'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 29 июля 2011, 19:08

М.КОРОЛЕВА: Здравствуйте. Это, действительно, программа «Особое мнение», я – Марина Королева, напротив меня в студии журналист Николай Троицкий. Николай, здравствуйте.

Н.ТРОИЦКИЙ: Здравствуйте.




(Голосование закончено в 19:43)



М.КОРОЛЕВА: Давайте напомним, что кроме Сетевизора, который действует, действительно, на ваших компьютерах, iPad’ах, iPhone’ах и так далее, вот, кроме Сетевизора вы можете также общаться с нами посредством телефона для ваших SMS +7 985 970-45-45. Кроме того, есть кардиограмма эфира за спиной у Николая как раз для тех, кто видит. Ну а для тех, кто слышит, вы можете голосовать за слова Николая Троицкого или против них на нашем сайте echo.msk.ru. Кроме того, существует в твиттере аккаунт @vyzvon – через него тоже можно задавать ваши вопросы.

Ну вот мы произнесли много всяческих интернет-слов, кстати, заодно. Вот я предлагаю начать с виртуальной реальности, а потом перейти уже к самой что ни на есть реальной реальности. По поводу известного интернет-сервиса LiveJournal, ну или как у нас его называют ЖЖ, Живой Журнал и так далее, где вы тоже не последний человек, вас можно там читать, комментировать и так далее. Вот, что-то происходит с этим сервисом, им пользуются очень многие известные люди в стране, и пользовались, и пытаются пользоваться, но уже силы их заканчиваются. Потому что что-то не то с Живым Журналом.

Н.ТРОИЦКИЙ: Вот на этой неделе-то не очень можно было читать и комментировать, как раз практически на целую неделю обвалился Живой Журнал. У меня есть некоторые соображения по этому поводу, которые не понравятся, конечно, многим политизированным блогерам, упорно считающим, что это режим специально глушит, душит, не дает им, не позволяет им распространять всякую информацию, порочащую власть.

М.КОРОЛЕВА: А вы считаете, что это технические проблемы исключительно?

Н.ТРОИЦКИЙ: Да, я считаю, что это сугубо технические проблемы. Плюс, видимо, можно так сформулировать, бизнес-технические проблемы. Потому что от этого обвала, который сейчас произошел, одинаково страдают и демократические, и антидемократические, и прокремлевские блогеры, и они также стонут, плачут. Я просто общаюсь с ними, ну как, виртуально, я вижу, что они так же точно в негодовании, и это был бы…

М.КОРОЛЕВА: Но подождите: у них-то есть и другие площадки. А, вот, у некремлевских блогеров этих площадок не так много.

Н.ТРОИЦКИЙ: Да каких? В интернете-то? Ну, полным-полно площадок у всех. Интернет очень большой – там и всякие твиттеры есть, и FaceBook, и форумов много, и есть много каких-то новых, которых я даже названия не успеваю запоминать. А какие у них-то площадки? Это же речь идет не о высших чиновниках, а о всякой молодежи, которая там как раз тоже свои пытается политические интересы проводить, отстаивать, бороться, дискутировать.

М.КОРОЛЕВА: Ну хорошо, допустим-допустим.

Н.ТРОИЦКИЙ: Они что же, акт мазохизма? Вся беда, на мой взгляд, начинается с той поры, когда американская компания Six Apart Фитцпатрика продала LiveJournal, который теперь называется «Живой Журнал» (это просто русский перевод), российским бизнесменам. Там менялись хозяева – дело не в их фамилиях совершенно, а дело в том, что, к сожалению, вот это особенности нашего российского бизнеса, это по-быстрому срубить бабло как можно скорее и постараться из всего, что только существует, извлечь прибыль.

LiveJournal не очень приспособлен для извлечения прибыли, насколько я могу понять. Собственно, он не с такой целью и создавался. И там…

М.КОРОЛЕВА: Но подождите. Зачем-то же его покупали? Он зачем-то был им интересен, раз купили-то?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, вот, если честно сказать, я не знаю, зачем. Наверное, надеялись и коммерческий какой-то интерес свой удовлетворить. Но я думаю, не только коммерческий, а еще и (как это называется?) имидж, облик, престиж.

М.КОРОЛЕВА: Так вот вам, пожалуйста, та самая политическая версия.

Н.ТРОИЦКИЙ: А зачем покупают газеты? Зачем покупают журналы?

М.КОРОЛЕВА: Ну, например, чтобы взять их потом под контроль и не пущать.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, может быть. И проводить свои коммерческие интересы, которые есть у хозяев. Но они же тоже у всех есть. И, вот, они пытаются как-то что-то с этим сделать, но при этом есть, известен абсолютно точно факт, что команда технической поддержки, которая работала в Six Apart, была вся уволена целиком и новых не взяли, и там, как бы, произошел, как это мы называем в нашей блогерской среде, такой эффект криворукости. Извините.

М.КОРОЛЕВА: Не умеют работать, что ли?

Н.ТРОИЦКИЙ: Нет, работать умеют, но недостаточно технически подготовлены и недостаточно профессиональная команда с точки зрения IT-технологий, интернет-технологий. Плюс умноженное на попытки каких-то бизнес-проектов, о которых я ничего не знаю, но уверен, что там что-то происходит, и о которых мы не узнаем, потому что это все – коммерческая тайна, и если какие-то сотрудники знают, они тоже не будут рассказывать, приводит к постоянным а) техническим сбоям, неполадкам, которые становятся все более и более продолжительными, как мы видим, и б) вполне возможно, приводит к вот этим так называемым DDoS-атакам, так как они вступают в конфликт с некими конкурентами на этом поле.

М.КОРОЛЕВА: Вот! Кстати, вопрос конкурентов.

Н.ТРОИЦКИЙ: Есть.

М.КОРОЛЕВА: Возможно, как говорят, Живой Журнал убивают просто потому, что, ну, эту площадку больше не хотят, а хотят другую – хотят просто перевести клиентов на другие площадки.

Н.ТРОИЦКИЙ: Возможно. Но я просто не верю в то, что за этим стоит некий специальный государственный умысел, замысел. А то, что конкурентная борьба, безусловно. Но кто, какие конкуренты?.. Честно говоря, вот эти вот DDoS-атаки – это любая фирма можете себе позволить, это не так дорого.

М.КОРОЛЕВА: Ну то есть вы политическую составляющую здесь начисто отметаете?

Н.ТРОИЦКИЙ: Я ее отметаю почти начисто. Единственное, что я допускаю, что какие-нибудь политизированные группы, но только не «Единая Россия», не Кремль, а, вот, некие группы, вполне возможно даже и сочувствующие власти, могут тоже предпринимать некие усилия вплоть до DDoS-атак, пускать спам.

М.КОРОЛЕВА: Еще один короткий вопрос. Вот тут агентства опрашивали блогеров, тысячников в том числе, собираются ли они оставаться на этой площадке или будут с нее уходить. Вот, вы сами для себя этот вопрос решили?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, пока буду пытаться остаться, если будет работать. Если, конечно, неполадки будут происходить часто и все дольше, и дольше, то придется уходить. А что делать?

М.КОРОЛЕВА: Журналист Николай Троицкий, это его особое мнение. Мы встретимся снова через минуту.

РЕКЛАМА

М.КОРОЛЕВА: Мы продолжаем программу «Особое мнение» сегодня с журналистом Николаем Троицким. Еще раз напомню, что для ваших SMS-вопросов есть телефон +7 985 970-45-45. Все остальное найдете на сайте «Эха Москвы».

Норвегия, недавние события в Норвегии. Вот сегодня премьер-министр Норвегии Столтенберг назвал недавний этот двойной теракт, который совершил террорист Андерс Брейвик, назвал его атакой на демократию в стране.

Но есть уже и много характеристик и определений тому, что произошло. Но есть и много вопросов. Вот, например, один из наших слушателей задает вам этот вопрос. Вот, что это? Закат западного либерализма? Закат мультикультурности? Новый фашизм в Европе? Вообще, в чем истоки трагедии, которая потрясла такую спокойную страну?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, один самый кровавый теракт не может быть признаком заката всей цивилизации. В принципе, по этому поводу, мне кажется, какого-то особого мнения быть вообще не может. Соболезнования трагедии, жертвам трагедии с одной стороны. И с другой стороны, явный признак неблагополучия европейской цивилизации. О закате пока не будем спешить говорить.

М.КОРОЛЕВА: Ну, подождите. Может быть, это какое-то индивидуальное явление, может быть?

Н.ТРОИЦКИЙ: Этот человек, которого имя я просто не хочу называть – это моя такая причуда, я решил, взял себе за принцип, я его не называю, ни имени, ни фамилии. Ну, понятно: это даже не человек, это нелюдь. Да, это индивидуальное явление.

М.КОРОЛЕВА: Но там же будет психиатрическая экспертиза, например.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, скорее всего, он достаточно нормальный, чтобы нести ответственность за свои поступки. И, кстати, одно из самых страшных, на самом деле, следствий то, что он подал пример таким же, вот, одиночкам, таким же совершенно свихнувшимся спасителям в кавычках цивилизации. Подобного рода теракты ничего не исправят и не спасут – тут не о чем говорить, естественно, это бессмысленно. Но тот факт, что Европа дошла до определенного предела, до края, вся Европа, ну, Западная прежде всего в области, как ее называют, мультикультурности или мультикультуральности и толерантности, это признали уже сами – об этом говорила Ангела Меркель, премьер-министр Великобритании. Тут нет ничего тоже нового. Надо что-то сделать, надо ограничивать, надо ужесточать, надо думать о собственной безопасности.

Кстати, я хочу обратить внимание, вот у нас часто говорят, когда у нас происходят какие-то теракты или трагедии: «Вот, никто не ушел в отставку, а у них всегда все уходят в отставку». В Норвегии никто не ушел в отставку. Никто. Речь идет не о премьер-министре, а о руководстве полиции, которая сработала безобразно, по-моему, в данной ситуации. Ну, так получилось. Но это их дело, сугубо внутреннее – это я так просто апропо.

М.КОРОЛЕВА: Ну а как вам кажется, Норвегия – она в результате извлечет из этого какие-то уроки? Вот, по тому, что вы сейчас наблюдаете, там, смотрите в репортажах, читаете, слушаете?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, извлечет, наверное. Ну, как минимум усилит меры безопасности собственных граждан. Ну, как минимум. Если не извлечет, ну, тогда будет другое правительство. У них же это все по-простому – просто проголосуют за другую партию избиратели. У них, кстати, нормально решается. Ну как? Ну, граждане разберутся.

М.КОРОЛЕВА: Как вам кажется, какое наказание должно последовать для этого человека, которого вы даже не хотите называть?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, у них же есть закон, в котором больше… Ну, правда, там 21 год максимальный срок. Но если считается опасным по-прежнему, то могут каждые 5 лет продлевать фактически до пожизненного заключения. Ну, это минимум, который он заслужил.

М.КОРОЛЕВА: Знаете, может быть, странный такой вопрос, но как вам кажется, вот у нас возможно такое? Ну, вот, представить себе, перенесем это на нашу территорию.

Н.ТРОИЦКИЙ: У нас многое возможно. Не, нападение на лагерь в Селигере невозможно, потому что там хорошо охраняется, как мы знаем. Никакой..

М.КОРОЛЕВА: Только на Селигере невозможно?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, я условно. Ну, такой вот лагерь. Это же лагерь молодежного отделения правящей партии. Ну, невозможно. Но насчет уже там – вот у нас был Антиселигер – ну, там тоже была охрана. По крайней мере, у нас меры безопасности, мы – люди пуганые, мы все, мы уже готовы к неприятностям заранее. Вот это тоже такая расслабленность, к сожалению, в европейских странах во многих наблюдается, и, наверное, не только в Норвегии. Но это их, они должны делать выводы. Что, вроде, все, мир стал безопасным, не надо охранять, все хорошо, так сказать, такой своеобразный эрзац-коммунизм. Ну что ж? К сожалению, мир не становится более безопасным, а наоборот.

М.КОРОЛЕВА: Не могу вас не спросить еще о сегодняшнем событии, которое связано, конечно, с событием прошлого года, с апрелем прошлого года, когда произошла страшная авиакатастрофа под Смоленском. И, вот, сегодня, ну, такое, достаточно долгожданное событие, причем как в Польше, так и в Москве: обнародовали доклад польской стороны по расследованию авиакатастрофы под Смоленском. Он такой, и ожидаемый, и неожиданный.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, разумный, спокойный, нормальный доклад. Объективный.

М.КОРОЛЕВА: В том смысле, что все не возлагается, отнюдь там, на российскую сторону, даже наоборот, очень много вины возложили на поляков. И по этому поводу, кстати, оппозиция польская уже очень серьезно выступает.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, это политические игры, это уж совсем внутреннее дело Польши, это они и будут выступать, это даже нельзя всерьез, по-моему, рассматривать, если объективно.

М.КОРОЛЕВА: Ну, вот, вам этот доклад показался внятным, разумным, убедительным?

Н.ТРОИЦКИЙ: Внятным, разумным. Мне с самого начала ужасно не нравилось (и не только мне – многим разумным людям), когда вот это выискивали, кто виноват, поляки или русские. Вот так нельзя ставить вопрос. Это трагическая цепь случайностей, цепь обстоятельств, где не в этом было дело. Многие виноваты, ну, многие понемножку виноваты, в результате случилась трагедия. Мне кажется, что точка поставлена и единственное, что я могу согласиться с моим тезкой Сванидзе (уже слышал – он сегодня говорил), что единственное положительное следствие этой страшной трагедии (много народу погибло), что отношения между странами нормализовались. И мне кажется, что так оно и будет. Извините, за такую несколько некоторую благостность, но я не вижу тут оснований для каких-то других выводов.

М.КОРОЛЕВА: Ну, хотя, с другой стороны, эксперты считают, в частности, польские журналисты, которым мы сегодня тоже звонили, они считают, что эти разговоры о том, все-таки, кто виноват, они не закончатся даже с этим докладом.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, политики будут вечно это муссировать. Ну, нормальные люди, я надеюсь, не будут.

М.КОРОЛЕВА: Ну, вот, это случилось…

Н.ТРОИЦКИЙ: Я отделил политиков от нормальных людей. (смеется)

М.КОРОЛЕВА: Это случилось уже относительно давно. А, вот, то, что произошло с теплоходом Булгарией, это было совсем недавно. Это случилось совсем недавно. И вот сегодня Дмитрий Медведев в Горках на совещании опять очень строго потребовал, потребовал привлечь к ответственности за гибель Булгарии – я вот просто цитирую – «широкий круг лиц, а не только стрелочников и зиц-председателей». Ну, вот, сказал и сказал. Вы верите в то, что это, действительно, произойдет?

Н.ТРОИЦКИЙ: Мне кажется, что эту частную проблему надо рассматривать в контексте судьбы президента Медведева.

М.КОРОЛЕВА: Давайте попробуем.

Н.ТРОИЦКИЙ: Потому что он много чего наговорил в последнее время, и это в том числе и грозных слов, и то, что надо преследовать не только стрелочников. Он развернул планов громадье огромное, небывалое – и удвоение Москвы, децентрализация власти (мы, по-моему, это даже обсуждали), и всякие бесконечные реформы Уголовно-Процессуальных Кодексов, и еще возвращение к пятипроцентному барьеру. То есть, по сути, он за последние несколько месяцев выступил с развернутой политической программой на следующий президентский срок.

А тут вдруг совсем на этой неделе пошли сообщения из неких источников…

М.КОРОЛЕВА: Причем, агентства Рейтер.

Н.ТРОИЦКИЙ: Агентства Рейтер, да, естественно – иначе бы не стоило обращать внимания – о том, что Владимир Владимирович Путин, все-таки, решил вернуться сам на этот пост, а президент Медведев, значит, соответственно, все его планов громадье падает куда-то в пропасть.

М.КОРОЛЕВА: Но причем заметьте, там была вторая часть в этих высказываниях источника – не только что он намерен баллотироваться, возможно, что он близок к решению баллотироваться. Но вторая часть заключалась в том, что это происходит потому, что он не доверяет своему преемнику. Не так ли?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну вот. Вот, что и происходит. Мы эту тему затрагивали в одной из передач как раз с вами, Марина, если я не ошибаюсь, да?

М.КОРОЛЕВА: Ну, по поводу Путина и Медведева?

Н.ТРОИЦКИЙ: Да, да.

М.КОРОЛЕВА: Ну, кто об этом ни говорил.

Н.ТРОИЦКИЙ: Да. Теперь смотрите, что будет дальше. Не, не будем гадать на кофейной гуще, кто из них пойдет. Путин возвращается в президенты. Его выбирают, никаких сомнений. Он ездит на семерки, восьмерки, международные визиты. И везде западные журналисты… Наши-то язык проглотят, а западные будут везде спрашивать: «А что же вы, Владимир Владимирович, так лопухнулись? Почему же вы такого неудачного преемника нашли, что вам пришлось возвращаться и исправлять все, что он напортачил?» Я не знаю, как он будет отвечать на эти вопросы. Ну, что-нибудь придумает, афоризмы какие-то, но это неизбежно.

В дурацком положении оказывается Дмитрий Анатольевич Медведев, который развернул целую программу политическую. Будет ли ее выполнять другой политик Путин, совершенно не факт. Ну, что-то будет, там, удваивать Москву будет, но, например, всякие другие его юридические, например, вряд ли – скорее всего, все это отодвинет.

М.КОРОЛЕВА: То есть вы считаете, что в случае, если Дмитрий Анатольевич Медведев не останется на президентском посту, то и такой, например, план как расширение Москвы может быть…

Н.ТРОИЦКИЙ: Нет, ну, Москву, наверное, будут расширять. Хотя, у нас все может быть. У нас же каждый следующий очень часто отменяет все, что делал предыдущий. Не, это, может быть, оставят. Но все остальное его планов громадье, все оказывается на песке и оно рушится.

Ну, ведь, дурацкое положение Медведева ставит, извините, в дурацкое положение Путина, потому что Медведев стал президентом по воле Путина. И получается, что Путин ошибся, Путин допустил промах, Путин, в общем, допустил существенный провал. То есть выходит, что он такую выстроил систему, что в его окружении нет человека, которому можно было бы доверить страну. Вот, одного нашел, доверил – и тот не справился, и тот ничего не смог сделать, и тот повел не туда. И, вот, он вынужден возвращаться, исправлять.

М.КОРОЛЕВА: Да полно вам, Николай! Ну, скажет человек «Ну да, я немного ошибся», ну что ж теперь? Все ошибаются. Небольшая кадровая ошибочка.

Н.ТРОИЦКИЙ: Не, это серьезно. Это серьезный, очень серьезный удар по репутации государственной власти в России, международной. Не, нашим-то гражданам наплевать – наши граждане нас с вами выберут, если Путин скажет, кого угодно выберут (им все равно).

М.КОРОЛЕВА: Ну, тут я что-то сомневаюсь, но, тем не менее.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну да. Международная репутация – это сильный удар. Что ж такое получается? Чехарда. Приходит, назначает, вроде бы, отошел от дел, нашел продолжателя, потом – нет, продолжатель не справился, он возвращается. Это очень несолидно.

М.КОРОЛЕВА: Смотрите, Николай, вот мы с вами пока, все-таки, комментируем некие источники неподтвержденные, потому что официально никто этого так и не подтвердил. Ну, некие источники Рейтера, на которые ссылались, да?

Но, на самом деле, тут вот я что хотела бы понять? Вот, представьте себе, что Путин берет и официально подтверждает «Да, я иду баллотироваться сейчас на второй срок». А, вот, что делать Медведеву, который остается сейчас до сих пор президентом России и ему еще оставаться им полгода?

Н.ТРОИЦКИЙ: Брать под козырек. Что еще ему остается делать?

М.КОРОЛЕВА: То есть он сразу попадает в положение подчиненного, так что ли?

Н.ТРОИЦКИЙ: Конечно. А как же? Он еще скажет, что он это поддерживает и согласен.

М.КОРОЛЕВА: Хорошо. А если посмотреть с другой стороны, со стороны Медведева. Вот тут представители, ну, скажем так, интеллигенции выступили, письмо интеллектуалов – Мариэтта Чудакова, Дмитрий Орешкин – они призвали как раз Дмитрия Медведева баллотироваться, потому что они считают, что это спасительный шаг для России.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, не спасительный – я с их логикой весьма, в принципе, согласен, правда, считаю, что она куда-то в пустоту адресована. Но это не так важно. Нет, они там все правильно написали. Ну а что делать? У нас же коллегиальные… У нас же тандем решает, не один человек. Что же он, бунтовать будет, Медведев «Нет, не пойду»? Вдвоем они не пойдут – это исключено. Подчинится – никуда не денется. Это не лучший будет вариант для России.

М.КОРОЛЕВА: Хорошо. Ну а если вероятность оценивать? Я имею в виду выдвижение Путина.

Н.ТРОИЦКИЙ: Сейчас 50 на 50 получается, потому что очень активно окружение путинское, которое очень хочет вернуться и они просто боятся за собственные шкуры.

М.КОРОЛЕВА: А его играет окружение, так вам кажется?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, любого, даже самого сильного политика все равно огромную роль играет окружение. Ну, это всегда так. Даже у тиранов и диктаторов. А Путин – все-таки, не тиран, не диктатор.

М.КОРОЛЕВА: Это Николай Троицкий, его особое мнение. Через несколько минут вернемся в эту студию.

НОВОСТИ

М.КОРОЛЕВА: И мы продолжаем программу «Особое мнение». Николай Троицкий, журналист сегодня гость эфира. +7 985 970-45-45, интернет тоже полон вопросами. Кстати, вот один вопрос Николаю Троицкому понравился, мне он понравился тоже – он у меня здесь как раз имеется. Никуда мы не уходим с вами от Путина, и вот вопрос как раз связан с ним.

Н.ТРОИЦКИЙ: Куда же от него уйдешь? (смеется)

М.КОРОЛЕВА: Ну, посмотрим. «Если партию «Единая Россия» сравнивают с КПСС, то с кем можно сравнить ее лидера Путина? С Лениным или Сталиным? И скоро ли случится XX-й съезд партии с развенчанием культа личности вождя (лидера)?»

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, вторую часть я предсказывать пока не возьмусь, а ответ на этот вопрос у меня есть.

М.КОРОЛЕВА: Это насчет XX-го съезда?

Н.ТРОИЦКИЙ: Да, насчет XX-го съезда. Дело в том, что была такая поговорка «Сталин – это Ленин сегодня». А я бы сказал так: «Путин – это Брежнев сегодня». У меня нет ни малейших сомнений. Да, конечно. Причем, имеются в виду, конечно, не маразмат…

М.КОРОЛЕВА: При таком внешнем несходстве?

Н.ТРОИЦКИЙ: Не, ну, внешнее несходство. Но я имею в виду не маразматического Брежнева самых последних лет, когда он там вот так вот говорил, а Брежнева еще в полном расцвете сил, который очень любил, например, автомобили, обожал за рулем ездить тоже, катал Никсона со страшной скоростью по дорожкам своей резиденции, по-моему, на Мерседесе, если я не ошибаюсь. В 70-е годы. Он еще был здоров.

М.КОРОЛЕВА: Ну, не на Ладе «Калине».

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, он мог на чем угодно. Он тоже очень любил все это дело, любил жизнь во всех ее проявлениях (Леонид Ильич), ну, был полон сил. И пришел к власти после, так сказать, лихих хрущевских годов – самоуправства, волюнтаризма, единоличных решений и так далее.

М.КОРОЛЕВА: То есть завинтить и прикрутить.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, немного, да-да, немножко навести порядок или, как у нас сейчас говорят, выстроить вертикаль, да? Какую-то вертикаль партийную выстраивал и Брежнев. Ну, он не в одиночку ее, правда, выстраивал.

М.КОРОЛЕВА: Да. Мне кажется, до него были люди, которые по вертикали были специалисты.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну и Путин тоже, ведь, не в одиночку работает – так не бывает, что один человек все делает. Я понимаю, что стопроцентного сходства невозможно, но абсолютно точно… И главное, что между ними общего – даже не вот эти мелкие детали (там, машины и так далее), а то, что они исходят из принципа основного, вот, в основе их идеологии, философии лежит, я бы назвал такой строчкой Коржавина, «нельзя в России никого будить». То есть в России ничего не надо делать, вот, лучше не трогать, лучше все оставить как есть. Потому что не дай бог тут затронешь, там тронешь. Не, ну привести в порядок, поставить вертикаль и ничего не делать.

М.КОРОЛЕВА: Но мы же помним, чем все кончилось?

Н.ТРОИЦКИЙ: Этим всегда и кончается. В этом-то и опасность.

М.КОРОЛЕВА: Но в данном случае тогда речь надо вести не о XX-м съезде, потому что XX-й съезд был до, а о чем-то другом, правда?

Н.ТРОИЦКИЙ: Конечно.

М.КОРОЛЕВА: Тогда должен прийти там Черненко, Андропов, кто там у нас и дальше Горбачев.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, это не обязательно – это можно обойтись без Черненко и Андропова, без Андропова и Черненко. А вот Горбачев какой-то неизбежен. Безусловно, чем-то это именно так и кончится. Я далек от эсхатологии (эсхатология – это учение о конце света, ну, это к слушателям, не все знают), что, прям, вот, все погибнет, вот, Путин возвращается, это гибель России и так далее. Нет, ну, это чрезмерно. Но, в целом, модель, которую исповедует, которой верен, которую хочет, чтобы ей соответствовала Россия, государство российское, которую хочет Путин, она такая, вот, брежневско-застойная: ничего не делать, дам всем немножко… Ну, как Брежнев говорил? Его там спрашивали…

М.КОРОЛЕВА: Ну, знаете, у Брежнева, может быть, было немножко, а здесь, мне кажется, о немножко-то, в общем, говорить не приходится, имея в виду наши нефтяные и газовые запасы.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, множко, да.

М.КОРОЛЕВА: Вот, мне кажется, все хорошо.

Н.ТРОИЦКИЙ: Но дело в том, что не так плохо люди живут, не настолько плохо. Ну, я, все-таки, тоже бываю и не только в Москве. Нет, есть и ужасные совершенно, страшные регионы, а есть, где вполне можно. Брежнева же спрашивали «А как же люди могут жить на такую зарплату?» Это же известная история, он сказал: «О. Я же знаю, что никто не живет на зарплату». Это цинизм такой, хороший здоровый государственный цинизм.

М.КОРОЛЕВА: А как вам кажется, Путин мог бы так ответить?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, так бы, может, не ответил – он мог бы еще похлеще ответить. Но он – такой же циник в этом смысле, он тоже понимает прекрасно, что эти воруют, там воруют, что коррупция пронизывает все. А бороться с коррупцией невозможно, потому что борьба с коррупцией у нас получается как борьба с системой, борьба с самим государством.

М.КОРОЛЕВА: Тогда еще один вопрос из интернета – он, собственно, продолжает то, о чем мы говорим: «А как вы думаете, смог бы Путин, уйдя из власти как Буш, Клинтон, Блэр, ездить по миру, читать лекции, участвовать в международных благотворительных акциях? Или его будут преследовать по всему миру?»

Н.ТРОИЦКИЙ: Не, ну, преследовать, я думаю, особо не будут. Не, ну, какие-то демонстранты там бы выходили с плакатами, но не более. Он бы с удовольствием, он вообще человек-то…

М.КОРОЛЕВА: Да он-то наверное.

Н.ТРОИЦКИЙ: Да, он – человек как раз в этом смысле не настолько властолюбивый. Если он вернется, то не потому, что ему так этого хочется.

М.КОРОЛЕВА: Николай, вы серьезно это?

Н.ТРОИЦКИЙ: Быть президентом снова?

М.КОРОЛЕВА: Да?

Н.ТРОИЦКИЙ: Да, серьезно.

М.КОРОЛЕВА: Вы думаете, что ему этого не хочется?

Н.ТРОИЦКИЙ: Быть президентом? Я думаю, не хочется. Он до этого уже 8 лет был президентом. Это, в общем, хлопотная должность-то. Это, вот, ездить… Это не так вот ездить как отставники.

М.КОРОЛЕВА: А зачем же тогда? Ну, вот, скажите, что для блага народа. Ну, вот, скажите.

Н.ТРОИЦКИЙ: Нет, не скажу.

М.КОРОЛЕВА: А для чего тогда?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, причем здесь благо народа? Как для чего? Для того, чтобы сохранить… Вот, он же… Это его философия, он, действительно, считает, что ничего менять не надо, что не нужно никакой модернизации. Он, действительно, так думает. Он верит в это и он считает, что это благо. Ну, в общем, да.

М.КОРОЛЕВА: Ну так не для людей не надо, а для себя не надо. Правильно же? Ну и для своих близких людей.

Н.ТРОИЦКИЙ: В общем, даже, пожалуй, я скажу: даже для блага народа, как он его понимает. Он считает, что так лучше для всех. Для своей семьи – причем здесь – он может быть кем угодно, у него все в порядке. Нет, он полагает искренне, что именно так лучше.

М.КОРОЛЕВА: Еще один вопрос связан с Народным фронтом. Как вы к нему относитесь? Ну, вы знаете, наверное, эту историю и сегодняшнюю в том числе. Александр Бабаков, которого так все ждали, в смысле, его объявления о том, что он-таки уйдет из «Справедливой России» и вступит в Народный фронт. Вот, он вступил в Народный фронт, о чем объявил, и сказал, что из «Справедливой России» уйдет. Ну, на этом «Справедливая Россия», как сегодня говорили многие аналитики, видимо, закончится, а Бабаков – молодец (тоже говорили некоторые аналитики).

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну а чего? Мелкая фигура, банальный флюгер-перебежчик. Чего особенного? Ну, пошел туда, где сытнее, где надежнее. Сейчас многие пойдут.

М.КОРОЛЕВА: Но ваше-то отношение к Народному фронту? Идея-то хорошая?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, оно никак не связано с приходом туда какого-то Бабакова, честно говоря. Народный фронт – идея была задумана, чтобы закамуфлировать «Единую Россию», которая, в общем, несколько поднадоела и воспринимается уже как партия такая, чиновников. Вот, собственно, для этого.

М.КОРОЛЕВА: А получится закамуфлировать? Получается?

Н.ТРОИЦКИЙ: Не, уже не получилось. Уже не очень получилось, тем более там начались праймериз, потом они со страха чего-то их стали прекращать, потому что вдруг неожиданно губернаторы стали не те места занимать как предполагалось, скандалы пошли. Да нет, ну, это…

М.КОРОЛЕВА: А как вам кажется, почему не получается? Вот, как только объявили о Народном фронте, сразу почему-то смешки пошли, шуточки какие-то, анекдоты. Вот, почему?

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, потому что Народный фронт – это вообще…

М.КОРОЛЕВА: Но считается, что народ любит Путина. Любит же Путина.

Н.ТРОИЦКИЙ: Да народ-то любит Путина, но не «Единую Россию». Вот. А Народный фронт-то – какая разница народу, называется это «Единая Россия», Народный фронт, еще какой-нибудь, там не знаю, Объединенно-патриотическая партия борьбы за мир, бог знает как. И вообще, что это за Народный фронт? Народный фронт был во Франции в конце 30-х годов как противостояние усиливающейся нацистской Германии. Народные фронты были в Прибалтике – ну, там понятно, боролись с советской властью за независимость. За что борется этот Фронт-то? Фронт – он против кого?

М.КОРОЛЕВА: Вы меня спрашиваете?

Н.ТРОИЦКИЙ: Против Медведева, что ли? Ну, смешно же это, честное слово. (смеется)

М.КОРОЛЕВА: Нет. Мне кажется, он не против кого, он, скорее, за. Ну, за себя, например, за свое имущество.

Н.ТРОИЦКИЙ: Поэтому смешки пошли совершенно правильно, потому что название дурацкое, честно говоря. Но даже не в этом, не в названии дело. Все равно проголосуют, конечно, и получит «Единая Россия» свои проценты, ей помогут. А, вот, «Справедливую Россию», скорее всего, похоронят.

М.КОРОЛЕВА: Еще один вопрос, связанный с событием вот этой недели, тоже, может быть, вы следили за процессом, который был в таком маленьком городке Вельске Архангельской области. Платону Лебедеву там отказали в условно-досрочном освобождении. Ну, несколько дней журналисты следили за тем, что там происходит. Не очень, в общем, все и надеялись, но, вот, все-таки, отказали. Причем, отказали по неким, ну, таким, достаточно смехотворным основаниям.

Н.ТРОИЦКИЙ: Ну, анекдотическим даже. Да. Ну, это уже многие это все говорили, так что я даже не хочу про эти тапочки и штаны вспоминать. Вот. Насчет «не надеялись» — наоборот, даже была такая версия, она муссировалась и активно обсуждалась, издевательского такого, иезуитского характера, что власть решила дать УДО Лебедеву, но оставить Ходорковского.

М.КОРОЛЕВА: Было такое, такая версия тоже была.

Н.ТРОИЦКИЙ: И это было бы, конечно… Ну, это было бы издевательский, иезуитский, но хоть какой-то обдуманный ход. А так – это полное…

М.КОРОЛЕВА: Но а вы можете это чем-то объяснить, что человека, ну, не очень здорового, не очень молодого и, в общем, уже ничем никому не опасного не выпустили?

Н.ТРОИЦКИЙ: А чем объяснить? Вот, я не верю в то, что этому судье Распопову звонили из Кремля и говорили «Не выпускай». Это судья Распопов просто испугался, я считаю, и не захотел брать на себя никакую инициативу.

М.КОРОЛЕВА: Такая самоцензура, что ли?

Н.ТРОИЦКИЙ: Да. Конечно. Но это же и с Бахминой так было. Сначала первым делом даже Бахмину, первое решение где-то там, в Мордовии, по-моему, первого уда тоже было отказать, на всякий случай.

М.КОРОЛЕВА: Как вы думаете, они выйдут раньше своих сроков?

Н.ТРОИЦКИЙ: И под давлением, потом под давлением, когда объяснили, что «ребят, ее можно выпускать», тогда уже следующий суд предоставил. Нет, я думаю, что нет.

М.КОРОЛЕВА: Ни Ходорковский, ни Лебедев?

Н.ТРОИЦКИЙ: Я думаю, что… Хотя… Ну, опять все зависит от того, кто у нас будет следующим президентом.

М.КОРОЛЕВА: Но об этом уже в следующий раз. Николай Троицкий, журналист, я – Марина Королева, программа «Особое мнение». Счастливо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире