'Вопросы к интервью
В. ДЫМАРСКИЙ – Здравствуйте, в прямом эфире программа «Особое мнение», я ее ведущий Виталий Дымарский, сегодня мы работаем на пару с Семеном Новопрудским. Александра Архангельского отпустили в командировку, пусть набирается впечатлений, потом будет с нами делиться. Семен, какие у вас впечатления, давайте сегодня, знаете, как поступим?

С. НОВОПРУДСКИЙ – Добрый день, да.

В. ДЫМАРСКИЙ – Добрый день, во-первых, да. Сегодня давайте, знаете, как поступим, пока наши слушатели и зрители присылают нам вопросы, обычно я задаю, а сегодня вы задавайте тему, ладно, что для вас было самым главным в последние дни?

С. НОВОПРУДСКИЙ – Мне кажется, что случились, я не сказал, самым главным, случились, мне кажется, три очень показательные вещи, которые говорят, в каком виде мы имеем сегодня Россию. Одна вещь — это разгон гей-парада, сразу предупрежу…

В. ДЫМАРСКИЙ – Вопросы есть на эту тему.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Что я человек старомодной сексуальной ориентации, т.е. гетеросексуалист, чтобы не было никаких спекуляций на эту тему.

В. ДЫМАРСКИЙ – Все равно будут подозревать.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, вторая — это очень важная, знаковая сделка, фактически выход из бизнеса владельца «Северстали» господина Мордашова. И третья вещь — это законодательная инициатива законодательного собрания Тверской области, которое предлагает убрать графу «против всех» на федеральных выборах.

В. ДЫМАРСКИЙ – Это я заготовил как тему, которая меня больше всего заинтересовала.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Мне тоже кажется, что это очень важная тема, так что мы, в данном случае, наши вкусы совпадают, мне кажется, это очень важная вещь, потому что, в принципе, она достраивает ту систему отмены фактических выборов и превращение выборов в фикцию, которую мы наблюдаем последние годы.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, давайте мы еще об этом подробнее поговорим. Тогда в порядке поступления. Гей-парады, вы сказали? Сейчас я вам, сейчас, нет, подождите, у нас есть вопросы, вы что, все просто так, Александр из Москвы, это еще по Интернету нам пришли вопросы, почему католическая Европа и протестантская Америка не понимают, что то, что у них называется вершиной демократических завоеваний, в православно-мусульманской России зовется блудом и содомией? Зачем парламентарию из Германии, несмотря на запрет мэрии, все же понабилось принять участие в гей-шествии и т.д.? Римская империя пала по причине полного растления общества, неужели их история ничему не учит? Это одно мнение. Но это не все. Владислав из США нам пишет — господа, смотрел по ТВ бандитскую акцию московских властей по разгону демонстрации секс-меньшинств, не понимаю, зачем властям Москвы и православной церкви натравливать граждан друг на друга. Может, я не понимаю, задача церкви — защищать людей, а не натравливать их друг на друга и т.д. Вот два, так сказать, противоположных мнения.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, я согласен больше, конечно, со вторым. Во-первых, когда говорят про православно-мусульманскую Россию или про распад Римской империи, во времена Римской империи то, что сейчас называется нетрадиционной сексуальной ориентацией, было традиционной сексуальной ориентацией, начнем с этого, если быть исторически корректным. И Римская империя распалась точно совершенно не от того, что та ориентация была традиционной, т.е. это совершенно точно.

В. ДЫМАРСКИЙ – Или наоборот.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Не является причиной распада Римской империи.

В. ДЫМАРСКИЙ – Вообще, к империи отношения не имеет.

С. НОВОПРУДСКИЙ – По поводу православно-мусульманской России. Я не знаю, знают ли наши слушатели, но мусульманская цивилизация гораздо более гомосексуальна, к сожалению или, если считать, если вообще трактовать, чем цивилизация христианская, это вторая вещь.

В. ДЫМАРСКИЙ – К удивлению.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да. Третья вещь, сексуальная ориентация — это физиология, бороться с физиологией — это бесчеловечно. Я не говорю, что, действительно, любая церковь взывает к терпимости.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, Семен, тогда я все-таки встану, я все-таки для того, чтобы у нас была дискуссия, я все-таки встану на позицию тех людей, которым не нравится этот гей-парад. Хорошо, собственно говоря, ведь никто их не запрещает.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Запретили.

В. ДЫМАРСКИЙ – Нет-нет-нет, не запрещает вести ту жизнь, которую они ведут. Зачем парад, зачем демонстрировать себя и свои наклонности, традиционные, нетрадиционные, на весь мир, зачем?

С. НОВОПРУДСКИЙ – По этой логике, зачем, собственно, служить службы в храмах? 35-40 лет назад церковь запрещали точно так же, как сейчас светские власти, как сейчас светские власти пытаются запретить акции, эти люди таким образом хотят показать, что они такие же люди, как другие. Мы можем устраивать шествия «Наших», оно не запрещено, в ку-клукс-клановских балахонах, мы можем устраивать всякие акции молодежных организаций, всякие акции, я не знаю, спортивные. Эти люди хотят таким образом о себе заявить, они никого не бьют, они никого не трогают. Вам не нравится — не участвуйте в этом. Никто не заставляет представителей российской власти участвовать в гей-парадах, как это делают по причинам политкорректности или желания завоевать электорат в Европе.

В. ДЫМАРСКИЙ – Западные политики многие, да.

С. НОВОПРУДСКИЙ – У нас, конечно, безусловно, отношение к гомосексуализму и к гомофобии будет гораздо сильнее, чем в европейской цивилизации, в этом смысле мы, действительно, не Европа. Но то, что это шествие не угрожает ничьей безопасности, то, что это шествие никоим образом не дискредитирует Россию, то, что на этом шествии можно выгодно политически спекулировать во время председательства России в Совете Европы, говоря, что мы, в принципе, не поддерживаем это, но мы, тем не менее, вот, пожалуйста, мы придерживаемся европейских ценностей, что называется, по крайней мере, их не давим.

В. ДЫМАРСКИЙ – Кстати говоря, здесь тоже пришел вопрос и по поводу председательства в СЕ и запрета гей-парада, сегодня Сергей Лавров, министр иностранных дел, сказал, что ничего не имеем против, но акция не была санкционирована. Но, насколько я знаю, наш закон вообще носит уведомительный характер.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Об этом и речь, никто не должен был санкционировать.

В. ДЫМАРСКИЙ – Никто не должен был санкционировать, должны были просто принять к сведению.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Скажем, опять же, почему не проводят шествия, за гомосексуализм в Советском Союзе, например, сидел великий кинорежиссер Сергей Параджанов, т.е. понятно, что к нему могли…

В. ДЫМАРСКИЙ – Не только, я могу вам многих еще назвать.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Естественно, да, да, но, например, просто как один из примеров. Понятно, что эти люди, так или иначе, хотят показать, что они равноправные члены общества, в том-то все и дело, что поразительная вещь, у нас скоро гей-парад будет единственной не срежиссированной сверху акцией гражданского общества, это, на самом деле, как ни странно, показатель гражданского общества. Мы дожили до того, что у нас геи — чуть ли ни единственные люди, которые заявляют о себе не потому, что им сказали заявить в партии «ЕР», и не потому, что им сказали заявить о себе в администрации президента. Это же вообще смешно, вообще, когда церковь тратит свои усилия, чтобы развенчать книгу «Код да Винчи».

В. ДЫМАРСКИЙ – Фильм.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Когда церковь тратит, сначала книгу, потом фильм, да, когда церковь тратит усилия, причем.

В. ДЫМАРСКИЙ – Кстати говоря, я думаю, что создатели фильма «Код да Винчи» должны быть вообще церкви благодарны.

С. НОВОПРУДСКИЙ – И наоборот.

В. ДЫМАРСКИЙ – И католической, и православной.

С. НОВОПРУДСКИЙ – И наоборот.

В. ДЫМАРСКИЙ – Потому что сделать такую рекламу фильму.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Поразительным образом и те, и другие делают друг другу потрясающую рекламу, приобщают людей вообще к каким-то представлениям об истории христианства, может быть, люди узнают, что это такое, да, я извиняюсь, есть такой не очень приличный анекдот, я постараюсь его максимально прилично рассказать, что такое «Код да Винчи».

В. ДЫМАРСКИЙ – Пожалуйста, да, чтобы никаких замечаний.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Знаменитый, когда практикант справился с 4 или 5 классом на уроке географии, когда никто не мог с ним справиться. Когда директор спросил, как ему это удалось, я, говорит, он сказал — я пришел и спросил ребят, кто-нибудь из вас может натянуть гондон на глобус, и он сказал, тогда класс спросил, что такое глобус. На самом деле, может быть, некоторые люди начнут спрашивать, что такое христианство, это совершенно нормальная вещь, неужели кто-то думает, что один гей-парад или что один фильм способен поколебать устои веры в искренне верующих людях? А если люди не искренние верующие, так боритесь за их души, это совершенно задача церкви, бороться за души людей проповедью, задача церкви — убеждать их в божественном начале, это совершенно нормально. Это нормальная конкуренция. Да, сейчас мы живем в эпоху массовой культуры, и церковь в некотором смысле должна быть более, скажем так, попсовой, если раньше церковь была единственным, может быть, инструментом общения человека с культурой, в том числе.

В. ДЫМАРСКИЙ – Кстати говоря…

С. НОВОПРУДСКИЙ – Теперь просто есть другие инструменты.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я не знаю, помните вы, Семен, или нет, но в свое время была ведь в церкви такая история, что они долго не пользовались микрофонами.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, это принципиально.

В. ДЫМАРСКИЙ – Потом это было специальное решение, чтобы поставить микрофоны в церквях.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Католические рок-группы очень популярны, православная музыка становится гораздо более разнообразной. Это совершенно нормально, потому что, действительно, вызов времени, просто меняется среда вокруг, это совершенно нормально.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, тогда тема номер два, Мордашов, у нас эту новость преподали как такое слияние крупнейшей европейской компании с крупнейшей российской компанией. В моем понимании, может, я недостаточно хорошо разбираюсь в этих вещах, но я так понимаю, что Мордашов просто продал свою компанию этому европейскому «Арселору».

С. НОВОПРУДСКИЙ – Если сделка состоится в том виде, в котором она состоится.

В. ДЫМАРСКИЙ – За что получил, в качестве оплаты получил 32% акций.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, и место в совете директоров в качестве председателя, с тем, что треть мест будет у «Северстали», но при этом «Северсталь», вроде бы имея блок-пакет, на самом деле, пока, по крайней мере, по тому, как это обнародовано, глава совета директоров не имеет права голосовать против воли большинства, т.е. фактически он становится зиц-председателем совета директоров, господин Мордашов, т.е. у него нет особого голоса, у него голос, он будет подтверждать волю большинства акционеров.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я так думаю, что самое главное, что у него 32% акций.

С. НОВОПРУДСКИЙ – То, что сделал Мордашов, если вдуматься, то, что не удалось сделать Ходорковскому.

В. ДЫМАРСКИЙ – Это понятно.

С. НОВОПРУДСКИЙ – В некотором смысле, т.е., на самом деле, надо задуматься о том, почему российские миллиарды в эпоху…

В. ДЫМАРСКИЙ – Утекают, утекают на Запад.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Утекают, утекают, не факт, что господин Мордашов переедет, т.е. пока.

В. ДЫМАРСКИЙ – Утекают капиталы.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Он уходит из бизнеса, он становится частным человеком. И даже сейчас появились сообщения, что возвращается на российский рынок господин Абрамович, покупает 40%, появились сообщения, что купит, возможно, 40% «Евраз-холдинга». Можно помазать, что называется, что, так или иначе, либо он будет это покупать просто для государственной компании, т.е. просто потом перепродаст, либо если даже не будет покупать для государственной компании, он будет выполнять волю акционеров, которые, так или иначе, представляют государство. Т.е. будет таким же откупщиком, каким он был в свое время в сделке с Первым каналом, когда он, извиняюсь, выражаясь бизнес-языком, отжимал из этого бизнеса господина Березовского. Если даже люди, у которых хорошие отношения с российской властью, у господина Мордашова очень хорошие отношения с российской властью, выходят из бизнеса, это заставляет задуматься о том, до какой степени вообще крупный бизнес чувствует себя защищенным. Это очень важная вещь, прежде всего, потому, что в России основные рабочие места по-прежнему дают либо госструктуры, либо крупный бизнес. Крупный бизнес в России — один из важнейших работодателей. И это как раз очень тревожный признак. Если крупные компании не чувствуют себя защищенными, это очень большая социальная угроза, в том числе, потому что мы видим, с какими проблемами сталкиваемся сейчас в результате дела ЮКОСа, когда, допустим, «Сибнефть» перешла к «Газпрому», и 59% бюджета Омской области неизвестно, откуда брать, надо возмещать.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, ну что, тогда третья тема, уж извините, уважаемые слушатели и зрители, мы обязательно дадим вам слово и вашим вопросам прямым по телефону или косвенным через пейджер. А пока все-таки я хочу затронуть этот вопрос насчет, как известно, у нас же инициативы такого рода не наказуемы, а, наоборот, поощряемы, вряд ли они возникают случайно. Я просто хочу напомнить, что это региональная инициатива, очередная региональная инициатива изъять из избирательных бюллетеней графу «против всех».

С. НОВОПРУДСКИЙ – На федеральных выборах, потому что в регионах такое право дано, т.е. регионы сами выбирают, изымать, не изымать.

В. ДЫМАРСКИЙ – Сейчас мы и спросим Семена Новопрудского, это хорошо или плохо?

С. НОВОПРУДСКИЙ – Для России, мне кажется, это очень плохо по нескольким причинам. Во-первых, что такое сейчас графа «против всех», графа «против всех» — это единственная теоретическая возможность сделать так, чтобы выборы были признаны несостоявшимися в случае протестного голосования, если на каких-то выборах против всех голосуют больше, чем за каждого из кандидатов или за каждую из партий, если это выборы парламентские, выборы признаются недействительными. Во-вторых, голосование «против всех» в нынешних условиях, когда, строго говоря, в парламент проходит либо партия власти, либо те, с кем согласна партия власти, это единственная форма протестного голосования, потому что все, по большому счету, сейчас только партия власти. Ведь что происходит, если бы в России не было прецедента с партией «Родина», как партия «Родина», как ее сочли неконтролируемой оппозицией, ее просто не стали допускать до выборов. Если была бы уверенность, скажем, что все политические силы разного спектра, в том числе, те, кто находится в довольно жесткой оппозиции и в оппозиции, скажем так, не прикормленной к Кремлю, будут участвовать в выборах, тогда пожалуйста, тогда еще можно рассматривать этот вопрос. Хотя, с другой стороны, если вы отдаете, если вы эту графу убираете, во-первых, КС в прошлом году разрешил агитировать против всех, т.е. разрешил вести в нынешней ситуации, когда все, выстроена вертикаль власти, фактически против власти. Т.е. против всех, получается, против власти, естественно, поскольку «все», в данном случае, губернаторы уже назначаются, т.е. губернаторов от разных партий уже нет, все губернаторы, которые есть в России, это, так или иначе, либо просто уже назначенные, либо те, кто был избран. Но, так или иначе, не вызывает отторжения у партии власти. Т.е. все равно это партия власти. И получается, что остается одна форма протестного голосования, это брать бюллетень и забирать его с собой, потому что если вы просто не ходите на выборы, это переходит к победителю.

В. ДЫМАРСКИЙ – Подождите-ка, Семен, я вас сейчас тогда зачитаю, у нас на все случаи жизни есть мнение наших слушателей и зрителей. Велюров, инженер из Подмосковья, депутаты хотят убрать графу «против всех», я, например, за последние 6-7 лет всегда был сторонником именно этого пункта, меня хотят остановить, я просто-напросто поставлю большой жирный крест на всем бюллетене и призываю всех нормальных людей обязательно идти на выборы и поступить так, как я. Т.е. если не «против всех», т.е. будут люди просто, т.е. это значит, что бюллетени будут признаны недействительными.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, и об этом и речь, что даже если так сделать и забрать с собой бюллетень, более того, можно же не просто его испортить, а можно забрать, вброс бюллетеней, когда досрочное голосование, это два самых главных способов фальсификации выборов. Если власть в себе уверена, она не должна бояться протестного голосования. В России даже в самых мощных случаях, самого мощного протестного голосования, были случаи, когда по отдельным районам, округам, действительно, «против всех» побеждал. Но понятно, что на федеральных выборах нигде не победит «против всех». Понятно, что на президентских выборах нигде не победит «против всех» кандидат, этого не будет просто.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я думаю, что следующим шагом будет введение графы «за всех».

С. НОВОПРУДСКИЙ – По этой логике можно уже смело вводить графу не «за всех», надо знать, за кого, тут надо быть.

В. ДЫМАРСКИЙ – Нет, почему, можно, если список всех полностью из лояльных кандидатов.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Просто применительно к России это вещь, которая, кроме всего прочего, опять же, если вы хотите таким образом канализировать протест, то люди, которые против того, чтобы графу отменить, они сразу говорят, резонно совершенно, но хотя, на самом деле, нет прямой зависимости, говорят — в таком случае голоса отойдут к оппозиции, т.е. те, кто голосовал против всех, проголосует против власти. Хотя тот, кто голосует против всех, на самом-то деле, что это значит, он голосует против тех сил, которые представлены в бюллетене. Т.е. ему не нравится ни действующая власть, ни те кто ей оппонирует, это совершенно нормальная позиция.

В. ДЫМАРСКИЙ – Не так много там людей, не такой большой процент.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Таких людей, по самым большим…

В. ДЫМАРСКИЙ – 10%.

С. НОВОПРУДСКИЙ – 10-12%.

В. ДЫМАРСКИЙ – Максимум.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Это люди, которые все равно не решат проблему, даже если, допустим, для президентских выборов, не дай бог для власти, понадобится второй тур.

В. ДЫМАРСКИЙ – Да, кстати говоря, это ведь касается не только парламентских выборов, это касается и президентских выборов.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Естественно, т.е. как раз именно дело в том, что вообще эта инициатива касается федеральных выборов, потому что что касается регионов, регионам дано право по собственному усмотрению решать, будет ли у них графа «против всех» или не будет.

В. ДЫМАРСКИЙ – У нас, вы знаете, я здесь смотрю пейджер, у нас наши слушатели настолько и зрители настолько увлеклись проблемой гей-парада, что, в основном, об этом и пишут. Может быть, мы их немножко переключили на другую тему? Нет, все про гей-парад.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Это близкие темы к графе «против всех».

В. ДЫМАРСКИЙ – Это не то слово. Так, хорошо, тогда знаете, что, Ксения Собчак, о чем угодно пишут, только не о серьезных вещах, что же это такое, тогда давайте мы все-таки послушаем наши телефоны, мы успеем еще на пару-тройку звонков до перерыва ответить, да, есть ли у нас звонки? Есть. Слушаем вас, слушаем.

СЛУШАТЕЛЬ ИГОРЬ – Ваш уважаемый гость…

В. ДЫМАРСКИЙ – Откуда вы, Игорь?

СЛУШАТЕЛЬ ИГОРЬ – Подробно объяснил, почему Мордашов покидает бизнес в России, а как он объяснит, что «Северсталь» где-то за год до этого события купила два актива, это «Лючини», это итальянский производитель металлопроката, и «Стелко» в Канаде? Чем он объяснит, почему канадцы и итальянцы покидают свой бизнес и бегут в Россию?

В. ДЫМАРСКИЙ – Спасибо, Игорь, почему, вот вам, вот вам вопрос.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, как теперь оказалось, они не бегут в Россию, потому что, как известно, «Арселор» поглотит «Северсталь», таким образом, владельцем этого бизнеса будет «Арселор», который географически к тому же ЕС, т.е. итальянцы и канадцы вовсе не бегут в Россию, а, так или иначе, остаются.

В. ДЫМАРСКИЙ – Но год назад они этого не знали.

С. НОВОПРУДСКИЙ – В западном бизнес-поле. Во-первых, такие сделки, честно могу сказать, готовятся обычно если не год, то много месяцев, т.е., может быть, они и не знали, но, по крайней мере…

В. ДЫМАРСКИЙ – Инсайдерской информацией обладали.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Вполне возможно, что был инсайд.

В. ДЫМАРСКИЙ – Это во-первых, а во-вторых, я думаю, что здесь еще есть второй момент, т.е. я, во всяком случае, не знаю условия покупки этой итальянской и канадской фирм. Мы не знаем, на каких условиях, шли ли они в Россию.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Так естественно, что там, естественно, переноса производства по-любому не будет сюда, естественно, что производство будет там. И то, что российский бизнес покупает крупные бизнес-активы за рубежом, очень хочет это делать, это совершенно нормальная ситуация, это так и должно быть. Проблема в другом, что в России все крупные компании, которые здесь существуют, в том, что транснациональные компании, которые являются сырьевыми, и частных компаний в этом секторе становится все меньше, а государственные компании в силу того, как ведет себя государство, становятся все менее желательными покупателями. Т.е. если «Северстали» продали канадскую компанию, то, например, британскую компанию «Газпрому», как известно, продавать не хотят. И во многом не хотят из-за того, как себя «Газпром» ведет.

В. ДЫМАРСКИЙ – Кстати, еще там боснийцы вроде.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Как себя ведет «Газпром» на внешнем рынке, и люди понимают, что «Газпром» себя так ведет на внешнем рынке не сам по себе, а согласуя свою волю с политической волей государства.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, давайте еще один звонок послушаем. Добрый день, добрый вечер, алло, молчание было ему ответом. Так, это мы выключили, давайте мы дождемся еще одного звонка. Зачем люди звонят, когда и не задают вопроса, непонятно. Слушаем вас, нет, нет звонков. Хорошо, звонки, наверное, есть, но они то ли сейчас не проходят, тогда еще один вопрос нашего слушателя, пришедший по Интернету. Про гей-парад мы поговорили, про СНГ, кстати, Лена, пенсионерка с Кавказа, нам пишет — готов ли СНГ к цивилизованному разводу, почему до сих пор ни Грузия, ни Украина, ни Молдавия не подали документы на развод, хотя, подразумеваю я, хотела сказать Лена, пенсионерка, об этом многократно заявляли?

С. НОВОПРУДСКИЙ – Вообще, президент России сказал, совершенно справедливо, в свое время, это было чуть больше года назад, что СНГ, собственно, и создавался как клуб цивилизованного развода советских республик, что и произошло. Что такое документ на выход на выход из СНГ, в принципе, из СНГ пока официально из тех стран, которые его создавали, вышла одна страна, это Туркмения. Туркмения, она получила от ООН статус нейтрального государства и, соответственно, живет в своей диктатуре золотого века. Что касается выхода, я думаю, что если политический вектор не изменится развития, мы с вами доживем до момента, когда Украина, с меньшей вероятностью, но Молдавия и Грузия, с большей, подадут документы на выход из СНГ, это вполне возможно, притом, что главное…

В. ДЫМАРСКИЙ – А кто больше потеряет, СНГ или?

С. НОВОПРУДСКИЙ – Мне кажется, что СНГ вообще ничего не потеряет.

В. ДЫМАРСКИЙ – Или выходцы?

С. НОВОПРУДСКИЙ – Если честно смотреть на реальность, СНГ нет вообще, СНГ — это фикция. У СНГ единственное, что есть, это отсутствие визового режима, но применительно к Грузии нет и этого, потому что Россия в одностороннем порядке ввела визовый режим против Грузии, притом, что часть ее граждан, а именно жители Абхазии и Южной Осетии, большинство из которых имеет российское гражданство, не попадает под этот режим. Т.е. Грузия, например, если… Грузии и Молдавии для чего нужна Россия, здесь грузины и молдаване зарабатывают деньги, это место, где они работают, и сюда они поставляют товары. Если есть запрет на экспорт главных товаров в Россию. И если будет визовый режим не только с Грузией, но, скажем, и с Молдавией, то Грузия и Молдавия потеряют две единственных причины, по которым они остаются в СНГ, просто потеряют. Т.е. им надо будет, понятно, что им будет тяжело, им будет тяжелее, да, но им надо будет искать выход, потому что у них нет резона оставаться в СНГ, и эти резоны убирает российская власть сама.

В. ДЫМАРСКИЙ – Виталик из Москвы смешной довольно вопрос задает, на мой взгляд, почему бы Украине, если она не враг России, не предложить России в форме совместного предприятия увеличить поставки газа в Европу, это в интересах России, Украины и ЕС, если, конечно, Украина не задалась целью испортить отношения России и ЕС под (НЕРАЗБОРЧИВО) США. По-моему, вообще это не от Украины зависит.

С. НОВОПРУДСКИЙ – С одной стороны, мне кажется, что это, на самом деле, тем не менее, очень умный вопрос, потому что реально мы не знаем, кто именно поставляет газ через Украину в Россию, потому что судьба предприятия «Росукрэнерго».

В. ДЫМАРСКИЙ – Не в Россию — в Европу.

С. НОВОПРУДСКИЙ – В Европу, да, через Украину, поэтому вполне возможно, что там люди договариваются об увеличении поставок, и то, что Украина в свое время воровала российский газ, а таких обвинений, между прочим, в последние года полтора притом, что у власти Ющенко, уже не раздается, вполне возможно, что и поставляют. Так что я думаю, что договариваются. Недаром, что нынешняя украинская власть категорически просит пересмотра газовых соглашений.

В. ДЫМАРСКИЙ – Все равно Украине нечего предложить, в данном случае.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Естественно.

В. ДЫМАРСКИЙ – Кроме транзита.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, по-любому, да, газ будет российский, да.

В. ДЫМАРСКИЙ – Газ идет российский.

С. НОВОПРУДСКИЙ – В любом случае, да, она может договариваться в Россией, причем закулисно или не закулисно, но это будет только российский газ или газ туркменский, который Россия, в свою очередь, покупает и продает Украине.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, мы продолжим с вами разговор, уважаемые слушатели и телезрители, через несколько минут, сейчас у нас перерыв на новости и рекламу, а потом поговорим в прямом эфире, послушаем ваши вопросы, на которые отвечает сегодня Семен Новопрудский.

НОВОСТИ

В. ДЫМАРСКИЙ – Еще раз приветствую вас в прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» и телеканала RTVI, программа «Особое мнение», я Виталий Дымарский, наш гость сегодняшний — Семен Новопрудский. Александр Архангельский, сразу предупреждаю, еще раз предупреждаю, отъехал, поэтому его сегодня с нами нет, а мы продолжаем отвечать на ваши вопросы. Семен, Николай Иванович из Москвы — как вы относитесь к предложению Лужкова к объединению Москвы и Московской области, заодно и контрудар губернатора Московской области Громова, который предложил сегодня в ответ на это предложение Юрия Михайловича вообще лишить Москву столичных функций и построить новую столицу по типу Бразилии и т.д. Я думаю, что, на мой взгляд, это просто словесная перепалка, не более того.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Мне кажется, что это словесная перепалка, даже себе можно представить, хотя тоже пока не очень, либо перенос столицы из Москвы, либо размывание столицы при каких-то условиях, т.е. столица, разные органы власти в разных местах.

В. ДЫМАРСКИЙ – Какие-то структуры только что вроде в Петербург начали переводить.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, чем объединение Москвы и Московской области. Но вообще, в принципе, объединение Москвы и Московской области, если к нему подходить чисто арифметически, получается выгодно Московской области и менее выгодно Москве, потому что Москва — это…

В. ДЫМАРСКИЙ – Совершенно невыгодно Громову.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Само собой. Московская область не находится в первых 40 регионах по уровню жизни, точно совершенно, и потому, что когда Громов заступал, я точно помню, она была на 57 месте по уровню жизни среди регионов России. Сейчас я не думаю, что… она поднялась, конечно, но она несильно поднялась. Москве это, в общем, не особо выгодно, наверное.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я думаю, что раз Юрий Михайлович предлагает, значит, это выгодно.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Он может найти выгоду, но понятно, что…

В. ДЫМАРСКИЙ – Это монстр такой возникает.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, будет большая Москва, да, как угодно это можно называть, тем более, что Москва и так наступает на Московскую область постепенно. Но понятно, что ее не может всю, все-таки большая.

В. ДЫМАРСКИЙ – Есть административные границы, тем не менее.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Я думаю, что это, действительно, словесная перепалка, потому что никаких практических проектов нет, вряд ли они реально возникнут, т.е. это все так и останется на уровне разговоров.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я напоминаю нашим слушателям и телезрителям, что работает наш телефон, поэтому мы ждем ваших звонков, и вот они уже появились, будем отвечать, слушаем.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТАЛЬЯ НИКОЛАЕВНА – Я хотела спросить об обманутых инвесторах жилищных.

В. ДЫМАРСКИЙ – Это чья манифестация прошла на Горбатом мосту?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТАЛЬЯ НИКОЛАЕВНА – Нет, я вообще по сути дела.

В. ДЫМАРСКИЙ – По сути, хорошо, спасибо. Семен, что вы можете сказать по сути дела? Там вообще надо разбираться, скажем, в каждом случае.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Это очень сложный вопрос. Во-первых, надо разбираться в каждом конкретном случае, во-вторых, это та же самая проблема, которая, например, что закон о гарантировании банковских вкладов населению, любое участие в таком проекте, оно, во-первых, добровольно, т.е. ведь никто… тут в чем проблема.

В. ДЫМАРСКИЙ – Во-вторых, предполагает риски.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Во-вторых, предполагает риски и, в-третьих, если в каждом конкретном случае, тут есть вторая сторона вопроса вообще, если в каждом конкретном случае правительство будет что-то гарантировать, никто в этот бизнес не пойдет, т.е. вообще не будет возможности.

В. ДЫМАРСКИЙ – При этом есть и другая сторона вопроса, должны быть законы такие.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Об этом и речь.

В. ДЫМАРСКИЙ – Которые не допускают, не допускают таких ситуаций, вот и все.

С. НОВОПРУДСКИЙ – В России вся без исключения законодательная база, о чем говорят специалисты в один голос, особенно то, что принято в последнее время, что градостроительный кодекс, что новый жилищный кодекс, что еще всякие законы…

В. ДЫМАРСКИЙ – Они уже вроде как бы…

С. НОВОПРУДСКИЙ – Плюс так (НЕРАЗБОРЧИВО), которая сложилась, все является одним большим препятствием для того, чтобы в России бурно строилось жилье, притом, что предложение жилья уже сильно отстает от спроса, и спрос будет нарастать, т.е. жилье в России, притом, что есть национальный проект, становится все недоступнее.

В. ДЫМАРСКИЙ – Жилье в России больше, чем жилье.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Больше, чем жилье, да, каждая советская семья в 2000 г. не жила, как известно, потому что Советского Союза не было, в отдельной квартире. Проблема государства в том, что государство не создает условий. Но проблема обманутых дольщиков — это проблема, в которой государство виновато именно в части правил игры, но не в части того, что случилось с конкретными.

В. ДЫМАРСКИЙ – Но не в части конкретной игры, конкретных партий в этой игре.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, эту партию играют сами люди с частными.

В. ДЫМАРСКИЙ – Конечно, это фактически повторение, но немножко в другой форме тех же пирамид МММ, «Чара» и т.д.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, давайте послушаем еще звонки. Слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТАЛЬЯ НИКОЛАЕВНА – Вы знаете, я просто не закончила свой вопрос.

В. ДЫМАРСКИЙ – Ой, а вы еще на трубке? Вы еще не повесили трубку?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТАЛЬЯ НИКОЛАЕВНА – Да, я хотела спросить, все время говорят, что государство должно как можно меньше вмешиваться в бизнес, чем меньше государства, тем лучше. А когда их обманули, это была же чисто деловая сделка, теперь бросились к государству, чтобы государство полностью вернуло деньги.

В. ДЫМАРСКИЙ – Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТАЛЬЯ НИКОЛАЕВНА – Я как-то логики не вижу.

В. ДЫМАРСКИЙ – Спасибо, Наталья Николаева. Собственно говоря, как бы подтвердила.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Про это и говорили, но в России вообще упование людей на государство, несмотря на 15 лет относительно рыночной жизни или даже 20 лет, может быть, с момента первых кооперативов, по-прежнему огромное. Большинство населения уповает на государство как на кормильца, поильца.

В. ДЫМАРСКИЙ – По-моему, достаточно ясно Наталья Николаевна, если я не ошибаюсь, зовут нашу слушательницу, государство не должно вмешиваться в бизнес, государство должно определять правила игры для бизнеса, о чем мы говорили.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Да, у нас же государство ведет бизнес очень активно и при этом не определяет правил игры, меняет правила игры произвольно и не соблюдает те правила игры, которые само…

В. ДЫМАРСКИЙ – Которые само устанавливает.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Эти проблемы главные.

В. ДЫМАРСКИЙ – Еще один звонок, добрый день, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ ЮРИЙ – Так вот, возвращаясь к этим дольщикам, условно несчастным, условно самим виноватым. Во-первых, ваш же гость только что сказал, что если государство будет гарантировать постоянно всем все, то никто не пойдет в бизнес. Тут он что-то либо передернул, либо не понял, что сказал. Если государство будет гарантировать инвесторам, что они не понесут убытки, то в этот бизнес будет желающих вести куча, потому что и «Тойота», и кто там, «Фольксваген», каждый из них рад заручиться поддержкой государства, чтобы оно гарантировало.

В. ДЫМАРСКИЙ – Спасибо, спасибо.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Это поразительная вещь, конечно.

В. ДЫМАРСКИЙ – Так, господин Новопрудский, объясняйтесь.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Если государство будет гарантировать инвесторам, что они не понесут потерь, то это называется коррупция в чистом виде, потому что бизнес как раз и запрограммирован на то, чтобы получать прибыль, но при этом есть риск понести потери. Более того, строительный бизнес — это один из самых разорительных бизнесов по количеству разорений.

В. ДЫМАРСКИЙ – Банкротств.

С. НОВОПРУДСКИЙ – По количеству банкротств. Это очень рискованный бизнес везде по определению. Другое дело, что (НЕРАЗБОРЧИВО) прибыли могут.

В. ДЫМАРСКИЙ – Я понес свои деньги…

С. НОВОПРУДСКИЙ – Есть шанс срубить большие деньги.

В. ДЫМАРСКИЙ – Если провести аналогию, да, я понес свои деньги на фондовый рынок, скажем, и требую от государства, чтобы мне гарантировали, что я выиграю и там не проиграю.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Я уж не говорю, что я говорил про гарантии, скорее, собственно говоря, не тем, кто строил, а тем, кто вкладывал. При этом если государство будет гарантировать все инвестиции, это вообще не бизнес.

В. ДЫМАРСКИЙ – Так, попробуем еще один звонок, может быть, у нас другая тема, заинтересует слушателей и зрителей наших, слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬ АЛЕКСЕЙ (Москва) – Уважаемый Семен, вы один из первых заявили о том, что Ходорковскому после осуждения на зоне реально угрожает опасность жизни. Я тогда думал, что вы передергиваете, но после этого, через некоторое время после этого последовал инцидент с сокамерником (НЕРАЗБОРЧИВО), скажите ваше мнение, Ходорковскому через 5, через 7 лет дадут выйти оттуда живым? Спасибо.

В. ДЫМАРСКИЙ – Спасибо.

С. НОВОПРУДСКИЙ – Я думаю, как ни парадоксально, вопрос о жизни Ходорковского — это впрямую без всяких фигур речи вопрос о будущем России. Я бы причем обратно сказал бы, если Ходорковский выйдет на свободу, у России хорошее будущее. Если Ходорковский, не дай бог, с ним что-нибудь случится на зоне, у России очень плохое будущее. Пока никаких предпосылок к тому, что он выйдет на свободу, нет, потому что понятно, что нынешняя власть или те, кто сохранится, если это, действительно, будут преемники, никоим образом не заинтересованы в том, чтобы он вышел на свободу. Я повторяю то, что говорил, я в этом совершенно уверен, к сожалению.

В. ДЫМАРСКИЙ – Хорошо, этим вопросом мы постепенно будем завершать нашу программу. Я напомню, что это была программа «Особое мнение», вел ее Виталий Дымарский. Гостем нашим был сегодня Семен Новопрудский, мы встретимся с вами еще через неделю, не знаю, будет ли Архангельский, но, в любом случае, с вами, уважаемые зрители и слушатели, мы обязательно встретимся и будем вести наш разговор. Всего доброго, до встречи через неделю.

С. НОВОПРУДСКИЙ – До свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире