'Вопросы к интервью

М.Курников Здравствуйте, у микрофона Максим Курников и сегодня мы слушаем «Особое мнение» директора региональной программы независимого Института национальной политики Натальи Зубаревич, здравствуйте.

Н.Зубаревич Здравствуйте.

М.Курников Прошло полгода, да каких — 2020, конечно, нам надолго запомнится. Какие первые итоги мы видим?

Н.Зубаревич Сейчас вышли данные Росстата по полугодию, — не по всему. Про доходы мы знаем только общее по стране за второй квартал — что они грохнулись, доходы населения на 8%. Про инвестиции мы еще ничего не знаем.

Но то, что есть, что нам сказал Росстат, картина предельно понятная: промышленный спад – он пришелся в основном на апрель-май, в июне почти то же самое. Но если брать за полугодие, то он не так страшен — не 9-10% как в мае-июне, а 3,5. Но как смотришь на географию, все сразу понятно: бедная Кострома с ее ювелирным производством, которое рухнуло сейчас, — просто не покупают. Калининградский автопром, Ульяновский – минус 12 — автопром. Нижегородская в основном автопром – там минус 9. У Самары чуток полегче, минус 6, потому что там нефтепереработка еще держит и химия.

А вот если мы смотрим на Красноярск – минус 10. Это сжатие добычи нефти и с углем большие проблемы, со спросом на него. И второе, последнее – цветные металлы – цены упали, спрос тоже Бедная Якутия – минус 9.

Вот чего не понимаю – почему Приморский край минус 10. Потому что в Приморском крае особой промышленности и нет — ну, цемент делают, ну, сейчас начали суда клепать в Большом Камне, — может, заказ какой-то слетел на эти суда? Ну, вот так.

Плюс там, где крупный бизнес в прошлом году, в конце прошлого года ввел новые мощности – это, конечно. Тюменская область – она лихо — плюс 29% за первые полгода. Но это за счет «Сибура» — ему кланяйтесь.

Гора-великан это Тульская область. Ну, если у вас прет гособоронзаказ, что расстраиваться?

Вот сейчас вся страна разложилась: автопром на дне, ювелирка на дне, по нефти по-разному, потому что где-то сильнее сокращали, где-то меньше, а летают орлами отдельные везунчики, у которых либо бизнес только недавно ввел что-то большое и новое, либо их очень любят федеральная власть и гособоронзаказ. Это промышленность – все понятно.

Но фишка состоит в том, что в июне – минус 9,5. В мае – минус 9,6, — ну, почти одно и то же. То есть, спад сохраняется – это надо понимать. Мы влетели в «коронакризис» и два самых тяжелых месяца май и июнь по промышленности. В июне вообще-то промышленность не была никак ограничена, все работали. Спроса нет — вот это ключевое слово. Нет глобального спроса, он упал, и плохо с внутренним спросом.

Н.Зубаревич: Картина понятная: промышленный спад пришелся в основном на апрель-май, в июне почти то же самое

Дальше интереснее. До всякой «короны» у нас посыпалось жилье. Масса объяснений – рост процентной ставки в прошлом году по жилищным кредитам, боялись. Но суть в том, что он рухнул на минус 11%. Кто не рухнул? И тут я рву последние волосы на голове: Санкт-Петербург — плюс 22 за полугодие. Москва всего лишь на 4% — и то потому, мы помним, что Москва это самые жесткие карантины и стройка не работала по факту, больше месяца. Не будь такого карантина и в ней бы был плюс.

А если мы смотрим, кто еще в плюсах — Краснодарский край неплохо. То есть, те места, куда едут люди и где строительство жилья будет востребовано, они растут.

М.Курников К сожалению, куда не едут. А куда уезжают.

Н.Зубаревич Да. Рухнули Московская область и Ленобласть. И причины абсолютно понятно — спрос все-таки сжался – перетянула на себя Новая Москва, а в Мособласти минус 30. А в Ленобласти все, что ярдом уже застроили, но и в самом городе тоже есть возможность, где строить.

Что самое интересное? – я не буду говорить про безработицу, тут все понятно: рост 3,7 раза зарегистрированной безработицы, он ясен – повысили выплаты до прожиточного и облегчили регистрацию. Но если в два слова сказать, кто рванул очень сильно – во-первых, если брать в процентах, в темпах роста, в разах, то есть, конечно, все территории, где безработица была мизерной, никакой не было зарегистрировано – Москва, Мособласть, Татарстан, Башкортостан, Санкт –Петербург – там в процентах, в разах не в 3-3,%, а в 4-5.

Ну а если говорить, у кого риски реально очень повысились – цифры уже очень приличные, ближе к 5% — в Карелии очень схужело, в Вологодской, Калининградской. Вологодская — это металлургия, калининградская – автопром не здорово себя чувствует, в Бурятии. Якутии — ну вот, по-разному.

А теперь самое интересное — то, как мы потребляем, Есть торговля и по ней есть статистика. И тут — радуйтесь, пожалуйста, за эти три коронавирусных месяца, апрель, май, июнь — классическая ситуация «упал-отжался»: падение по апрелю, самая жесткая карантинная ситуация – минус 23, по маю — ну, где-то отпустили, в Москве не очень – минус 19, а по июню минус 8. И 14 регионов уже показали к июню прошлого года либо столько же, либо больше. Народ пошел потреблять.

С одной стороны, надо дико радоваться: ура. Только все замеры сбер-данных – есть такая система больших данных у «Сбербанка» показывают, что этот душевный порыв июня в июле уже как-то подусох. Потому что в июне люди реализовали, что называется, отложенный спрос. Потому что не работали непродовольственные магазины.

А вот если возьмете платные услуги – а там ЖКУ, транспорт, все, за что мы платим – от стрижек до развлечений и спорта. Смотрите на цифры: апрель — минус 38, май минус 39, июнь минус 35. Это вам не торговля. Вот куда ударило так, что выход идет — ну, он микроскопический, вы видите. В июне уже транспорт работал, за ЖКУ положено платить каждый месяц – правда, пени не начисляли. А все остальное тоже: стричься надо – минус 35. И этот спрос восстанавливается очень медленно.

Кто рухнул сильнее всего? — Москва – минус 51. То ли народ боится, хотя не думаю, что у этого города кончились деньги. Видимо, люди опасаются, и не все открыто – на стадион, на концерт не пойдёшь, там есть вопросы. Краснодар — минус 43, — вот вам отложенный курортный сезон.

Н.Зубаревич: Сейчас вся страна разложилась: автопром на дне, ювелирка на дне, по нефти по-разному

М.Курников Краснодар это Краснодарский край? То есть, это Сочи.

Н.Зубаревич Да. Свердловская – минус 48, там не сняли еще массу карантинов — это крупнейшие регионы. Питер полегче, там они были недовольны ограничениями, но у них все-таки минус 34.

Вот карантин и его пролонгация имеет значение. Потому что в Иркутской области, например, не все еще открыли. В Якутии не все, а в Свердловской чуть ли не начали по новой закрывать, потому что у них неблагополучно.

Смотрите – все абсолютно по-разному. Потому такую страну очень интересно изучать. Потому что здесь и деньги, и страхи, и попытки политики региональных властей – компот или винегрет.

М.Курников Давайте попробуем спрогнозировать, цифр за июль ещё нет полноценных, но можем мы сказать, что Краснодарский край и, может быть, Калининград на внутреннем туризме отыграют июль-август и сентябрь?

Н.Зубаревич Про Калининград мне чуть сложнее, потому что я не слышала о сумасшедших потоках туда. А про Черноморское побережье и Крым я знаю точно, что народ как подорванный поехал к морю. Поэтому в июле августе они отыграют, но это всего два месяца, а их кормит сезон с мая по сентябрь. Посмотрим. Но хотелось бы, конечно, чтобы люди больше потребляли. Только знаете, вид лежащих как сельди в бочке на пляже россиян меня скорее расстраивает. Потому что санитарная дистанция послана далеко-далеко. Пофигизм.

М.Курников Слушатели вспоминают вашу теорию о трех Россиях. И спрашивают, как эти три России, по-разному или одинаково реагируют на все эти ограничения и этот кризис.

Н.Зубаревич Вообще-то их четыре.

М.Курников Я просто процитировал вопрос.

Н.Зубаревич: Спроса нет — вот это ключевое слово. Нет глобального спроса, он упал, и плохо с внутренним спросом

Н.Зубаревич Неважно, я объясню быстро. Крупнейшие города — там удар кризиса был самый страшный, потому что этот кризис сильнее всего прошелся по рыночным услугам, а они концентрируются в больших городах. Поэтому да, там дикой безработицы не будет, люди что-то найдут — с худшей зарплатой, с худшим статусом, но приладятся. Но это удар сильный, потому что удар, прежде всего, по малому и среднему бизнесу и занятым в этих секторах. А отходить будем не быстро, потому что доходы населения падают.

Вторая Россия – это крупные, средние и средне-малые города. Там очень сильно все зависит от того, какая у вас экономика если это промышленность, клепание гособоронзаказа, то, в общем, как-то и ничего – те города промышленные. Если вы делаете что-то, что сейчас не пользуется точно спросом, — то да, проблема есть А те, кто уже давно с промышленностью распрощался, еще с 90-х, е сидят на бюджете и доходничестве, — доходничать стало сейчас много сложнее. И малому бизнесу, который там как-то крутился, тоже стало сложно зарабатывать.

Третья Россия – это периферия. Малые города, село. Тут все предельно понятно – люди всегда выживали на селе, на земле. Просто больше будут сажать от картошки до помидоров.

А вот вторая формула, для мужчин особенно – отходничество. Очень много работали на стороне. И среди сельского населения доля работающих не в своей местности выше.

М.Курников То есть, условно «на Севера» — на вахту куда-нибудь?

Н.Зубаревич Это едут из малых и средних городов. Это и вахта, и отходы куда-то на стройку, — куча всего, и левые всевозможные подработки. Ну, нет там работы, надо куда-то выбираться. Там это все сожмется тоже.

И четвертая Россия – это слаборазвитые республики. Там с бюджетом рисков нет, как в более развитых регионах, — я тут говорю не про города и сельскую местность, а целые республики. Там бюджет дотационный, федералы не бросят, накидывают. Но кроме бюджетной занятости там тупо ничего нет. И я по статике торговли активно вижу, что самые сильный спад розницы – не только там, где самый большой карантин — о республики Северного Кавказа, — народ пошел в тень.

М.Курников То есть, они не стали меньше покупать, это просто меньше фиксируется?

Н.Зубаревич: Вид лежащих как сельди в бочке на пляже россиян меня расстраивает. Санитарная дистанция послана далеко

Н.Зубаревич Может быть и меньше, но темпы удивляют. И у меня единственно объяснение – чтобы выжить. Северный Кавказ итак был в тени, а тут он пошел еще сильнее в теневую систему торговли. Вот так. Короче – плохо всем, но по-разному.

М.Курников Вы ссылались на цифры Росстата. Есть ли какие-то возможности альтернативной информации, насколько мы здесь доверяем Росстату, потому что у нас нет больше никакой другой возможности, или у нас есть какие-то побочные варианты получить цифры, чтобы сравнивать цифры Росстата?

Н.Зубаревич Очень хорошую аналитику делают сбер-данные. Они часто публикуются на РБК, советую просто смотреть. Там еженедельные оценки. Потому что 60% всех зарплат и очень много платежей проходит именно через «Сбербанк», и на основе этих больших данных – что люди покупают, как у них упал фонд оплаты труда, — они хорошо следят.

М.Курников Насколько это совпадает или не совпадает?

Н.Зубаревич Там другой набор статистики. Росстат никто не отменял, с ним надо уметь работать вот и все. Но я вам более или менее внятно объяснила, что происходит?

М.Курников Конечно.

Н.Зубаревич Вот и все.

М.Курников Когда вы упоминали регионы, скажем, что в Хабаровском крае по индексу промышленного производства все очень неплохо, там рост на 5%.

Н.Зубаревич Да, плюс 5

М.Курников Что говорит, что регион экономически чувствует себя получше соседей.

Н.Зубаревич: В крупнейших городах удар кризиса был самый страшный, т.к. он сильнее всего прошелся по рыночным услугам

Н.Зубаревич По-разному. Во-первых, это не промышленно особый регион. Если вы возьмете этот регион, то там две трети приходится на сектор услуг – это транспорт в первую очередь и все, что с ним связано. С промышленностью – там нефтеперерабатывающий завод, не гигантский, предприятия Комсомольска-на-Амуре, ну и нефтеперевалочный терминал и лес.

М.Курников Но конфликт там был вокруг губернатора по металлургам, но видимо, там не такие большие объемы.

Н.Зубаревич «Амурсталь» лежала все 90-е годы. Она меняла собственников как перчатки, она по рыночным показателям не жилец, — ну, может, что-то они маленько выпускают. Но не придумывайте. Даже если там была какая-то драчка, но не она была спусковым крючком.

М.Курников А были ли какие-то экономические предпосылки?

Н.Зубаревич В полпредстве Дальневосточного федерального округа. И к моей профессии это отношения не имеет. Я аккуратно выразилась?

М.Курников Тогда я повторю еще раз вопрос – экономические причины вам не кажутся первостепенными?

Н.Зубаревич Более того. Если вы посмотрите на цифры: безработица, зарегистрированная в Хабаровском крае ниже средней по стране. В стране уже под 3, а там было 1,9. Торговля упала мягче гораздо, всего лишь минус 7%.

Даже если вы посмотрите трансферты, которые давал федеральный уровень Хабаровскому краю, — в 2020 году их динамика была фантастическая. Трансфер в 2020 году в Хабаровском крае, с января по май – июня у нас пока, к сожалению, в открытом доступе нет, — выросли больше чем в два раза. Это уж такая нелюбовь? В целом по стране они выросли за эти 5 месяцев в полтора, — а ведь бюджеты регионов полетели, и Хабаровский край тоже по бюджету полетел. Ну, понятное как Ямал, потому что нет такого налога на прибыль. Хабаровский край. Но главный источник – это налог на доходы физлиц – это главный его налог, это 31% всех его доходов. А трансферты по прошлому году, в целом за год, были 23%, а налог на прибыль всего 14, чтобы было понятно, на что живет регион. Там на имущество, там малыши платят, малый и средний бизнес. Но главное это налог на доходы.

М.Курников Если там такой налог на доходы физических лиц, это значит, что нет одной компании, как в некоторых регионах это «Газпром» или «Роснефть», которая является цементирующей силой и может даже губернатору говорить, что делать.

Н.Зубаревич Во-первых, не очень может. Во-вторых – вы правы в основном посыле, что самая высокая доля налога на прибыль у нас в регионах экспортно-ресурсных и металлургических – вот два вида бизнесов, которые платят в регион, в этих регионах самая высокая доля налога на прибыль – это нефтегаз и металл.

Н.Зубаревич: За два месяца очень тяжелых для бюджетов регионов, их доходы упали на 600 миллиардов почти

Хабаровский край вообще не про это особо. В большинстве субъектов главный налог это НДФЛ. В этом смысле Хабаровский край как все.

М.Курников Немножко заступлю здесь на политологическую дорожку, но она связана с экономической. Можем ли мы сказать, что в регионах, где нет такой главной компании, политическая жизнь вдруг начинает оживать чуть больше? Я вспоминаю Новосибирск – там тоже налог на доходы физических лиц основной, нет большой компании. И там тоже есть какие-то пертурбации.

Н.Зубаревич «После того» не значит «вследствие того».

М.Курников Да, конечно.

Н.Зубаревич Это очень важно отметить. Потому что самая большая доля налога на прибыль в доходы бюджета у Тюменской области. Там кроме «Сибура» нет ни одной нефтяной компании. Просто Тюменская область получает, по специально заключенному договору, часть налога на прибыль от Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого округа. А сама она индустриальна только в Тобольске, где сидит «Сибур» — по-разному.

М.Курников Но там крупная нефтепереработка, там строился самый большой нефтеперерабатывающий завод при поддержке «Сбербанка»?

Н.Зубаревич «Нефтехим». Антипинский НПЗ продан сейчас людям из Азербайджана, и он стоял. Он всего лишь 8 миллионов тонн – это о чем? Ну да, как-то он работает.

М.Курников То есть, он не запустился, как должен был?

Н.Зубаревич Главный поставщик налога на прибыль – Ханты-Мансийский автономный округ – читай договор между субъектами, и вам все станет понятно. Теперь, у кого действительно много налога – у Красноярского края, последний год особенно. «Роснефть» по полной платит, и год был получше, видимо, для металлургов цветных.

Если посмотреть, то еще очень мощное место город Москва. И как нам с одним хозяином? Все сложнее, чем кажется. Нет такой привязки.

В чем проблема Ямала? Им один год отвалили, а второй год ужали. Поэтому мне всегда жалко губернаторов, которые крайне зависят фактически от одной компании. Им приходится не просто договариваться – поди, договорись с Миллером – я посмотрю на ямальского губернатора, что у него получится. Они просто бегут в Минфин, как было пару лет назад, и говорят: «Газпром» заплатил намного меньше, что нам делать, мы же не дотационные. Ну, им от щедрот что-нибудь подкинут – вот так это решается, а не путем давления на ведущую компанию

Н.Зубаревич: Москва сосет всю Россию. Только не Москва, а крупные компании со штаб-квартирами в Москве

М.Курников Вы сказали, что помогали всем регионам, в этой связи мне интересно, как помогали Хакасии. Потому что они всегда у нас обижены.

Н.Зубаревич Коротко: сократили трансферт только Калининградской области, просто им уменьшили денежку, которая идет на поддержку особой зоны. И по непонятным для меня причинам Забайкальскому краю. По Хакасии динамику я сейчас посмотрю.

М.Курников Хорошо, мы сейчас сделаем небольшую паузу, прервемся на новости. Напомню, что у нас в эфире директор региональной программы независимого Института национальной политики Наталья Зубаревич. После рекламы и новостей мы вернёмся в студию.

НОВОСТИ

М.Курников Мы продолжаем эфир с директором региональной программы независимого Института национальной политики Натальей Зубаревич.

Мы пообещали сказать о Хакасии пару слов, насколько им помогают или не помогают. Потому что раньше этот регион был довольно обиженным федеральным центром.

Н.Зубаревич Да, было такое. Во-первых, там ситуация не так проста, я уже объясняла, но повторюсь – там накануне выборов попросили уважаемого человека, нефтяника, прописаться там и заплатить доходы на физлиц. И там феерически выросло поступление налога – на несколько миллиардов рублей. Но он сразу же после выборов выписался, и на следующий год у них был провал по НДФЛ почти в два раза.

М.Курников Вот роль человека в истории.

Н.Зубаревич А я этого не знала. Я поражалась, думала, что такого не может быть, потому что не может быть никогда. А мне умные люди позвонили, журналисты из Хакасии и объяснили. Спасибо им большое за это.

Поэтому теперь знаю. Им подбавили, но такой провал не был покрыт, и суммарно доходы упали. Но сейчас – я считала специально эти коронавирусные месяцы, апрель и май, июня пока нет, ждем. Ну, у кого-то он есть, а у нас, простых смертных, его нет, ждем, когда будет на Федеральном Казначействе.

Так вот, за апрель-май, за всего лишь два месяца очень тяжелых для бюджетов регионов, их доходы упали на 600 миллиардов почти. Федеральная власть увеличила им объем трансфертов, все виды трансфертов, безвозмездные поступления так называемые – почти на 90%. Помощь была серьезной, и очень многим регионам перекрыли падение их налоговых и неналоговых доходов, их в просторечии зовут «собственные», то есть, это не трансферты, это то, что пришло в ваш бюджет с территории. И соответственно Хакасии серьезно помогли четыре раза. Это много. Но там провал был тяжелый и видимо, уже нечем было платить зарплаты.

Н.Зубаревич: Я противник укрупнения регионов. Могу сказать одно: более или менее работает – не трогай, не ремонтируй

А так, если мы посмотрим Хабаровскому краю за апрель-май 2,8 раза – не на 89%, а в 2,8 раза. А еще вообще-то был Фургал, если кто забыл.

М.Курников Тогда мы и перейдем к подобным вопросам от слушателей и не только — по поводу того, кто, кого кормит. У меня есть письмо от москвички, которая говорит: «Почему все время говорят, что Москва все время в себя все сосет со всей страны, а с другой стороны, если раскулачить Москву, то всем будет хуже. Почему, если существует в нашей экономике такой перекос, такой особый субъект, то нельзя под эту особую ситуацию разработать какой-то закон? Я москвичка, но могу понять нелюбовь людей из провинции. Как нам сделать так, чтобы мы не смотрелись мироедами на фоне остальной России» — вот такой вопрос слушательницы.

Н.Зубаревич Какой мудрый вопрос, спасибо за него. Во-первых, действительно, Москва сосет всю Россию. Только не Москва, а крупные компании со штаб-квартирами в Москве – они перетягивают, несмотря на то, что есть закон о консолидированных группах налогоплательщиков. Но не все входят в эти группы. Они перетягивают немалую часть прибыли на штаб-квартиры и платят налог на прибыль по Москве.

У меня всегда сакраментальный вопрос – скажите, пожалуйста, почему «Сбербанк», а это мощный по выплатам налога на прибыль агент, — почему он так мощно стягивает прибыль на Москву? Не Москва, не московские власти, а крупный российский бизнес, который локализован в Москве, потому что в Москве решается все.

М.Курников Понятно, что не московские власти, но можем ли мы сказать, что федеральные власти создают такие условия?

Н.Зубаревич А они создают. Первое – поскольку у нас госкапитализм, или «капитализм для своих» — называйте, как хотите, или такой странный капитализм, — у нас только один крупняк играет роль в выплатах налогов, прежде всего, налога на прибыль. У нас страна крупного бизнеса — потому что мы на экспорт сырье продаем и потому что у нас банки государственные по факту, если на то пошло, их самых больших только, да и вообще почти все сидят в Москве, региональных поубивали.

Второе. Вот «раскулачивать нельзя» тоже правильно. Потому что раскулачивать — это отнять. Надо менять правила игры, надо делать такой закон о консолидированных группах налогоплательщиков, который реально бы не позволял так стягивать прибыль, а оставлял большую ее часть на территориях, с учетом фондов. Ну, я догадываюсь, почему «Сбер» так стягивает – потому что у него самое большое количество занятых в Москве работников.

Поэтому тут надо ремонтировать причины, а не заниматься изъятием денег из бюджета Москвы, как это делают федералы – один процентный пункт налога на прибыль. Ведь этот закон приняли только из-за Москвы – чтобы хотя бы это перетянуть. Но пострадали Красноярский край, Свердловская область Татарстан, Башкортостан, — заодно. Хотели раскулачить Москву, а пострадали еще полтора десятка регионов, где этот налог значим.

Поэтому я бы так сформулировала: делать надо, более или менее понятно, что сделать можно. Не все, потому что так устроена наша экономика, что мы живем на экспорте ресурсов. И у нас доминирует крупняк. Это первый фактор. И второй – этот крупняк никогда не будет сидеть, — Америку вспомнили? Кто в Сиэтле, кто в Портленде, кто в калифорнии, кто в Массачусетсе. Да? Почему у нас не так? Чего бы вам, ребята, не сидеть там, где вы работаете?

Потому что все вопросы решаются в Москве. Поэтому вторая компонента – вертикаль. И вот пока это сочетание супер-вертикали и доминирование крупного экспортного бизнеса, мы имеем то, что мы имеем: Москва действительно получает не за работу.

М.Курников Что можно с этим делать? Насколько я понимаю, эта ситуация радикально начала меняться в середине 2000-х, когда федеральный центр решил сам распоряжаться теми доходами, которые богатые регионы собирают.

Н.Зубаревич: 90е вообще были бедноватыми, у нас еще не были выстроены такие крупные экспортные компании, шло перераспределение собственности, если вы помните. А в «нулевых» система отстроилась. Она очень выгодна, у нее четкие выгодоприобретатели: весь крупняк под контролем, у крупного бизнеса больше свободы маневра, потому что, стягивая на штаб-квартиру, вы распределяете, как считаете правильным. А регион это место, где вы куете вашу прибыль, но не тратите.

М.Курников Просто когда я смотрю на свою родную Оренбургскую область за 2019 год, если мы посмотрим отчёт налоговой, получается, что 71% уходит из собранных налогов в федеральный центр и 29% остается в регионе. Но это уж совсем какой-то нездоровый перекос. Или это нормально?

Н.Зубаревич: Не надо жить в системе феодальных уделов, это глупо — получите очередного царька

Н.Зубаревич Опять мне читать лекцию про систему налогообложения, да? Давайте я вас успокою. Ханты-Мансийскому округу остается 9%.

М.Курников Еще меньше, да?

Н.Зубаревич Ямалу — 17, Томской области — 25. Ответ понятен? Нефтедобывающий регион. И это налог на добычу полезных ископаемых в части нефти и газа. Когда-то, во времена оны, 12% этого налога оставалось субъекту. Но больно хорошо тогда обламывалось Ханты-Мансийскому округу, — помните, я вам про налог на прибыль рассказывала? Что, чтобы отнять у Москвы хороший кусок, подрубили остальных.

Так вот, чтобы отнять от Ханты-Мансийского округа, основного добытчика нефти, две трети почти, сначала этот налог оставлять стали только 5%. А, я забыла – когда-то было 50 на 50. Потом 12, потом 5, а потом – кукиш. Все стало федеральным. Раздевали Ханты-Мансийский округ – пострадали все нефтегазо-, прежде всего, нефтяные регионы. Вот так.

М.Курников Еще вопрос от слушателей – спрашивают вас о потенциальном укрупнении регионов, насколько эта мысль до сих пор продолжает быть актуальной, особенно с учетом того, что было с объединением Архангельской области и соответствующего рядом округа?

Н.Зубаревич Ну, глупость сморозил г-н Цыбульский. Глупость сморозил. Хотел перетащить часть налоговых доходов, которые у ненцев выше — в душевом, конечно, измерении, прилично выше, — на Архангельскую область, поскольку его туда перевели начальником. И он решил, что и денег туда с собой маленько заберет. Ну, вот ему и ответили.

М.Курников А экономические какие-то предпосылки для укрупнения регионов есть, или нет, на ваш взгляд?

Н.Зубаревич Ну, я противник, и противник очень серьезный. Противник, не будучи технически грамотным человеком, я могу сказать одно: более или менее работает – не трогай, не ремонтируй. В европейской части это точно вызовет протест. Ну, может, смиренная Еврейская автономия, которая теперь непонятно, что, — ее можно присоединить к Хабаровскому краю, как это было когда-то, — можно. Но даже бурятские автономные округа бузили очень сильно – их продавили.

Но я считаю, что это вообще не инструмент для современной российской ситуации. Он порождает не меньше, а чаще всего больше проблем, чем кажущиеся какие-то достоинства. Но у властей зуд, понимаете? — хочется упростить себе задачу. Но думаю, что в ближайшее время они не смогут этим заняться — слишком много чего вокруг происходит. И если еще укрупнением заполировать, то они получат хороший такой фитилёчек. Может быть, здравого смысла хватит.

М.Курников А это что, последнее, что местные элиты не отдадут? Потому что местные элиты отдали эти налоги, о которых мы с вами говорили — они, в общем-то, отдали бизнес, а здесь – почему вдруг это будет такой соломинкой?

Н.Зубаревич Потому что когда менялась система владения собственностью, губернаторы вообще-то сопротивлялись. Но крупные компании создавались наверху, и федеральный центр тут как бы способствовал открытию в регионах, и в бизнесы вошли внешние игроки. И это правильно. Потому что не надо жить в системе феодальных уделов, это экономически глупо, не говоря о политике — получите очередного царька.

Неправильно было то, что эти компании действовали так, как им удобно. Никаких законодательных ограничений потом просто не существовало. Но вот эти консолидированные группы налогоплательщиков фактически ничем помочь не смогли

Есть юридический способ сделать так, чтобы компании аккуратнее работали с территориями. Но когда вы собрали чертову кучу денег, вам можно сказать: «а построй-ка мне что-нибудь в Сочи». И никуда вы не денетесь.

М.Курников На этом закончим сегодняшнюю программу. Напомню, мы разговаривали сегодня с Натальей Зубаревич, директором региональной программы независимого Института национальной политики. Спасибо, до свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире