'Вопросы к интервью
Л.ГУЛЬКО : Здравствуйте, меня зовут Лев Гулько, это передача «Особое мнение» и в студии Алексей Венедиктов, главный редактор радиостанции «Эхо Москвы», а мы все ожидаем Леонида Радзиховского. Здравствуй. Алексей.
А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый вечер. Как только Леонид появится в студии, я немедленно уступлю ему его заслуженное место.
Л.ГУЛЬКО : Тогда начнем вот, с чего: США предлагают России новые меры доверия в отношении размещения элементов ПРО в Польше и Чехии, и в частности, российским офицерам разрешат не только присутствовать непосредственно на объектах, но и блокировать работу ряда радаров, если они будут направлены в сторону России, а также следить за тем, чтобы ракеты-перехватчики не загружались в шахты. Это и другие предложения будут обсуждаться в Москве, 17 марта, во время российско-американской встречи в формате «два на два» — сообщил корреспонденту РИА-Новости высокопоставленный источник в МИД РФ. То есть, проблема размещения решена?
А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, проблема размещения, конечно, не решена. Но давно уже стало понятно, что для американцев главная угроза – это с юга, для защиты себя и своих союзников вся эта система ПРО, которую они строят, это уже третий район, и они хотели туда интегрировать Россию уже давно, в 2001 г. было сделано предложение президенту Путину совместно строить противоракетную оборону против южных угроз – тогда Россия отказалась, не видя этих угроз вообще – тогда не поднимался вопрос ни о ядерном оружии, ни о ракетах, которые сейчас испытываются в Иране, в частности. И еще не было даже 11 сентября и соответственно, не было Афганистана. И тогда был отказ. Потом было другое предложение – когда американцы стали строить ПРО без нас, то мы сделали предложение войти в нашу систему безопасности – я имею в виду, прежде всего, Габаллинскую РЛС и Армавир, так называемый, «Воронеж-Армавир» — для того, чтобы создать общеевропейскую систему безопасности. И здесь уткнулось в несколько важных вещей, которые неизвестно как было решать. Дело в том, что мы потребовали как раз постоянную инспекцию в Польше и Чехии, на что было сказано, что должны быть проведены с Польшей и Чехией, потому что только Польша и Чехия могут разрешить присутствие иностранных офицеров на этих объектах. И тогда были чрезвычайно все возмущены – как так, почему, и так далее. Но как раз сейчас на переговорах в Вашингтоне премьер-министр туск, как я понимаю, дал согласие в обмен на то, что американцы помогут модернизировать польскую армию – согласие на присутствие российских офицеров на постоянной основе на этих объектах. То есть, Вашингтон провел эти консультации – им неважно, офицеры или не офицеры, им важно построить систему. И я думаю, что 17-18 марта будет некое продвижение, и я надеюсь, что совместное ПРО – в широком смысле слова — против совместных угроз, которые я считаю совместными, общими угрозами, будет построено.
Л.ГУЛЬКО : То есть, в рамках «выиграли-проиграли» — мы выиграли, или проиграли?
А.ВЕНЕДИКТОВ: Все выиграли. Я давно говорю, что общеевропейская и обще-атланитческая система безопасности против угроз распространения ракетных технологий — это головная боль и российского президента и американского. И про это пусть продолжит Леонид Радзиховский.
Л.ГУЛЬКО : Который уже находится в студии. А я напомню, что у нас «Особое мнение», здравствуйте, Леонид.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Извиняюсь. Привет мэру Москвы.
Л.ГУЛЬКО : И мы продолжаем разговор – о системе ПРО, в которую входят и российские военные, которые теперь смогут контролировать объекты ПРО в Польше и Чехии. А.Венедиктов сказал, что выиграли все от этого, что у нас один единый общий враг, и что американцы наконец, притянули нас туда, и нет победителей и проигравших.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: С точки зрения государственных интересов России я согласен с тем, что сказал Алексей – это действительно так, и с точки зрения любого нормального человека, очевидно. А с точки зрения пиар-интересов российского руководства это, конечно, не так. Потому что, — об этом я говорил тысячу раз, могу повторить — в России нет внутренней политики. Ее заменяют, поскольку это пустое пространство надо чем-то забить — ее заменяют придуманными внешними угрозами. Внешние угрозы выбираются так, чтобы польстить комплексам российского общества и российского руководства. В данном случае комплексы совпадают – нам нужен виртуальный противник, очень престижный – то есть, США, — абсолютно не страшные, с которыми можно ругаться, не боясь «обратки», потому что с Китаем мы ругаться боимся, с Ираном мы ругаться боимся, а с США нам ругаться совершенно безвредно. И вот этот придуманный внешний враг, придуманная внешняя угроза, составляет нерв всего российского пиара, а российский пиар успешно заменяет в России политику. Поэтому еще раз повторяю — с точки зрения государственных интересов России – да, максимально тесное сотрудничество с НАТО, с Евросоюзом — просто жизненно необходим для России, потому что это доступ к тем самым медленно, трудно и с проблемами, и никто не собирается делать подарки, но это доступ к западным технологиям. А с точки зрения российского пиара это проигрыш российского пиара, потому что – кого ругать-то? Сутками проклинают Америку, а если налаживать с ней отношения, кого ругать, непонятно.
Л.ГУЛЬКО : Да ладно – серьезные люди подошли с серьезными намерениями, действительно, враг один, общий – терроризм.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: серьезные люди подходят у нас к одной проблеме – морочить голову населению — к этому подходят очень серьезно, это главная проблема российской внутренней политики. А морочить голову своему населению можно, только придумывая обиды, врагов, — то Косово, то НАТО приближается страшное, непонятно чем, то Абхазия, то нас окружают — вот это главное развлечение российского правящего класса. И я думаю, что он эти развлечения, так или иначе, продолжит.
Л.ГУЛЬКО : Ну, пусть продолжают, тем не менее, российские офицеры все-таки смогут контролировать ПРО в Польше и Чехии, и если что, то мы будем работать совместно. А развлекаются или не развлекаются, мне кажется, не это главное. Продолжим разговор — г-н Маргелов намерен поднять в ПАСЕ проблему исламофобии в Европе. Зачем нам это нужно – после перерыва мы разберемся.
РЕКЛАМА
Л.ГУЛЬКО : Следующая часть нашего «Особого мнения», Леонид Радзиховский со своим особым мнением. Ваши вопросы чуть попозже, а одна из наших тем — г-н Маргелов, который намерен поднять в ПАСЕ проблему исламофобии в Европе. О чем идет речь? Председатель Комитета Совета Федерации по международным делам и лидер фракции «Объединенные демократы» в ПАСЕ Михаил Маргелов намерен внести на рассмотрение ассамблеи предложение о специальном докладе ПАСЕ на тему исламофобии в Европе. Эта проблема настолько остра в Европе, что требует специального доклада в ПАСЕ, — сказал сенатор в интервью РИА-Новостям. Дальше Маргелов обратил внимание на то, что на 11-м саммите Организации «Исламская конференция» Россия, имеющая статус наблюдателя, представлена на уровне министра иностранных дел – по мнению сенатора, это свидетельствует об особой значимости в российской политике исламского фактора. Я сразу хочу вас спросить, Леонид, — какая такая значимость?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: ну, 20% населения.
Л.ГУЛЬКО : Говорят 14, — Маргелов говорит..
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Маргелову виднее, но цифры меняются, все время приезжают в Россию мигранты, иммигранты, — в основном из мусульманских стран, поэтому хорошо, пусть 14 – не важно.
Л.ГУЛЬКО : 14 миллионов.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: 14 миллионов – это 10% населения России. Думаю, что на самом деле значительно больше, потому что если даже взять население Татарстана – это 10 миллионов, если не ошибаюсь – но не будем спорить о цифрах — пусть 14 млн. Ясно, что в России огромное количество мусульман, как, впрочем, и в Европе. Отличие России от Европы заключается в том, что Россия – федеративное государство, где есть, как известно, титульные нации в республиках и несколько республик в составе России просто мусульманские – Татария, Башкортостан, практически все республики Северного Кавказа. Вполне понятно, что для России это фактор более чем важный. К тому же надо добавить, что если мусульмане составляют 10% от населения России, то в составе Российской армии, например, насколько я понимаю, они составляют значительно больший процент, поскольку из мусульманских семей охотнее идут в армию, чем из русских семей. Поэтому значение этого фактора в России, конечно, колоссальное.
Л.ГУЛЬКО : То есть, мы хотим возглавить это движение для чего?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: нет, возглавить мы не можем.
Л.ГУЛЬКО : Поднять этот вопрос — для чего?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Хотеть полезно. Возглавить это движение мы не имеем никаких шансов – об этом не может быть и речи, — естественно, ни одна исламская страна не допустит, чтобы какое бы то ни было исламское движение возглавляла страна не исламская, — тут мы можем успокоиться.
Л.ГУЛЬКО : Нет, движение за приобщение мусульман к европейской культуре — вот что я имел в виду. Поскольку г-н Маргелов так и говорит, что большая часть мусульман приобщается.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я не знаю, кто как приобщается. В Европе эта проблема стоит очень остро, острее, чем в России, кстати. Мы, как всегда, считаем. Что мы самые ужасные и самые страшные – это неправда. У нас может быть самые дикие и самые агрессивные проявления тех же самых скинхедов, но как само слово «скинхед», так и идеи скинхедов, так и конфликты эти – они нероссийского происхождения, в Европе их гораздо больше – европейское общественное мнение, мягко говоря, сильно настроено против мусульман – отнюдь не беспричинно. Как известно, в огромной части конфликтов начинают как раз мусульмане – начинают по тем поводам, которые европейцам кажутся совершенно невозможными – например, как карикатуры.
Л.ГУЛЬКО : Ну, разные планеты.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Да, разные планеты. Тем не менее, планета одна, разделить ее технически довольно трудно, притираться надо, и здесь весь вопрос, кто к кому раньше притрется. До сих пор у Европы был большой опыт ассимиляции всех тех, кто в нее попадал – отдельных представителей разных народов. Скажем, Европа полностью ассимилировала евреев. Испания полностью ассимилировала арабов, мавританцев, которые составляли подавляющее большинство населения Испании. Отдельные вкрапления – и представителей Латинской Америки, и тех же самых мусульман, негров, — прекрасно ассимилировались в Европе. Но сейчас ситуация изменилась. Речь идет о миллионах, если не о десятках миллионов людей, которые гораздо более религиозны, чем христиане, гораздо более сплочены, чем европейцы – как правило, это люди более молодые, следовательно, более агрессивные, более пассионарные, как сейчас говорят, — в общем, это все вещи известные. Конфликтами этими переполнена вся Европа – и Франция, и германия. В такого рода конфликтов как всегда невозможно понять, кто виноват – естественно, как в любом коммунальном конфликте, виноваты обе стороны, а разговор в чужой монастырь – в европейских христианский монастырь — со своим уставом не лезут — в данном случае не проходит. Потому что просто мусульманские общины этого не слышат, и говорят, что по вашей же политкорректное теории нет своего монастыря и не своего монастыря – мы все равны, и по нашему обычаю рисовать, например, карикатуры на Мухаммеда нельзя. Вот по вашему обычаю можно издавать книжку «Забавная библия», где издеваются над вашим Христом, вашей религией.
Л.ГУЛЬКО : не издеваются, смеются.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Смеются, издеваются, иронизируют – можно заниматься атеистической пропаганды, можно отрицать Христа – это ваши проблемы.
Л.ГУЛЬКО : Номы-то как можем помочь, Россия, я имею в виду?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: никак, разумеется. Ну, это просто такой политический ход – мы любим делать ходы.
Л.ГУЛЬКО : Чтобы что? Еще одна цитата: «Россия стремится закрепить свой статус надежного друга ислама, это отвечает национальным интересам страны, в которой живет 14 млн. мусульман» – это тоже слова г-на Маргелова.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Россия, безусловно, хотела бы избежать внутрироссийских конфликтов между христианами и мусульманами – это абсолютно очевидно. Россия страшно боится, и правильно делает – повторения Чечни, — это тоже абсолютно очевидно. То, что конфликты, которые сотрясают Европу, уже имеют место быть в России, и будут в России, и никуда мы от них не денемся – это тоже очевидно. А политика российского руководства понятна – задабривать. Поскольку ничего другого в запасе у российского руководства нет, — это вам не с демократами собачиться, это дело серьезное. Это действительно миллионы людей, компактно проживающих. Обижать их российское руководство боится, — еще раз повторяю, — абсолютно правильно делаете, любое руководство будет бояться. Конечно, пока что российские мусульмане — это бывшие советские люди. Они гораздо меньше агрессивны, чем мусульмане, живущие в Европе, они меньше качают права, они гораздо более покорны, они в тысячу раз более аполитичны, и так далее – но это все до поры до времени. Мода во всем мире одинаковая, и эти столкновения в России неизбежны. Будут ли они фатальными, — разумеется, никто этого не скажет — скорее всего, нет, как и в Европе, скорее всего, нет. Но процесс притирания будет, естественно, крайне болезненным и долгим — это тоже для всех очевидно.
Л.ГУЛЬКО : А события на Ближнем Востоке если рассмотреть под этим углом зрения – мы все пытаемся там какую-то роль сыграть, хотя уже давно никакой роли не играем вроде бы, как пишут аналитики.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Видите ли, в чем дело – на Ближнем Востоке у России есть несколько интересов. Абсолютно очевидных. Главный интерес России цены на нефть. Сколько бы ни болтали про нано-технологии, инновации, тому подобную галиматью, Россия – страна, продающая нефть. Следовательно, России нужны высокие цены. Высокие цены – это политическое напряжение на Ближнем Востоке, это основной интерес России в этом регионе, реальный интерес. Остальное — от лукавого. Эти попытки надувать щеки, изображать из себя какую-то очень важную державу – это от амбиций, от того, от сего. России нужно там напряжении е— раз. России не нужна там большая война – два, потому что большая война там – это экономический обвал во всем мире, весьма вероятный, это резкая вспышка того самого исламизма во всем мире — зачем это надо России? Наконец, запредельные цены на нефть тоже вредны для Российской экономики, а поэтому: поддерживать тлеющее напряжение, постараться не допустить до большой войны — это серьезные интересы. Интересы амбициозные и интересы государственного тщеславия, и может быть, чьего-то личного тщеславия — изображать из себя очень важных и очень больших, вставлять палки в колеса по любому поводу и без всякого повода Америке, но это наши любимые извечные игры. И еще одно – это в той же серии, о которой мы только что говорили – это опять же попытка показать, что мы «добрый следователь». Американцы – «злой следователь» по отношению к Ирану, мы – «добрый следователь». Но вся эта попытка с российской стороны основана только на одном – мы показываем Ирану, какие мы хорошие из-за широкой спины злого американского дяди. Если бы не было этого злого американского дяди, и мы остались один на один с агрессивным Ираном, мы бы его боялись смертельно, и просто из инстинкта самосохранения делали бы все, чтобы у Ирана не было атомной бомбы. Пока что эту неприятную работу берет на себя Америка, и мы можем быть добрыми.
Л.ГУЛЬКО : Не только Америка. Арабский мир неоднозначен. Есть еще Объединенные Арабские Эмираты, которые давно бы хотели свалить Иран.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Безусловно. Не Иран, а руководство Ирана.
Л.ГУЛЬКО : Руками Израиля, нас, США.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Это правда. Поскольку такой буйный товарищ, как руководитель Ирана, никого не вдохновляет на Ближнем Востоке, кроме самого себя. Ну, еще там есть его платные агенты типа «Хезболла», и так далее – но это просто люди, которые у него на содержании находятся. А в принципе этот буйный господин никому не нравится, и сколько бы он ни кричал, что «единственная моя цель – уничтожить евреев» — это никого не вдохновляет. Уничтожить евреев — дело благое, но слишком большой энтузиазм в этом благом деле абсолютно не вдохновляет арабские страны, как и весь остальной мир.
Л.ГУЛЬКО : Но мы поддержали, кстати, последние санкции.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Поддержали, — как всегда со скрипом, как всегда, задом наперед.
Л.ГУЛЬКО : ну, уж не с таким скрипом.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Со скрипом. Мы всегда изображаем в этой парочке доброго следователя», но это очень хорошо, пока есть «злой следователь», США, «мировой жандарм». Если бы их не было, тут бы нам пришлось, по крайней мере, часть работы «злого следователя» брать на себя – просто по инстинкту самосохранения.
Л.ГУЛЬКО : ну, «злой следователя», с точки зрения нас…
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: С точки зрения Ирана.
Л.ГУЛЬКО : Хорошо. Никуда пока от нас не денется – я так надеюсь.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: естественно – куда ему деться?
Л.ГУЛЬКО : О борьбе с демократами — проблемы с петербургской партией «Яблоко» продолжаются — «Яблоко» проверяют на наличие экстремистской деятельности – это что? Это люди идут на закрытие? Григорий Алексеевич беседовал с Владимиром Владимировичем Путиным — много откликов я прочитал на эту тему в Интернете. Одни говорят, что Явлинскому светит должность, от которой он откажется или не откажется, Явлинский отдельно, «Яблоко» отдельно — к чему это все? Максим Резник арестованный, прокурорская проверка?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Меня удивляет только одно: я понимаю, что у нас нет никакой политики – ни внутренней, ни идеологической тем более — вообще никакой, — это все понятно. Но меня удивляет не Путин — Путин всегда молчит. Меня удивляет Явлинский. Явлинский претендует на роль демократического публичного политика – так расскажи, о чем вы говорил. Вы же не о ракетах говорили, не о шпионской сети.
Л.ГУЛЬКО : ну, он пытался вызволить Максима Резника.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Минуточку. Он сказал только вот эту крохотную часть — «я пытался». Явлинского вызвали в Кремль. Не сам же он позвонил Путину, сказал — я хочу с вами поговорить. Его вызвали. Его вызвали не для того, чтобы он говорил про Резника, правда? Значит, расскажите, Григорий Алексеевич. Вы – публичный, демократичный, либеральный – какой хотите, — ну и расскажите, о чем вы говорили, что за военные тайны? почему мы должны об этом узнавать косвенным путем? Я понимаю — когда беседуют два бюрократа, они помалкивают. Но когда беседуют один бюрократ, а один, так сказать, демократический либеральный политик – ну, расскажи. Что за тайны великие?
Л.ГУЛЬКО : На этом мы ненадолго прервемся, и после перерыва продолжим разговор и будем принимать ваши телефонные звонки.
НОВОСТИ
Л.ГУЛЬКО : Итак, третья часть нашего «Особого мнения» — Леонида Радзиховского вы сегодня слушаете, впрочем, как и всегда по четвергам. Так вот «Яблоко» — давайте договорим, что это такое? Это ликвидация движения, партии, — которая, в общем, слабенькая уже совсем. Потом кто — СПС? Что это такое? Зачистка демократического поля, обещанная когда-то?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Знаете, по-моему, это такое дурака-валяние властей.
Л.ГУЛЬКО : Строительство новых демократов?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Да какие там демократы?
Л.ГУЛЬКО : Недавно обсуждался наверху вопрос о том, что нам нужна оппозиция все-таки, конструктивная.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Знаете, есть такое выражение – когда кошке нечего делать, она начинает себя лизать в определенном месте. Я не хочу никого обидеть, но хочу сказать, что власти сделали большую глупость – они с такой энергией уничтожали этих самых демократов – зачистили поляну, закатали все в асфальт, а теперь не знают, что им делать – с кем бороться. Кого интриговать, кого разводить?
Л.ГУЛЬКО : А зачем сейчас-то? Нефть растет — чего нужно?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: А чем будут заниматься кремлевские политтехнологи?
Л.ГУЛЬКО : Строительством, нацпроектами.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Э, будут заниматься строительством языком нацпроектов — без вопросов. Будут заниматься строительством языком новых партий – без вопросов. Но более идеального повода для интриг, для борьбы… Кстати, могу поделиться со слушателями интересной информацией. Тут один отставной политтехнолог из фирмы Павловского – не хочу его рекламировать – написал в своем Живом Журнале в Интернете, что вот многие обвиняют Павловского, что Павловский провалил выборы на Украине, когда боролись Ющенко и Янукович. Ничего-то вы не понимаете, — пишет этот политтехнолог, — ничего он не провалил: если бы победил Янукович, то Павловский просто бы остался без работы по той простой причине, что победу Януковичу приписали бы себе какие-то кремлевские начальники, и не было бы образа врага. А вот когда победил Ющенко, то Павловский приехал на «оранжевом» коне в Москву и сказал — вот он, страшный образ врага, есть под что бороться, есть под что получать гранты, есть под что строить хитрые схемы – есть, чем заниматься. Вся-то наша жизнь – это разводки и борьба. Если нет с кем бороться, некого разводить, некого строить, нечего комбинировать — то многочисленная армия политтехнологов оказывается не у дел. А это ребята влиятельные. Поэтому теперь уже бывшие демократические партии превратились уже во многом в такие виртуальные политтехнологические проекты: то их открывают, то их прикрывают, то с ними борются.
Л.ГУЛЬКО : Ну и кого это должно волновать, по вашей логике?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Никого. Просто тех людей, которые под это получают деньги, возможности, какой-то пиар, это группа вполне определенная политтехнологов, окружающих власть, которая на этом делает свое дело. Только бизнес – ничего личного.
Л.ГУЛЬКО : Деньги – главное?
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Естественно. Бизнес – ничего личного. Демократы – отдельно, политтехнологи, которые занимаются борьбой с ними или построением их, или еще чем-то – отдельно. Это две не пересекающиеся сферы. Нынешние демпартии, старые, «Яблоко» и СПС, пребывают в таком состоянии, что реанимировать их, практически, невозможно. Может быть, снизу, в каких-то обстоятельствах, появится новое такое движение. Но любые демдвижения, которые из своей головы как Афина из головы Зевса — которые из своей головы порождает Кремль – это не более чем такие виртуальные образования, которые нужны только для обслуживания самих же тех чиновников, которые их по тем, или другим причинам, породили.
Л.ГУЛЬКО : Насчет «Яблока» и порождения Кремля – как-то тут не совпадает.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я не говорю, что «Яблоко» — порождение Кремля. Я говорю, что старые демпартии — «Яблоко» и СПС возникли сами, жили сами. Но сейчас они практически уже обнулились и превратились в виртуальные проекты. И Кремль с ними играет как в мячики. То их опускает, то пытается приподнять, то комбинирует – на сегодняшний день не эти партии — «Яблоко» и СПС порождения Кремля – нет, это были партии, которые возникли сами по себе. Но сегодня они настолько обескровлены, обессилены и обездвижены, что Кремль ими играет как какими-то виртуальными — не Кремль, а какие-то чиновники там.
Л.ГУЛЬКО : Политтехнологи, которые зарабатывают на этом деньги.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: да. А демпартии могут появиться сами, своим ходом, откуда-то снизу, но отнюдь не путем придумывания их в очередных кремлевских же кабинетах, что касается прессования и добивания «Яблока», то и такое возможно: питерское «Яблоко» в плохих отношениях с Явлинским. Если его окончательно пришибут, то это, как ни странно, усиливает позиции самого Григория Алексеевича в партии. Я вовсе не хочу сказать, что Явлинский имеет хоть какое-то отношение к прессованию питерского «Яблока» — разумеется, нет, вовсе нет, ни один нормальный человек его в этом обвинять не может, — само собой понятно. Но объективно, если это питерское «Яблоко» придавят, то это объективно может сработать на руку старым лидерам. Но я еще раз повторяю – все эти разборки не имеют никакого существенного значения.
Л.ГУЛЬКО : Попробуем послушать телефонные звонки.
СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Это Александр из Малоярославца. Я полностью согласен с Л.Радзиховским с его оценкой политики. Мой вопрос такой – почему такое неприятие запада у нас? Наша дружба с Ираном?
Л.ГУЛЬКО : Вопрос вечный.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Вечный, как российская история. Это давняя песня. Когда-то, во времена ледового побоища, запад представлял реальную угрозу для России, потому что тогда, как говорится, были приняты войны. Существовало такое понятие, как войны. А после того, как в 19 веке на западе возникли демократические страны, демократические страны, вообще говоря, сами ни на кого не нападают, потому что потерять 100 или 200 тысяч человек на войне – это неподъемная утрата.
Л.ГУЛЬКО : давайте не будем долго объяснять.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Я хочу сказать, что ситуация качественно изменилась. Инерция у людей осталась – наполеоновских войн, 1941 г., чуть ли не до Ледового побоища. После 1945 г. никакая война в Европе невозможна. НАТО представляет для России точно такую же опасность, как «Эхо Москвы», например.
Л.ГУЛЬКО : «Эхо Москвы» для НАТО.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: Да. Или как Красный Крест, или как что угодно другое. Это, кстати, недавно признал сам Путин, говоря, что расширение НАТо ведет отнюдь не к военной угрозе против России, а к тому, что НАТО пытается подменить собой ООН – то есть, чисто политический вопрос.
Л.ГУЛЬКО : А джинсы представляют самое страшное стратегическое оружие и заодно жвачка.
Л.РАДЗИХОВСКИЙ: И тут есть несколько очень важных моментов, и я бы хотел их подчеркнуть. Первое – российская бюрократия боится западного влияния. Потому что на западе власть бюрократии значительно меньше, чем в России. И если бы Россия приняла западную модель развития, — далеко не идеальную, и так далее, тем не менее – власть бюрократии в России уменьшилась бы – разумеется, российская бюрократия в этом не заинтересована. Это первое. Второе — российской бюрократии надо заменить зияющий вакуум внутренней политики хоть чем-то — об этом я уже говорил. Вместо этого зияющего вакуума подставляются придуманные проблемы, причем такие, которые а) привычны для людей: традиционный враг, б) льстят людям: мы такие великие и такие всем нужные, что Америка спит и видит с нами бороться. Вот это и есть – корыстное: нежелание перенимать западную модель и уменьшать свою власть и пиаровское, психологическое желание играть на слабых струнках народа — составляющая той антизападной пропаганды, которой только и живет нынешняя российская власть — в особенности на телевидении и тому подобных местах. Пропаганда эта полностью лживая — потому что нет никакой реальной военной угрозы. А если нет никакой военной угрозы – что вы болтаете о НАТО? Вообще забудьте о нем. Пропаганда эта крайне вредная, потому что имеет практическую цену – это не просто риторика — благодаря этим истерикам, этой грызне и ругани, например, сорвался замечательный проект, который в свое время предлагал никто иной, как Путин, проект, очень важный и нужный для России, а именно — про то, чтобы «Газпром открылся западу, а Запад открылся бы «Газпрому». Это был гениальный шаг к экономической интеграции с западом. Но в условиях идиотской ругани этот шаг сорвался – очень жаль.
Л.ГУЛЬКО : Это было «особое мнение» с Леонидом Радзиховским, мы ждем вас в следующий четверг. Спасибо всем, кто писал, звонил и слушал. До свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире