'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 30 июня 2011, 19:08

О.ЖУРАВЛЕВА: «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, наш гость сегодня – писатель Михаил Веллер. Здравствуйте, Михаил Иосифович.

М.ВЕЛЛЕР: Вечер добрый.



(Голосование закончено в 19:43)



О.ЖУРАВЛЕВА: У нас есть так называемая кардиограмма эфира, где можно соглашаться или не соглашаться с тем, что говорит наш гость. Для этого нужно найти на наш сайт и найти вот этот вот график, который сейчас уже начал работать. У нас есть еще видеотрансляция для радиослушателей, компания Сетевизор ее предоставляет. И, разумеется, самое главное – это ваши вопросы. +7 985 970-45-45. Сюда можно присылать вопросы к Михаилу Веллеру и комментарии по ходу дела. То, что было прислано до начала эфира по интернету, тоже, в общем, любопытные вещи спрашивают. У вас спрашивают обо всем, вот, как к господу к вам обращаются.

М.ВЕЛЛЕР: То есть Ленин не стенке, мы все под ним чистимся.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, да. Кстати! Кстати о «чиститься». Владимир Путин выступал в своем партийном кругу, скажем так.

М.ВЕЛЛЕР: Прошел партийную чистку?

О.ЖУРАВЛЕВА: Нет. Он сказал, что…

М.ВЕЛЛЕР: Традиции 20-х?

О.ЖУРАВЛЕВА: ...что после того как все закончится, после выборов он перейдет к гигиеническим процедурам как буквально, так и политически. Потому что это все очень грязно будет. Эти выборы будут грязными. И ему придется помыть руки.

М.ВЕЛЛЕР: Это мне напоминает героя моих пионерских лет, когда один парень врачом в Антарктиде, в Мирном сам себе в зеркало удалил аппендицит. Было дело.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, да. А он себя шьет, понимаете? Большими-большими стежками, да.

М.ВЕЛЛЕР: То есть а после этого мы приступим к очистке. То есть выиграем сражение мы с теми, кто есть, а потом начнем разбираться. Ну, отличный командирский принцип, да-да-да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, я не знаю. Может быть, в этом есть какой-то еще глубокий смысл? Может быть, умыть руки после всего этого и вообще уйти из политики стоит?

М.ВЕЛЛЕР: То есть, вы знаете, можно умывание рук заменить обещанием умывания рук. Это тоже очень хорошо. И так Том Сойер: он немного воды плескал себе на лицо, и потом старательно полотенцем начинал тереть грязные руки. Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну хорошо. Тогда про другого лидера несколько слов. Джип Медведева едва не раздавил толпу людей. Заголовок был замечательный совершенно: «Президент не справился с управлением».

М.ВЕЛЛЕР: Во! Именно в таком джипе должен ездить президент достойной державы, чтобы этот джип мог раздавить большую толпу сразу. Правильно. Хорошо. Гулливер в стране лилипутов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, инженер спрашивает, Антон86: «Может быть, это какой-то нехороший знак свыше?» Если с управлением джипом человек не справляется, может, это, действительно, о чем-то говорит?

М.ВЕЛЛЕР: Ну да. Когда некоторые люди в Древнем Риме, высаживаясь на берег, падали, это цезарь говорил: «Я держу тебя, Африка» и стал ее хозяином.

О.ЖУРАВЛЕВА: А! То есть реплика должна была быть правильная.

М.ВЕЛЛЕР: Да-да-да. А когда Красс упал, высаживаясь, и легионы просто оледенели от ужаса, Красс сказал, что обойдется. Но не обошлось. Все зависит от присутствия духа. Как можно терять то, чего почти нет? Вот это, конечно, дурацкая нехитрая такая шутка. Но я не думаю, чтобы президенту грозило потерять управление. Нет-нет, все в порядке. Там всегда найдется надежная рука, которая поддержит. То есть и справа всегда сидит или Сурков, или Путин, и они – не единственные достойные серьезные люди в правительстве. Я думаю, товарищи всегда поправят товарища.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тогда, если можно, в продолжение. Временно безработный из Уфы интересуется: «Вот, все, кто здесь выступают со своим особым мнением, наперебой критикуют Путина и Медведева. А кого они могут предложить взамен? Что-то не видно достойных альтернативных кандидатур кроме принца Генри, конечно». Видимо, принц Гарри имеется в виду – я не знаю. Может, и Генри.

М.ВЕЛЛЕР: Абсолютно справедливое письмо, абсолютно правильное замечание. Первое. По-моему, это единственное место, где 2 достойных лидера подвергаются критике, ибо во всех остальных местах критиковать их запрещено. Так что можно считать, что вся критика народа и страны выливается в не такое толстое угольное ушко «Эхо Москвы». Это ж надо понимать. Вот такое распределение рупоров СМИ.

Второе. Неустанно бдят соответствующие люди, чтобы никаких конкурентов не могло появиться и близко, чтобы никакие партии не регистрировались, чтобы никакие митинги не происходили, чтобы никто никуда не высовывался и чтобы всегда можно было сказать «А кого? Вот, кого можно поставить рядом с товарищем Сталиным, когда он расстрелял всех товарищей по партии, революции, гражданской войне и первой пятилетке?»

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, Михаил Иосифович, никого не расстреляли. Вот, прекрасный Прохоров.

М.ВЕЛЛЕР: Правильно. Достойные гуманные люди. Совершенно справедливо. Абсолютно никого не расстреляли, разрешают уезжать за границу, разрешают заводить бизнес. То есть большое спасибо, но конкурентов не потерпим. Как говорил один герой Высоцкого, «морской закон суров – кирпич на шею и за борт. Конкурента не потерплю».

О.ЖУРАВЛЕВА: Но тогда объясните, пожалуйста, что за история с миллиардером Прохоровым?

М.ВЕЛЛЕР: А, ведь, правда, в него можно влюбиться. Какой достойный мужчина высокого роста. Вы знаете, это восхитительно. У меня до сих пор где-то там ползает статья (не знаю, куда выползает) под названием «Михаил Прохоров как пугало либерал-капитализма».

По-моему, конструкция получается очень простая. Наши олигархи, которые равноудалены, они хотели бы быть равно или неравно приближены. Они у нас почему большие либералы? Потому что свободу понимают как свободу бизнеса на диком рынке, где сильный делает все со слабым, от слова «libertas», «liberia» — свобода. А одновременно они говорят, что «свобода – это для творческой интеллигенции. Допустим, Любимову плюнуть в театр, а актерам получать по миллиону каждому, потому что свобода искусства, свобода СМИ. Мы покончим с маленькими зарплатами врачам, мы покончим с безобразием ЕГЭ и учителям. И потом посмотрите», — скажут олигархи, которые отсыпят деньги интеллигенции. И уже пришел Ярмольник и уже пришел Маргулис. То есть мы – замечательные друзья. Что их туда занесло? Может быть, они после концерта слишком отмечали? Я не знаю. Чудные люди. Что они там делали? Они сбились с пути? Им поставили фальшивый указатель? Вот, артисты, творческая интеллигенция. Творческой интеллигенции скажи, что будет свобода слова и прозрачность власти. И все. Гамельнский Крысолов отдыхает. Дружными рядами за дудочкой в море.

А для того, чтобы люди не голосовали за проклятых олигархов, которые скажут «Ребята, мы страдали вместе с вами, мы томились в темницах вместе с Ходорковским и Лебедевым, мы вообще гибли в изгнании вместе с Березовским и Гусинским. У нас отбирали все, то есть последние яйца Фаберже на алтарь отечеству и так далее»... Вот этого быть не должно. И тогда берется самый одиозный скомпрометированный из всех олигархов. Хуже только Абрамович, который сидит в Лондоне на деньгах как велено и так далее, а здесь с этими Куршавелями, с этими самолетами моделей, с этими предложениями 12-часового рабочего дня кто проголосует за Прохорова? Кто кроме городского сумасшедшего проголосует за Прохорова? Вот вам пугало олигархов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Давайте продолжим про пугало олигархов в том числе. это Михаил Веллер, гость сегодняшнего «Особого мнения» и, собственно, его высказыватель, особого мнения. Меня зовут Ольга Журавлева. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с вами программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева, наш гость – писатель Михаил Веллер. Не забывайте писать писателю +7 985 970-45-45. Ну, если уж так уж про выборы, уже про партии, уже про всех поговорили, самый простой вопрос от предпринимателя из Владимира, если я правильно понимаю: «Михаил Иосифович, вы пойдете голосовать на выборах в Думу?»

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, я голосовал единственный раз в жизни в Таллине в незапамятно советском году, когда…

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы все еще эстонский гражданин?

М.ВЕЛЛЕР: Да. Когда девушка пришла и сказала со слезами, что она понимает, но пока я не проголосую, ее не отпустят домой. Ну, я ж не зверь какой-то. Я, конечно, встал, оделся, пошел, проголосовал. Она мне сказала «Спасибо», я ей сказал «Извините» и так далее. Ну что вы? Ну, какие выборы? Выборы делаются без нас.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это антигражданский просто поступок.

М.ВЕЛЛЕР: Это… Понимаете, вот, когда выборы честные, то за неявку на выборы просто по греческим законам, кто над схваткой – того вне закона. Но то, что происходит здесь… А смысл? А смысл?

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть «Доктор, я буду жить. А смысл?»

М.ВЕЛЛЕР: Да-да-да. «Фигово, но не долго». Это, ведь, ну, совершенно превратился в протокольную процедуру, когда передвигаются какие-то фигуры, вот то, что было сейчас: Миронова убрали, Матвиенко поставили. Кто куда чего где за кого голосовал? О чем вы говорите! То есть вертикаль власти – она окрепла, огипсовела, ей только мешают все эти глупые разговоры.

О.ЖУРАВЛЕВА: А с другой стороны, может быть, действительно, вот когда говорят о том, как замечательно в Белоруссии – а, ведь, говорят, говорят непрерывно об этом, и в том числе пенсионерка из Петербурга пишет: «Буду краткой. Была в Белоруссии под Гомелем. Все отлично. Ничего из того, что показывают, рассказывают наши СМИ не видала, видала чистый, ухоженный Гомель, где ипотека на квартиру до 70 квадратных метров – 1%, а выше – 3%. Полностью работает все производство, областные сельхозугодия в пору показывать как образец. Может, я спятила и была где-то в другом месте? За что они так Белоруссию?» — спрашивает Наталья. На самом деле, чтобы было вот так, то тогда если на площади кто-то зааплодировал или, не дай бог, промолчал, то за это надо арестовывать. И тогда все будет работать вот именно так, красиво и хорошо.

М.ВЕЛЛЕР: Конечно, вот, чтобы деспот – этого недостаточно. Еще надо, чтобы был просвещенный абсолют – так и этого недостаточно. Еще надо, чтобы он имел в виду благо Родины. Нам, ведь, чего чуть-чуть не говорили? Говорили, но немножко. Что, вот, на границах там таможенники свирепствуют, ОМОН, не пускают граждан, которые, ну, простые люди, нормальные челноки. Они что делали? Это те самые нормальные спекулянты, которых, может быть, в отдельных случаях в 1918 году правильно ставили к стенке.

Поскольку в Белоруссии государство дотирует массу потребительских товаров и цены несравненно ниже, чем в России и соседней Литве, то они покупают в Белоруссии по этим ценам и хотят их перевозить через границу, там продавать и на эту разницу жить. То есть они государственные деньги, которые вкладываются, уводят товар из страны и перекачивают в свой карман. Когда наши челноки возили все из Пакистана, из Китая и так далее, страны радовались. Потому что покупались товары по их рыночным ценам, на рынке освобождались места для следующего производства, они привозили сюда потребителям.

А здесь элементарная совершенно спекуляция там, где вкладывается. Все, что говорится про Лукашенко, насколько я знаю, отрицательного, более или менее соответствует действительности. Да, тиран, да, подтасовано, да, непрозрачно, да, узурпировал, да, разгоняет ОМОНом и отдельные представители ОМОНа – такие, чудесные племенные быки в форме. Да. Но при этом, понимаете, когда у нас в 1991-92-м пришли к власти, в основном, золотые же люди. Вот, интеллигенты, которые хотели всего хорошего, которые были образованы, и все вот так уже вздохнули, вот, радостно, все помнили 20-е числа августа. А потом через несколько лет оказалось, что распродано все, что все обнищали, что наверху все продажно и сговорено, и что как, собственно, с этим жить.

Так вот, покуда в Белоруссии, где нет никакого сырья и так далее, заводы и фабрики не вставали и занимаются они переработкой, а не добыванием сырья, да, он ходит по миру с протянутой рукой и просит кредиты, больше всего у России. И на эти кредиты, понимаете ли, в стране поднимает жизненный уровень. Все правильно.

А когда Россия просила кредиты, их разворовывали, на них не поднимали жизненный уровень и в производство их тоже не вкладывали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так, может быть, нам тоже эта модель как раз и подходит? Или у нас просто страна слишком большая?

М.ВЕЛЛЕР: Если бы у нас Лукашенко баллотировался в президенты, я вас уверяю, вот эта толпа пошла бы за него голосовать. Это ничего, что он – директор совхоза. А чем директор совхоза хуже, допустим, кандидата наук или разведчика? Он к хозяйству с детства более склонен. Таким образом, это тот удивительный случай, когда, ну, не то, чтобы диктатура, а, все-таки, единоправие, которое само по себе нехорошо, в которое невозможно пикнуть…

О.ЖУРАВЛЕВА: Так чем оно нехорошо? Как это все замечательно?

М.ВЕЛЛЕР: Оно нехорошо тем, что газеты напоминают советские, телевидение напоминает советское и так далее, и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это стабильность.

М.ВЕЛЛЕР: Нет, ну, (НЕРАЗБОРЧИВО), ради бога, спасибо, что вы мне вот так. Мы должны сказать как 20 лет назад, самая большая стабильность на кладбище. Стабильность хороша на разном уровне. Стабильность наверху – отлично, стабильность внизу – плоховато.

Когда люди не имеют права выражать себя, взять и сказать «А, вот, мы хотим Иванова в президенты Белоруссии. Вот, какого лешего? Мы хотим зарегистрировать и проголосовать», ну, вот, немного не получится, немного разгонят. Нет, ну, конечно же, это плохо. Но то, что получается в результате, по сравнению с Германией это может быть плохо. А по сравнению с Россией это, скорее, хорошо. Потому что когда (ну, видимо, долго ему, все-таки, не усидеть) золотые честные ребята придут к власти… Вы знаете, я был первым в Советском Союзе, кто стал печатать одного из золотых ребят. Он уже не в Белоруссии, его звали Зенон Позняк – борец за независимость Белоруссии, а я в это время работал в таллинском журнале «Радуга», заведовал там русской литературой. Так вот, когда потом Позняк призывал народ выйти на демонстрацию в память годовщины победы Белоруссии над Россией, то, в общем, в самом деле, этим людям место в психиатричке. Большое спасибо, нашел где накачивать национальную рознь.

А претензия, ведь, к Белоруссии одна. Лукашенко не хочет ее продавать. Он не хочет проводить приватизацию важнейших и ценнейших объектов с допуском на рынок русского капитала. Если он это сделает, то в Белоруссии через год будет гораздо хуже, чем в России. А пока лучше. И трубу, негодяй, не хочет продавать, свой кусок нефтяной и газовой.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну так вот ему электричество и отключили.

М.ВЕЛЛЕР: Совершенно справедливо.

О.ЖУРАВЛЕВА: Следующее, что произошло, вот новость, которая появилась, что накажут там министра связи или, там не знаю, электроэнергетики или еще какого-нибудь министра. Может быть, уже в таком случае уже договорились о каких-то интересных активах?

М.ВЕЛЛЕР: Я думаю, что там постоянно идут подковерные разговоры. И насколько я знаю, что называется, по непроверенным данным из безымянных источников, российский олигархический капитал начал проникать на белорусский рынок, пропал Калабуховский дом. Думаю, что пройдет сколько-то лет, например, 10 и белорусы еще начнут собирать деньги на золотой памятник Лукашенко по сравнению со следующим и с той жизнью, которая будет при нем.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну то есть выхода нет абсолютно никакого. Получается, что тиранство и деспотия вот в таком виде не живет, потому что у них нет экономических ресурсов для этого. И сама эта схема не работает, по большому счету. Только на дотациях, только на каких-то вот этих договоренностях.

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, это мне напоминает вопрос молодого лорда Честерфилда отцу. Он страдал от несчастной любви и спрашивал: «Что же мне делать?» На что отец, умудренный опытом, авторитетно отвечал: «Как это что? Страдать».

Вот, я боюсь, что это похожий случай. Да, это скверная ситуация. Если бы сбоку была бы вместо России какая-нибудь такая, социалистическая добрая Швеция, то могло бы и сложиться иначе. А так, я боюсь, долго не простоять.

Причем, заметьте, в Средней Азии постсоветской наступил средневековый феодализм и полная нищета. И уж там, что касается демократии, в страшном сне это слово никому даже на стенке не видится. И все в порядке. И у нас про них не говорят ни про какого Туркменбаши ни слова плохого, потому что с туркменским газом вопросы решены. Клан Алиевых согласно мнению народа Азербайджана приватизировал бакинскую каспийскую нефть. Ни слова плохого про клан Алиевых. Ребята валят со всего этого постсоветского пространства на заработки в Россию – ни про кого ни слова плохого. Вот, только батька Лукашенко подкачал. Подкачал, негодяй, продавать не хочет. Вот, падла.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Ага. Продавать не хочет, а денег хочет?» — спрашивает Илья из Тулы.

М.ВЕЛЛЕР: Да, совершенно верно. А вы хотите денег? Сколько Россия должна всем? Ровно столько, сколько стабилизационный фонд, примерно 550 миллиардов долларов. Так что если кто думает, что этот фонд есть, успокойтесь: его нету. Сальдо с бульдо равно большому математическому нулю.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Прекратите нести ахинею», — пишет вам наш слушатель.

М.ВЕЛЛЕР: Сейчас прекращу.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Смартбой» он себя называет. «В Белоруссии цены в 3-10 раз выше, чем в России – почитайте новости. Беларусь – чемпион по инфляции». Ну, последняя же история была…

М.ВЕЛЛЕР: У парня перегрелась голова. Если вы имеете количество нулей в зайчиках, то это отдельная денежная единица. Если вы имеете цены в твердой валюте, то нужно немножечко мозги поставить на место в черепную коробку. Потому что в России цены с каждым годом растут не в рублях, а в долларах, в евро и во всех остальных валютах. Потому что рубль относительно валют совершенно отлично стоит уже давно. А цены растут во всем. А нам объясняют, что рост цен – это инфляция. Это вроде как негр Том сказал остальным неграм на плантации, что банк лопнул. Вот точно та же самая фразеология.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спрашивает Антон из Красноярска: «Тимошенко жалко?» У нее сегодня арест на имущество был наложен, ну и вообще там судят со страшной силой. Вам жалко Тимошенко?

М.ВЕЛЛЕР: Восхитительная женщина. Маленькая, хрупкая, с приделанной косой на крашеной блондинке, которая среди этих тупых мужланов, вот, просто вызывает уважение ко всей прекрасной половине человечества. Жалко – нет, немножечко не жалко. Во-первых, потому что денег там много и нищета ей не грозит. Во-вторых, потому что, я думаю, раньше или позже она, все-таки, им всем еще покажет. Она умнее, чем они, и она сильнее, чем они. Ну, иногда немножко зарывается, может быть.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, в таком случае, как вы считаете, это повод, вот то, что ей инкриминируется? То, что она заключила вот эти соглашения с Россией. Считают деньги, которые Украина потеряла на тех договоренностях, которые заключала в бытность свою на руководящих должностях Тимошенко.

М.ВЕЛЛЕР: Если мы посчитаем все деньги, которые потеряли все постсоветские государства на договорах своих лидеров, то это будет такая сумма, что мы можем купить Америку и заставить американцев работать на нас.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так, давайте! Давайте всех посудим.

М.ВЕЛЛЕР: Нет. Они рассованы по частным карманам. Как ответил Алексашка Мин Херц Петру Алексеевичу, который пригрозил вешать на веревке каждого, кто украдет любой ценой дороже веревки? «Государь, останется без единого подданного». Я думаю, что миллиардер вообще постсоветский и миллиардер Тимошенко, в частности, на руках имеет не то, чтобы белые перчатки, а такие рабочие, боевые рукавицы, которые в саже, в крови, во всем на свете как у всех у них. Она виновата не больше и не меньше, чем любой из них. Их всех можно посадить в один поезд и отправить, допустим добывать золото на Колыму, которое все равно, правда, украдут по дороге.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну то есть вы не верите, что, будучи каким-то, там я не знаю, премьером или президентом, человек может искренне совершенно пытаться помочь своей стране, например? Совершить ошибку?

М.ВЕЛЛЕР: Нет, верю. И пытаться может, и совершать ошибки может. Но что касается ангельских крыльев в чехлах с таблетками нафталина от моли, то ни у кого из них их, конечно, нету, и сажать можно их всех – и Кучму, и Кравчука.

О.ЖУРАВЛЕВА: Можно или нужно?

М.ВЕЛЛЕР: Ну, вот, что касается «нужно», вопрос: «Что после этого тогда будет?» Справедливость – это чтобы и по вертикали, и по горизонтали оно все было более или менее уравновешено. Если мы посадим Тимошенко в тюрьму, а Янукович будет на престоле, то вряд ли это пойдет на пользу Украине. Я допускаю, что обратная ситуация принесла бы Украине больше пользы. А кто из них сколько украл, этого мы не узнаем никогда. И не дай бог, если узнаем (это опасная информация). Потому что, по-моему, по каналу РЕН ТВ проскочила фраза страшная, не понимаю как или, может быть, наоборот зачем, когда говорит журналист о Тимошенко, что «ну, деньги-то же Украина не платила. Промежуточная фирма была. Украина-то и платила, а она-то России не отдавала. Европейский суд разобрался, сказал «Украина не причем». Это ужас!

О.ЖУРАВЛЕВА: Об ужасах с Михаилом Веллером в программе «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: С вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, у нас в гостях писатель Михаил Веллер, и это его особое мнение мы сейчас и слушаем. Вам задают такие, вот, короткие, но емкие вопросы. «Вопрос гостю, — Александр пишет. – Конституционный суд разрешил критиковать начальство. Хорошо теперь заживем, а?»

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, мне очень нравится, когда без всякого Конституционного суда уже полвека назад в Японии на крупных фирмах стали ставить на дороге в столовую фирмы резиновые раскрашенные в натуральный рост, похожие на оригиналы, чучела, муляжи, куклы всего руководящего состава. А рядом лежали дубинки типа бейсбольных бит, чтобы любой уборщик мусора мог избить генерального директора фирмы резинового этой дубинкой. Отметили психологи, что это резко повышает хорошее настроение, жизненный тонус, способствует взаимопониманию между социальными этажами и повышает производительность труда. Вот, если бы у нас такое сделали… Помните, была программа «Куклы»? Но мы не японцы – не то головы не такие, не то глаза шире.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но здесь есть один нюанс. Дело в том, что сотрудникам государственных всевозможных структур публично высказываться всегда очень сложно. Потому что если они говорят о каких-то недостатках своей собственной конторы, то возникают проблемы в конторе, естественно. Вот, КС сказал, что имеет право человек выступить по телевидению и сказать: «Да, вот у нас, в нашей службе есть такие-то проблемы». Но, ведь, это, действительно, хорошо. Мы же хорошо должны зажить? Это же, действительно, логично?

О.ЖУРАВЛЕВА: Мне очень нравится песня Тимура Шаова «Хорошо-хорошо» и так далее. По Курту Воннегуту «Хорошо-хорошо» — это очень хорошо. Конечно, хорошо. Как сказал когда-то Марк Твен про Америку (в Америке можно было), что «у нас есть тра-та-та, та-та, та-та, закон и правосудие, и намерение никогда этим не пользоваться». Вот, майор Дымарский покритиковал начальство.

О.ЖУРАВЛЕВА: Дымовский.

М.ВЕЛЛЕР: Как?

О.ЖУРАВЛЕВА: Не обижайте Дымарского. Дымовский.

М.ВЕЛЛЕР: О боже, простите! Это по Фрейду (потому что он недалеко находится). Простите. Да, разумеется. Майору приношу извинения. Дымарскому – нет, потому что, ну, достойный, да? Слушайте, этот майор с Дальнего Востока… То есть кормить солдат собачатиной (простите, собачьими консервами) можно, но говорить об этом – ни-ни. Так что эдак мы с критикой…

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы мне другое скажите.

М.ВЕЛЛЕР: А скажите, а в правительстве тоже можно критиковать начальство? В президентской администрации.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, если Медведев критикует действия правительства, значит, можно.

М.ВЕЛЛЕР: Он не снизу, он сверху. У нас по Конституции он…

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы верите в это.

М.ВЕЛЛЕР: По Конституции де-юре президент – он гарант, и ему можно. Но без Конституции я не знаю, потому что иногда выражения лиц немного не соответствуют, так сказать, официальному юридическому статусу. Ну, что ж поделать? Вообще, у них самое солидное лицо у Суркова, конечно. Еще у Сечина.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, ладно. Вы говорили уже о том, что всех можно посадить и по горизонтали, и по вертикали, было бы желание.

М.ВЕЛЛЕР: Нет-нет, ну что же вы? Ну что же вы меня прямо в императоры Нероны? Ну, кое-кого – святое.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, кое-кого стоит. Вот история совершенно классическая. ЕГЭ все ругают, все понятно.

М.ВЕЛЛЕР: Фурсенко. Фурсенко на Колыму, безусловно…

О.ЖУРАВЛЕВА: Поможет?

М.ВЕЛЛЕР: ...Если не может катать тачку, учетчиком. Вот, шейку завязать полотенцем, блокнотик, карандашик, на ноги булки, которые из тряпья пошиты, и учитывать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо-то станет после этого, Михаил Иосифович?

М.ВЕЛЛЕР: Чего?

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо-то после этого станет?

М.ВЕЛЛЕР: Во-первых, восстановление справедливости всегда улучшает настроение людей – об этом знали еще русские цари, когда кого-нибудь боярина выкидывали на расправу. Порвут – и, вроде, повеселели, вроде, дело сделали. А кроме того, чтобы другим не повадно было. А кроме того, следующий задумается: может быть, надо вести себя иначе. То есть эта мера, разумеется, недостаточная. Как сказал Лебедь про Чубайса: «Ну, повесим мы Чубайса, а дальше что?» Вот, сначала нужно, конечно, знать «дальше что?». Но мера была бы совершенно прекрасная. Он себе уже наработал на пожизненных лет 10, как та гениальная фраза братьев Вайнеров, озвученная Высоцким: «Ты уже на свободе лишних года 4 переходил».

О.ЖУРАВЛЕВА: Михаил Иосифович, на самом деле, история с ЕГЭ, которую мы тут бурно обсуждали в эфирах «Эха Москвы», свелась к тому, что обнаружилась сдача экзаменов одними за других. Но это всю жизнь было.

М.ВЕЛЛЕР: Да, это всегда бывало.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это было безо всякого ЕГЭ.

М.ВЕЛЛЕР: Да. И списывали, и шпаргалки, и все на свете.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. И ходили сдавать зачеты и так далее. Но в данной ситуации все вылезло, мошенничество на государственном экзамене, повыкидывали сотрудников Наробразования, ушли по собственному желанию студенты, уволилась директор школы. Кто здесь виноватей, как вы считаете? Родители, которые проплатили?

М.ВЕЛЛЕР: Знаете, я, вот, заезжаю, говорю, вечно с конца как стратегический бомбер на посадочную глиссаду, за 200 километров. Во-первых, надо отметить, что если бы злые американские враги велели конспиративному и послушному российскому правительству развалить систему образования и тем самым прервать культурное самовоспроизводство, то эти проплаченные американские шпионы не смогли бы сработать лучше. Потому что уровень невежества продолжает расти и заслуга ЕГЭ в этом тоже совершенно неотклонима и неоценима. Это совершенно порочная методика, потому что попытки решать вопросы зазубриванием вместо понимания ведут к интеллектуальной деградации.

О.ЖУРАВЛЕВА: Не соглашусь. Знаю людей, у которых как раз с пониманием все в порядке, и при помощи этого понимания они в состоянии решать эти тесты без зазубривания. Такое тоже случается. Есть такие, вот, какие-то удачные дети.

М.ВЕЛЛЕР: Есть. Но можно вызубрить и сдать. И ответ на вопрос «Как звали возлюбленную Онегина? Ирина, Серафима и так далее», ну, это ужасная метода. Потому что можно забыть, как ее звали. Ну, вылетело у него, имя Тани вылетело. Но можно понимать, в чем дело. Вот вы знаете, из 100 человек 99 не ответят, как звали маму и папу Пушкина. Вот, няню Ариной, дядю Василием Львовичем, а маму и папу – а черт их знает? Понимаете, да?

О.ЖУРАВЛЕВА: А зачем?

М.ВЕЛЛЕР: Правильно. Но, все-таки, они представляют, что такое был Пушкин и что он написал, и что он сделал в русской литературе. Если вы в тесте им напишете «имя и отчество матери и отца Пушкина», никто не ответит. Вот, поэтому это немного неправильная метода.

Когда Эдисон, который по тестам набирал себе сотрудников, дал это почитать еще молодому Эйнштейну (а Эдисон был старый и маститый), Эйнштейн почитал – там, скорость ветра в такой-то среде и так далее, и так далее – он сказал, что «вы знаете, я бы, пожалуй, не смог наняться в вашу лабораторию». Слушайте, а зачем? Для этого есть справочники. Вот, мне представляется это правильно. Можно зазубрить справочники и сдать экзамены. Это совершенно порочная идея, потому что только человек может понять, что человек знает. А если человек продажен, его надобно наказать по закону, и так до самого верха вертикали. Поэтому Фурсенко учитывать тачки с золотой рудой.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Тогда выскажите, пожалуйста (много раз просили), выскажите свое мнение по поводу перестановок в Петербурге, которые прямо сейчас у нас происходят, а также в Совете Федерации.

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, это на родине Ивана Андреевича Крылова, который на углу Невского и Садовой высовывался животом на подушку из окна и разговаривал с публикой, и написал «А вы, друзья, так не садитесь», и считался поэтом номер раз, а Пушкин только три. Так вот, как ни садитесь.

Валентина Ивановна Матвиенко сделала 2 замечательные вещи. Во-первых, это праздник «Алые паруса». Ну, еще бы убрать колонки к черту на Дворцовой площади, запретить. Но вот это праздник. И кроме того, она стала гораздо лучше выглядеть по сравнению с тем, как пришла. Она стройная, она красивая. Ну, молодец. Вот образец федеральных стандартов.

Кроме того, ее сын за это время влетел снизу вверх в список Forbes. Это уже наводит на определенные размышления. Что касается прошлой блокадной зимы, то, вот, товарищ Сталин в свое время расстрелял весь ленинградский обком (правда, за другое), но что касается тут, то, в общем, я не знаю. Кроме того, разумеется, нужно запретить пальцем трогать исторический центр. Я понимаю, что на этом бабло большое делается, за это судить надо. И итальянцы же не будут перестраивать Флоренцию или Венецию.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но, вроде бы, есть рычаги – посадить, снять, тачки заставить катать. Все это есть.

М.ВЕЛЛЕР: При помощи этих рычагов люди делают себе многомиллиардные состояния.

О.ЖУРАВЛЕВА: Почему, Михаил Иосифович? Откуда собрались эти кошмарные сволочи на нашу голову?

М.ВЕЛЛЕР: Ужас в том, что это мы с вами в иных обстоятельствах. Вот, что ужасно. Именно от этого…

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть место проклятое?

М.ВЕЛЛЕР: Нет. Это не место, это я не знаю что. Но именно в этом была причина отчаяния абсолютного русского человека, Петра Алексеевича Романова, государя-императора, который бежал из Москвы, набрал себе голландцев, немцев и шведов в друзья ближайшие, и велел вообще немцев брать в чиновники, в управители. Уж, вот русофобом не назовет никто. Может быть, нам нужно обратиться в Германию и брать чиновников, ну, хотя бы лет на 20, только немецких? Может, они воровать будут меньше?

Но пока не чиновник – нормальный человек. 2 года в чиновниках – и как интенданта в армии любой всегда можно вешать. Вот это самое ужасное.

О.ЖУРАВЛЕВА: Печально. Все это очень печально, что вы рассказываете здесь. Просто никакого просвета. Вы где-то просвет видите?

М.ВЕЛЛЕР: Зато погода хорошая.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот! Прекрасно. На этом закончим.

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, как был старый анекдот, «Пережили мы блокаду, переживем и изобилие. Только бы войны не было».

О.ЖУРАВЛЕВА: Михаил Веллер – гость сегодняшнего «Особого мнения». Меня зовут Ольга Журавлева. Всем большое спасибо, всего доброго.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире