'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 04 февраля 2020, 19:08

Е.Бунтман Добрый вечер! Меня зовут Евгений Бунтман. И сегодня со своим особым мнением у нас Андрей Макаревич. Андрей Вадимович, здравствуйте!

А.Макаревич Привет!

Е.Бунтман Давайте начнем, — знаете, как плохие интервью обычно так начинаются — с ваших творческих планов. Просто у вас завтра спектакль. И очень странно видеть вас и Владимира Познера в спектакле, а не в интервью. Объясните, что это. «Черт, солдат и скрипка» называется спектакль.

А.Макаревич Да. Мы этот спектакль играем скоро три года. И мы третий раз играем в Москве и опять в зале Чайковского. Это произведение Стравинского. Ему пошел 101-й год. Это забавная музыкальная пьеса по сказке Афанасьева. Очень современное либретто, написал Михаил Успенский. Замечательно поставил Михаил Кисляров, по-моему, очень лихо. Владимир Владимирович Познер и я исполняем главные роли. Также Дмитрий Ситковецкий, который музыкальный соавтор этой истории, исполняет роль черта. Он же главный скрипач. Участвуют замечательные музыканты, замечательная пара мимов танцоров. По-моему, это выглядит как раз так, как Стравинский себе и задумывал. Я очень люблю это действо. Мы его, к сожалению, не часто играем. Тем паче, поэтому стоило бы сходит. Это завтра.

Е.Бунтман Завтра в зале Чайковского.

А.Макаревич А вообще, праздники кончились. Я сейчас смотрю в свою записную книжку…

Е.Бунтман Как-то плотно у вас, — я так подглядел.

А.Макаревич График адский! Потому что практически каждый день 8-го мы играем в Союзе композиторов. 9-го я играю джаз в Питере, 12-го мы играем в нашем клубе. 14-го мы опять играем в клубе. 15 в зале на Новом Арбате мы играем программу Love — это интересная программа с любимой моей вокальной группой A`cappella ExpreSS. Это такие мировые хиты всех времен, в общем, песни про любовь, скажем так. Только это и объединяет.

28-го мы играем с «Машиной» еще раз по просьбе трудящихся наш юбилейный конценрт 50-летие, но уже не под открытым небом, как это было в июне, когда было 9 градусов тепла. Мы это играли на стадионе «Спартак». Многие побоялись погоды. Мы это играем в «Крокусе». Там погода будет хорошая гарантированно.

Е.Бунтман Рядом, только под крышей.

А.Макаревич Да. Этим мы завершаем, я думаю, нашу 50-летнюю историю, потому что 51-й года пошел.

Е.Бунтман Это хорошо, когда загруженный график. Это лучше, чем когда вам отказывают в залах, например, как это бывало.

А.Макаревич Это правда.

Е.Бунтман Сейчас уже эти проблемы позади?

А.Макаревич Ну, давно не помню.

Е.Бунтман К политическим, наверное, вопросам перейдем.

А.Макаревич Какая тоска!

Е.Бунтман Ну, как тоска? Вот ваша подпись под письмом Собянину, где простят не то что разрешить — не препятствовать маршу памяти Немцова. 5 лет.

А.Макаревич По-моему, это естественно.

Е.Бунтман И говорится, что там будет не только траурный марш памятный, но и с политическими требованиями. Вы подробней могли бы рассказать, почему вы подписали?

А.Макаревич Я подписал, потому что, в общем, у нас с Борей были прекрасные отношения, мы много общались. И я очень переживаю за то, что убийство его до конца не раскрыто и очень боюсь, что так и не будет. Вообще, это омерзительная совершенно история. И он человек, который заслуживает того, чтобы о нем помнили. Вот для меня этого вполне достаточно.

Е.Бунтман А что касается политических требований, в письме говорится, что участники марша планируют высказаться о последних инициативах руководства России, выдвинуть свои требования властям.

А.Макаревич Я лично высказываться не собираюсь по одной причине: я последнее время стараюсь тратить силы своей жизни на то, что я могу изменить.

Е.Бунтман А вы считаете, что здесь нельзя изменить?

А.Макаревич Я считаю, что, во всяком случае, в перспективе ближайших нескольких лет — маловероятно.

Е.Бунтман Почему?

А.Макаревич Потому что, как говорил Воннегут, так обстоят дела. Сейчас очень много шума по поводу изменений в Конституцию. Вот можно подумать, что мы до сегодняшнего дня жили строго по Конституции — и вдруг сейчас что-то изменится. У нас Конституция всегда была красивой картинкой на стенке, к которой относились с уважением, но к течению жизни она не имела никакого отношения.

Е.Бунтман Ну, как бы считалось, что это что-то такое, неприкосновенное, что трогать нельзя.

А.Макаревич Вот она и останется неприкосновенной. Там поменяют несколько строчек. Это никак не скажется на нашей жизни.

Е.Бунтман А если поменяют к худшему? Тут есть масса предложений разнообразных. Вот патриарх говорил, что добавить бога в Конституцию.

А.Макаревич Да хоть упоминание черта. Вот что это в нашей жизни изменит? Мы живем не по Конституции, к сожалению.

Е.Бунтман Не по паспорту, а по морде.

А.Макаревич А по морде, да. А вообще, это — чтобы не валить все на президента нынешнего — такая, по-моему, давняя российская традиция: жить не по закону, а по справедливости. А справедливость у каждого своя. Вот так это и выглядит.

Е.Бунтман Про перемены. Там достаточно широкий круг тех, кто вносят или пытаются внести изменения в Конституцию от профессиональных законодателей и юристов до людей на взгляд стороннего наблюдателя достаточно далеких от конституционного законотворчества, как, не знаю, музыкант Мацуев, скажем. К вам не обращались?

А.Макаревич: Да хоть упоминание черта. Вот что это в нашей жизни изменит? Мы живем не по Конституции, к сожалению

А.Макаревич Нет, ко мне не обращались.

Е.Бунтман Ну, потому что вы, опять же на мой, может быть, непросвещенный взгляд, более, скажем, политизированный человек, чем Денис Мацуев.

А.Макаревич Я не политизированный человек. Ко мне обращаются, вы будете смеяться, Государственная дума периодически, потому что есть такой Совет по культуре при Государственной думе, куда меня ввели. Когда я не на гастролях, я с некоторым любопытством туда прихожу. И там обсуждают какие-то грядущие законы, касаемые культуры, которые, видимо, Дума будет формировать, но с учетом, надеюсь, мнения этого совета. А в совете сидят довольно приличные, уважаемые люди: режиссеры, театральные, кинорежиссеры, известные музыканты, артисты, люди, для которых это часть профессии, то есть не часть, а, собственно, профессия.

Е.Бунтман А вы можете вспомнить что-нибудь последнее, что там?..

А.Макаревич Я давно не был, честно скажу, потому что у нас тур этот юбилейный у меня отнимал практически все время.

Е.Бунтман То есть это такая, ситуативная достаточно деятельность?

А.Макаревич Да. Последний, на котором я был, — там изящно выступил Шнур.

Е.Бунтман: Аа, это то самое заседание, где Шнур выступал.

А.Макаревич Да, да.

Е.Бунтман А если бы вас все-таки позвали — предположим такую гипотетическую ситуацию — что-нибудь менять в Конституции, вы бы что-нибудь поменяли?

А.Макаревич Нет.

Е.Бунтман Что-нибудь внесли туда новое или убрали?

А.Макаревич Нет, это бессмысленно. Сначала надо что-то сделать, чтобы Конституция работала. А потом думать, что в ней не так. А сейчас не имеет значения, что там не так.

Е.Бунтман А вообще ничего не работает из Конституции или только какие-то отдельные статьи? Не знаю, что Россия — социальное государство, что люди имеют право собираться…

А.Макаревич У меня есть ощущение, что если тебя где-то прихватят на улице, и ты будешь пытаться объяснить, что это не соответствует какой-то букве Конституции, мне очень интересно, что тебе ответят.

Е.Бунтман Видимо, ничего хорошего. Или просто ничего не ответят.

А.Макаревич Думаю, что ничего хорошего.

Е.Бунтман Еще один пункт, который предлагают внести. Но раз мы не хотим ничего вносить, тогда придется других обсудить. Понятие брака как союза мужчины и женщины. Петр Толстой, вице-спикер Государственной думы предложил туда, закрепить, — говорит, — как Крым.

А.Макаревич Я не готов давать рекомендации на это счет, потому что, вообще, на планете происходят в этом плане глобальные процессы. И нравится мне это или не нравится — я могу протестовать против плохой погоды — но эти вещи происходят. Можно от них отгораживаться стеной какого определенного времени, создавая еще большие трудности людям, которые подвержены этому делу. Я не левак какой-то, но я точно не борец за сексуальные свободы.

Е.Бунтман Сейчас, если позволите, прервемся на этом моменте буквально на секунду, после этого продолжим.

Е.Бунтман Это особое мнение Андрея Макаревича. Если хотите, продолжим эту тему.

А.Макаревич Прямо со своей фразы, с середины подхвачу. Бороться с каким-то явлением, которое происходит. Я считаю, что это не те изменения в жизни человечества, с которыми можно бороться какими-то законами. Нравится тебе это или нет.

Е.Бунтман То есть если можно не запрещать, то не запрещать.

А.Макаревич Так происходит, да. Значит, надо как-то научиться с этим считаться и относиться к этому нормально.

Е.Бунтман То есть лучше не запрещать?

А.Макаревич Безусловно.

Е.Бунтман Потому что очевидно, что господин Толстой имеет в виду, чтобы было прописано в Конституции, которая, правда, как вы говорите, не работает.

А.Макаревич Не надо это пропагандировать. Я не люблю этих парадов и не понимаю, зачем они нужны, честно вам скажу, но запрещать — пытались уже, бывало. И сажали за это. Но, поскольку, как мы выяснили, раз Конституция не работает, так пишите и это, чего там?

Е.Бунтман Можно здесь и обратную применить логику, то есть если вписать в Конституцию, то работать это точно не будет — так получается.

Еще всё тот же самый господин Толстой говорит про законопроект о профилактике домашнего насилия, что любой законопроект, регулирующий и вводящий ответственность за домашнее насилие, ведет к расколу семьи.

А.Макаревич Это потрясающе, конечно. То есть закон, поощряющий домашнее насилие будет укреплять семью, видимо?

Е.Бунтман Если следовать этой логике, то да.

А.Макаревич Пусть пишет, — скажите ему. — пусть пишет так.

Е.Бунтман Это тоже внести в Конституцию.

А.Макаревич: Есть граница, за которой начинается пошлость. Это очень трудно определить линейкой, это надо чувствовать

А.Макаревич Конечно.

Е.Бунтман Хорошо. Вообще, можно даже набросать целый проект вещей, которые мы не хотим, чтобы работали и все их внести в Конституцию.

Что касается вообще в целом изменения. Сегодня в очередной раз президент Путин говорил со всей возможной уверенностью, что эти изменения не для того, чтобы удержать его собственную власть — власть действующего президента. А для чего эти изменения? У вас есть какое-то мнение, ощущение?

А.Макаревич Я не конспиролог. Но к большому сожалению наш президент уже несколько раз за время своего царствования говорил вещи, от которых впоследствии отказывался. Поэтому большой веры к тому, что он говорит, у меня лично нет.

Е.Бунтман вот всенародное голосование, которое собираются проводить после спешного принятия этих поправок (за 3,5 месяца обещают, не больше, это сделать) всенародное голосование — это хорошо, или это будет формальность?

А.Макаревич Всенародное голосование — это хорошо, но это будет формальность.

Е.Бунтман Прекрасно! Ну, то есть как Конституция. Это мы так рефреном все время, что Конституция — это хорошо. Но формальность.

Еще одна глобальная тема этого года и всех последних лет, может быть, я затрудняюсь даже сказать, 5 или 6 последних лет — я постараюсь аккуратно сказать — это несколько, возможно, чрезмерный ажиотаж, связанный с Великой Отечественной войной, празднованием Победы и так далее. Вот депутаты предлагают общероссийскую минуту молчания 22 июня сделать, кто-то — вводить ответственность за пересмотр итогов Второй мировой войны. Может быть, вы посоветуете, как это сделать, чтобы было достойное отмечание 75-летия Победы, без излишеств?

А.Макаревич Бессмысленно советовать, когда вряд ли кто-то к твоему совету прислушается.

Е.Бунтман Как бы вы хотели увидеть…?

А.Макаревич Я считаю, что минута молчания — это неплохая идея. Потому что нефига бить в литавры. Это, вообще говоря, день трагический. И мы должны вспомнить, какое количество людей за эту победу погибли, и как наши военачальники легко распоряжались жизнями наших солдат. Я сейчас ничего нового не говорю. Это общеизвестный факт.

Очень хочется избежать пошлости в этой истории. А без пошлости не обходится последнее время, к сожалению. Потому что большой, торжественный праздник, он всегда элемент пошлости в себя включает. Это день памяти. Это день поклонения тем, кто погиб и тем, кто, слава богу, еще жив. А то, что мы победили в войне, мы и так знаем и помним.

Е.Бунтман А почему это нагнетается с каждым годом?

А.Макаревич Не знаю.

Е.Бунтман Напоминание постоянно: «Можем повторить!». Напомним, что мы выиграли в смысле Советский Союз…

А.Макаревич «Можем повторить» — вы мне эту фразу лучше не говорите. Мне страшно интересно, чего они могут повторить, и кто это собирается повторять и что именно. Еще раз до Берлина, что ли дойти? Что за бред собачий какой-то!

Е.Бунтман А это какое-то опасение, что забудут, что отсутствует историческая память или это поиск какой-то национальной идеи?

А.Макаревич Мне трудно влезть в головы людей, которые это всё проектируют, планируют, режиссируют, определяют масштаб. И не только масштаб — характер вообще этого действа. Конечно, это праздник серьезный. И, черт возьми, у меня отец чудом вернулся с войны инвалидом вслед за похоронкой, которая пришла. Но как-то хочется, чтобы это выглядело по-человечески.

Придумали ребята идею полка этого с фотокарточками. Она была человеческая, хорошая. Тут же это превратили в черт знает что, честное слово. Есть какая-то граница, за которой начинается пошлость. Это очень трудно определить линейкой, это надо чувствовать.

Е.Бунтман То есть это просто какой-т вкус должен быть, какая-то эстетика?

А.Макаревич Конечно. Хотелось бы, да.

Е.Бунтман Что касается фильмов. Опять же мы говорили про Совет по культуре при Государственной думе. То фильмы какие-то снимают. Вот уже бывший — не знаю, к счастью, к сожалению, разные мнения есть — министр Мединский говорил, что нет, никаких голливудских фильмов не будет в год 75-летия Победы. Могут ли быть какие-то меры?

А.Макаревич Тоже глупо, потому что американцы были нашими союзниками. И тоже это бодание насчет того, кто был главнее в победе над фашизмом — ну, конечно, не американцы были главнее. Может быть, они стараются перетянуть на себя одеяло. Чтобы это почувствовать, надо там пожить полгода и последить за тем, как они это раскручивают, как подают Россию и себя. Но то, что они помогали — безусловно, помогали. Помогали много? Много помогали. Победили бы мы без них? Не знаю, победили бы мы или нет.

Прошло 75 лет. Мы всё бодаемся, кто был главнее — что это за черт?

Е.Бунтман 75 лет — это, действительно, очень давно. И ветеранов, которые сейчас живы, их единицы. Вот что дальше будет? Будет 75-летие Победы. Это будет сходить на нет — вот как вам кажется?

А.Макаревич Я не знаю, что будет дальше. Но вот мы чего-то не отмечаем Бородинскую битву, да? А уже скоро мы по дальности где-то начнем приближаться.

Е.Бунтман Во всяком случае, да, через 25 лет будет 100 лет.

А.Макаревич Еще раз: я не за то, чтобы забыть эту дату, затоптать следы — нет. Но давайте это поминовение павших и радость от того, что да Советский Союз, Россия все-таки поставила точку в этой истории с фашизмом, — давайте это отмечать соразмерно вкусу человеческому, деликатности и достоинству.

А.Макаревич: Сначала надо что-то сделать, чтобы Конституция работала. А потом думать, что в ней не так

Е.Бунтман Про министра культуры начали говорить. С новым министром культуры вы еще не сталкивались?

А.Макаревич Нет. Да я вам хочу сказать, я и с Мединским не сталкивался практически. Мы как-то существуем сами по себе. Нам ничего не надо было никогда от министерства. Им ничего от нас не надо было.

Е.Бунтман Главное, чтобы не мешали.

А.Макаревич Мединский не мешал, нет.

Е.Бунтман Еще история развивается — просто есть определенные параллели — в США акции протеста достаточно масштабные, в Нью-Йорке. Я буквально перед эфиром смотрел фотографии. Перед выступлениями Игоря Бунтмана, у которого диаметрально противоположная вашей политическая позиция. Есть какие-то аналогии с вашей истории, когда у вас были безобразия на концертах и перед концертами?

А.Макаревич У нас не было никаких безобразий перед концертами.

Е.Бунтман Ну, только с нацболами один раз.

А.Макаревич В России была одна история, когда лимоновские орлы пришли, брызнули газом слезоточивым посреди концерта, вследствие чего его пришлось остановить. Парня посадили на два года. Я, кстати, просил, чтобы его не сажали. Всех дураков не пересажаешь все равно. Но посадили.

Когда мы были в Америке, нас хорошо встречали в Канаде. Пришли каких-то два человека с плакатами, очень пропутинских два человека. Им не понравилось, что я что-то про Крым… Я у них спросил, поскольку их двое было: «Ребята, а чего вы здесь-то раз вы такие патриоты? Ну, езжайте, помогайте нашему президенту. Ему нужна помощь. Езжайте в Россию». Они разбежались.

Е.Бунтман То есть не удалось продолжить диалог.

А.Макаревич Нет. не удалось.

Е.Бунтман Здесь вам не давали залы, у вас был отменен ряд выступлений.

А.Макаревич Это было достаточно давно уже. Уже года два как нас как-то не трогают.

Е.Бунтман Но это можно называть травлей по политическим убеждениям — что одно, чт другое?

А.Макаревич Не знаю я. Вот я буду сидеть и думать, как это называть: травлей не травлей? Я думаю, это была инициатива на местах, желание бежать впереди паровоза. Ну, не бегут больше впереди паровоза, слава богу.

Е.Бунтман Ну, то есть это частные проявления, и нет какой-то политики особо.

А.Макаревич Я так думаю.

Е.Бунтман Это особое мнение Андрея Макаревича. Вернемся через несколько минут

НОВОСТИ

Е.Бунтман Меня зовут Евгений Бунтман. А напротив меня — Андрей Макаревич, музыкант. Почти половина россиян — 46% не ждут никаких изменений в стране в результате действия нового правительства. Давайте шире немножко возьмем, потому что мы знаем новое правительство — мы знаем буквально двух-трех человек, наверное, широкий, во всяком случае, круг не узких специалистов.

А.Макаревич Я думаю, что на уровне правительства какие-то изменения возможны. Во всяком случае, что я Мишустина представляю как очень деятельного, энергичного профессионала. И другое дело, каков диапазон возможностей деятельности этого правительства.

Е.Бунтман Откуда у вас сложилось такое мнение о Мишустине?

А.Макаревич Я знаю, что он активно весьма структурировал налоговую историю, пока он ее возглавлял. Это была не очень простая задача. Он это сделал.

Е.Бунтман А от правительства что-то зависит? Мы первую часть говорили про Конституцию. Если даже от Конституции ничего не зависит…

А.Макаревич Не знаю.

Е.Бунтман А от кого зависит, вообще, как вы себе представляете систему государственной власти?

А.Макаревич Сегодня, я думаю, все зависит от решений президента и, возможно, от нескольких людей, которые каким-то образом на него влияют.

Е.Бунтман То есть достаточно узкий круг.

А.Макаревич Достаточно узкий круг. Я вообще пришел в ужас от простой мысли относительно того, что вот решение воевать — не воевать, бомбить — не бомбить, взрывать — не взрывать принимается в мире считанным количеством людей. Ведь не советуются царь или президент с народом прежде, чем начать войну или ввести свои войска куда-то или вывести их. Или террористы прежде, чем что-то взорвать, они решают сами.

Е.Бунтман Но формально же советуются. Тот же самый президент США, он же должен получить одобрение, неодобрение конгресса.

А.Макаревич Все равно это очень ограниченное число людей. Если мы сравним это число людей, которые от этого потенциально пострадают.

Е.Бунтман А как тогда это делать?

А.Макаревич Никак.

Е.Бунтман Нет, понятно, что лучше воевать, чем не воевать — это очевидно.

А.Макаревич Никак. Вот так устроен мир, к сожалению. Он всегда так был устроен.

Е.Бунтман И изменить ничего нельзя?

А.Макаревич Я не вижу пока каких-то кардинальных возможностей.

Е.Бунтман Вот есть президентская, есть суперпрезидентская республика с неограниченными практически президентскими полномочиями как формально в Турции и неформально в России, есть парламентская, где хотя бы большее число людей принимает.

А.Макаревич Ну, ну, когда 100 человек это решают или могут на это повлиять, это лучше, чем не влияет никто. Конечно.

Е.Бунтман То есть парламентская республика в теории лучше.

А.Макаревич Думаю, что да.

Е.Бунтман А референдум еще лучше, соответственно.

А.Макаревич Референдум — это уже да… А вот мы сейчас проведем всенародное голосование, начинать нам войну или нет. Так не бывает.

Е.Бунтман Ну, в идеальном мире, может быть…

А.Макаревич: Я чувствую неловкость, неудобство от того, что рядом происходят совершенно несправедливые вещи

А.Макаревич В идеальном мире никому не придет в голову начинать войну.

Е.Бунтман Вы же ходите на выборы или не ходите?

А.Макаревич Сейчас вспомню.

Е.Бунтман Но ходили.

А.Макаревич Несколько раз ходил давным-давно. Последний раз удивительно — я решил пойти. Я не нашел наш избирательный участок. Это я могу сказать: это Ленинский проспект, дом 37. Я пошел, там были какие-то стрелки: сначала во двор, потом еще во двор, потом они терялись где-то. Был уже вечер.

Е.Бунтман Так и не нашли?

А.Макаревич Нет, не нашел.

Е.Бунтман Я к чему — к тому, что вы делегируете свое право как гражданина принимать какие-то решения, влиять на какие-то решения, вы его делегируете депутатам, партиям, президенту…

А.Макаревич Понятно. А если я голосую за кандидата, которого не выберут? Я в общем, даже понимаю, что его не выберут, но, тем не менее, я голосую за него, потому что я считаю, что он представляет мою точку зрения. Но его не выберут, а выберут другого. Что я должен делать?

Е.Бунтман Вопрос. Считать себя обойденным или смириться как участник выборов?

А.Макаревич Принять это. Ты живешь в такой стране. Здесь больше людей, которым нравится этот кандидат. Ну, хорошо. Их больше, это их право.

Е.Бунтман Еще аспект жизни в России, важный последний год или два — это судебные процессы бесконечные. Во-первых, считаете ли вы, что это репрессии, что идут какие-то репрессии или нет? И следите ли вы за какими-то судебными процессами?

А.Макаревич Если бы я следил за всем, что происходит в этой области, у меня был просто не осталось ни времени, ни сил ни на что другое.

Е.Бунтман Нет, за всем, действительно, психологически тяжело следить, безусловно.

А.Макаревич Я знаю, что происходят какие-то дичайшие вещи. Например, то, что с Дмитриевым происходит. И таких еще десяток, скажем, а, может быть, и больше. Я не все знаю, конечно.

Е.Бунтман «Московское дело».

А.Макаревич «Московское дело».

Е.Бунтман Вот опять же выборы, требование регистрировать кандидатов. То есть вы это не то что требование, но претензию в более мягкой форме сейчас выдвигаете, что ваш кандидат не представлен. И люди, вышедшие на протест, сейчас сидят.

А.Макаревич Вопрос о Конституции. Мы с этого начали.

Е.Бунтман То есть просто ничего не работает.

А.Макаревич Ничего не работает, конечно.

Е.Бунтман Можно ли это назвать словом «репрессии»?

А.Макаревич А что от этого изменится? Давайте назовем это словом «репрессии». Это слова.

Е.Бунтман Но хорошо, когда вещи называют своим словами, безусловно.

А.Макаревич Это беззаконие, безусловно. Не знаю, репрессии ли это, но то, что это беззаконие и полнейшее наплевательство на закон, это так.

Е.Бунтман Вот вы говорите, это ничего не изменит. Мне-то кажется, что если назвать это своими словами — не «спор хозяйствующих субъектов», например, памятное нам словосочетание, — а отъем частной собственности, но, наверное, чуть ближе к реальности и хотя бы проливает свет на что-то.

А.Макаревич Возможно. Вот мы сейчас с вами назвали — что произошло? Мир содрогнулся?

Е.Бунтман Боюсь, что нет.

А.Макаревич Боюсь, что нет.

Е.Бунтман Но зато многие люди, слушатели, зрители знают, что Андрей Макаревич называет это словом «беззаконие». Для них это важно.

А.Макаревич Они и так это знают. Вот очень интересно, та, меньшая часть населения нашей страны, которая нас сегодня слышит, они это знают и так. Большая часть или не слышит или им это совершенно не интересно.

Е.Бунтман Многим, кто пишет в YouTube, например, очень важно, чтобы вы повторяли вашу позицию или изменение вашей позиции как-то фиксировали.

А.Макаревич Если все время повторять какие-то слова, можно превратиться в попугая.

Е.Бунтман Нужно ли артисту выражать свою политическую точку зрения? Потому что тоже есть известная такая общественная реакция: «Ну, он артист». Не важно, это будет Андрей Вадимович Макаревич или НРЗБ.

А.Макаревич: А оружие немассового уничтожения? А автоматы освящать будут, а атомную бомбу — нет? Ну, слава богу!

А.Макаревич Ну да, а слесарь пусть идет гайки крутит, а врач пусть лечит, а артист пусть поет. А правитель будет нами править. И всё будет хорошо.

Е.Бунтман Ну да, то есть профессионалы должны — политологи или политики — высказывать свою точку зрения, а музыканты пусть играют. Это правильно, неправильно?

А.Макаревич Это неправильно. Но здесь нет никаких законов. Я считаю, что это вопрос абсолютно индивидуальный. Это касается каждого человека. Если человеку на это наплевать — это тоже его право на самом деле. Он мне несимпатичен, но я его не готов судить за это. Он живет своей жизнью, он такой.

Е.Бунтман То есть аполитичность вам не симпатична.

А.Макаревич Мне не симпатична, потому что завтра придут за ним — и вот тут он всполошится. А я чувствую свою неловкость какую-то, неудобство от того, что рядом происходят совершенно несправедливые вещи. И особо тяжело это чувствовать, когда ты понимаешь, что ничего особо сделать ты не можешь.

Е.Бунтман А вам это мешает в вашей работе?

А.Макаревич Я не могу сказать, что мне это мешает в моей работе, но жить мне от этого не слаще, вот совсем.

Е.Бунтман Отвлекает ли это вас как-то? Понятно, что это неизбежность — ваша политическая позиция…

А.Макаревич Я это принимаю как печальную данность. Ну, вот с этим приходится жить. Если я чувствую, что от меня реально что-то зависит в какой-то конкретной ситуации, если кому-то конкретно можно помочь, я стараюсь это сделать. Просто бегать по улицам и кричать, что баба Яга против, я не буду.

Е.Бунтман То есть митинги — это не ваше.

А.Макаревич Нет, не мое совершенно.

Е.Бунтман Но вы как-то поддерживаете, осуждаете? Какие-то публичные выражения своей политической позиции, публичные совместные, так скажем, выражения? Не знаю, выступить на митинге или еще что-то.

А.Макаревич Я считаю, что у нас достаточно площадок, с которых я могу свое мнение выразить. Вот сегодня я этим занимаюсь. Мне проще говорить от своего лица, чем от лица какого-то народа, который за моей спиной стоит.

Е.Бунтман Чуть-чуть отвлечемся к частному, потом — к общему. Говорили про войну немножко, потом про поправки, которые предстоятель РПЦ предложил внести. Я понимаю, что это сложная тоже, пограничная тема. Меня эта новость как-то глубоко шокировала. Я не знал, что она продолжается. РПЦ планирует отказаться от освещения оружия массового поражения.

А.Макаревич Боже мой! А оружие немассового уничтожения? А автоматы освящать будут, а атомную бомбу — нет? Ну, слава богу!

Е.Бунтман По всей видимости.

А.Макаревич Молодцы, я за них очень рад. Они на верном пути. Первый шаг сделан.

Е.Бунтман Как, вообще, это сочетается: церковь — и освящение оружия в XXI веке? Я не говорю про X, XI.

А.Макаревич Ну, слава богу, хоть ракеты дальнего действия освящать не будут. Ну, спасибо.

Е.Бунтман То есть хотя бы этого не будет. И, наконец, последнее. Давайте еще раз анонсируем то, что будет завтра.

А.Макаревич Да, ребята, в зале Чайковского в Москве композитор Стравинский. «Солдат, черт и скрипка». Музыкальный спектакль на музыку Стравинского с участием Владимира Владимировича Познера, Дмитрия Ситковецкого, вашего покорного слуги, меня то есть. По-моему, интересная, очень хорошая штука. Приходите!

Е.Бунтман Спасибо большое! Андрей Макаревич был сегодня с особым мнением. Я, Евгений Бунтман, с вами прощаюсь. Всего доброго!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире