'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 29 мая 2009, 19:07

А.ГРЕБНЕВА: Здравствуйте, это программа «Особое мнение». Меня зовут Алина Гребнева. И я с радостью представляю нашего сегодняшнего гостя, журналиста Леонида Радзиховского. Добрый вечер.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Добрый.

А.ГРЕБНЕВА: Сегодня в продажу поступил 9-й номер журнала «Русский пионер». Казалось бы, какое нам может быть до этого дело? Но – в этом журнале опубликована первая колонка премьер-министра Владимира Владимировича Путина, он там выступает как такой публицист. И написал он статью на тему – почему трудно уволить человека. Как вам вообще образ премьера, который решил податься в публицистику?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Нормально. Вот Черчилль, например, был публицистом, даже получил Нобелевскую премию по литературе. Так что у Владимира Владимировича все еще впереди.

А.ГРЕБНЕВА: Ну вы прямо так сравнили Путина и Черчилля… Вам кажется, это одинакового уровня фигуры?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Согласен – недостаточно патриотично. Согласен. Но я же не сказал, что Черчилль в десять раз меньше Владимира Владимировича. Может, он в сто раз меньше Владимира Владимировича? Сравнить можно что угодно. Несомненно, Черчилль пигмей, я этого не отрицаю. Но просто буржуазные лживые академики дали Нобелевскую премию Черчиллю. Вполне возможно, что они Владимиру Владимировичу ее и не дадут, потому что справедливости нет нигде, в том числе и в Нобелевском комитете. Но я просто хотел этой нехитрой мыслью подчеркнуть тот факт, что публицисты среди премьер-министров – это, вообще говоря, не такая уж и редкость.

А.ГРЕБНЕВА: Ну, давайте немножко уделим все-таки внимания статье. Владимир Владимирович старался, вкладывал много труда. В частности, он пишет: «Мне иногда говорят – мол, если бы не ваше вмешательство, то того-то и того-то не было бы. А я могу честно сказать, что если бы я, когда работал президентом, не вмешался в некоторые ситуации, то в России уже давно не было бы правительства».

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Так. И что вас интересует в этой связи?

А.ГРЕБНЕВА: Ну как вам? Он этим что хочет сказать?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я полагаю, буквально то, что сказал. Правда, интересно было бы знать, что это за ситуации.

А.ГРЕБНЕВА: Ну вот. И вы не можете сказать, что он за ситуацию имеет в виду?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Отдаленно не представляю. Но, наверное, были какие-то ситуации. Видимо, русские пионеры это понимают. Но я, к сожалению, к числу русских пионеров не принадлежу ни с какой стороны, поэтому для меня это тайнопись. Но журнал, как известно, для избранных, не всякому дано понять. Поэтому, может быть, это какой-то особый код. Но мы узнали. В замочную скважину подглядели и узнали, что были какие-то ситуации. Ну, наверное, были, значит.

А.ГРЕБНЕВА: И еще одна цитата из статьи Путина: «Без личного контакта система не будет работать, она просто будет мертвой». Премьер наш гордится – это уже мои интерпретации, — что он лично помнит… вернее, ему кладут на стол бумажку про день рождения – он звонит поздравляет. Что нужно вот как-то по-свойски все, не проявлять себя как просто чиновник, которому все бессмысленно. Искренний человек.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я думаю, что никто не упрекнет Владимира Владимировича в том, что он просто чиновник. Его искренность, мне кажется, сомнений не вызывает. У меня, например, она с первого дня его появления на политическом горизонте не вызывала ни малейших сомнений. Он абсолютно искренен. Ну, опять же, в тех пределах, в каких это допустимо для русских пионеров, но в этих пределах он абсолютно искренен.

А.ГРЕБНЕВА: Ну и последнее, в заключение этой темы о статье Путина. Анна, домохозяйка, задает вопрос на сайт. Правда, она не связывает это со статьей, но все-таки. Она это связывает с кризисом и спрашивает у вас: «Поскольку на бюджет надежды большой нет, как вы считаете, произойдут ли какие-то перемены в правительстве? Возможна ли перестановка главных двух кресел в государстве?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: То есть Путина и Медведева?

А.ГРЕБНЕВА: Да.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Она, видимо, считает, что в условиях кризиса, если Путин станет президентом, а Медведев премьером, то цена на нефть еще повысится. Но я могу успокоить домохозяйку: за последнее время даже при том, что кресла стоят, как стоят, цена на нефть выросла примерно в два раза или в полтора раза. Сейчас она 60 долларов стоит, а в начале года, по-моему, стоила 40. Несомненно, это крупнейшее достижение российского правительства, крупнейшее достижение российской власти, но лично я это связываю исключительно с деятельностью Путина на посту премьера. Поэтому мне кажется, что ему не стоит уходить с этой должности. Впрочем, может, отчасти это и заслуга Дмитрия Анатольевича. Тут трудно сказать. Но я бы сказал, их соединенными усилиями цена на нефть выросла в полтора раза. Некоторые говорят, что и дальше будет расти. Поэтому я бы оставил все, как есть.

А.ГРЕБНЕВА: А вы могли бы объяснить механизм, как наши премьер и президент повышают цену на нефть?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Помилуйте. Если бы я мог это объяснить, я был бы на их месте. Знаю, что повышают, а как, понятия не имею. Это их тайна, одна из их тайн государственного управления. Не все в нем должно быть открыто для всех.

А.ГРЕБНЕВА: То есть пока это им удается, они там и находятся вверху?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Ну естественно, есть какой-то провод, по которому они звонят. Правда, он довольно узкого свойства. Например, богу инноваций дозвониться пока не удается. Не проложили оптоволокно, наверное. А вот нефтяному богу по традиционному кабелю они дозваниваются, и цена на нефть растет. В какой-то момент расслабились, в конце прошлого года, не дозвонились – вот произошло то, что произошло. Но потом опять подключили, и опять растет. Так что я верю. Как говорится, верим в Россию, верим в себя.

А.ГРЕБНЕВА: И не могу не позволить себе все-таки еще одну цитату из Владимира Владимировича. Он пишет в конце своей статьи: «Главное, что руководитель всегда должен помнить о том, что на нем лежит ответственность. Никогда нельзя убегать от решения проблемы, купаться в неведении и думать, что на тебе боженька заснул». Вот это последняя фраза. С литературной точки зрения, может, как-то ее оцените?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: С литературной точки зрения? Ну, во всяком случае, хорошо, что он не сказал наоборот: «и не думать, что ты заснул на боженьке». Согласитесь, это было бы менее почтительно. Заметим, между прочим, что в этом есть тонкое понимание иерархии. Путин – премьер-министр, был президентом. Казалось бы, выше ничего нет. Нет, выше есть – бог. Поэтому он очень точно указал, кто на ком заснул. Вот в этом есть такое тонкое понимание реалий нашего мира и высшего мира. Я оценил действительно всю степень артикулированности, такой вот административно-философской, я бы сказал, артикулированности Владимира Владимировича. Еще раз подчеркиваю – «боженька на тебе заснул», но, заметьте, не наоборот. Это очень точно. Великолепный образ.

А.ГРЕБНЕВА: Ну вы будете следить за его публикациями уже как публициста, а не политика и премьер-министра?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Вы знаете, у меня столько выдающихся коллег, что я просто не успеваю следить за всеми. Я все-таки больше писатель, чем читатель. Вот я, например, статью Владимира Владимировича уже дважды комментирую и еще ни разу не прочел. Ну, это обычно для журналистов. Гораздо проще комментировать то, чего ты не читал. Потому что когда ты читаешь, это значительно труднее. Понимаете, уже не так легко говоришь глупости. А когда не читаешь, льется песня на просторе совершенно свободно.

А.ГРЕБНЕВА: Это особое мнение Леонида Радзиховского. Через мгновение мы снова вернемся в студию.

РЕКЛАМА

А.ГРЕБНЕВА: Продолжаем программу «Особое мнение» с Леонидом Радзиховским. На +7 985 970 4545 вы можете присылать ему свои вопросы или реагировать на то, что говорится в студии. Перейдем к внешней политике. Хотя уже просто Беларусь соседняя, как говорят многие, стала братской страной. Президент Лукашенко, однако, позволил себе очень резкие высказывания сегодня. Он приказал белорусскому правительству перестать кланяться России и искать счастья в другой части планеты. Он дословно заявил сегодня на совещании по вопросам социально-экономического развития Белоруссии: «Не получается в России – не надо кланяться, не надо ныть и плакать. Надо искать своего счастья в другой части планеты». Более того – белорусский лидер сказал, что министр финансов России Алексей Кудрин «полностью консолидировался с белорусскими отморозками», то есть он имел в виду белорусскую оппозицию, и «начинает учить нас работать». Что-то батька разбушевался. Вам не кажется?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я не понял. В первой части, которую вы прочитали, он сказал, что белорусское правительство должно клянчить деньги в другом месте.

А.ГРЕБНЕВА: Да.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: А во второй части он говорит, что Кудрин учит их работать. Если он считает, что побирушничество есть работа, то не совсем понятно – вроде бы Кудрин их не учит побирушничать. С другой стороны, никакой деятельностью, кроме как стоять с протянутой рукой, Лукашенко не предполагает, что его правительство может заняться. Он сам об этом говорит. Значит, смотрите, что получается. Деятельность белорусского правительства, по словам президента Белоруссии, сводится к стоянию с протянутой рукой либо у того подъезда, либо у этого подъезда. И одновременно он говорит – Кудрин учит нас работать. Значит, или он считает, что профессиональное нищенствование есть работа, в каковой деятельности Кудрин дает им уроки, но насколько я знаю, Кудрин нищенствованием не занимается, поскольку он нигде ничего не просит и с протянутой рукой не стоит. Поэтому заявление Лукашенко о том, что Кудрин учит их нищенствовать, дает уроки нищенства, явно не соответствует профессиональным навыкам Кудрина. С другой стороны, если он считает, что белорусское правительство может заниматься чем-то, кроме как клянчить деньги, то почему бы об этом прямо не сказать?

А.ГРЕБНЕВА: Ну он говорит. Я позволю себе еще одну цитату. «Нужно идти в другие места, где нас не знают, но ждут. Торговать десятью тракторами, одним комбайном, по чайной ложке возить сахар».

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Это гениальная фраза: нужно идти в другие места, где нас не знают, и взять там деньги. Правильно. Потому что там, где вас знают, вам, очевидно, денег не дадут. Вот это действительно глубокий стратегический замысел Лукашенко. Меня только удивляет откровенность… А на самом деле, вы знаете, большие стратеги не скрывают свои замыслы, потому что великие замыслы – замыслы масштаба Наполеона, Александра Лукашенко – можно показать, и все равно противник будет обезоружен. Вот он откровенно говорит: мы пойдем туда, где нас не знают – авось, выдурим деньжат. И пойдут, и выдурят. Плохой полководец скрывает свои замысла и скрытно нападает на противника. Великий полководец демонстрирует открыто – идем выдуривать у вас бабки. И выдурит. Это действительно признак по-настоящему большого, я бы сказал великого, политика.

А.ГРЕБНЕВА: Наши слушатели, в том числе на сайте, некоторые хвалят Лукашенко, говорят, что он молодец, и спрашивают – а что же тогда с союзом России и Белоруссии? Все, ставить на нем крест?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Помилуйте, у нас не союз, дорогая Алина. С вашего разрешения, у нас союзное государство. Мы с вами живем в едином государстве.

А.ГРЕБНЕВА: Да.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Никто на нем не ставит крест. У нас единое государство. Я давным-давно был на какой-то телепрограмме, на которой я спросил господина Бородина, государственного секретаря этого единого государства – в чем проявляется факт наличия единого государства, кроме того, что господин Бородин является его государственным секретарем?

А.ГРЕБНЕВА: И что он вам ответил?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Что, кстати, немало. Бородин – человек крупный во всех отношениях, и пост государственного секретаря звучит неплохо. Бородин в ответ понес какую-то пургу о том, сколько они производят тракторов и сколько мы у них покупаем тех же самых тракторов. Но, собственно говоря, мы покупаем кое-что и у Китая, и у Японии, и у Венгрии, но мы ж не являемся с ними единым государством. Вот в чем проявляется наличие единого государство, Бородин не объяснил. По-видимому, это некое таинственное такое качество. Тайное государство. Опять же – объявлено, а в чем суть, не знаю. Я же со своей колокольни много говорил, что более глупого и наглого надувательства, чем вся эта афера с единым российско-белорусским государством, разве что у Мавроди была, «МММ». Но она, правда, не претендовала на такую глобальную политическую роль. Как говорится, идиоту понятно, что никогда, никому, ни при каких условиях Лукашенко власть свою на микрон не отдаст. Это, по-моему, совершенно самоочевидно. Более того – дело совершенно не в Лукашенко. Дело в том, что ни одна страна в мире добровольно и с песнями никому никогда не отдаст свой суверенитет. Поэтому это с самого начала была такая наглая, глупая панама, рассчитанная, как почти все в нашей политике, на обман трудящихся, на такую разводку лохов, попросту говоря. Придумали это в начале 90-х годов. Придумали потому, что Борис Николаевич Ельцин считал, что на нем висит первородный грех, распад СССР, это непопулярно, и надо как-то замазать чуть-чуть попытаться вот эту щель. Придумали эту глупость. Ну, глупость для нас, а для Белоруссии не глупость, потому что денег они выкачали под это дело немеряно из России, взамен не давая абсолютно ничего. Более того – в течение довольно долгих лет хорошим тоном в России в среде профессиональных русских патриотов считалось ругать Россию и хвалить Белоруссию. Вот настоящий русский патриот – это тот, который говорит, что его страна, то есть Россия, ведет себя отвратительно и безобразно, и вечно извиняется перед Белоруссией и восхищается батькой Лукашенко. Так говорил Зюганов, Проханов, Лужков, то есть довольно разные люди, объединенные тем, что они профессиональные русские патриоты. Вот такая форма фрондерства – хвалить Лукашенко и ругать своего президента. Но после прихода Путина к власти у них как-то пыл поостыл, выяснилось, что ругать президента России не так приятно и не так безопасно. То есть первая часть отпала, но вторая осталась. С той же необыкновенной яростью они нахваливали Лукашенко, называли его то «великий славянин», то еще какими-то замечательными словами. Ну и вся эта бодяга довольно долго продолжалась, несмотря на все усилия Лукашенко, надо сказать. Потому что так откровенно и грубо посылать Россию на все буквы русского алфавита кроме него никто не умеет. Но это абсолютно не остужало пыл профессиональных патриотов Белоруссии, которые одновременно называли себя патриотами России. Я думаю, эта история их не остудит. Потому что они столько лет несут эту пургу, что куда ж денешься, уже назад отступать некуда, позади Минск. А в принципе, картинка известная – Александр Григорьевич все абсолютно честно говорит: подсосем деньжат тут, подсосем деньжат там и пойдем туда, где нас не знают, как он гениально заметил, и потому дадут. Все правильно.

А.ГРЕБНЕВА: На этот раз единственное различие в том, что он позволил себе такие заявления, буквально как только из Минска уехала российская делегация во главе с Путиным. Вчера они все вместе все обсуждали, Кудрин предложил Белоруссии 500 миллионов долларов кредита, но в российских рублях. Минск на это не согласился, и пошла вот эта вот вся разборка.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Слушайте, зачем им эта бумажка рваная и грязная, российский рубль? Он что, больной, что ли?

А.ГРЕБНЕВА: Как вы так с национальной валютой нашей!

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Это не я, это он. Я-то в рублях получаю зарплату и не жалуюсь. А он говорит: зачем мне эта грязная рваная бумажка, российский рубль? Может, вы мне еще оберточную бумагу рулонами давать будете? Нормально. С точки зрения брата и соруководителя государства, это правильно. Потому что братская критика, она, знаете, самая прямая и честная. Если бы такое позволил себе сказать… ну, я не говорю, президент Соединенных Штатов, это просто война, но если б такое позволил себе сказать, ну даже президент Китая, например, все бы сильно удивились. А если такое говорит Лукашенко, все только улыбаются. И правильно. Когда брат плюет в глаза, это действительно божья роса. Потому что братская.

А.ГРЕБНЕВА: Ну, может, уже отказаться от этого дорогостоящего проекта, от нашего псевдосоюзного государства с Белоруссией. Тем более, сегодня пришли тоже данные опроса белорусского населения – только 20% хотят союза с Россией, а больше 30% жителей хотят в Евросоюз.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Во-первых, какая нам разница, чего они хотят? Во-вторых, платить надо. Кто так будет хотеть? Платите больше, тендер открыт. А в-третьих, что значит отказаться? От кого отказаться? От братьев отказаться? Извините, я этого просто не слышал. Я этой фразы не слышал.

А.ГРЕБНЕВА: То есть вы, Леонид Радзиховский, точно не согласны отказываться?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Разумеется, нет. Я много лет оплачиваю этот союз своей трудовой копейкой – налоги-то с меня берут, и немалая часть оных налогов попадает в карман Александру Григорьевичу. В ответ на это я вижу его лицо, слушаю его слова о России, о российском рубле, о том, что он когда-то замечательно сказал: вы, говорит, хотите с нами объединится, вы хотите поглотить Белоруссию? Я вас должен предупредить, что в Белоруссии есть опыт партизанской войны такой, по сравнению с которым Чечня покажется вам детским садом и мягкой прогулкой. Мне очень понравились эти слова брата. И особенно мне понравилось, что после этого господа Зюганов, Проханов, Лужков и иже с ними продолжали говорить о том, что мы объединимся. То есть их, видимо, перспектива партизанской войны только вдохновляет.

А.ГРЕБНЕВА: Это особое мнение Леонида Радзиховского. За оставшиеся минуты до перерыва начнем с вами еще одну международно-политическую тему. Тем более, что… Так, у нас тут в студии произошло небольшое ЧП.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я ж ничего такого не говорил. Помилуйте, за что?

А.ГРЕБНЕВА: Да. Ну, видимо, потому что я хотела заговорить про Северную Корею.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Так может, не надо?

А.ГРЕБНЕВА: Нет, я думаю, что это просто знак свыше, что все-таки нужно. КНДР сегодня запустила седьмую ракету за последние пять дней. Продолжает она свои эти запуски с момента завершения ядерных испытаний, которые прошли 25 мая, и у вас спрашивают, во-первых, откуда у северных корейцев (спрашивает наш слушатель Влад из Израиля) валюта для таких масштабных игрушек.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Ну, понимаете, в чем дело. Вот Влад из Израиля все меряет на деньги. Это большая ошибка. Северные корейцы не меряют все на деньги. Они едят траву и делают атомные и водородные бомбы. Это такая другая экономика. Может, она не вполне доступна Владу из Израиля, но тем не менее она существует. Когда люди голодают, в прямом смысле этого слова, а государство тратит все свои деньги на производство столь остро ему необходимых атомных бомб и межконтинентальных ракет. Почти такую экономику, кстати, мы имели в течение десятилетий. Нельзя сказать, что мы совсем уж голодали, но, с другой стороны, нельзя и сказать, что мы плотно ели. Такое было промежуточное состояние. Зато мы делали ракеты в немереном количестве, атомные и водородные бомбы и так далее. Кстати сказать, пример Северной Кореи, конечно, невероятно интересен. Прежде всего, ситуация с Северной Кореей, то есть с КНДР, мне лично была очень интересна и дала мне ответ на один вопрос, который меня всегда страшно занимал. Вот смотрите, когда в нашей стране делали автомобили, делали телевизоры, пытались делать компьютеры и так далее, я уж не говорю о женских сапогах, колготках и мужских пиджаках, то это все делается такого качества, что лучше бы не делали, согласитесь. С другой стороны, мы действительно делали превосходные ракеты, бомбы… Ну, качество бомб оценить, конечно, трудно, но, наверное, неплохие бомбы.

А.ГРЕБНЕВА: Все боялись, по крайней мере.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Да, все боялись, что они хорошего качества, да. Как же так? Сложнейшая технология, которая необходима для производства водородной бомбы, это, наверное, все-таки посложнее, чем мотоцикл сделать, да? Сложнейшая технология необходима для производства водородных бомб, межконтинентальных ракет и тому подобных штучек, она получается, а женские сапоги или телевизор нормальный сделать абсолютно невозможно.

А.ГРЕБНЕВА: Так вот, эту аналогию Леонид Радзиховский продолжит после небольшого перерыва. Мы вернемся в эту студию.

НОВОСТИ

А.ГРЕБНЕВА: Это вторая часть программы «Особое мнение», и в нашей студии, в студии «Эха Москвы» и телеканала RTVi, Леонид Радзиховский. Леонид, я вас прервала, когда вы рассуждали о том, как мы делали сапоги и как на этом фоне мы блестяще делали вооружение.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я не рассуждал, я удивлялся. Потому что понять это до конца я до сих пор не в состоянии. Вот как действительно сложное делать удается, а просто ну никак? На эту тему есть много разных теорий, в том числе даже культурологических. Ну, например, таких, что русский человек прирожденный государственник, что ему приятно и интересно делать для государства. А что надо делать для государства, прежде всего? Оружие, естественно. А для собственного удобства ему делать скучно и неинтересно. Может быть, я не знаю. Теорий много. Ну вот, северные корейцы, по-видимому, тоже такие же точно, у них тоже особый путь и особый менталитет – они тоже, видимо, прирожденные государственники. Потому что они тоже умеют делать необыкновенно сложные технические штуки, как то – бомбы и ракеты, и абсолютно не умеют делать вообще ничего кроме этого. Просто совсем ничего. Когда говорят, что эти бомбы и ракеты они украли, ну, это, знаете…

А.ГРЕБНЕВА: Позаимствовали у того же Советского Союза.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Да, но ведь и Советский Союз, прямо скажем, позаимствовал атомную бомбу у США, а ракеты отчасти позаимствовал у немецких конструкторов. Все у кого-то что-то заимствуют. Понимаете, секрет атомной бомбы – это ведь не игра в «Угадай мелодию» или «Как стать миллионером», звонок другу. Все равно, даже если вам принесли на бумажке эту штуку, нужна сложнейшая технология, нужны огромные заводы. Это не просто украл формулу и получил кандидатский диплом. Это сложнейшая промышленность, огромная промышленность, сложнейшие технологии. Вот это в Северной Корее есть. Больше нет абсолютно ничего. Я думаю, что ответ, тем не менее, может быть таким: если вы все ресурсы, которые есть в вашей стране, будь то Советский Союз или Северная Корея или любая другая страна, сосредоточите на одном и только одном направлении, ну двух направлениях – ракеты и бомбы, то эти направления вы вытянете. Ежели в одном месте прибыло, то в другом месте убыло. За счет того, что в остальном будут траву есть. Я повторяю, что в 70-е годы мы, конечно, траву в Советском Союзе не ели, но не так чтобы сильно хорошо питались. А ракеты гнали непрерывно. А в 40-е годы люди просто голодали физически и при этом производили атомные бомбы, водородные бомбы, ракеты и так далее. Но самое интересное не это. Самое интересное то, что Корея разделена на две части – в одной части делают бомбы и ракеты и больше вообще, повторяю, ничего, а в другой части абсолютно все, кроме бомб и ракет. Делают прекраснейшие автомобили, великолепные телевизоры, замечательную бытовую технику, то есть все для блага человека, все во имя человека. Это делают в Южной Корее. А в Северной Корее ничего кроме бомб и ракет не делают. Вот такие две Кореи. При том, что это один народ, с одной историей, с одним менталитетом, с одной религией. То есть списать всю эту штуку на какие-то ментальные различия, на разницу в истории, на особый путь, не особый путь – дудки, один народ. До 45-го года это была просто одна страна. А в 45-м году случилось следующее. Ее к тому моменту оккупировали японцы. Японцев выгнали. И Северную Корею над 38-й параллелью оккупировал Советский Союз, а Южную Корею оккупировали Соединенные Штаты. Последствия налицо. В Северной Корее то, что в Северной Корее, а в Южной Корее то, что в Южной Корее. То есть это, еще раз повторяю, не имеет отношения к менталитету, к религии, к истории этих народов, а это имеет отношение к тому, что одних правителей на штыках посадил Советский Союз, а затем Китай, а других правителей, тоже поначалу на штыках, посадили американцы. И вот вам два мира, два Шапиро.

А.ГРЕБНЕВА: А сейчас-то что делать – уже России, а не Советскому Союзу – с той же КНДР?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Ну, ничего. КНДР, слава тебе господи, более чем независимое государство. Более того, я думаю, что КНДР – это самое независимое государство в мире, потому что оно единственное на сегодняшний день абсолютно герметичное государство, которое не слушает вообще никого. Чуть-чуть, по очень большим праздникам слушает Китай. А в общем тоже не слушает. И для того, чтобы быть абсолютно независимым, абсолютно герметичным и никого не слушать, есть простой рецепт, который мы и наблюдаем. Вот у нас очень любят говорить о том, что мы должны быть независимыми. Прекрасно. И вот перед нами черная дыра под названием Северная Корея, и эта же черная дыра является зеркалом того, что есть абсолютно независимое государство в современном мире, единственное независимое. США зависят от Китая, Китай максимально зависит от США, Россия зависит ото всех. И так далее. Северная Корея не зависит ни от кого и ни от чего, кроме инсульта своего великого руководителя. Кстати, «великий руководитель» — это официальный титул. Ким Чен Ир до смерти отца назывался «любимый руководитель», а в день смерти отца «любимый руководитель» превратился в «великого руководителя». Так вот, что же нужно для того, чтобы стать абсолютно независимой страной? Для этого нужно голодающее население, пораженный инсультом руководитель, тайная полиция, водородные бомбы, атомные бомбы и ракеты, колючая проволока, которая отделяет этот социалистический рай от Южной Кореи, а главное – нужна соответствующая идеология. Эта идеология у них называется – чучхе. Это идеология независимой страны, гордой независимой страны, закрытой от всего мира, никому не подчиняющейся и говорящей, что она всем угрожает. Я в этим угрозы не верю, на самом деле, но они так говорят, по крайней мере. Кстати сказать, в Северной Корее ВВП на душу населения составляет 1300 долларов, в Южной Корее ВВП составляет 26 000 долларов. Повторяю – это один народ, одни традиции, одна религия. Но разное государственное устройство. Южная Корея – это уродливое капиталистическое государство, пораженное коррупцией, американским влиянием, подверженное мировым экономическим кризисам, где есть акции, которые падают и растут, где надуваются финансовые пузыри, где народ вечно недоволен, студенты бастуют, президентов требуют сбрасывать, коррупционные скандалы, президентов разоблачают и так далее. Северная Корея – это идеальное общество…

А.ГРЕБНЕВА: А вы не предполагаете, что когда-нибудь в будущем светлом они все-таки снова станут одним государством?

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Они попытались стать одним государством в 50-м году, когда Северная Корея напала на Южную Корею. Три года продолжалась война. На стороне Северной Кореи воевали северные корейцы, собственно… кстати, армия Северной Кореи по численности четвертая в мире, а население Северное Кореи – 22 миллиона человек. Так вот, три года продолжалась война, в этой войне погибло два с половиной миллиона корейцев, и северных, и южных. На стороне Северной Кореи воевал Китай и советские летчики, а на стороне Южной Кореи воевали американцы. Кончилась война тем, что восстановилось статус-кво. То есть опять: к северу от 38-й параллели – Северная Корея, КНДР, к югу – Южная Корея. Надо вам сказать, что Северная Корея – это действительно государство в некотором смысле идеальное. Идеальное по герметичности…

А.ГРЕБНЕВА: Но мы же тоже проходили этот вариант.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Проходили. Но такими, как Северная Корея, мы не были никогда. Вот Северная Корея – это практически идеальный газ, вот в физике есть такое понятие, это идеальный эксперимент, это полное воплощение книги Оруэлла «1984». Крайне интересная книга. Рассказываю в двух словах слушателям. Оруэлл говорит, что до сих пор все утопии состояли в том, что людям обещали сладкое, мягкое, теплое, доброе и так далее, в надежде на то, что люди на это купятся. Чушь, говорит Оруэлл, вот эти обещания мягкого, сладкого и теплого противоречат природе человека. Да, он не откажется ни от мягкого, ни от теплого, но прежде всего ему надо кого-то мучить, убивать, уничтожать или хотя бы наблюдать за этим, пусть даже и его мучают. Но садомазохистские комплексы в человеке гораздо сильнее, чем желание просто потреблять. Вот что соответствует природе человека – беспощадный садомазохизм. Единственное желание – это уничтожать, единственные чувства – это ненависть и злоба, мир ненависти, злобы, вечной борьбы и так далее гораздо более прочный и естественный для человеческого существа, чем мир свободы, благоденствия, сытной пищи и так далее. Вообразите сапог, наступивший на человеческое лицо, говорит Оруэлл, это и есть модель настоящего, соответствующего природе человека мира. Такой мир почти создали в нацистской Германии, такой мир почти создали в сталинском СССР, такой мир практически создали в Кампучии, а на сегодня подобный мир остался только в Северной Корее. И вот тут интереснейший вопрос – так прав был Оруэлл или нет? Соответствует это природе человека или нет? Ответ: нет, не соответствует. Доказательство: жители Северной Кореи толпами под угрозой смерти бегут в Южную Корею, а вот из Южной Кореи в Северную никто не бежит. Этот мир держится только террором против собственного населения и беспощадной войной против собственного населения, которую великий вождь ведет все эти годы, и только для борьбы против своего народа ему нужны и бомбы, и ракеты, и обострение международной обстановки, и военный психоз, и так далее. Опасность для внешнего мира есть, но она гораздо меньшая, чем опасность для собственных рабов, для собственного несчастного населения.

А.ГРЕБНЕВА: Это особое мнение журналист Леонида Радзиховского. Спасибо большое.

Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Пожалуйста.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире