Запад против того, чтобы своего старого, уже дряхлого, беззубого врага попытаться сковырнуть. Но завязли в этой истории. Конечно, это дичайшим образом несправедливо, потому что Каддафи не являлся прямо таким уж деспотом невероятным, есть куда более худшие руководители современных государств. Вот они завязли в этой истории. Я смотрю на это как на признак того, что Запад перестал быть моделью. Он несправедлив, его теперь никто не боится, он потерял авторитет, и теряет постоянно, в том числе и США стремительно теряют авторитет, моральный авторитет, любой.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: И что же дальше?

Э. ЛИМОНОВ: Будем жить без авторитетов или воздвигнем новые авторитеты.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Китай.

Э. ЛИМОНОВ: На нашей планете, к сожалению, нет идеальных государств. Люди живут, спасаясь каким-то образом… Вот в дряхлых, старых государствах можно как-то отсидеться. Но даже там, вы видите… Норвегия, уже вся выдохлась, уже никаких викингов. И смотрите, им тоже не дают спокойно жить. Это опять конфликтный, ревущий мир такой. Он никогда не успокаивается, он всегда таким был и будет таким. Это я не к тому, что не нужны социальные изменения, а просто в данном случае во мне говорит философ.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос к вам, если мы возвращаемся в Россию. Сегодня очередной раз не дали провести сидячую акцию у Соловецкого камня». Как-то это уже становится скучно. Если бы это не было страшно, это было бы скучно.

Э. ЛИМОНОВ: Вам скучно, а нам страшно. Потому что наш товарищ Таисия Осипова может отправиться лет на десять по тем фальшивым показаниям, где показания дают либо менты, либо представители прокремлевских организаций. Нам вовсе не скучно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я сказала, что, если бы это не было страшно, это было бы скучно.

Э. ЛИМОНОВ: Мы взялись за это дело – отстаивать и делать гласным это вопиющее злодеяние. Их немало других, но это вопиющее. По всем стандартам она где-то как Светлана Бахмина. Она мать пятилетней девочки.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Не очень здоровый человек.

Э. ЛИМОНОВ: Она не очень здоровый человек. И она совершенно ни в чем не виновата, кроме того, что она сама активист «Другой России» и ее муж занимает определенное положение в нашей партии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: С вашей точки зрения, к чему вообще приведет это противостояние, которое не теряет градус? Другое дело, что оно уходит с первых полос новостей.

Э. ЛИМОНОВ: Мы не даем ему уйти. Конечно, нам нужна поддержка, и мы всегда ко всем обращаемся, ко всем здоровым, нормальным силам, к здоровым судьям, к здоровым элементам в обществе, и к обществу, и к правозащитникам, мы говорим: помогите, возвысьте свой голос – будет больше голосов в ее защиту.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: И?

Э. ЛИМОНОВ: Ни вы, ни я, мы же не у власти, у нас не может быть заранее результата, на который мы надеемся. Мы надеемся и делаем всё, для того чтобы результат был. С нашей точки зрения, это оправдание Таисии Осиповой.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: На днях в результате опроса Центра Левады выяснилось, что 53% опрошенных предпочитают демократию и порядок. Я оставляю за скобками вопрос, какой именно порядок и чего порядок они предпочитают. Но вот вам, пожалуйста, vox populi.

Э. ЛИМОНОВ: Давайте поверим Центру Левады, а во-вторых, разберемся, что наши русские люди понимают под словом «порядок». Из опыта моей достаточно длительной жизни я считаю, что русские под словом «порядок» подразумевают справедливость. Так устроен мир, в котором порядок, в котором бандиты на улицах не грабят, никто не крадет, нет педофилов, никто детей не обижает. Это справедливость. Понятие порядка в России идентично справедливости, по моим собственным ощущениям как литератора, как человека, прожившего достаточно долгую жизнь, порядок – это синоним справедливости. Порядок – это значит лад, это значит строй, это значит, чтобы было справедливо, всё на своем месте: волки – в лесу, овцы – в теплом хлеву, а крестьяне с веселыми дудочками гуляют по полям.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А как же галичевское: «Был порядок – говорят палачи, был достаток – говорят палачи»? Помните?

Э. ЛИМОНОВ: Галич пел на эти темы, это всегда остается актуально. Кто у нас не пытается использовать добрые и красивые понятия в своих злобных целях? Во всем мире полно этого.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Эдуард Вениаминович, вопрос от Михаила: «Как вы относитесь к возможной отмене трудовых книжек?»

Э. ЛИМОНОВ: Со смешанным чувством. Я как человек, у которого у самого была трудовая книжка (потом, правда, я ее где-то посеял, я уж не помню, или у меня ее отобрали), я от этой книжки очень настрадался. Мне вписывали туда какие-то неприятные вещи, и потом устроиться на работу было сложно. Поэтому я отношусь по-разному к трудовой книжке. С одной стороны, мы все привыкли к этому.

Знаете, когда ее на Руси вводили при царях, то все очень страшно боялись, протест был огромный. Считалось, что это привязывает человека, это ты как крепостной. А сейчас у нас, по-моему, «Справедливая Россия» высказывается за трудовые книжки. Мне кажется, тут одновременно и традиции, кому-то не хочется, чтобы прерывалась традиция и ломалась.

Вот что я вам скажу из моего опыта. У меня никогда не было ИНН. Жена меня заставила пойти. Я сказал, что я не хочу, не буду, мне это противно так же, как православной церкви. Она меня убедила, что я должен во имя детей, во имя родины, не знаю чего. Я пошел. И когда я пришел, я к удивлению своему обнаружил, что мне давным-давно против моего желания присвоили ИНН какое-то количество лет тому назад. Я сказал – как же так, я же не хочу, это мое право не иметь ИНН. Нет, сказали, мы вам дали, вот и всё. Так и здесь. Все наши данные где-то собираются. Я хотел бы увидеть свое дело, например, в ФСБ. Я представляю, какой оно высоты. Одно мое уголовное дело было с огромным количеством томов. Плюс еще. Это, наверное, занимает небольшого размера комнатку или, как минимум, шкаф.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я могу предсказать формулировку следующего дела против вас – переход линолеума в собственной кухне в неположенном месте.

Э. ЛИМОНОВ: Я это переживу как-нибудь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Эдуард Вениаминович, очень много вопросов по поводу выражения неуважения в случае грядущих выборов.

Э. ЛИМОНОВ: Во-первых, я предлагаю в любом случае гражданам выйти на Триумфальную площадь в день выборов. Почему на Триумфальную? Потому что другого места я не знаю, для всех доступного, без различия идеологий, уже намоленного, как церковь, которая намолена. Если будут 4 декабря выборы, приходите в 18 часов туда. Если будут в другой день, то тоже в 18 часов приходите. Это наш ответ безобразному насилию над нами.

Я, конечно, призываю всех, кто собираются мониторить выборы – я помню, Орешкин агитировал мониторить, – отказаться от этой безумной затеи, которая только укрепляет власть. Мониторить распределение голосов между столь же непорядочными партиями, как и «Единая Россия», как КПРФ, ЛДПР и еще кем-то, это как лагерные козлы делают, быть ссучившимся человеком. Не надо поддерживать эту власть, пока у нас нет возможности ее выбирать честно и свободно.

Второе, что я предложил, – как только в сентябре будут объявлены выборы, тогда надо идти в участковую избирательную комиссию и требовать в письменном виде, чтобы вас исключили из списка избирателей. Тут возвышаются всякие голоса, которые говорят, что у нас только мертвого можно исключить из списка избирателей. Это неправда. У нас нет обязательного голосования, не введено еще законом. Вы можете не ходить на выборы, у нас миллионы людей не ходят.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А их голоса…

Э. ЛИМОНОВ: Их голоса, если надо, перейдут кому нужно. Когда идет такая тотальная фальсификация, на многих этапах, как у нас, зачем голоса? Достаточно того, что уже не допущены партии оппозиции к выборам. По-моему, девять партий не зарегистрированы и тем самым не допущены. У вас есть за кого голосовать в том бюллетене, который они вам предлагают? Я полагаю, что ни у одного нормального человека нет в бюллетене выбора. Среди того, что предлагают в бюллетене, выбор между «Единой Россией» и партиями-сателлитами, фактически марионетками власти. Поэтому зачем нужны голоса?

Надо идти и честно, смотря в лицо председателю или дежурному по участковой комиссии говорить: вот у меня два заявления, вы ничего не можете сделать, ничего не можете рассмотреть, поставьте на этом заявлении штамп, напишите время и подпишитесь – всё, что от вас требуется. Знаете, почему это лучше, честнее, храбрее, чем портить бюллетени? Послушайте человека, который имеет огромный опыт сопротивления. Я же начинал среди красно-коричневых. Мы много лет использовали этот метод бойкота, зачеркивали. Это ни к чему не ведет, никак не фиксируется. Плюс это кукиш в кармане. Ведь надо понимать, что таким образом вы лицо свое прячете, вы боитесь. А когда вы идете и говорите: я хочу, чтобы вы вычеркнули…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я, такой-то и такой-то хочу, чтобы вы меня вычеркнули.

Э. ЛИМОНОВ: Да, я хочу, чтобы вы меня вычеркнули, я не хочу голосовать до тех пор, пока не будут организованы свободные выборы. Мой аргумент – я не нахожу в бюллетене ни единой партии, за которую я хотел бы проголосовать. Как только они там появятся, я приду, с радостью приведу всех своих знакомых и буду голосовать. Это аргумент. А всё остальное – кукиш в кармане. Люди из «Парнаса» предлагают – давайте зачеркивать. Это уже было, это Ампилов говорил. Как вам не стыдно повторять то, что потерпело поражение? Слушайте опытного человека, в данном случае меня.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Сейчас задам вам вопрос, а отвечать на него будете уже во второй части программы. Вопрос от Левана из Тбилиси: «Эдуард Вениаминович, вы по-прежнему за присоединение Абхазии и Южной Осетии к России? Вы вообще империалист?»

Э. ЛИМОНОВ: У нас почти минута, может быть, я успею ответить. Я был абсолютно патриотом империи, Советского Союза. Прошло 20 лет, мы не смирились, мы испытываем чувство негодования, грусти, тоски по этому. Грузия тоже была своего рода империей. И Абхазия, которую Грузия силой оружия в 92 году пыталась заставить стать грузинской… Я там был в это время. Если бы я не видел своими глазами, сколько крови там пролито…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Давайте сделаем паузу на этом месте. Мы продолжим буквально через несколько минут.

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Мы продолжаем программу «Особое мнение» в эфире радиостанции «Эхо Москвы» и телеканала RTVi. Я Нателла Болтянская. Наш гость – Эдуард Лимонов. Я прервала вас на вопросе о возможном присоединении Южной Осетии и Абхазии.

Э. ЛИМОНОВ: Как мы знаем и насколько я слышал, Абхазия сама не хочет, чтобы ее присоединяли в данный момент. Что касается Южной Осетии, то осетины у нас разъединенная нация. Ведь они большей частью живут в Северной Осетии, какая-то часть осталась в Южной Осетии. По всем стандартам международного поведения Организации объединенных наций они имеют право на воссоединение. Если в свое время немцы имели право на воссоединение, сломали Берлинскую стену, то почему они не имеют? Тогда международные правила и законы верны для одних, но не верны для других, а они должны быть для всех одинаковы. Поэтому я считаю, что осетины должны воссоединиться, это нормально.

Теперь что касается Абхазии. Я начал говорить, что в 92 году я присутствовал на этой войне, осенью 92 года. Я видел, насколько она была кровавая и с той, и с другой стороны. Я абсолютно уверен, что в ближайшие полсотни лет никакого мирного отношения друг к другу между Грузией и Абхазией не будет. Плюс еще давайте напомним, что все-таки эта грузинская колонна вторглась в 1992 году в Абхазию. Были продемонстрированы жестокости, как утверждают наблюдатели, и с той, и с другой стороны.

Я видел больше жестокости со стороны грузин, поскольку находился в Абхазии в этот момент. Не будет этого. Это не потому что Россия не хочет, чтобы Абхазия вошла в состав Грузии опять. Это потому что они не хотят, люди, население, пипл Абхазии, они не хотят, и вы их не заставите. Это мое глубочайшее убеждение, основанное на практике и на деле. Поэтому Грузии надо успокоиться и смириться.

У них судьба, сходная с нами, в гораздо меньшем масштабе, но она сходна с историей русских. Нас больше, 120 миллионов из 140, а грузин меньше. Но это та же история. Или это история, случившаяся в свое время с Югославией. Правда, в Югославии были предпосылки для развода, назовем это так, но еще вмешалась только что объединенная и собравшаяся с силами Германия. Знаете, это история, тут ничего не попишешь.

Испания в свое время была великой державой и имела всю Южную Америку в своем распоряжении, страшно противилась, вела войны, но появился Симон Боливар, и они потеряли всё это. И там уже был язык испанский, и было население смешанное, аристократия южноамериканская была практически испанской, однако ничего не помогло. Успокоиться надо и смириться. Плюс я хочу подчеркнуть, что у меня нет никакого враждебного отношения ни к кому в этом регионе.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А вы империалист?

Э. ЛИМОНОВ: Я все-таки сторонник больших государств. Проханов назвал бы это империей. Но империей не с императором, а в смысле состоящей из множества наций и государство. Посмотрите, империи вовсе не закончились. На наших глазах образовалась европейская огромная империя.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: По поводу движения «Наши» пишет Артем из Тулы: «Путин на Селигере говорил о критиках – тьфу на вас, тьфу еще раз. Ваш комментарий».

Э. ЛИМОНОВ: Я отношусь к «Нашим» как к какому-то извращенному «Артеку». И «Артек» меня мало интересует. Провинциальные дети, с двумя извилинами, в свалившихся до полу трусах, сейчас такая мода. Я в свое время не то что возражал, но насмешливо относился даже к идее анти-Селигера. Смотрите, известные люди едут на анти-Селигер – художники, писатели, музыканты. Сама идея Селигера настолько ничтожна, что устраивать анти-Селигер не по чину, это как-то мало, это жалко, мелочь какая-то.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вам не угодишь.

Э. ЛИМОНОВ: Я не обращаю внимания на «Наших». Меня интересуют Владимир Владимирович Путин, МВД, вот такие величины.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Он, собственно, и сказал – тьфу на вас, еще раз тьфу на вас.

Э. ЛИМОНОВ: На кого это он сказал?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: На критиков.

Э. ЛИМОНОВ: Путин, по-моему, уже так надоел всем, что даже обсуждать его…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: «У нас разрыв между богатыми и бедными куда больше. Вы считаете, у нас будет то, что происходит в Лондоне?» – спрашивает Руслан из Татарстана.

Э. ЛИМОНОВ: Я начал с того, что привел вам живую сцену блэкаута, т.е. когда вырубилось электричество в Нью-Йорке в ночь с 16-го на 17-е число. Кстати, говорили, что если бы продлилось дольше, чем 38 часов, то последствия были бы катастрофическими. Знаете, это не богатые и бедные, там скорее разница между жизнью среднего класса, довольно обширного, и жизнью в гетто. Не надо думать, что там живут только черные, или выходцы из какой-нибудь Ямайки, или пуэрториканцы, это неверно.

Разница между жизнью англичанина во многих поколениях и недавно появившихся каких-то пришельцев – мы люди не местные, – вот не местных людей, которые приехали и стараются завоевать свое место под солнцем. Это огромная разница, безусловно. Скорее вот так надо размышлять. А жизнь богатых, я думаю, эти люди, которые грабят, они ее не видят, они по телевизору, может быть, видят, как живут богатые, но с богатыми они не сталкиваются.

Вот эта система гетто так называемых, т.е. этнических поселений где-то за пределами центра города, она везде, она и в Париже такая же… Я имел удовольствие наблюдать всё это. Этих людей вытеснили как дикарей куда-то за пределы. И вот это очень хрупкая система. Знаете, в свое время Гарлем ведь начинался… Буквально несколько улиц – очень богатые кварталы, даже еще 90-е улицы, Пятое авеню, а потом 110-я улица – уже обрывается, начинается Гарлем, Ленокс-авеню, и сидят такие обкуренные люди, развалины кругом. Не знаю, как это сейчас выглядит, время определенное прошло. И это всё было рядом.

Вот в чем опасность такого супергорода, мегаполиса, там вот эти племена очень близко поставлены один к другому, это вам не какие-нибудь страшные африканские страны, которые от вас на тысячу километров, тут рядом всё. Это очень похоже на Римскую империю, которую варвары все-таки раскурочили. Я бы не дал и медной копейки за будущее Европы. Пускай расхлебывают сами, сами создавали такую систему.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Как насчет будущего Юлии Владимировны Тимошенко? Ваш прогноз.

Э. ЛИМОНОВ: Не то что мне ее жалко, но я ей сочувствую, поскольку и сам сидел. С этой точки зрения я ей сочувствую. А как политик она для меня совершенно не интересна. Оплакивать ее как политика я бы не стал. Она нечто среднее арифметическое между Януковичем и Ющенко. Они все три премьер-министры, идеи у них какие-то блеклые, неинтересные, невыразительные. Как политик она кто: Фидель Кастро, образно выражаясь, Че Гевара, молодой Каддафи?..

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну вы даете.

Э. ЛИМОНОВ: Образно я выражаюсь. Она такой же блеклый премьер-министр, как и все три. Единственное, что она, конечно, прекрасная картинка: коса, упрямая женщина, сила воли, которой можно позавидовать. Не мне. У меня такая же.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Женщина или сила воли?

Э. ЛИМОНОВ: Сила воли, тоже проверенная тюрьмой.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Тем не менее, на мой вопрос-то вы не ответили, а времени уже меньше минуты.

Э. ЛИМОНОВ: А что вы хотите?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Выпустят завтра, третьего дня…

Э. ЛИМОНОВ: Я боюсь за Януковича решать, за всю его команду. Я не знаю, что они решат. Я говорю мое мнение, что, на мой взгляд, это борьба между тремя…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Одинаковыми.

Э. ЛИМОНОВ: У нас тандем, два года лапшу вешают на уши, а у них три. У нас тандем дружный, и они против нас. А у них три, которые грызутся между собой, но толку тоже для народа никакого нет. Народ как был неудовлетворенный жизнью, так и остался.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Эдуард Лимонов в программе «Особое мнение». Благодарим всем, кто был с нами. До встречи в следующий раз в эфире «Эхо Москвы». Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире