'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 11 июня 2008, 19:08



О. ЖУРАВЛЕВА: Добрый вечер, это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, в гостях у нас сегодня политик и писатель Эдуард Лимонов, добрый вечер.

Э. ЛИМОНОВ: Добрый вечер.

О. ЖУРАВЛЕВА: Нашим слушателям и зрителям я советую и рекомендую писать нам на номер + 7 985 970 4545, мы с удовольствием будем читать то, что вы пришлете, а пока у меня первый вопрос, касающийся вас как раз, новость, которая с упоминанием вашего имени. Англоязычную московскую газету «The Exile», если я правильно понимаю.

Э. ЛИМОНОВ: Да, правильно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Заподозрили в экстремизме и могут закрыть. Сообщение появилось на сайте самой газеты, несколько дней назад в офис издания с проверкой пришли сотрудники федеральной службы по надзору в сфере массовых коммуникаций, очень интересовались авторскими колонками Эдуарда Лимонова. Может быть, расскажете, что вы писали для этой газеты такого, что могло вызвать такую реакцию?

Э. ЛИМОНОВ: Я писал для «Exile», что в переводе «Изгнанник», с 96-го года, т.е. практически 12 лет уже, чуть ли с самого дня…

О. ЖУРАВЛЕВА: И вдруг.

Э. ЛИМОНОВ: …дня основания, да, и писал довольно часто. Т.е. газета выходила дважды в неделю, первое время вообще в каждом выпуске была моя статья. Я очень хорошо знаю Марка Эймса, главного редактора бессменного этой газеты, он мой друг, могу так сказать. Что привлекло, в конце концов, внимание этих…

О. ЖУРАВЛЕВА: Службы по надзору.

Э. ЛИМОНОВ: Да, этой службы безопасности…

О. ЖУРАВЛЕВА: Массовых коммуникаций.

Э. ЛИМОНОВ: Да, это надзора над интеллектуалами, я полагаю, что они до сих пор, во-первых, руки не доходили до англоязычной прессы, занимались разборками со своими, закрывали, убирали, подрезали, в конце концов.

О. ЖУРАВЛЕВА: Может быть, и тираж.

Э. ЛИМОНОВ: В конце концов, всех выстроили. А второе, не понимали того влияния, которое эта газета оказывает. Действительно, тираж там небольшой, 25 тыс. сейчас, в лучшие времена было даже 40, газета бесплатная, она распространяется в местах скопления иностранцев. И читается, почему она влиятельной оказалась, потому что ее читают все живущие в России бизнесмены, все, по-видимому, иностранные журналисты. Газета своего рода невозможная, радикальная газета, которую, например, в США тоже было бы невозможно выпускать. Там ее закрыли бы, но не какой-нибудь Роскультурнадзор, но закрыли бы по финансовым каким-то соображениям. Но, на самом деле, безусловно, за абсолютно резкую, гневную критику и злую критику, например, президента Буша. Марк Эймс с огромным стажем человек, который вообще и отца Буша терпеть не мог, и сына Буша.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но, тем не менее, в Америке он не стал этим заниматься.

Э. ЛИМОНОВ: Доставалось и, безусловно, и Ельцину, и Путину от «Exile», никто не стеснялся в выражениях. Поэтому, видимо, рано или поздно обратили на это внимание и пришли, однажды ко всем приходят. Конечно, это, видимо, сигнал для того, что будет установлен контроль и за англоязычной прессой какой-то. Плюс в отношении «Exile» это легко сделать, поскольку их владельцы – русские формально.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. граждане России, к которым можно предъявить.

Э. ЛИМОНОВ: Хотя инвестор иностранный. Т.е. газета держалась, в основном, на рекламе баров, ресторанов, клубов, всех злачных и культурных мест.

О. ЖУРАВЛЕВА: Еще и экстремистской направленности.

Э. ЛИМОНОВ: Англоязычных мест Москвы и вообще России. Поэтому, безусловно, еще экстремист Эдуард Лимонов вместе, который вместе с Гарри Каспаровым претендует на роль двух главных экстремистов России, естественно, это вызывает негодование, плюс последние, действительно, мои статьи в «Exile» были очень злые. По-английски я себе позволяю…

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы понимали, что провокативно это, да?

Э. ЛИМОНОВ: Да, по-английски я себе позволяю куда больше злости.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы сами пишете по-английски, т.е. вас не переводят?

Э. ЛИМОНОВ: Да, я пишу по-английски, без стеснения, не стесняясь ни своего ломаного английского языка, пишу без проблем. Я и по-французски, кстати, пишу тоже, похвалюсь.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, но, тем не менее, вы только несколько минут назад сказали, что в Америке бы такую газету тоже закрыли.

Э. ЛИМОНОВ: Тоже закрыли, безусловно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. у нас последний оплот свободной…

Э. ЛИМОНОВ: А вы что, считаете, что Америка тоже великолепная, свободная страна? Ничего подобного.

О. ЖУРАВЛЕВА: Я не говорю, я говорю, что есть просто две державы, которых друг с другом все время сравнивают.

Э. ЛИМОНОВ: Сравнивают, я не знаю, сравнивает ли себя Америка с Россией. У нас наши эти всякие чиновники-боровы, они сравнивают только тогда, когда им выгодно. Они никогда не сравнивают, когда невыгодно, они предпочитают этого не видеть.

О. ЖУРАВЛЕВА: Я думаю, что американские политики тоже делают такие сравнения, в основном, в свою пользу. Кондолиза Райс не находит общих ценностей у США и России, признает, что россияне имеют теперь больше возможностей и личной свободы, это, видимо, в том числе, такие СМИ, но для них это не является мерилом величия страны. Она также выразила, это она статью написала в журнале, она также выразила разочарование внутренним курсом России, ее энергетической политикой и отношениями с соседними государствами.

Э. ЛИМОНОВ: Кондолиза Райс – государственный секретарь США, она не является министром иностранных дел России, поэтому у нее свой взгляд. Но надо помнить о том, что она одна из важнейших администраторов государства США.

О. ЖУРАВЛЕВА: Это заявление для России что? Оно опасное, тревожное?

Э. ЛИМОНОВ: Это точка зрения американской администрации. Я с ней согласен только в одном, я согласен, например, с Лужковым по вопросу о Севастополе, можно я соглашусь с Кондолизой Райс, что, действительно, все свободы у нас внутри страны фактически, их не существует, их просто вымели поганой метлой.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы только что говорили, что существовала 15 лет крайняя газета.

Э. ЛИМОНОВ: Ну и что, никто не обращал на нее внимания, подумаешь, листок, который распространяется в ресторанах, нет, это недоглядели, знаете, как есть знаменитая пословица, если вы еще не сидите, то это не значит, что вы не виновны, это наша недоработка, как говорили в КГБ, так и это.

О. ЖУРАВЛЕВА: У нас в гостях сегодня писатель Эдуард Лимонов, это программа «Особое мнение», никуда не уходите, мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА

О. ЖУРАВЛЕВА: Еще раз здравствуйте, программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, у нас в гостях сегодня Эдуард Лимонов. Давайте мы продолжим наши разговоры о СМИ, так или иначе, потому что про англоязычную прессу в Москве поговорили, теперь о русскоязычной прессе за границей. Дмитрий Медведев выступил сегодня на всемирном конгрессе прессы на русском языке и заявил, что русскоязычные СМИ вытесняются с информационных рынков некоторых зарубежных стран. Зарубежные страны, я предполагаю, что, очевидно, что он имел в виду, ближнее зарубежье, Прибалтика, Украина и т.д. И Россия будет адекватно реагировать на подобные притеснения. Медведев отметил, что в страны, где российские СМИ притесняют, Москва рассчитывает на голос общественности. Как вы считаете, что это значит?

Э. ЛИМОНОВ: Хочется воскликнуть «проснулись», наконец, через 18 лет или сколько, практически уже все эти русскоязычные СМИ ликвидировали. Недавно на Украине закрыли даже передачу Гордона, очень известную телепередачу.

О. ЖУРАВЛЕВА: Что может государство сделать?

Э. ЛИМОНОВ: Я в ней участвовал, которая на русском языке была. А Россия ничего не может сделать, это все махание кулаками в воздухе, это глупость, ничего она не может сделать совершенно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Финансово поддерживать, проплачивать каких-то людей?

Э. ЛИМОНОВ: Ничего, если кто-то задался целью, например, на Украине или в Эстонии или где-то в Литве закрыть русскую газету, Россия не способна ничего сделать. Это надо заранее сказать, это Медведев, ему надо выступить, ему надо быть президентом, конгресс русскоязычной прессы, надо выступить и сказать что-то, может быть, он имеет в виду, что адекватные меры – это то, что пытаются закрыть «Exile», в сущности, уже закрыли, даже не закрывая ее, потому что инвесторы отказались от газеты, струсили, естественно, они боятся за свои бары, рестораны, за что там, клубы, что их закроют, поэтому исключительно пропагандистская, ни к чему не обязывающая речь. Президенты произносят таких речей на день очень много, не стоит обращать на это внимания.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вообще?

Э. ЛИМОНОВ: Не надо, да, если хотели поддерживать русских, надо было их поддерживать тогда, когда их поддерживала национал-большевистская партия в 90-е гг., мы выступали единственные в защиту повсюду и русскоязычного населения Латвии, добивались того, чтобы у всех русскоязычных было гражданство латвийское. Надо поддерживать на высоком уровне на этом, добиваться, тогда будет и правительство в Латвии другое, если, например, русскоязычные, эти сколько, 600 тыс. человек, получат паспорта латвийские гражданина, а не сейчас этот собачий паспорт alien, они будут голосовать за Россию. Вот что надо, надо политику по отношению к странам СНГ глобальную проводить, а не это кусочничество, вышел, сказал, будем газеты, ничего вы не будете поддерживать, у вас нет для этого возможностей и решимости тоже нет.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но несколько дней назад была история с попыткой поддержать работников РЖД представителями молодежи вашей.

Э. ЛИМОНОВ: Нацболы, да, пришли в РЖД.

О. ЖУРАВЛЕВА: Пишет Сергей из Барнаула – ваши ребята были в правлении РЖД или нет, как утверждала госпожа Буратаева?

Э. ЛИМОНОВ: Госпожа Буратаева просто-напросто, мягко говоря, говорит неправду, а если пожестче, то, надо сказать, врет, потому что на сайтах вывешены фотографии.

О. ЖУРАВЛЕВА: Какова была цель?

Э. ЛИМОНОВ: Где люди стоят с лозунгами в окнах, все есть там, вплоть до физиономии самого господина Якунина.

О. ЖУРАВЛЕВА: С другой стороны…

Э. ЛИМОНОВ: Они были, но что, безусловно, были, безусловно, находились, безусловно, есть фотографии, доказательства абсолютно.

О. ЖУРАВЛЕВА: А реакция самих сотрудников есть какая-нибудь, чьи права, собственно, пытались защитить?

Э. ЛИМОНОВ: Что значит сотрудников?

О. ЖУРАВЛЕВА: Я имею в виду тех людей…

Э. ЛИМОНОВ: Сотрудников министерства, что ли?

О. ЖУРАВЛЕВА: …нет, не министерства, а именно Российских железных дорог, права которых пытались защитить.

Э. ЛИМОНОВ: Представители независимого, не этого, независимого профсоюза официально, представители новых профсоюзов сказали, что они не организовывали этот мирный захват кабинета Якунина, потому что наши люди были в кабинете Якунина, чтобы там тысячу раз ни заявляла Буратаева или их пресса, они лгут. Это попытка минимизировать эту акцию. На самом деле, акция имела огромный резонанс, представители профсоюзов сказали – мы не организовывали это, но если нам хотят помочь, если общество гражданское хочет нам помочь, такими действиями высказывает свое дружелюбие по отношению к забастовкам нашим, если они понимают, то мы приветствуем это, вот что они сказали.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. они поддержали морально?

Э. ЛИМОНОВ: А они иначе не могли.

О. ЖУРАВЛЕВА: Протянули руку?

Э. ЛИМОНОВ: В наших условиях, что они, действительно, не организовывали это, это все понятно, поэтому реакция совершенно разумная, нормальная. Будучи на их месте, я бы, наверное, сказал бы то же, но сказал бы еще и больше, что они не понимают, что только этими требованиями профсоюзными, прибавки зарплаты, они ничего не добьются. У нас перед нами стоит противник, этот противник захватил, это группа Путина, они захватили всю власть в России, они ни с кем делиться не хотят, ни с рабочими, ни с бизнесменами, я не знаю, ни политзаключенных не хотят выпускать, им даже не нужны союзники, они хотят всю власть себе исключительно.

О. ЖУРАВЛЕВА: По этому же поводу вопрос от Дианы из Саратова, рассматриваете ли вы административные сроки захватчикам здания РЖД как символ либерализации, многие говорили, что помягчел режим. Раньше три года давали за такие акции, а сейчас три дня.

Э. ЛИМОНОВ: Я рассматриваю это как капитуляцию власти, потому что она столько раз села задницей в лужу, опозорилась на весь мир всеми этими процессами, помните, когда был процесс наших семерых товарищей в 2004 г., я напомню, они протестовали против монетизации льгот и вошли в кабинет ненавидимого всеми Зурабова тогда. Получили по пять лет, потом снизили до трех лет.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, у нас была в эфире даже представительница.

Э. ЛИМОНОВ: Следующее было, когда суд 39 наших товарищей и потому, что они пришли в администрацию президента, в приемную администрации, сказали – Путин, уйди сам, потребовали отставки жесткого и жестокого президента. Их судили. Туда ходили журналисты, и весь мир смотрел, 39 молодых людей в клетке, власть не может себе позволить этого больше. Поэтому она дает административные.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. какая-то подвижка происходит?

Э. ЛИМОНОВ: Да, мы завоевали административные сроки, завоевали, не просто они смягчились, а потому что им деваться некуда. Они не могут себя выставлять.

О. ЖУРАВЛЕВА: А вы не боитесь, что после ваших таких пламенных речей по этому поводу, что они дали слабину? Будет обратная реакция?

Э. ЛИМОНОВ: Что я должен рассчитывать? Если жить и рассчитывать на то, что кого-нибудь там не обидел, злых людей надо обижать, это зло, они превратились в зло просто, потому что зло – это такая вещь, которая для всех неудобна, всем мешает жить, от которой надо избавиться. Зло, монстр поселился в конце улицы, надо как-то его ликвидировать, собраться всем и убрать его.

О. ЖУРАВЛЕВА: Собственно, на ту же тему задает вопрос Владимир из города Сосновый бор, является ли полковник в отставке Квачков вашим единомышленником?

Э. ЛИМОНОВ: Я не знаю полковника Квачкова. Квачкова, да?

О. ЖУРАВЛЕВА: Да.

Э. ЛИМОНОВ: Полковника Квачкова. Я знаю, за что его судили, я следил, в какой-то мере, за судом, за обстоятельствами этого дела. Мое мнение такое, что полковник Квачков попал случайно в эту всю историю, что он, безусловно, не виновен, тут я разделяю мнение присяжных. Вообще считаю, что независимо от его взглядов, какие у него взгляды, но он не виновен, действительно, не потому, что присяжные пришли к такому выводу, я пришел к этому выводу раньше, изучая в той доступной мне мере обстоятельства дела, которые я узнавал из СМИ. Мое мнение то же. А что касается его взглядов, то я с ними так уж прямо сильно не знаком.

О. ЖУРАВЛЕВА: В нашем эфире он сказал, что, в принципе…

Э. ЛИМОНОВ: Я не слышал, к сожалению.

О. ЖУРАВЛЕВА: …в принципе, покушение на Чубайса – это совершенно не то же самое, что покушение на человека, потому что Чубайс не является человеком.

Э. ЛИМОНОВ: Это немножко такая устаревшая лет на 10, устаревшая точка зрения.

О. ЖУРАВЛЕВА: Он три года в тюрьме сидел.

Э. ЛИМОНОВ: Понятно, да, но сейчас, понимаете, я тоже сидел два с половиной, и чего? Это не значит, что я должен зациклиться навеки на чем-то, говорить про курорт такой-то, мне срок содержания под стражей продлевал Устинов, я далек от мысли, чтобы считать Устинова таким средоточием мирового зла. Я считаю, что это толстый и довольно жесткий, жестокий человек, он не читал даже, я знаю, он до конца не читал обстоятельства моего уголовного дела. Тем не менее, преспокойно продлевал мне свыше года содержание под стражей, еще и еще на полгода, еще на полгода. Это устарелая точка зрения…

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. средоточия зла вообще не существует?

Э. ЛИМОНОВ: …времени эпохи вражды демократов и красно-коричневых, что Чубайс – это все наше зло.

О. ЖУРАВЛЕВА: Виноват во всем?

Э. ЛИМОНОВ: Уже все проехали, он, наверное, во многом виноват. Когда-нибудь, может быть, если он не умрет своей смертью, может, его будут судить, но представлять себе, что просто весь Чубайс, как один из трех слонов, на котором держится все наше насилие, глупости.

О. ЖУРАВЛЕВА: На чем оно держится, как вы думаете? На чем, на ком?

Э. ЛИМОНОВ: С 2000 года оно держится на этой группе лиц, которые образовывают ближайшее окружение бывшего президента Путина. Безусловно, они у нас все решают, безусловно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но все-таки группа, коллегиально?

Э. ЛИМОНОВ: Безусловно, это, наверное, около полусотни человек, я так полагаю. И они, безусловно, прислушиваются, в первую очередь, к Владимиру Владимировичу Путину, который является среди них авторитетом, своего рода идеологом. Не идеологом идеологии, а идеологом…

О. ЖУРАВЛЕВА: Вдохновителем?

Э. ЛИМОНОВ: Идеологом действия, как надо действовать, он этот заказчик, мозг этой всей компании. Они нас привели к новому царизму, потому что иначе наш режим не назовешь, это такой царизм 21-го века, единоличное практически правление вокруг знаковой фигуры, эти царедворцы вокруг. Это постыдно для той достаточно великой нации, которой мы до сих пор еще являемся.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы сейчас сказали «достаточно великой».

Э. ЛИМОНОВ: До сих пор еще являемся, но если так пойдет дальше, жить под этим, конечно, каблуком чекистским, то это…

О. ЖУРАВЛЕВА: Какой, по-вашему, идеальный выход из этой ситуации?

Э. ЛИМОНОВ: Идеальный выход, я говорю об этом тысячи раз и повторю еще раз, это, безусловно, свободные выборы, начнем…

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. не партизанская война, как Квачков? Не какие-то такие революционные вещи?

Э. ЛИМОНОВ: Где он будет партизанить? Слушайте, меня судили, практически мои обвинения были как раз в создании незаконных вооруженных формирований. Не знаю, что там создавал Квачков, а меня пытались обвинить в этом. Поэтому как раз партизанских отрядов, собственно говоря, но я говорю, что это маловероятно, невозможно бороться против, сколько там, 29 дивизий внутренних войск, которые у нас имеются, еще сколько, миллиона полтора армии. Это обречено. Если бы была, возможно, вооруженная борьба, то я думаю, возможно, она бы уже, кто-то бы ее начал давным-давно. Она невозможна с точки зрения практической абсолютно на сегодняшний день.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. борьба возможна только в рамках политической борьбы?

Э. ЛИМОНОВ: Полковник, видимо, пылкий человек, я не слышал его речей, но, знаете, надо разумными быть.

О. ЖУРАВЛЕВА: Понятно. У нас в студии находится писатель и политик Эдуард Лимонов, это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, не забывайте нам писать, + 7 985 970 4545, мы скоро вернемся, никуда не уходите.

НОВОСТИ

О. ЖУРАВЛЕВА: И еще раз здравствуйте, программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, у нас в гостях сегодня Эдуард Лимонов. Мы уже много чего обсудили, в основном, как-то вокруг судов у нас все крутится.

Э. ЛИМОНОВ: Да.

О. ЖУРАВЛЕВА: Есть сегодня еще одна новость, на 7 июля назначено оглашение приговора так называемому целителю Григорию Грабовому. Сегодня в Таганском суде состоялись прения сторон, прокурор попросил для него 12 лет тюрьмы. Между тем, адвокаты настаивают на оправдании подзащитного, утверждая, что в его действиях нет состава преступления. Мы напомним, что он обещал не только исцелять, но и воскрешать. В самой болезненной точке, это Беслан.

Э. ЛИМОНОВ: Все равно 12 лет за это давать нельзя, т.е. если он вдруг мракобес или невменяемый, но он никому вреда не принес, он никого даже и вилкой не уколол.

О. ЖУРАВЛЕВА: Физического вреда. Но, может быть, нравственные страдания людей, которые ему поверили?

Э. ЛИМОНОВ: Позвольте, позвольте, я преклоняюсь перед горем и соболезную матерям Беслана, знаю многих из них, но тех, кто был способен поверить в это, уже автоматически делают Грабового невиновным, потому что если вы верите в подобные несусветные вещи, то что же с вами потом делать? Будь вы матерью Беслана или просто матерью, вам место рядом с Грабовым, где-то так, не на скамье подсудимых, но ментально вы находитесь на том же уровне. 12 лет, люди даже не понимают, хотя бы один прокурор отсидел бы хоть чуть-чуть, хоть полгода, он бы понял, какая это тьма тьмущая. Даже год очень тяжело сидеть, а за что его, собственно говоря, за что его сажать? Сейчас возбудили уголовное дело и будут судить этого руководителя отшельников в Калужской области, а за что этого судить, что, у нас люди не имеют права сидеть, вырыв себе землянку?

О. ЖУРАВЛЕВА: Кто-то погиб.

Э. ЛИМОНОВ: Гибнут каждый день, от ДТП гибнут люди, дают 8 месяцев условно за это, невозможно, это ненормально, за эти вещи нельзя судить, как 12 лет, 12 лет – они башкой своей соображают, они лучше бы судили тех, кто виновен за убийство детей в Беслане, штаб этот безумный, безголовый, тупой. Там было три штаба или кто там отдавал сверху приказ, вот кого надо судить. Они пытаются замазать этим приговором Грабовому, замазать эту историю с Бесланом, вот кто виновен, Грабовой виновен вдруг, он, на самом деле, хотя бы какую-то надежду, сказал, может быть, оживлю, воскрешу.

О. ЖУРАВЛЕВА: Может быть, он сам в это верит?

Э. ЛИМОНОВ: Воскрешу, я не знаю, верит он или не верит, но нельзя за это срок давать вообще. Ублюдки те, кто этим занимается, понимаете? Может, он сумасшедший, я не знаю, я его не освидетельствовал, но сумасшедшему тоже не надо давать срок.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.к. о детях зашла речь в таком контексте, многие наши слушатели спрашивают вас, что случилось с вашим ребенком, все ли с ним в порядке, что это была за история. Эльвира, в частности, и еще несколько сообщений. На данный момент все в порядке с вашим сыном?

Э. ЛИМОНОВ: Да, с сыном все прекрасно, он веселый, здоровый, усиленно учит буквы, вообще такое солнце в окне. Что там было, ей-богу, затрудняюсь сказать. Изначально тверское УВД этим занималось, по-моему, сейчас занимается, кроме этого, интересовались люди из отдела по похищениям МВД, кажется, кроме всего прочего, это курирует еще УБОП, что ли.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. пока вообще непонятно, что произошло?

Э. ЛИМОНОВ: Никаких новых элементов мы не знаем. Мой адвокат Сергей Беляк недавно звонил в этот отдел по похищениям, ему сказали, что ничего нового нет. Что там было, совершенно неизвестно, кроме показаний бабушки, мы ничего не имеем пока.

О. ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Еще такой тоже молодежный вопрос. Сегодня появилась информация, что молодые таланты смогут не служить в армии, если за них попросят деятели культуры. Некоторое время тому назад министерство обороны говорило, что балалаечников всех надо призывать, включая хрупких скрипачей и т.д., а сейчас вдруг опять либерализм. Об этом заявил новый глава культурного ведомства Александр Авдеев, новый министр культуры, соответственно. По его словам, найдено понимание в министерстве обороны. Что случилось с министерством обороны?

Э. ЛИМОНОВ: Вы знаете, я позволю себе быстрое отступление. Когда меня комиссовали, меня не взяли в армию, потому что у меня было минус 6.5 зрение, там до минус 6, и вы знаете, это была другая эпоха. Я себя чувствовал ужасно, как оплеванный, я шел домой, напился, потому что меня не взяли. Я считал, что я просто какой-то неполноценный, думал, как со мной люди будут общаться. Было другое время и другое отношение.

О. ЖУРАВЛЕВА: Почему это так изменилось?

Э. ЛИМОНОВ: Изменилось, во-первых, престиж армии упал в 90-е, вы помните, когда у нас избивали офицеров порой на улицах, это было.

О. ЖУРАВЛЕВА: И были солдаты, которые просили денег на еду.

Э. ЛИМОНОВ: Солдаты и сейчас, может быть, просят. Но это глобальная проблема. Но я вообще считаю, что все-таки при желании молодой человек должен уметь, научиться обращаться с оружием.

О. ЖУРАВЛЕВА: Говорят, что в армии часто и оружия никто не видит, строят что-то, метут.

Э. ЛИМОНОВ: Это уже ужасный такой максимальный вариант. А вообще, я за безусловно добровольческую армию, но, тем не менее, и сегодня, если бы я был молодым человеком, я все-таки пошел бы в армию.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы бы хотели, чтобы ваш сын пошел в армию?

Э. ЛИМОНОВ: Честно говоря, хотел бы, а чего? Все испытания надо преодолевать, испытания, а если сопляк, как-то нигде не был…

О. ЖУРАВЛЕВА: Но ведь страшно же.

Э. ЛИМОНОВ: Ну и что, я работал на заводах, где только ни был, в тюрьме, в конце концов, и что это, это жизнь, это опыт. Человек оттуда выходит сильный.

О. ЖУРАВЛЕВА: А если он, действительно, талантливый? Если он танцует в балете, например?

Э. ЛИМОНОВ: Что это за талант, который, не дай бог, чтобы мой сын танцевал в балете, я не хочу, чтобы он был актером или танцевал в балете, я даже не хочу, чтобы он поэтом был.

О. ЖУРАВЛЕВА: А если он будет играть на рояле, например, прекрасно будет играть, вы поймете, что он прекрасный музыкант?

Э. ЛИМОНОВ: Даже на рояле не хочется.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но ведь руки-то беречь, не битым кирпичом унитазы чистить.

Э. ЛИМОНОВ: Я хотел бы, чтобы он стал военным либо политиком.

О. ЖУРАВЛЕВА: А почему политиком?

Э. ЛИМОНОВ: Я не хочу, чтобы он на рояле играл.

О. ЖУРАВЛЕВА: Наши слушатели спрашивают.

Э. ЛИМОНОВ: Столько игроков на рояле, что девать некуда.

О. ЖУРАВЛЕВА: В частности, наши слушатели многие пишут о том, что вы такой замечательный писатель, а зачем вы пошли в политику? Неужели это до сих пор интересно?

Э. ЛИМОНОВ: Собственно говоря, знаете, можно сказать, что хочу, то и делаю, это моя жизнь.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но вы продолжаете себя ощущать писателем и работать как писатель?

Э. ЛИМОНОВ: А что, вы как можете разделить человека, распилить его пилой двуручной и сказать – эта часть – писатель?

О. ЖУРАВЛЕВА: Некоторые говорят, все, я ушел из большого спорта, я теперь занимаюсь бизнесом. У вас есть такое разграничение?

Э. ЛИМОНОВ: У меня просто огромная потребность заниматься делами своей страны и своего государства. Я думаю, что каждый по мере сил, собственно, и должен ими заниматься. Просто иначе и быть не должно. Это же наша жизнь, наша страна, жизнь наших детей, все, мы должны этим заниматься.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. то, что вы делаете, вы считаете…

Э. ЛИМОНОВ: Я считаю это естественным, я не считаю это даже, политик, говорят, некому больше, больше некому. Оказалось, теперь все забракованы, никуда не годятся, пришли, последний призыв, наверное, шахматист Гарри Каспаров, писатель Эдуард Лимонов, экономист Илларионов пришел.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но удается хоть какую-то собрать коалицию?

Э. ЛИМОНОВ: Удается, как же не удается? Столько людей собрали, абсолютно разных, все это будет увеличиваться.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. вы уже как-то притираетесь, вы уже находите какие-то?

Э. ЛИМОНОВ: Мы уже притерлись, дело в том, что, на самом деле, власть должна давным-давно понять, что дело ее капут, плачет по ним, как минимум, суд, понимаете, невозможно долго держать всех под каблуком. Рано или поздно люди восстанут, то, что приходят, нам часто говорят – смотрите, вы занимаетесь не своим делом, вы шахматист, скажут, Каспаров, а вы, Эдуард Лимонов, писатель.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы пишите, а вы играйте в шахматы.

Э. ЛИМОНОВ: Больше некому, некому, если нас уже, так сказать, призвали или мы сами себя призвали, значит, уже просто дошло до ручки, значит, очень надо менять все.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. вы занимаетесь политикой, потому что вы не можете ей не заниматься, я правильно поняла?

Э. ЛИМОНОВ: Да, совершенно точно.

О. ЖУРАВЛЕВА: К сожалению, наша программа подходит к концу, вы человек, в общем, с достаточно гибким чувством юмора, вы поймете меня. Пришло ровно два сообщения просто подряд, читаю оба, кого вы позвали, это же полный кретин, следующее сообщение – сейчас выступает очень умный человек, чаще его приглашайте.

Э. ЛИМОНОВ: Вот видите.

О. ЖУРАВЛЕВА: Многоточие зрений.

Э. ЛИМОНОВ: Как американцы говорят, controversial reputation.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, так получилось и для тех, и для других.

Э. ЛИМОНОВ: Так я всегда чувствовал, что, да, я являюсь спорным человеком, ну что, какой есть.

О. ЖУРАВЛЕВА: Какой есть писатель и политик Эдуард Лимонов в программе «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, возвращайтесь к нам еще в эту студию, всем спасибо, всего доброго.




Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире