'Вопросы к интервью
О. ЖУРАВЛЁВА: Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлёва. У нас в гостях сегодня Андрей Васильев, шеф-редактор издательского дома «Коммерсанть».

А. ВАСИЛЬЕВ: Здравствуйте.

О. ЖУРАВЛЁВА: Из Вашей же должности проистекает первый вопрос, который задают наши слушатели. Задают многие, но вот короче всего сформулировал Владимир, преподаватель из Казани. Он спрашивает: «Зачем Вам «Огонёк»? Ну, не Вам лично, а Издательскому Дому.

А. ВАСИЛЬЕВ: В данном случае приобретение было произведено нашим владельцем Алишером Усмановым. И какие-то мотивы были, насколько я понимаю, вообще, заботится много лет о каких-то ценностях, коллекции покупает, спорт финансирует.

О. ЖУРАВЛЁВА: Всякие красивые, хорошие вещи.

А. ВАСИЛЬЕВ: В этом смысле «Огонёк», действительно, сколько ему, 125 лет, старейшее издание из сохранившихся. Видимо, он из этого и исходил. В данном случае мы, как исполнители, топ-менеджеры… чего ж тут обсуждать?

О. ЖУРАВЛЁВА: У Вас есть личное к этому отношению?

А. ВАСИЛЬЕВ: Моё личное отношение такое. Мне очень симпатичен этот журнал, я его всегда читал и даже в связи с кризисом у меня обычно на столе лежит каждый день полтора кило продукции печатной. Я сократил сильно.

О. ЖУРАВЛЁВА: Из экономии?

А. ВАСИЛЬЕВ: Из экономии. И 90% не читал этого добра, газет, журналов. Кстати, «Огонёк» оставил. Правда, не пришлось его читать. Но я с симпатией отношусь. Другое дело – довольно серьёзная проблема, как его позиционировать на рынке. Это действительно проблема. Я не готов сказать, как решать эту проблему, потому что это только что произошло. Но, в конце-концов, нам за это зарплату платят.

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, вы сейчас находитесь в процессе придумок?

А. ВАСИЛЬЕВ: Да. Большой Издательский Дом. Мы что, на вытянем «Огонёк»?

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, идеи о том, что вы приобретаете некий бренд и фотоархив богатый?

А. ВАСИЛЬЕВ: Архив – это безусловно, это долгосрочная инвестиция. Бренд – это бренд.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но, тем не менее, вы этим пользуетесь.

А. ВАСИЛЬЕВ: Я должен сказать, что это непростая задача, поставить его на ноги, но вполне выполнимая. Опять же, нам платят большие зарплаты, мы должны.

О. ЖУРАВЛЁВА: У вас, кстати, снизились у топ-менеджеров зарплаты?

А. ВАСИЛЬЕВ: Её снизил не «Коммерсантъ», а ЦБ. У нас же в рублях зарплата.

О. ЖУРАВЛЁВА: В этом смысле снизили.

А. ВАСИЛЬЕВ: Процентов на 30.

О. ЖУРАВЛЁВА: У некоторых в рублях тоже снизили.

А. ВАСИЛЬЕВ: У нас пока нет. Здесь дерева нет никакого?

О. ЖУРАВЛЁВА: Будем считать, что постучали. Есть и другие темы сегодняшнего дня, вполне связанные со СМИ глобально. Дело в том, что сегодня отмечается Всемирный день борьбы с цензурой в Интернете. Это второй год по инициативе Международных организаций «Репортёры без границ» и «Эмнисти интернэшнл» проводится Всемирный день борьбы с цензурой в Интернете. Более того, уже обнародованы некоторые сведения, доклад, который опубликован Международной журналистской организацией «Репортёры без границ». И там говорится, что Туркмения и Узбекистан включены в список врагов Интернета. Как Вы относитесь вообще к необходимости цензуры в Интернете? Ведь есть действительно большие проблемы, которые находятся в Интернете.

А. ВАСИЛЬЕВ: Я не считаю, что это проблемы. Но, может быть, моё мнение будет особое, я наряду с Туркменией и Узбекистаном я тоже враг Интернета. Просто личный.

О. ЖУРАВЛЁВА: А почему?

А. ВАСИЛЬЕВ: Ну, как сказать… Я проехал. Я старенький. Это для меня посторонняя, чуждая культура, как наркотики. Я не употребляю наркотики не потому, что я считаю, что это плохо, я считаю, что это просто не моё. Моё – алкоголь, а к этому надо было с детства привыкать. Лично мне это очень не нравится. Хотя, я считаю, что я, по принадлежности к нашему профсоюзу, я против. А в Интернете цензура – это вообще бред сивой кобылы. Тогда нужно установить цензуру на улицах. На Новом Арбате установить цензуру и прислушиваться, как кто разговаривает. Интернет – это абсолютно такая сфера очень внутреннего общения людей. От того, что к этому общению может подтянуться дикое количество народа, это не меняет его принцип.

Это как мы с вами разговариваем при выключенных камерах, предположим, потому что то, что камеры включены, я условно говорю, это абсолютно личное дело каждого индивидуума. Это бред сивой кобылы, потому что никакой цензуры в Интернете невозможно. Возможно осваивать государственные средства. Это да. Можно профукать огромное количество денег якобы на цензуру, на какие-то нормы в Интернете. Всё равно, там будут нормы не такие, которые устанавливает сам Интернет. Можно подкупить какого-нибудь провайдера.

О. ЖУРАВЛЁВА: Или пригрозить.

А. ВАСИЛЬЕВ: Подкупить, пригрозить, опять же – это персона. И думаю, что Интернет-сообщество обойдёт этого провайдера и обойдёт какого-нибудь очень крупного держателя какого-то ресурса. Нереально. Как вода камень точит. Но с другой стороны, могут на это выделить много миллиардов рублей, которые растворятся к концу года. Вот это как раз может быть.

О. ЖУРАВЛЁВА: Если уже закончить эту тему, Вы сравнили Интернет с общедоступным пространством, как забор, на котором что-то написано. Но если на этом заборе вывешено объявление, схема сбора бомбы или чего-то в этом роде, стоит заниматься отслеживанием, кто повесил объявление, кто это придумал, кто сочинил?

А. ВАСИЛЬЕВ: Да. И это вполне, наверное, предмет заботы спецслужб, ФСБ. Конечно, там, наверное, кроется в этих сетях…

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, отслеживать уже по факту.

А. ВАСИЛЬЕВ: Это менты должны делать! И пусть они ловят, в конце-концов! Ну как Вам сказать… Есть гаишники, да? Одно дело, гаишник, который пытается пробку разрулить, только он не делает этого никогда, потому что это скучно и денег не возьмёшь, он лучше в кустах будет лежать. Надо отслеживать, но это к цензуре не имеет отношения. Ну, как сказать… Теоретически в каждой урне может быть заложена бомба. Почему нет? Давайте уберём урны.

О. ЖУРАВЛЁВА: Пробовали.

А. ВАСИЛЬЕВ: Для того, чтобы ментам было просто легче жить. Поэтому наша Дума говорит, что очень трудно ментам бороться с террористическими угрозами в Интернете, давайте мы этот Интернет кастрируем.

О. ЖУРАВЛЁВА: Есть ещё одно предложение по поводу облегчения жизни милиции. Недавно появилась инициатива о создании народных дружин. Как Вы к ним относитесь?

А. ВАСИЛЬЕВ: Я был в народных дружинах при советской власти.

О. ЖУРАВЛЁВА: Даже говорят, что будут оружие выдавать.

А. ВАСИЛЬЕВ: Ну, оружие не будут, конечно. А так, это халява. Я, когда в НИИ работал при советской власти, я очень любил народную дружину, за это отгул давали. А так мы сразу шли в отделение, брали повязки и шли в подъезд пить «Портвейн». Нас никто не трогал, потому что мы с повязками пили «Портвейн», не то, что хулиганы какие, а дружинники. Вот такие же будут дружины. Только сейчас всё это опасней, потому что общество стало резче, смотрят всякие фильмы по телевизору жестокие.

О. ЖУРАВЛЁВА: Вы думаете, что из-за фильмов резкость появляется?

А. ВАСИЛЬЕВ: В том числе. Стало резче общество, агрессивней. Из этих дружин может быть гораздо… Хунвейбины появятся. Давайте, ещё это придумаем. При том, что с настоящими, угрожающими людьми, дружинники связываться не будут. Они будут ловить… Гаишник же не трогает какого-нибудь…

О. ЖУРАВЛЁВА: С флажком.

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет, «Жигуль» какой-нибудь, кому он нужен? С него и денег много не возьмёшь. Они останавливают дорогие машины.

О. ЖУРАВЛЁВА: Да. Но желательно, чтобы там была девушка.

А. ВАСИЛЬЕВ: Не обязательно. Дорогая машина – значит можно денег срубить. Точно так же эти дружины будут отлавливать, кто им интересен, чем бороться с какими-то угрозами.

О. ЖУРАВЛЁВА: Понятно. В общем, не верите Вы в эту идею. Есть ещё одна интересная новость, которая в последние дни обсуждается. Она связана не с нарушением закона, пока всё хорошо. Борис Немцов, выдвинутый соратниками на должность мэра Сочи, сдал в четверг необходимые документы в городской избирком. Как Вы видите перспективы Бориса Немцова, как мэра Сочи?

А. ВАСИЛЬЕВ: Не вижу никакой перспективы.

О. ЖУРАВЛЁВА: Вообще?

А. ВАСИЛЬЕВ: Конечно. Потому что как сейчас мэров назначают? Кого скажут – того и назначают.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но здесь будут выборы.

А. ВАСИЛЬЕВ: Ой, я Вас умоляю! Всё равно, кого скажут – того и назначат. Тем более Сочи! Сочи – это любимая игрушка премьер-министра Путина. Как там могут быть случайные люди?

О. ЖУРАВЛЁВА: Но президент Медведев совершает какие-то перемещения по кадровым перестановкам, речь идёт о кадровом резерве, что побольше молодежи, какие-то специальные люди будут заменять старинных тяжеловесов. Всё время говорят – того губернатора отставили, этого поставили, всё время какое-то бурление.

А. ВАСИЛЬЕВ: Давайте посмотрим. Поменяли очень много губернаторов. Сегодня у нас в газете тоже..

О. ЖУРАВЛЁВА: Сегодня, кстати, нового Министра сельского хозяйства назначили, а старый уже сегодня вступил в должность губернатора. Новым министром стала прекрасная дама.

А. ВАСИЛЬЕВ: Я, честно говоря, просто по роду моей деятельности, у нас много всяких изданий, но «Коммерсантъ» — ежедневная газета, нам приходится следить за всякими движениями, в том числе и кадровыми. Вот спросите меня на Страшном Суде, какая-то перестановка принесла пользу ощутимую, из громких? Нет, конечно. Они во что-то играют. Ну, играют.

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, Вы не видите пока никаких положительных…

А. ВАСИЛЬЕВ: Не то, что я не вижу впереди, я и оглядываясь назад, не вижу.

О. ЖУРАВЛЁВА: А с чем это связано? С тем, что все люди одинаково реагируют на губернаторское кресло? Они принимают его форму, и становятся ровно такими же?

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет. Я думаю, что очень мало полномочий у губернаторов. Там было очень много негатива в том, что они были избраны, они там царьки, князьки. В общем, это довольно справедливо. Но, по крайней мере, человек был облечён неким сроком, какими-то гарантиями конституционными. Сейчас он ничем не облечён. Если человек почестнее, он вообще ничего делать не будет. Если не такой честный – побыстрей своровать и всё равно снимут.

О. ЖУРАВЛЁВА: Безнадёга какая-то. Давайте о чём-то весёлом поговорим. Хотите о песнях? «Евровидение» — это такая хорошая история. Мы сначала выиграли, теперь мы принимаем «Евровидение», всё хорошо. Но не дня без строчки! Вчера была история с грузинской песней, что, вроде бы, комиссия сказала, что надо заменить слова «Пут ин» на что-нибудь другое.

А. ВАСИЛЬЕВ: Я пропустил, комиссия сказала заменить?

О. ЖУРАВЛЁВА: Да. Грузины отказались участвовать. Страшная история! Сегодня появляются новости, что представители грузинских оппозиционных партий обвинили власти Грузии в умышленном разжигании скандала вокруг участия в «Евровидении»-2009 в Москве. И выразили опасение, что это негативно повлияет на имидж страны. То есть, и в Грузии это тоже воспринимают неоднозначно.

А. ВАСИЛЬЕВ: Мне, на самом деле, я считаю, что это дико остроумно грузины придумали с этим «Пут ин». Они молодцы, они себе сделали пиар. С точки зрения маркетинга они молодцы, просто «пятёрка». С точки зрения попадания на «Евровидение», я не думаю, что им что-то бы там светило. Я совершенно случайно эту команду слышал. Не думаю. Но они стали известными очень. А то, что там кто-то что-то запрещает – это бред сивой кобылы. Если в какой-то песне… Хорошо, в слове «Пут ин» — это английское…

О. ЖУРАВЛЁВА: Они признавали, что там есть некий протест.

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет, там протест, что мы не хотим, чтобы нам «Пут ин». Я не могу в прямом эфире… Я тоже не хочу, чтобы мне «пут ин», хотя я и мужчина.

О. ЖУРАВЛЁВА: Вы поосторожней с этими заявлениями.

А. ВАСИЛЬЕВ: С точки зрения здравого смысла… Мы помним, была программа «Куклы». И вот там первых лиц государства в совершенно карикатурном виде, произносили тексты, это выходило по центральному каналу, собирала некий рейтинг. Кстати, она не была рейтинговой передачей. Кто-то говорил, что это пошло, не остроумно, но никто не видел в этом вызова власти.

О. ЖУРАВЛЁВА: Ну неужели не видели?

А. ВАСИЛЬЕВ: Неа! Ну, до определённого времени, конечно. Там всё, пожалуйста, вот тебе Ельцин, вот тебе кто хочешь! И прекрасно выходила передача.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но эта программа была сатирическая, а «Евровидение» — это программа чисто музыкальная.

А. ВАСИЛЬЕВ: Ну и что? Ну, прикол такой! Больше того, если какая-то институция, вообще далёкая от политики, действительно, всерьёз реагирует на такое содержание, как на политику, у них по регламенту запрещены политические песни. Ок!

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, они должны были просто не обратить внимания на эти глупости?

А. ВАСИЛЬЕВ: Почему это глупости? Это остроумная история, почему нет? Какая-то такая альтерация.

О. ЖУРАВЛЁВА: Стали обращать внимание и на другие вещи в связи с «Евровидением». Дело в том, что сначала была какая-то мутная история с тем, может ли г-жа Приходько представлять Россию, являясь украинской гражданкой и масса другого. В последнее время, сегодня, появились цитаты из той же самой певицы Приходько, которые были из «Фабрики» выписаны. И многие высказывания, мягко говоря, расистские. И это вызвало возмущение некоторых людей, почему от нашей страны будет выступать такая девушка, которая позволяет себе не очень лестно отзываться о чернокожих и о разных других, говорить всякие глупости и гадости.

Наш слушатель Степан из Москвы спрашивает: «Как Вы оцениваете, что Россию на «Евровидении» будет представлять расистка? Символично ли это?»

А. ВАСИЛЬЕВ: Ну, насчёт расистски – поаккуратнее.

О. ЖУРАВЛЁВА: А Степан так воспринял.

А. ВАСИЛЬЕВ: Степан тоже сошёл с ума, как и все, на почве политики. На самом деле, помните, какую обструкцию устроили бедной Сердючке за то, что она сказала «Россия, гуд бай». Что в этом? Я могу сказать – Россия, гуд бай! Ну давайте, выгоните меня из студии теперь. Что в этом обидного? Сумасшедшие российские люди во всём видят угрозу нашей суверенности. Неужели кто-то подвергает сомнению то, что мы встали с колен? Люди очень обижаются. Это комплекс. И это признак нездоровья нации и отдельных представителей её власти, которые тоже на это обижаются, руководители каналов, которые исключили Сердючку. Это болезнь! Это очень тяжёлая форма комплекса неполноценности.

Ну кто такая певица Нетребко?

О. ЖУРАВЛЁВА: Нет. Приходько.

А. ВАСИЛЬЕВ: Приходько. Это покемон. Это функция. Вы в подземной переходе её встретите, Вы её не узнаете. Её накрасили, одели, осветили…

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, её личность никого не волнует.

А. ВАСИЛЬЕВ: Конечно! Ну что она там говорит? Это же кино, мультфильм такой! Как можно всерьёз относиться к… ну, я помню, охрана Филиппа Киркорова сильно повредила аппаратуру нашего фотокорреспондента. Давайте подадим в суд. Это несколько лет назад было. Я говорю: «Вы с ума сошли, ребята? Это не наш уровень! Издательский Дом «Коммерсантъ» будет судиться с Филей?? Давайте ещё со Степашкой будем судиться!» Мы начали с того, что это весело, эти люди нас развлекают. Они могут нас развлекать какими-то пикантными вещами, кто-то задницу покажет. Это шоу. «Шоу маст гоу он». У нас в самом деле воспринимают это всё, этот цирк, как какие-то политические или квази-политические функции. Я смотрю с ужасом.

О. ЖУРАВЛЁВА: Может быть, это какое-то следствие того, что поэт и гражданин должен быть в одном лице? Значит и представители на «Евровидении» должны быть гражданином?

А. ВАСИЛЬЕВ: Это сказал Евтушенко. Это он так считает, я так не считаю. Были очень хорошие поэты, которые были совершенно антисоциальными людьми. Возьмём, Рембо, например.

О. ЖУРАВЛЁВА: Да, гражданин он был сложный.

А. ВАСИЛЬЕВ: Он хуже поэт от этого? Если Евтушенко считает, что поэт и гражданин в одном лице, так он и поэт-то плохой на самом деле. Может, гражданин хороший, но живёт всё время в Америке. Очень много вопросов, и они бессмысленные на самом деле. Не потому, что это не предмет для серьёзного разговора. Каждый человек, тот же Евтушенко, имеет право на своё видение своей роли.

О. ЖУРАВЛЁВА: А что для Вас предмет для серьёзного разговора из последних наших телодвижений государственных? Нам говорят иногда, что народ консолидируется при наличии врага.

А. ВАСИЛЬЕВ: Это да, к сожалению.

О. ЖУРАВЛЁВА: Грузинская кампания, украинский скандал с газом. Это же консолидирует каким-то образом. А реальные дивиденды страна получает от этой консолидации? Или в этот момент народ просто увлекается своей страстью?

А. ВАСИЛЬЕВ: Конечно, власть получает.

О. ЖУРАВЛЁВА: А что она получает?

А. ВАСИЛЬЕВ: Народ отвлекается на какие-то химеры. Ему подыскивают врага, он в этого врага и плюёт. Нет, чтобы плевать в Кабинет министров, например, хотя, повторяю, в этом кризисе, строго говоря, прямой виды Кабинета министров я не вижу. Косвенную я вижу, но, тем не менее, есть из-за чего у нас там снижаются наполнения зарплаты. Почему во всём мире так – падает доллар и происходит дефляция.

О. ЖУРАВЛЁВА: Падают цены, да.

А. ВАСИЛЬЕВ: В фунтах они те же самые остаются. Фунт, если с этим фунтом уехать в другую страну, то меньше денег. А если жить в Англии, он такой же фунт и остался. В Америке сколько лет падал доллар, лет восемь! Но там люди на шопинг ездили в Нью-Йорк, хотя на билет приличные деньги. Всё равно выгоднее получалось. Доллар ничего не стоил, а цены там такие же. Так у нас в стране, у России же особый путь, у нас рубль растёт – цены растут, рубль падает – цены всё равно растут. Это вот особый путь. Только это к экономике не имеет отношение. К особому пути имеет, к национальной идее имеет.

О. ЖУРАВЛЁВА: К национальному характеру.

А. ВАСИЛЬЕВ: Да. К чему угодно! Только не имеет отношения к правилам, к таблице умножения, к жи-ши через «И», к этому не имеет отношения. А вот особый путь, «с колен»… Вот Россия встала с колен во время Чемпионата мира по футболу, и продули позорно. Встали с колен, и мордой прямо об поле! И вдруг мы не заметили этого. Встала с колен.

О. ЖУРАВЛЁВА: Я прошу прощения. Здесь мы должны сделать небольшую паузу. Зафиксируем на эту месту реплику Сергея из Барнаула: «В погоне за деньгами власть растеряла чувство юмора». Но мы с Вами чувства юмора терять не собираемся. Программа «Особое мнение» удаляется на небольшой перерыв. Никуда не уходите. У нас в студии Андрей Васильев, шеф-редактор издательского дома «Коммерсанть».

НОВОСТИ

О. ЖУРАВЛЁВА: Ещё раз здравствуйте. В программе «Особое мнение» сегодня Андрей Васильев, шеф-редактор издательского дома «Коммерсанть». Меня зовут Ольга Журавлёва и мы продолжаем. Мы с Вами уже заговорили про деньги, про кризис, про то, что есть настоящие дела, есть не настоящие. Есть ещё одно дело, которое Вы мне сейчас объясните. Оно относится к шоу-бизнесу, к экономике или к политике или к чему-то ещё. Официальные власти Великобритании готовы сотрудничать с Интерполом и Россией по делу российского предпринимателя Евгения Чичваркина. Об этом сегодня заявил зам.главы Британского МИД лорд Мелок Браун. При этом он подчеркнул, что вопрос не является политическим, им будут заниматься власти. Официальный розыск Чичваркина объявлен, существует.

И, честно говоря, со стороны глядя, все знают, что все уезжают в Лондон, а потом их ищут в любых других местах, кроме Лондона. Это так должно быть, это правильно?

А. ВАСИЛЬЕВ: Насколько я знаю Чичваркина, он не будет в Лондоне ни от кого скрываться, он там чувствует себя в абсолютной безопасности, потому что дело против него…

О. ЖУРАВЛЁВА: А что тогда, глава британского МИДа нас обманывает?

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет, он будет сотрудничать. Почему, он не обманывает. Они обязаны реагировать. Только они будут реагировать по законам. Они не будут его арестовывать. У нас-то для начала разговора сначала человека примут, а потом получается разговор. У кого какие акции, где они.

О. ЖУРАВЛЁВА: А вообще, как история с бывшим владельцем «Евросети»? Как она Вам видится?

А. ВАСИЛЬЕВ: Очень просто видится. Если поднять какие-то… да я думаю, не только «Коммерсантъ» описывал эту историю подробно. Несколько лет назад объявили, что у него какая-то… я могу ошибиться в цифрах… 164 тысячи мобильных телефонов контрафактные, «Моторола». Их взяли и арестовали. «Моторола» даёт сертификат, что нет, это не контрафактные, честно купленные телефоны. Им говорят, давайте назад эти 164 тысячи, — говорит Чечваркин. Ему отдали, но не 164, а 114. «А ещё 50 тысяч где?» Большая сумма денег! «Да вот… мы там…куда-то пропало…реализовали, как контрафакт». Чичваркин возбуждает уголовное дело против силовиков.

Он говорит: «Если вы украли, а вы украли 50 тыс. мобильных телефонов, то сидите в тюрьме». Было возбуждено уголовное дело против силовиков. Правда, оно ничем не кончилось. И видимо, ему просто не простили. Если каждый бизнесмен будет судиться с нашими прославленными силовыми структурами…

О. ЖУРАВЛЁВА: Он себя чувствовал настолько неуязвимым?

А. ВАСИЛЬЕВ: Он же романтик.

О. ЖУРАВЛЁВА: Из чистого романтизма?

А. ВАСИЛЬЕВ: Ну как… Вы знаете такие понятия, как 2х2=4, жи-ши пиши с буквой «И». Это вполне романтические понятия в нашей стране.

О. ЖУРАВЛЁВА: Ну да, если тебя ограбили, то ты идёшь в милицию, пишешь заявление.

А. ВАСИЛЬЕВ: Конечно! И ему это не простили просто. Я думаю, что там нет никакой политики.

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, это чисто внутренние разборки.

А. ВАСИЛЬЕВ: Да. Чтобы, гад, знал!

О. ЖУРАВЛЁВА: Всё понятно. Спасибо, очень доступно объяснили. Тогда давайте посчитаем какие-нибудь деньги. Помните историю с Украиной, с Россией, строительство газопровода в обход, долгие разборки. Теперь уже у нас всё опять хорошо с Украиной. «Нафтогаз Украины» считают шагом доброй воли согласие российской стороны не штрафовать Украину за недобор газа. Они теперь не добирают, мы их милостиво не штрафуем. Как развивается эта история? Там же тоже были отдельные бизнес-интересы и не совсем то, что писали.

А. ВАСИЛЬЕВ: Да. РосУкрЭнерго, эта структура, очень левая на самом деле, она посредническая, она пополам Газпрому принадлежала, пополам украинским структурам, сейчас все спорят, что это за люди, Тимошенко говорит, что это люди Ющенко. Совершенно непонятный и никому не нужный был посредник. Кстати, ответов на вопрос, из-за чего это происходит… Да, у Украине нет денег в самом деле. Она не может.

О. ЖУРАВЛЁВА: А для чего было доводить конфликт до такой острой ситуации?

А. ВАСИЛЬЕВ: Вы знаете, это редкий случай. Я не досконально знаю подоплёку этого конфликта, да и досконально её знают единицы в обеих странах. Это как раз тот редкий случай, когда я на стороне России. В любом случае аргументы нашей страны были – заплатите деньги, отдайте долги, алло! Тут мне трудно возразить, при моём скептическом отношении к действиям российского правительства. Логика была железная. У украинцев не было логики никакой. Они это переводили на политическую плоскость. Наверняка это какая-то карта в борьбе между Ющенко и Тимошенко, конечно же. В общем, мутная история. Но, строго говоря, надо платить.

О. ЖУРАВЛЁВА: Этот конфликт, грубо говоря, закончен на данный момент?

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет. Пройдёт год и он будет продолжаться.

О. ЖУРАВЛЁВА: И всё равно придётся строить газопровод в обход и всякое такое, и тратить на это деньги?

А. ВАСИЛЬЕВ: Или там сменится какая-то конфигурация власти. И если власть на Украине будет… При Кучме этого же не было ничего, он устраивал нашу власть российскую. И всё решали.

О. ЖУРАВЛЁВА: А Вы говорите, что чистый бизнес.

А. ВАСИЛЬЕВ: Ну хорошо! Если Россия перевела диалог или не диалог, а скорее спор на язык чистого бизнеса, то она выглядит гораздо правее. Это правда.

О. ЖУРАВЛЁВА: Ещё несколько финансовых документов, скажем так, из агентств. Регионам Путин пообещал выделить финансовую помощь, увеличить её на 300 млрд. рублей. Во-вторых, второй транш кредита выделен Белоруссии. Может у нас всё хорошо на самом деле с деньгами-то?

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет, ну как Вам сказать… Что касается помощи регионам – это вынужденная мера. Она не идеальная. Почему у нас такие регионы убитые? Россия уже давно встала с колен, а регионы всё ещё валяются в канаве. Но если им сейчас не помочь, это как с банками, если не помочь, потом всё равно придётся платить. Только больше.

О. ЖУРАВЛЁВА: А говорят, эффекта не было. Вот банкам выделили деньги, по идее они должны были пойти в реальную экономику. А банки всё это собрали в кучу и…

А. ВАСИЛЬЕВ: Нет, эффект был. Он был на 100%-ный, но для банковской системы эффект был. Там мог бы начаться коллапс. Там в начале 90-х годов, если ты запускаешь банальную… самое простое, за квартиру платишь через банк, никакой нет гарантии, что это дойдёт. То есть, были посреднические структуры, которые брали деньги за то, чтобы твоя платёжка из одного банка в другой дошла. И специально ходили люди и брали за это деньги. Это довольно страшная вещь. Она не видна простым обывательским взглядом. Но это очень страшная история. Всё равно как оборвалась телефонная связь, например. По крайней мере, банки между собой взаимодействуют нормально. Идут платежи. А платежи – это как вода. Нет горячей, есть холодная, подогреть можно. Если нет никакой – это страшно.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но есть проблема, что экономика испытывает большие трудности из-за отсутствия денег, потому что кредитов никто не получает.

А. ВАСИЛЬЕВ: Это не так. Кредиты получают. Другое дело, что проценты гораздо выше и речь о другом, что до сих пор, до этого кризиса кредиты давали. Причём, это не только в нашей стране, кредиты давали кому угодно, с улицы пришёл, даже не обязательно красивые глаза иметь. Просто пришёл – спасибо уже. Закладывали неплатежи в бизнес-схемы. Условно говоря, мы раздали кредитов на 1 тыс. рублей, если нам вернут 800 – отлично! Из 10 человек 8 вернут – отлично. Семь вернут – тоже хорошо. Но вот если 4 только вернут…

О. ЖУРАВЛЁВА: Будут некоторые трудности.

А. ВАСИЛЬЕВ: К этому так относились. Поэтому это рикошет от абсолютно халявного отношения банков…

О. ЖУРАВЛЁВА: Денег было много и просто зажрались.

А. ВАСИЛЬЕВ: …к своим кредитодержателям. И сейчас действительно некоторые проблемы. Я думаю, что наш реальный сектор… Какой у нас реальный сектор? Он говорит: «Дай, дай, дай». Сельское хозяйство… Они по-другому не умеют разговаривать.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но деньги-то поступят…

А. ВАСИЛЬЕВ: И банки начинают фильтровать. Они фильтруют немножко побольше, чем надо, дуют на воду. Предъяви реальную схему погашения, хорошие залоги. Ты получишь кредит, но дороже, чем был. А когда приходят люди, которые не могут объяснить, например, схему возврата кредитов, банк говорит до свидания. Они сейчас излишне осторожничают, и это понятно. В этом смысле я не вижу какого-то коллапса. Опять же, это слова. Говорит какой-то начальник: «Ну-ка, быстро кредитуйте реальный сектор!» А давайте посмотрим на этот реальный сектор. Весь реальный сектор в таких долгах!

То есть, я отдам вам кредиты, а я не уверен, что вы отдадите мне, вы тут же с этими деньгами пойдёте отдавать какому-то дяде, которому вы были должны раньше. Я просто банкир, который, как мы с Вами условились, знает, как пишется жи-ши, и сколько будет 6х8. Он говорит: «Брат, я не дам тебе денег, потому что я тебе не верю». И упрекать его с высоких трибун бессмысленно.

О. ЖУРАВЛЁВА: К сожалению, ещё много интересного в этой области таится. В области чужих карманов вообще всё самое интересное расположено. Но мы на этом должны завершить эту программу.

А. ВАСИЛЬЕВ: Жалко.

О. ЖУРАВЛЁВА: Я благодарю Андрея Васильева, шеф-редактора Издательского Дома «Коммерсантъ» за сегодняшний эфир. Всем спасибо. На этом программа «Особое мнение» заканчивается. Всего хорошего.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире