'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 30 сентября 2009, 19:08

О.ЖУРАВЛЕВА: Здравствуйте, это программа «Особое мнение», у нас в  гостях традиционно Александр Проханов, главный редактор газеты «Завтра». Не  забывайте нам писать СМС — 970-45-45, и не забудьте, что для всех заинтересованных есть на сайте «Эхо Москвы» видеотрансляция этого эфира. Александр Андреевич, тут рассказывали, что вы куда-то скрылись, что вас нигде, что вы не отвечаете на телефонные звонки – тем не менее, в эфир вы пришли. Вы на самом деле куда-то уезжали?



А.ПРОХАНОВ: Да я и сейчас в отъезде, и сейчас меня нет. То, что я здесь – это иллюзия, это ваше воображение. Считайте меня пропавшим без вести.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, если вы не пропали, тогда вы  мне расскажете все, что знаете. Масса вопросов возникло после эфира, когда вы вскользь упомянули по поводу того, что дочь Путина вышла за олигарха – вы можете теперь объяснить, что это было – фигура речи или подлинная информация?

А.ПРОХАНОВ: Я даже не помню этой фразы – может быть, она действительно вышла за олигарха? Но, во-первых, очень важно, что не за бомжа, не была нанесена никакая обида многоуважаемой дочери нашего премьера. А во-вторых, это было произнесено в некоем запале. Это был момент, если вы вспомните, когда мне хотелось добра всем людям.

О.ЖУРАВЛЕВА: В том числе дочери Путина вам хотелось хорошего мужа.

А.ПРОХАНОВ: Конечно. Я, правда, не помню, что это было. В  каком контексте, но чувствую, что в это время у меня было светло на душе.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, с этой темой все понятно. Есть еще несколько событий, которые беспокоят наших слушателей — очень всех интересует история с журналистом Подрабинеком, который написал очень резкую статью по поводу закрытия шашлычной «Антисоветская», и  в  адрес ветеранов высказался достаточно сурово. После чего началась какая-то удивительная история — как вы на это реагируете? «Наши» бойкотируют что-то, кто-то пилотирует — таки должно быть, это важная реакция?

А.ПРОХАНОВ: Вообще важно, что шашлычная работает — это, мне кажется, очень важным. Было бы трагичным, если бы еще одна шашлычная в Москве перестала работать. Сейчас идет массовое увольнение шашлычников из  Москвы. Эта шашлычная уцелела – это раз. Во-вторых, заявление Подрабинека, что теперь страна принадлежит не этим ветеранам красным, что, слава богу, что она принадлежит другим и  что ветераны пусть молчат, может, даже убираются прочь из этой страны – то ли в Британию, то ли на  тот свет, — это заявление, которое сначала вызвало во мне лютый гнев, а потом тихое, печальное сожаление. Потому что наша страна сегодняшняя действительно не принадлежит красным ветеранам, ее вырвали из рук красных ветеранов в  1991 г., ее растерзали на части и вместе с ней растерзали победу. Но эта страна не принадлежит и  Подрабинеку, вообще она не принадлежит и тем, кто вырывал эту страну из рук красных ветеранов, она не принадлежит либерально настроенным людям, она не принадлежит правозащитникам. Идеология Подрабинека была очень мощным инструментом, с  помощью которых ветеранов отшвырнули от владения этой страной. Но его тоже после этого отшвырнули. Страна принадлежит другим совершенно кланам, людям, которым глубоко наплевать и на Подрабинека, и на ветеранов. Это раз. Второе, — так хотелось гражданского мира, так хотелось соединения, так хотелось увидеть наш народ неразобщенным, а объединенным, сочетаемым, — видит бог, и моя газета, и я, и близкие мне люди прилагали все усилия, чтобы прервать эту распрю. И каждый раз в отношении русских людей вбрасывается какой-то мерзкий пакостный аргумент, который опять раскалывает нас на части. Есть задача не дать соединиться народу в целом, чтобы в народе шла непрерывная буза, распря, склока, ненависть, — только такой народ, неразделенный идеологически, не  в состоянии выпускать ракеты, реформировать армию, создавать институты реального государства. И тот, кто это делает – это целая кампания, видимо, огромный комбинат на это работает, — он заинтересован в том, чтобы вообще не было страны. Страна, которая была отнята у  красных ветеранов, это была великая, могучая страна, которая распростерлась на шестую часть света, у  которой были великие электростанции, были звездолеты, университеты и знания. У сегодняшней страны ничего этого нет.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тогда непонятно, почему эти серые массы все время хотят ее украсть, эту страну,  — если ее уже нет.

А.ПРОХАНОВ: А это не серые массы, это такие, звезднополосатые массы.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, вот оно, что такое.

А.ПРОХАНОВ: Кстати, американцы об этой ситуации, об этом внутреннем хаосе говорят, что это управляемый хаос. Они сеют хаос, создают абсурд, но их культуры политологические научились хаосом управлять. И запущенный хаос – это страшное колесо хаоса, которое катится по миру, — оно расчищает дорогу янки.

О.ЖУРАВЛЕВА: А они сюда придут и поставят здесь свои «Макдональдсы».

А.ПРОХАНОВ: Ну, не знаю, — может, «Макдональдсы», а  может крылатые ракеты – об этом поговорим чуть позднее.

А.ПРОХАНОВ: Есть еще несколько тем, которые стоило обсудить — дело в том, что у нас, оказывается, может измениться модель демократии. У нас была «суверенная», о  чем мы много раз слышали, а сейчас некие эксперты заявляют, что время «суверенной демократии» пришло и будет новая модель предложена президенту. И то самое развитие, о  котором вы говорили, упомянуто в этих текстах. В  частности, президентский Институт современного развития и  его представитель, некий Масленников, сообщил СМИ, что уже историческая необходимость отпала в  «суверенной демократии», теперь это уже будет демократия. Но другая, которая ориентирована как раз на развитие. В общем, сбываются ваши мечты. Вы верите в то, что это действительно будет?

А.ПРОХАНОВ: Я вообще верю. Все, что Масленников и  его институт говорит, я в это верю.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы же попрекали, что у них нет никаких идеологов в Кремле, недостаточно.

А.ПРОХАНОВ: И я радуюсь, что их нет. Слава тебе, господи, что их нет, этих идеологов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так есть же  — вот они.

А.ПРОХАНОВ: Масленников – это наш идеолог, что ли? Пока что за Масленниковым нет ничего кроме отрицания единственной сложившейся за это время идеологемы – «суверенная демократия» — потому что это идеологема. Более того, она родилась в период трансформации нашей власти: выделения из Путина Медведева, деление вот этой клетки. И она родилась в момент, когда она обещала быть творческой.

О.ЖУРАВЛЕВА: Здесь мы сделаем небольшую паузу, уйдем на небольшой перерыв. Никуда не уходите – у нас в студии Александр Проханов.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с  вами программа «Особое мнение» и наш гость Александр Проханов. Мы начали разговор о том, что возможен отказ от идеологемы «суверенная демократия»  — вот чем аргументируют представители Института современного развития. Директор Общественно-политических программ Борис Макаренко говорит, что «демократия в  России должна насаждаться сверху», — они продолжают быть в этом уверены, — потому что, — на взгляд Макаренко, — появиться в качестве инициативы снизу она может лишь революционным путем, что неизбежно выльется в большие социальные потрясения». Мы не хотим социальных потрясений, мы будем насаждать демократию сверху, — не суверенную, а немножко другую, которая будет годиться «для поступательного развития» — это хороший знак, плохой, или вообще это не знак ничего?

А.ПРОХАНОВ: Нет, это знак, это очень хороший знак. Наконец, мы дождались вот этих суждений Макаренко. Поговорим о  «суверенной демократии» – о реальной, единственной идеологемы за все эти 15 лет нового правления. Причем, эта доктрина была заявлена вначале несколько торопливо, броско, но она была очень потенциальной. Потому что за  «суверенной демократией» возникли такие формулы, как «русская цивилизация», ее неповторимость, «суверенность русской цивилизации», «особый русский путь», — это развитие тезы «суверенной демократии», это не просто демократия образца…

О.ЖУРАВЛЕВА: Мне кажется, что про «особый путь» давно говорили, столетиями.

А.ПРОХАНОВ: Эта формула обещала превратиться в очень сложный и стройный кодекс, кодекс нашей идеологии, по-существу, в  имперский кодекс. Потому что если речь идет о русской цивилизации и  о  суверенном, особом русском пути – это путь имперской России. И на это многие пошли, стали развивать этот тезис. И когда новая когорта, новая элита интеллектуальная, которая явилась вслед за Медведевым, почувствовала это, она как бы затоптала этот цветок, еще не распустившийся. Потому что новая элита, конечно, мыслит категориями западных ценностей, она всеми правдами и неправдами пытается опять загнать Россию в западное стойло, как это было в  90-е годы – в  то, что при раннем Путине, Путине первого этапа Россия как несчастная лошадь высунулась на полкорпуса из этого стойла, показалось этим господам ужасным – ее опять сейчас заталкивают ногами, бичами в западноевропейское стойло. Это будет стоить России огромного количества энергии и жизней человеческих.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вообще демократия нужна в  России?

А.ПРОХАНОВ: «Демократия»  — чем этот термин хорош? – что это такое лоскутное одеяло, которое каждый тянет на себя. Ведь в советское время тоже говорилось о демократии – «социалистическая демократия».

О.ЖУРАВЛЕВА: Она была, народовластие было?

А.ПРОХАНОВ: Советское народовластие было. Я убежден, что и  фашисты в каком-то смысле говорили о демократии – демократии арийцев.

О.ЖУРАВЛЕВА: Например, демократическим путем они пришли к  власти на выборах.

А.ПРОХАНОВ: Да. Я думаю, что о демократии говорил рабовладельческий Рим. Но для сегодняшней России этот термин замшелый и ложный. Сегодняшней России нужна сильная патриотическая власть, которая в кратчайшие сроки ликвидирует эту страшную опухоль, этот страшный нравы, который существует в  российской власти, в  российской элите, и, по-видимому, в  этом институте, который демонстрирует эти безумные и абсолютно несвоевременные тезисы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тогда, может быть, какие-то боковые знаки вам о чем-то скажут: появилась публикация о том, что оказывается наш президент недоволен речами, которые ему пишут и даже иногда отказывается их  читать. И  его постоянный автор, постоянный спичрайтер, его перестала устраивать, и, судя по всему, готовятся какие-то таинственные перестановки, перемещения, и возможно, кто-то другой будет писать. О  чем говорит, что текст его перестал устраивать?

А.ПРОХАНОВ: Это очень хороший знак. Сначала речи Медведева перестали устраивать народ, а потом речи Медведева перестали устраивать самого Медведева. И, конечно же, в этом виноват спичрайтер – не только  г-жа Полыева, потому что мне кажется, что весь пиар и  весь дизайн медведевских выступлений, и весь образ, который складывают его пиарщики, он  просто ужасен. Мне искренне жалко Медведева, который стал жертвой вот этой странной диффамации. Этого странного расходования этой еще небольшой президентской энергии, но она уже практически расточилась. Кто заставляет Медведева появляться 4 раза в эфире — каждый раз по разному поводу в разном интерьере, кто создает эту переизбыточность слов, кто вообще формирует его сентенции, в которых очень часто нет сущностных вещей, нет содержания?

О.ЖУРАВЛЕВА: Так это не написанные речи, это то, что он  сам говорит очень часто.

А.ПРОХАНОВ: Каждая речь, каждый сюжет прорабатывается – там же есть режиссура, там есть свой Станиславский. И, насколько мне известно, три дамы занимаются образом нашего президента. Это пресс-секретарь Тимакова, Полыева.

О.ЖУРАВЛЕВА: И, видимо, референт Ева Василевская, которую сейчас прочат в  спичрайтеры.

А.ПРОХАНОВ: Может быть Василевская, и может быть, в том числе, и сама супруга Медведева, которая, как мне говорил, очень тщательно и  справедливо заботиться об образе своего мужа, супруга. Мне кажется вся эта комбинация крайне неудачная. Медведев не должен появляться с такой частотой на экране – идет девальвация, обесценение его речей. Медведев постепенно — не постепенно, а  очень быстро, — превращается во второго Горбачева, то есть, там просто идет какая-то калька – вот это непрерывное словоизвержение. Молчаливые лидеры являются загадкой. Даже если молчаливые лидеры внутренне пустые, возникает иллюзия, что они наполнены идеями, свершениями. Лидеры не должны говорить по всяким пустым поводам, они не должны говорить, что «свобода лучше, чем несвобода», не должны говорить, что чернозем лучше, чем суглинок и  супесь, не должны учить людей повязывать галстуки – это дело других иерархий.

О.ЖУРАВЛЕВА: Сегодня опять цитируют президента Медведева: «нужно научить народ экономить энергию, нужно поступательно двигаться в сторону»…

А.ПРОХАНОВ: Согласен. Нужно учить народ чистить зубы по утрам – это очень важно, потому что не  все наши люди чистят зубы. Некоторые – потому что у них этих зубов уже нет, они остались от цинги в  прошлом, в этом страшном красном периоде, когда у людей были зубы. А сейчас действительно, особенно пожилые старики, ветераны — это шамкающая часть России. Повторю – если не балагурить и не хохотать, мне кажется, что близким людям президента, стилистам президента нужно понимать, что человек, сидящий в Кремле, это особый образ, особая энергетика, особое выражение лица, особый жест, одежда, особая манера повязывать галстук. Надо соответствовать этой миссии человека, появившегося в Кремле – это огромная ответственность и  огромная тайна, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: А какой образ вам видится? В латах, молчаливый, суровый? – какой?

А.ПРОХАНОВ: Я не хочу балагурить об этом, потому что мне это очень дорого.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но вам же Путин нравился — образ у него хороший был?

А.ПРОХАНОВ: Был хороший образ. Путин выиграл вторую чеченскую войну, и он приструнил сепаратистов, он уничтожил сепаратизм в Поволжье.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы об образе, или о деяниях?

А.ПРОХАНОВ: Я говорю об образе, который складывался из этих деяний. Потому что мы видели Путина в эти моменты, мы видели Путина на фоне трагического «Курска»,  — это все деяния, образы, это все состояния, ситуации…

О.ЖУРАВЛЕВА: И тогда вас образ устраивал?

А.ПРОХАНОВ: Это образ человека – тогда он меня устраивал, — который находится со своим народом в самые трудные минуты, самые трудные мгновения исторической судьбы. А выходить на паперть и учить народ пользоваться жидким мылом, чтобы соблюдать гигиену – это не его задача. Это Онищенко пусть говорит, анне наш президент. Это мое суждение. Я могу ошибаться, может, он нашим дамам и нравится вот такое частое появление очаровательного человека – он действительно очаровательный человек. Но я бы, видит бог, частотность появления нашего президента в эфире срезал вчетверо, и предложил  — не президенту, а спичрайтерам, — оформлять речения президента сущностно, по самым категорическим, даже трагическим моментам сегодняшней российской истории.

О.ЖУРАВЛЕВА: Не болтать лишнего. Еще один идеолог — у нас с вами сериал получается – вы говорите о романе «Околоноля», который вы прочитали, или фантазировали, может быть, что вы его прочитали — не знаю. Так вот кремлевский идеолог сурков, которому приписывается, как известно, авторство романа, сначала написал рецензию достаточно разгромную на этот роман, а потом, спустя некоторое время сказал, что  — он выступил на  «Пятых пионерских чтениях» журнала «Пионер», видимо, где неожиданно заявил, что считает «Околоноля» «отличным произведением», а «рецензия писалась в коцне августа – прошло много времени, погода изменилась. Я говорю совершенно искренне, что мне нравится роман «Околоноля» — наверное, потому, что я лучшего ничего не читал». Вы тоже не читали ничего лучшего этого романа?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я читал много произведений, равных этому роману, очень хороших, прекрасных произведений. Но, скажем, вот моя личная история — я написал роман «Господин Гексоген», который получил премию «нацбестселлер». Первая о нем рецензия в  «Литературной газете» была написана одним господином – она была разгромна, просто этот роман затоптали, как и  многие мои работы. А через некоторое время, в силу изменившихся обстоятельств, тот же  человек написал апологетическую рецензию.

О.ЖУРАВЛЕВА: Сурков так и объяснил, что так бывает – люди меняются.

А.ПРОХАНОВ: Это бывает, люди меняются. Но  я  не читал первую рецензию Суркова, где он топчет этот роман.

О.ЖУРАВЛЕВА: Он написал, что это «квази-роман, кукла, чучело и фикция» — если коротенечко.

А.ПРОХАНОВ: А может, это сделал Подрабинек, — я не знаю, он ли это сделал. То, что этот роман мог ему сначала понравиться, а потом не понравиться – может, это элемент игры.

О.ЖУРАВЛЕВА: А может быть, он, таким образом, просто продает свой роман?

А.ПРОХАНОВ: Нет, Владислав Юрьевич очень виртуозный человек, в  нем есть элемент такого артистизма, и  этот шухер, который поднялся вокруг этого романа, и эта тайна, которая окружает этот роман – она очень импонирует Суркову, он включился в эту игру. И  эта игра – с отрицанием. А  потом с  апологетикой романа, — она сама по себе хороша, она говорит, что мы  имеем дело с живым, ироничным — ироничным по поводу к самому себе, человеком. А как еще иронизировать, если ты оказался в центре этой во многом дурацкой коллизии – его это роман, или не его? Я, кстати, написал большую работу в своей газете: «Владислав Сурков – он или не он?» — об этом романе. Сказал, что если этот роман написал не он, то это блистательный роман. А если роман написал сурков, этот роман имеет массу недостатков.

О.ЖУРАВЛЕВА: Думаю, что именно поэтому Сурков изменил свое мнение.

А.ПРОХАНОВ: Из-за меня? Да что вы,  — что Суркову мое мнение? Я думаю, что  — как это там — Гекуба?

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, что он  Гекубе, что ему Гекуба.

А.ПРОХАНОВ: Конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тут спрашивают, как вы относитесь к  самому Суркову, но вы уже объяснили – он  прекрасный, блистательный, чудесный, волшебный и  виртуозный.

А.ПРОХАНОВ: Сурков является прототипом многих моих романов. Это мой любимый прототип, и я его как электрон неисчерпаемый исследую постоянно. И думаю, что вот эта поразительная история с  этим «Околоноля» это тоже целый сюжет – если не для романа, то, по крайней мере, для статей. Мне нравится, что через кремлевские стены перелетают не только безумные или банальные речи, но и игровые компоненты кремлевской политики – замечательно.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, есть какие-то еще перспективы – обычно вы говорите о Кремле как о  ужасной клоаке, где ничего хорошего не родится.

А.ПРОХАНОВ: Я говорил о Кремле, о том времени, когда через кремлевские стены перелетали голубые кольца дыма из сталинской трубки.

О.ЖУРАВЛЕВА: Как обычно. Но это очевидно. Георгий спрашивает: «Почему вы  Проханова никогда про Грузию не спрашиваете?» — я очень хочу спросить Александра Андреевича про Грузию, но последняя новость, которая касается Грузии, она содержится сегодня в  европейском докладе, который, как ни странно, всем понравился: то, что Грузия начала первой – понравилось России, то, что Россия дальше вела себя неправильно, — понравилось Грузии. Но об этом – после перерыва. Никуда не уходите, мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: Продолжаем. Александр Андреевич, скажите хотя бы пару слов о том, что вы думаете по поводу наших сложных взаимоотношений с  Европой и с европейским докладом по поводу ситуации в  Грузии – их действительно беспокоит этот вопрос? Очаги напряженности.

А.ПРОХАНОВ: Думаю, что главное в этом докладе – это признание Грузии агрессором, признание Саакашвили агрессором  — это главное. А все остальное это приложение. Потому что еще недавно Россия считалась агрессором, а  Грузия была милосердным агнцем. Вот это кончилось. Кто начал войну – тот пускай пожинает и плоды. Кто посеял ветер, тот пожинает бурю. По-существу, это сделано — переломилось общественное сознание высоколобых людей в  Европе. А остальное это все бантики. Слава тебе, господи.

О.ЖУРАВЛЕВА: В какой-то степени с вами МИД РФ согласен в этом мнение.

А.ПРОХАНОВ: Мы  с  ним постоянно единодушны – с тех пор, как оттуда ушел Козырев, я стал относиться хорошо к работникам МИДа.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тогда, может быть, расскажете самые свежие новости – вы же были в очередной поездке, страну смотрели.

А.ПРОХАНОВ: Да, я смотрел страну. Я не скрывался, я сел на автомобиль, промчался 300-400 километров, и оказался в городке Тутая, что на  Волге, под Ярославлем. Я туда приехал, чтобы помочь моим младшим товарищам, друзьям, которые там ведут изнурительную борьбу за преодоление кошмара тутаевского, который является частью российского кошмара. Тутаев – это город по обеим сторонам Волги раскинулся, и  в нем потрясающей красоты церкви, удивительные церкви. Сама Волга берет начало из-под часовни, где-то в Тверских болотах. А эти церкви, которые тянутся на всем протяжении, видимо, от  верховья почти до  Астрахани, — их отражения, кресты, иногда золотые, иногда ржавые и погнувшиеся — отражаются в реке. Поэтому в этом смысле это водосвятская красота, и  Волга святая в этом смысле река. И  в этой святой стороне, где все дышит святостью, красотой и обилием,  — кошмарная жизнь людей. Как можно было довести жизнь нашего народа до такого кошмарного положения? Город Тутаев: асфальта на улицах нет, машина моя брыкалась в ямы. Все городски заведения изношены, красные ветераны их еще строили, а Подрабинек эти заведения довел до кошмара. Завод, который совсем недавно был флагманом моторостроения сейчас практически перестал работать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Эта та же проблема моногородов, которой на этой неделе занимались наши руководители.

А.ПРОХАНОВ: Это не  моногород, там было еще несколько предприятий – они все легли. Люди,  — вот эта русская печаль – люди перестали верить, они превратились в тихие тени. Этот взгляд русских женщин и  пожилых людей – я  его не могу выносить без боли, без скорби, что произошло? У города есть бюджет, как у  всякого города – большой или маленький, но  бюджет. Этот бюджет идет на больницу, на школу, на асфальтирование улиц, на проведение праздников Дня города. Все эти бюджеты разворовываются, они все уходят. Всю страну захватили воры, которые вымывают все госсредства, все бюджеты. У меня даже появилась потрясающая мысль: вся система налогообложения в  сегодняшней России — это гениальная выдумка. Ведь вор не может ходить по каждому отдельно взятому дому и обворовывать жильца, искать, вытряхивать у  него деньги, где там, у старушки «гробовые» заложены – он не может этого делать. Налогообложение заставляет людей сносить все деньги, большие и  малые, в казну — деньги там копятся, потом разворовываются. Это гениальная воровская акция по сбору налогов. Причем, сейчас идут выборы по всем городам и весям – вот  хари этих чиновников, сытые, наглые, улыбающиеся, со вставными зубами, с пенсне, элегантные, с надписью: «Я люблю тебя, Тутаев», «Мы делаем дело, а вы посмотрите на наши чистые руки» — это чудовищно на фоне этих заброшенных, несчастных городов.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Единая Россия» представлена в Тутаеве?

А.ПРОХАНОВ: Видимо, да, я не разбирался. Я просто шел по Тутаеву – эти разрушенные срубы, эти дырявые окна, зловоние. На город напали крысы, город находится во власти крыс – я не говорю о чиновниках, это тоже крысы, но там реальные большие крысы, которые поселились в многоэтажных жилых домах, построенных уже при советской власти. И небольшая когорта людей, таких русских пассионариев, бьется за то, чтобы сместить вот это воровское сословие. Это блестящие люди — не знаю, выиграют они что-нибудь в  Тутаеве, или нет.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но люди адекватные в  Титаеве?

А.ПРОХАНОВ: Конечно, эти люди хотят выиграть места в депутатском корпусе и сломить вот эту коррупционную ситуацию в  своем городе. Та же ситуация у моих друзей в  городе Клину – та же самая ситуация: они бьются за возможность участвовать в выборах. Это крупнейшая общественная организация Клина.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так это та самая демократия.

А.ПРОХАНОВ: Которая добилась огромных успехов. Их вычеркивают, не регистрируют – они 14 дней голодают. Уже трое из этих замечательных молодых людей оказались в больнице. Они хотят привлечь к себе внимание. Через Клин проезжал губернатор Громов,  — люди голодают, хотят привлечь внимание. Он проехал, не обратился к ним. Вся страна – это огромная воровская кормушка. Но  во всей этой огромной вороватой кодле всегда рядом с ними появляются уже люди молодого поколения, которые больше не хотят мириться с этой гадостью. Это не восстание, это не «бадермайнхофф», это не  «красные бригады», не «ротор армее» — это люди, желающие эволюционно, через выборные процедуры, изменить это. Если они не изменят  — я не знаю, чем они займутся – может быть, залязгают затворы – не дай бог, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Как-то все озаботились молодежной политикой — и  движение «Наши» страшно активизировалось после встречи с Сурковым, появились опять разговоры о том, что надо «Мишек», «Машек», детишек привлекать к политике. Это все нужно организовывать сверху – чтобы, опять-таки, не создавать революционных ситуаций, и  так далее?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что это нужно, но  какая мотивация? Для того, чтобы молодежь захватить в эти организации и создать из них какие-то бутафорские клубы КВН, или это оставшиеся здоровая, не спившаяся и  не колющаяся молодежь,  — кинуть ее  на какие-то реальные дела, общее дело. Ведь раньше чем была хороша молодежь? Она ехала строить космодромы, ехала прокладывать дороги на  Север.

О.ЖУРАВЛЕВА: Эти пока стоят пикетом у дома Подрабинека.

А.ПРОХАНОВ: У дома Подрабинека нет нефтяных полей, оттуда не забьет Самотлорский фонтан. А люди молодые, которые ехали туда, прекрасно зарабатывали, не были иждивенцами, они возвращались оттуда с пухлыми карманами, сильными, загорелыми, они знали, что такое бульдозер, что такое бронетранспортер, знали, что такое гигантские хлебные тока целины и что такое проложенные топи. О них слагались стихи, писались песни, — вся Пахмутова на этом построена, — это была настоящая молодежь. Вот молодежная политика не может быть пиар-политикой. Молодежь хочет большого дела.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, молодежь хочет идти в политику, чтобы потом стать теми же чиновниками, и  жить хорошо.

А.ПРОХАНОВ: Та молодежь, о  которой я вам только что сказал, вот эти еще небольшие группы молодых, очень светлых людей – многие из них бизнесмены, иные краеведы, третьи культурологи районного масштаба – они не хотят заниматься бузой. Они хотят спасения своему городу и стране.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, вы  выскажите свое отношение к  позиции правительств по поводу моногородов? Нам на этой неделе было сказано, что будут кое-какие моногорода будут просто переселять, каким-то будут помогать. Наши слушатели в нашем эфире высказались категорически против, потому что выселять людей из города, если уже они там живут? Надо им там что-то придумывать, делать какие-то другие заводы, что-то модернизировать.

А.ПРОХАНОВ: Во-первых, все эти моногорода окружены разрушенными дорогами. Надо построить дороги хотя бы, чтобы к тому времени, когда действительно кончится рецессия, а не мнимо кончится, к этим городам можно было бы подвозить сырье, медикаменты – этих безработных людей надо кинуть на дорожное строительство – это раз. Главный моногород у нас – Москва. Вот ее надо расселять. Москвичей нужно выселять за  МКАД в поля — пустые, безбрежные русские поля, в которых уже давно не грохотал трактор и не паслась скотина.

О.ЖУРАВЛЕВА: За МКАДом в полях все хорошо, там существуют всевозможные фермы и прочие предприятия.

А.ПРОХАНОВ: Не фермы, а  фирмы существуют всевозможные  — ночной охоты, или так далее. Вот эти мегаполисы страшные и уродливые, в  которых люди перестают размножаться, в которых людей удобно спаивать, удобно оглуплять – они должны быть расселены. Я обратился же  к Потанину направить свои усилия, если он  хочет снискать к себе любовь народа – на создание агроцентров в депрессивных областях типа Псковской и Смоленской – пусть построит поселки, новые фермы, пусть купит новые породы скота высокопродуктивного, пусть создаст новые технологии – тогда ему слава. А расселять моногорода?  — куда их расселять? В Заполярье, или куда? Можно расселять только  в аграрные центры, на природу, к рекам, к  озерам. К сожалению, все берега и озера скуплены олигархами.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое  — это «Особое мнение» Александра Андреевича Проханова, главного редактора газеты «Завтра».

А.ПРОХАНОВ: Кстати, очень распространенное мнение.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, вы  его уже распространили в данной передаче – спасибо вам за это большое. Спасибо всем, кто писал – это была программа «Особое мнение», всего доброго.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире