'Вопросы к интервью
12 сентября 2007
Z Особое мнение Все выпуски

Борис Надеждин


Время выхода в эфир: 12 сентября 2007, 17:08

Н.ШОПЕН: И мы начинаем «Особое мнение» в прямом эфире — сегодня с вами Наталья Шопен, я приветствую наших телезрителей и радиослушателей, а также приветствую нашего гостя – Борис Надеждин у нас сегодня в гостях, и я напомню, что вы можете присылать свои сообщения, комментарии и вопросы к нашему гостю -970-45-45, можете писать уже сейчас, тем более, что тем сегодня очень много, и главная тема обсуждения – собственно, сегодня многие эксперты говорят о том, что в России началась полномасштабная предвыборная кампания. Связано это с тем, что премьер-министр, глава нашего правительства Михаил Фрадков обратился к президенту Путину с неожиданным предложением об отставке, и президент Путин на это предложение ответил согласие – собственно, даже оставил М.Фрадкова исполнять свои обязанности до тех пор, пока не назначат нового премьер-министра, но назначил главу правительства. И его предложение звучит так – новый глава правительства – Виктор Зубков, это глава Росфинмониторинга. Вот ваша первая реакция на события последнего часа?

Б.НАДЕЖДИН: Скажу честно – я испытывал чувство — досады, грусти, думаю – ну, как всегда опять. Все-таки, знаете, в цивилизованных странах с демократией, с какими-то словами про партии, про выбор народа, хочется, чтобы люди узнавали фамилию будущего президента или премьер-министра как-то не так, как-то иначе. Хочется, чтобы на первые посты в государстве выдвигались те люди, которые первое – хотя бы знают в лицо большинство населения.

Н.ШОПЕН: А вы знаете в лицо?

Б.НАДЕЖДИН: Нет. Вы знаете, я человек, который работал и в правительстве, ив Госдуме, и в администрации президента, я человек, реально вовлеченный в политику – я бы не узнал г-на Зубкова — при всем уважении к его заслугам в лицо – честно вам говорю. Не думаю, что кто-нибудь из нашей аудитории его бы узнал – хотя, конечно, сейчас мы его все узнаем. Я считаю, что на такие должности в стране должен выдвигаться человек, которого, первое – знает народ, знает нация. Второе – человек, про которого мы знаем его политическую биографию, человек, за которого когда-то уже голосовали люди – либо в Госдуму, либо на посту губернатора – хотя выборы отменили – это нормально и это понятно. Сейчас весь народ гадает – кто такой Зубков? Весь народ гадает – это только технический премьер, как Фрадков, или это все-таки «наследник» — как еще полчаса назад думали, что Иванов. Ну, что это такое?

Н.ШОПЕН: А вы помните, что раньше был аналогичная ситуация с Фрадковым — мы тоже гадали там.

Б.НАДЕЖДИН: А с Путиным была другая ситуация, на секундочку?

Н.ШОПЕН: Тоже аналогичная.

Б.НАДЕЖДИН: Кто знал фамилию «Путин» до 1999 года? Кстати, я знал, я как раз работал в правительстве, когда он там работал — в администрации. Но я вот не знаю, кто такой Зубков – хотя, наверное, хороший человек.

Н.ШОПЕН: Могу вам сказать, что он работал с В.Путиным.

Б.НАДЕЖДИН: в Мэрии Санкт-Петербурга наверняка.

Н.ШОПЕН: Да, 1992-1993 гг. в Комитете по внешним связям Мэрии Петербурга.

Б.НАДЕЖДИН: Ну а как иначе?

Н.ШОПЕН: затем был главой Госналогинспекции по Санкт-Петербургу. И хочу сказать вам, что ему немало лет – ему на днях исполняется 66 лет.

Б.НАДЕЖДИН: Да, ровесник моего отца. То есть человек другого поколения.

Н.ШОПЕН: ну, в общем, да – предел как бы политического возраста, ну, не предел, но средняя цифра — 65 лет. Ему будет 66, именно поэтому его прочили в сенаторы в свое время в Омской области.

Б.НАДЕЖДИН: Что значит — «в свое время»? Это было несколько недель назад.

Н.ШОПЕН: Это было в феврале этого года.

Б.НАДЕЖДИН: Знаете, про возраст я не хочу вдаваться – люди бывают разные – одни и в 50 лет развалины, а другие и в 70 лет еще ого-го какие. Но должен сказать, что, конечно, это человек другого поколения, чем даже Путин. Путин мне годится в старшие братья, а этот Зубков действительно ровесник моего отца — мой отец тоже 1941 года – это другое поколение несколько. Что это такое — вот давайте будем сейчас гадать — почему Зубков? Может быть. Он такой крепкий и здоровый, еще в Мэрии, когда они вместе работали, проявил себя, а может наоборот страшное предположение – идет игра в третий срок Путина, через больного старого премьер-министра – сейчас все будем гадать.

Н.ШОПЕН: Но говорят, что этот человек не напоминает политика, не напоминает человека политических решений.

Б.НАДЕЖДИН: Вот все зависит от того, каким образом общество, нация, готовы признавать кого-то лидером страны. Я абсолютно убежден, что для современной цивилизации, для жителей, живущих в образованной, уверенной в себе стране, для умных людей, нормальным является сознательный выбор своего руководства. Люди могут выбрать. И человек, которого они выбирают на пост номер один или на пост номер два, премьер-министра, должен быть хорошо известен. И он должен быть, без всякого сомнения, публичным политиком. Он должен много лет до этого выступать на встречах с избирателями, должен выступать на встречах с коллективами, должен участвовать в дебатах по телевизору, по радио «Эхо Москвы», он должен писать какие-то концептуальные статьи в журналах толстых или в газетах типа «Коммерсант», «Эксперт», и так далее – элита должна знать, кто это такой.

Н.ШОПЕН: Еще одна небольшая информация для размышления.

Б.НАДЕЖДИН: Мы опять гадать будем?

Н.ШОПЕН: Да, придется гадать – а что делать? Финразведка в прошлом месяце была подключена к вопросу с трудовыми мигрантами, и федеральная служба по финансовому мониторингу – ее призвали также отслеживать денежные переводы, подозрительные банковские счета мигрантов и г-н Зубков в связи с этим сказал тогда, что «пласт экономической преступности часто связан с мигрантами». Вопрос с мигрантами на протяжении последнего, достаточно длительного времени, у нас остро ставится в России. Это тоже, наверное, один из таких важных моментов?

Б.НАДЕЖДИН: Наташ, я что хочу сказать? Человек, который претендует на то, чтобы быть премьер-министром, должен быть человеком – вот я набрал в Интернете, «Яндексе» или «Гугле» — что сказал Зубков? И мне выхватывается куча всего: вот он сказал про детей, вот он сказал про экономику, вот — про военную реформу, вот он сказал про всею.

Н.ШОПЕН: Но президент Путин, видите, любит быть неожиданным.

Б.НАДЕЖДИН: набрав в Интернете фамилию «Зубков», мы обнаружили одно — он что-то сказал про мигрантов — и давайте из этого думать, как этот человек будет управлять страной, в которой 145 миллионов человек и ядерное оружие. Давайте так. Я готов обсуждать – а что он еще сказал?

Н.ШОПЕН: А как вы считаете. Возможно ли, что г-н Зубков будет кандидатом в президенты? Логичный вопрос, банальный вопрос, но логичный.

Б.НАДЕЖДИН: Знаете, при том ре жиме, который устроил В.Путин у нас в России возможно все — может быть абсолютно любой, никому неизвестный человек быть назначен – что министром обороны, что премьер-министром, может в последний момент. Завтра может Путин передумать, и сказать – знаете, Грызлов думу уже собрал? — собрал, — пусть отзывает все это дело, я передумал.

Н.ШОПЕН: Леонид вам пишет: «Премьер не должен быть политиком, его не выбирают, а назначают».

Б.НАДЕЖДИН: Леонид, человек, который управляет экономикой страны, человек, который решает, в том числе, такие вопросы, как будут ли наши дети призываться в армию, или будет ли контрактная армия, человек, который решает, какая в стране пенсия, зарплата врачей и учителей, хорошо бы люди знали, что у него в голове.

Н.ШОПЕН: Есть еще такая версия, от Павла: «Зубков уйдет в другой мир с поста президента – либо по состоянию здоровья, — и тогда Путин пойдет на новый срок» — возможна ли такая конфигурация, хитрая?

Б.НАДЕЖДИН: Наташ, нас наш дорогой Путин поставил в ситуацию гадания на кофейной гуще. Возможно ли это? — ответ – все возможно.

Н.ШОПЕН: Но согласитесь – г-н Путин занимается этим на протяжении всего своего времени президентства – мы гадаем на кофейной гуще и пытаемся понять, что он именно сказал и что он хотел сказать тем, что он сказал.

Б.НАДЕЖДИН: Давайте знаете, о чем поговорим? Гораздо интереснее о другом поговорить. Вот В.В.Путин, проработав президентом нашей родины уже около 8 лет, создал такую политическую систему, при которой никто – включая ближайших его соратников – Грызлов, Миронов. Иванов, Медведев — а эти фамилии что-то говорят людям, согласитесь – при всем при том, — никто даже не мог предположить еще 20 минут назад — вот я ехал сюда, в пробке стоял – еще 20 минут назад на вашем «Эхо Москвы», горячо мною любимом, зачитывался список из 11 каких-то фамилий – там его не было. Это — новость. В.В.Путин, по моему глубочайшему убеждению, должен был потратить всю свою харизму, опыт спецслужбы и всю свою такую позитивную энергетику и знание дзюдо для того, чтобы создать в стране нормальные институты современной демократии: нормальный парламент, нормальный суд, нормальное правительство – с тем, чтобы русский народ, и даже элита российская – не гадала вот так вот — а что он там сказал и про что? — а четко и внятно знало, что у нас сегодня 5 человек хотят быть президентами или премьер-министрами, и мы знаем, что будет означать назначение каждого из них — вот это нормальная, современная демократия, нормальные институты. И спикер парламента не должен брать под козырек.

Н.ШОПЕН: Скажите, а для чего нужна такая игра в неожиданности?

Б.НАДЕЖДИН: Это такой политический режим, созданный В.В.Путиным при полнейшем непротивлении российского народа, на которого свалилась манна небесная в виде баррелей, долларов, и так далее. Это такой политический режим, где есть только один игрок, где есть только один политик.

Н.ШОПЕН: То есть, вы думаете, что Зубков может быть просто случайным человеком, который пришел в Глову нашему президенту?

Б.НАДЕЖДИН: Слушайте, — у нас такая ситуация в стране, что есть только один политик. Его фамилия – Путин. Других политиков в стране не существует. Есть определенная, — как бы сказать помягче, чтобы никого не обидеть — определенное такое шоу под названием парламент – там Жириновский, и так далее — в стране один публичный политик. Его фамилия – Путин. Других политиков нет.

Н.ШОПЕН: Но, тем не менее, в будущем году нас ожидают выборы нового президента — давайте не будем об этом забывать.

Б.НАДЕЖДИН: Опять я вынужден становиться на тропу гаданий и предположений – назначение Зубкова, а не Медведева или Иванова — я уже, как человек, который занимается политикой, могу интерпретировать, в том числе, как отсрочку решения этого вопроса. Вот если бы сегодня назначили? — опять гадаем, — Иванова или Медведева – такое облегчение испытал бы народ: о, мы знаем, кто такой президент. А тут бах – Зубков. И все начинают гадать – то ли это уже и есть наследник, то ли все-таки Иванов-Медведев. А этот, бедный Д.Медведев, которого сегодня спросили – он же гениальную фразу сказал, ее, по-моему, цитировали на «Эхо Москвы», он сказал – «знаете, как и в любой другой стране, это всегда может произойти в любой момент», — сказал он. Только есть маленькая разница — вот в другой стране, под названием Япония, премьер-министр тоже ушел в отставку – знаете? И внимание – правящая партия, либерально-демократическая, уже объявляет, кто будет. И этот человек — второй человек в этой партии, его 15 или 150 раз выбирали в парламент – его знают. Вот какая история. Почувствуйте разницу.

Н.ШОПЕН: Хорошо, а давайте все-таки попробуем понять — для чего вообще нужно было менять Фрадкова на Зубкова?

Б.НАДЕЖДИН: вы меня спрашиваете?

Н.ШОПЕН: Вот для чего нужно было это делать?

Б.НАДЕЖДИН: У меня идея.

Н.ШОПЕН: Может быть, нужно было освободить Фрадкова, и может быть, ему как раз грозит какая-то новая политическая карьера, новый виток?

Б.НАДЕЖДИН: Наташ, смотрите — я — не политолог. Можно сюда позвать Павловского, Белковского – они вам будут долго рассказывать, что бы это значило. Я все-таки политикой занимаюсь — я не хочу гадать. Я хочу сказать следующее — политический режим, при котором и народ, который слушает «Эхо Москвы», в том числе – не самый темный, да, — хуже всего, все 450 депутатов думы, все правительство и вся политическая элита, включая и меня, как лидера одной из партий — не знают, как выглядит в лицо кандидат в президенты за пять минут до его назначения.

Н.ШОПЕН: А почему вы его называете кандидатом в президенты?

Б.НАДЕЖДИН: А вы знаете, если, не приведи господи, что-то случится с Владимиром Владимировичем в ближайшие полгода, не дай бог, у нас это будет президент — вот я взял с собой Конституцию России специально – там это написано.

Н.ШОПЕН: Исполняющим обязанности президента.

Б.НАДЕЖДИН: Да, это второй человек в стране. У него будет ядерный чемоданчик.

Н.ШОПЕН: Но все-таки, смотрите — сценарий совсем другой — допустим, сравнив с тем, как снимали Касьянова – предложение об увольнении Касьянова принял сам президент. Фрадков же ушел самостоятельно, при этом его похвалили за отличную работу, и даже дали ему орден «За заслуги перед отечеством», и вот, что теперь – для чего все эти игры вокруг Фрадкова тогда сейчас ведутся? Вы видите какую-то его серьезное политическое будущее, Фрадкова?

Б.НАДЕЖДИН: Я достаточно хорошо знаю правительство — то, что было — тогда я еще работал в правительствах, я знаю ситуацию более или менее. Кстати, когда Касьянова увольняли, ему тоже выразили благодарность, какой-то орден дали – это надо понимать. Но Михаил Михайлович начал играть не по правилам этой системы, созданной Путиным – а именно – он не стал в строй, а начал предъявлять какие-то свои претензии. И результат, смотрите – был второй человек в стране, красивый мужчина. Сейчас что это такое? Это маргинализированный политик, у которого отняли дачу и это был урок. И после этого это был урок и для Путина, который на каждый последующий пост, каждого последующее премьера, назначает все менее известного — чтобы, не дай бог, в нем не были бы зачатки харизмы и он не повел себя как Касьянов – не пришлось бы тратить массу времени на ОРТ, чтобы объяснять, что Касьянов – это «2%», или Фрадков. Вот логика Путина – назначать на ключевые посты как можно менее публичных людей — с тем, чтобы не создавать угрозу в том, что в будущем они будут претендовать на самостоятельную политическую роль. Путин, кстати, гениально усвоил уроки ельцинского правления – абсолютно точно — потому что вся политическая оппозиция времен Б.Ельцина – это отправленные в разное время в отставку трудящиеся правительства – начиная от Явлинского, — пожалуй, только Жириновский отдельно находится. Остальные все.

Н.ШОПЕН: Наталья из Москвы высказывает такую версию: «Главное для Путина – обеспечить себе тыл. Тем более, кандидатура Зубкова – это кандидатура своего человека с коммунистическим прошлым, бывшего руководителя народного хозяйства в котором он уверен, тем более, Зубков работал под его руководством – естественно, это надежный тыл для Путина».

Б.НАДЕЖДИН: Наташ, а может, мы перестанем гаданием заниматься. Может, мы что-нибудь обсудим? Ну, давайте гадать дальше — что было в голове Путина? У меня есть предложение — позовите в эту передачу мою жену – она психоаналитик…

Н.ШОПЕН: Ну, хорошо, тогда получается, что наш гость, Б.Надеждин, отказывается обсуждать новую кандидатуру премьер-министра – хорошо, раз вы так желаете, то мы можем перейти к следующей теме. Давайте поговорим об олимпийских играх, которые ждут Россию и в скорое время в Госдуму поступит олимпийский законопроект, в котором, в частности, прописана ускоренная процедура изъятия земельных участков и собственности граждан и юридических лиц. Как вы считаете, чем эта кампания грозит сочинцам и обычным жителям Сочи?

Б.НАДЕЖДИН: Ой.

Н.ШОПЕН: Или об этом вы тоже не хотите говорить?

Б.НАДЕЖДИН: Я так скажу, — Наташ, не надо ерничать – об этом я готов говорить, это серьезная проблема. Здесь есть два аспекта в этой проблеме. Первый аспект — конечно же, олимпиада в Сочи – это героическое завоевание российского общества – это правда. Я, кстати, при всей моей критике Путинского правления всего такого считаю, что это вот они сделали молодцы, правильно. Это престиж страны, это рабочие места. Но, как и в любой большой стройке и в большом проекте, самыми несчастными оказываются те обыватели, которые оказались в том самом месте, где либо пройдет железная дорога, либо построят что-то еще – либо стадион.

Н.ШОПЕН: Да, речь идет о тысячах домов.

Б.НАДЕЖДИН: Естественно. Я могу сказать следующее – мировой опыт показывает, что если – первое – у этих граждан есть доверие к своим местным властям – мэрам, и так далее, второе – если на них не плюют, а пытаются договориться — то все это будет решено законно, мирно и к всеобщей радости.

Н.ШОПЕН: Исходя из сегодняшнего нашего контекста, как вы считаете – будут ли с ними договариваться и будет ли им радость?

Б.НАДЕЖДИН: Исходя из сегодняшнего контекста, при всем при том, что мне хочется верить, что хватит ума и у властей Краснодарского края и у мэрии Сочи – я с сожалением беспокоюсь, что будет как в Бутово – знаете, вот Бутово это то же самое — это большая стройка во имя государственных целей – расселить людей, которая прошлась катком по конкретным гражданам, с которыми можно было нормально договориться — можно было. Бюджет Олимпийских игр — 14 миллиардов долларов — это трудно представимая сумма. Надо просто заложить в этом бюджете ноль-ноль-один процент, который с лихвой покроет мероприятие под названием «Бабушка, у тебя тут огород? Мы тебе купим хибарку рядом, через дорогу» — все можно решить. В конце концов, думаю, там люди здравые. И, слава тебе, Господи, еще одна причина, важная – Сочи все-таки не Москва. Это хотя и много людей, но не 10 миллионов — если я правильно понимаю, где-то 300 тысяч в этой агломерации, то есть это все-таки проблемы такие, более поддающиеся счетному решению с учетом интересов людей. И вторая важная вещь – крайне важно, чтобы забота о людях была, в том числе, в привлечении местных жителей к строительству, обслуживанию этой всей инфраструктуры. Потому что когда человек увидит, что его дети, которым сейчас 15 лет и неизвестно, чем они займутся – у них есть работа, перспектива, и все это под флагом России и Олимпиады – я считаю, что это позитив.

Н.ШОПЕН: Вы говорите – 300 тысяч человек, и все-таки ваш прогноз — что это означает, 300 тысяч человек – что будет меньше скандалов, чем было бы, если бы это происходило в Москве?

Б.НАДЕЖДИН: 300 тысяч это всяко меньше, чем 10 миллионов.

Н.ШОПЕН: Или все-таки нам удастся избежать скандалов?

Б.НАДЕЖДИН: Я надеюсь, что удастся избежать скандалов. Кроме того, знаете, на чем моя надежда основана? На том, что все-таки основные стройки в Сочи, основные процессы, будут происходить уже в немножко другую историческую эпоху – я все-таки надеюсь, что по итогам выборах в Думу и выборов президента, в стране власть будет более похожая на цивилизованную — не такую дикую и злую, как сейчас, а более человечную.

Н.ШОПЕН: Давайте перейдем к другой истории, теперь уже к политической жизни партии СПС — напомню, что Б.Надеждин является секретарем федерального политсовета СПС — в последнее время все, что связано с СПС, все новости, 90% , они, как правило, связаны с вот этой самой «тройкой», которая будет… «тройка» в списках СПС. И вот на днях появилось такое сообщение, что рядовой Андрей Сычев, и я сама слышала о том, что была инициатива выдвинуть в эту тройку – он дал свое согласие на это, как-то индивидуально он решил это сделать, и прислал своего представителя в Челябинское отделение СПС, где его заявку принять отказались.

Б.НАДЕЖДИН: давайте я сразу расскажу правду. Потому что, к сожалению большому, здесь много путаницы и непонимания, что на самом деле происходит. Первое – про «тройку» СПС. Знаете, как интересно — СПС — это, по моим ощущениям, единственная политическая партия в стране, «тройку» которой бодро все обсуждают, — заметьте. Про «Единую Россию» рассуждать нечего – Грызлов сказал: будут эти, — и все расслабились. Про «тройку» Компартии уже официально заявлено – ну, не говорю про «тройку» Жириновского и его сына и брата, или кого-то еще. У нас единственная партия в стране, где обсуждение нашей «тройки» стало публичным делом – все обсуждают, и что самое интересное, все предлагают нам туда людей. Вот я, куда ни приду, мне все говорят – а что вы не возьмете – кто говорит Машу Гайдар, кто Иру Ясину.

Н.ШОПЕН: Дуню Смирнову, Татьяну Толстую.

Б.НАДЕЖДИН: Докладываю обстановку. Первое – на сегодняшний день у нас нет четкого ответа на вопрос – я вхожу в президиум партии, – какая будет «тройка».

Н.ШОПЕН: Это мы уже поняли.

Б.НАДЕЖДИН: Я могу говорить следующее — на первом месте в «тройке» будет лидер партии, Никита Белых – человек, который — это тоже уникально для страны – это уникальный случай, когда партия действительно из своих рядов сделала нового политического лидера федерального масштаба, взяв молодого парня из провинции. По поводу второй позиции – существует большая вероятность, что это Борис Немцов — могу тоже, если будут вопросы, комментировать – плюсы и минусы сам прекрасно понимаю. Тем не менее, это очень вероятно. Что касается третьей позиции – обсуждаются разные варианты. При этом до вчерашнего дня Андрей Сычев не рассматривался как серьезный вариант по одной простой причине – не было с его стороны никаких заявлений — ну, мы же не можем рассматривать человека, который просто… особенно учитывая его жизненную ситуацию — на секундочку. Вчера это заявление появилось.

Н.ШОПЕН: Но, тем не менее, представители СПС не раз говорили о том, что вы регулярно навещаете его, следите за его жизнью, общаетесь.

Б.НАДЕЖДИН: Конечно, навещаем. Только это не имеет никакого отношения к «тройке».

Н.ШОПЕН: А откуда тогда появилось это сообщение?

Б.НАДЕЖДИН: Партия СПС действительно поддерживает материально семью Сычева — Андрея, там его мама и сестра — мы платим 6 тысяч рублей в месяц – это было сделано очень давно, как только эта жуткая история случилась. Действительно его регулярно навещают лидеры партии – Антон Баков, который сам из Свердловска, и так далее. Недавно к нему приезжали Белых и Немцов — наверное, в этом было дело. Но вчера произошла история следующая — мы разобрались.

Н.ШОПЕН: Сейчас. Давайте немножечко прервемся, потом вернемся, и вы доскажете свою историю. Оставайтесь с нами.

НОВОСТИ

Н.ШОПЕН: И мы продолжаем – я напомню, что Б.Надеждин у нас сегодня в гостях. Мы хотели закончить ту историю, которую мы начали рассказывать о рядовом А.Сычеве. Дорасскажите, все-таки историю, которую вы начали?

Б.НАДЕЖДИН: Заканчиваю историю. Конечно, никаких с нашей стороны не было ни пожеланий, ни просьб Андрея, и к нашему полному – мы действительно не знали этого – он вчера отправил заявление в Челябинск. К сожалению. В Челябинске человек, который представляет СПС, это заявление не принял, и его можно понять, потому что по партийной инструкции он должен принимать заявления в партию от людей, которые живут в Челябинске, а в заявление написано «проживаю в Екатеринбурге». Мы эту проблему решили, заявление Андрея принято, и мы его рассмотрим. Но то, что Андрей будет в «тройке» — мы это всерьез не рассматриваем, мы рассматриваем вопрос по его просьбе о принятии в партию, или в местные списки.

Н.ШОПЕН: А вообще имеет ли значение, кто будет в «тройке» СПС, на что вы рассчитываете – только коротенечко, хорошо?

Б.НАДЕЖДИН: Коротко скажу – имеет большое значение. И если для какой партии это имеет значение — так это только для СПС. Это никакого значения не имеет ни для Жириновского, ни для «Единой России», ни для «Справедливой России», а для СПС это огромное значение. И я очень рад, что люди подсказывают нам разные варианты. Даже экзотические.

Н.ШОПЕН: Давайте послушаем звонки. Здравствуйте? Нет, ничего не слышно.

Б.НАДЕЖДИН: Надо было министра связи сделать председателем правительства.

Н.ШОПЕН: По всей видимости.

Б.НАДЕЖДИН: А нас вообще слышит сейчас кто-нибудь? Я так задумался.

Н.ШОПЕН: Можно будет потом проверить. Тогда я сегодня буду играть роль радиослушателя и телезрителя, потому что очень много вопросов пришло к вам по Интернету. Александр: «Поясните, почему Путину и кампании невыгодно иметь в думе маленькую, хотя бы для фона, оппозицию в лице СПС и «Яблока»?

Б.НАДЕЖДИН: Вопрос здесь крайне простой — это вопрос чистой математики и их замечательного закона о выборах с 7%-ным барьером. Смотрите – им все равно, их не интересует СПС, никто другой — их интересует ровно один вопрос – большинство «Единой России». При тех рейтингах, которые сегодня есть, когда у «Единой России» от 42 до 45% получить в думе большинство она может только одним путем — выкинув большинство оппозиционных партий за 7%-ный барьер – отжав их либо путем снятия с выборов, либо путем фальсификаций, либо путем замалчивания, административного ресурса. Вот задача. И под эту раздачу, естественно, попадают все оппозиционные партии, и первой из них — СПС. Потому что выборы в марте в региональные парламенты показали, что единственная партия, которая 7%-ный барьер преодолевает из демократических – это СПС. Вот и ответ – нас просто не хотят. Мы просто мешаем им иметь большинство.

Н.ШОПЕН: Наташа из Москвы: «Скажите, а Рыжкова вы примете – хотя бы в местный список?»

Б.НАДЕЖДИН: Да, буквально сегодня — честно говоря — буквально несколько минут разговаривал с В.Рыжковым, мы сейчас готовим меморандум, соглашение, между СПС и РПР. Там будут обсуждаться вопросы взаимодействия лидеров «Республиканской партии», включая В.Рыжкова, В.Мельникову, — там много известных людей — с СПС. Вопрос о включении их в список СПС на выборах тоже обсуждается.

Н.ШОПЕН: Попробуем еще раз принять звонков — может быть услышим того, кто звонит. Здравствуйте? Ну, нет, ничего у нас не получается, сегодня связь не на нашей стороне. Хорошо, я продолжаю играть роль наших телезрителей и радиослушателей, потому что вопросов много. Ольга Витальевна, врач: «Как вы относитесь к призыву Миронова «объединяться всем»? Действительно — почему бы не объединиться оппозиции, наконец?

Б.НАДЕЖДИН: очень хороший вопрос. Дело в том, что мы находимся в поле этой дискуссии постоянно. Есть коалиция «Другая Россия», которая говорит – нужно объединить всех.

Н.ШОПЕН: Ну, есть «Яблоко», которое тоже, в общем, не против.

Б.НАДЕЖДИН: Хочу сказать следующее – абсолютно очень хорошим делом было бы объединение всех демократических сил, и эта политическая сила не то, чтобы легко преодолела 7%-ный барьер, но и 25% получила бы, и это радикально изменило бы пейзаж страны. Это мы готовы обсуждать, и поверьте, СПС сделал все что мог, чтобы была одна демократическая партия. Другой вопрос — нужно ли всей политической оппозиции вообще объединяться? Должен ли я, человек, который состоит в правой либеральной партии, объединяться с Ампиловым, должен ли я, человек, для которого ГУЛАГ – это зло, объединяться с тем, кто говорит, что Сталин – это здорово. Вряд ли.

Н.ШОПЕН: Владимир вас успокаивает: «Несмотря на отсутствие телефонной связи, вас слышно — вы не одиноки».

Б.НАДЕЖДИН: Искреннее спасибо, Владимир, потому что у меня закралось подозрение, что в связи со сменой правительства начинают отрезать какие-то проводки везде.

Н.ШОПЕН: Физик «Альфа», «гражданин России» спрашивает вас: «Почему вы все молчите о бесчинстве чиновников в отношении «Другой России»?

Б.НАДЕЖДИН: Что значит — мы молчим? Вот против того беспредела, который творится в стране по отношению к оппозиции, мы не то, что молчим – по нам этот каток проходит. Наши штабы, СПС, громила милиция в Красноярске, в Московской области были масштабные фальсификации, которые сейчас подтверждаются в прокуратуре, в судебных решениях. Мы не молчим. Другое дело, что я могу об этом говорить, в лучшем случае, по «Эхо Москвы» или на сайте «СПС. Точка.ру» — никто не выпустит оппозиционного политика на ОРТ, НТВ или на РТР, где ему дадут время – не в передаче, где его стравливают с другой оппозицией – не к Шевченко и не к Соловьеву, а знаете, — комментарий по поводу того, что происходило на самом деле – дайте 10 минут любому оппозиционному политику – нормально, спокойно, без истерики, без закадровых комментариев, которые у нас дают — знаете, лицо, и за кадром — что он сделал. Дайте ему прямую речь. Вот в чем проблема. Не в нас.

Н.ШОПЕН: Следующий вопрос задает Игорь Сергеевич, менеджер: «От вас ушел председатель московского отделения Иван Новицкий, который разочаровался в политике СПС — как вы прокомментируете его поступок?»

Б.НАДЕЖДИН: Все абсолютно неправильно, история была совершенно другая. Иван Новицкий от нас не ушел, Иван Новицкий был исключен из партии СПС месяца два назад.

Н.ШОПЕН: За то, что он поддержал кандидатуру Лужкова.

Б.НАДЕЖДИН: За то, что он проголосовал за утверждение на пятый, кажется, срок, Ю.Лужкова мэром Москвы – это было нарушением прямого решения не какого-то отдельного начальника – это было решение съезда партии – на секундочку — и более того, решение не поддерживать Лужкова было решением самой московской организации. После этого Иван Новицкий был исключен из партии СПС – это было месяца 2-3 раза. Я тоже голосовал за это исключение, как член федерального политсовета. А на днях он вступил в «Единую Россию».

Н.ШОПЕН: И как вы оцениваете это вступление?

Б.НАДЕЖДИН: Знаете, если уж человек проголосовал за Лужкова, то значит это его жизнь – такая жизнь его — Лужков — «Единая Россия» — значит, это его жизнь. Что же теперь делать?

Н.ШОПЕН: Хорошо, я напомню, что у нас в гостях был Борис Надеждин, политик и секретарь федерального политсовета СПС, с вами была я, Наталья Шопен, услышимся.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире