'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 27 февраля 2020, 17:08

Т. Фельгенгауэр Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». И я приветствую в этой студии Виктора Шендеровича. Вернулся он к нам после продолжительного отсутствия. Здравствуйте, Виктор Анатольевич. Тут много всего произошло за это время. Поговорить хотелось в первую очередь о дате, о печальной дате – 5 лет назад был убит Борис Немцов. Видимо, приурочив к этой дате свое заявление, некий источник в силовых ведомствах говорит Интерфаксу, что расследование убийства Бориса Немцова будет вестись до конца. Следствие не прекращается. Уверенно так говорит. Изучаются расшифровки телефонных переговоров. И прочее. Хотя адвокат пострадавшей стороны, представляющий интересы семьи Немцова, говорит, что уже год никаких следственных действий не ведется. Что для вас будет этим конечным финальным правильным расследованием убийства Бориса Немцова?

В. Шендерович Когда заказчики будут названы и сядут на скамью подсудимых как минимум. Симптоматикой того, что не бла-бла очередное мы слышим, а что действительно происходит, этого будет допрос Геремеева, допрос Кадырова. Желательно на территории РФ. А не Чеченской республики, которая де-факто отделилась от РФ давно.

Т. Фельгенгауэр Хотя по-прежнему входит в состав РФ.

В. Шендерович Это особое мнение Татьяны Фельгенгауэр. Шучу.

Т. Фельгенгауэр Карта так не говорит. Глобус России.

В. Шендерович Симптоматика – допрос Геремеева, допрос Кадырова. В Москве. Настоящий допрос. Это будет симптоматикой не только расследования, возможности настоящего расследования убийства Бориса Немцова, это будет симптоматикой конца путинского режима, безусловно. Потому что при Путине этого быть не может, потому что Путин крышует это убийство лично.

Т. Фельгенгауэр Зачем ему?

В. Шендерович Стоп. Зачем – второй вопрос. Давай отделять констатацию от версий. Версий две: зачем. Одна – что расследование убийства непосредственно приведет к нему и к его силовикам непосредственно. По второй версии это была попытка силовиков, попытка двух кланов, это внутри вражды двух кланов кремлевских. И пытались таким образом сдать Кадырова. Пытались таким образом избавиться, победить Кадырова. Путин не дал победить Кадырова, потому что посчитал для себя это нецелесообразным. Как бы то ни было – это версии. Почему. Расследование было просто остановлено на самом комедийном уровне. Потому что версий может быть две или несколько, Допустим, но та, которая принята следствием сегодня и торжествует – не выдерживает никакой критики. Этот случайный оскорбленный чеченец, шофер, кажется, который 150 тысяч потратил на месть. Это не выдерживает никакой критики. Это будет очень серьезной симптоматикой, повторяю, изменения политической ситуации. Когда позовут на допрос, когда будет возможным позвать на допрос Кадырова.

Т. Фельгенгауэр Зачем сейчас нам выдают это сообщение? Это фирменное «потерпите – разбираются».

В. Шендерович Да, процесс идет. Ничего не идет, никакого процесса. Ничего там не нужно особенного делать. Нужно вызвать на допрос Геремеева, который успел, которому обеспечили бегство в Чечню из Москвы после убийства Немцова. И в Чечню не пускают, поскольку она отделилась от РФ, туда просто не пускают Следственный комитет. Он не может туда приехать. Нет отмашки. Они не могут допросить Геремеева и Кадырова. Точка. Вчера было сообщение об очередной попытке убийства человека, конфликтовавшего с Кадыровым. В одной из стран Европы совершено покушение, по счастью неудачное. На блогера.

Т. Фельгенгауэр Отбился он сам.

В.Шендерович: Допрос Геремеева, Кадырова будет симптоматикой конца режима, потому что Путин крышует это убийство лично

В. Шендерович Отбился молотком.

Т. Фельгенгауэр И сдал нападавшего полиции.

В. Шендерович Но год назад ему, этому блогеру объявил кровную месть председатель парламента Чечни Магомед Даудов. Сообщают СМИ. Председатель парламента одного из российских субъектов объявляет кровную месть.

Т. Фельгенгауэр Виктор Анатольевич, вы уж сами определитесь, отделилась или…

В. Шендерович Она де-факто отделилась. Так это и свидетельство того, что отделилась. Что глава парламента Чечни может объявлять кровную месть и никакая прокуратура не интересуется, — что за фигня такая. Как глава парламента объявляет кровную месть в нашем государстве светском.

Т. Фельгенгауэр Я прям даже знаю, что они вам ответят. Они скажут: уважаемый В. А. Шендерович, на ваше обращение отвечаем, что в Уголовном кодексе РФ нет такого преступления как кровная месть.

В. Шендерович Понятно. Неважно, что они ответят. Мы констатируем несколько вещей. Убийство Немцова, ясно, что его крышуют с самого верха. Это очевидно. Является ли Путин заказчиком – не знаю. То, что он является соучастником этого преступления – это очевидно. Он обеспечивает безопасность людям, организовавшим убийство Бориса Немцова. А, собственно говоря, это число: 15-й год 27 февраля стало водоразделом совершенно очевидным. После этого смешно уже вспоминать о других прошлых преступлениях, о воровстве, коррупции, злоупотреблении властью. Стало можно убивать политических противников у стен Кремля. И потом говорить, что так и было фактически. Потому что этот убийца, пойманный без заказчиков – это фактически плевок нам в лицо. Подавитесь. Сделайте вид, что вы поверили. Да, мы убили. Да, мы. И что вы сделаете? Ничего не сделаете. Все, что последовало за этим, включая полицейщину – это уже ниже градусом, конечно. Можно убивать и 15-й год 27 февраля – это ясная отсечка: можно убивать политических противников и говорить: а что, да, мы это сделали. И вы прекрасно понимаете, что это мы. Кто-то из нас. И ничего вы не сделаете. Борис Немцов, Боря Немцов был уникальным человеком. Он верил в то, что говорил. Он был искренним, он действительно хотел добра для России. Для него та беда, в которую попала Россия с Путиным была личным оскорблением. Путин был личным оскорблением, Путин во главе России и путинизм в России был личным для него оскорблением. Когда мы с ним разговаривали, то интонация его ничем не отличалась от того, как он разговаривал при включенных камерах. У него не было симптоматики политической: это паблик, это не паблик. Этого ничего не было. Он разговаривал так же искренне горячо, как он разговаривал под камеры. Он разговаривал в приватном разговоре. Это было для него личным оскорблением. Таких людей либо нет, либо почти нет искренних людей. Сильных искренних обаятельных людей. И эти два лица, вот два изображения, вот и вот, — говорил Гамлет, маме предъявляя. Но, правда, они не братья. Но вот два изображения. Вот Немцов и вот Путин. Вот каким могло быть лицо России – обаятельным, сильным, молодым, честным. И вот это — что вместо него. Вот что имеем.

Т. Фельгенгауэр Насколько важно сколько людей выйдет на марш Немцова и на памятные акции, которые пройдут в разных городах.

В.Шендерович: Не понимаю, как голосование за Конституцию может помешать Путину оставаться пожизненно

В. Шендерович Не знаю. Это, в конечном счете, ведь при наших числительных для очистки совести. Если бы вышел миллион и не уходил бы от стен Кремля, пока не начнется расследование. Пока ни сядет убийца. Это одно. А когда это меньше, в районе 40 тысяч, 50-ти, даже я говорю оптимистические цифры. Ну да, это в пределах погрешности для них. На такие числительные у них есть ОМОН. Это люди делают, это мы делаем для того, чтобы просто сказать: мы не скоты, мы не свиньи. Мы отделяем себя от вас. Мы – граждане России.

Т. Фельгенгауэр То есть это больше для самих себя, нежели для того чтобы продемонстрировать власти, что не перестанут задавать вопросы.

В. Шендерович Нет, мы не перестанем задавать вопросы. Но нас слишком мало, чтобы власть нас услышала. Повторяю. Для того чтобы власть слышала – нужны другие числительные. Нолик прибавить и не уходить. Тогда власть начинает слышать. У нее серные пробки из ушей выскакивают довольно быстро от нашего пенделя. А когда пенделя нет, то они посмотрят на эти 20-30-40 тысяч, и даже ОМОН не будут вызывать.

Т. Фельгенгауэр Просто проигнорируют.

В. Шендерович Конечно. А отдельно я хочу обратиться к прокурору Игорю Краснову.

Т. Фельгенгауэр Генеральному.

В. Шендерович Генеральному прокурору. Не хочет ли он все-таки допросить старшего следователя Игоря Краснова, который вел дело об убийстве Немцова. И задать старшему следователю Игорю Краснову вопрос: что помешало ему. Может быть, у старшего следователя есть какие-то данные, которые он может рассказать генеральному прокурору. Я все надеюсь на это.

Т. Фельгенгауэр Тем более что он бывший, теперь может рассказать.

В. Шендерович Если его найти, бывшего старшего следователя.

Т. Фельгенгауэр Где-то рядом с Геремеевым.

В. Шендерович Да.

Т. Фельгенгауэр Один из самых мне кажется громких материалов, который вызвал бурю реакции, особенно среди журналистов – то расследование, которое представила «Медуза» и последовавшие за ним бесконечные вопросы. Сегодня Дмитрий Пчелинцев, собственно, про него больше всего было рассказано в расследовании, написал ответ и он отверг абсолютно все обвинения и сказал, что он даже не знал этого молодого человека, эту девушку, об убийстве которых сказано в расследовании «Медузы». Я так понимаю, что этот скандал вас настиг и за океаном.

В. Шендерович Разумеется. Приговор и с позволения сказать расследование. Давай опять попытаемся отделить версии от фактов. Факты заключаются в том, в данном случае мы говорим о фактах, связанных с этим расследованием. Факты в том, что «Медуза», Максим Солопов, журналист замечательный и Егор Сковорода из «Медиазоны» одновременно вели расследование…

Т. Фельгенгауэр Параллельно. Каждый для своего СМИ.

В. Шендерович Причем «Медиазона» начала расследование раньше. Причем они знали друг о друге. Причем по некоторым данным и Смирнов из «Медиазоны» и Колпаков из «Медузы» знали об этой ситуации парного расследования и по некоторым источникам договаривались, что расследования выйдут одновременно. Никакой спешки не было, как не было ничего нового в самом факте гибели Артема Дорофеева с ноября 17-го года. Как было найдено его тело. Ведется уголовное расследование. Об этом было известно. Так вот, внезапная гонка с публикацией по свидетельствам случилась в последние несколько часов перед ней. Просто за несколько часов перед публикацией вдруг Максиму Солопову было велено завершить работу над расследованием. Этот недопеченный пирожок выпустить…

Т. Фельгенгауэр Это вы откуда знаете? Из своих источников.

В. Шендерович Из своих источников. Из моих источников. Да. Наши информаторы скромные люди, как писал Сталин Черчиллю.

В.Шендерович: Немцов и Путин. Вот каким могло быть лицо РФ – обаятельным, сильным, молодым, честным. И вот что вместо

Т. Фельгенгауэр То есть это был вопрос нескольких часов.

В. Шендерович Это все более-менее знают. Это был вопрос суток. Вдруг, внезапно. Что сильно удивило «Медиазону», потому что были договоренности и шло расследование и так далее. Общественно значимый в этой ситуации является вопрос: что произошло в эти часы и дни. Не связано ли такое внезапное ускорение и внезапное требование публикаций… С чем это связано. Есть две версии. Одна совсем циничная, в которой практически призналась «Медуза». Они сказали, что все равно родственники девушки пропавшей собирались подавать заявление. Это все равно было бы известно. То есть потеряли бы хайп просто. Не удалось бы хайпануть. Ну так и слили сразу. Успели хайпануть. Эта публикация была признана руководством «Медузы» очень успешной. Они успели это отпраздновать как победу. Это одна версия циничная. Вторая версия, к сожалению, еще более циничная. Не связано ли это как-то с общественным резонансом по делу приговора «Сети» (запрещенная в РФ организация). Не связано ли это с тем, что так совершенно непристойно и очевидно заголилась власть и вызвала страшный, сильнейший общественный протест против пыток и фальсификаций этого подложного приговора. Не связано ли это с попыткой перевести стрелки, замутить. Замазать грязью приговоренных. Причем речь идет об одном, но на самом деле замазываются все.

Т. Фельгенгауэр Там разбираться никто не будет.

В. Шендерович Да. И мы видим, как это сдетонировало в федеральных. Моя версия – связано. И именно это является общественно значимым в этой ситуации.

Т. Фельгенгауэр Я только не понимаю, зачем это «Медузе». Вопрос хайпа я понимаю. Это цитируемость, количество клипов и прочее.

В. Шендерович Зачем это «Медузе» — хотелось бы услышать ответ на этот вопрос. Зачем это «Медузе». Они не могли не понимать, какое фуфло выпускают. В том виде, в котором это выпущено – это фуфло. В том виде, в котором это выпущено.

Т. Фельгенгауэр Да, но вчера они выпустили еще один материал, из которого следует, что ну да, мы вот здесь немного не точны и вот здесь, наверное, немного недоработали, но в целом мы правы.

В. Шендерович Как сказал по этому поводу наш коллега Михаил Шевелев, это называется: я не такая, я жду трамвая. Но как-то чем больше девушка объясняет, что она не такая, тем как-то… Слушай, есть факты. Еще раз. Шло расследование. Была договоренность, оно продолжалось. Почему была нарушена договоренность. Почему нужно было в часы заканчивать работу над расследованием и выпускать в таком виде. Именно сейчас. С чем это связано. Нет ли, вспоминая дело Голунова, нет ли у руководства «Медузы» каких-то обязательств, не связаны ли они как-то не только с нами, со своими читателями, не связаны какими-то обязательствами с Кремлем или с кем-то из силовых органов. Может быть, это плата за Голунова, предположили одни. Может быть, есть еще какие-то договоренности. Еще раз, давай зафиксируем. Есть версии, а есть факты. Факт заключается в том, очевидный факт, что что-то произошло буквально в день перед публикацией. Хотелось бы услышать, кстати говоря, мнение по этому поводу Максима Солопова. Хорошего журналиста. Потому что сейчас его репутация оказалась густо замешана из-за довольно двусмысленной репутации «Медузы».

Т. Фельгенгауэр Как вы считаете, ту реакцию, которую вызвала публикация «Медузы». Шквал критики, много вопросов. Разъяснений и прочее. Сильно повредит общественной кампании в защиту фигурантов «Сети»?

В. Шендерович Конечно.

Т. Фельгенгауэр Но просто все раскритиковали это расследование.

В. Шендерович Нет, кто все? Ты? Я?

Т. Фельгенгауэр Журналисты.

В. Шендерович Журналисты? Вы кто такие? Есть федеральные каналы. Которые всей этой несчастной стране влили очередную тонну дерьма в головы. Да, может быть пытали. Но это же убийцы. Это они все убийцы. Сколько их там было. «Сеть» (организация запрещена в России) — это террористы, убийцы. Ну, конечно, ну ладно, пытали. А кого не пытали. Тоже мне. Вот что влито в головы. Пытали убийц. Умение разделить эти вещи разделить тему. Ребята, может быть, кто-то из них был причастен, видимо, к наркоторговле. Безусловно, может быть к убийству. Это отдельная тема. Расследуйте. Пожалуйста. Вперед. Вы это расследуете с ноября 17-го года. Два с лишним года идет расследование. Расследуйте, пожалуйста. У вас есть все возможности, подозреваемые все сидят под замком. Их можно допрашивать, с ними можно проводить оперативные действия. Они должны быть гораздо сговорчивее, чем на свободе. Теоретически, даже без пыток. Расследуйте. Но давайте разведем эти две вещи. Может быть. Это может быть по отношению к одному-двум. Может быть. И совершенно очевидный факт. Вынесен неправосудный приговор по сфальсифицированному делу. Людей пытали и это очередной водораздел очень важный. Это означает, если общество это сожрет, схавает, вот этот пипл, если он это схавает, это для силовиков очевидная отмашка: можно пытать, можно не прятаться. Бедные посаженные менты из-за пытки. Можно пытать-то. В каком-то там году 14-15-м еще нельзя было. Когда их там сажали. За бутылки в заднице. Может быть даже пораньше. А сейчас уже можно. Можно пытать. Так вот, «Медуза» несет прямую ответственность за дальнейшую судьбу невинно посаженных, невинно осужденных. Даже если среди них убийца теоретический. Но он невинно осужденный, потому что он осужден не за это. И не за наркоторговлю. Они прямо ответственны за пытки и за то, что на свободе будут те, кто их пытал. И за то, что это войдет в практику. За всех запытанных далее. Несет прямую ответственность «Медуза». Которая вписалась вместе с Киселевым, Соловьевым и швалью федеральной, вписалась в это дело. На их стороне. Не на стороне осужденных. Не на стороне пытаемых. Они еще рассуждают об общественной пользе. Вот общественная польза.

В.Шендерович: Есть федеральные каналы, которые всей этой несчастной стране влили очередную тонну дерьма в головы

Т. Фельгенгауэр Ведь «Медиазона» тоже проводит такое же точно расследование.

В. Шендерович Расследование проводить нужно.

Т. Фельгенгауэр В том же направление.

В. Шендерович Таня, расследование проводить нужно. Обязательно. Только расследование. А не: слышали, что кто-то сказал, доказательств у нас нет, но тема слишком важна и поэтому мы просто объявим человека виновным в убийстве. Это клевета называется на самом деле юридически. Расследование, безусловно, нужно. Но есть контекст. И только, как это сделано и то, когда это сделано и то, как это удивительным образом совпало с интересом власти сместить точку внимания общественного с пыток и фальсификаций. С того, что государство пыточное и убийственное и силовые органы, ФСБ прямо фальсифицировало это дело. Фокус общественного внимания уже сильно наведен на это. Публикация «Медузы» помогла сбить этот прицел, это внимание. То, что журналисты, адвокаты, активисты понимают цену этому, да, но мы цену Киселеву знаем давно. Но это не делает менее опасным его федеральные эфиры. «Медуза» сыграла объективно и не могла этого не понимать. Вот не дебилы. Вот кто угодно, но не дебилы. Они не могли не понимать, как это будет использовано. Оставаясь в рамках здравого смысла, могу предположить, не уверять, но предположить, что мы имеем дело с некоторым общим интересом.

Т. Фельгенгауэр О’кей. Хотела задать пару вопросов по поводу интервью Владимира Путина Андрею Ванденко. Но я так понимаю, что вы пока не посмотрели.

В. Шендерович Не то, что пока не посмотрел. Я и не буду смотреть.

Т. Фельгенгауэр Почему?

В. Шендерович Ну тысячу раз я отвечал на этот вопрос применительно к прямым эфирам. Зачем? Зачем мне это смотреть? Попытайся меня убедить.

Т. Фельгенгауэр Это классное интервью. Это отличное интервью, отличная журналистская работа.

В. Шендерович Стоп. Андрей Ванденко я знаю, когда он брал интервью у меня. Понимаешь? Я его знаю очень давно. Он хороший журналист. Я его поздравляю с хорошим интервью. Почему я должен тратить время, смотреть снова на эту физиономию. Я не про Ванденко. Что он мне скажет нового? Про прошлое? – соврет. Про будущее? – соврет. Послушать, как он врет? Зачем? Тут интересно другое. И об этом уже писали до меня. Зачем им это? Совершенно ясно, что это операция «АнтиДудь». Телевизор не кушают, молодежь не кушает.

Т. Фельгенгауэр Но если это операция «АнтиДудь», она провалилась. Потому что Ванденко действительно сделал блестящее интервью. И вот весь Владимир Путин он там прямо во всем виде. Роскошно, вот как под микроскопом. Вот это: я не пользуюсь Интернетом. И прочее, прочее. Это как бы выстрел себе в ногу был.

В. Шендерович Секундочку. Еще раз. Я совершенно искреннее хорошо отношусь, он у меня в друзьях в фейсбуке, мы давно знакомы. Я хорошо отношусь к Андрею Ванденко. Я рад, что он сделал хорошую работу и что Путин стал виднее для масс. Мне-то это зачем смотреть? Еще раз. Интереснее понять, зачем им это было. Чего они хотели. Они хотели приблизиться к отрезанному ломтю. Потому что молодежь – отрезанный ломоть. И Путин для молодежи отрезанный ломоть. И вот это самое интересное.

Т. Фельгенгауэр Мы продолжим эту тему через несколько минут.

НОВОСТИ

Т. Фельгенгауэр Мы продолжаем. Мы заговорили о том, зачем Кремлю этот новый формат. «АнтиДудь».

В. Шендерович Ну нет. Не буквально «АнтиДудь», конечно.

Т. Фельгенгауэр Молодежь ускользает. И это все для Интернета. Кстати, в интервью Владимир Путин говорит о том, что Интернетом он не пользуется. И смартфоном не пользуется.

В. Шендерович Он-то не пользуется. Наверное. Но это неважно. Электорат пользуется. И чем дальше, тем больше будет. Тем больше будет молодеть, доля людей, для которых не существует центрального телевидения, а существует Интернет, она будет увеличиваться. И это, конечно, попытка поговорить, приблатниться такой молодой, модный, прикинутый. Такой доступный. Разговаривающий на новом каком-то языке. Это все попытка, конечно, с негодными средствами, это все из дерьма конфетка. Потому что главное же содержание. Оно вот какое было. А то, что он пытается прикинуться – ну, да. Пытается прикинуться. У него было много разных попыток на этот счет.

Т. Фельгенгауэр По поводу вопроса, как достучаться до молодежи. Сегодня МБХ-медиа со ссылкой на центр «Досье» рассказал о том, что администрация президента подготовила методички для привлечения жителей России на это всеобщее голосование. 22 апреля пройдет. Там просто ужасно смешно все. Мне кажется это кто-то наше творческое задание выполнил. С Плющевым. Все население разделили на 6 групп. Пенсионеры, патриоты, лоялисты, молодежь, малообеспеченные люди и критически настроенные граждане.

В. Шендерович Секундочку, то есть патриоты не могут быть ни молодежью… Ну-ка еще раз.

В.Шендерович: Будем делать что хотим. Уважение за честность. Честный тиран. Дракоша. Зачем ему всенародное голосование

Т. Фельгенгауэр Не лоялистами главное. Пенсионеры, патриоты, лоялисты, молодежь, малообеспеченные люди и критически настроенные граждане.

В. Шендерович Фантастика, гениально. Я бы не догадался так дискредитировать эту шайку.

Т. Фельгенгауэр И самый большой раздел в этой методичке, конечно же, посвящен продвижению голосования среди молодежи.

В. Шендерович А зачем? Задаю дурацкий простой вопрос: зачем? Нижнего порога нет, как я понимаю. Как Никита Пряхин говорил в «Вороньей слободке»: как пожелаем, так и сделаем. Чего им молодежь? Какая разница. Уже сказали, что не будет нижнего порога. Два человека придут. Хотел сказать Путин и Медведев. Но уже устарело. С Мишустиным. Придут и примут. Не надо чтобы никто вообще приходил. Зачем это нужно? Это все попытка, а они шизофреники, конечно, они с одной стороны хотят абсолютной власти, то есть они добились абсолютной власти. У нас абсолютизм. Абсолютный абсолютизм, прости за тавтологию. Извини. Но при этом они хотят все-таки казаться, все-таки хотят сохранять какую-то видимость. Это постоянная операция по восстановлению девственности в публичном доме. Ну что это такое. Поломали все, об колено сломали, сказали, что будет так, как мы хотим. Я остаюсь пожизненно у власти. Я буду, никого другого при мне не будет. Мы будем жить так, мы будем делать, что хотим. Мы будем сажать, кого хотим. Мы будем воровать так, как хотим. Пилить то, что захотим. Критиков будем выгонять или сажать. Или обливать грязью, маргинализировать. Мы будем делать то, что мы хотим. Понятно? Нет вопросов. Убедили. Давно убедили. Мы будем убивать, кого мы захотим. И не нести за это ответственность. Мы будем развязывать войны, о которых парламент будет узнавать наутро. И задним числом признавать их легитимными. Мы будем делать то, что хотим. Заслуживающая уважения позиция. Уважение за честность. Такой честный тиран. Дракоша. Дра-дра. Зачем этому Дра-дра вдруг всенародное голосование, какие-то процедуры. Он здесь живет 400 лет, и будет выжигать огнем всех, кто… И брать лучших девушек. Чего, зачем это нужно. Какие-то всенародные. Я это не очень понимаю.

Т. Фельгенгауэр И еще прекрасная агитация для оппозиции. Для тех, кто критично настроен к власти, там такой предлагают слоган: хочешь, чтобы Путин ушел? – голосуй за Конституцию. У Виктора Шендеровича сейчас такое лицо, как будто он встанет и выйдет из студии.

В. Шендерович Нет.

Т. Фельгенгауэр Голосовать за Конституцию.

В. Шендерович Нет, я после перелета из Америки, видимо, на умственных способностях это отразилось. Я никак не понимаю, каким образом голосование за эту Конституцию, вообще за какую бы то ни было Конституцию может помешать Владимиру Путину оставаться пожизненно. Он и при этой остался пожизненно. Какая разница, что там написано на этой бумажке, подтерлись 15 раз. На гвоздике в сортире. Какая разница. Там в этой Конституции, мы же другую еще пока не приняли. Там же приоритет закона. Там же разделение властей. Там нет цензуры. Там миролюбивая политика. Там человек как основа, народ – источник власти. Я ничего не путаю? Мы живем сейчас как. По той еще. Это мешает Путину что-нибудь сделать из того, что он делает 20 лет? Что за ерунда. Понятно, что они там отрабатывают, у них выделен бюджет, у нас нет на больных детей, стариков, ничего нет, на медикаменты. Но на очередную группу по разработке очередной бумажки – большие деньги нашлись. И вот они их отрабатывают. Чего мы-то это обсуждаем? Они снова попилили какого-то бабла. Внутри себя. На вот этой методичке. Интересно было бы, сколько им заплатили за эту писюлю. Вот сколько платят за эту писюлю. Вот это интересный вопрос. Практический вопрос. Я может, попросился бы, я тоже умею писать писюли. Ну просто сколько платят, скажите. Чтобы такое написать. Чтобы такое сварганить. Это почет у нас. И давайте сравним с зарплатами учителей, докторов и так далее. Инженеров.

Т. Фельгенгауэр А вам вообще интересно будет понаблюдать, сколько людей придет 22 апреля или нет? Или вы вообще это все проигнорируете.

В. Шендерович Нет, по счастью меня не будет на территории РФ в этот день. А послушай, что, я не наблюдал выборы. У меня школа напротив, избирательный пункт напротив из окна. Я все это видел, описывал, фотографировал. Баянистов… заманивающих и пирожки бесплатные с шашлыками. И вот ручеек пенсионеров. Я все это наблюдал. Они сделают это еще раз. Это будет 118-й раз.

Т. Фельгенгауэр А есть вообще хоть что-то в российской политике, по-моему, не первый раз я задаю вопрос, вдруг что-то появилось в российской политике, за чем вы с интересом наблюдаете, а не только состояние больного фиксируете.

В. Шендерович Нет, нет. Больной уже я с этой фиксацией. Я уже больной. Так долго фиксирую, что уже тик начинается. В политике ничего интересного нет. В общественной жизни подспудно что-то происходит и неожиданно вдруг иногда выясняется. Приходишь в одиночный пикет к Голунову, а там Илья Азар и еще четверо сумасшедших. Как тебе кажется одиночек. А потом через час очередь вдруг, толпа. И сейчас толпа на пикет. И вдруг люди, и вдруг молодежь, которой ты думал, что нет, а она есть. И вдруг прорывается общественная жизнь какая-то, люди какие-то замечательные появляются. Люди интересные. А общественная жизнь интересна, только в нормальных странах общественная жизнь как кровеносный сосуд. Она входит в политическую. Она связана с политической. В нормальной стране какой-нибудь, прости, Господи, Швеции. Общественная жизнь – и есть фактически жизнь политическая. Потому что общество разговаривает, находится в диалоге друг с другом, с разными частями. Потом это заканчивается все свободный диалог без страха, без ужаса, без стокгольмского синдрома в Швеции. Заканчивается выборами, что-то меняется, программы обсуждаются. Там общественная жизнь и политическая жизнь вместе. У нас – врозь. Мне интересна какая-то симптоматика общественной жизни. Очень интересна. К политике это не имеет никакого отношения. Политика мертвая.

Т. Фельгенгауэр Но при этом вы говорите, что совершенно неважно, сколько людей выйдет 29 числа…

В. Шендерович Важно, очень важно. Ты неправильно. Я именно сказал, что важно.

Т. Фельгенгауэр Что выйдет мало.

В. Шендерович Выйдет мало, мы знаем по прошлым годам.

Т. Фельгенгауэр Но вот это та самая общественная жизнь.

В. Шендерович Да, это общественная жизнь. Вот когда 50 тысяч после убийства Немцова вышло в 15-м году, это вот граждане России. В частности. Это граждане России. Это вышли люди в принципе та небольшая часть, то звено цепи, за которое можно было вытащить из этой грязи так сказать Россию. Обратно в общественную жизнь. Но мы маргинализированы. Мы существуем внутри себя, внутри своих фейсбуков. Я писал об этом, никакой шестереночной передачи, протеста, вот даже широкий протест общественный. Пытки уже. Речь не о каких-то умозрительных вещах. Пытки. Казалось бы, чего яснее может объединить. Объединило. Очень многие вышли. Но как передать, если бы была шестереночная передача, то уже не было бы этой администрации. Виновные были бы под судом, администрация ушла бы в отставку и так далее. Но этой шестереночной передачи у нас нет, ее разломал Путин. За 20 лет. Мы позволили ему разломать. Поэтому мы можем выйти в пикет, я писал и считать победой, если нас не отметелили и отпустили под утро. И не оштрафовали на миллион. Мы можем считать победой. Потому что это позволило нам чувствовать себя людьми, а не скотами. Но мы не заплатили за это слишком дорого. Как заплатил Ильдар Дадин или как платит Константин Котов. Мы считаем себя победителями в этом случае. А ни о какой возможности поменять что-то при таких числительных речи не идет. Числительным взяться единоразово неоткуда. Не может выйти шестизначное число. Неоткуда. Маргинализировали, запугали. И в значительной степени те люди, которые могли бы выйти – уже не живут здесь. Они живут уже в других странах. Десятки тысяч, сотни тысяч людей. Которые могли бы выйти, они просто уехали и грех их осуждать. Они просто спасают себя, детей. Это личный выбор.

В.Шендерович: Совершенно ясно, что проект ТАСС — это операция «АнтиДудь». Телевизор не кушают, молодежь не кушает

Т. Фельгенгауэр Вспомнили, упомянули Константина Котова. Интересно, что вроде бы какой-то такой всполох надежды, что Конституционный суд, тра-та-та… И Путин ответил. И ничего не произошло.

В. Шендерович Они кинули. Послушай, ну это их технология. Они кинули это, дали нам выдохнуть, сказали, тебе все оно само. Ничего не само. Нужно выходить с пикетами за Костю Котова. Но вопрос в том, что нас мало, а поводов для пикетов много. Надо выходить в пикет каждый день. За «Сеть», за Котова, за того, за сего…

Т. Фельгенгауэр Еще напоминать, кто вот этот человек, за которого вы сегодня.

В. Шендерович Разумеется. Поэтому нужно чтобы совсем катастрофическое с этими пытками, чтобы это приняло относительно массовый характер. Но никакой шестереночной передачи по-прежнему нет. Количество вставших в пикет, градус общественного возмущения пытками никак не отразился ни на приговоре, ни на звездочках и званиях тех, кто это делал. Ни на их социальном положении. Они – власть, а мы – маргиналы. Они, которые убивают, пытают и сажают невинных – они власть. Мы – маргиналы. Это надо просто зафиксировать. Это не значит, что не надо выходить, но повторяю, это делается в значительной степени для того, чтобы просто иметь право без большого презрения смотреть в зеркало.

Т. Фельгенгауэр Это, похоже, единственная мотивация, которая остается.

В. Шендерович Да. Безусловно. Просто как Окуджава говорил одному чиновнику, что понимаете, вас я вижу первый и последний раз в жизни, а с зеркалом встречаюсь каждое утро. Вот хочется смотреть в зеркало хотя бы без отвращения. Вот про что этот выход.

Т. Фельгенгауэр Спасибо большое. Это было «Особое мнение» Виктора Шендеровича.

*«Сеть» (организация запрещена в России)



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире