'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 25 июля 2008, 19:08

С. БУНТМАН – Добрый вечер. Леонид Радзиховский как всегда и Сергей Бунтман как почти никогда в это время. Добрый вечер.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Добрый.

С. БУНТМАН – Может быть, мы попробуем разобраться с разгромом «Мечела», падением бирж. С доктором. Мы сегодня с Лизой Осетинской…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вот она специалист.

С. БУНТМАН — Да. Но она нашла какие-то тайные ходы, муравьиные дороги. А мы простые люди смотрим на это…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Ты знаешь, я понять, конечно, в отличие от Осетинской и других специалистов-экономистов подоплеку этого дела не в состоянии. То есть я знаю, что давно правительство недовольно высокими ценами на металл, и пытается как-то их остановить. Хотя непонятно, как это можно сделать в условиях все-таки более-менее рыночной экономики. В общем, зачем это делалось, я, честно говоря, оценить не в состоянии. По всей видимости, у правительства были какие-то расчеты, причины. Потому что высокие цены на металл это плохо для газовиков, это плохо для нефтяников. Для многих плохо.

С. БУНТМАН — Это плохо даже для покупателей молока и мяса. Это понятно.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Но меня тут другое заинтересовало, зачем – я не знаю. Наверное, причины были. Но мне показалось, что — как в данном случае гораздо важнее, чем — зачем. И та гениально краткая и удивительно глубокая лекция по политэкономии российского капитализма, которую прочитал Путин, она произвела на меня и не только на меня колоссальное впечатление. И сама лекция, «мы вам можем доктора прислать», и последствия лекции, когда от одного слова премьера акции валятся на 30%, а вслед за ними…

С. БУНТМАН — Это уже не лекция, это семинар.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Это да. Лекцию он прочел, а затем на биржах семинар. И этот хвост потянул за собой всех остальных. Вот вам вся Конституция российская. Все эти разговоры о частной собственности, о ее прикосновенности, о ее неприкосновенности. О том, для кого она прикосновенна, для кого неприкосновенна. Вот вы эту самую Конституцию получили в чеканных формулировках: мы вам доктора пришлем. А будут возражать, отключим газ. Сразу стало понятно, до какой степени собственность в России частная, а до какой условно частная, до какой степени она прикосновенная, а до какой неприкосновенная. К кому прикосновенна, к кому неприкосновенна. Кстати, доктор не понадобился, при одном упоминании об этом докторе и об этих шприцах и белых халатах тут же компания бухнулась на колени, покаялась, сказала, что она готова рассмотреть вопрос о ценообразовании.

С. БУНТМАН — Вот эффект отличный. Именем революции — Василий Иванович говаривал в анекдоте.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Плацебо, лекарство такое есть, когда дают таблетку, в которой ничего нет. Больной выздоравливает.

С. БУНТМАН — Потому что убежден.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — При одном виде, вот надо делать, наверное, такие плацебо, на которые клеить фотографию Путина, особенно в тот момент, когда он выдвигает челюсть вперед, глаза становятся стальными и раздавать эти лекарства, эти облатки и многим поможет.

С. БУНТМАН — Многие видели эффект этих лекарственных препаратов, которые раздает периодически под разным видом и разных обложках Владимир Владимирович Путин. Раздавал. Он же сказал когда-то Ходорковскому на заседании РСПП: хорошо, мы посмотрим, насколько у вас все чисто. Посмотрел, все нормально. И вот теперь где Ходорковский.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Чудодейственная сила слова. Действительно словом можно убить, спасти, словом можно полки за собой повести. Вот слово Владимира Владимировича особенно некоторые его слова: «доктора пришлем», «этот доктор отрежет так, чтобы никогда уже больше не выросло», эти его слова, этот его юмор такой очень глубокий с традициями, который вызывает в памяти одного крайне эффективного менеджера, о котором сейчас так много любят говорить. И который так популярен в народе. Это такой народный юмор, где самая соль заключается в иронической, а может быть и совсем не иронической угрозе. И это вызывает понимающие улыбки у всех. Кто понимает такой юмор, тому деятельность в российской экономике показана. Кто этот юмор не в состоянии понять, тому деятельность в российской экономике противопоказана. Я на самом деле очень благодарен Владимиру Владимировичу за эту краткую, точную, емкую лекцию по реальной политэкономии российского капитализма. О праве собственности и всем остальном.

С. БУНТМАН — Но все-таки мне хотелось услышать несколько слов об эффективности этих методов.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Необыкновенная эффективность.

С. БУНТМАН — Нет, эффективности в чем. Тогда надо понять, какова цель. Если цель чтобы была демонополизация металла, коксующегося угля, всей этой цепочки, которая с металлургией связана. Она достигнута будет, потому что сейчас биржа трясется в конвульсиях и пена изо рта. Что это будет? Или все утрясется и будет все отлично.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Биржа трясется не только из-за этого. Биржа падает давно и падение по всему миру. На весь мир слова Путина большого впечатления не производят.

С. БУНТМАН — Биржа у нас здесь конкретно бьется. Она не просто как везде.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Обвал «Мечела» и металлургов это конечно результат слов Путина. Я не думаю, что дело тут в коксующихся углях. Дело в том, чтобы лишний раз напомнить, кто в доме хозяин. На чьей земле живете. Вот и все, собственно говоря. Кто хозяин, как пожелаем, так и сделаем. Это лекция не о коксующихся углях и не о ценообразовании на металлы и не пошлинах на вывоз лома. Эта лекция о политической экономии российского капитализма. Кто реальный хозяин. Все мое, — сказало злато, все мое, – сказал булат, все куплю, — сказало злато, все возьму, — сказал булат. У нас булатная политэкономия. Это и было показано.

С. БУНТМАН — Виктор говорит, что вы часто любите ссылаться на опыт цивилизованных стран. Так вот в США руководство «Мечела» давно бы сидело уже предварительно за решеткой. Когда был конфликт с компанией «Энрон», 73-летнего старика до судебного разбирательства посадили за решетку. А вы сказочки нам.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — То, что в Америке старика не то что за решетку, а повесят, знаем мы их суд Линча. Устроят суд Линча непосредственно в здании конгресса. И 73-летнего старика вздернут. Дело-то нехитрое. Но, дорогой Виктор, я не такой знаток истории «Энрона» как вы и честно говоря, не знаю, какого 73-летнего старика на сколько припекли. Но мне кажется, что есть крохотная разница между делом «Энрона» и делом «Мечела». Разница заключается в том, что в случае дела «Энрона» к 73-летнему, может быть, даже к 80-летнему старику претензии имело правосудие. А в случае «Мечела» к цветущему или наоборот больному Игорю Ивановичу Зюзину претензии высказал без всякого права и…, конкретно глава государства. Вот если бы президент США, выступая на брифинге, сказал, что глава корпорации «Энрон» получит доктора непосредственно из Белого дома, вот это была бы точная аналогия. Если дело «Энрона» обстояло так, что лично президент Буш или любой другой чиновник, не судья, высказал вслух претензии, причем ровно в такой форме, что мы вам доктора пришлем и после этого акции рухнули на 20%, то тогда, Виктор, вы правы. А я готов съесть свою шляпу. Если же дело обстояло скучно, нудно, по суду и прочие глупости, то тогда шляпу, дорогой Виктор, надо съесть вам. А моя шляпа при мне и останется. Должен добавить, что два момента еще связаны с делом «Мечела». Я не думаю, что для господина Зюзина и для его компании это обернется такими же последствиями, как для Ходорковского. И вот почему. Потому что пугнуть дело хорошее. Отрежем, чтобы не выросло. Но насколько я помню, этому французскому журналисту Владимир Владимирович ничего не отрезал.

С. БУНТМАН — Когда речь об обрезании.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Да. Все у него осталось при нем. И с «Мечелом» я думаю, все будет нормально. Потому что добить «Мечел» это уже не просто, вот дело Ходорковского воспринималось как исключение, и оно и было исключением. Потому что после него в такой форме ни одну частную компанию много лет не уничтожали. И все успокоились.

С. БУНТМАН — Было еще несколько затейливых…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — С Гуцериевым были какие-то проблемы. С «Арбат-престижем». Но это все-таки по суду. Это совсем по-другому. Одно дело по суду, праведному, неправедному, это отдельная песня. А другое дело, когда глава государства конкретно тут же на месте разбирается и не говорит, что вы по суду или какие-то законы или мы обратимся к юристам, а обращается прямо к докторам. Причем, по всей видимости, докторам хирургического профиля. Обещает обратиться. Это совсем другое дело. Это не имеет никакого отношения к суду.

С. БУНТМАН — Мне понравилась оговорка: клиника имени Сечина. Вместо Сечинова.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Доктор Сечин вас поправит. Или доктор Секиров. Я думаю, что с Зюзиным и «Мечелом» этого не будет, потому что разгромить «Мечел» это себе дороже. Это значит добиться такой кредитной истории государства российского…

С. БУНТМАН — Но там же есть очень интересные ребята, которые заинтересованы в распатронивании «Мечела».

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Всегда есть ребята, которые заинтересованы в распатронивании всего, чего угодно. Но это была бы уже такая кредитная история российского государства, что после этого, пожалуй, сюда бы деньги могли бы вкладывать наркобароны какие-то, президент Венесуэлы, господа из Афганистана. То есть люди, которые привыкли ровно к таким разговорам. А скучные нудные западные буржуины, которые привыкли, что их как главу «Энрона» могут посадить, но по суду, я думаю, сильно бы поостереглись сюда деньги вкладывать. Так что полагаю, что с «Мечелом» ничего страшного не произойдет. Пугнули, все всё поняли, напомнили и порядок. Но у нас же вертикаль. И на местах это дело внимательно отслеживают. И пусть-ка после этого кто-нибудь попробует какому-нибудь губернатору сказать, что, господин губернатор, что же вы прессуете фирму «Батькин и внук». Он ответит: не я прессую. Вертикаль прессует. Почему же с Зюзиным можно, а с Мюзиным нельзя. И вот тут уже кредитная история государства не испортится, если это на местах происходит. Никакие западные буржуины от нас не убегут. Никто этого обстоятельства не заметит. Поэтому вертикаль идеальный проводник звука.

С. БУНТМАН — Если он точно знает, что Мюзин не член вертикальной группы.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вертикалей у нас много. Распределение вертикалей. Но вертикаль это идеальный проводник звука. И вот этот звук быстро пройдет от Москвы до самых до окраин. И выводы все на местах сделают абсолютно точно, что несложно. При этом я не сомневаюсь, что у Путина были вполне серьезные причины, там цены на металл, на то, на сё, но он эту проблему решал и решил в соответствии с реальными законами нашей страны, с нашей реальной политической экономией. Я очень благодарен уважаемому слушателю, что он напомнил о маленькой разнице между тем, как происходят дела «Энрона» и как происходят дела «Мечела».

С. БУНТМАН — Алексей бедный как-то только проснулся, не слышал ничего, задает вопрос: кто обещал доктора из правительства? Кто-кто, начальник правительства и обещал.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Министр здравоохранения обещал лично.

С. БУНТМАН — Другая вещь. 1020-летие крещения Руси и с ней масса драмо-трагико-комических ситуаций. То надевают на стены портреты Алексея Второго, то снимают. То Ющенко с патриархом Вселенским Варфоломеем, то приглашают епископа Диомида. Анадырского.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — В Киев?

С. БУНТМАН — Да, прошла какая-то информация, то Затулина к его величайшей радости на границе хватают и не пускают в страну. То концерт ДДТ и других групп переводят с майдана незалежности на Крещатик. Что-то такое в этом есть.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Я подумал в связи с этим, что стоило 1020 лет назад крестить Русь и обращать ее к христианство, чтобы через 1020 лет главы христианских церквей показывали такие живые образцы всепрощения, христианской любви, незлобивости. Тебя ударят по левой щеке, подставь правую. Вот блестящие примеры, исходящие от глав церкви мы видим. Как надо подставлять левую щеку, в случае если тебя ударят по правой. Реальные живые образцы христианской нравственности, христианского всепрощения, христианской любви к ближнему. Отсутствие тщеславия. Не собирайте сокровищ на земле. Где ржа и тлен разъедают их и воры крадут. Но собирайте сокровища на небе. Вот перед нами блестящий пример того, как наша церковь и украинская церковь отказывается от глупостей, от портретов, от собирания сокровищ на земле, от всей этой ерунды и обращается к Богу. Мы видим, какие своеобразные пути РПЦ и Киевская православная церковь, может быть, я неграмотно формулирую, но какие своеобразные пути они находят, чтобы выполнять заветы Христа, ради которого они только и существуют.

С. БУНТМАН — Радзиховский, вы просто какой-то Мартин Лютер.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вовсе нет.

С. БУНТМАН — Примерно то же и говорил.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вот уж не знаю. Я просто вижу и говорю то, что вижу.

С. БУНТМАН — Всякий протестант пытается вернуть к заветам Христа и апостолов.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Одно из двух: или церковь Христа или церковь имени Христа. Это две разные церкви. Я не против первой, я не против второй. Но мне бы хотелось точности в определениях. Если эта церковь имени Христа, то она воюет друг с другом за портреты, за драгоценности, за улыбки начальства. За право сесть первым или право сесть вторым. Эта церковь имени Христа. Если же это церковь Христа, то ей за такие вещи воевать невместно, поскольку насколько я понимаю, ровно за это он выгонял менял из храма, ровно в этом обвинял книжников и фарисеев, и многих других, и собственно говоря, за борьбу с такими-то вещами, насколько мне известно, его немножко распяли.

С. БУНТМАН — Но здесь выбор приоритетов. Потому что сейчас речь идет о серьезных вещах.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Действительно.

С. БУНТМАН — И о расколе, и можно бы даже ради этого, не на этом уровне, на котором ты сейчас говоришь, большом высоком, а даже на уровне межцерковного быта можно выбрать приоритеты.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Какой высокий уровень. А я говорю: не противься злому. Но ударившему тебя по правой щеке, подставь левую. Вы слышали, как сказано: око за око и зуб за зуб. А я говорю: не противься злому. Это то самое, только этим и занимается или, по крайней мере, должна заниматься организация, именующая себя церковью христовой. А делить власть, которой вообще не может быть. Вы к кому обращаетесь. К Богу или генерал-губернатору. Делить власть, деньги, барахло это очень мило. Для Министерства финансов. Для МИДа, для депутата Затулина, для Ющенко. Для кого угодно. Но только причем здесь Иисус Христос, его учение. Вот это мне не совсем понятно. А остальное все понятно. Что любые начальники и любые организации только и занимаются тем, что делят власть и деньги, вопросов нет. Но если эти начальники и эти организации говорят: мы действуем от имени и по поручению того, кто все это отрицал, ровно это, самыми точными и прямыми словами, то тогда все это немножко не вполне понятно.

С. БУНТМАН — А если посмотреть на этот юбилей, понятно, 20 лет назад было тысячелетие и надо было что-то соображать серьезное. А 1020 лет. И это как с большим политическим смыслом праздник. На Украине он отмечается как большой политический праздник. И в это вкладывается большой государственный политический смысл. Вот какой может вкладывать в это смысл Украина? Они действительно вкладывают серьезный очень смысл.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ – Вероятно. От Иисуса Христа до Степана Бендеры и от Степана Бендеры до Виктора Ющенко. Вот видимо, они какую-то такую линию…

С. БУНТМАН — От Владимира Святого. Не надо сразу от Иисуса Христа.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Очень хорошо. Если это праздник украинской государственности, то ради бога. Это их законное право. Только нельзя для прогулок подальше выбрать закоулок и поменьше здесь ссылаться на христианское учение. Если же речь идет о празднике украинской государственности, это дело житейское. Абсолютно посюстороннее и никаких проблем тут нет. Они безусловно ищут каждый повод, чтоб показать, что они незалежные, что они независимые. Кстати вывести свою благородную генеалогию непосредственно с Владимира Святого, на которого естественно претендует со своей стороны Москва. И какой из сыновей лейтенанта Шмидта более любим был лейтенантом, узнать трудно. Поскольку лейтенант давно помер. Но все имеют право. И все имеют право грызться и говорить: мы первенцы. Это абсолютно все нормальные ходы. Конечно, украинцы стараются показать лишний раз и подчеркнуть свою независимость. Конечно, Москва по этому поводу обижается, что очень глупо. Потому что ничего с этим поделать уже нельзя. Поезд ушел. И самое умное, если нельзя бороться, то остается улыбаться. Так как это делали англичане, им тоже не очень нравилось, что Индия ушла. Но они первыми постарались наладить прекрасные отношения, всячески подчеркивая незалежность Индии и Пакистана и многих других стран. И образовали британское содружество, а не совражество. Вот в этом есть некий смысл.

НОВОСТИ

С. БУНТМАН – Ничего себе, — пишет Ольга из Москвы, — Радзиховский сравнил. Индия для Великобритании, а тут Киев. То есть один из первых русских городов для России. И что мы, должны также реагировать на все происходящее как англичане? Он вообще соображает, что говорит?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Правильно, Ольга. Поэтому надо ругаться с украинцами до упора. Это же не Индия какая-то. Это мать городов русских. А с матерями в случае, когда сыновья отделяются или когда матери от них отделяются, надо разговаривать конкретно. До упора. Вот, например, как это делает уважаемый депутат Затулин. Или как вы делаете. Все правильно. Ругаться, ругаться и еще раз ругаться. Потому что мы вас любим. Любим как душу, трясем как грушу и до тех пор пока не станем смертельными врагами, наша любовь не успокоится. Воевать до упора. Словами, разумеется.

С. БУНТМАН – Мы с Ольгой мы поймали очень важную вещь.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Что мы не англичане.

С. БУНТМАН – Нет, еще более важную. Когда ты говоришь о разделении Украины, России и распаде Советского Союза, говоря о том, как англичане реагировали на отпадение Индии и прочих колоний больших, и доминионов между колониальным и независимым существованием, ты все равно имеешь в виду отпадение от России.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Разумеется.

С. БУНТМАН – А ты считаешь, что Украина отпала от России. Или Советский Союз разделился на 15 равноправных государств.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Это в каком-то смысле одно и то же. Те, кто там много любят говорить об Украине. Неплохо бы еще спросить для смеха мнение украинцев. Я понимаю, что оно никого не интересует. Мы же говорим об Украине, а не каких-то украинцах. Смешно даже сравнивать. То Украина, наша родная Украина, а то какие-то там украинцы. Кто они вообще такие. Тем не менее, так получилось, дорогая Ольга, что на Украине живут украинцы. Глупая история. Но так вышло. И они считают, что у них другое государство. Абсолютно другое. Язык другой. Традиции другие. Они так считают. Они конечно не правы, потому что они себя не знают, а вы их знаете гораздо лучше, чем они знают сами себя. Это очевидно. Но осталось убедить их в этом. Старое доброе средство убеждения как-то: конница Буденного, танковые колонны, дивизия имени Дзержинского. Эти старые добрые средства убеждения более не работают. Других кроме крика у нас нет. Поэтому остается одно из двух: или колотиться головой о виртуальную стену, и объяснять украинцам, что они никакие не украинцы, а малороссы. Или смириться с тем, что они украинцы, страна называется Украина. Хотя там был действительно Владимир. Ну и вести себя как нормальные люди. Собственно говоря, по факту это давно произошло. Но просто вам об этом забыли сказать. Потому что по телевизору вам говорят совсем другое. Вы слушаете телевизор. Но кроме телевизора есть еще многое другое. На Украине есть свое телевидение. Вот такие дела.

С. БУНТМАН – Вообще, Ольга, здесь запутаться можно очень сильно. Кто от кого отделился и можно сказать, что это некие отдаленные московские княжества…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Да мы от них отделились.

С. БУНТМАН – … убежали от матери городов русских.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — И они вправе предъявлять нам жесточайшие претензии. Они создали эту Русь, а мы теперь слиняли и нагло с ними разговариваем. Как США с Великобританией.

С. БУНТМАН – Кстати, о США. Здесь масса была вопросов. Сергей из Тюмени задает вопрос так: почему Обама не заехал в Россию, а в Интернете это более развернуто: вот Маккейн и Обама, оба как заведенные ездят в Израиль, а в Россию не подумали. Почему?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Потому что заговор жидомасонский. А не русскомасонский. Вот они ездят к своим хозяевам, организаторам заговора получать ярлык на княжение. Это понятно.

С. БУНТМАН – А что Обама мало того, что темнокожий, но еще и еврей?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — А ты в этом сомневался?

С. БУНТМАН – Серьезно?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — А разве не еврей может быть президентом США.

С. БУНТМАН – А Маккейн?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Это очевидно. Тут посмотри только на него, какие вопросы.

С. БУНТМАН – Надо внимательнее будет посмотреть.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Любой американский президент должен получить ярлык на княжение от организаторов заговора. Вот он туда и ездит.

С. БУНТМАН – Штаты это израильский улус.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Ну естественно. Колония Израиля. Кто этого не знает. Не делай вид, что ты этого не знаешь. Слушай. Ну, кого ты пытаешься развести.

С. БУНТМАН – Я как-то все надеялся.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Да ладно, меня не разведешь. Все знают, что это израильская колония. А почему они не заехали в Россию. Действительно это абсолютнейшее безобразие. Я знаю, что на американском радио часто задают вопросы: почему Медведев, после того как стал президентом, вот был в Белоруссии, но не заехал в штат Айова. Как он мог это сделать? Действительно.

С. БУНТМАН – Кстати, он и до не ездил.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Понимаете, естественное представление наших слушателей о том, что Россия центр мира, центр вселенной, вокруг которой крутятся все остальные страны и естественно, любой руководитель американского государства должен ездить в Россию в период своей избирательной кампании, оно очень трогательно. Оно говорит о высокой степени патриотизма. Такой патриотизм, отрицающий Коперника. Но на самом деле причина, по которой он поехал в Израиль, очевидна. Он просто агент мирового сионизма. А отмазка у них такая, скажу официальную отмазку. Понимаете, дорогой слушатель, между Израилем и Палестиной очень сложные отношения. И весь мир этим делом очень интересуется. Как бы там война ни началась. И поэтому политики разных стран ездят в этот район, пытаясь как-то показать свое отношение к этой сложной ближневосточной проблеме. А у России к счастью, ни с кем конфликтом нет. Мирить никого не надо. Мир не занимается отношениями России с Грузией. Вот когда у нас будут отношения такие же, как на Ближнем Востоке, тогда к нам тоже будут ездить. Пока таких нет.

С. БУНТМАН – Значит надо поджечь все на Кавказе.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Чтобы к нам заехал Маккейн. Это уж я не знаю. Вероятно, если подожжем всерьез, то и Маккейн и Обама заедут. Пока у нас не такие отношения с Украиной, к нам тоже…, вообще ездят в больные районы земного шара. Ближний Восток больной район.

С. БУНТМАН – Обама в Афганистан заезжал.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Ближний Восток, Афганистан, Израиль, Палестина. Это больные районы земного шара. А Россия район считается здоровый. Поэтому сюда никто не ездит. Так что официальная отмазка такая. Но на самом деле конечно же они едут получать…

С. БУНТМАН – Понятно, ярлык свой. Тогда еще просветите меня, учитель Радзиховский. Здесь наш президент уже Медведев сказал, что у нас плохо с кадрами. У нас не хватает кадров даже на губернаторов. И поэтому нужно сделать вселенский кадастр, всероссийский, базу данных, причем во избежание коррупции должны вносить все талантливые будущие управленцы и они-то и составят источник кадров для тех же губернаторов.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Прекрасная мысль. Правда, осталось понять, кто талантливый, кто не талантливый. Каковы критерии талантливости. Наверное, есть у начальства какие-то критерии. На этот счет правоверная либеральная точка зрения заключается в том, что существует во всем мире такой механизм, который называется выборы. И не надо составлять никаких кадастров. Просто люди конкурируют и в ходе конкуренции выбирают наиболее достойных. Ответ из учебника. Но не все ответы из учебников соответствуют суровым реалиям. Когда у нас проводились выборы губернаторов, конкуренция была, как правило, нечестная. Намного более нечестная, чем в других странах. И результаты выборов оставляли желать много лучшего, потому что многие из выборных губернаторов проявили себя далеко не с лучшей стороны. С тех пор как 4 года назад стали назначать губернаторов, тоже с моей точки зрения по факту ничего ужасного не произошло. Назначенные ничем не хуже, впрочем и ничем не лучше избранных. А избранные были ничем не хуже и не лучше назначенных. В последнее время, я интересовался этим вопросом, такая тенденция. Назначают людей со стороны. Почти все губернаторы, которые назначены за последние два года, их довольно много, они как правило или из Москвы, или из других регионов. Не местные. Может быть, в этом есть смысл, что они не настолько обросли действительно…

С. БУНТМАН – Если назначать, то это один из способов.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Да.

С. БУНТМАН – Ротации, обмена.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Да, чиновник, прибывший по именному повелению из Петербурга, ждет вас сей же час, он остановился в гостинице. Весьма разумный механизм встряски местных элит. Правда, я бы не сказал, что в результате коррупции стало меньше. Вот присылают людей со стороны, более того, сейчас появилась тенденция назначать на эти места людей по определению очень богатых. Не просто богатых, а очень.

С. БУНТМАН – Которым вроде бы незачем воровать.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вот новый губернатор Самары Артюков, по-моему, официально задекларировал доход полтора миллиарда рублей в год. Это 60 млн. долларов в год. Согласитесь, это официальный доход, видимо, он за него может отчитаться. Который не предполагает желание брать взятки. А если губернатор не берет взятки, то по идее и так далее. Вот у нас такая удивительная история. Говорят: надо выборы. Пробовали – хуже. Надо назначение. Пробовали – хуже. Это как в известном анекдоте.

С. БУНТМАН – А куда деваться?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Понятия не имею. На то и Медведев, чтобы думать. Я же не президент. Я могу констатировать, что выборы давали очень часто плохие результаты. Назначения в том числе богатых и очевидно хотя бы по этой причине малокоррумпированных людей, отнюдь не улучшили дело со взятками, о чем прямо говорит сам Медведев и сам Путин.

С. БУНТМАН – И с кадрами.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Кто хуже назначенных – только выбранные. Кто хуже выбранных – только назначенные.

С. БУНТМАН – Парадокс. Тут бы сесть и поспорить, но время кончилось. Это было «Особое мнение» Леонида Радзиховского. До свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире