'Вопросы к интервью
А. ГРЕБНЁВА: Здравствуйте. Это программа «Особое мнение», меня зовут Алина Гребнёва. Я с радостью представляю нашего сегодняшнего гостя, главного редактора газеты «Московская правда» Шода Муладжанова.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Здравствуйте.

А. ГРЕБНЁВА: Начнём с новости о покушении на Ису Ямадаева, сначала, что была попытка убийства вчера вечером, сам Иса в нашем эфире это подтвердил, органы как-то молчали полдня, сейчас по каналам информагентств следственный комитет при прокуратуре, а именно официальный представитель Маркин подтверждает, говорит, что возбуждено уголовное дело. Как Вам представляется вся эта история, что уже и третьего брата Ямадаевых пытаются убить.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Если бы я сказал, что она меня удивляет, я бы очень сильно покривил душой. В свете того, что вообще сейчас происходит вокруг Чечни и вокруг Чечни, и вообще в свете того, что происходит сегодня в криминальном и около криминальном мире России – это совершенно нормальная вещь. Почему в Япончика можно стрелять, а в Ямадаева нельзя? Кто мне мог объяснить такое? Если говорить о Чечне, там ведь не произошло замерение, там нет внутреннего выстроенного мира между кланами, между тейпами.

Там есть некое давление, есть некая силовая система, которая позволяет одному из тейпов при поддержке Москвы поддерживать такое подобие мира, подобие нормальной устроенной жизни и соответственно, такое подобие, оно предполагает время от времени срывы, а потом, когда чиновники, находящиеся на госслужбе, не отрицают своей причастности к действиям в жанре кровной мести, то дальше уже ничему удивляться не приходится.

А. ГРЕБНЁВА: Но то, что по словам самого Исы Ямадаева, что его спасли буквально правоохранительные органы, покушение не удалось потому, что вовремя среагировали. Может быть, Москва уже как-то сама по себе действует?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я надеюсь, что Министерство Внутренних дел России не находится на службе у президента Чеченской республики, и вообще, у должностных лиц Чеченской республики и у личных врагов семьи Ямадаевых. Я надеюсь, что Министерство Внутренних Дел России – это самостоятельная организация, которая подчиняется президенту и премьер-министру России.

А. ГРЕБНЁВА: Раз уж Вы сами первый упомянули имя президента Чечни Рамзана Кадырова, думаете, что это последовательное преследование.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Как я понимаю, у нас его и не отрицают. Я нигде не видел и не слышал, может, я что-то пропустил, его высказываний, которые были чётко сориентированы на то, что он не причастен к этой войне против клана Ямадаевых. Я не знаю, я со свечкой не стоял, но мне кажется, что это действительно война между тейпами продолжается и они там друг другу за что-то мстят. Нам отсюда, из Москвы, трудно такие вещи все понять и прочувствовать. Может быть, там и есть за что мстить.

Но то, что задействованы и замешаны некие госструктуры, это меня ещё раз наводит на мысль о том, что мы вернулись к началу 90-х годов, когда стрельба в Москве и покушение, и убийство никого особо не удивляет.

А. ГРЕБНЁВА: Ещё одна важная новость – встреча президента Медведева с мэром Москвы Юрием Лужковым. О многом они поговорили, давайте остановимся на заявлении Дмитрия Медведева, который сказал, что частный бизнес должен достать деньги на зарплаты, пусть и из своего кармана. Как Вам то, что президент страны даёт указания не государственному сектору?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я надеюсь, что Дмитрий Анатольевич не давал такого указания, у меня есть большая надежда на это, потому что мне не всё нравится из того, что говорит и делает наша современная российская власть, но обвинить Дмитрия Анатольевича в незнании российских законов у меня язык не повернётся. Я думаю, что он гораздо более грамотный человек, чем я. Но если человек, находящийся у власти, начинает говорить языком понятий, а не закона, если нас постоянно призывают к каким-то действиям по понятиям, а не по закону те, кто руководит государством, меня это очень сильно напрягает.

Нас пытались убедить в том, что мы строим правовое государство, нас пытались убедить в том, что мы строим нормальную рыночную экономику, а теперь случился срыв, кризис, а точнее, мы пришли к тому, к чему должны были придти, строя экономику, якобы экономику на основе дешёвых западных кредитов, шальных нефтяных денег, т.е. не выстраивая ни промышленность нормальную, ни систему оборота денег нормальную, ни нормальное сельское хозяйство, ни нормальную логистику внутри страны с хорошими транспортными магистралями, мы это ничего не сделали и пришли к тому, к чему пришли.

И теперь призывать людей, которые создали какой-то бизнес на свои деньги, расплачиваться за такую политику, я считаю, это не вполне справедливо. Давайте тогда все вместе доставать деньги. А руководители отраслей, финансовых, экономических структур государственных не должны ничего из своего кармана достать, в связи с тем, что они привели финансовую систему по существу к краху.

А. ГРЕБНЁВА: Ещё одна цитата по РИА НОВОСТИ, Медведев говорит, что «если государство занимается тем, что ищет деньги для того, чтобы погасить задолженность по федеральным, региональным предприятиям, то пусть это делает и частный бизнес».

А. ГРЕБНЁВА: Я что-то не пойму. Государственные чиновники будут из госказны деньги доставать, а частные предприниматели из собственного кармана?

А. ГРЕБНЁВА: Я ничего не имею в виду, я Вам привожу дословные цитаты из президента Медведева.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я бы хотел, чтобы мы в этом случае подравняли госчиновников и тех, кто занимается бизнесом. Давайте все из своего кармана достанем немножко денег, каждый по мере вклада в кризис и попытаемся поправить ситуацию экономики страны.

А. ГРЕБНЁВА: На +7-985-970-45-45 вы можете присылать свои вопросы, так же и реплики. Поскольку Вы у нас главный редактор «Московской правды», мы не можем не откликнуться на ещё одну сегодняшнюю новость. Газета «Известия» написала о деле Шалвы Чигиринского, о том, что его бизнес уже на грани краха, но в то же время газеты обращают внимание на скандал, который разворачивается между Чигиринским и Еленой Батуриной. Чигиринский устраивает нападки на неё, Батурина отрицает, что между ними было партнёрское соглашение о том, что в обмен Чигиринский получает какие-то преференции. Что Вы знаете или думаете об этом конфликте сторон?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я буду сегодня таким методом отвечать. Вот если бы я сказал, что я круглые сутки думаю об этом конфликте, я бы покривил душой. Я не думаю ничего об этом конфликте, я думаю, что как в некоторых случаях любил говаривать, будучи президентом России В.В. Путин, я вижу перед собой спор двух хозяйствующих субъектов. В разных судах.

А. ГРЕБНЁВА: Высокий суд Лондона пытается.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Пусть правоохранительные органы сами разбираются, потому что, честно говоря, нам время от времени подбрасывают, подкидывают, сливают самую разную информацию по разным вопросам, в том числе и по этому конфликту. Я видел очень разные документы, которые говорят о противоположных вещах. Поскольку у меня нет никакого мерила, эталона достоверности, я не берусь судить, кто прав, кто виноват. Единственное, что мне представляется, чисто визуально и предположительно, что человек по имени Шалва, он на мой взгляд, воспользовался некой близостью к московской власти для того, чтобы почти на ровном месте раскрутить достаточно серьёзные бизнес-обороты. Если где-то не согласились с его методами, то дальше последовал серьёзный конфликт. Мне так представляется в этическом плане.

А в деловом плане должны разбираться правоохранительные органы.

А. ГРЕБНЁВА: Давайте не будем уходить далеко от столичной тематики, обратимся к выборам в Мосгордуму. Сегодня «Единая Россия» утвердила списки, пока фамилии не оглашаются.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Не очень сложно догадаться.

А. ГРЕБНЁВА: Давайте Ваш прогноз, кто будет первым номером?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Начнём с того, что я человек беспартийный и я не работаю ни с какими партийными аппаратами и никого не консультирую, я далёк от внутрипартийной жизни, к моему большому счастью и удовольствию. Мне кажется, что предстоящие выборы, они пройдут под знаком нарастающего социального недовольства, которое не очень сильно связано с действиями представительной власти в Москве. Мне кажется, что если делать такой ранжир, ранжировать структуры властные относительно вины создания кризисной ситуации в России вообще и в Москве в частности, думаю, что московская городская Дума будет не на первых местах.

У неё не так много механизмов влияния на финансово-экономические проблемы, на их урегулирование. И думаю, что Московская ГД при нынешней системе законов – это не очень тонкий и не очень мощный инструмент. С другой стороны понятно, что любые властные структуры сегодня рассматриваются, как инструмент влияния, прежде всего, и мы сейчас проверяем, до нас доходит какая-то неофициальная, полулегальная информация о том, что в Москве кое-каким влиятельным людям за деньги предлагают покупать мандаты в городской Думе.

Ну, не знаю, насколько такие вещи могут быть чем-нибудь подтверждены, скорее всего это делается на уровне разговоров, но всё-таки, видимо, судя по всему, интерес к местам в городской Думе есть. Это во-первых. Во-вторых, «Единая Россия», на мой взгляд, безусловно, получит большинство в будущем составе Московской ГД. Основания для этого очень простые. Лидер московской организации «Единой России» мэр Москвы Юрий Лужков при всех сложностях нашей жизни, наверняка пользуется поддержкой более чем половины москвичей, соответственно, его это влияние, его рейтинг, его позитивный образ, конечно, помогут «Единой России» в Москве сохранить очень приличные позиции.

Тем не менее, есть проблемы, связанные с тем, что любой, кто в такой кризисной ситуации имеет отношение к власти, в глазах людей, страдающих от этого кризиса, безусловно потихоньку скатываются в негативную часть восприятия. И думаю, что это скажется и на результатах «Единой России», они могут быть хуже, чем на предыдущих выборах.

А. ГРЕБНЁВА: Вам кажется, что жители столицы почувствовали на себе негативное влияние кризиса? Потому что мэр Москвы на сегодняшней встрече с Медведевым сказал, что мы на фоне остальных регионов замечательно выглядим, у нас безработица меньше 1%, даже мировые столицы не могут таким похвастаться.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Такие базовые цифры очень лукавые, потому что мы не знаем точно, сколько в Москве безработных, мы знаем, сколько зарегистрировано, мы не знаем, сколько их реально. Если сравнивать с другими столицами, думаю, что Юрий Михайлович абсолютно прав. Если сравнивать с многими регионами России, то он опять прав, потому что, конечно, я абсолютно, на 100% уверен, что большинство других регионов России живут хуже, чем Москва. Я в этом ничего хорошего не вижу, но это правда. С другой стороны, если видеть ситуацию в динамике, то она, конечно, ухудшается.

А. ГРЕБНЁВА: Но самое главное, что люди выразят этот протест протестным образованием, голосованием за коммунистов?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: У москвичей будет очень сложная ситуация, потому что, с одной стороны, они понимают, что «Единая Россия» находится у власти в стране, и в той или иной степени отвечает за результаты действия российской власти. С другой стороны они понимают, что команда Лужкова сделала очень много серьёзных шагов для смягчения удара кризисного по москвичам и по Москве. В этих ножницах очень сложно действовать и политикам, и простым избирателям, потому что тут больше и меньше куски зла и добра, они очень сильно в противовесах находятся.

Мне кажется, что у москвичей будет очень сложный выбор на этих выборах, поскольку у нас ведь нет оппозиции, реальной оппозиции.

А. ГРЕБНЁВА: А как же «Яблоко» пытается…

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Какое «Яблоко»! Вы что, всерьёз думаете, что «Яблоко» может набрать в Москве реальное количество голосов?

А. ГРЕБНЁВА: Я ничего не думаю, я тут просто задаю вопросы.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: А я уже ответил на этот вопрос. Я не вижу никакой реальной оппозиции в России в целом и в Москве в частности. Я имею в виду не тех, кто что-то говорит о власти, а тех, кто конструктивно предложил бы пути правильного, толкового и позитивного развития дальнейшего, как России всей, так и её столицы. Я таких сил не вижу. Может, опять же, далеко не всё я знаю и читал, но из того, что вижу и читал, ничего серьёзного мне на ум не приходит. Для меня это очевидно. Если бы была серьёзная, грамотная, жёсткая, конструктивная, разумная оппозиция, я думаю, что тогда у «Единой России» было бы гораздо больше проблем на выборах в Москве.

А. ГРЕБНЁВА: А может ли помочь конструктивная и серьёзная оппозиция в преодолении кризисных последствий?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я считаю, что в любом более или менее демократическом государстве официальная, добротная, грамотная и очень жёсткая и самодостаточная оппозиция, она, если даже не приходит к власти и даже не стремится придти к власти, но если она является противовесом тем, кто находится у власти, она способствует правильному развитию страны. Отсутствие этой оппозиции у нас не только приводит к тому, что у нас почти нет сменяемости на верхах, одни и те же люди с должности на должность переходят, но и не напрягает власть, не заставляет власть в режиме дискуссии, обсуждения, серьёзного анализа менять политику.

А. ГРЕБНЁВА: А что должно ещё такого серьёзного произойти, чтобы власть задумалась и решила немножко изменить и что-то позволить ослабить?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я думаю, что власть сейчас ничего особенно и не запрещает. У меня есть ощущение, что у нас как-то большая часть людей думающих в нашей стране находятся в режиме самоограничения.

А. ГРЕБНЁВА: Самоцензуры.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Да. Я со многими разговариваю, некоторые начинают что-то критические или жёсткое говорить, начинают оглядываться, нет ли кого-то рядом, думать, не пора ли мобильник выключить на всякий пожарный. Я их не понимаю, они что, всерьёз думают, что подслушивают, подсматривают? А зачем? Чтобы что? Чтобы знать мою позицию, достаточно «Эхо Москвы» послушать, «Московскую правду» почитать. Я не скрываю этой позиции. Я это к тому, что безусловно, давление на демократию, на свободу слова в нашей стране было и есть. Но оно не такое, чтобы исключить кристаллизацию разумных оппозиционных сил.

Повторяю, дело не в том, чтобы воевать, на площадях митинговать, я вообще не сторонник этого дела, я считаю, что это бесполезно. А в том, чтобы какие-то контраргументы вырабатывать. Контрпредложения делать. Показывать неправильность каких-то принимаемых решений и предлагать другие решения. Для этого нужна оппозиция, и потом, чтобы у власти было ощущение, что есть некое соперничество, есть некая соревновательность. Я не понимаю, честно говоря, видимо, генетическая память.

А. ГРЕБНЁВА: Разруха в головах.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: 1937 год в памяти людей генетической, ещё какие-то года, когда подавляли инакомыслие в нашей стране, видимо, это очень глубоко сидит и мешает людям собраться с мыслями, между собой и как-то всерьёз говорить о проблемах. Не просто говорить хороший Путин, Медведев, а о том, что происходит и как из этого выходить.

А. ГРЕБНЁВА: Раз уж мы заговорили о том, что нынешнее поколение ещё несёт в себе это наследие, может быть, можно возложить какие-то надежды на молодёжь?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Может быть. Только не на тех, кто устраивают пикеты у посольств. Они крикуны ещё похуже прежних.

А. ГРЕБНЁВА: Есть ещё другая молодёжь, которая смотрит на телеканалах такие программы, как «дом-2», опять эта эпопея возобновилась. Пресненский суд постановил, что нельзя показывать эту телепрограмму с 4 утра до 23 часов вечера. Уже телеканал собирается обжаловать это решение. Есть разное мнение, одни говорят, что вообще нужно запретить, а другие говорят, что это слишком – запрещать. Это может довести ещё до чего-нибудь.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я бы, если бы обладал какой-то властью, я бы запретил сериалы на наших телеканалах, потому что более жёсткого и циничного метода оболванивания общества, конечно не изобретено ещё. И по сравнению с теми сериалами, абсолютно бездумными, наигранными, бессмысленными, пошлыми, которые идут на главных федеральных каналах, «Дом-2», на мой взгляд, это подростковая игрушка. Если заниматься лечением общества, то начинать надо с главных федеральных телеканалов и с того, что касается всей страны.

Что касается конкретно проекта «Дом-2», я считаю, что есть только два мерила. Это прежде всего законность и целесообразность. Мне кажется, в данном случае это вопрос закона. Если закон запрещает такого рода программы показывать до 23 часов, значит суд прав. Если не запрещает, то суд не прав. Что тут обсуждать?

А. ГРЕБНЁВА: Это «Особое мнение» Шода Муладжанова. Через несколько минут мы продолжим.

НОВОСТИ

А. ГРЕБНЁВА: Вторая часть программы «Особое мнение». Наш сегодняшний гость главный редактор «Московской правды» Шод Муладжанов. До перерыва мы выяснили, что главное зло на телевидении не «Дом-2», а сериалы. Как Вам кажется, может быть, это как-то складывается в общероссийскую политику того, что нам не нужны думающие люди, которые на чём-то другом вырастают, а не на сериалах.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Понимаете, то, о чём я говорил, когда говорил о думающей, жёсткой оппозиции, я ведь имел в виду, что если у власти находятся разумные люди, то они должны быть заинтересованы в такой оппозиции. Потому что любой думающий учёный, он заинтересован в хорошей дискуссии, потому что он понимает, что в ходе этой дискуссии родится истина. Если власти не нужна никакая оппозиция и она боится любого спора, она боится противовесов, тогда, конечно, течение занудное, ровное, бессмысленное течение жизни на телевизионном экране – это то, что ей нужно.

Но я, правда, сомневаюсь, что Путин или Медведев велят руководителям телеканалов показывают эту жвачку, и больше ничего. Мне что-то не кажется, что это их работа. Мне кажется, что здесь впереди идут продюсеры и те, кто хотят подыграть в меру своих сил и своего ума, власти. Если приглядеться, то продюсерами телесериалов часто являются руководители телеканалов. Это наводит меня на размышление, что они сами себе деньги платят из государственного кармана, конечно. Есть у меня подозрение, что это вопрос не только политический и не только психологический и пропагандистский. Это вопрос больших денег ещё. Есть у меня такое подозрение.

И с другой стороны мне кажется, что государство и власть могли бы пожёстче в это вмешаться, если они действительно хотят видеть народ думающим, осваивающим, как призывает наш президент, компьютерную грамотность, вообще, постигающий литературу, классику, историю и всё остальное. Мне кажется, для того, чтобы молодое поколение, о котором Вы говорили правильно, как о перспективе нашей страны, чтобы оно, это поколение, не только всяких «Ранеток» видело и «Курсантов», чтобы оно видело людей и чувствовало и понимало людей, которые думают всерьёз о стране, какая им достанется, этим самым молодым людям.

А. ГРЕБНЁВА: А российские власти хотят не только на словах говорить?

Ш. МУЛАДЖАНОВ: А может, им всё равно. Я предполагаю, что те, кто у власти, они не очень понимают точно, что там с людьми в низах-то, в массах происходит. Потому что, когда я слушаю высказывания наших руководителей, мне часто кажется, что они спускаются время от времени с больших прилунных вершин и с удивлением обнаруживают, что народ многие вещи иначе понимают, чем казалось до этого. Потом они опять уходят вдаль, велят делать суперкомпьютеры, ледоколы строить. И забывают опять, что вообще-то, всё это делается не для власти, а для людей, и ледоколы, и суперкомпьютеры.

А кто этим всем оперировать будет? Страна, в которой высочайший уровень наркотизации, наркоманства, страна, в которой уровень алкоголизма превзошел все мыслимые рамки, мне кажется, что эта страна должна думать не только о технике для людей, а о том, кто этой техникой будет оперировать, что с мозгами будет у этих людей, которых приставят к нано-технологиям, к суперкомпьютерам, к супервоенной технике.

Да, мы всегда славились тем, что мы многое можем изобрести, японцы и сейчас пользуются многими нашими открытиями. Но где технологические системы, которые могут реализовать эти наши изобретения? И всерьёз говорить о том, что мы уже в европейской части с автомобильной, автосборочной промышленностью решили вопрос, сейчас на Дальнем Востоке будем решать этот вопрос. Мне кажется, это наивно.

А. ГРЕБНЁВА: Есть ещё у нас сегодняшняя проблема, к которой пытается привлечь Главный государственный санитарный врач Геннадий Онищенко. Яркая тема для обсуждения последних дней. Вроде, говорят, с одной стороны, что не имеет права Онищенко запрещать выезд для детских групп за границу, другие говорят, что надо прислушаться, разумные советы. В частности, много вопросов на сайте. Наш слушатель из Алма-Аты говорит: «А может правильно, лучше перебдеть? Грустно слышать противников Онищенко. Не изучен этот грипп, опасная штука».

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Феноменальный человек, этот Онищенко. После двух наших национальных лидеров это следующий ньюсмейкер в нашей стране. Я бы на их месте подумал, не слишком ли он их затмевает. Неприятно, бывает, что Онищенко круче выглядит. Я думаю, что этого человека пора поставить на место. Нельзя без конца играть запретами, призывами массовыми, провоцировать, пугать публику. Нельзя это делать бесконечно. Что это за бесконечные игры с запретами на ввоз чего-то, вывоз чего-то, въезд кого-то.

Что происходит? Эта страна по законам живёт или по мановению сегодняшнего настроения г-на Онищенко? Разве не понятно, что запрет на ввоз окорочков, мяса или ещё чего-нибудь приводит к сбоям и без того нервозного российского рынка? К очередному скачку цен приводит, перебоям в поставках. Разве не понятно, что дёрганье и без того слабеющей сегодня и находящейся в сложном положении туриндустрии России вообще вещь безнравственная. Разве не понятно, что пугать родителей, у которых уже уехали дети учиться за границу тем, что они срочно сейчас заболеют, это тоже безнравственно.

А. ГРЕБНЁВА: Но надо же что-то делать! Опасность реально существует, и число заболевших в разных субъектах России растёт.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Я ехал в машине сюда и слушал всякие ваши новости. Сколько там народу у нас на дорогах погибло? Десятки тысяч. Сколько людей умерло от этого нехорошего гриппа?

А. ГРЕБНЁВА: Ещё не умерло, слава богу, никого.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Нисколько. Почему страна должна жить в режиме контрольно-надзорно-запретительном и карательном? Почему эта линия должна соблюдаться всюду и везде? Если есть угроза, давайте думать, как ей ставить препоны и рогатки, этой угрозе, а не людям, которые ездят и работают. Или учатся. Есть проблема? Существует система карантинов, санобработки, существует система вакцинирования. Я вот не специалист, но я точно знаю, что такие системы и методы, технологии существуют. Так давайте ими пользоваться.

А. ГРЕБНЁВА: Лучше другими делами заниматься. Онищенко советует.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Онищенко мог бы заниматься некоторыми делами, например, изучать состав воды, которую пьют люди во многих провинциальных городах. Мог бы поездить по школам и больницам и посмотреть, в каких условиях находятся больные, что они едят, что пьют, чем их потчуют в виде лекарств. Он бы мог в сибирской и дальневосточной части России посмотреть, какого характера продукты перевозятся через границу нелегально, полулегально и даже нелегально. Какие там химические вещества содержатся, и сколько людей умирает от этих продуктов. Почему бы этим не заняться?

А. ГРЕБНЁВА: Может быть, он этим и занимается, только никому об этом не рассказывает. А когда уже совсем крайняя ситуация…

Ш. МУЛАДЖАНОВ: А какая крайняя ситуация со свиным гриппом? В чём крайность этой ситуации?

А. ГРЕБНЁВА: В том, что в Великобритании уже тысячи людей заболевают.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: И сколько умерло? От обычного гриппа каждый год умирает довольно большое количество людей во всём мире, но это не мешает людям ездить по всему миру. Когда всерьёз говорили о запрете свинины, любой учёный вам скажет, что свинина к свиному гриппу никакого отношения не имеет.

А. ГРЕБНЁВА: Ну, тут можно за Онищенко заступиться, он был одним из первых, кто говорил, что не нужно называть свиным гриппом, а нужно…

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Это про название, но это не помешало говорить всерьёз о запрете экспорта свинины из каких-то стран. Я повторяю, я не готов оспаривать профессионализм г-на Онищенко, я сам не профессионал в этой сфере. Я не готов оспаривать правильность того, что он говорит. Но если человек находится на государственной службе…

Пусть Жириновский работает таким ньюсмейкером, он любит что-нибудь такой сказать, он всем этим известен, никто к этому серьёзно не относится, никто в обморок не падает, но он начинает это весело обсуждать. Нормально. Пусть он этим занимается. Он лидер своей собственной партии, что хочет, то и говорит в рамках закона. Если человек находится на государственной службе, он должен отвечать за каждое своё слово, он должен понимать эффект от того, что он говорит и что делает. И заниматься, прежде всего ,проблемами людей, которые его наняли. А наняли его граждане России, а не начальники.

А. ГРЕБНЁВА: Спасибо большое. Это было «Особое мнение» главного редактора «Московской правды» Шода Муладжанова.

Ш. МУЛАДЖАНОВ: Счастливо!




Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире