'Вопросы к интервью
11 января 2008
Z Особое мнение Все выпуски

Эдуард Лимонов и Михаил Леонтьев


Время выхода в эфир: 11 января 2008, 19:08

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Здравствуйте. У нас неожиданность произошла. У нас программа «Особое мнение» с Михаилом Леонтьевым. И действительно Михаил Леонтьев у нас в студии. Добрый день. Но мы думали…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Некоторые рассчитывали, что от меня избавились.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Что, наконец, тебя уже нет. Должен был придти светоч нашей демократии Лимонов. Добрый вечер.

Э. ЛИМОНОВ – Добрый вечер. Я не демократии светоч.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Либерализма.

Э. ЛИМОНОВ – Упаси господи. Не обижайте меня. Неверное представление обо мне давать…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну ради бога. Значит, уважаемые радиослушатели, виновные наказаны. Но два моих уважаемых собеседника согласились придти в студию и подискутировать. Поэтому это немножко в формате «Клинча». Несколько вопросов. Перед нами реальность, прошли парламентские выборы. Впереди президентские. И, по всей видимости, я говорю свою точку зрения, все говорит, что и с помощью административного ресурса и доверия… Я говорю то, что я говорю. С помощью авторитета Путина, который предлагает своего человека, может быть президентом Д. А. Медведев. Как вам кажется, это будет интересный президент, хороший президент. Двинет ли он страну дальше? Пожалуйста, Эдуард.

Э. ЛИМОНОВ – Вы хотите, чтобы я первый обязательно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Нет, один вопрос – вы. Другой — Михаил.

Э. ЛИМОНОВ – Я считаю, что неприемлемо любое назначение. Это, по сути, является назначением. И это всегда обман, у нас это выглядит как такой византийский обман. Якобы преемника нет, но беру и рекомендую. Учитывая авторитет определенный президента Путина, не такой высокий, как нам пытаются продать это, но достаточно все-таки существующий, то можно ожидать, что Медведев, наверное, все-таки станет президентом. И это паршиво, крайне неприятно. Нет никакой совершенно конкуренции, никто себя помимо Медведева всерьез не может предложить, существуют подставные такие ребята, Жириновский и Зюганов, которые будут якобы соревноваться. Наверное, Касьянову из издевательства дадут 2%, например. Потому что у нас все что угодно нарисуют. В Ингушетии нарисовали…

М. ЛЕОНТЬЕВ — А вы полагаете, что Касьянов может получить, вы полагаете, что патентованный вор М. М. Касьянов может получить больше 2%? Человек, который…

Э. ЛИМОНОВ – Я не поклонник Касьянова.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Но вы его союзник.

Э. ЛИМОНОВ – Я союзником его был в определенный момент. Сегодня я не являюсь его союзником. Но я за честные выборы и хотел, чтобы все в них участвовали. В том числе и, например, тот же Буковский. Кто угодно на самом деле. Это решать народу, а не Путину или кому там, Медведеву или Суркову или закулисному какому-то комитету.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Позиция понятна. Пожалуйста, Михаил.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Это решать народу и народ предоставил своим мандатом достаточные полномочия тому же Путину для того, чтобы он решал, в том числе и от имени народа. Это единственный способ функционирования демократии. Тут у нас Эдуард рассказывал, что он не либерал и не демократ. На самом деле он оказывается и либерал, и демократ. Или кто угодно, если это можно вставить в пику кровавому режиму Путина. Какое назначение. О каком назначении идет речь. Путин идет в связке с Медведевым именно для того чтобы поддержать его, и естественно совершенно, что вряд ли, особенно на первом этапе своего президентства, если таковое будет определено народным волеизъявлением, Медведев вряд ли справился с ситуацией. Речь идет о преемственности. О том, что страну вытащили из состояния абсолютно полной дегенерации. И она вытащена только чуть-чуть, работа сделана на миллиметр. Перед страной стоят колоссальные вызовы. Внешние. Я вообще боюсь этого года. Потому что на самом деле ситуация и экономическая и финансовая, связанный с ним политический авантюризм наших главных гегемонов, американцев таков, у меня есть глубокое впечатление, что США переживают системный кризис, очень похожий и в принципе преемственный от советского. А в состоянии системного кризиса страна, обладающая неимоверной физической силой и неимоверной экономической уязвимостью в силу особенностей своей финансовой политики, может натворить все, что угодно. В этих ситуациях очень важно сохранить стабильность, преемственность, сохранить вообще страну. Речь идет о выживании России. И вот это фиглярство, которое то либерал, то не либерал. То демократ, то не демократ. То популярность Путина, но не такая, как нам рассказывают. Выборы абсолютно репрезентативные. То, что наша система демократическая имеет в себя встроенные механизмы управления, так извините меня, любая демократия, к сожалению, или к счастью современная демократия является управляемой. Неуправляемая демократия это пугачевщина. Отличается резней и диктатурой.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Мне кажется, что тут справедливо, что как ни крути, он все-таки Медведева не назначает. И если народ абсолютно не принимал бы этого варианта, то все-таки набрал бы кто-то другой. То есть любой другой, Зюганов…

М. ЛЕОНТЬЕВ — На самом деле для того, чтобы…

Э. ЛИМОНОВ – …лапшу вешать на уши. Мы живем, я 13 числа хоронил своего товарища нацбола. Мы живем в стране, где политический террор свирепствует, уничтожены все другие политические организации. Кроме «Единой России». Не допущены на выборы десятки известных политиков. Это как в лагере, где только принимают участие и в списке, в бюллетене состоят только представители администрации. Когда уничтожена всякая конкуренция, то конечно можно говорить, естественно, вот победа. Какая к такой-то матери победа.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Давно ли вы сторонник конкуренции?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Только не переходи на личности. Он серьезные вещи говорит.

Э. ЛИМОНОВ – Я давно сторонник конкуренции.

М. ЛЕОНТЬЕВ – «Сталин, Берия, ГУЛАГ» — это чей лозунг?

Э. ЛИМОНОВ – Не надо.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Это чей лозунг?

Э. ЛИМОНОВ – Не надо замыливать…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Что значит ну? А, забыли.

Э. ЛИМОНОВ — Это лозунг всех левых демонстраций…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Ах вот оно что. Это демократический лозунг.

Э. ЛИМОНОВ – Протест против шоковой терапии Гайдара.

М. ЛЕОНТЬЕВ – Это за конкуренцию.

Э. ЛИМОНОВ – Не надо вмешивать это…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я очень подробно читал ваши тексты.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Мы делаем паузу и встречаемся через полторы минуты.

РЕКЛАМА

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Продолжаем. Как ни крути, Эдуард, эти выборы, которые пришли в ГД, они отражают не только, предположим, поведение государства, которое лично вам не нравится. Но и некоторые объективные вещи, которые все-таки существуют в стране. Это повышение благосостояния людей, я бы так сказал условно, я не хочу говорить цитатами Леонтьева, но скажем так приведение страны в некоторый порядок. То есть, как ни крути, страна растет. Потому что есть нефть и всякое другое. Вот как вы лично видите, как страна будет развиваться дальше. Ждут ли ее какие-то катаклизмы.

Э. ЛИМОНОВ – Я бы хотел, чтобы страна развивалась, я за это. И кто против этого. Но если это соседствует с уничтожением всяческих свобод, в частности с уничтожением политической оппозиции, какая бы она ни была, нравится она власти или не нравится. Кремлю она нравится. Это не должно совершенно иметь никакого значения. Политическая оппозиция должна быть. Уничтожить ее как у нас это сделали, и потом резво плясать и говорить, что народная любовь принадлежат только «Единой России», в то время как просто другое живое вытоптали, уничтожили.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Я понял. При этой ситуации как вам кажется, как дальше Россия будет развиваться. И, кроме того, как вам кажется, например, тот же Медведев это будет калька Путина или этот человек пойдет каким-то своим путем.

Э. ЛИМОНОВ – Во-первых, нас ожидает правление в тандеме. Вне всякого сомнения. Я думаю, что все, что будет делать Медведев, будет ему громко или тихо подсказано на ухо Владимиром Владимировичем Путиным и его группой. И Медведев не будет самостоятельной фигурой. Я не собираюсь тут выглядеть великим аналитиком, просто таково мое мнение на сегодняшний день. Если паче чаяния вдруг что-то изменится, например, проявит определенную силу воли и захочет быть самостоятельным, то я бы ему желал, чтобы он восстановил в России политические свободы, прежде всего. Провел свободные выборы в парламент. И тогда мы посмотрим, кто чего стоит. И кто больше умеет убеждать и кто больше нравится народу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Мне кажется под этим можно подписаться.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я не знаю, под чем здесь подписываться. Я вообще не вижу особенного позитива для того, чтобы обсуждать политическую систему с Эдуардом Лимоновым. Он говорит одно и то же.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Он пострадавший и это абсолютно понятно.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я знаю, от чего он пострадавший.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — Потому что он оппозиция.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Интересно, он здесь сидящий человек, которого, между прочим, отмазали…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ — В отдельной не замоченной радиостанции.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Отмазали от очень серьезных обвинений, совершенно абсолютно…

Э. ЛИМОНОВ – Давайте мы не будем переходить на личности.

М. ЛЕОНТЬЕВ — … не политического свойства. Подожди секундочку. Вы здесь говорите, что вас уничтожили, вот вы уничтоженный здесь сидите. Это уничтоженная оппозиция.

Э. ЛИМОНОВ – Давайте не будем переходить на личности.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я хочу сказать, что в стране происходит совершенно неограниченная интеллектуальная свобода. В стране можно высказывать любое мнение, получать любую информацию и любую информацию распространять. У нас есть серьезные ограничения на пользование средствами массовой пропаганды. То есть промывание мозгов. Россия в нынешнем состоянии не может позволить и ни одна страна мира не может себе позволить, кому попало промывать мозги населению. Тем более маргиналам и агентуре влияния. Это действительно ограничения есть. Маргиналы и агентура влияния не будут владеть на паритетных основаниях, как это было в любимом вами ельцинском режиме, где существовали неограниченные свободы для группы лиц, которые…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А кто решил, что он маргинал?

М. ЛЕОНТЬЕВ — Вы заметьте, электоральный потолок так называемых либералов, союзников и демократов, по их собственным самым светлым предположениям исчерпывается 20%. В течение десятилетий эти люди осуществляли диктатуру практически в области экономической политики, внешней политики в стране. Невозможно было слово сказать против безбрежного примитивного квазилиберализма, навязанного практически извне. Под инструкцию написанного. Эти люди хотят вернуть себе такое же влияние на телевидении, для того чтобы осуществлять через этот механизм такую же диктатуру.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Нам понадобилось 8 лет, чтобы в стране можно было произнести слово «промышленная политика».

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я понял. Хорошо. Вы согласны с такой точкой зрения?

М. ЛЕОНТЬЕВ — После того как эти люди уже потерпели абсолютный электоральный крах.

Э. ЛИМОНОВ – У человека сидящего напротив меня, раздерганное такое мышление.

М. ЛЕОНТЬЕВ — А у вас не раздерганное. У вас цельное.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Сказали, не переходить не личности.

Э. ЛИМОНОВ – Он то говорит о промышленной политике…, я констатирую только это. Я совершенно более организованный человек и просто хочу сказать да, действительно когда был Ельцин, я был его противником. И остаюсь противником. Считаю, что это злостная фигура. Я говорил это в то время, когда Владимир Владимирович Путин счастливо сидел вице-мэром Санкт-Петербурга. И занимался оформлением, по-моему, казино. И чем он там занимался. Продажей чего-то и приобретением.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Причем тут Путин.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Крышевал.

Э. ЛИМОНОВ – А я ходил и выступал против Ельцина. Оставим то, что я сказал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вы рассказываете свою биографию. Он говорит, Михаил, и вы это слышали, что вы можете получать свободную информацию, ее распространять, вы ограничены в пропаганде, он сказал.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Вы хотите сказать, что вы предатель собственных идеалов.

Э. ЛИМОНОВ – Я хочу сказать, то, что вы говорите, это ложь просто. Вы говорите, что в стране существует доступ. Никуда ничего не существует.

М. ЛЕОНТЬЕВ — У вас есть проблемы с получением любой информации?

Э. ЛИМОНОВ – У меня есть огромные проблемы. Ни на одном телевидении центральном, на любое телевидение…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Вы отличаете информацию от пропаганды?

Э. ЛИМОНОВ — … не был уже 4 года.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Ну и не будете там в ближайший, исторически обозримый период.

Э. ЛИМОНОВ – Вы не будете следующие 3 года нигде тоже.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Посмотрим, чья возьмет.

Э. ЛИМОНОВ – Наша возьмет. А вашей нет.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Есть наша.

Э. ЛИМОНОВ – А кто вы такой? Маленький журналист.

М. ЛЕОНТЬЕВ — А кто вы такой? Маленький писатель

Э. ЛИМОНОВ – Дорогой мой, большой писатель, начнем с этого.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Михаил, с чем…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Ну какой смысл нам… До свидания. Здесь есть великий деятель. Есть дефицит свободы, пусть он…

Э. ЛИМОНОВ – Правильно. Вон Жириновский дерется.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо. Ты придешь на следующую передачу, Миша?

М. ЛЕОНТЬЕВ — Приду.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – На свою сольную. Вот ты зря ушел. Почему ты ушел?

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я не вижу никакого смысла обсуждать никакие содержательные вещи с человеком по фамилии Лимонов. До свидания.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – На мой вопрос можешь ответить?

Э. ЛИМОНОВ – Отлично.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, оттуда можешь ответить на один мой вопрос. Даже не приближаясь к столу. Можешь присесть на секунду, потому что есть вопрос, который мне важен. И вообще ребята, что это за манера такая, друг друга…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Да это нормальная…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – …назначать друг друга к уходу. Я сейчас уйду отсюда. И тогда ведите передачу сами. Вы меня извините, вы на ОРТ себе такое, один не знаю где, второй на ОРТ себе такое никогда не позволите.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Могу себе позволить где угодно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Что-то не позволял.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Ты хотел задать вопрос.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Сядь, пожалуйста.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я не буду с этим человеком дальше вести…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Со мной.

М. ЛЕОНТЬЕВ — И через тебя не буду.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я хочу понять, в чем отличие, ладно ты его назвал агентом влияния…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я его не назвал агентом влияния. Он политический фигляр, который меняет политические взгляды в зависимости от ситуации.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ты сказал, пропаганды мы ему не дадим. То есть получается, что например, ты не занимаешься пропагандой. А он занимается.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я занимаюсь пропагандой.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Так чем отличается твоя пропаганда от его пропаганды? И то, и то пропаганда. Почему твоя точка зрения…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я один практически занимаюсь пропагандой.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Как это, а все остальные, которые сияют на экранах.

М. ЛЕОНТЬЕВ — У нас телевидение деидеологизировано. Это нетрудно заметить. Это не инструмент пропаганды, это инструмент, который заглушен. У него отняли у людей…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А все те, кто на экране стоят…

М. ЛЕОНТЬЕВ — Не надо официоз воспринимать как пропаганду.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Какой официоз. Ну не хочу я называть передачи, на меня ведущие обидятся. Ты знаешь, у нас несколько дискуссионных передач и на них одни и те же все рассказывают, что одна модель жизни это хорошо, а все остальные плохо.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Рассказывают разное. Но есть определенное количество людей, которые там не присутствуют. Как правило. Потому что их общественная и политическая значимость ничтожна и раскручивать их совершенно ни к чему. Тем более во вред стране. Все, я пошел, извини.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо. Спасибо. надеюсь, ты придешь на следующую передачу.

М. ЛЕОНТЬЕВ — Я предоставляю возможность великому писателю здесь…

Э. ЛИМОНОВ – Правильно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Продолжаем наш эфир. Вы слышали, что было сказано, и, пожалуйста, Эдуард, можете дальше говорить.

Э. ЛИМОНОВ – Об ушедшем чего говорить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, мы не об ушедшем.

Э. ЛИМОНОВ – Плохое говорить не будем. Давайте продолжим нашу беседу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте теперь поговорим, уже я буду вам оппонировать. Есть несколько тезисов, которые вы всегда говорите в эфире. Вы говорите о том, что нет свободы, не дают говорить, а вот, честно говоря, если например, эту свободу бы дали, вы появились на экране. Вот, например, есть…

Э. ЛИМОНОВ – Простите, я уточню. Говорить я не стремлюсь. Я политик. Помимо всего прочего. И я хотел бы действовать, а не говорить. А говорить это приоритет как раз журналиста, эксперта. Я не очень стремлюсь прямо бесконечно говорить. Я хотел бы придти к избирателю с той партией, которая запрещена несправедливо, и получить фракцию в парламенте и влиять на судьбу моей страны. А говорить, пускай Леонтьев как он пьяный приходит к вам, напившись, пускай говорит.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну зачем. Вы же сказали, человек ушел.

Э. ЛИМОНОВ – Ну да, будем держаться. Но это факт.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Держитесь, пожалуйста.

Э. ЛИМОНОВ – Вы предлагаете мне лгать, как у нас все в России…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я вам ничего не предлагаю. У меня конкретный вопрос. Для того чтобы выиграть на выборах, нужно чтобы за вас голосовали не только против, против власти, за например, Касьянова или за Лимонова, а нужно предложить некую конструктивную программу, что называют позитивная программа.

Э. ЛИМОНОВ – Она у нас есть. Давайте я вам сейчас сразу…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не сейчас, после паузы. Вспомните, что сейчас происходит. Сейчас взялись и за пенсионную реформу. И как-то все это движется. Я бы хотел услышать программу от Леонтьева.

Э. ЛИМОНОВ – От Лимонова вы хотите услышать. Леонтьева уже нет. Он ушел.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но Леонтьева же нет. Чего от Леонтьева. С Леонтьевым я разговариваю каждую пятницу. Все, что он говорит, я знаю наизусть. У него такая точка зрения. Мы делаем паузу и после этого программа жизни от Эдуарда Лимонова.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Продолжается программа «Особое мнение». Михаил Леонтьев, к сожалению, ушел. А Эдуард Лимонов в студии. Очень смешно написал нам один из радиослушателей под ником Вера: включайте «Эхо Москвы», там радиопостановка «Война миров» Уэллса. Это действительно в какой-то степени война миров. Я честно скажу, по-журналистски мне очень интересно и я рад, когда такие вещи происходят. По-человечески не очень, потому что… Как вы считаете, умеет ли власть говорить с оппозицией. А с другой стороны умеет ли оппозиция говорить с властью. Потому что сегодня прозвучал тезис в одной передаче, который мне кажется правильный. Я вдруг задумался об этом. Обязательно ли оппозиция должна быть непримиримой. У нас есть такое, лояльная оппозиция, считается это чем-то унизительным. Или конструктивная оппозиция. Все говорят: конструктивной оппозиции не существует. Мне кажется, что она все-таки есть. Как вы видите свою роль?

Э. ЛИМОНОВ – Давайте остановимся. Дело в том, что с 98 года ныне запрещенная партия НБП пыталась зарегистрироваться и перенести все дебаты на выборы. Нам было отказано за эти годы 5 раз. То есть мы все время стремились к легализации, к тому, чтобы быть полноправными участниками политического процесса. И на том месте, где политический процесс действительно совершается. То есть на поле парламента. До этого выйти на выборы, предстать перед народом со своей программой и сказать, кто мы такие и чего мы хотим. И пусть народ решет, это его право. Нас лишили этой возможности, как и все другие политические организации. Вот чего не хочет никто увидеть, это постоянное вытеснение, начиная еще со времен Ельцина, вытеснение оппозиции с политического поля. Насильственное.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Эдуард, может и вам сделать….

Э. ЛИМОНОВ — Я готов… Дайте договорить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Стоп, дайте вопрос задать. Да я знаю.

Э. ЛИМОНОВ – Что вы знаете?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Тезисы ваши.

Э. ЛИМОНОВ – Я не тезисы. Я говорю, я готов сесть с любым представителем администрации, кем угодно и говорить, давайте говорить. Никто, за годы партия запрещенная существовала 13 лет, сейчас существует 2 года «Другая Россия», никто за годы не предложил ничего. Ни одной встречи. Ныне опальный Илларионов один раз позвонил из Кремля мне незадолго до того, как он ушел. И я с ним встретился. Вот все контакты, они не хотят делить…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Послушайте, дайте спросить. С кем-то же они делят.

Э. ЛИМОНОВ – Ни с кем они не делят.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Еще раз. Это только мой вопрос. У каждой партии свои методы политической деятельности. У той партии, которая сейчас запрещена. Я тут боюсь чего-то нарушить, нет партии Лимонова, НБП. Нет…

Э. ЛИМОНОВ – Мы выражаемся с вами крайне аккуратно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Может быть вам перестать, например, чтобы ваши ребята приковывали себя наручниками, чтобы они бегали по крышам зданий и разворачивали эти… Понимаете, вы же знаете, чего власть не любит и чего она боится. Она боится каких-то революционных, по ее мнению, проявлений.

Э. ЛИМОНОВ – Это все нарастало…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Путин и революция. Это представить себе невозможно.

Э. ЛИМОНОВ — Дайте мне слово. Уже Леонтьев у меня украл часть времени.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не украл, он беседовал с вами очень корректно

Э. ЛИМОНОВ — Да, чрезвычайно. Я хочу сказать, что пройдены годы, пытались много раз. Эта власть не хочет никого, ни ельцинская не хотела в конце режима…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но Жириновского же хочет. Зюганова хочет.

Э. ЛИМОНОВ – Жириновский практически принадлежит к той же партии. Это бранч.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, Зюганов.

Э. ЛИМОНОВ – Как в компании есть бранч. Этот бранч «Единая Россия». Зюганов не является радикальным политиком. Он подыгрывает власти, его ждет мусорная свалка истории. На следующих же выборах его выбросят.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А вы радикальные?

Э. ЛИМОНОВ – А мы радикальными стали поневоле. Когда вас не пускают вообще на политическое поле, вы не участвуете в выборах, вы хотите участвовать в выборах, влиять на судьбу страны, и вы поневоле только этим обстоятельством становитесь радикальным. Когда я говорю каким-то корреспондентам, например, западным. Я говорю, что то, чего мы добиваемся это свободных выборов, на меня смотрят как на идиота. А мы действительно боремся за банальные свободы, которых мы здесь лишены. Это надо понять и не представлять себе, что все сейчас насупились, нахохлились и не хотят ни с кем разговаривать. Я готов хоть завтра.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Теперь давайте перейдем к тому вопросу, который я вам задал перед финалом первой части. Я спросил, вы знаете, что по сути то, что предлагает власть, и что она предлагала на выборах, это экуменическая политическая программа. То есть они предложили все: счастье, радость и так далее. И под это у них есть деньги, нефть и так далее. Что вы можете предложить, чтобы за вас проголосовали, чтобы быть конкурентными. Какая у вас позитивная программа?

Э. ЛИМОНОВ – Не надо заискивать перед народом и размахивать сотнями рублей и говорить: мы прибавим 300 пенсионерам. Это абсолютно несправедливое отношение к людям как к скотам каким-то, зверям, которых надо содержать в вольере чуть лучше.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Перейдите ко второй части.

Э. ЛИМОНОВ – Я считаю, что нужна программа доброжелательная к народу. Заключается она в следующем. Надо, наконец, посмотреть на вещи четко и прямо. Надо ограничить крупные капиталы, надо ввести налог на роскошь. Надо взять у нефтяных компаний не те проценты, которые они сегодня платят, а огромную большую часть прибыли. Надо снабдить людей жильем не на словах, а на деле. Остановить грабительские строительные компании, сделать квартиры доступными. Только можно, ограничивая прибыль строительных компаний. Никаких других путей не существует. Надо прекратить спекуляцию квартирами, когда люди вкладывают деньги в квартиры для того, чтобы потом наживаться на этом, через 10 лет в них никто не живет. Эту пагубную политику надо остановить, когда сегодня даже люди со средним достатком не могут рассчитывать на квартиру.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ваша фамилия не Чавес?

Э. ЛИМОНОВ – Моя фамилия Эдуард Лимонов, слава тебе, Господи. Теперь я хочу сказать следующее. Начали говорить, давайте поговорим серьезно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Дело в том, что у нас полторы минуты.

Э. ЛИМОНОВ – Хорошо. Полторы минуты. Национальные проекты ориентированы неправильно, они все разворовываются. Надо осваивать Сибирь и Дальний Восток, надо перенести столицу, я просто говорю наугад, столицу из Москвы. Поместить ее где-то в районе Омска. Это даст…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – О-о-о.

Э. ЛИМОНОВ – Не гудите. Все так кажется необычайно, а потом люди… Это даст огромное количество, во-первых, мы удержим Сибирь и Дальний Восток таким образом, если проводить олимпийские игры, то не в Сочи на этом крошечном куске реликтовой земли с реликтовыми растениями, надо проводить в Сибири, в горах Хакасии, развивать это регион. Если бороться с государством, сейчас невозможно с ним бороться. Оно что хочет, то и делает. Надо поднять суды с колен. Первое дело, что бы я сделал – разогнал и Конституционный, и Верховный суд и для начала наполнил бы его людьми, которые пользуются авторитетом с юридическим образованием, известными, например, адвокатами. Взять Падву, Резника, Сергея Беляка. Конституционный суд должен помочь оспаривать результаты, например, в выборах. Выборы парламентские были абсолютно подтасованы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Все. Можно задать один вопрос. Скажите, пожалуйста, то, что вы сегодня говорите, это вы придумали сегодня на ходу или это действительно выстраданная ваша программа?

Э. ЛИМОНОВ – Это выстраданная программа. Я могу говорить вам два часа по пунктам, подпунктам и так далее.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Спасибо большое. У нас в гостях был Михаил Леонтьев, который, к сожалению, ушел…

Э. ЛИМОНОВ – Бежал с поля боя.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ушел.

Э. ЛИМОНОВ – Бежал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ушел. Я говорю: ушел.

Э. ЛИМОНОВ – Это с вами он может сражаться. Со мной не посражаешься.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно. И был Эдуард Лимонов, которого я благодарю за участие в программе «Особое мнение». До свидания.





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире