'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 06 октября 2005, 19:05

Л. ГУЛЬКО – Сегодня свое особое мнение высказывает журналист Леонид Радзиховский. Добрый вечер.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Здравствуйте.

Л. ГУЛЬКО – Начнем мы естественно с новых обысков в ЮКОСе, и в Голландии в дочерних компаниях ЮКОСа тоже проводятся обыски. Нидерланды вместе с Россией.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Российская прокуратура проводит?

Л. ГУЛЬКО – Российская прокуратура совместно с прокуратурой Нидерландов. Плюс пришла новость последних часов. Адвокат Михаила Ходорковского Ольга Артюхова лишена адвокатского статуса, как сообщили в четверг в Главном управлении федеральной регистрационной службы по Москве. Соответствующее решение о прекращении статуса адвоката принято советом адвокатской палаты. Накануне очередного слушания дела Ольги Артюховой в Пресненском районном суде Москвы о прекращении ее статуса адвоката, она подала в совет адвокатской палаты Москвы личное заявление о прекращении ее статуса с 3 октября нынешнего года. Естественно было принято решение. Давайте с этого и начнем.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вы знаете, я также мало понимаю в этих обысках как в том, почему Артюхова добровольно отказалась от статуса адвоката. Это для меня в высшей степени странно, но мне кажется, что единственный ответ можно получить у нее самой, если она склонна говорить, пригласить ее на «Эхо» и спросить, почему она вдруг отказалась сама от статуса адвоката.

Л. ГУЛЬКО – Я думаю, что так и будет, конечно.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Наверное. Нелепо мне выстраивать предположения по поводу живого человека. Пусть она сама расскажет. Что касается обысков, то пригласить Вешнякову на «Эхо» вы едва ли сможете, то есть вы сможете, но вряд ли она придет и вряд ли она скажет плюс что-то к тому, что она говорила уже много раз. Поэтому я думаю, что официальная версия та же самая – тебя посодют, а ты не воруй. Если считать, что есть во всей той истории какие-то подводные камни, то я, честно говоря, в некотором недоумении. Лежит труп, чего в него делать контрольный выстрел за выстрелом. Что, надо списать патроны что ли. Пока не разрядишь три обоймы, патроны не спишут. Не очень понятно.

Л. ГУЛЬКО – Газеты высказывают свои предположения, поскольку я их с утра читал в эфире, практически все говорят об этом, что это сделано специально, чтобы предъявить новые обвинения и чтобы Ходорковский и Лебедев остались в Москве, а не были отправлены на зону.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Послушайте, это же все-таки не каменный век, это не царская Россия, когда Ленин в Шушенском занимался партийной перепиской, книги писал. В колониях контролировать Ходорковского и Лебедева я думаю… я понимаю, что у нас паршивая вертикаль власти, что у нас нет никакой вертикали власти, что у нас слабая власть. Но какая бы они ни была слабая, все-таки проконтролировать двух людей, наверно, можно в любой колонии, тем более, если уж власть у нас обратно пропорциональна расстоянию от Москвы, чем дальше, тем слабее власть, ну так не отправляйте их далеко. Отправьте их в колонию в пределах окружной железной дороги. Чепуха это. Я не верю, что невозможно их проконтролировать вне Москвы, это какой-то бред. Я думаю, что здесь либо просто бюрократическая инерция самого дела, то есть, выражаясь штилем высоким – продолжается отправление правосудия. Или чья-то мелкая или не мелкая личная месть кому-то.

Л. ГУЛЬКО — 7 млрд. долларов или миллионов…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — 7 млрд. называют, но назвать же можно и 7 триллионов. Или кто-то с кем продолжает сводить счеты или паранойя неких власть предержащих граждан так велика, что они до сих пор считают, что Ходорковский и его организация «Открытая Россия» представляют какую-то политическую силу, политическую опасность. Они уже вытоптали поляну, они ее закатали в асфальт, теперь они по третьему кругу по этому асфальту пускают танки. В общем, мне логику эту понять трудно. Насколько я знаю, я бывал в «Открытой России», абсолютно никакой политической силы она не представляет, никакой даже потенциально мельчайшей опасности для Кремля она не представляет. Поэтому это вообще все напоминает старый анекдот про хирурга, который удаляет аппендицит, разрезал живот, аппендицит найти не может, и тогда он в бешенстве хватает нож и начинает кромсать как угодно наискось живот пациента и кричать: не получается, не получается, не получается…

Л. ГУЛЬКО – Истерика.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Да, вот как-то так. Хотя у них вроде все получилось, так что опять непонятно.

Л. ГУЛЬКО – К нам пришли вопросы на интернет-сайт. Сергей Козловский журналист из Саратова. «Уважаемый Леонид! У меня шутливое и вместе с тем вполне серьезное предложение: нельзя ли поменять Адамова на Ходорковского, — в одной из ваших публикаций в «Независимой газете» вы параллельно сравниваете, — в смысле, американцы отпускают в Россию Адамова, а мы — на свободу Ходорковского. Спасибо, Сергей Иванович».

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Вы знаете, шутить можно на любую тему. Я не уверен, что это так уж смешно Ходорковскому и Адамову. Менять их не в интересах ни России, ни Америки. Америке даром не нужен Ходорковский. Нефть нужна. Но нефть и Ходорковский это далеко не одно и то же. А России я думаю, даром не нужен Адамов со всеми его секретами. Адамов не входит в близкое окружение Путина, и вообще надо сказать, что героических действий по поводу Адамова что-то Россия особо не предпринимает, насколько я могу заметить. Следовательно, Адамов со всеми его великими секретами России не слишком необходим. А Америка, наверное, хочет таким образом оказать какое-то давление на Россию по поводу иранской сделки. Но видимо Россия считает, что это давление для нее не опасно. По поводу Адамова у меня еще такая есть мысль. Довольно любопытная, как мне кажется. Адамов всю жизнь занимался тем, формально, во всяком случае, что выколачивал деньги из бюджета, чтобы делать водородные бомбы, начинку для ракет, в общем, ковал оборонный щит родины. И вот Адамов попал в тяжелое положение. Ну и как, помог ему тот оборонный щит, который он так тщательно ковал. Оборонил его этот щит. На это можно сказать, что за глупости, что же мы мировую войну начнем из-за ареста одного Адамова. Но на это есть другой вопрос: скажите, а этот оборонный щит, эти бомбы и ракеты помогли уже не Адамову, а самому Советскому Союзу в 1991 году. Сильно помогли или нет. И еще. Страны, у которых нет ракетно-ядерного щита, но есть нефть, например, Венесуэла или Азербайджан или Казахстан они что оккупированы, они находятся в очень сильно уязвимом положении? Это к вопросу о том, насколько осмысленна вся деятельность по созданию ракетно-ядерных щитов.

Л. ГУЛЬКО – Пришло сообщение оно мало что, честно говоря, объясняет. Что Ольга Артюхова подала свое заявление о лишении ее адвокатского статуса из-за личных соображений. Ну, личные они и есть личные. Вопрос, который пришел к нам на пейджер. «Как вы расцениваете решение Шендеровича баллотироваться в Мосгордуму по Университетскому округу Москвы?» — Ласло.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Тут много разных аспектов есть. Но вообще журналисты это не самый дружный, насколько мне известно, корпоративный цех. Поэтому к творчеству Виктора я отношусь, скажем так, без большого восторга. Опять же я с одной стороны понимаю, что такое творчество, то есть партийно-заточенная сатира объективно нужна, ну хотя бы, потому что на этой поляне довольно мало людей стоит. Слишком много Путина лижет людей, не щадя языка своего. Кто-то должен же и покусывать. Поэтому объективно деятельность Виктора полезна. Но когда слушаешь некоторые его «Сырки», они не очень с моей точки зрения не слишком вкусные. Например, простой пример, Путин выступал с этим своим злосчастным обращением. Значит, выступил плохо, что это за барство, что это за царство и так далее. Не выступал бы – тоже плохо, не общается с народом, ладно. Путин ничего не сказал о коррупции. Как он мог не сказать о самой страшной проблеме в стране – плохо. Но если бы сказал, выяснилось бы, что опять плохо, сказал недостаточно, сказал плоско, сказал не так. Если бы сказал, что надо проверять доходы чиновников — опять плохо, лицемерит. То есть, короче говоря, я хочу сказать, ответ в задачке всегда известен. Путин всегда виноват, потому что он виноват по определению. Еще раз повторяю, этот жанр нужен, сатира такая заточенная, несправедливая, необъективная необходима, потому что слишком много языков лижет, и кто-то должен покусывать. Но когда ее слушаешь, то бывают некоторые…, внутренне так иногда усмехнешься, все это слушая. Но это его творчество.

Л. ГУЛЬКО – Возможно же это доведение ситуации до абсурда, когда показать людям, ну абсурд…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Еще раз говорю, гипербола, сатира. Оса она жалит, соль она соленая. И несправедливо говорить: слушайте, пусть эта соль будет чуть-чуть еще сладкой. «Нам нужны подобрее Щедрины и такие Гоголи, чтобы нас не трогали». Вечное желание власти. Вот Виктор не добрый. Он злой, он желчный. Он иногда более злой, чем талантливый с моей точки зрения. Иногда более злой, чем смешной. Но как я отношусь к его выдвижению. Хорошо отношусь. Если бы я жил в этом округе, с удовольствием за него проголосовал. Почему – иногда говорят, прошли те времена, это еще один наш коллега говорил на «Эхо Москвы», прошли те времена, когда не профессионалы, в том числе писатели участвовали в деятельности парламента, теперь там должны сидеть профессионалы. Это ерунда, дорогие товарищи. Во-первых, там сидят такие профессионалы законотворцы как Жириновский и Митрофанов. Я не знаю, в чем они профессионалы, в порнографии или еще в чем-то, но уж точно, что не в законотворчестве. И Виктора, как бы я к нему ни относился, я рядом с этими… не поставлю. Это первое. Второе. Там сидят вполне нормальные люди, но тоже уж совсем не законотворцы. Карелин борец знаменитый и так далее. На это могут сказать: ну и плохо, что сидят, должны сидеть только законотворцы. Зачем же увеличивать количество плохого. Теоретически согласен, практически нет, не согласен. От того, что будет 449 депутатов плюс один Шендерович, как вы сами понимаете, абсолютно ничего не изменится. Никаких законов он не пропихнет, и любой депутат одномандатник, избранный от этого округа, например, такой высокий законотворец и такой замечательный профессиональный юрист как Станислав Говорухин, которого по этому округу выставляет «Единая Россия», тоже никаких законов не примет. Поэтому практического смысла, сидел бы на этом стуле юрист, астрофизик, священник или глотатель шпаг, никакой разницы не будет. Но это символ. И Виктор, конечно, хоть в какой-то степени это стоячее болото там бы немножко взбаламутил. Раз. Второе. У него появилась бы почва для наблюдений. И я думаю, что услышали бы много смешного и интересного про всю эту лавочку. И это тоже неплохо. Наконец третье, сами эти выборы в исполнении Виктора это такое реалити-шоу. Он это не скрывает. Ему это надо для раскрутки, для пиара такое шоу. Ну и что, нормальное хорошее дело. Поэтому если бы туда баллотировалось двести Шендеровичей, то я бы крепко подумал, голосовать за них или нет. За одного Шендеровича, несомненно, проголосовал бы. И самое главное, все могут расслабиться и успокоиться, что бы там ни было, Шендерович в Думу не попадет, я думаю, он это прекрасно понимает, а в шоу и пиаре участвовать хочет, это его вполне нормальное законное желание. А в Думе знаете как – а в гостинице «Советской» поселился мирный грек. А в Думе будет сидеть опытный законотворец, замечательный юрист, человек, который потерял когда-то Россию и до сих пор не может ее найти — Станислав Сергеевич Говорухин, брутальный мужчина с трубкой, и все будет очень хорошо.

Л. ГУЛЬКО – Особое мнение Леонида Радзиховского. Давайте послушаем звонки, я хочу, чтобы вам ответили по телефону нашему. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Меня зовут Александр. Я хотел бы спросить Леонида по поводу Грабового. И раскрутки на всех каналах и во всех газетах.

Л. ГУЛЬКО – А может быть ну его, Александр. Мы сейчас о Грабовом знаете, не говорим и не хочется, честно говоря, о нем говорить.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Я свое мнение о Грабовом высказывал. Вариант первый. Просто подонок. Вариант второй – просто сумасшедший. Вариант третий, наиболее вероятный – удачная смесь того и другого. Кто его раскручивает? – те, кто заинтересован в том, чтобы показать «Матерей Беслана», извините, дурами набитыми. Прошу прощения.

Л. ГУЛЬКО – Следующий звонок. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Я из Красноярска, Владимир. Я бы хотел спросить, как вы относитесь к тому, что наши священники пытаются лезть в политику. И в думе есть священники или у нас в городском собрании есть священники. Причем православные. Ни мусульман, ни католиков, ни других конфессий.

Л. ГУЛЬКО – Ну хорошо, давайте Леонид.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — В думе, насколько я знаю, священников нет. Я не знаю, о ком вы говорите. Церковь у нас по закону отделена от государства. Закон этот выполняется ничуть не лучше, чем все остальные наши законы. И сегодня церковь успешно выполняет функции идеологического отдела ЦК КПСС. Хотя менее жестко, безусловно. Но все понимают – то, что церкви угодно, то и власти угодно. То, что власти угодно, то и церкви угодно. Поэтому в идеологическом плане власть и церковь близнецы-братья. Началось это не вчера, началось это, когда появились первые «подсвечники», то есть Ельцин, Лужков и компания, которая с партбилетом в одном кармане и крестом на шее со свечкой в руках…

Л. ГУЛЬКО – Может, они всю жизнь верили.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Всю жизнь верят в партию. А теперь верят во Христа. С партбилетом крестом и свечкой стояли и продолжают стоять. Власть ищет опоры в церкви. С моей точки зрения это неправильная позиция, просто потому что так было в течение тысяч лет, но время прошло, и сегодня было бы более разумно искать идеологическую опору в чем-то другом. Но это мощное движение, мощное поветрие. Пока оно особо клинических форм не принимает. Теоретически может принять. Пока не принимает. Боюсь, что есть конфессии более агрессивные и течения в них более агрессивные, чем православная церковь. Впрочем, и внутри православной церкви есть, как известно, весьма агрессивные фундаменталисты, если они возьмут верх в церкви, то мало не покажется.

Л. ГУЛЬКО – Еще один телефонный звонок. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Это Олег из Вологды. Я хочу спросить Леонида, вы сказали, чтобы власть не искала опору в Русской православной церкви. Так вот вы могли бы объяснить власти, в чем ей нужно искать идеологическую опору. Поскольку власть в лице Владимира Владимировича просто не понимает. Он действует по инерции, которую как вы сказали, Ельцин задал, а Владимир Владимирович по той колее и идет.

Л. ГУЛЬКО – Спасибо за вопрос. У нас две минуты.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Согласен. Это вопрос не на две минуты, а значительно больше. Я бы сказал так, теоретически опора власти должна быть одна. Называется Конституция РФ. Где написано, что все идеологи, не говоря уже все конфессии и так далее, имеют равное право на существование. Вот соблюдайте эту самую Конституцию и не лезьте во все остальное. Вот таков теоретический ответ. Практических ответов может быть несколько. Власть может быть прозападно ориентированной. И тогда она должна с одной стороны опираться на прозападную часть весьма немногочисленную российского населения. И с другой стороны стараться в этом ключе перевербовывать, перевоспитывать идеологически остальную часть населения. Это один вариант. Второй вариант – тот, который применяется. Православные ценности в умеренном варианте. Не в фундаменталистском варианте. Третий вариант – державно-националистические ценности, связанные естественно с православной церковью в более фундаменталистском и агрессивном варианте. Вот насколько я понимаю тот набор, который сегодня перед властью реально стоит. Вариант оптимальный с моей точки зрения, отделение идеологии от власти, наша идеология одна. Вот есть Конституция, ее надо соблюдать. В ней написано, что верующие и не верующие, гомосексуалисты и люди традиционной сексуальной ориентации, люди всех национальностей, классов, сословий имеют равное право на существование в России до тех пор, пока они не нарушают уголовные законы. Вот так. Но это конечно для российской власти довольно странно и более того, не для власти. Это довольно странно для большинства российского населения, которое за последние 2 тысячи лет привыкло, что власть имеет определенную идеологическую функцию. В течение почти всего этого времени эта идеологическая функция сводилась к формуле, сначала эту формулу не высказали, потом четко прописали: православие, самодержавие, народность. При товарищах коммунистах немножко подвинули православие, осталось самодержавие, народность. А в определенные минуты даже коммунисты опирались на православие. Но самодержавие и народность оставалось всегда. Еще в этом был в неявной форме сильный антизападный радикал. Такова традиция, к которой привыкло население, и власть идет на поводу у этого населения, одновременно тащит за собой население и снимает со всего этого дела сливки. Это мощная историческая традиция, с моей точки зрения в 21 веке традиция довольно опасная для дальнейшего существования России.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО – Вопрос от Алексея. «Что вы думаете о возможной отмене шести отсрочек от призыва. Сегодня в газете «Коммерсантъ» появилась публикация о том, что начальник Главного организационно-мобилизационного управления, не помню фамилию, генерал-майор, по-моему, сказал, что до конца октября в думу должен быть внесен измененный закон о воинской обязанности, где будет прописана отмена шести отсрочек. В том числе дети, которые ухаживают за родителями, дети пенсионеров, дети талантливые, которые особым приказом Владимира Владимировича не лишаются этой отсрочки.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Из талантливых детей надо особую роту сформировать. Может быть, ввести такую часть — талантливые. Нашивку какую-то сделать, уж не знаю пусть талантливые подумают…

Л. ГУЛЬКО – Что они будут делать? Играть на свадьбах?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Нет, зачем сортиры чистить, но в Кремле. Талантливые люди. Тут талант требуется. Вот. Дети пенсионеров. А чего-то они будут пенсионеров обслуживать. Родину защищать надо, вот я в начале программы сказал свое мнение, что Адамов всю жизнь ковал ядерно-ракетный щит родины. А не было бы у нас сейчас такого ядерно-ракетного щита и армии бы такой не было. Нас бы просто захватили с нашими нефтяными богатствами. Оккупировали бы. Вот Венесуэлу, например, оккупировали с нефтяными богатствами. Саудовскую Аравию оккупировали с ее нефтяными богатствами. Азербайджан оккупировали и нас бы оккупировали, не будь у нас водородных бомб, ракет. Вот в 1991 году только благодаря ракетам и водородным бомбам сохранился Советский Союз. А если бы их не было, развалился бы. Поэтому армия нам необходима в таком именно виде.

Л. ГУЛЬКО – Им-то, зачем это все? Перед выборами, понятно как будут реагировать.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Надо же оппозиции какие-то лозунги подкинуть. Вот подкинут. Вернуть опять отсрочки. С пенсионерами мало показалось, что вышли поперек улицы, пусть молодые выйдут, поразомнутся. Был такой советский фильм, где Ленин говорил: я вам расскажу случай, который со мной случился, я разговаривал со старухой в вагоне финляндской железной дороги. Вот что сказала эта старушка про человека с ружьем. Вот я хоть не Ленин, но тоже разговаривал не со старушкой, а с человеком с ружьем, с офицером. Он меня подвозил на машине. Офицер майор, молодой, симпатичный. Сказал, что получает 8 тысяч рублей. Я говорю: так вы служите, это патриотический подвиг, 200 долларов молодой мужик получает и служит. Это же просто патриотический подвиг. Он говорит: да ладно лапшу-то, какой подвиг. Я очень хорошо зарабатываю. Я говорю: это как? Продаете оружие чеченским террористам? Он говорит: ладно вам, сериалов насмотрелись, бреда сумасшедшего. В моем подчинении 400 человек, бесплатная рабсила, вы как считаете, этого мало, чтобы хорошо жить. В моем подчинении техника, я могу списывать, сколько хотите бензина, я отлично зарабатываю. Не нарушаю закон, и никаким оружием мы не торгуем. Мы законопослушные люди. Да что я, «полкан» – полковник получает 12 тысяч рублей. 400 долларов. Нормальная зарплата для полковника? А попробуй его тронь. В жизни не уйдет. Потому что в его подчинении еще больше людей. Еще больше работают, еще больше техники пускают, и бросьте вы, говорит, эти сказки собачьи про генеральские дачи наслушались. Генеральские дачи бесплатные. Что мне за счастье строить поганые генеральские дачи. Нормальные объекты за деньги. Мы работаем, мы зарабатываем, что в этом плохого. А действительно, что в этом плохого. Почему молодым людям не поработать. Почему не дать офицерам заработать.

Л. ГУЛЬКО – Солдатам?

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Солдаты должны работать на офицеров.

Л. ГУЛЬКО – Так они ничего не получают.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Офицеры получают.

Л. ГУЛЬКО – Офицеры бог с ними.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Как это бог с ними, а кто будет родину защищать.

Л. ГУЛЬКО – Вот те самые мальчишки.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Минуточку. Солдаты работают. Офицеры зарабатывают. В результате родина у нас надежно защищена.

Л. ГУЛЬКО – С какой стороны, только непонятно.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Со всех, конечно. И с офицерской и с солдатской.

Л. ГУЛЬКО – Хорошо. «Особое мнение» Леонида Радзиховского. Алло. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Реплику можно Леониду сказать. Михаил, Санкт-Петербург. По поводу ракетно-ядерного щита, вообще непонятен сарказм в этом вопросе. Потому что ракетно-ядерным щитом обладают многие страны, в том числе Израиль, например. В чем проблема-то обладания ракетно-ядерным щитом? Это вообще один из факторов сохранения независимости.

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Я только что сказал, что с моей точки зрения главная задача ракетно-ядерного щита до 1991 года была сохранение Советского Союза. Насколько вам известно, ракетно-ядерный щит сохранил Советский Союз. У меня на этот счет несколько другая информация. Поэтому эффективность ракетно-ядерного щита с моей точки зрения несколько преувеличена при решении важных государственных задач. Что касается Израиля, то это вопрос к израильскому телевидению, а не ко мне.

Л. ГУЛЬКО – Тем более что, по-моему, там нет такого сильного щита…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Не знаю, проблема израильского телевидения. Не моя.

Л. ГУЛЬКО – Давайте еще вопрос. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Константин говорит. Я москвич многолетний слушатель «Эхо Москвы». Леня, один вопрос к вам. Скажите, с учетом того самого факт путинского, о котором вы говорили, возможно ли, что эта агония, которая происходит, она приняла такую причудливую форму, но это может, затянется на 15-20-25 лет.

Л. ГУЛЬКО – Вы, что хотите спросить? Сроки?

СЛУШАТЕЛЬ – Я хочу спросить у Лени, Леня, вы согласны с тем, что вопреки любой логики нормального человека, что все должно пойти как бы очень плохо, это еще затянется из-за таких высоких цен на нефть, еще на что-то…

Л. РАДЗИХОВСКИЙ — Я понял вас. Я считаю, что высокие цены на нефть очень экономически помогают России. Что касается таких крепких слов как «агония», я бы их не употреблял. Понимаете, 200 лет как в России появилась литература, пишут, что Россия гибнет. Вот 200 лет она гибнет, но, слава богу, пока не погибла. Поэтому я бы не оперировал такой терминологией как агония. Россия не находится в агонии. В ней ведется с моей точки зрения довольно глупая экономическая политика. Но легко сказать глупая. Гораздо труднее сказать, какая должна быть умной. Пока что все эксперты говорят, что надо уменьшать бюджетные расходы, участие государства в экономике. Надо, надо, надо. Это эксперты. Теперь появляются другие эксперты. А именно иностранные инвесторы, которые с большим удовольствием вкладывают деньги именно в эту Россию с ее высокими государственными расходами. С ее огромным растущим участием государства в экономике. С разгромом ЮКОСа, с тем, с пятым, десятым. Кто же прав? Практические эксперты в виде иностранных капиталистов, которые рискуют своими деньгами или теоретические эксперты. Я не знаю. Просто не знаю. Я не специалист. Поэтому, безусловно, высокие цены на нефть отбивают охоту от реформ, это правда. И в этом смысле они, наверное, вредны. Безусловно, высокие цены на нефть способствуют повышению жизненного уровня, это, наверное, неплохо. А терминология типа «агония» и «Россия гибнет» я считаю, что это терминология просто из области эмоций.

Л. ГУЛЬКО – Леонид Радзиховский, «Особое мнение» по четвергам после 7 по Москве. Можете задавать вопросы. Собственно на этом мы и прощаемся с вами, уважаемые радиослушатели и телезрители. До следующей встречи с Леонидом Радзиховским. Будьте здоровы.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире