'Вопросы к интервью


О. ЖУРАВЛЕВА – Добрый вечер. Программа «Особое мнение». В гостях у нас сегодня главный редактор газеты «Московская правда» Шод Муладжанов.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Добрый вечер.

О. ЖУРАВЛЕВА – Московских тем как нас довольно много сегодня. Вы кстати были на майские праздники в Москве?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Большую часть дней был в Москве.

О. ЖУРАВЛЕВА – То есть вы наблюдали движение московское.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Да, да.

О. ЖУРАВЛЕВА – Отсутствие движения. И в этом плане есть инициативы. Уже с сентября власти Москвы планируют запретить въезд в пределы Бульварного кольца автомобилей ниже класса евро-2.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Старые «Жигули» имеются в виду.

О. ЖУРАВЛЕВА – Сказано так, что в паспортах к автомобилям есть отметка об экологическом классе, могу сказать с уверенностью, что первые выпуски «Жигулей» вплоть до 7-й модели не дотягивают до второго.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Еще «Москвичи».

О. ЖУРАВЛЕВА – По словам Бочина эта мера позволит существенно улучшить экологическую обстановку в городе. Есть еще одно заявление, что хотят малолитражки повысить их…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Частоту.

О. ЖУРАВЛЕВА – Количество малолитражек. Потому что для них будут некие льготные условия. Если объем двигателя не превышает 1,2 литра, а длина 3,5 метра, их владельцам будут выдаваться карты на 26 тысяч рублей на топливо.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — А лучше велосипедистам я думаю надо льготы ввели.

О. ЖУРАВЛЕВА – Это реально вообще?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я думаю, что в условиях Москвы это практически не реально. Я не очень представляю, как на центральных проспектах будут стоять гаишники и не пущать в пределы Бульварного кольца, перегораживать единую массу, этот поток и вычленять эти неподходящие по статусу «Москвичи», «Жигули». Как это физически можно сделать.

О. ЖУРАВЛЕВА – Надо с утра объявить просто…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Мне вообще очень нравится, когда стоят в районе МКАДа на пикетах ребята бравые и останавливают легковые машины, замеряют у них выхлоп СО и так далее, мимо проезжают автобусы, грузовики, дымя со страшной силой. Их вообще никто не трогает.

О. ЖУРАВЛЕВА – Нам когда-то объясняли, что у грузовиков только сплошной озон.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Тогда пусть они ставят возле своих окон, открывают окна и дышат этим озоном. Я думаю, что на самом деле в условиях Москвы мне кажется единственная более-менее радикальная мера, которую можно было бы реализовать, не пускать, не разрешать грузовое движение в городе. Условно с 6 утра до 12 ночи вообще не разрешать грузовое движение в городе. Мне кажется это вполне реально.

О. ЖУРАВЛЕВА – Город огромный.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Ну и что? Отстойники сделать нормальные, где они могли бы отстаиваться, особенно иногородние грузовики с грузами. Пусть ночью ездят. Все разговоры, что ночью они шуметь будут, они и сейчас, когда хотят, ездят. И шумят. Но стеклопакеты ставьте, не будет шума слышно.

О. ЖУРАВЛЕВА – сейчас вас закидают гнилыми помидорами.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Пусть закидают. Ничего страшного. Я вообще помидоры люблю. Это, во-первых, во-вторых, все, что связано с выборочным контролем в условиях Москвы, не реально.

О. ЖУРАВЛЕВА – А если, грубо говоря, все автомобили с двигателем ниже классом просто не будут проходить ТО, например.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Ну и что? В Москве ходят десятки тысяч машин, не прошедших ТО. Ну останавливает их гаишник, они ему дают взятку. Небольшую, если машина дешевая. И едут дальше.

О. ЖУРАВЛЕВА – Это вы точно знаете? Номера не снимают?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Номера снимают только в одном случае – когда у них есть разнарядка на определенное количество номеров, которые надо снять.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вы как-то не верите в благие начинания правительства Москвы.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Не надо обобщать. В некоторые начинания очень даже верю.

О. ЖУРАВЛЕВА – А если малолитражек будет больше, действительно это поможет?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Мне кажется, что в принципе у нас народ очень серьезно поддается на пропаганду. И грамотной пропагандой маленьких машин можно добиться того, чтобы люди стали больше покупать маленькие машины и это на самом деле в Москве неплохой выход, во всяком случае, в смысле решения проблемы парковки машин. И экологических тоже. Потому что современные маленькие машины очень чистые в экологическом смысле.

О. ЖУРАВЛЕВА – Двигатели у них точно около 3-х.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Нет, на самом деле мне кажется, это может быть выходом. Но опять же запретами, тем более, как только начнутся какие-то доплаты и выплаты, тут же очередной виток коррупции произойдет. Потому что у нас проследить, кто на самом деле имеет такую машину, а кто просто принес какие-то бумажки, ему 26 тысяч заплатили, я не верю в то, что это будет чистоплотным делом.

О. ЖУРАВЛЕВА – Я имею такую машину.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я не сомневаюсь, что таких машин много. Я вообще против любых мер, которые ведут к очередному усилению коррупции. У нас она и так на страшно высоком уровне, не надо ее усиливать. Все, что зависит от конкретного чиновника или сотрудника ГАИ, все приводит к взяткам и никак не улучшает ситуацию. Что самое обидное.

О. ЖУРАВЛЕВА – Михаил пишет: надо сделать огромные экологические налоги, а не запрещать. Может быть, это можно сделать в обход коррупции.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Ну хорошо, сделают налоги. И что?

О. ЖУРАВЛЕВА – На эти налоги, может быть, что-то хорошее сделают.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Например?

О. ЖУРАВЛЕВА – Если человек вынужден будет платить большой налог, он откажется от своих «Жигулей».

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Все, кто работают в Москве, так или иначе, платят налог на дороги. И что?

О. ЖУРАВЛЕВА – Некоторые пишут, что я плачу транспортный налог, а ездить мне не разрешают. Что мне делать? То есть невозможно двигаться. Нужно пересаживаться на метро.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я думаю, только серьезные радикальные меры могут Москве помочь. Одна из них я говорил, закрытие вообще в дневное время въезда и возможности ездить по городским улицам для большегрузного транспорта. Это вполне реальная мера, если серьезно область и город договорятся, в свете того, о чем сейчас несколько раз говорили и городские руководители и федеральные, что надо как-то скоординировать управление городом и областью, мне кажется, что одна из мер помимо расширения трасс, создания развязок и так далее, это создание отстойных площадок. И запрет въезда в зону Москвы в дневное время и не только въезда, но и возможности ездить по городу.

О. ЖУРАВЛЕВА – Тогда получается, что ни холодильник купить, ни мебель привезти.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Вы не передергивайте. Дело в том, что холодильники давно уже на большегрузных машинах не возятся. Их возят на фургонах. «Бычки», «Газели» и прочие машины этого класса не входят в большегрузные.

О. ЖУРАВЛЕВА – Теперь главное определить размер большегрузного транспорта.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Безусловно, не надо парализовывать работу города.

О. ЖУРАВЛЕВА – У нас есть еще тема метро. Руководитель Московского Метрополитена Дмитрий Гаев сделал несколько интересных заявлений. Во-первых, прошел слух, что в Питере якобы хотят ввести VIP поезда в метро.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Эти могут. Я в них верю.

О. ЖУРАВЛЕВА – Для бизнесменов, которые не могут в пробках долго ждать, но хотят ехать с комфортом. Я себе не представляю, как это технически…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — И лодки по Неве.

О. ЖУРАВЛЕВА – В гондоле. Но при этом в Москве такого не будет, сказал Гаев, что в метро как в бане, все равны. Никаких глупостей с VIP-поездами не будет.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Это технологически невозможно. Тем более при московском напряженном движении подземном. В свое время, будучи еще репортером, я делал серию материалов о московском метро, я знаю, как там организована работа. Это физически невозможно. То придумать что-то такое можно, но реализовать.

О. ЖУРАВЛЕВА – А может, просто предъявляешь отчет о доходах, и тебе те же самые билеты продают в 4 раза дороже.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Это хорошо. Это по-нашему.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но едешь вместе со всеми.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Ну почему, спецвагон сделать в составе. Вагон первого класса. Это может быть.

О. ЖУРАВЛЕВА – Туда по спецбилету проходить.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Может быть. Это еще как-то…

О. ЖУРАВЛЕВА – Но это социальная напряженность…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я не говорю, что это будут делать, это хотя бы технологически понятно, как сделать. А вот спецпоезда это технологически не реально. Там такое движение, в час-пик они ездят на максимуме. Минимальные наоборот между ними промежутки и более того, часто стоят в тоннелях поезда, потому что не получается внутри расписания точно его соблюдать из-за того, что затягивается посадка, высадка пассажиров. Не думаю, что это возможно реально.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вам уже отвечает наш слушатель: когда грузовики будут ездить по ночам, то и ночью будет дышать нечем, — Елизавета.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — А сейчас есть чем?

О. ЖУРАВЛЕВА – Вы предлагаете, чтобы то же самое было еще и ночью.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Если кто-то знает законы физики, то он понимает, что в воздух московский попадет выхлопных газов от грузовика все равно то же самое количество, независимо от того, днем или ночью он проехал по Москве. Но с учетом того, что он не будет стоять в пробках, то газа попадает меньше. А так он все-таки меньше времени будет находиться на дорогах города, поскольку он быстрее проедет просто. И глядишь, меньше загрязнит атмосферу.

О. ЖУРАВЛЕВА – Возвращаясь к метро, очень интересное заявление сделал начальник Московского Метрополитена Дмитрий Гаев. Он попросил журналистов не сообщать о самоубийствах в подземке. И объяснил, почему.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я могу даже, не слушая его объяснения, сказать, что психологи давно советуют поменьше сообщать о таких случаях, когда подростки прыгают от неразделенной любви с крыш или с балконов. Поскольку это вызывает рецидивы. Повторы со стороны внушаемых очень или подверженных подражанию и прочего…

О. ЖУРАВЛЕВА – Но ведь книжка «Анна Каренина» тоже может кого-то сподвигнуть.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Это вообще старая песня. Старый спор о том, надо ли журналистам говорить правду, поскольку иногда эта правда приводит к печальным последствиям. Это старый спор. Я думаю, мы с вами его не решим.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вы как для себя это определяете?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я считаю, что нагнетать не надо, но если что-то происходит, сообщать об этом все равно надо. Информация должна быть у общества. Другое дело, что когда это рассусоливают, размазывают, когда может быть получасовой рассказ на экране о судьбине, мне кажется это бывает очень нарочито иногда или наоборот, романтизируют, когда самоубийство, вот это страшно.

О. ЖУРАВЛЕВА – Честно говоря, я последнее время не помню, чтобы говорили именно о самоубийствах так много. Может быть, я что-то пропустила.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Говорят, говорят.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но когда остановится какая-то ветка Метрополитена, естественно, звонят в службу Метрополитена, спрашивают, что случилось. Потому что город огромный.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Кстати, несчастный случай бывает чаще, чем самоубийство.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но сообщать все равно приходится.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Мне кажется, что все это не главная проблема Метрополитена. Мне кажется одна из главных проблем Метрополитена в том, что внутренняя система организации Метрополитена не отвечает современным потокам и возможностям техническим.

О. ЖУРАВЛЕВА – А что значит внутренняя организация?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Например, когда люди стоят в очередях за билетами.

О. ЖУРАВЛЕВА – Кассиров билетных не хватает, судя по объявлениям.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Да мало ли чего не хватает. При тех сверхдоходах, которые получает метро, оно их получает, несмотря на все их плачи Ярославны, они же получают дотации и так далее, они могли бы позволить себе создать технические средства, а не людей в окошках. Нормальное количество автоматов вещать, нормальных автоматов, которые бы не ломались, которые бы принимали любые купюры. И быстро работали. Я думаю, что это решаемый вопрос, не дело, когда люди, особенно в первые дни месяца стоят в очередях гигантских, и мне кажется, что решаемая проблема вполне.

О. ЖУРАВЛЕВА – Есть еще потрясающая вещь. Есть масса людей, которые называются дежурные по эскалатору. Они сидят и смотрят, как мы едем. А по утрам они еще периодически говорят: ну побыстрее, что вы спите, давайте, давайте. Интересно, зачем эти люди нужны.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я думаю, что есть некие атавизмы. Когда-то их посадили.

О. ЖУРАВЛЕВА – Я просто в Европе ни в одном метрополитене возле эскалатора не видела такого.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Конечно.

О. ЖУРАВЛЕВА – Люди сами справляются.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Во многих странах в метро не увидите людей, которые бы контролерами стояли дополнительно к автоматам, чтобы стояли люди, которые тоже чего-то проверяли. Во многих метрополитенах вообще таких людей нет. В вагонах, есть метрополитены, где можно пройти просто с билетом, тогда в вагонах проверяют. Это может быть.

О. ЖУРАВЛЕВА – Удивительное рядом. Есть еще кое-что, касающееся столичных проблем. Странная история по поводу движения, потому что столичные власти нарушали закон в своих ответах организаторам «Марша несогласных». Такой вывод сделал уполномоченный по правам человека Владимир Лукин. Нам все время говорили, что им нельзя в центре города собираться, потому что они там мешают движению и спокойной жизни граждан.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Моя старая позиция очень простая. Извиняюсь, что спешу с ответом. Я бы вообще всем запретил митинговать, шествовать.

О. ЖУРАВЛЕВА – И грузовикам тоже.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — В центральной части города. Создайте вы Гайд-парк, дайте людям место, где они могут в любое время, только по очереди, график пусть составят, митингуют, шествуют, делятся мнениями…

О. ЖУРАВЛЕВА – И такой постоянный контингент ОМОНа, который стоит вокруг и наблюдает.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Правильно, милиция, которая порядок бы там соблюдала. Не надо по городу шествовать. Зачем это делать. Зачем людям шествовать по городу? Кроме праздничных дней, во все остальные в рабочие дни не надо шествовать. Ну и так невозможно в городе ни проехать, ни пройти.

О. ЖУРАВЛЕВА – В праздничные дни у нас по городу ехала боевая техника. Всем страшно понравилось. И самолеты летели…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Не знаю, кому там понравилось.

О. ЖУРАВЛЕВА – Красиво же.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я из окон своего дома смотрел за авиапарадом, остался очень доволен.

О. ЖУРАВЛЕВА – Ну вот видите, вам тоже понравилось. Тут задался один из депутатов Харитонов, член фракции КПРФ, вопросом: почему на 9 мая Мавзолей Ленина был затянут материей. У вас есть своя версия?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Потому что не хотели отождествлять себя с Лениным. С коммунистами.

О. ЖУРАВЛЕВА – Странно. Мавзолей есть, его же никуда не денешь. Он здоровый стоит.

Ш. МУЛАДЖАНОВ – Существуют темы, у газетчиков есть дежурные темы, когда писать не о чем, о чем пишут – о взаимоотношениях поколений, отцы и дети. Об отношении к собачкам. Модная тема. В любой момент можно ее поднять и читателям интересно. Мавзолей, по-моему, относится к таким темам. Время от времени поднимают последние…

О. ЖУРАВЛЕВА – А это можно как-то радикально решить?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я думаю, невозможно. Потому что в обществе сейчас еще достаточно много людей, которые болезненно к этому очень отнесутся. Зачем это делать. Пусть себе стоит Мавзолей. Кому он мешает?

О. ЖУРАВЛЕВА – Чего тогда тряпочкой прикрывать. Уже успокойтесь, это Мавзолей. Мы знаем, что там внутри находится. Ни для кого не новость.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Понимаете, в принципе, мы сейчас с вами выйдем на тему лицемерия властей, двуличия тех, кто с одной стороны заботится о том, чтобы у нас бедных стало в стране меньше. А с другой стороны говорит о том, что надо нефтяным монополиям понизить налоги. И так далее. Мы сейчас обязательно к этой теме тогда придем.

О. ЖУРАВЛЕВА – Еще одна тема, которая на меня произвела очень тревожное впечатление. На месте гостиницы «Россия» может появиться правительственный квартал. Было бы уместно и удобно, чтобы власть располагалась компактно, — заявил еженедельнику «АиФ» управляющий делами президента Владимир Кожин.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Лучше бы  в Питере.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вообще это выглядит, я несколько дней назад с ребенком гуляла по центру города и наблюдала, как там уже нет «России» и за Варваркой огромное пространство, расчищено практически. Какие-то обломки.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Пустырем оно все равно не будет.

О. ЖУРАВЛЕВА – И многие прохожие говорят, что мы надеемся, что здесь сделают туристический, какой-то интересный квартал, музейный. Какой угодно. И вдруг говорят, что он будет правительственный. Вам бы хотелось такого?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Мне бы хотелось, чтобы чиновников стало раз в 10 меньше, чем их сейчас есть. Потому что когда говорят, что мы, приватизировав значительную часть экономики, раздули управленческий аппарат в несколько раз по сравнению с тем, что было в советские годы, говорят правду.

О. ЖУРАВЛЕВА – У нас вице-премьеров уже больше стало.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Ведь у каждого вице-премьера свой аппарат. Вообще управлений, департаментов, агентств и министерств становится все больше и больше. Одни в сентябре создали, сейчас опять закрыли, другие сейчас создадут, потом в сентябре закроют. И так далее. То есть это непрерывный процесс, естественно требует площадей офисных.

О. ЖУРАВЛЕВА – В конце концов, вокруг Кремля это все, Ильинка, Старая площадь.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Там сейчас уже заняли те здания, которые вообще не имели отношения ни к правительству, ни даже к ЦК КПСС. Посмотрите, был огромный аппарат ЦК КПСС, огромный аппарат правительства СССР и не огромный, но серьезный аппарат правительства РСФСР. То есть было три аппарата. Сейчас как бы аппарат «Единая Россия» существует, но он не такой гигантский, как был у КПСС. Аппарата СССР нет, так вот один российский аппарат он больше, чем те три вместе взятых.

О. ЖУРАВЛЕВА – Страна меньше, а чиновников больше.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Да. И это притом что значительную часть экономики вроде бы из государственного сектора вывели. То есть там управлять нечем особенно. Поскольку там хозяева есть. Причем, конечно, приватизировали в основном трубу, но все равно. И хотелось бы знать, как получается, что все решения о сокращении государственного аппарата приводят к его увеличению. А раз он увеличивается, понятно, что людям сидеть где-то надо, понятно, что они не хотят в Орехово-Кокосово ехать. И там кабинет себе открывать. Конечно, они хотят быть в центре.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но в компактном проживании правительства и президента, и всех, есть единственный плюс, что они не будут, может быть, перекрывать трассы по городу.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — У нас есть выход. В районе Рублево-Успенского шоссе построить, как бразильцы построили город Бразилия, построить специальный столичный центр. Где будет столица России.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вашингтон.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Мини-Вашингтон. Построить отдельный для них город, пусть они себе там живут.

О. ЖУРАВЛЕВА – Я боюсь, что они в центре все окопаются, потом восстановят Китайгородскую стену, потом поставят там часовых…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — С вами трудно спорить. Потому что кончится тем, что они себе и тот город отхряпают, которые построят и оставят все, что сейчас занимают. Это опасно очень, да.

О. ЖУРАВЛЕВА – Какие-то страшные перспективы. Скажите, пожалуйста, вы как московская газета занимались вопросом Московского Планетария.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Вы знаете, я уезжал сейчас из редакции, готовится материал в завтрашний номер. Мы не раз писали об этой теме и об этой проблеме. Я думаю, что это тот случай, когда у высших чиновников города не доходили руки, чтобы серьезно заняться. Там проблема вполне решаемая. Как я понимаю.

О. ЖУРАВЛЕВА – Обанкротили просто.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — И правильно сделали.

О. ЖУРАВЛЕВА – И многие говорят, что нужно вернуть культурное место.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Обанкротили, но не снесли. Я думаю, что там будет нормальный планетарий. Но насколько я знаю, сейчас я не берусь точно судить, там проблема была в том, что какие-то бюджетные деньги, вкачанные в этот проект…

О. ЖУРАВЛЕВА – Куда-то делись.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Да, истрачены были не должным образом. И город перестал туда добавлять денег, справедливо полагая, что если нет гарантий, что их потратят на планетарий, зачем туда давать денег. Сейчас ситуация, насколько мне известно, такова, что городское руководство считает, что если управление планетарием будет полностью контролируемо и прозрачно в финансовом смысле, то город решит все финансовые вопросы с тем, чтобы привести планетарий в порядок.

О. ЖУРАВЛЕВА – А нет опасности, что вместо планетария там окажется большой торговый центр со звездочками на потолке.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Опасностей в нашей жизни очень много. Но я думаю, что в этом случае ничего страшного не случится. Я абсолютно уверен, что мэр нашего города не допустит ликвидации планетария в Москве. В этом я уверен.

О. ЖУРАВЛЕВА – Мы уже обсудили многие московские проблемы. И упомянули сакральное слово – Лужков. Дело в том, что Юрий Михайлович любит периодически выступать с каким-то заявлением. И он выступил и даже многие с этим заявлением согласились. Но главное, что волна пошла. Гигантская. Отобрать Севастополь. Насчет Крыма посмотреть.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Почему отобрать? Дело в том, что я вообще, будучи человеком законопослушным, считаю, что надо по закону все решать. Если есть документы, которые противоречат создавшейся сейчас ситуации, почему к ним ни вернуться. Почему на уровне судебных, юридических инстанций ни разобраться. Например, есть специальные документы, я их лично видел по поводу особого статуса Севастополя. В 1948 году Сталин подписывал. У Севастополя действительно особый статус был в советские времена. Он был особого подчинения. Он в отличие от города Ялты, местным властям не подчинялся. Это был город особого обеспечения. Особый юридический статус имел.

О. ЖУРАВЛЕВА – Он закрытым бывал очень часто.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Да. И когда произошла передача его Крыма украинским властям, в состав Украины, насколько мне известно, он остался городом союзного подчинения.

О. ЖУРАВЛЕВА – Об этом Лужков и сказал.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Если это так, то почему все-таки всерьез не решить эту проблему, тем более что на мой взгляд Лужков не впервые же это сказал. Если бы он молчал, молчал много лет, а потом вдруг взял и выступил, это было бы странно. Когда человек многие годы об этом говорит, может быть, не так остро, и не так прямо.

О. ЖУРАВЛЕВА – Не так кстати.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Насчет чего кстати?

О. ЖУРАВЛЕВА – Он выступал на мероприятии, на юбилее.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Связанным с юбилеем Черноморского флота.

О. ЖУРАВЛЕВА – Вокруг были единомышленники.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Тут я человек заинтересованный в каком-то смысле, потому что я довольно давно поддерживаю идею все-таки особого отношения России к Черноморскому флоту и городу Севастополю. Более того, «Московская правда» является одним из учредителей фонда Москва-Севастополь.

О. ЖУРАВЛЕВА – Так это вы все затеяли.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Мы не затеяли. Но мы это поддерживаем. Потому что я очень точно осведомлен о ситуации на Черноморском флоте. Я общаюсь со многими людьми, которые всю жизнь отдали этому флоту и я знаю, что пока не решен вопрос о статусе Севастополя и о положении Черноморского флота, интересы России там страдают. Если мэр Москвы этим озадачен и пытается как-то поднять общественное мнение на решение этой проблемы, я ничего плохого не вижу. То, что он сделал это в обостренной форме, ну и правильно, потому что иначе нас никто не услышит.

О. ЖУРАВЛЕВА – Меня другой вопрос волнует. Что Лужков уже, так или иначе, это упоминал, но никого больше этот вопрос не беспокоил. 8 лет был президент Владимир Владимирович Путин. Он хоть раз поднимал вопрос в такой острой форме.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Неоднократно. Вы понимаете, он его в менее острой форме поднимал неоднократно. А сейчас он его обострил, потому что ну да, какой-то случай, связанный с юбилеем, ну да, он же видит, что не решается проблема.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но это же не мэр города Москвы должен решать даже в статусе губернатора.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Дело в том, что я не очень понимаю это противопоставление: мэр, не мэр. Любой гражданин России мог поднять такой вопрос.

О. ЖУРАВЛЕВА – Это особый гражданин России.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Когда мэр Москвы становится одним из организаторов политической партии, особенно той партии, которая поддерживает власть нынешнюю, никого это не смущает. Лужков является политиком общегосударственного масштаба.

О. ЖУРАВЛЕВА – Теперь он еще персона нон грата на Украине.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Ну и бог с ним. Я думаю, что это, во-первых, ненадолго, во-вторых, реакции многие украинских властей, давайте вспомним многих действий, не такие уж они логичные и юридически грамотные…

О. ЖУРАВЛЕВА – Я не говорю, что это логично. Мне тоже кажется, что выступление на юбилее с исторической такого рода справкой не является подрывом суверенитета государства.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — У Лужкова есть несколько тем, помимо московских, их не так много, которые его серьезно волнуют по-человечески, по-политически, философски.

О. ЖУРАВЛЕВА – Политик такого ранга редко заявляет что-то просто так и именно в этот день.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Почему он просто так это заявил? Человек, который к этому много раз обращался, который это выстрадал. Я знаю, сколько он вложил, в том числе не только каких-то денег, но он влияния своего и так далее в поддержку Черноморского флота.

О. ЖУРАВЛЕВА – Наши слушатели говорят, что это все-таки конфронтация с Украиной.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — И че? А со стороны Украины это не конфронтация с нами?

О. ЖУРАВЛЕВА – Это протяженное во времени состояние дел. И вдруг сейчас, когда и так отношения не бог весть, какие, начинается очередной виток напряженности.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — А почему они, кстати, не бог весть, какие?

О. ЖУРАВЛЕВА – Потому что она хочет в НАТО.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — То есть вот это все-таки главный вопрос, а не Севастополь.

О. ЖУРАВЛЕВА – Получается, что так.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я повторю, что, на мой взгляд, любой гражданин России имеет право делать политические заявления. Второе, мэр столичного города, гигантского города, один из ведущих политиков страны имеет право делать заявления по любому поводу, какой считает существенным. Он может иметь свою позицию, если кому не нравится – пусть спорят. Это нормально.

О. ЖУРАВЛЕВА – Я еще об одном гражданине России вам скажу. Он не то чтобы делал политические заявления, это директор музея им. Сахарова Юрий Самодуров, которому во вторник следствие предъявило обвинение в разжигании национальной ненависти и вражды. То есть выставки, и деятельность музея Сахарова приобрели конкретный уголовный оттенок. Довольно серьезно все. Правильно, как вы считаете?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Честно говоря, я ни разу в этом музее к своему стыду не был. Это неправильно, конечно, но так получилось. Я не знаю точно, что там за выставки. Мы писали о них в позитивном в основном плане, я своим корреспондентами доверяю, они там ничего плохого не видели и не находили. Если существует некий состав преступления, то его надо обнародовать, предъявить. Обсудить в судебном заседании.

О. ЖУРАВЛЕВА – Тогда заявление Лужкова в этой ситуации тоже разжигание национальной ненависти и вражды.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Погодите. Лужков никогда не говорил, что украинцы плохие. Правда?

О. ЖУРАВЛЕВА – Музей Сахарова тоже не говорил, что кто-то плохой. Они картины вешали какие-то.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Это как мой сын в детстве пытался говорить, ну чего я тройку из школы принес. У нас двое есть, они вообще на одни двойки учатся. Ну и что. Причем здесь музей Сахарова и Лужков. Это разные ситуации. Мне кажется, что к музею Сахарова надо отнестись по-честному. Надо посмотреть, в законах прописано, что такое разжигание вражды и так далее. Соответствует, не соответствует. Если кому-то хочется с кем-то сводить счеты, то их надо остановить и отстать от музея. Если музей действительно занимается не тем, чем надо заниматься музею, имеющему прямое отношение к такому великому человеку и гражданину этой страны как Сахаров, то тогда музей надо поправить.

О. ЖУРАВЛЕВА – Но музей поправить уголовным делом? Посадить директора в тюрьму.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Абсолютно уверен, что никто директора в тюрьму не посадит. Я лично уверен, даже не зная его лично, и не видя выставки, я думаю, что это вопрос политический. А не криминальный и не уголовный.

О. ЖУРАВЛЕВА – А по политическим вопросам, что нельзя в тюрьму посадить?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Я думаю, что поскольку он не претендовал на место президента России, в отличие от некоторых зарвавшихся олигархов, то варежки он шить не будет. Мне так кажется.

О. ЖУРАВЛЕВА – Скажем так, оптимист у нас сегодня в гостях.

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Это правда.

О. ЖУРАВЛЕВА – Шод Муладжанов, главный редактор газеты «Московская правда», в программе «Особое мнение» сегодня выступал. Нашим слушателям большое спасибо за реплики и за предложение организовать Нью-Васюки…

Ш. МУЛАДЖАНОВ — Можно 10 секунд. Я хотел бы воспользоваться тем, что меня сейчас слышит, в том числе и те, кто почему-то не читают газету «Московская правда», ей в этом году исполняется 90 лет, у кого есть исторические материалы, связанные с прошлым и с историей нашей газеты, пожалуйста, выйдите на связь с редакцией. Спасибо.

О. ЖУРАВЛЕВА – А каким образом можно выйти на связь?

Ш. МУЛАДЖАНОВ — 259-14-04 — телефон моей приемной.

О. ЖУРАВЛЕВА – Хорошо. Всего доброго.



Комментарии

3

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

14 мая 2008 | 20:15

Особое мнение
Как соседу морду просто так без причины набить (а потом старушка-мать на свою пенсию отхаживает героя-патриота или от тюрьмы отмазывает), так это всегда пожалуйста.

Можно сказать, только для этого в России и рождаются.

А как заставить домоуправа свой подъезд, двор, улицу вычистить или старушке- матери потребовать пенсию повысить (деньги=налоги за это уже заплачены!), так ведь нам некогда, то водка стынет, то голова болит.


15 мая 2008 | 11:48

Севастополь
Уважаемый Муладжанов,

у вас в стране есть Конституция, которая определяет кто отвечает за ту или иную сферу деятельности в РФ. А мнения локальных чиновников, являющихся к тому же взяточниками в мегакрупных масштабах пусть доносятся в массы со строк таких газет, как "Завтра" и т.д.. Неужели президент и премьер у вас в стране политические импотенты?


15 мая 2008 | 13:21

Вот уже собиратели земли русской... На востоке России китайцы уже давно устроили ползучую интервенцию, а эти за Крым борются. Да за землю они борятся, за курорты, как в Абхазии!
А флот... Красивая страница истории и не больше. С кем воевать будут в Чёрном море? С турками, болгарами, румынами и грузинами? Если захочет Турция как член НАТО не пропускать военные корабли через Босфор, так и будут они в Чёрном море бултыхатся, как дома в ванной...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире