'Вопросы к интервью
Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте. Это программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр и я приветствую в этой студии журналиста и музыкального критика Артемия Троицкого. Здравствуйте, Артемий.



А.ТРОИЦКИЙ: Здравствуйте, Татьяна.



Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте начнем с ваших собственных новостей, потому что в последнее время вы такой, очень активный ньюсмейкер. Но, правда, по судебной теме исключительно: я так понимаю, что завтра очередной этап одного из разбирательств.

А.ТРОИЦКИЙ: Да. Стал ньюсмейкером поневоле. Но до этапа еще далеко, на самом деле, Татьяна.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да я уточнила, что этап разбирательств.

А.ТРОИЦКИЙ: Да. Завтра у меня должен быть очередной суд. Это уголовный суд по пуделю. То есть они у меня так идут: пудель гражданский, пудель уголовный, мент гражданский, мент уголовный. Сейчас еще имеется 5-й иск от Владимира Киселева – это фонд «Федерация».

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да-да, который устраивал концерт.

А.ТРОИЦКИЙ: Был в прошлом году концерт, где Владимир Путин на рояле поигрывал и потом там были всякие дети, которые через полгода раскрыли рты, сказали: «Нам обещали много денег и не дали ничего». Пришлось там, я так понимаю, что из наших денег что-то платить вместо того, чтобы это делал Владимир Киселев. И я просто, для «Новой газеты» я прокомментировал эту ситуацию. Причем, абсолютно строго, нейтрально, клинически, я бы даже сказал, без всяких оценок, а просто как специалист, ну, до некоторой степени специалист по концертной деятельности, я сказал, какая там могла быть финансовая подоплека. Что могло быть так – это тогда воровство, а могло быть эдак – и тогда это не воровство, как бы, а общепринятая практика, хотя детишкам, естественно, ничего не досталось и достаться не могло.

В общем, короче говоря, этот Киселев, фонд «Федерация» тоже на меня подал в суд. То есть я так понимаю, что это тренд.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: В этом сезоне модно подавать в суд на Артемия Троицкого.

А.ТРОИЦКИЙ: Да-да-да. А кто не подал, тот не cool, да?

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Того не возьмут в Народный фронт.

А.ТРОИЦКИЙ: Отстал от поезда немного. В Народный фронт не возьмут, да, да и на какой-нибудь, напротив, ушлют, да и прямо в окопы. Так что ничего. У меня дела идут. Дела идут, конторы пишут. На этой неделе у меня 3 судебных заседания – 14-го, потом 16-го в день рождения, кстати. Но это уже кассация, апелляция в Мосгорсуде. То есть впервые суд уже не первой, а второй инстанции. И в день рождения, опаньки. Я даже не знал, что назначат на такой важный для моей семьи день. Но тем не менее, деваться было уже некуда. И 17-го еще будет какой-то суд, но на суд 17-го я не пойду, потому что веду круглый стол, дискуссию по музыке и музыкальной индустрии на Санкт-петербургском экономическом форуме, так что буду в другом городе (есть уважительная причина, государственной важности дело будут прокручивать).

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я думаю, что против экономического форума никто не попрет. Потому что дело государственной важности.

А.ТРОИЦКИЙ: Правда? Очень хорошо.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Конечно.

А.ТРОИЦКИЙ: Очень хорошо.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это вам не концерт устраивать в поддержку Артемия Троицкого.

А.ТРОИЦКИЙ: Концерт устраивать – это была не моя инициатива. Не я этот концерт устраивал. Кстати говоря, спасибо большущее Василию Шумову, а также всему коллективу клуба HLEB, который проявил просто невероятную стойкость, смелость и профессионализм.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, мы потом еще посмотрим и сколько этот клуб проработает. Вдруг, все-таки, какие-нибудь инспекторы доберутся до клуба.

А.ТРОИЦКИЙ: Я, вот, думаю, что все у клуба HLEB будет в полном порядке. Потому что вся эта история, на самом деле, это все людей берут на понт и на испуг. Если бы было что-то важное, то есть если был бы я хотя бы там в одну сотую часть Ходорковского, тогда да, тогда другое дело – тут уже иные ставки, да? То есть там уже и миллионы, и миллиарды, большая политика и все такое прочее.

В данном случае, скажем, вся история с отменой концерта в ЦДХ… Ну, на самом деле, я считаю, что слабость проявило в первую очередь руководство ЦДХ. Потому что позвонил какой-то один мелкий клерк из администрации президента, кто-то там из сурковских референтов, насколько я понимаю, по имени Сережа. Позвонило какой-то функционер из Общественной палаты по имени Миша по фамилии Островский, по-моему. И начали, как бы, ласково журить: «Вот, что же это вы, ребята, вот так и сяк? ЦДХ – такое место культурное, а вы даете…»

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Мама хорошая, про паровоз поет.

А.ТРОИЦКИЙ: Да. «А вы даете место для разгула каким-то вообще непонятно кому. Вы же знаете, какой там будет состав? А состав-то, вроде бы как, не тот, что у нас будет 12 июня на Красной площади» и прочее, и прочее.

В принципе, руководство ЦДХ совершенно спокойно могло бы сказать: «А пошли-ка вы, ребята. Это мероприятие не политическое, это концерт. Концерты мы проводим регулярно. Троицкий – наш друг и защитник». Но, к сожалению, руководство ЦДХ просто прогнулось. То есть это, вот, называется «прогнулось». Потом, как бы, да, пришлось им немного попереживать по этому поводу. Но я считаю, что все было в их руках.

Ребята из клуба HLEB – они просто не дали взять себя на понт. Они сказали: «Нет, у нас все в порядке. Вот документы, вот договор аренды, вот пожарная охрана, вот охрана милицейская». Все. Какие еще претензии? И, соответственно, какие-то люди из прокуратуры, МЧС, пожарники и прочие-прочие, убедившись в том, что перед ними также «опаньки» не присели и лапки вверх не подняли, они сказали: «Да, нормально, все в порядке. Окей». Ну, как в известных анекдотах.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, это, наверное, потому что не было никакой серьезной команды мочить.

А.ТРОИЦКИЙ: Я думаю, что серьезной команды мочить, в принципе, быть не может, потому что я не устаю повторять, что я искренне считаю, что я вообще не та персона, к которой можно серьезно относиться и давать там какую-то серьезную команду мочить. Команда была, как бы, такая, напугать, припугнуть, проверить на вшивость, чтобы другим было неповадно и так далее. Потому что я повторяю, что я не занимаюсь большой политикой и я не верчу большие деньги. То есть такой, вот, настоящей такой дразнящей мотивации тут у властей нет.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Артемий Троицкий в программе «Особое мнение». Ну, теперь, вот, как ньюсмейкер вы выступили, давайте, выступайте теперь как комментатор. Собственно, особое мнение ваше уже будем слушать по новостям дня. Я только напомню, что у нас трансляция компании Сетевизор на нашем сайте echo.msk.ru, там же кардиограмма эфира и SMS +7 985 970-45-45. Но пока тут приходят слова поддержки по SMS, к вопросам, которые на сайте были еще до эфира заданы. И среди них, конечно же, очень многие касаются убийства бывшего полковника Юрия Буданова. Сегодня были похороны. Причем, похороны с воинскими почестями – и залп, и почетный караул, и все так, как будто бы хоронили героя России. Как вы считаете, это было правильно сделано? Или это попытка просто не дать повода, там, условно, второй Манежке разыграться?

А.ТРОИЦКИЙ: Вся история с Будановым у меня лично вызывает противоречивые чувства, и я не могу сказать, что имею какую-то страстную позицию на этот счет. С одной стороны, когда взрослый мужчина, к тому же в погонах при исполнении обязанностей убивает, просто берет и пристреливает беззащитную девушку, этому нет прощения вообще. То есть точка. Это преступление и тут вообще говорить нечего. Будь она трижды снайперша, хотя, естественно, снайпершей она не была (это следствие показало), все равно это не есть ни правовой поступок, ни, что для меня гораздо важнее, мужской поступок, человеческий поступок. Это было свинство, это было… Я не знаю, что это было. Истерика или садизм, или что? В общем, тут двух мнений быть не может. Ничего геройского в этом поступке не было, а была гнусность.

Теперь что касается убийства самого Буданова, вот, естественно, лучше бы его не было. Потому что человек свое отсидел, жизнь ему сломали, ну и ходил бы себе и ходил. Теперь, соответственно, начинается вокруг этого какая-то новая история, и вот эта история уже совсем мутная. Потому что я, скажем, не могу дать даже с большой долей вероятности ответ на вопрос о том, кто это сделал и кому это нужно. Потому что говорить о кровной мести – не думаю я, что это кровная месть, хотя, на 100% исключить невозможно. Что это какой-то демонстративный жест чеченских, я уже даже не знаю кого, сепаратистов или властей (потому что и те, и другие, в принципе, могли бы сделать некий демонстративный жест)? Может быть. Почему бы нет.

А могли бы это сделать, скажем, какие-то люди, которые в свое время руководили Будановым, с тем, чтобы, скажем, от него избавиться как от свидетеля или как от нахлебника, и еще, к тому же, заново завести эту историю и так далее, то есть убить, как бы, двух зайцев на всем этом будановском пафосе? Тоже могли бы. То есть я не знаю, что это такое. Но то, что зря его хоронили при всех почестях после того, что он в Чечне совершил и после того, как его, на мой взгляд, абсолютно справедливо осудили, вот это я считаю, кстати, косвенным подтверждением того, что, на самом деле, эту историю пытаются раздуть. И в данном случае явно ее пытаются раздуть не чеченцы, а пытаются раздуть какие-то наши патриоты-милитаристы.

А насчет того, повлияет это на какую-то манежную ситуацию или нет, я думаю, что вряд ли. Были бы залпы, не было бы залпов – это жуткая проблема и этот дикий напряг, и напряг, опять же, где аргументы имеются и достаточно весомые и с той, и с другой стороны. То есть я не оправдываю ребят, которые бузят на Манежной площади, поминая друга-спартаковца. Но то, что у них есть свои аргументы и то, что эти аргументы не выслушивать нельзя, и, скажем, прикрываясь, там, не то либеральной риторикой, не то государственнической риторикой, говорить, что они какие-то изгои и придурки, и так далее, это и не честно, и не правильно. Эти ребята, в общем-то, несут с собой очень серьезное послание, которое совершенно недостойно того, чтобы его игнорировать или огульно осуждать.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вот, смотрите. Здесь интересна очень позиция государства. Потому что, с одной стороны, вроде как нельзя ссориться с Чечней, и все видят, что особое отношение у высшего руководства страны с главой Чечни. А с другой стороны, и с националистами тоже, вроде как, ссориться не стоит. И, вот, мы видим, что бывший полковник обращается, то, что стало известно после убийства, он обращается за охраной и ему в охране отказывают, но при этом мы видим, как его хоронят с воинскими почестями. Что это? Попытка ни с кем не поссориться? Как себя сейчас власть должна повести? Раскол-то мощнейший идет.

А.ТРОИЦКИЙ: Раскол этот идет уже давно. И случай с Будановым – это один из множества случаев.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Безусловно. Но он может послужить катализатором к чему-то более серьезному.

А.ТРОИЦКИЙ: Я не думаю, что он послужит катализатором. Думаю, что это будет просто очередная монетка в копилку или очередной кирпичик в стенку, если прибегать к терминологии Пинк Флойд. Дело в том, что наша власть – она вообще (это всем известно) это чемпион по лицемерию, двойным бухгалтериям, всевозможным противоречиям «и нашим, и вашим, и туда и сюда», и вообще то есть чемпион по всевозможному политическому лукавству и вранью. Это наша власть, и это ее природа, это ее реальная природа. Она по-другому не может кроме как на кого-то наезжать, в то же время ему ручку подавать, кого-то с кем-то ссорить и в то же время облагодетельствовать и прочее, и прочее.

У нас вся политика строится на этом. Потому что эта власть просто настолько бездарна, она настолько зыбка, настолько нелегитимна, что она вообще, она на серьезные поступки…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Не так уж она зыбка. 10 лет уже, от звонка до звонка все.

А.ТРОИЦКИЙ: Тем не менее, хоть 10 лет, это не делает ее более компетентной, это не делает ее более легитимной, поскольку все это…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да, но уж точно не зыбкой.

А.ТРОИЦКИЙ: Я с вами не согласен. Я считаю, что это зыбкая власть и она себя ведет как зыбкая власть, что тоже очень важно. Она не способна на какие-то твердые поступки, на какие-то мощные решения. Она абсолютно антиконцептуальна. То есть вся наша власть – это вот такой вот, как бы, очень тупо и пошло понятый принцип прагматизма. Вот, она, как бы, исходит из этой тухлой реальной политики. Реальная политика – это означает цинизм, да? То есть делай вот так вот, как тебе в данный момент выгодно: с теми дружи, с теми не дружи. Идеи нет, принципов нет, ничего нет. Бабки есть. То есть бабки – это единственный принцип нашей власти, в принципе.

Поэтому удивляться всевозможной вот этой вот ужистости на сковородке нашей власти и удивляться «А как же они могут так, если они только что, на самом деле, вот так?» — это на каждом шагу. И во внутренней политике, и во внешней политике, и в области культуры, и в области морали. Точнее, абсолютной аморальности.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А также в области балета.

А.ТРОИЦКИЙ: В области балета – это в первую очередь.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Артемий Троицкий в программе «Особое мнение». Вы затронули, упомянули о внешней политике, такой, тоже не совсем понятной. Тут удивительные приходят сообщения из Ливии. Президент ФИДЕ, бывший президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов встретился в Триполи с Муаммаром Каддафи и сыграл с ним партию в шахматы. При этом Каддафи объяснил, что не собирается покидать Ливию, что не понимает, какой пост он должен покинуть и вообще политикой-то он особо не занимается – не президент, не король, не премьер. Как-то внезапно на фоне того, что перед этим господин Маргелов встречался, вроде как, с повстанцами. А потом опять полетит на это или на следующей неделе в Триполи, все-таки, к Каддафи. Что это такое происходит у нас?

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, я думаю, что вообще не следует этому придавать мало-мальски серьезное значение.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Там нефть. Все-таки, надо придавать значение ситуации в Ливии.

А.ТРОИЦКИЙ: Я думаю, что имеется, с одной стороны, уполномоченный порученец Маргелов, который профессионал, который пытается там что-то сделать, чтобы и России какого-то веса добавить в этой истории и перед Западом, и ООН не опозориться. А с другой стороны, имеется Кирсан Илюмжинов, который просто фрик такой, то есть это, на самом деле, политик-эксцентрик. Знаете, имеется такая разновидность политики-эксцентрики. Кирсан Илюмжинов, там, скажем, Владимир Жириновский…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Андрей Богданов.

А.ТРОИЦКИЙ: Это я даже не помню, кто такой.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Демпартия.

А.ТРОИЦКИЙ: А, это агнец божий, да? То есть якобы масон. Ну, в общем, есть такие ребята, которые, на самом деле, ну, занимаются тем, что превращают это, в принципе, очень тусклое и выхолощенное политическое поле в какое-то подобие шоу-бизнеса. Вот, Кирсан Илюмжинов со всеми его шахматами, какими-то его… Я уже не помню, что он там чудил, не забывая, естественно, о своих бизнес-интересах, будучи президентом Калмыкии. Это как раз вот такой жест. Каддафи, кстати говоря, парень абсолютно того же поля ягода. Так что Илюмжинов и Каддафи – в каком-то смысле они друг друга, ну, не то, чтобы стоят. Естественно, Каддафи – фигура гораздо более масштабная, чем Кирсан Илюмжинов, тем не менее, как бы, мелкой шахматной фигуре Илюмжинову удалось, вот, каким-то образом присоседиться к довольно крупной шахматной фигуре, Муаммару Каддафи.

Думаю, что это в чистом виде такой эго-трип Кирсана Илюмжинова, сделанный им или для пиара, а, может быть, он, на самом деле, искренний поклонник Каддафи.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но так просто в Триполи не попадешь.

А.ТРОИЦКИЙ: Ну, естественно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Неужели же это было все не согласовано, не обговорено 300 раз?

А.ТРОИЦКИЙ: Я так думаю, что с Каддафи это точно было согласовано. По поводу нашего государства, так мы только что говорили о том, насколько последовательно, логично, четко и принципиально оно себя ведет, да? Ну, то есть это еще один пример из той же области: с одной стороны, Маргелов, с другой стороны, десант в виде нашего шахматного буддиста. Ну, в общем, это несерьезно все равно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Несерьезно – это все, конечно, печально. Страна-то большая, хочется, чтобы серьезно к нам относились.

А.ТРОИЦКИЙ: Я думаю, что есть масса поводов к нашей стране относиться всему миру еще гораздо менее серьезно, нежели заброс такой полумаргинальной политической фигуры на встречу с Каддафи.

Жириновский, который большой поклонник Каддафи, вот он, кстати, туда не полетел, хотя, в принципе, мог бы. Почему? Потому что Жириновский – действующий политик и вице-спикер, и прочее-прочее. Поэтому Жирика придержали. А вот этого парня со всеми его слонами, конями и ферзями, вот, пожалуйста, ради бога. Это безобидно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это программа «Особое мнение», в которой сегодня выступает Артемий Троицкий. Не забывайте, что у нас работает SMS +7 985 970-45-45, кардиограмма эфира, трансляция Сетевизора. Мы сейчас прервемся на несколько минут – оставайтесь с нами, потому что после небольшого перерыва мы поговорим про день России.

НОВОСТИ

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Продолжается программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр. Напоминаю, что в гостях у меня сегодня Артемий Троицкий. Обещанная тема – день России. Вчера был большущий концерт на Красной площади, и очень многие наши слушатели просят вас прокомментировать, в частности, например, исполнение гимна. Я знаю, что вы какую-то часть этого концерта посмотрели.

А.ТРОИЦКИЙ: Да, это удивительно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Сейчас у нас Артемий Троицкий как музыкальный критик. Мы будем менять роли гостя.

А.ТРОИЦКИЙ: Да-да-да, ух отлично! Значит, я, на самом деле, вчера смотрел по телевизору гран-при Канады по Формуле-1.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это никак не связано с днем России.

А.ТРОИЦКИЙ: Я – большой любитель Формулы-1 и слежу за этим увлекательным видом спорта с 60-х годов прошлого века, как это ни странно. Вчера был гран-при Канады, абсолютно феерическая гонка, она шла под дождем, были невероятные обгоны, аварии и прочее, и прочее. Но именно из-за того, что был дождь, а иногда сильный, а также аварии, гонка часто прерывалась. И, вот, тогда я уходил с Формулы-1 и начинал щелкать клювом. И попадал, соответственно, на канал, по-моему, на канал Россия, где шел этот самый концерт.

Концерт, конечно, был, ну, то есть хуже не бывает, на самом деле. Хуже не бывает по общему ущербу, я думаю, который этот концерт принес. С одной стороны, огромный материальный ущерб.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ущерб психике или чему?

А.ТРОИЦКИЙ: Татьяна, я все объясняю. Вы можете мне наводящие вопросы не задавать.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да, да. Я слушаю внимательно.

А.ТРОИЦКИЙ: Ущерб, в первую очередь материальный ущерб. То есть судя по декорации, на это были вбуханы какие-то сотни миллионов наших с вами денег. Причем, вот это вот был как раз тот самый случай, когда деньги пошли абсолютно, вот, деньги на ветер, в диких количествах причем. Эти купюры уносил ветер, ну, понятно, в чьи карманы, на самом деле. Этих денег мне стало жалко. Потому что там были какие-то бешеные декорации, мультимедиа и черт знает что.

С точки зрения музыкально-художественной концерт был чудовищный. Во-первых, он был не выдержан, как бы, в едином формате, да? То есть практически все попсовики, может быть, за исключением Агутина с Пресняковым и Лепса пели под фанеру. Причем, это была такая, явная такая халтурная мертвая фанера. Рокеры там играли и так, и сяк, и под фанеру, и не под фанеру. По звуку, соответственно, это все очень различалось.

Да, и там еще была подтанцовка. Хуже подтанцовки я не видел никогда в жизни. То есть больше всего это было похоже, наверное… Вот, я никогда не бывал на озере Селигер в каком-то лагере, где тусуются представители движения Наши, но вот эта подтанцовка – это было что-то вроде движения Наши в моем представлении. (смеется)

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: В худших снах.

А.ТРОИЦКИЙ: То есть как-то при этом крайне безвкусно одетые и кучкующиеся там, и перекатывающиеся из одной стороны в другую.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Сэкономили на шоу-балете, наверное.

А.ТРОИЦКИЙ: Безвкусица феерическая просто. То есть иногда говорят: «Это было так плохо, что даже хорошо», да? Бывает иногда такой породистый кич, ну, там, всякие фильм Джона Уотерса. Так это все кичёво и безвкусно, что, в общем-то, даже смешно уже. А вот это было еще хуже. То есть это было так кичёво и безвкусно, что просто, вот, хотелось…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: За гранью добра и зла.

А.ТРОИЦКИЙ: Тазик. Вот, тазик и, соответственно. Я не имею в виду Киркорова, которого я там, кстати, так и не увидел. Про Киркорова была песенка «Я твой тазик». Не знаю, был там Киркоров или нет. Если не был, молодец, Филя! Верным путем идешь, это не твоя тусовка, это не дело фриков, это дело исключительно карьеристов.

Ну, собственно, хороших артистов я там не видел, хотя вот тут вот мне пришел мессадж в вопросах: «Как вы оцениваете выступление любимой вашей группы «Мумий Тролль» на этом концерте?» Если «Мумий Тролль», на самом деле, там были (ну, я-то смотрел с пятого на десятое), то я очень негативно оцениваю выступление, действительно, очень мною любимой группы, исключительно талантливого парня, моего друга Ильи Лагутенко.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но вы же сами говорите, что это дело карьеристов.

А.ТРОИЦКИЙ: Это меня просто… Ну, вот, бывают какие-то вот такие мелочи, которые слегка деморализуют. То есть мне плевать там на Сергея Мазаева, я уже не говорю там про Владимира Шахрина и так далее. Это ребята, которые уже сами себе диагноз давно поставили, такие госрокеры, да? Но «Мумий Тролль» — это группа умная, ироничная и главное, по-настоящему талантливая. Вот, зачем им это надо, я не знаю. Конечно, я понимаю, что Илье надо вместе со всей многочисленной семьей, малыми детьми и так далее летать из Лос-Анджелеса в Москву и обратно каждый месяц, и на это уходит много денег. Но я, все-таки, думаю, что уж лучше выступать на корпоративах, чем мараться об такое позорище.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну а если не помараться об такое позорище, то, может быть, и на корпоратив не позовут.

А.ТРОИЦКИЙ: Это, Татьяна, абсолютно верная логика – так оно и есть. Но тем не менее, на корпоратив позовут в любом случае. На корпоратив не позовут Юру Шевчука или, там, Нойза ЭмСи или кого-то еще, которые себя зарекомендовали с самой худшей стороны для любого корпоратива. Вот. Но в данном случае обязаловки-то не было, да? Это как у Шварца, что не обязательно быть первым учеником, да? Можно как-то так спокойно, на троечки там, но первым учеником быть не обязательно. В данном случае это был парад первых учеников, и это, конечно, было прискорбно. Я надеюсь, что ложная информация была мне подброшена и что «Мумий Тролль», на самом деле, там не выступал. Хотя, в общем-то, хуже после этого к «Мумий Троллю» я относиться не буду, потому что, на самом деле, их люблю.

Апофеозом всей этой мегапомойки… Кстати, можно очередной иск – я не знаю, кто там был организатором…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Кстати, нам уже вот пишет Дмитрий из Петербурга: «Поаккуратнее с выражениями – можете иск получить еще один».

А.ТРОИЦКИЙ: Вот-вот-вот. Организаторам и продюсерам концерта даю хорошую идею, поскольку, ребята, вы видели, что команда «Фас» уже была, да? Так вот, по поводу мегапомойки, апофеозом ее было исполнение государственного гимна РФ. То есть там была какая-то жуткая аранжировочка такая, в стиле такого рока 80-х годов. Задрали темп и, соответственно, наши эти ребята пели… По-моему, пели, некоторые, по крайней мере, пели вживую куплеты из этого самого гимна. Почему пели вживую? Потому что там имели место такие петухи и фальшь, что, в общем-то, с этой фальшью могут, конечно, посоревноваться только столь же фальшивые строчки поэта-многостаночника покойного Сергея Михалкова, который, как известно, переписывал это сначала под Сталина, потом под Хрущева, потом под Ельцина, теперь там под кого? Под Путина, наверное. Я так думаю. Я так думаю, что можно было бы просто, вот, по тому, каким образом редактировался мистером Михалковым самым старшим этот самый гимн, можно было составить какое-нибудь такое исследование, контент-анализ по поводу российской вообще политической и государственной доктрины на протяжении последних 70 лет.

В общем, да, в общем, это, конечно…

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, то есть никакого патриотизма, ничего у вас не проклюнулось во время просмотра?

А.ТРОИЦКИЙ: Чувство патриотизма тут можно было только оскорбить, поскольку патриотизм – он, все-таки… Если это настоящий такой и честный патриотизм, он может быть мотивирован только какими-то, действительно, красивыми, талантливыми, честными, героическими проявлениями. Я считаю, что никакая халтура, вот, какой бы выспренной и такой, квазипатриотичной она ни была, никакого нормального человеческого чувства вообще вызвать не может – может вызвать только чувство презрения.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Знаю я, что у вас есть какие-то слова для наших слушателей. У нас как раз минутка до конца.

А.ТРОИЦКИЙ: А, да, отлично. Для слушателей у меня слова очень простые. Тут просто спрашивают в вопросах «Как можно вам помочь?» и так далее. Значит, как можно мне помочь, я не знаю, но имеется Василий Шумов, у которого имеется адрес zasvoboduslova@gmail.com, а также сайт под названием soderzhanie.com. Вот там, вот, собственно, имеются все Васины проекты – это проекты, которые касаются музыки, помощи молодым талантливым музыкантам, и там же сейчас имеется мой счет в Яндексе. Я не помню этого счета – я его даже, в общем, и не знаю и наизусть не повторял. И там же еще Вася собирается выпустить музыкальный альбом в мою поддержку. Ну, поскольку известно, что пластинки сейчас не продаются, а только раздаются в качестве сувенирной продукции, то речь идет, конечно, не о материальной поддержке – исключительно о поддержке моральной.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, после сегодняшнего эфира у вас там, может быть, еще пару исков появится. Так что нам вас еще поддерживать и поддерживать, одним альбомом Шумов, конечно, не обойдется.

А.ТРОИЦКИЙ: (смеется) Ну, пусть это будет серия.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Спасибо большое. Артемий Троицкий в программе «Особое мнение». Всем счастливо.

А.ТРОИЦКИЙ: Пока.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире