'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 26 марта 2009, 17:08

ТАТЬЯНА ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте, это программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна ФЕЛЬГЕНГАУЭР, и наш сегодняшний гость это журналист Николай Сванидзе. Здравствуйте, Николай.

НИКОЛАЙ СВАНИДЗЕ: Здравствуйте!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте начнём с темы, которая в последнее время привлекает внимание многих и очень многих – это выборы мэра Сочи. В последние дни, правда, складывается впечатление некого цирка вокруг этого, в общем-то, важного мероприятия. У Вас нет такого ощущения?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, есть элемент — такого представления, конечно. Потому что состав участников уж больно яркий. И разнообразный.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вас смущает только состав участников?

Н. СВАНИДЗЕ: Меня вообще ничего не смущает. Я просто получаю удовольствие, пока что.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: «Пока что».

Н. СВАНИДЗЕ: Да. Но единственное, что не доставило мне удовольствия никак, это акция в отношении Бориса Немцова, конечно, потому что она, на мой взгляд, переходит некоторые рамки. Дело в том, что одно дело, там, яйцами кидаться – это, там, ладно – а вот когда уже в глаза, там, чем-то, это уже – есть угроза вреда здоровью – это уже серьёзно. Поэтому это мне никак радости не доставило.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но разве можно будет серьёзно относиться к результатам выборов, которые с самого начала все расценивают как цирк?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, нет. Мне, например, ясно, кто победит, конечно. Победит человек, за которым будет федеральный центр — который будет… Победит тот, кто «должен победить», короче говоря.

А жалко, что Луговой снялся. Это, это, это бы добавило ещё, там… красок, красок…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Зато есть Анастасия Волочкова.

Н. СВАНИДЗЕ: Зато есть Анастасия Волочкова. Зато есть Лебедев…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Она ведь от «Единой России», но, правда, как «самовыдвиженец», там, идёт, но тем не менее.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, нет, ну, там есть много живописных персонажей. Но победит, я думаю, наименее живописный, а именно тот, кто «должен победить». Может быть, мы пока даже его фамилию не знаем. Хотя я думаю, что это будет Пахомов…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Слушайте… Ну…

Н. СВАНИДЗЕ: … Нынешний исполняющий обязанности.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: На самом деле, не стоит ли посочувствовать в этой ситуации жителям Сочи, на которых и так столько всего свалилось, а тут ещё и фарс устраивают из выборов мэра их города?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, жителям Сочи – многим – можно посочувствовать в другой связи – я думаю, это не главная причина для сочувствия – им. Главная причина это их беды, связанные, там, с выселением, вот, со всем, что связано с Олимпиадой. Здесь им, действительно, «досталось» и ещё достанется – это они хлебнут по полной программе. Потому что, вот то, что для жителей всей остальной России – это, там… Во всяком случае, когда эту Олимпиаду «выиграли», да? – её проведение – в Сочи – это было всё очень радостно, а для жителей Сочи это было совсем не так радостно, и они оказались правы.

Вот… Все остальные будут получать удовольствие, глядя, как, там, на лыжах и на коньках бегают, а жителям Сочи придётся, конечно, отказаться от каких-то своих радостей, потому что… Ну, каких радостей? Ну, просто, с насиженных мест выселяют. Это проблема. Ну, Олимпиада – это вообще, особая проблема, в связи с кризисом, тем более. Но это уже долгий разговор. Это действительно уже особый разговор.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но вот в этой связи и пост мэра, в общем, стоит, наверное, расценивать не как самое «тёплое место»?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, как к нему относиться. Если к нему относиться с позиции государственной ответственности, то это место очень не «тёплое». Там столько проблем в связи с этой Олимпиадой, в связи со спецификой города Сочи, в котором, мы знаем, всего лишь одна дорожная артерия, и поэтому там пробки такие, которые даже Москве не снились.

Очень серьёзная там… очень много работы там работы – и по инфраструктуре, и с Олимпиадой там предстоит, просто – начать и кончить. Поэтому мэру не позавидуешь.

Но если… ведь у нас по-разному относятся к должностям начальников региональных. Есть ещё, не перевелись, такие граждане у нас – за последние лет восемьсот, которые идут «на кормление» — «на город» или «на область», да? – или «на регион», и они воспринимают это «место» как возможность, так сказать, «не пронести ложку мимо рта». Вот если с этой точки зрения, ну, я думаю, что такая возможность в Сочи тоже представится.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, глядя на эту разношёрстную компанию кандидатов – большинство из них, как Вы думаете – они, всё-таки расценивают это как способ вот эту самую «ложку» получить?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, я не готов именно конкретных персонажей обвинять…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, в процентном соотношении…

Н. СВАНИДЗЕ: … в том, что они хотят себе карманы набить. Не знаю… Я думаю, что у них разные… Кто-то, кто-то послан просто, «получив задание» конкретное – «Дан приказ, там, да? – ему на Запад». «Вот тебе дан приказ, Вася: едешь в Сочи, борешься за место мэра».

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Для чего?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, для того, чтобы «бороться за место мэра», для того, чтобы «стать мэром», там, скажем… Или — чтобы не дать стать мэром какому-то другому человеку. Потому что, вот… Ну, скажем, на мой взгляд, Лугового, там, выдвигали, там, наверно, я думаю, против, против Немцова, да?...

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, он «снялся» же потом.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, он «снялся» потом.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Появились какие-то более сильные люди, которые могут помещать [неразборчиво]… Борису Немцову.

Н. СВАНИДЗЕ: Да… Ну, я думаю, что касается Анастасии Волочковой, то наверно для неё это, там, этап, в какой-то её личной карьере. Ну, вот она… она… знаменитая балерина, да? – Вот теперь она хочет стать политиком. Тем более, что идут, там, спортсменки – в политику, красивые барышни идут в политику. Ну почему …

Она очень красивая барышня. Почему бы и ей не сходить в политику? Забавно. Тоже занятно.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, это странный критерий для того, чтобы идти в политику – внешность.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, хоть «скучно, скучно, девушке!». Девушкам бывает скучно?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Бывает.

Н. СВАНИДЗЕ: Бывает. Ну вот!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но довольно редко девушки от скуки идут в мэры.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, ну, разные девушки в разные места идут. Вот эта девушка идёт в мэры. Вот. Так что, здесь… Но для Немцова это – он политик профессиональный – для него это… и он, и он был руководителя региона, большого, поэтому для него это, там, в большей… в большей степени естественно.

Здесь вообще интересно, потому что он… он не просто политик, он оппозиционный политик в последнее время. Поэтому если он становится мэром Сочи, то он идёт по пути… по пути Никиты Белых, да? – это из оппозиции во власть. Это очень интересно. Но только Никита Белых был назначен, а здесь нужно, чтобы тебя избрали. И это очень сложный процесс, потому что… я повторяю ещё раз… Я это уже говорил, что… мне глубоко симпатичен Боря Немцов… Борис – я ему желаю успеха. И он… как… как – по опыту своему, он конечно подходит для этой работы, несомненно. Я думаю, что он, наверно, лучше, чем любой из его конкурентов, но я не верю, что он станет мэром.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Послушайте, но если там такой «цирк» с «скучающими девушками», может быть, и не нужны никакие «выборы» мэра? Может быть, стоит тоже назначать, как губернаторов – как в случае с Никитой Белых?

Н. СВАНИДЗЕ: Вот, вот, я думаю, что мы к этому придём. Я думаю, что мы к этому придём, потому что «последний кабак у заставы» уже остался – вот эти «выборы» мэра, там… Всех назначают. Везде у нас такая «вертикаль» славная получается. Сверху донизу её надо протянуть, и всё – и чтобы уже никого не выбирать нигде, а только назначать. Это будет славненько.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, в этой связи, выборы мэра Сочи могли бы стать таким «образцово-показательным»…

Н. СВАНИДЗЕ: Девушки будут развлекаться… девушки будут развлекаться по-другому. Или, всё равно, девушки могут… Девушку же можно и назначить! Правда?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да…

Н. СВАНИДЗЕ: Правда?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но это будет совсем уже другая «история», когда девушек будут назначать.

Н. СВАНИДЗЕ: Нужно будет… Нужно будет вести свою «предвыборную кампанию», только не среди населения, а, там, в неком кабинете, да? – и – нормально – в котором назначают. Это проще, кстати.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Николай Сванидзе в программе «Особое мнение». Напоминаю вам: +7 985 970-45-45 – это номер для смс-сообщений – вы присылаете свои вопросы – после перерыва, я думаю, мы обязательно к ним обратимся.

А пока я хотела бы задать вопросы, которые приходят на сайт – перед нашим эфиром там было немало вопросов, в частности, тема Чечни затрагивается – и АНАТОЛИЙ, ИНЖЕНЕР ИЗ ПЕТЕРБУРГА, спрашивает, «Почему Президент Кадыров амнистирует своих боевиков, а полковника Буданова снова вызывают в суд?»

Ну, на самом деле, здесь АНАТОЛИЙ затрагивает сразу две темы сегодняшнего дня. Давайте, наверно, начнём с полковника Буданова. Сегодня стало известно, что военные следователи планируют «вызвать на допрос» Юрия Буданова в связи с расследованием дела о похищении жителей Чечни в 2000-м году.

Н. СВАНИДЗЕ: Я бы сказал, что здесь «в огороде бузина, а в Киеве дядька». При чём здесь, при чём здесь… Какое отношение имеет Кадыров к Буданову?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте разделим две эти темы.

Н. СВАНИДЗЕ: Да… Нет… Я вам скажу… Она неразделима в вопросе… А я вам скажу, почему он задал. Потому что для этого человека, который задаёт вопрос, все чеченцы – это «бандиты», а полковник Буданов – «русский патриот». Вот с чем связан этот вопрос. Он читается здесь между строк.

Он считает, что Буданов был полковником Российской армии, то это значит, что он, по определению, «честный офицер» и «русский патриот».

К сожалению, уже много раз я это говорил, такие люди, как Буданов, порочат имя русского офицера. Вот… Он уже своё, правда, получил – он своё отсидел. Если его вызывают в суд по другому делу – тоже, похожему, как я понимаю, на то, по которому он уже «отбарабанил» срок, хотя вышел по «УДО» – то… ну, не исключено, что посадят ещё раз, если он виноват. Ну, и что? В чём, в чём здесь вопрос этого человека?

Или он считает, что хорош тот русский офицер, который девушек насилует? Это не «русский офицер», это бандит.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но, в целом, как Вы расцениваете вот этот планируемый вызов на допрос?

Н. СВАНИДЗЕ: Я планирую… — я расцениваю его так, что если есть о чём спросить, значит, надо спросить. У Буданова, у Буданова – исходя из того, что его вина в одном деле уже была доказана, и он отбыл наказание – значит, ясно, что не «ангел во плоти», и он не тот человек, которого «нельзя подозревать», в возможных, там, убийствах мирных людей. Он тот человек, которого «можно подозревать» в возможных убийствах, потому что одно из них у него на совести.

Поэтому естественно, когда такие вопросы возникают, то мимо Буданова здесь сложно будет проходить – если он там был в это время, то… — ну, да, он будет в числе подозреваемых.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вот Вы с какой…

Н. СВАНИДЗЕ: Репутация! Репутация такая у человека, что ж тебе делать!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: То есть, его теперь до конца жизни по похожим делам можно будет вызывать на допрос?

Н. СВАНИДЗЕ: Нет, что значит «можно будет»? Если… если… если подозрение на него будет падать… Понимаете…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вот в «СКП» объясняют, что люди увидели Буданова по телевизору, и им «показалось», что тот человек «похож» на Буданова.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, вот, значит, им показалось. Значит, значит, его теперь… Если бы им показалось, что он похож на меня, то меня бы вызвали, понимаете?... Это нормально, потому что дело серьёзное. А поскольку в данном случае речь идёт о Буданове, конечно, больше поводов его вызвать, чем меня, потому что я, всё-таки, девушек не душил, а он душил.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Если говорить в целом о ситуации в Чечне, и вчера, и сегодня были сообщения о том, что ситуация в Чечне уже созрела для того, чтобы объявить об окончании контртеррористической операции – об этом говорил накануне и Кадыров, и – сегодня – Борис Грызлов говорил. А как Вы считаете, действительно ли стоит отменять вот этот режим?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, я не знаю, как Грызлов – тоже, думаю, лучше, чем я, знаком, а Кадыров-то точно лучше, чем я, знаком с ситуацией в Чечне. Поэтому ему видней. Но я думаю, честно говоря, что здесь у Рамзанова Ахмадовича Кадырова есть ещё и какие-то свои иные соображения, потому что наверно режим контртеррористической операции можно было отменять уже некоторое время назад, а можно отменить ещё через некоторое время, с тем же успехом.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Так почему сейчас это звучит?

Н. СВАНИДЗЕ: Мне кажется, что он решил… — он «усиливается», он всё время усиливается, Рамзан Кадыров. Он, вообще, очень сильный персонаж, сильный лидер. Его личная роль… ну, в стабилизации, несомненно, ситуации в Чечне – очень велика, на самом деле, как ни относись к нему лично. Очень жёсткий человек, вот…, и, видимо, это, в данном случае, именно то, что нужно республике.

Я думаю, что это шаг на пути к усилению своей независимости. Потому что зачем?.. – Ну, вот так вот – давайте рассуждать – зачем Рамзану Кадырову лишние двадцать тысяч российских вооружённых людей. Он считает, что ему хватит своих, чтобы справиться с ситуацией. И увод оттуда солдат из федерального центра – военнослужащих – он ему в значительной степени «развязывает руки».

Я думаю, что он, конечно, будучи, повторяю ещё раз, очень сильным персонажем, он хочет увеличить степень своей независимости от «центра». Это не значит, что он хочет, там, куда-то уходить, отсоединяться – ни боже мой. Но он просто хочет большей самостоятельности.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: В таком случае, можно ли расценивать поддержку его идеи Борисом Грызловым так, что федеральный центр готов пойти навстречу и готов признать вот это постепенное усиление Рамзана Кадырова?

Н. СВАНИДЗЕ: Думаю, что да. А федеральному центру некуда деваться. Дело в том, что федеральный центр «поставил» на Рамзана Кадырова, уже некоторое время назад. Путин «поставил» на Кадырова. Ставка оказалась верной. Кадыров сделал то, что было нужно федеральному центру, и продолжает это дело. То есть, он стабилизирует ситуацию в республике – способы – другой вопрос, не рассматривается. Но вот результат налицо.

И поскольку эта ставка сделана, то здесь нужно идти до конца.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: «До конца» — вплоть до того, что Рамзан Кадыров скажет, что вот «есть Чечня и есть я…»

Н. СВАНИДЗЕ: Нет, нет, нет…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: «… и больше мне никто не нужен».

Н. СВАНИДЗЕ: Нет, нет, конечно, конечно… Я думаю, что в тех «неписанных» договорённостях, которые несомненно заключены между Кадыровым и Путиным, Медведевым – я не знаю – «центр», скажем так – будем как Штирлиц, говорить, «центр» — вот, между Кадыровым и «центром» наверняка есть некая система договорённостей, и главная из этих договорённостей, это чтобы даже в голову не приходило, там, мысль о той или иной степени, там, «отъединениния» от России. А внутри России, конечно, степень самостоятельности может быть очень высокой.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Я напомню, что это программа «Особое мнение» — Николай Сванидзе сегодняшний мой гость.

Давайте поговорим про Китай. Приходят, как раз, вопросы на сайт – АЛИШЕР УВЕРОВ ИЗ ПСКОВА спрашивает, является ли «благом для России сближение с Китаем». И так случилось, что как раз сегодня вице-премьер России, Александр Жуков, находится в Пекине. И он высказал такую мысль, хотелось бы Александру Жукову, чтобы как можно больше китайских детей учили русский язык?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, ради Бога, пусть учат китайские дети русский язык – это, на мой взгляд… — в этом ничего плохого нет. В Китае без малого полтора миллиарда населения. Если хотя бы, там, двадцатая часть будет учить русский язык, то это будет уже немало – это вдвое, наверно, увеличит количество русско-говорящих людей в мире.

Пусть учат, пусть читают нашу литературу. Это только нам на пользу. В этом ничего плохого, естественно, нет.

А что касается «сближения с Китаем», понимаете какая штука – конечно, сближаться, это хорошо. Но здесь мера важна.

Китай это отдельная планета, это отдельная могучая цивилизация, древняя. И они [неразборчиво]. Ну что значит «сближение»? Для них мы – если будем «сближаться», всегда будем младшим партнёром. Младшим партнёром. Потому что мы несопоставимо меньше по количеству. Мы сейчас слабее экономически. И поэтому мы для них будем младшим партнёром.

И вот это «сближение» — это будет сближение с ИХ точки зрения. Мы, наверно, по-другому будем смотреть. Но с ИХ точки зрения, это будет сближение ИХ, «старших», и нас, «младших».

Вот, такое вот… Теперь давайте думать, нужно ли нам это или нет.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вот эти бесконечные разговоры о том, что рано или поздно часть российских территорий, всё-таки, отойдёт к Китаю, и там, как раз, и пригодится тот русский язык, который сейчас будут учить китайские дети.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, это зависит, это зависит от…. Всё может быть, теоретически, конечно. Это зависит от того, как будет развиваться наша экономика. Если наша экономика будет приходить в упадок, тогда мы не сможем, просто, физически удержать колоссальные зауральские территории. Но это уже в таком, долгосрочном, режиме рассматривать.

Ведь, на самом деле, называя вещи своими именами, вот мы самая большая страна, по территории, на свете, но Сибирь мы начали осваивать ещё при Иване Грозном…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: И всё никак не закончим…

Н. СВАНИДЗЕ: И мы её, по большому счёту, и так до конца-то и не освоили. Потому что, за Уралом, где-то четыре пятых нашей территории, но подавляющее большинство населения у нас живёт в европейской части России. Это говорит именно о «неосвоенности» территории.

Вот если она и будет оставаться «неосвоенной», то, конечно, в конце концов, её освоит Китай, потому что ему тесно в своих границах.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но если говорить об этой перспективе, то сколько лет и десятилетий, столетий….

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, во-первых, она может, вообще, эта перспектива – и будем надеяться на то, что она никогда не реализуется – я просто говорю о такой возможности – а реализоваться она может когда угодно, если тенденция будет именно такова. Я повторяю, здесь вопрос «холодный», «экономический». Только такой. Либо мы экономическими «скрепами» удерживаем все наши расползающиеся территории, регионы, дальние – потому что никакими другими их удержать нельзя – штыками, там, ничем, «вертикалью власти» — не удержишь – в конце концов, расползётся, как распался Советский Союз.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: [неразборчиво]

Н. СВАНИДЗЕ: Поэтому удержать можно только динамично развивающейся экономикой. Вообще, путь к успеху в современном мире только один – это динамичное экономическое развитие.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но нынешняя сложная, сложнейшая экономическая ситуация, она усугубляет вот это «расползание»?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, одна для всех одна. У нас же сейчас нет исключительных…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Она для всех одна, но в разных странах с ней справляются по-разному.

Н. СВАНИДЗЕ: По-разному справляются, но пока что рано говорить, кто как справляется. Мы… — у нас очень сложная ситуация, потому что, с одной стороны, мы, конечно… наша специфика, она накладывается на кризис, она его обостряет.

Монополизация многих экономических отраслей – наш расчёт исключительно на одну отрасль экономики, а именно на нефте-газо-добычу, и на торговлю этими продуктами, которые даёт земля – которую не головой и руками делаем – а то, что земля даёт.

Мы ничего не предоставляет на мировой рынок из того, что можно сделать головой и руками. Ни-че-го. Когда-то мы неплохо делали оружие. Теперь его делают во всём мире, и не хуже, чем мы, и дешевле, да?

А вот то, что нужно для ЖИЗНИ – не для того, чтобы убивать, а для того, чтобы жить – лекарства, еда, одежда, электроника, машины – вот всё, что делают китайцы – завалили весь мир детскими игрушками и «барахлом» дешёвым.

А мы не можем. Мы этого не делаем. Мы ничего не делаем. Мы ничего не можем предложить, кроме нефти и газа. Вот это составляет очень серьёзную проблему для нас. И в дальнейшем эта проблема будет только усугубляться.

Мы к кризису подошли удачно с другой стороны – мы денежек подкопили.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, сейчас-то мы успешно эти денежки и потратим…

Н. СВАНИДЗЕ: … Спасибо, спасибо, кстати, проклинаемому очень многими недалёкими людьми, Алексею Леонидовичу Кудрину, который сидел как Скупой Рыцарь на этом сундуке с деньгами и не давал их разворовывать по лоббистским интересам. Теперь они пригодились. Но насколько…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Надолго ли хватит?

Н. СВАНИДЗЕ: Это вопрос. Но смотря, сколько продлится. Помните, как в фильме «Чапаев»: «А хватит патронов-то? — Анка спрашивает старого пулемётчика. – А это какой бой будет, девушка. Хороший бой на полчаса не хватит».

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но и сейчас, если посмотреть, как расходуются эти «запасы» — эта «подушка безопасности» — надолго ли хватит?

Н. СВАНИДЗЕ: Расходуется – она для того и копилась, чтобы расходоваться в экстремальной ситуации.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, не так стремительно.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, я не знаю – я не министр финансов. Я не готов оценить стремительность расходов «подушки безопасности». У нас есть ещё одна специфика, конечно, которая тоже увеличивает опасность – коррупция безумная. Потому что помимо расходования «подушки безопасности» ещё существует и казнокрадство. Вот если бы и его не было, то, наверно, хватило бы подольше. Но оно есть.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Эта вечная проблема.

Н. СВАНИДЗЕ: Это ведь тоже вечная проблема…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да и не только российская, но и мировая.

Н. СВАНИДЗЕ: Вы знаете, она не только, но я Вас уверяю, что в Швейцарии меньше воруют.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте прервёмся буквально на несколько минут. Я напоминаю, что вы смотрите и слушаете программу «Особое мнение», Николай Сванидзе вернётся к вам буквально через несколько минут.

НОВОСТИ

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ещё раз здравствуйте. Мы продолжаем программу «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, сегодня у меня в гостях журналист Николай Сванидзе. Мы с Вами закончили на всяких экономических ужасах. Давайте теперь о культуре немного поговорим. Дмитрий Медведев сказал, что российские музеи должны заморозить цены на билеты. Поступает масса жалоб главе государства. Почему жалуются россияне? Потому что дорого ходить в музеи. Музейщики говорят, что растут тарифы ЖКХ, поэтому они вынуждены поднимать цену. Правда, Министр культуры считает, что уж как-то слишком они повышают.

Н. СВАНИДЗЕ: Да, министр Авдеев считает, что они избыточно повышают цены, превышая рост цен на ЖКХ.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Судя по всему, с заморозкой цен на билеты, может быть, и цены на услуги ЖКХ перестанут так расти. Но на самом деле, музеи полгода поживут. А потом всё? Мы лишимся наших российских музеев?

Н. СВАНИДЗЕ: Знаете, здесь посыл Медведева очевиден. Здесь как раз мячик был послан от Авдеева, от министра культуры. Он, наверное, знает, что делает, опытный и очень квалифицированный, ответственный человек. Я, в принципе, не сторонник вообще любых заморозок. Я считаю, что это всё советские штучки – что-то искусственно руками останавливать, замораживать. Это к добру, как правило, не приводит. Но в период кризиса эти все общие рассуждения, они не всегда имеют право на существование, потому что ситуация экстремальная, и меры должны быть чрезвычайными. Поэтому повторяю ещё раз – я против замораживания цен, любого. Я считаю, что это в конечном счёте, действительно Вы правы, может ударить по музеям.

Но здесь хотят-то как лучше, несомненно. Хотят, чтобы люди ходили в музеи. Жалуются люди, которые ходят в музеи. Это, как правило, интеллигентные люди, пожилые люди, у которых денег нет. И исходя из жалоб, исходя из интересов этих людей, идут на эту меру. На мой взгляд, мера не вполне адекватная.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте вернёмся к вопросам, которые приходят к нам на сайт, тем более, там на форуме была тема очень бурная, обсуждают Ваше прошлое.

Н. СВАНИДЗЕ: Моё тёмное прошлое?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Темнейшее просто. Виктор Огурцов, который занимается наукой, спрашивает: «Как ныне оцениваете Ваше 17-летнее членство в КПСС: карьера, ошибка, неизбежность?»

Н. СВАНИДЗЕ: Уважаемый господин Огурцов, мне сложно оценить своё 17-летнее пребывание в КПСС потому, что его не было никогда. Я не знаю, откуда это взяли, это ходит такой миф, что я 17 лет… почему-то именно 17…был в рядах КПСС, но я не был ни одного дня в этих ряда. Не состоял. Я себе это не в заслугу записываю. Дело в том, что я историк по образованию и человек, который в советские времена занимался чем-то гуманитарным, он не мог пробиться в жизнь, не мог сделать карьеру практически, не вступив в партию. В очень редких случаях это удавалось. Это было нормой жизни. И наверное, я бы вступил, если бы так сложилась жизнь, нормально. Это правила игры просто были, куда же деваться!

Я был членом ВЛКСМ. Но, тем не менее, правила правилами, а так получилось, что я в партии не был. По факту я в ней не был. Поэтому мне господину Огурцову здесь ответить нечего.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, чуть-чуть светлее стало Ваше прошлое, хорошо. По поводу дискуссии про нашу великую державу. Сергей из Тюмени недоумевает: «Разве нельзя быть великой сырьевой державой?»

Н. СВАНИДЗЕ: Можно быть великой сырьевой державой, но сложно. Для этого нужно быть уж очень великой сырьевой державой. Тут помимо нашей великой сырьевой державы найдутся другие сырьевые державы. Они, может, поменьше размером, но нефти там хватает. И нефть там выше качеством. И добывается она проще и дешевле. Саудовская Аравия, для примера – самый классический пример – другие страны того же региона. Есть Иран, есть наша подруга Венесуэла.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Наша вечная подруга.

Н. СВАНИДЗЕ: Так что, здесь многие оспорят наше величие, если мы будем именно на этом его строить – на своей нефти. Когда-то была пенька, лён, мёд, мех. Теперь – нефть. Но надо что-то, я повторяю, головой и руками делать, потому что… дело в том, что после кризиса – я уверен, что будет эра энергосберегающая, развитый мир, он уже пересматривает своё отношение к потреблению нефти и газа. Во-первых, это конечные энергоносители. Они конечны. И странно было бы, если бы мир сидел и ждал – «Ну всё, завтра кончится, ой чего же делать-то?» Надо же заранее к этому готовиться – когда-то это кончится. Я думаю, что сейчас – вот после кризиса – это будет сделано, потому что один из приоритетов, скажем, политики Барака Обамы – это постепенный переход на другие энергоносители. Я вас уверяю, что скоро Западный мир постепенно начнёт переходить на электромобили, скажем.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: АЛЁНА пишет: «Не надо осваивать Дальний Восток – там нужно укреплять границы и развивать туризм».

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, хорошо – «укреплять границы и развивать туризм» — замечательное дело. Но для этого тоже деньги нужны. У нас есть регионы, в которых был бы великолепный туризм, просто, который бы такие деньги приносил – ну, скажем, Кавказ – фантастическое место для туризма. Но для этого там должно быть безопасно. Вот… А в Сибири – более безопасно, чем на Кавказе, но денег-то нужно вложить немеряно.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, возвращается слушатель к теме полковника Буданова, и спрашивает один из них: «Почему Буданова только сейчас узнали?»

Н. СВАНИДЗЕ: Что значит, «узнали»? Кто его узнал? Его давно «узнали»?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, почему его на допрос вызывают? Потому что несколько жителей Чечни по телевизору его увидели.

Н. СВАНИДЗЕ: А-а-а, ну, почему? Это я не знаю, почему они его… Может быть, они его только сейчас по телевизору увидели. Я же не знаю. Я не знаю деталей.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: То есть, не стоит искать здесь никаких…

Н. СВАНИДЗЕ: Это вопрос не ко мне. И даже не к полковнику Буданову, в данном случае. К полковнику Буданову будет другой вопрос. Они его действительно узнали, или им показалось. Вот это будет самый серьёзный вопрос к полковнику Буданову.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте обратимся к предложениям, вернее отказ предложения – московские власти – сегодня стало известно о том, что власти Москвы не дадут денег на программу профилактики ВИЧ – эта программа предусматривает бесплатную раздачу шприцев. Как Вы можете оценить такой странный шаг? Тем более, что сегодня же ещё в «МК» написали…?

Н. СВАНИДЗЕ: Не дадут?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Не дадут. И сегодня же «МК» написало, что Мосгордума будет бороться со СПИДом «с помощью семейных ценностей» — вот так, пошли по стопам Папы Римского, который сказал, что семейные ценности, а не средства контрацепции помогут избежать распространения…

Н. СВАНИДЗЕ: Мосгордума хочет быть святее Папы Римского.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вероятно – депутаты стараются. Это похвально.

Н. СВАНИДЗЕ: Да… Естественно. Хотя они должны быть святее Патриарха, всё-таки. Так как-то. Мы всё-таки не под Ватиканом, всё-таки, ходим… Вот…

Ну, знаете, это, конечно, замечательно – насчёт «семейных ценностей». Флаг в руки Мосгордуме. Я не знаю, насколько достаточно будет мощностей – идеологических, пропагандистских и прочих, духовных у Мосгордумы, для того, чтобы повысить у нас роль семейных ценностей. Я думаю, что, всё-таки, средства контрацепции — это более конкретная вещь, в данном случае – для борьбы со СПИДом. Пока Мосгордума будет бороться за семейные ценности, я думаю, у нас не будет СПИД дремать-то.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А что касается отказа финансирования программы профилактики ВИЧ?

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, решили сэкономить деньги, наверно, в период кризиса, я думаю. Я не знаю, чем это ещё объяснить. Только соображениями экономии. Потому что, на самом деле, профилактика, именно эта профилактика ВИЧ распространена во всём мире. Семейные ценности – замечательная штука. Давайте их развивать, но только когда нужно тушить пожар, то не рассуждают о том, как, что, как у нас усилить роль пожарных дружин. Нужно конкретно заливать.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: То есть, Вы против отказа от подобных мер.

Н. СВАНИДЗЕ: Я против отказа от подобных мер. И за внедрение моды на контрацептивны.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Тема музеев очень возбудила наших слушателей. Сразу несколько сообщений пришло нам. Суть такая – есть старая идея – музеи продать. Нет музеев – нет проблем.

Н. СВАНИДЗЕ: Продать – имеется в виду в частные руки?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да, безусловно.

Н. СВАНИДЗЕ: Ну, тоже имеет право на существование.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это решение проблемы?

Н. СВАНИДЗЕ: Возможно. Это зависит от степени ответственности наших богатых людей, которые пойдут на покупку этих музеев. У нас же очень часто к этому безответственно относятся. Какой-нибудь старый дом, какой-нибудь богатый человек покупает где-нибудь во Франции. Он его покупает относительно за небольшие деньги по сравнению с тем, сколько стоят у нас дачи на Рублёвке. Но он зато обязан сохранять этот дом, если он 17 века. И это очень тщательно проверяется. Не говоря уже о музеях. Совершенно другое отношение к этому. Я сторонник того, чтобы как можно больше передавать в частные руки, потому что государство, по сравнению с хозяином, оно неэффективно. И это показывают многие страны и века истории нашей. Государство неэффективный хозяин по сравнению с частным лицом. Поэтому я считаю, чем больше передавать частным лицам – тем лучше. Если речь не идёт о государственной границе, естественно.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Спасибо Вам большое. Напомню, что в программе «Особое мнение» сегодня выступал журналист Николай Сванидзе. Спасибо большое. Всего доброго.

Н. СВАНИДЗЕ: До свидания.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире