'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 01 ноября 2005, 19:08

О. БЫЧКОВА – Добрый вечер. В студии «Эхо Москвы» и телекомпании RTVi Ольга Бычкова. А с особым мнением у нас сегодня в гостях журналист Станислав Кучер. Добрый вечер.

С. КУЧЕР — Добрый вечер.

О. БЫЧКОВА – Ваши вопросы, реплики, мнения принимаются. Мы будем включать телефоны прямого эфира уже очень скоро. Но вначале несколько сегодняшних тем. Ну конечно, президент выступал, накануне давал интервью, вернее голландскими журналистам перед своим государственным визитом в Нидерланды. Как всегда в таких случаях сразу много тем было затронуто, и появилась пища для комментаторов. Для нас сегодня тоже. Есть еще несколько важных, но может быть чуть более мелких сюжетов. Ну и конечно послезавтра, нет послепослезавтра 4 ноября новый наш ноябрьский праздник. До сих пор не все знают, как он даже точно называется. Вы знаете, Станислав, точное название нашего государственного праздника?

С. КУЧЕР — Дело в том, что вместе с газетой «Русский курьер», которая периодически меняет главных редакторов, вернее ведущих редакторов номера, в данном случае они меня пригласили выступить в качестве ведущего редактора номера. Мы сидели с главным редактором Сергеем Фроловым, с его коллегами очень долго думали о том, как и что можно рассказать людям в канун этого праздника.

О. БЫЧКОВА – Станислав Кучер уходит от ответа.

С. КУЧЕР – Я рассказываю.

О. БЫЧКОВА – На прямой вопрос, как называется этот праздник. Садитесь, два — это называется.

С. КУЧЕР — Мы провели целый опрос в редакции, среди наших друзей, причем людей достаточно образованных, мало кто смог определить точно не потому как он называется, а почему он именно в этот день. Называется он День всенародного единения. Другой вопрос в том, почему именно 4 ноября. Дело в том, что 4 ноября формально, когда ГД принимала решение об учреждении такого праздника, она связывала это с окончанием смутного времени на Руси и с занятием войсками Минина и Пожарского Китай-города, то есть второй по величине крепости Москвы во время борьбы с поляками. Но, собственно говоря, в этот день крепость не была занята, были только начаты боевые действия. Никаких судьбоносных для страны решений и событий в этот день на самом деле не произошли.

О. БЫЧКОВА – А произошли они 7 ноября. Это было в другом году совершенно.

С. КУЧЕР — Другой вопрос что, например, 4 ноября это день празднования Казанской иконы Божьей Матери, то есть это большой православный праздник. Как мне представляется, депутаты просто решили, что 7 ноября нужно забыть, поскольку это плохая дата и вообще название День всенародного согласия и примирения тоже какой-то непонятный праздник, поэтому они решили, что нации нужно объединяться, она хочет очень объединяться, слово «единение», «единство» оно постоянно фигурирует в лексиконе наших политиков. Поэтому они решили придумать нам такой праздник. Предварительно забыв, как следует, конечно, объяснить народу, что же все-таки мы празднуем. Людям желательно знать, за что они поднимают рюмки.

О. БЫЧКОВА – А они будут поднимать рюмки-то?

С. КУЧЕР — Я думаю, что будут независимо от повода… Хотя наиболее любознательные они, конечно, будут пить за Минина, за Пожарского, то есть тостов прибавилось.

О. БЫЧКОВА – Этот праздник он как-то очень похож, собственно он имеет прямое отношение к поискам национальной идеи, которые ведутся уже не один год и как-то все не находятся. Теперь решили ей придать такое документальное оформление.

С. КУЧЕР — Совершенно верно. То есть если посмотреть на 4 ноября как на день единения, названный так, потому что именно в те годы, хотя война с поляками не закончилась 4 ноября 1612 года, она продолжалась как минимум до 1638 года. И событий было очень много. Ну, хорошо, если мы решили, что День освобождения России от иностранных захватчиков мы примем как 4 ноября 1612 года, то есть мы опять от кого-то освобождаемся. Непонятно вокруг чего, собственно, мы объединяемся. Мы объединяемся вокруг своей якобы соборности якобы православной.

О. БЫЧКОВА – Другими словами это называется – мы победили смуту. Это звучит достойно.

С. КУЧЕР — Но мы же смуту не в 1612 году…

О. БЫЧКОВА – Но все равно события связываются.

С. КУЧЕР — Бог с ним, хорошо, победили смуту и, слава богу. Просто проблема в том, что смута как выясняется, продолжается в России всегда, и она возвращается на круги своя регулярно. Так вот если говорить о национальной идее, то опять же, в газете «Русский курьер» мы об этом рассуждали с разными политологами, политиками, мы опрашивали людей, идеологов времен застоя, идеологов горбачевской перестройки. А впоследствии идеологов ельцинского режима, если таковые были типа Бурбулиса. И интересная мысль такая пришла в голову. Смотрите, у России на протяжении всей ее истории все-таки постоянно обозначались властью перед народом и обществом некие векторы движения. Чтобы народ понимал, и она власть знала, куда страна движется. При Иване Калите это была идея собирания земель русских под Московским княжеством.

О. БЫЧКОВА – Вряд ли была национальная идея. Это была идея Ивана Калиты.

С. КУЧЕР — Давайте не будем, неважно, как называть. Понимаете, национальная идея Ивана Калиты, было понятно, что наша страна, вот Москва стремится к объединению земель вокруг Москвы. И Москва является собирателем земель русских. Дальше, Иван III, Москва — Третий Рим, то есть преемственность великих держав прошлого. Петр I – понятно, европеизация России, прогресс.

О. БЫЧКОВА – Империя.

С. КУЧЕР — Да. Допустим, Николай I – манифест, соборность, православие, державность. Не ахти какая национальная идея, но, тем не менее, власть пыталась что-то дать понять. При, наконец, Николае II был объявлен манифест, созданный ГД  о демократизации своего рода России. При большевиках тоже понятно — равенство, братство. Да даже Хрущев – догоним, перегоним Америку. Насчет Брежнева не скажу. Не могу ничего вспомнить такого яркого. Хотя опять же глобальный проект типа поколения БАМа, целины были, но все время такое ощущение, мы  действительно опускались с точки зрения провозглашаемых идей и целей все ниже и ниже. И в итоге самое громкое, что у нас было на сломе веков, понятно, перестройка, гласность, демократизация, затем все на продажу, ельцинские времена, приватизация. И когда пришел Путин, когда все, кто ждал перемен, ждали некого, вот оно время для хорошего в хорошем смысле национального реванша, для новой экономической политики, для объединения чего угодно…

О. БЫЧКОВА – Станислав, понятно.

С. КУЧЕР — В этот момент мы оказались в полном безвременье и полном отсутствии каких-либо идей и планов на будущее. Единственный план – удвоение ВВП.

О. БЫЧКОВА – Я хочу сказать, что прервемся на несколько минут и вернемся в программу «Особое мнение».

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА – Мы начали говорить о после-послезавтрашнем новом ноябрьском празднике.

С. КУЧЕР — Который продлится как минимум до 12 ноября.

О. БЫЧКОВА – Да, конечно. Станислав уже выучил его название. Я еще не твердо его знаю. Но Станислав начал говорить о том, что мельчают с веками с годами, с десятилетиями национальные идеи, прежде всего, лозунги. И сейчас мы даже не то что не знаем, как праздник называется, но даже плохо себе представляем, с чего его едят. И неизвестно за что будут поднимать рюмку 4 ноября наши соотечественники. Кстати можно спросить об этом у наших слушателей и зрителей.

С. КУЧЕР — Пусть звонят, рассказывают, что делать будут.

О. БЫЧКОВА – Да, рассказывайте нам про рюмку 4 ноября. Завершите вашу мысль. Вы сказали о том, что…

С. КУЧЕР — Оля, я завершил свою мысль практически полностью. На момент когда мы ушли на новости.

О. БЫЧКОВА – То есть вы сказали о том, что сейчас…, как вы сказали?

С. КУЧЕР — Что сейчас понимаете, именно с приходом Путина и сейчас эта ситуация остается, самое время объявить в стране некий, уже устал это повторять, некий новый курс. Это не значит, что он должен быть новым курсом Рузвельта, но некую внятную программу, в которой будет понятно, чего мы хотим как государство в экономике, в политике, в идеологии и так далее. Сейчас у нас есть для этого все. У нас есть Стабилизационный фонд замечательный для проведения и тех самых реформ, для осуществления миграционной политики, заселения, если мы этого хотим, востока страны. Для создания новых рабочих мест и так далее. У нас есть все для красивой, новой хорошей политики. И для того чтобы дать надежду нашим согражданами и главное понимание все-таки, куда мы идем, где будут жить наши дети — этого нет. Этого никто не делает.

О. БЫЧКОВА – Я хотела сказать, что китайцы наши великие соседи они провозгласили уже довольно давно, больше 10 лет назад в качестве национальной идеи идею обогащения. Просто нужно богатеть, зарабатывать. И они не считают, что это мелкая идея, недостойная. И результаты, главное, на лицо.

С. КУЧЕР — Я знаю, что вы не очень любите с большой долей иронией относитесь, когда я в студии начинаю рассуждать о буддизме…

О. БЫЧКОВА – Так я просто боюсь, что вы увлечетесь.

С. КУЧЕР – Да, могу увлечься. Поэтому давайте я не буду вам читать лекцию, на чем основана идеология Китая, но, во всяком случае, обогащение это исключительно один из славных хороших лозунгов. Но если говорить о национальной идее и идеологии Китая, то она уходит корнями в тысячелетнюю историю, тысячелетнее прошлое. И сравнивать нас с китайцами невозможно ни по каким параметрам. Хотя бы, потому что их больше, размножатся они быстрее и представление о ценности человеческой жизни и о счастье у них совершенно другое.

О. БЫЧКОВА – Надо сказать, что тема 4 ноября национального праздника она…

С. КУЧЕР – Китаец, понимаете, он ездит на велосипеде, извините, и на своего председателя партия особо не ругается. Он его чтит, холит и лелеет. Хотя председатель против свободы слова и всего на свете. А вам, Оля, допустим, на велосипеде ездить мало. И Путина вы все равно не любите, потому что он не обеспечивает должную свободу слова на ваш взгляд в стране. Поэтому как можем сравнивать себя с Китаем.

О. БЫЧКОВА – Мне кажется, что когда в Китае, например, обеспечивают должный уровень ВВП и дают китайцу возможность работать, зарабатывать.

С. КУЧЕР — Вы были в Китае, Оля?

О. БЫЧКОВА – Нет, я не была в Китае.

С. КУЧЕР — Я вам очень советую.

О. БЫЧКОВА – Но есть же цифры.

С. КУЧЕР — Причем здесь цифры. Просто съездите, посмотрите. То, что на ваш взгляд является недостойным уровнем жизни, на взгляд китайца является абсолютно нормальным, хорошим достаточно…

О. БЫЧКОВА – Я говорю про уровень ВВП. Это вы сказали про удвоение ВВП.

С. КУЧЕР — А при чем здесь уровень ВВП?

О. БЫЧКОВА – Ну притом, что это объективное…Послушайте, вопрос от слушательницы Светланы Ивановны. Она сразу берет быка за рога, переходит ко второй теме, которая на самом деле имеет прямое отношение к первой. «Позволят ли власти выдвинуть кандидатуру в президенты страны не назначенному преемнику», — спрашивает Светлана Ивановна, вспоминает Касьянова и сомневается, что хватит у него ресурса до 2008 года. Действительно мы сегодня спрашивали в нашем «Рикошете» — может ли в России быть после 2008 года президент, не назначенный, не указанный Владимиром Путиным. И мнения разделились. То есть это говорит, в общем, о некой неопределенности.

С. КУЧЕР – В России все может быть. Вы не забывайте о том, что у нас до сих пор не было ни одного абсолютно законного всенародно избранного главы государства. Так — чтобы без вопросов. Этот человек пришел на выборы, он победил, его захотело большинство, все довольны, все счастливы.

О. БЫЧКОВА – Большинства, как мы понимаем, уже нигде не бывает. Ни в Америке в последнее время…

С. КУЧЕР — Дело не в том. В Америке есть система, есть традиции. Наша традиция заключается в том, что у нас всегда были преемники. Возьмем самодержавие, затем революция с новой властью, затем при коммунистическом, псевдо-коммунистическом режиме опять же преемники каждый раз. У нас же не было ни одного человека, который пришел бы к власти спонтанно или в результате выборов. То же самое практически произошло и после… Ельцин понятно, что Б. Н. Ельцин был избран всенародным президентом России. Что было потом, мы знаем с Советским Союзом, это тоже переворот. А единственный случай Ельцин, Зюганов. Кстати это был единственный случай, когда сумели объединиться демократы. Мы с вами, наверное, еще сегодня об этом поговорим. Что демократы в очередной раз собрались объединяться. Вот единственный раз, когда они объединились, был 1996 год. Но мы понимаем, что победа Ельцина на выборах 1996 — это, может быть, единственный случай в истории, когда действительно выборы, хотя коммунисты и сейчас готовы спорить о том, насколько они справедливы были. И дальше Владимир Владимирович Путин — преемник Ельцина. Поэтому у нас не было прецедента. Поэтому вероятность того, что у нас будет президент в 2008 году не преемник, она, безусловно, чрезвычайно мала. И зависит все от тех, кто хочет этой самой новой демократической традиции. Вот если они смогут действительно объединиться и предложить народу что-то, тогда будет такой преемник. Если не смогут, во что я пока слабо верю, значит, у нас будет преемник. И мы рассуждаем только о том, будет хуже преемник или лучше. Будет он либерал или…

О. БЫЧКОВА – Здесь как минимум два фактора должны играть свою роль. С одной стороны смогут ли объединиться демократы реально, выдвинуть реального кандидата, за которого сможет проголосовать реальное количество избирателей.

С. КУЧЕР — Такого реального кандидата.

О. БЫЧКОВА – Да, реального. Такого кандидата. Это одна проблема. Но есть же еще другая проблема. Будут ли созданы условия, для того чтобы этот кандидат действительно был вписан в бюллетени.

С. КУЧЕР — Секундочку, давайте так…

О. БЫЧКОВА – То есть…

С. КУЧЕР — Либо смогут…

О. БЫЧКОВА – Подождите.

С. КУЧЕР — Либо смогут найти кандидата, либо будут ли созданы условия. Кто эти условия должен создавать?

О. БЫЧКОВА – Власть должна создавать эти условия.

С. КУЧЕР — Да вы что. Серьезно, что ли?

О. БЫЧКОВА – Конечно. Создаст ли она условия для демократического волеизъявления.

С. КУЧЕР — Я считаю, что власть нам ничего с вами абсолютно не должна. Какие она должна создавать условия. Задача власти это, извините, контролировать общество в любой стране. Задача власти подавлять любые демократические настроения.

О. БЫЧКОВА – А слушатели и зрители…

С. КУЧЕР – Кроме, может быть…, еще раз говорю, большой, большой демократической традиции. Но даже тот же самый любимый нами Рузвельт, которого называют диктатором Америки, делал все во благо страны, но очень часто и нарушая Конституцию, и вопреки настроениям очень многих. Другое дело, что он сумел убедить народ, что это ему нужно. Поскольку разговаривал с ним честно и открыто, чего нашей власти не хватает.

О. БЫЧКОВА – Наши слушатели между тем и зрители присылают нам ответы на вопрос, что они собираются делать 4 ноября и как они к этому вообще относятся и насчет рюмки. Вот Светлана Александровна пишет: «Очень рада, что появился праздник 4 ноября в честь победы над польскими захватчиками, которые неоднократно причиняли нам очень много зла. Эту победу надо отмечать и напоминать, что поляки очень плохо всегда относились и к Украине». Если бы Светлана Александровна не была дамой, я бы спросила у нее с ужасом, сколько же вам лет, Светлана Александровна, если вы все так ярко помните.

С. КУЧЕР — Лучше на самом деле, только что возникла идея, как-то мелковато – день освобождения России от  польских захватчиков. Честно мелковато. А еще можно отмечать, допустим, проигрыш в советско-финской войне. Проще взять уж тогда какую-то глобальную дату. Давайте отмечать тогда, например, освобождение от татаро-монгольского ига, день Куликовской битвы. 8 сентября да?

О. БЫЧКОВА – Были предложения, и про 1812 год тоже вспоминали.

С. КУЧЕР — Французы тоже, посмотрите сейчас на французов, ну что это такое. Как их называют – куртизанки Европы, прошу прощения. Но, тем не менее. Нет, нам нужен большой серьезный мощный враг. Победа в Великой Отечественной войне это святое, поэтому уже есть на эту тему национальный праздник. Так что, можно подумать, что-то связанное с Америкой. День Карибского кризиса. Еще что-то.

О. БЫЧКОВА – Послушаем мнения наших слушателей и зрителей по поводу 4 ноября и не только. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Сергей из Москвы. Реплика. Путин же вчера сказал, куда мы идем. Рано или поздно мы придем в Европу. Но почему-то он говорит это на внешнюю аудиторию. А мы-то не знаем, куда идем. Когда он нам скажет. Это так реплика. А вопрос такой. Как он оценивает объединение демократических сил?

О. БЫЧКОВА – Спасибо большое.

С. КУЧЕР — Мне кажется, наш слушатель позвонивший говорит о том же. Что для внутреннего… мы не слышим как раз, если мы делаем какие-то большие заявления и пытаемся объяснить, куда мы идем, мы это пытаемся объяснить иностранцам. Хотя в первую очередь нам надо навести порядок у себя дома.

О. БЫЧКОВА – Потому что иностранцам это объяснить проще.

С. КУЧЕР — Иностранцами проще. Мы за демократию и порядок – иностранцы успокоились.

О. БЫЧКОВА – Они говорят: «спасибо большое».

С. КУЧЕР — Голландцам вообще объяснять очень просто. Но если возвращаться к теме демократов, то честно у меня огромные сомнения в том, что демократы в том виде, в котором они сегодня заявили о своем намерении объединиться, что они действительно смогут представлять собой серьезную политическую силу. Потому что при всем уважении к Г. А. Явлинскому я не считаю, что он сейчас является той фигурой, которая сможет объединить, за которым пойдут. Он, может быть, и может быть такой фигурой, но не пойдут за ним остальные демократы. Я просто знаю демократов, они больше любят демократию в себе, вернее себя в демократии, перефразируя Станиславского, чем демократию в себе или у себя на родине. Поэтому демократ в этом плане и в этом причина их поражения перед теми же самыми коммунистами, левыми, чекистами, кем угодно. Они все слишком умные. Все слишком себе на уме. Поэтому Рыжков никогда не объединится с Явлинским, тем более Немцов. Тем более Хакамада. Пытались, объявляли, но ничего у них на самом деле в этом плане не получится. Нужны абсолютно новые люди для этого.

О. БЫЧКОВА – Сейчас прервемся на несколько минут.

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА – Мы продолжаем нашу программу. Прежде вопрос об одном из важных событий международной политики, сегодня и вчера это продолжается. Александр из Молдавии задает его. «Неопределенность позиции России в отношении Сирии, как в свое время было в ситуации с Югославией и Ираком,  — он считает, что – это говорит об отсутствии у нее четкой внешнеполитической стратегии». Это одно мнение. А другое мнение, например, от Эмиля Кеслера из США наоборот: «Какова итоговая экономическая выгода России от торговли с Сирией, если Россия списывает (или уже списала) значительную часть сирийского долга?» Вся эта ситуация вокруг Сирии, российская позиция. Совет Безопасности и ООН вчера и сегодня обсуждал этот вопрос.

С. КУЧЕР — Вы знаете, я не готов очень глубоко с оценкой всех, допустим, деталей нашего сотрудничества с Сирией обсуждать эту проблему, поскольку просто не эксперт, не хочу выступать в роли человека, который судит, о чем не знает. Но что касается позиции России по отношению к тем странам, с которыми она хотела бы иметь дело, то совершенно очевидно, что эта позиция сейчас находится в процессе очень серьезной переработки. Фактически наша внешняя политика очень часто сегодня выглядит в форме котлетного фарша, у нее вроде есть идея, потом эта идея запихивается в некую мясорубку, прокручивается, и на поверку мы имеем совершенно не тот стейк, который хотели, а какую-то непонятную котлету. Это относится не только к Сирии, ко многим совершенно сферам. Мы с вами говорили в этой студии о Северном Кавказе, о Грузии, о, допустим, странах Средней Азии, государствах, в которых мы, с одной стороны, хотим сохранить свое влияние, с другой стороны, как только мы что-то делаем жесткое, независимое и пугающее наших друзей американцев, тут же к нам прилетает Кондолиза Райс, и быстренько расставляет все точки на «i», объясняя нам, где мы не так себя повели. Либо наоборот — заручаясь нашей поддержкой, если им поддержка вдруг срочно необходима. Но понятно, что наша внешняя политика сегодня это политика последние 4 года, по крайней мере, очень крепко завязана на политику США. И мы в данном случае являемся ведомыми, а не ведущими. У нас есть свои соображения, сейчас говорю про Министерство иностранных дел, про президентскую администрацию, о том, с кем мы должны дружить, а с кем имеет смысл пока не дружить. Но это спрятано достаточно глубоко. То есть, у нас нет внешнеполитической стратегии, нет ни опять же четко очерченных внешнеполитических целей, ни проработанных механизмов того, как мы можем эти цели защищать. Мы постоянно вынуждены лавировать, чтобы не обидеть США, с которыми стратегически дружим.

О. БЫЧКОВА – Чтобы не обидеть США это с одной стороны, а с другой стороны, чтобы не обидеть старых советских друзей типа Сирии или Ирана. С которыми тоже лавируют.

С. КУЧЕР — Конечно. Естественно мы находимся между этих двух огней. Точно так же как в ситуации с Ираком, вы прекрасно помните, мы на всех уровнях говорили против этой войны, против вторжения. В итоге мы оказались все-таки за вторжение. Сегодня мы поддерживаем полностью американскую полицейскую операцию в Ираке. Я думаю, что в отношении Ирана если нас дожать, если американцы однажды захотят вторгнуться в Иран, условно говоря, я пока не очень в это верю, но, тем не менее, то я думаю, что мы будем вести себя примерно также. То есть сначала мы сейчас говорим, что да, мы в Бушере строим электростанцию, не более того, никаких материалов для строительства атомной бомбы мы в Иран не направляли. Если американцы, ни приведи Господи, туда войдут, то я не исключаю, что через какое-то время какой-то наш лидер возьмет и обнародует данные о том, что нет, все-таки мы чем-то, наверное, Ирану когда-то помогали. Даже если это не будет соответствовать истине.

О. БЫЧКОВА – Чем вы это объясняете?

С. КУЧЕР — Это политика слабого государства.

О. БЫЧКОВА – Это слабость физическая или моральная. Физическая, в том смысле, что нет такой экономической военной и прочей мощи.

С. КУЧЕР — В здоровом теле здоровый дух. И наоборот. Если у человека слабая психика, то со здоровьем у него тоже будет не все в порядке в итоге.

О. БЫЧКОВА – Послушаем звонки. Ало.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Владимир, я из Нью-Джерси. У меня такой вопрос. До перестройки экономика России жила только за счет сырьевых ресурсов. Я не могу понять, почему, то же самое происходит сейчас, в частные руки отдали, прямое отторжение экономики российской.

О. БЫЧКОВА – То есть…

С. КУЧЕР — Я вторую часть вопроса не услышал.

О. БЫЧКОВА – Да, там были какие-то сбои. Короче говоря, что раньше было и сейчас точно также.

С. КУЧЕР – Да. Так в чем вопрос-то?

О. БЫЧКОВА – Вопрос в этом. Почему?

С. КУЧЕР — Что почему?

О. БЫЧКОВА – Почему передали в частные руки, мне подсказывают.

С. КУЧЕР — Давайте этот вопрос…, потому что у нас изменилась страна, потому что развалился Советский Союз, мы решили стать современной страной западного экономического направления. Сейчас происходит этот процесс. А вопрос, почему мы такие ленивые вообще не развиваем собственную промышленность, хотя имеем для этого за счет этих самых сырьевых ресурсов все что угодно, он остается открытым. Почему мы и тогда жили только за счет сырья и сейчас продолжаем жить только за счет сырья.

О. БЫЧКОВА – Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Олег из Санкт-Петербурга. Я хочу узнать, будет 4 ноября военный парад на Красной площади по случаю победы над поляками и салют тоже в честь победы предусмотрен, я не понял.

С. КУЧЕР — Я думаю, в Варшаве будет парад по этому поводу большой.

О. БЫЧКОВА – И в Вильнюсе…

С. КУЧЕР — По всей Прибалтике прокатится акция дружбы.

О. БЫЧКОВА – Еще один звонок. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Виктор. Вы знаете, такая ситуация насчет объединения демократических сил. Конечно, хочется и я в принципе демократически настроенный человек, но если лидера выберут Касьянова, не знаю, вряд ли это будет объединение, тот демократический лидер, которого некоторые люди ждут, и которых не устраивает Путин.

О. БЫЧКОВА – Но это для вас вопрос объединения демократических сил или вопрос лидера все-таки?

СЛУШАТЕЛЬ – Вы знаете, вопрос лидерства, наверное, все-таки. Учитывается, что в нашей стране роль личности она всегда стояла на первом месте и в принципе нужна личность и вокруг этой личности, по всей видимости…

О. БЫЧКОВА – То есть вы пока не видите?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, абсолютно. И хочется, поэтому, когда слушаешь…, в принципе, конечно, безусловно, некоторым обидно за страну, но лидеров со стороны демократического лагеря ну просто…

О. БЫЧКОВА – Ясно, спасибо вам большое за это мнение. Собственно вас остаются считанные секунды прокомментировать.

С. КУЧЕР — Я все-таки оптимист и считаю, что либо демократы найдут такого человека, я имею в виду нового человека, у нас еще на самом деле очень много времени, либо либеральное крыло президентской администрации, договорившись с теми самыми демократами, найдет такого преемника.

О. БЫЧКОВА – Проявит человеческое лицо. Спасибо большое Станиславу Кучеру. Это была программа «Особое мнение». Спасибо всем нашим слушателям и зрителям за их вопросы.



Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире