'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 11 марта 2010, 17:08

А. ГРЕБНЁВА: Здравствуйте! В прямом эфире программа «Особое мнение». Меня зовут Алина Гребнёва. Я представляю нашего сегодняшнего гостя – это писатель и журналист Виктор Шендерович. Здравствуйте!





В. ШЕНДЕРОВИЧ: Добрый вечер.

А. ГРЕБНЁВА: Ну что, есть повод для радости. За год в России число долларовых миллиардеров увеличилось в два раза и достигло 62 человек. Это новые данные мирового издания журнала «Форбс». Самый лучший показатель у Владимира Лисина, он занял в рейтинге мировом 32-ую строку, чуть ниже, на 39-ом месте Михаил Прохоров и т.д. И даже есть единственная женщина из России, Елена Батурина, правда у неё пока только 342 место. Виктор, Вы рады вообще? Гордитесь, что люди в кризисный год показали такие хорошие результаты?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вы знаете, есть понятие «средней температуры по больнице. Это важный медицинский показатель… У кого-то 39,8, а кто-то в морге холодненький… А средняя температура 36,6. Откуда? У Высоцкого: «Где деньги, Зин?» А я спрошу: откуда деньги, Алин? Откуда? Что это за деньги?

А. ГРЕБНЁВА: Заработали.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Как зарабатывали?

А. ГРЕБНЁВА: У каждого из них коммерческие компании, они подают налоговые декларации. Люди трудятся.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ну, вот те люди, которые трудятся, я знаю, в список «Форбс»… я знаю многих людей, которые трудятся, там нет ни одного долларового миллиардера. Если не отшучиваться, — тут показателен источник происхождения. Как становятся долларовыми миллиардерами в Силиконовой долине — и как в наших палестинах. Немножко разные технологии. Я имею в виду технологию появления очередного миллиарда. Средняя температура по больнице – народ нищает… идёт вниз… кризис отражается на благосостоянии российского народа. И идёт не отвесно, но под некоторым углом — вниз. А у кого-то — под некоторым углом наверх. Это означает, что тот самый «децильный коэффициент», разрыв между 10% самых богатых и самых бедных — в кризис везде сокращается, а у нас растёт. Я называл уже эти цифры. В Норвегии, в Скандинавских странах – 3-4, в Америке было 8 до кризиса, у нас было 29-30. Будет к сорока, стало быть.

А. ГРЕБНЁВА: Вы же не предполагаете, что Владимир Лисин заработал дополнительные миллиарды долларов за счёт того ,что у кого-то проблемы?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я не экономист, не могу показать эту связь. Я не сомневаюсь, что эта связь есть, вот — связь технологии появления… я говорю не конкретно про Лисина, я говорю сейчас об известной нам технологии появления миллиардеров в Силиконовой долине, где какоМ-нибудь в гараже, на коленке какие-нибудь два умника что-то сообразили, что-то сделали и стали через какое-то время очень богатыми. И технологию нашу, где элита так или иначе инкорпорирована, и очень плотно, во власть. А те, кто не инкорпорированы, они в Краснокаменске или в СИЗО. Или в Лондоне. Мы это видим, мы видим, что в этом списке миллиардеров некоторая часть – это личные приближённые, личные друзья, тренеры по дзюдо, товарищи по кооперативу «Озеро», товарищи по ГБ нашего премьер-министра.

А. ГРЕБНЁВА: Это кого Вы сейчас пофамильно имеете в виду?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Фамилии называть?

А. ГРЕБНЁВА: Да.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Тимченко, Ротенберг… там большой список довольно, тут никакого секрета нет. Сейчас не час персонального наезда — я пытаюсь некоторые закономерности… Среди миллиардеров европейских, американских я не знаю… я не готовился специально к эфиру, но я предполагаю, что там нет такого списка друзей, одноклассников… «родные и близкие Кролика», как сказано в «Винни-Пухе», там не присутствуют. А у нас — присутствуют. Это разные технологии появления миллиардеров. Я очень рад за каждого по одиночке, но всё вместе это — довольно серьёзные, драматические показатели.

А. ГРЕБНЁВА: А то, что они пытаются отдавать долги обществу…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Где? Каким образом?

А. ГРЕБНЁВА: Ну как! Фонд благотворительный Новолипецкого металлургического комбината – Владимир Лисин, помогает социально-незащищённым слоям.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Всё это замечательно…

А. ГРЕБНЁВА: Фонд Михаила Прохорова.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Мне недавно мой ученик по старым театральным временам объяснял, что мы должны любить Абрамовича за то, что он прикупил нам Хиддинка…

А. ГРЕБНЁВА: Возродил Чукотку.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: С возрождением Чукотки Вы подождите. Алина. Если я… ну, не будем пофамильно… а хоть и пофамильно! Если человек по фамилии Абрамович задарма берёт очень большой кусок государственной собственности, за копейки и потом в кредит берёт у этого государства, чтобы купить… Он просто берёт кусок государственной собственности и потом делится с нами, некоторой частью взятого задаром. И оказывается, что это крупнейший благотворитель. Я предпочитаю историю вопроса смотреть целиком. Да, они немножечко отдают. Много взяли задарма, а потом — все сплошные меценаты. Я не против того, чтобы они были меценатами — я предлагаю называть вещи своими именами. Столько, сколько откусил Абрамович от Родины — он может покупать по пять хиддинков в год совершенно безболезненно и считаться огромным меценатом. Речь не о персональном перечислении. Речь о симптоматике. Я рад по отдельности за каждого, но как гражданин России сильно порадоваться не могу этому фактору.

А. ГРЕБНЁВА: Это «Особое мнение» Виктора Шендеровича. На сайте идёт видеотрансляция. На сайт приходили вопросы к нашему эфиру. Многие из них были связаны с обращением, которое появилось на сайте «Ежедневного журнала» «Путин должен уйти». И там под номером пять стоит Ваша подпись – Виктор Шендерович.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Пятым пунктом…

А. ГРЕБНЁВА: Я хотела бы спросить у Вас – кто автор этого обращения? Там везде значится «мы, мы, считаем, что реформы с Путиным невозможны».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я не знаю, кто это писал физически. Там большой список имён, очень разнообразный список имён. Мне кажется неважным, кто именно…

А. ГРЕБНЁВА: Но как подписывать какую-то анонимку?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Спокойно! Мне прислали текст, я его прочитал, я с ним согласился. Сказал пару своих пожеланий. Которые были, кстати, учтены — мелких, чисто стилистических. И подписал.

А. ГРЕБНЁВА: Кто Вам прислал текст, можете сказать?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это у следователя. Это — неважно. Из редакции «Ежедневного журнала»… Совершенно неважно, кто это писал, важно — согласен я с тем, что написано или нет. Я согласен, вместе с большой группой людей. Если бы на Вашем месте сидела бдительная и злобная Тоня Самсонова, она бы сейчас задала важный вопрос: Вас не смущают какие-то имена, которые там есть, помимо имён святых – Боннэр, Буковский, помимо замечательных имён… не смущает ли Вас Гейдар Джемаль, Мухин и т.д.

А. ГРЕБНЁВА: Не смущают?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это очень важный вопрос, я хочу сказать, что это тот вопрос, который стоит подержать во рту и обсудить. Не надо его замыливать. Я бывал в компаниях получше, чем с Гейдаром Джемалем и г-ном Мухиным. Тем не менее, надо понимать, что те, кто боятся этого соседства — они, как ни странно, просто не доверяют собственному народу. Я не боюсь конкуренции в демократической системе координат, в системе, когда возвращается конкуренция политическая. Мы не боимся конкуренции с Гейдаром Джемалем, с националистами, не боимся.

А. ГРЕБНЁВА: Даже если подписи наших националистов появятся…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А они там есть! Там есть довольно прискорбные подписи. Люди совершенно иных убеждений. Но важно, под чем эти подписи! Эти подписи под требованием о возвращении политической жизни. Мои оппоненты, в том числе из демократического лагеря (и главным образом из демократического лагеря), которые не подписывают таких писем, говорят: «Что же вы делаете! Вы требуете возвращения политических реалий, политической конкуренции, но вас же съедят! К власти же придут эти при демократии». Отвечаю – нет. Как раз при возвращении демократических механизмов, при свободе слова, при свободных выборах, честных и равных, при независимом суде, независимом телевидении у экстремистов шансов мало. Потому что общество, широко разбуженное, которое в состоянии отвечать за своё голосование, быстро ставит экстремистов на место.

А. ГРЕБНЁВА: Виктор Анатольевич, Вы уже перескочили через один этап, как будто Путин уже ушёл.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, Путин не уйдёт сам. Путин уйдёт, когда его сильно попросят. Попросят не десятки людей, а десятки тысяч и миллионов.

А. ГРЕБНЁВА: А Вы можете объяснить, почему Вы лично так зациклены на В.В. Путине? Только ли на его одно фигуре сходится?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вы читали, Алина?

А. ГРЕБНЁВА: Да, я читала.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Тогда Вы должны обратить внимание, что там есть ответ на этот вопрос. Путин творец и охранитель этой системы. Эта система…

А. ГРЕБНЁВА: Я не понимаю такой формулировки. Что значит, что он творец и  охранитель? Там ещё про то, что Россия в грязь при нём лицом упала.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Оставим в покое метафоры! Путин создал другую политическую систему. Путин, его корпорация, которая пришла к власти. Когда мы говорим «Сталин», мы имеем в виду не только Сталина. Когда мы говорим Гитлер… — система! Эпоха называется именем человека, который олицетворяет эту эпоху. Разумеется, Гитлер – это не только персонально Гитлер. А Сталин не только персонально Сталин. Но систему мы называем этим именем. Так вот — создана путинская система. Это система, при которой демонтированы демократические механизмы, нет свободы слова, нет независимого суда, нет честных выборов. Это система корпоративной власти.

А. ГРЕБНЁВА: Но с уходом Путина эта же система останется!

В. ШЕНДЕРОВИЧ: С уходом Путина от рычагов появится возможность начинать собственно эволюцию политическую, возвращать эти принципы, потому что надо менять систему, а не модернизировать. Не надо модернизировать гильотину, надо менять политическую систему. Путин создал систему, которая совершенно приводит к деградации. Это не его выдумка — до него было много фараонов, строителей вертикали. Всё это заканчивалось крахом, позором, кровью. Везде, во всех широтах. Исключений практически нет. Надо прекращать эту ерунду, надо прекращать валять дурака и ждать от них некоторой либерализации, глядя наверх с умилённым взглядом.

А. ГРЕБНЁВА: Но против Медведева Вы не выступаете? И автор этого обращения тоже.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Авторы этого обращения обращают внимание на то, что мы живём в путинскую эпоху. Кого там корпорация поставила смотрящим, местоблюстителем – это второй вопрос. Мы живём в путинскую эпоху. Не надо себя обманывать. У рычагов власти Путин, в списке Форбс его товарищи, в тюрьме его политические противники, погибают его политические противники. Это создана — путинская система. Путин у рычагов власти и какая-то «либерализация», «демократизация», «модернизация» – это трепотня. Это трёп, который мы слышим два года. Через два года мы перестанем слышать этот трёп, потому что у нас наступит мугабе настоящая, если он вернётся к власти полностью. Тогда мы получим уже Зимбабве, только с очень плохим климатом… такое холодное Зимбабве. Будет уже Мугабе и его сроки. Два раза по шесть прибавьте.

А. ГРЕБНЁВА: Вот тут спрашивают, что будет с Россией, если Путин будет президентом с 2012 по 2024 гг.?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Будет продолжаться деградация. Неоднократно, не только я об этом говорил — есть два типа реакции общества на такого рода стагнацию. Либо революционный вариант, который уже помаленьку начинается, частным образом расправа с ментами, тут какому-то прокурору Басманного суда сунули фитиль в бензобак, зажгли посреди Москвы. На Кавказе уже просто идёт гражданская война… Либо общество, лишённое демократических методов воздействия, начинает мелкую партизанскую войну, начинается саботаж — и отделение окончательное народа от государства, мы это проходили в позднее брежневское время. Два варианта – либо партизанская война по кавказскому варианту, который распространяется… где-то уже просто люди собрались, отмочили ментов, где-то подожгли машину прокурору… такого рода реакция в отсутствие демократических возможностей — люди, которые не идут на выборы, а идут поджигать, ломать, бить витрины, так реагировать на этот список «Форбс»… Такого рода — если нельзя идти на выборы и сменить администрацию, давай подожжём Тойоту Ленд Крузер этот. Вот такой способ реакции. Либо деградация по брежневскому образцу, когда просто – у вас своя жизнь, у нас своя. Мы – водочки и на природу… Вы делаете вид, что вы строите коммунизм, мы делаем вид, что мы в этом участвуем.

А. ГРЕБНЁВА: какой путь изберёт российский народ?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я не Глоба, я не знаю, какой он изберёт. Я хотел бы, чтобы мы пришли в сознание. Просто в буквальном смысле. Потому что мы находимся как общество в бессознательном состоянии.

А. ГРЕБНЁВА: Вы привели два варианта. Один – экстремистский, крушить, ломать, жечь…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: И тот, и другой плох. Нормальным вариантом, мне кажется – придти в сознание. И элите, тем людям, которые… только — «элите»… тут надо уточнить, что имеется в виду под этим словом. Знаете, у меня тут «рояль в кустах», журнал «Знамя», где присланное Михаилом Ходорковским, награждённым премией этого журнала… Из его речи, переданной из СИЗО: «Народом, обществом толпу делает ответственная элита. И она же в случае неудачи несет ответственность за тоталитаризм. Непростая роль, тяжкая ноша, требующая ума, и знаний, и патриотизма, и, наконец, обычного мужества. Иное — не элита, а всплывшая на поверхность разъевшаяся дрянь». Конец цитаты из Михаила Ходорковского. Либо та элита, о которой он говорит, остатки людей, для которых Родина – это не недвижимость нефтегазовая, а что-то другое, — либо они придут в себя и настоят на возвращении демократических правил игры, честных выборов, свободной прессы, независимого суда, на наказании преступников, на то, что как минимум, эти люди были оторваны от рычагов власти и перестали определять судьбы Родины ежедневно… И дальше не будет никакой Норвегии, но — дальше можно начинать. Вот дальше можно начинать эволюционный путь. Когда от власти убраны те, кто в этом эволюционном пути не заинтересован. До тех пор это всё — болтовня, можно говорить о Силиконовой долине посреди путинского царства Снежной королевы. Это всё ерунда. Силиконовой долины не бывает там, где «крышуют», она бывает там, где свободные люди используют на свободе свой интеллект.

А. ГРЕБНЁВА: Наши слушатели на сайте, они не понимают, в чём смысл появления такого обращения, если Вы только что сами сказали, что путин сам не уйдёт. Кому это адресовано?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это адресовано — людям. Я понимаю, что не миллионам, поскольку обращение не читают в программе «Время», в программе «Вести» этого не было. Но те люди, которые читают Интернет, которые интересуются…

А. ГРЕБНЁВА: Нет ощущения, что эти же люди, они и без появления такого обращения, может быть, требовали бы отставки Путина, выступали. Ощущение, что все варятся в одном котле.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Алина, люди варятся в разных котлах. Те люди, которые называются элитой, они живут в памперсах. Они в жутком страхе, и небезосновательном страхе, потому что Чичваркин в Лондоне, а Ходорковский в СИЗО. А некоторые вообще не живут. И количество людей, убежавших уже от путинского режима, исчисляется сотнями тысяч. Это бизнес и молодёжь, которая прёт со страшной силой куда угодно бегом. Не только от армии. Вокруг меня довольно большой спектр, я могу наблюдать это бегство. Боятся. Разумеется, боятся. Те, у кого бизнес, естественно, боятся! Тем не менее, есть интересы такого рода — корпоративные, а есть интересы страны. Та самая элита, о которой говорил Ходорковский — люди, которые хоть немножечко ощущают себя гражданами страны, они должны очухаться, пока не поздно. Через два года будет уже поздно. Через два года надо будет либо окончательно ложиться — на остаток жизни, уже не нашего, а Вашего поколения — ложиться под Путина и эту дивную команду, которая частично в пыточных подвальчиках, частично в списках Форбс, иногда совмещая эти удовольствия… Ложиться под эту команду, либо — бежать.

А. ГРЕБНЁВА: И тем не менее, это обращение, которое Вы подписали, это сигнал всему обществу России, а не элите, которую, как Вы сказали, нужно привести в сознание.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Алина, никакое всё общество, никакие миллионы россиян об этом не узнают. Только если мы с Вами штурмуем Останкино и выходим в прямой эфир…

А. ГРЕБНЁВА: Тогда в чём смысл, спрашивает у Вас Шатун, литератор, предприниматель из Санкт-Петербурга.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Смысл в том, чтобы ещё раз обратиться к людям. Те люди, которые имеют потенциал, они будут знать. Эти, перечисленные Вами, из списка Форбс — они прочтут это. Им при Путине неохота никому, уверяю вас, весь этот список Форбс ждёт не дождётся, чтобы он каким-то образом испарился. Но он сам не испарится. И надо либо им всем окончательно ложиться с детьми под эту репрессивную машинку, окончательно замирать, уже на десятилетия…

А. ГРЕБНЁВА: если не Путин, то кто? – спрашивают у Вас.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Совершенно неважно кто — важно, по каким правилам. По демократическим правилам! Ребята, давайте — свобода прессы, свобода собраний, политическая жизнь и выберем кого-нибудь по честным правилам. Вот кого выберем, без Чурова. А дальше – вот пример Януковича! Посмотрим. Впереди нас идёт Украина. Янукович – не герой моего романа, но давайте посмотрим, как там. Там, при довольно чудовищном президенте, сохранилась система. Вот посмотрим, если она переживёт, эта система, и Януковича — это будет очень показательно. Очень важно, чтобы работала система. А при Януковиче пока работает пресса, независимый суд, работает политическая система, Тимошенко не в эмиграции, а в оппозиции. Посмотрим. Идёт нормальный политический процесс. Да, там не Вацлав Гавел у власти, ну что ж поделать! Но процесс важнее! Правила игры важнее победителя. Давайте вернёмся к правилам игры, принятым во всём цивилизованном мире. И тогда через какое-то время начнутся какие-то результаты. До тех пор, пока эти правила игры: что есть Путин — и есть все остальные, которые враги России, по этим правилам игры мы идём прямиком в деградацию. Мы это проходили на прошлом витке. Никому не советую.

А. ГРЕБНЁВА: Это «Особое мнение» писателя и журналиста Виктора Шендеровича. На +7-985-970-45-45 – это наш смс-пейджер, вы можете присылать ему свои вопросы и реагировать на то, что происходит в студии. Видеотрансляция на «Эхо Москвы» продолжается и во время Новостей тоже.

НОВОСТИ

А. ГРЕБНЁВА: Это вторая часть программы «особое мнение» с Виктором Шендеровичем. На +7-985-970-45-45 можете присылать ему свои вопросы. Тут даже некоторые писали жалобы на видеотрансляцию, но вроде мы попытались всё восстановить, надеюсь, что вам Виктора видно хорошо. Тут уже отреагировали на Ваше обращение об уходе Путина. Ася: «Не Путин сделал этот беспредел, а Вы с Ельциным».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да, мы вдвоём с Борисом Николаевичем, помню, собрались и сделали беспредел. Молодец Ася! Аналитик серьёзный.

А. ГРЕБНЁВА: Пишут, что никогда не будет приведена в сознание нынешняя элита и либеральный средний класс. Кроме того, ещё среди подписавших это обращение, я лично заметила Алексея Девотченко, артиста, который на этой неделе уже отметился. Он обращался очень конкретно к коллегам по цеху – не участвовать в пропагандистских мероприятиях.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Старая мысль Солженицына.

А. ГРЕБНЁВА: Там же Юрий Шевчук на концерте против нынешней власти, как спрашивают наши слушатели, в частности, пенсионер Влад, это что, гражданское общество возвращается из отпуска или это отдельно взятый эпизод?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, есть отдельно взятый Алексей Девотченко и Юрий Шевчук, есть — люди. Общество складывается из людей и того, что к ним, как к магниту, стягивается… как какая-то кристаллизация происходит вокруг каких-то мыслей людей. Мысль Девотченко – это мысль солженицынская. Ложь пусть идёт в мир не через тебя. Мы не в состоянии изменить мир, мы в состоянии изменить  — себя. Когда нас много – меняется мир. Это простая мысль. У Солженицына она была сформулирована: пусть ложь идёт в мир не через тебя. Зло. Вот лично ты — не принимай участие. Лично ты. Тем более, он обращается к знаковым людям – к артистам, к публичным людям. Не принимай участие — ты. Те, кто пишут, что никогда общество не изменится… Да что вы за общество! Что вы за народ! Ты сам не принимай участие — не беги, не торопись вступать в эту партию, лизать руку. Ты сам не делай этого! Когда, помимо Девотченко и Шевчука… таких людей много — они просто менее заметны — которые для себя избирают… А общество – это слишком общее понятие. Общество постепенно кристаллизуется и набирает силу. Или теряет силу. Бессмысленно говорить о том, что общество никогда… Что за ерунда! На наших глазах общество из сонного состояния… Сегодня 25 лет прихода Горбачёва к власти.

А. ГРЕБНЁВА: да, 11 марта он стал Генсеком ЦК КПСС.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: да. С этой отсечки начинается некоторый другой этап в жизни, в частности, России, раз мы о ней говорим. Но не только России! При Горбачёве мы впервые узнали, что может быть независимая пресса, что может быть гражданское общество, при Горбачёве была отменена — неважно даже, до какой степени он этого хотел! — отменена монополия на правящую партию. Он эти механизмы позволил себе, рискнул — запустить. Он был, в отличие от тех, кто руководит сегодня — политик. Кто руководит сегодня формально страной. Когда он выпустил Сахарова – это был поступок политика! Он определял изменения правил игры, в отличие от Медведева, который говорит, что свобода лучше, чем несвобода, но он одной крови с Путиным.

А. ГРЕБНЁВА: Но у него ещё есть шанс выпустить Михаила Ходорковского.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Шанс есть. Я всё жду, когда начнётся политик. Политик начинается тогда, когда он начинает опираться на народ. Политик – это человек, который борется с другими политиками за, извините, электорат, за нас с вами борется! Не тем образом, что не допускает на выборы конкурентов, а — в равной конкурентной борьбе доказывает нам, что он лучше представляет наши интересы, чем кто-то другой. Вот что такое политик. В этом смысле Медведев, как и Путин, не был политиком никогда. Ни тот, ни другой никогда не выигрывали никаких выборов. Напомню, что как раз при Михаиле Сергеевиче впервые появилась конкурентная борьба, мы узнали, что существует политика, а не эти византийские подковёрные игры — по-крайней мере не только они. Надо возвращать правила игры. Сегодня, несколько из этой недели… В Барнауле осквернён флаг приёмной «Единой России».

А. ГРЕБНЁВА: Два молодых человека сорвали и им грозит до трёх лет. Но это же хулиганство и вандализм, Виктор!

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это разные слова и разные сроки. Это хулиганство, а им шьют вандализм. Эта тряпочка с мишкой у нас идёт под Ван Гога.

А. ГРЕБНЁВА: Тряпочка с мишкой, как Вы выразились, там триколор российский тоже присутствуем.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Давайте сверим сроки, которые получат эти молодые люди — со сроками, которые получили милиционеры в Благовещенске за то, что изнасиловали и отметелили город. Там были изнасилования и избиения, тысяча людей была избита. Зачищали город несколько дней. Получили условные сроки. Давайте сверим приговоры тем людям, которые калечили, метелили россиян, унижали, заставляли хором кричать: «Мы любим милицию» при этом. Давайте сверим сроки этим людям со сроками, которые получат эти ребята. И тогда в очередной раз удостоверимся, кого защищает сегодняшний закон.

А. ГРЕБНЁВА: Но у нас есть пример Евсюкова, которого пожизненно приговорили. Сегодня Мосгорсуд удовлетворил жалобу адвокатов Ходорковского и Лебедева, вернее, он не принял иск Матросской тишины. Стал на сторону…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я уже говорил, что есть какое-то подспудное движение, об этом не я один, это уже замечено… Есть какое-то внутреннее недовольство, понимание того, что всё не так железно, как в 2005 году, когда Ходорковский получал приговор от судьи Колесниковой в Басманном суде… Тогда был такой морозильник. И судья Колесникова чётко выполняла правильные указания. Судье Данилкину тяжелее, непонятно, что сейчас, в какой ситуации… это двоевластие некоторое, некая византийская подковёрная борьба, она конечно выходит каким-то образом наружу. Но ещё раз, отходя от имён собственных к системе — надо возвращать нормальную систему. Чтобы судья Данилкин не смотрел поочерёдно в тоске на портрет Медведева и портрет Путина и думал бы, выносить приговор эдак или так. А чтобы он смотрел в УК и Конституцию РФ. А оба портрета повернул лицами к стенке. Вот — надо возвращать систему суда. Вот такого. Надо возвращать систему независимых СМИ.

А. ГРЕБНЁВА: Почему Вам кажется, что если не будет Путина, это всё вернётся?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: нет, не делайте из меня идиота, ладно, Алина, я Вас прошу. Я не говорю, что как только не станет Путина, это вернётся, но эволюционный путь может начаться всерьёз, когда не будет Путина! Потому что Путин, создавший эту систему, лично ликвидировавший, в политическом, как минимум, смысле, всех своих противников. Путин, установивший фактическое единовластие, корпоративное по крайней мере, не заинтересован, мягко говоря, в этой эволюции. А рычаги власти у него. Что мы будем болтать и ждать 2012 года с очередным 12-летием этого господина? Вольному воля. Кто хочет – на здоровье. Сейчас на флажке идёт игра. Либо мы сейчас — мы, россияне  — «мы, народ», как сказано в Конституции, очухаемся и начнём возвращать… Не то, чтобы мы вернём сразу, щелчком рубильника, нет! — начнём возвращать эту демократическую систему, эту обратную связь, либо… Вот тут начинаются те два варианта. Либо вариант партизанской борьбы…

А. ГРЕБНЁВА: Вы уже об этом говорили.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я хочу просто сказать, что убийства массовые ментов на и служивых людей на Кавказе, этот поджог Ленд Крузера прокурорского в Москве и барнаульский срыв флага – это выход энергии, которой закрыт выход через демократические отверстия. Эта энергия не может вертеть нормальные колёса, шестерёнки демократические – свобода прессы, перевыборы, суд независимый. Эта энергия выходит в разрушение, во взрыв прокурорского Ленд Крузера, срыв флага… Либо будет такого рода реакция, либо стагнация ещё на какое-то количество десятилетий, и тогда мы окончательно оказываемся в хвосте у всего земного шарика, просто совсем Африка, холодная Африка такая. Выбирать надо.

А. ГРЕБНЁВА: И всё-таки, как Вы сказали, демократические шестерёнки могут крутиться и по велению народа, это примеры, когда живой щит на МКАД, об этом сообщили через Интернет, через два дня – реакция ГИБДД, увольняют сотрудников…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это показатель того, что это работает! Только можно отдельно вскрывать каждый фурункул. Вот — тут наказать этого лукойловского начальника, вот тут наказать этого ментовского начальника, вот тут! Это вскрывание фурункулов ножичком по одному…

А. ГРЕБНЁВА: Но это же идёт от отдельных людей, когда их действительно заживо это берёт. Значит остальное всё заживо не берёт пока.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Всё берёт заживо. Только можно лечить организм, а можно по одиночке срывать фурункулы. Ну, давайте этим заниматься, будет тысяча фурункулов, мы будем каждый ножичком вскрывать отдельно. Это очень полезно для организма! Организм не в порядке, надо возвращать нормальную систему, демократическую. Разделение властей.

А. ГРЕБНЁВА: И тем не менее, народ, судя по тому, что под этим обращением «Путин должен уйти» стоит более 2 тыс. подписей, в целом до всего населения мысль нельзя донести.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Остаётся подождать, пока в программе «Время» и «Вести» будет оглашено содержание и будет предложена подписка. Тогда посмотрим, сколько подпишется.

А. ГРЕБНЁВА: Но это нереальный сценарий.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Абсолютно реальный. Алина, жизнь длинная — то, что в 1984 году казалось совершенно нереальным, в 1986 году казалось реальным. Если бы Горбачёву сказали, что он будет говорить через три года после избрания, он бы с ума сошёл. Жизнь движется.

А. ГРЕБНЁВА: Спасибо большое. Это «Особое мнение» Виктора Шендеровича.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире