'Вопросы к интервью
26 февраля 2020
Z Особое мнение Все выпуски

Особое мнение СПб


Время выхода в эфир: 26 февраля 2020, 11:07

А. Петровская Выходим в эфир. Меня зовут Александра Петровская, напротив меня в студии «Эха» — журналист Андрей Константинов. Андрей, приветствую вас.

А. Константинов Доброе утро.

А. Петровская Давайте начнём с того, что прямо сейчас происходит в суде по делу «Сети» (мы с вами должна для «Роскомнадзора» и для всех напомнить, что это запрещённая в России и признанная террористической организация). Вчера уже состоялось первое заседание. Ну как состоялось – оно минут 10 продлилось. Не знаю, следили ли вы за тем, что там происходило вчера: с 15-00 перенесли его вначале на 17-00, судьи не приехали вовремя, появились в суде с опозданием на 2 часа. Поместиться всем, кто пришёл, не вышло (а пришло много людей, наверное, больше сотни; только внутри было человек 40-50, а ещё и снаружи достаточно). И сейчас там такая ситуация, что не пускают часть журналистов ряда СМИ — например «Новую Газету», Радио Свобода, BBC, Deutsche Welle, Znak.com. Они все, в том числе и наш корреспондент Марк Нуждин, пока что оказались за дверью суда.

А. Константинов Я считаю, что им повезло.

А. Петровская Да? А открытости процесса это не помешает? У меня целый список, прислали коллеги – тех, кто не попал. И вот как ни странно, MR-7, ЗакС.Ру – все, как на подбор.

А. Константинов Знаете, во-первых, там ничего интересного не будет. Поэтому всем, кто туда не попал, несказанно повезло. Во-вторых, всем не попавшим власти, в данном случае судебные, сделали подарок. Они вообще молодцы, со вчерашнего дня дарят СМИ какие-то информационные поводы. В принципе, в городе не очень много интересных событий, зима уходит, а спячка ещё продолжается. И вот тут можно поговорить: «Ах, не пустили! Как же так, что же это?!»

А. Петровская Но, «Фонтанку», кстати, пустили.

А. Константинов Да, мы умеем выстраивать отношения. Раз-раз, и проскользнули.

А. Петровская Лавируете? Приспосабливаетесь?

А. Константинов По-разному. Где-то в дверь, где-то в окно, где-то улыбкой, где-то добрым словом, а где-то чем-то ещё. Вы учитесь у нас, делайте выводы.

А. Петровская Какая-то не до конца честная стратегия выходит.

А. Константинов Самое главное в жизни, я вам скажу, Александра, ключик подобрать. Надо уметь ключик подбирать.

А. Петровская Главное, чтобы ключик-то честным был.

А. Константинов Конечно. Я же вам не говорю, что «нечестный ключик подобрать».

А. Петровская Как вы думаете, с чем связано, что все перечисленные издания – правда это не полный список, там среди прочих есть МК, «Росбалт» — ключик не смогли подобрать?

А. Константинов Как говорил Жванецкий по поводу дефицита салфеток: «Все стали рот вытирать, а на всех рассчитано не было».

А. Петровская Но «Фонтанке» повезло.

А. Константинов Почему повезло? Мы долго работали, совершенствовали профессиональное мастерство.

А. Петровская Не боитесь, что скажут: «Приспосабливается «Фонтанка!»

А. Константинов Не боимся. Вообще бояться не нужно ничего, нужно быть смелыми, решительными, и, умело действуя штыком и прикладом, прорываться туда, куда остальные прорваться не могут. А боятся пусть убогие, ущербные, недокормленные. Нам нечего бояться, мы уверенно чувствуем себя на медийном рынке Санкт-Петербурга.

А. Петровская Ну а скажут вам: «Пустили — свои».

А. Константинов Кто скажет-то?

А. Петровская Другие скажут. Те, кого не пустили. Вот нашего корреспондента не пустили и я вам сейчас скажу: «Наверное, свои вы там».

А. Константинов Я вам могу ответить басовитым смехом: «Ха-ха-ха».

А. Петровская Хорошо. Сообщают мне мои коллеги, что всего 6 человек из родственников (это все родственники тех, над кем сегодня идёт судебный процесс) и всего 6 СМИ пустили. Как-то маловато даже для небольшого зала суда. Такое впечатление, что процесс должен вроде бы быть открытым, а он какой-то полуоткрытый.

А. Константинов Вы всё узнаете, читая «Фонтанку»; следите за нашим сайтом.

А. Петровская Маленькая реклама. В «Фонтанке» ни капельки не сомневаюсь, но всё-таки, если мы говорим о том, что процесс открыт, то каждый, наверное, имеет доступ. А там какие-то ленточки выставили.

А. Константинов Если серьёзно говорить и прекратить нашу с вами шуточную перепалку – да нечего там смотреть.

А. Петровская А зачем вы туда корреспондента отправили, если там нечего смотреть?

А. Константинов Да очень просто. Как говорил джинн: «Я – раб лампы». Если есть общественный запрос, если есть уже такое безумие вокруг этого дела, ну что ж поделать?

А. Петровская А безумие зря, что ли, на ваш взгляд, вокруг этого дела?

А. Константинов Если вы посмотрите, о чём пишет «Фонтанка», она иногда бывает вынуждена писать о прелестях госпожи Собчак, хотя от этого всего тошнит. Но СМИ идёт за непристойными вкусами читателей, вынуждено иногда это делать. И отсюда появляются заголовки типа «Кот загрыз бандита». Мы сами смеёмся, но что поделать. У нас недавно был рекорд посещаемости — вы не поверите — из-за материала по поводу того, что сова прилетела на балкон в петербурженке. И я, например, не считаю это журналистикой, но людям хочется знать, что в Петербурге на балкон прилетают совы. Это же не преступно, в конце концов.

А. Петровская Андрей, многие ваши коллеги ополчились на «Медузу» после публикации расследования в отношении пензенских участников запрещённой организации «Сеть». Считаете ли вы это журналистикой?

А. Константинов Знаете, это напоминает известный мультфильм – сначала в одну сторону бросились, потом в другую шарахнулись. Ополчаться не надо ни на кого, надо иметь собственное мнение.

А. Петровская Так с вашей точки зрения, с точки зрения – это журналистика? Это хорошее расследование? Тем более что «Фонтанка» на расследованиях специализируется, мы с вами много раз обсуждали расследования Навального.

А. Константинов Я вам такую вещь скажу – это не очень хорошо, давать характеристики коллегам. Это как певец, который говорит: «А вот тот певец – не очень».

А. Петровская Мы не про «Медузу» в целом, мы про то конкретное расследование. У всех бывает.

А. Константинов Если вы про это конкретное «расследование» – конечно, это никакое не расследование. Но проблема заключается в том, что у нас, вообще на медийном рынке страны, расследования бывают очень редко. И по поводу, и по контрповоду никаких расследований не было, если мы говорим о деле этой пресловутой запрещённой организации. То, что опубликовала «Медуза» сейчас – немножко странная история. У расследования есть определённые технологические критерии. Мы с вами сейчас не будем их обсуждать, хотите – у нас есть учебник по журналистским расследованиям, который в АЖУР сделали для университета много лет назад, три издания было, последнее очень толстое, там всё изложено.

И до того, когда говорили о пытках, я тоже никаких расследований по этой теме не видел. Я видел эмоциональные высказывания о том, что «караул! кровавая гэбня всех запытала до смерти». И поэтому, когда, в том числе, у вас в эфире «Эха Петербурга» некоторые коллеги говорят о том, что это недопустимо по отношению к «Медузе», это вообще непроверенные факты – мне хочется сказать: «Друзья дорогие, а до того в этой теме были какие-то проверенные факты?»

А. Петровская Я хочу уточнить, поскольку вы обобщаете, Андрей, чтобы всё-таки немножко выделить конкретно по этому расследованию: вы не считаете это расследованием, но в сравнении с другими оно ни чем не хуже?

А. Константинов И другое всё тоже было не расследование.

А. Петровская То есть, то, что касается мнений журналистов, которые говорят, что конкретно это расследование «Медузы» очень слабое, нарушает принципы фактчекинга – вы согласны с этим или нет?

А. Константинов Давайте избегать вот этих английских разных, смешных и очень неуместных в русском эфире терминов.

А. Петровская Я знаю, что вы рядом и меня всегда переведёте.

А. Константинов Да, а ещё могу укусить, если что. В прямом смысле. Понимаете, дело в том, что расследование – это ремесло. Не искусство, не эмоция. Это надо делать так: это делаем, это делаем и это делаем. А потом нас проверяет юридическая служба, вот как у нас в агенстве, которая говорит: «Пожалуйста, предоставьте доказательства по этому пункту, по этому и по этому, как если бы вы защищались в суде». И если журналист не предоставляет соответствующие документы, записи диктофонные, ещё что-то, то наша юридическая служба ему говорит: «Пошёл в задницу, мы не визируем твой материал, он не выйдет». Так вот, если даже по таким стандартам говорить, показать вот этот суповой набор нашей юридической службе, они бы просто расхохотались и сказали бы: «Вы бы нам ещё пионерский горн показали! Идите все в зад отсюда, не мешайте нам работать, у нас много работы». Поэтому обсуждать тут нечего вообще.

А. Петровская Хорошо, ну а то, что это расследование появилось сейчас?

А. Константинов Да не расследование это! Ещё раз вам говорю. Это чёрт знает что.

А. Петровская Публикация, чёрт знает что — появилась в пятницу вечером – это о чём-то говорит? Это случайность, неслучайное появление?

А. Константинов Мы вчера это обсуждали – я, Вышенков, Горшков — между собой немножко поговорили, минуты 3, и пришли к выводу, что это странно. А коллега Вышенков вообще стал материться через каждое слово и говорить о том, что на этом просто можно лекцию читать о профнепригодности. Вот и всё. После этого мы закончили дискуссию.

А. Петровская Но у вас есть предположение – зачем вдруг появилась эта публикация?

А. Константинов Нет. Потому что это всё конспирология. Тут про Машу, про Васю, про морскую пехоту, кто-то кому-то «чэрэз товаровэд, чэрэз дирэктор магазын, да» — это для пикейных жилетов, знаете. Непрофессионально просто. Это странно, немножко выпадает из контекста, не очень… Но в данном конкретном средстве массовой информации, мы обсуждали, и я вам говорил, что вся история с преподобным Голуновым (он у нас недавно в гостях был, кстати говоря) тоже более чем странная, от начала до конца.

А. Петровская Ну, разворачивается она потихонечку.

А. Константинов Никуда она не разворачивается. Ещё раз говорю: для меня она более чем странная, в этой истории ничто ни с чем не женится, за исключением одного направления, но его я обсуждать не очень хочу. Поэтому — да, история с «Медузой» для меня странная, но в жизни столько бывает странностей, необычностей, несуразностей, когда ты просто представить себе не мог истинные мотивы, предпосылки происшествия. Когда ты думаешь одно, а на деле получается какая-то совершенно другая история, ты только плечами пожмёшь и скажешь: «Надо же, и такое бывает». Поэтому это бессмысленно обсуждать.

А. Петровская Но вот эта случайность на общественное мнение каким-то образом повлияет? Притом что это мнение сейчас разогрето, даже накалено, правильнее, наверное, сказать. В Москве очереди, чтобы постоять в пикете; поддержка от всех цехов профессиональных в отношении фигурантов дела «Сети» и так далее. И в этот момент выходит расследование. Как-то оно меняет общественную обстановку вокруг?

А. Константинов Общественная обстановка меняется после каких-то информационных вбросов, в связи с течением времени. Потом, я бы не переоценивал перегретость общественного мнения, речь идет о мнении определённого спектра.

А. Петровская Практически все профессиональные группы подписали письма, обращения в поддержку.

А. Константинов Это кто же, например?

А. Петровская Там были и мультипликаторы, и айтишники, и юристы, и актёры, по-моему. Я сейчас не могу вам полный список выкатить, не подготовлена, простите. Но я точно знаю, что чуть ли не все профессиональные группы. Вот те, что я вам назвала, как минимум.

А. Константинов Дело в том, что так звучит у вас: «Актёры подписали!», — и такое ощущение, что все актёры подписали. Даже 1% актёрского сообщества не подписал.

А. Петровская Журналисты, кстати, тоже подписали. Союз журналистов.

А. Константинов Ну вот я – журналист, ничего не подписывал и подписывать не буду.

А. Петровская Андрей, вы же знаете, как работает любая статистика, никогда не опрашивают всех для того, чтобы сделать общий вывод. Понятно, что есть какая-то общая цеховая солидарность, в которой не каждый поставит подпись.

А. Константинов Ещё раз вам говорю: есть желание у определённых СМИ уделить этой истории внимания больше, чем она заслуживает, с моей точки зрения. Хотя я не считаю что про это не надо совсем ничего говорить. Мы до эфира с вами обсуждали, что вам не хватило сил дочитать мою колонку…

А. Петровская Не успела.

А. Константинов Что значит «не успела»? «Торопилась я очень». Прям «А зори здесь тихие» просто какие-то.

А. Петровская Не буду вам больше ни в чём сознаваться.

А. Константинов Напрасно зарекаетесь. Поговорка такая солдатская есть: «Зарекалась ворона кой-чего не жрать, на первой же куче и разговелась».

А. Петровская Почему, на ваш взгляд, это дело раздуто? Если обобщить то, что вы сказали.

А. Константинов У нас есть определённая мода на фронду сейчас. Новая волна пошла с лета и переходит в осень, зиму. Она должна всегда за что-то цепляться, грубо говоря. Поэтому любая ситуация, где есть признаки некоего вольтерьянства, будет требовать к себе и общественного внимания. Здесь нужно быть очень аккуратными. Я, например, даже слышал, когда люди либеральных взглядов (видимо, движимые какими-то благими помыслами) пристёгивались уже и к «Хизб ут-тахрир» (прим. ред.: запрещённая в России террористическая организация). И говорили, что «это тоже неплохие ребята; у них идеология, конечно, немножко «того», но их же тоже власти прессуют, запрещают!» И хочется сказать: «Ребята, опомнитесь! В своей нелюбви к власти вы скоро начнёте смыкаться, бог знает, с какими чертями. Аккуратнее, пожалуйста».

А. Петровская Андрей, оставим даже обсуждение правомерности или неправомерности выдвинутых обвинений, это решает суд. Меня волнует другой момент: вопрос прозрачности процесса, доказанности – а общество имеет право знать, как идёт процесс и посмотреть, насколько те доказательства, которые предложены стороной обвинения, действительно соответствуют той самой статье, которая вменяется. И – пытки. Которые запрещены у нас ко всем и всегда.

А. Константинов Вы как о данности говорите о пытках.

А. Петровская Но они были заявлены.

А. Константинов Они были заявлены кем? Теми, кому было выгодно это заявить. Давайте всё-таки говорить ещё и о том, что не было ни одного нейтрального, независимого свидетеля. Это говорили люди… Я не знаю, было там что-то или нет.

А. Петровская А как там свидетель-то может появиться? Все дела, связанные с пытками в системе ФСИН…

А. Константинов Подождите. Вы требуете для всех соблюдения нормы презумпции невиновности, но априори говорите, что «это не касается кровавой гэбни, посмотрите на эти рожи – понятно, что они пытали». Не та логика.

А. Петровская Нет-нет, я говорю абсолютно не так. Я говорю: давайте посмотрим на те проверки, которые были проведены в отношении заявлений о пытках. Или ещё можно посмотреть на статистику: сколько заявляют, сколько жалоб доходит, сколько уголовных дел заводится.

А. Константинов А вам не кажется, что для вас любая проверка будет неудовлетворительной, за исключением того, когда все во всём признаются?

А. Петровская Знаете, я вообще не считаю, что компетентна судить о качестве проверки. Но вот буквально до вас мы здесь в студии писали программу с одним из общественных правозащитников, и я у него спрашивала мнения, как человека, профессионального в этой сфере, в отношении того, как эти проверки были проведены. Я скорее могу тут только прислушиваться к мнению профессионалов, и то, что я слышу: «Они были проведены не так, как хотелось бы». Мне, как гражданину, до правды хочется докопаться, а не оправдать кого-то.

А. Константинов Очень хорошо, но насчёт того, что правозащитники профессионалы… Понимаете, профессионализм адвоката заключается всегда в том, что его клиент ни в чём не виноват. И вот это он должен говорить на каждом углу, на каждом перекрёстке и так далее. Странно было бы в профессиональном смысле, если бы адвокат кого-то, придя сюда к вам в студию…

А. Петровская Это был не адвокат.

А. Константинов Я просто по аналогии пример привожу. Правозащитник обязан защищать, он обязан говорить: «Вот эти ни в чём не виноваты, а кровавая гэбня пытала их с шашками наголо». В этом смысле для меня это мнение — не нейтральное, это мнение одной из сторон в соревновательном процессе. Теперь по поводу того, что общество имеет право знать, открытости и так далее. Оно, конечно, имеет право знать. Безусловно. Но есть оговорки: если процесс засекречен…

А. Петровская Но он не засекречен.

А. Константинов Почему же? Предыдущий был. Почему возникают режимы такие? А если, например, в деле есть агент, осведомитель, источник? Дело в том, что агентура более священна, потому что вы должны предпринять все меры для защиты агента, вы не можете его рассекретить, он не может быть показан журналистам, его данные не могут быть названы. Потому что человека потом могут убить, всё. Второй момент: в деле может быть использована секретная техника, допустим.

А. Петровская То, что к государственной тайне относится, так или иначе

А. Константинов То, что относится к категории «государственная тайна». Всё. Дальше: «Уважаемое общество, очень вас уважаем, но никак не можем». Как англичане говорят: «У нас есть все доказательства по делу Скрипалей, но мы вам их показать не можем, потому что они секретные. Если мы их обществу представим, то подлые русские поймут наши методики». Поэтому – Питер, верь мне на слово.

А. Петровская Так а про дело «Сети», там-то что секретного?

А. Константинов Ещё раз вам говорю: две категории, агентура и техника.

А. Петровская А разве этот процесс засекречен?

А. Константинов Насколько я наслышан по предыдущей части Марлезонского балета, то да. А если, в данном случае, это в рамках одного процесса, то часть засекречена, а часть нет – как я понимаю, такого быть не может.

А. Петровская А те 6 СМИ, которые туда попали-то – им можно?

А. Константинов В определённых каких-то рамках. До предоставления определённых свидетельств или ещё чего-то. Я не могу судить, я не судья.

А. Петровская У нас остаётся 30 секунд до московских новостей. Мы говорим уже теперь про федеральные новости. «Единая Россия», говорят, поменяет название. Сейчас в перерыве будем с вами на Youtube выбирать новое название для партии «Единая Россия».

А. Константинов Можно без меня? Я не хочу им другого названия, пусть они навеки будут едиными.

А. Петровская Они вот как раз «единую» хотят убрать, Россию оставят. Более того, предполагается, что объединятся они с Народным Фронтом, а Дмитрий Медведев перестанет быть лидером.

А. Константинов Я вам обязательно анекдот расскажу по поводу редактуры названия.

А. Петровская Переходим в Youtube, сейчас московские новости.

НОВОСТИ

ЗАСТАВКА

А. Петровская Продолжаем программу «Особое мнение». Своё особое мнение сегодня высказывает журналист Андрей Константинов. Мы поговорили о деле «Сети», которое сейчас суд рассматривает, и переходим к федеральным новостям. Уже во время московских новостей мы заговорили об этом в Youtube, стали обсуждать смену названия партии «Единая Россия». Несколько затравочек для тех, кто не слышал – послушайте креатив от Андрея Константинова, в том числе для эпиграфа к новой партии певица Валерия тоже может появиться. Давайте о «Единой России»: это всё – вообще какие-то неважные информационные поводы, которые, как вы говорите, дарят журналистам, или действительно попытка политической борьбы, подготовка к выборам в Госдуму?

А. Константинов У меня всё, что связано с «Единой Россией», в последнее время вызывает улыбку. Такую простую детскую улыбку. Это очень весёлая организация с чрезвычайно весёлым лидером.

А. Петровская Но не самыми весёлыми рейтингами в последнее время.

А. Константинов В страданиях, как известно, душа совершенствуется. Поэтому бог им в помощь. Смена вывески редко способствует успеху заведения – как известно, лучше всё-таки чаще менять девочек.

А. Петровская А есть другое: «Как корабль назовёшь, так он и поплывёт».

А. Константинов Да есть, конечно. Просто «Единая Россия» богоспасаемая – это не корабль и не ковчег. Это всё-таки шарашка по интересам. Поэтому бог в помощь, ребята. Меняйте название, ни в чём себе не отказывайте, пейте, гуляйте, танцуйте. Мы будем на вас смотреть, радоваться и сохранять бодрость духа. Потому что пока у вас хватает сил на эти ваши игрища, значит, не всё так плохо, до нас ещё не добрался коронавирус. «Желудок у котёнка маленький, меньше напёрстка, а сил для игр требуется очень много» – это про «Единую Россию».

А. Петровская Для того, чтобы у вас ещё лучше было настроение, видимо, есть новость от «Партии Роста»: там теперь музыкант Сергей Шнуров. Это как-то вас тоже радует? Или печалит?

А. Константинов Всегда был равнодушен к мсье Шнуру, его творчеству, так сказать, и всяческим его шагам. Никогда не был его поклонником, поэтому мне всё равно. Он – очень конъюнктурный человек, с моей точки зрения, поэтому рано или поздно должен был оказаться среди политических деятелей. Госдума, мне кажется, самое место для него.

А. Петровская Тогда от госдумовских вопросов – я чувствую, как-то не очень они вас привлекают…

А. Константинов Я просто вам объясню такую вещь: мне много раз же предлагали в депутаты разных уровней, и всякий раз я достаточно честно объяснял, что не хочу. И на вопрос, почему, я так же честно отвечал: «Да брезгую я просто». Не очень я хочу оказаться в вашей компании, уважаемые господа депутаты.

А. Петровская Не очень хороший итог-диагноз для Госдумы.

А. Константинов Вы хотели, чтобы я вам соврал? Мы договорились не врать друг другу!

А. Петровская Хорошо, нет; уважаю. Тогда давайте пойдём дальше к петербургским сообщениям. Тут Комитет по законности не согласовал в очередной, уже второй раз отказал организаторам марша памяти Немцова. Он сослался на странные, на мой взгляд, причины: что не очень понятно, что такое «нарушение прав и свобод человека» и «требование сменяемости власти». И отдельно чиновники отметили, что аббревиатуры РФ «в действующем законодательстве и в Конституции Российской Федерации не существует». Не очень понятно, что такое РФ. Вот вы когда РФ говорите, вы что подразумеваете, Андрей?

А. Константинов Я не говорю РФ и никому не советую, потому что всяческие такие сокращения… Знаете, есть такое выражение… Когда кто-то говорит «ж/д вокзал», мне хочется спросить: «А вы давно, милок, из Ростова приехали в наш город?» Поэтому не надо говорить РФ. Что касается марша памяти Немцова, я не любил и не уважал этого человека при жизни, не скорбел о нём после смерти. Я считал, что этот человек впрямую причастен к бедам России в 90-е. Кроме того, я считал, что это глубоко коррумпированный человек, хотя бы на примере того, как он сам лично рассказывал о том, как они спасали Собчака от тюрьмы. Это просто выдающийся пример саморазоблачения. И поэтому у меня немножко странно спрашивать о том, как я отношусь к тому, что власти запретили.

Хотя я скажу так: не уважая и не любя этого человека, я бы не стал препятствовать, кабы я был власть. Потому что мне кажется, что власть очень часто странно ведёт себя, как будто она очень слабая. Ну хотите вы, несколько сот человек, пройтись куда-то маршем – ну идите.

А. Петровская Просто очень странные вот эти формулировки. Такое ощущение, что надо было придраться – придрались.

А. Константинов Может быть, и так. Поймите, есть формула: «Друзьям – всё, а врагам – закон». Те, кто принимал такое решение, считают, что те, кто хотят пройти маршем…

А. Петровская Должны были написать «Российская Федерация».

А. Константинов …они враги государства, и поэтому к ним надо соответственно относиться. Почему вас это удивляет? Они могут придраться к тому, что запятая где-то не поставлена. Сказать: «Вы написали прошение с грамматическими ошибками, стыдно. товарищи». Здесь же нет ничего удивительного. Так поступает бюрократия во всех странах мира.

А. Петровская Давайте ещё про детского омбудсмена, которого сегодня депутаты будут выбирать в Законодательном собрании. По-моему, буквально в эти минуты будут голосовать. Там 4 кандидатуры…

А. Константинов А кто там? Я, честно говоря, пропустил это всё.

А. Петровская Да в том-то и дело, что как-то не очень история ясная. Там самый яркий кандидат в плане того, что самый известный широкой публике – это Анна Владимировна Митянина, которую выдвинул губернатор Петербурга. Ещё трое кандидатов – наверняка прекрасные люди, просто значительно менее известные: бывший муниципальный депутат Литейного округа Екатерина Лебедева, которую выдвинула партия ЛДПР; помощница и педагог Ирина Аристова, которую выдвинул Денис Четырбок; и Елена Киселёва выдвинула Юлию Шик – она работает в Законодательном Собрании.

А. Константинов Да-да, я помню, это какая-то связанная с Макаровым дама, так сказать.

А. Петровская Вот видите, вы даже сразу аналогию провели. Но при выдвижении никаких комментариев и отсылок к Вячеславу Серафимовичу там не было. Вот, голосовать они за это будут. Но на самом деле там история какая ещё: Анну Владимировну выдвинули, потом документы какие-то не донесли, не проверили, и вообще всё было очень непонятно. И у многих сложилось впечатление, что это – какое-то противостояние исполнительной и законодательной власти. Вот, от ЗакСа выдвинули в противовес выдвижению Анны Владимировны. Что думаете?

А. Константинов Я думаю, что уполномоченная по правам ребёнка в таком субъекте, как Петербург, должна быть обязательно женщиной очень известной, медийно известной, красивой и яркой, как Агапитова. И это обязательные и непременные условия, потому что ей должно доверять, и она должна к себе располагать и быть в определённом смысле уже намоленной иконой. И обязательно эта женщина, её образ медийный должен быть связан неким образом с детьми. Допустим, если взять ту же Агапитову – она многодетная мама, в этом есть какой-то смысл.

А. Петровская Вы так сводите все достоинства Светланы Юрьевны на этом посту только к красоте и многодетности.

А. Константинов Конечно, нет. Я не свожу. И более того, когда у меня дети начинали не слушаться, а я им говорил: «Сейчас поставлю в угол», они говорили: «А как же права детей?», а я им говорил: «Вот вам телефон тёти Светы Агапитовой, немедленно бегите, и вас усыновят в приличную семью на свиноферму под Новосибирском», и они говорили: «Нет, мы пока не будем звонить». Нет, Светлана была очень профессиональная, она и журналисткой была замечательной. Она была на своём месте. Вот насколько кто-то из этих четырёх окажется на своём месте, я не знаю. Я не уверен. Потому что Митянина, я её единственную знаю лично – женщина достойная во всех отношениях, но она всё-таки, с моей точки зрения, более профессиональная чиновница. А уполномоченная по правам ребёнка – это не совсем чиновница, скажем так.

А. Петровская А конфликт есть у нас между Смольным и ЗакСом?

А. Константинов Конечно, есть. Он есть всегда, и это нормально, потому что между разными ветвями власти конфликт всегда должен тлеть, как минимум. Он в тлеющем состоянии, открытого извержения вулкана нет, могу вас успокоить в этом смысле. А то, что он тлеющий – да, конечно, безусловно.

А. Петровская Почему? Это какие-то личные неприязни?

А. Константинов Нет, это обусловлено тем, что у нас очень сильная исполнительная власть, и законодательная вынуждена время от времени тоже проявлять какую-то свою силу, напоминая о том, что нужно уважать, нужно как-то считаться.

А. Петровская Сильная – вы имеете в виду с точки зрения персон или с точки зрения устройства власти?

А. Константинов Конечно, с точки зрения устройства.

А. Петровская А ЗакСу удаётся продемонстрировать свою силу?

А. Константинов Безусловно.

А. Петровская В чём это проявляется?

А. Константинов Это проявляется в том, что удаётся продемонстрировать. Если их посадить здесь и задать им вопросы о том же самом, они отрекутся от этого всего и скажут, что подадут на меня в суд, который разберётся. Но, тем не менее, это общеизвестный факт, что Макаров – очень талантливый интриган. Беглов – не очень талантливый интриган, и вообще, он боится интриги как искусства.

А. Петровская То есть, он проигрывает Макарову?

А. Константинов Нет, конечно. За счёт того, что исполнительная власть сильна своей монументальностью. Макарову удаются какие-то финты и пируэты, но только потому, что исполнительная власть ещё не обижалась по-настоящему.

А. Петровская На этом месте мы ставим сегодня точку. Журналист Андрей Константинов сегодня высказал своё особое мнение. Спасибо.

А. Константинов До свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире