'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 25 ноября 2019, 19:08

А.Плющев В программе «Особое мнение» политолог Александр Кынев. Александр, добрый вечер!

А.Кынев Добрый вечер всем!

А.Плющев У нас тут большие партийные дни. Одни партии напоминают об их существовании. О других тоже напоминают, но, возможно, существовать им осталось не так уж долго. Вот «Гражданская инициатива», от которой вроде бы хотел уйти Ройзман — он как-то обмолвился, — и которая уже в последнее время связывалась с Дмитрием Гудковым. И тут Минюст решил, что пора бы ее как-то ликвидировать, потребовал ее ликвидации.

А.Кынев Обратились в Верховный суд. Ситуация следующая. У нас закон о партиях поменяли в начале 12-го года, но поменяли его только в разрезе к минимальной численности. В свое время, когда закон приняли, было 9 тысяч, потом, через 3 года увеличили до 50 тысяч численность партий.

Потом, при Медведеве была условная либерализация: 45, потом 40 тысяч. Но вот на этой оптимистической ноте случился 11-й год. После 11-го года, когда власть поняла, что иметь мало партий это рискованно, тогда начинается концентрация протеста вокруг немногих оставшихся и после этого решили, что партий должно быть снова много, желательно одинаковых и желательно никаких, чтобы они мешали друг другу и растягивали голоса. И после этого приняли поправки, сделали минимальную численность 500 человек, и она по сей день остается 500.

И где-то 12-й, 13-й год — у нас в массовом порядке создавались новые партии, пока в 14-м году власть не решила, что дудки, хватит. Потому что выяснилось, что среди этих фейковых партий, всяких разных «Коммунистов России», партии Андрея Богданова и всяких прочих стали появляться и проекты, которые представляли какую-то угрозу.

И, может, здесь такой точкой бифуркации был сентябрь 13-го года, когда и «Гражданская платформа» в ряде регионов выступила неплохо, тогда еще был Прохоров. И Ройзмана выбрали, кстати, от «Гражданской платформы» тогда мэром. И Навальный тогда же получил свои 27% и так далее. И в 14-м году весной они у всех партий, кроме тех, кто представлен в думе и тех, кто успел за те два года пройти в парламенты и местные советы, отняли льготы при регистрации и заставили собирать подписи так же, как самовыдвиженцы, и сами подписи увеличили с 0,5% до 3% от количества избирателей.

То есть, таким образом, с весны 14-го года вроде бы закон о партиях остался, как он был, но участие в выборах стало очень труднореализуемым. Перед большим числом кандидатом стал возникать вопрос: «А на фиг мне идти от партии, если идти самовыдвиженцем дешевле?». Потому что получается, что комплект документов одинаковый, но в случае, если ты идешь от партии, нужен еще третий комплект документов, это документа на саму партию. То есть подписи все равно нужны, справки о доходах и имуществе все равно нужны при этом добавляется еще один пакет.

И вот после 14-го года у нас последние несколько лет количество партий потихонечку сокращается. То есть где-то на пике оно достигало 77 — это 14-й год. И потом партии стали впадать в анабиоз, не участвовать в выборах. У нас же закон какой? Он говорит, что чтобы сохранять юрлицо, партия должна участвовать в выборах не менее 7 лет. И там есть несколько критериев. Для того, чтобы тебя признали участвующим в выборах, нужно, чтобы либо список был в Государственную думу, либо чтобы был кандидат в президенты, либо поставить галочку на участие, если ты наберешь нужно количество участий в региональных выборов или в выборах местных советов.

Львиная доля партий, конечно, ничему этому не отвечает. И уже в этом году — 12-й года эти партии создавались — прошло 7 лет, и в этом году прошла первая волна ликвидаций. Она была в мае-июне. Тогда было 7 исков в Верховный суд по поводу принудительной ликвидации партий. Сейчас, видимо, доходит серия до следующих.

Надо сказать, что случай «Гражданской инициативы» (это условное название, потому что партия еще более года назад решила переименоваться в «Партию перемен»), она избрала лидером Дмитрия Гудкова. Но Минюст просто не признает никакие решения партии о переименовании, смене руководства, возвращает документы под какими-то надуманными поводами, и партия юридически зависла.

А.Кынев: Такого геморроя политического в нормальных странах мира не

Теперь вот новая серия о приостановлении деятельности. Какова мотивация, мы не знаем, потому что никто этого иска не видел. Могу сказать только одно, что под это требование 7 лет «Гражданская инициатива» точно не попадает, потому что эта партия недавно выдвигала в президенты Ксению Собчак. Таким образом, выборы были в 18-м году. Значит, до 25-го года эта партия защищена от возможности ликвидироваться за неучастие в выборах. Они квалификацию формально проходят. Значит, претензии могут быть какие-то сугубо бюрократические. Может быть, какие-то внеплановые проверки по регионам и так далее. То есть это будет чистой воды волюнтаризм.

Вообще, важно понимать одну вещь, что хотя у нас численность членов партии уменьшили до 500 человек, все остальные нормы нашего закона о партиях остались неизменными. У нас один из самых жестких законов в мире. Система регистрации партии многоступенчатая. Сначала вы регистрируете оргкомитет как юрлицо, потом вы проводите съезд, потом вы снова сдаете документы в Минюст. Потом вы регистрируете региональные отделения. И еще через полгода, когда в половине субъектов зарегистрируете в органах юстиции, только тогда вы можете стать партией.

Это безумно длительная, очень дорогостоящая процедура. Вот такого геморроя политического в нормальных странах мира нет.

В большинстве странах мира, надо сказать, что партии регистрируются довольно просто. Если брать страны демократические, цивилизованные, чаще всего это принцип условно уведомительный, то есть когда требуется просто заплатить некий взнос, пошлину, представить список членов. Как правило, он обычно небольшой. То есть, например, в Венгрии 10 человек, в Турции — 30. Где-то вообще не указано в законе, сколько. В Нидерландах не написано, сколько. В Германии не написано, сколько…

А.Плющев Так так каждый встречный-поперечный регистрироваться будет.

А.Кынев Соответственно, ты приносишь документы. Тебя проверяют, что эти люди живые. И всё, вас вносят в реестр, никаких не нужно никаких дополнительных условий. В Канаде, например, всё очень просто. Партия посылает пакет документов после учреждения в Центральную избирательную комиссию Канады. Она посылает письма указанным учредителям. Они письменно подтверждают, что да, мы такие-то подтверждаем, что в партию вступили. Должен быть указан казначей, физический адрес. Всё, после этого партия вносится в реестр. Всё автоматически. Ничего больше не происходит. Это первая группа регистраций.

Есть страны, где партии регистрируются путем однократного сбора подписей. На Украине, например, 10 тысяч. В Финляндии для регистрации партии нужно собрать 5 тысяч подписей и после этого партия регистрируется и может участвовать в выборах.

И только третья группа — это страны, где жесткие требования по количеству филиалов, по количеству членов. В основном это сценарий стран третьего мира, в основном это Латинская Америка. Надо сказать, что наш российский закон 2001 года, он как раз максимально похожа на мексиканский закон. Если кто помнит, у нас тогда очень любили рассуждать наши товарищи о том, что давайте мы создадим систему с доминирующей партией как в Японии или как в Мексике. Ну вот, видимо, тогда они мексиканский закон прочли и попытались его передрать, как могли. А там тоже большая численность, большое количество филиалов по штатам, по округам на выборах в парламент и так далее. Вот они его, как могли, переписали.

Правда, надо сказать, что как в Мексике получиться не могло и как в Японии. Почему? Потому что мексиканская система и японская, кроме того, что там такая система жесткая регистрация, она имела еще один важный момент — жесткую ротацию. Там никто не мог избираться президентом больше одного срока. Таким образом, разные элитные группы были заинтересованы вступать в правящую Институционно-революционную партию Мексики. С точки зрения элементарной логики было выгодней дождаться своей очереди в этой ротации руководителей, чем вступать в какую-то жесткую борьбу.

Естественно, на это они пойти не могли, поэтому от Мексики взяли только исключительно партийную систему.

А.Плющев В продолжение этого рассказа мы сегодня неоднократно путешествуем в Южную Америку и не только вместе с Александром Кыневым — через минуту.

РЕКЛАМА

А.Плющев Здесь, в «Особом мнении» — политолог Александр Кынев. Мы остановились на том, что наш закон о партиях был некоторым образом подозрительно похож на мексиканский.

А.Кынев Да, Мексиканский закон 1946 года, так что он был написан программа за 50 лет фактически до этого. Но надо сказать, что закон изначально писали для того, чтобы, действительно, систему контролировать. То есть, скажем, если в цивилизованных странах партии — это способ самоорганизации граждан, чтобы контролировать государство, то в нашей стране закон о партиях — это скорее закон об ограничении возможности участия партий в выборах и контроля государства над политическими организациями.

Мы знаем ситуацию, когда у нас не регистрируются организации, которые имеют действительно массовую поддержку. Навальный уже который раз пытается создать свою партию — ему отказывают. При этом у нас создаются фейковые партии без проблем. Но сейчас, видимо, за последние несколько лет, испугавшись роста протестных настроений, что Кремль взялся уже и за какие-то абсолютно безобидные и никому не известные партии.

А.Плющев Да, «Гражданскую инициативу» многие же называли и партией-спойлером и так далее. Тот же Навальный.

А.Кынев Дело в том, что «Гражданская инициатива», действительно, изначально было мало кому известна. Ее создавал Андрей Нечаев, бывший министр экономики. В выборах она практически не принимала участия. Буквально раз-два и обчелся. Самый известный случай — в республике Алтай 5 лет назад. Но об этом кроме экспертов вряд ли кто-то вспомнит. И уже партию реанимировали в 18-м году под президентские выборы при выдвижении Собчак. И после выборов уже там появился Дмитрий Гудков и стали говорить об ее участии в выборах.

И надо сказать, что за эти 2 года — 18-й, 19-й — партия практически никого нигде не выдвигала. То есть что-то там кипело внутри, но реальной деятельности мы не увидели. Партию стали активно упоминать как возможного участника в следующих парламентских выборах в 21-м году. В частности, буквально неделю назад я был как раз свидетелем, я был в Берлине, была большая конференция «Россия для граждан». И там по телемостам был Дмитрий Гудков. И там был телемост, где участвовал Евгений Ройзман, и как раз Евгений Ройзман заявил публично, что готов выдвигаться в Государственную думу от этой самой партии.

А.Кынев: Что с этим валом жалобщиков и доносов будет делать власть?

А.Плющев Чем, собственно, и убил…

А.Кынев Я думаю, да, что это было такой красной карточкой, после которой решили: «А на хрен нам нужны такие? Мы вас сейчас ликвидируем»

А.Плющев Хороший бизнес. Не хотите, чтобы вас ликвидировали?.. А то я заявлю.

А.Кынев Вы знаете, да, конечно, я представляю, что если бы Ройзман вступил в «Единую Россию»… На эту тему можно было только пошутить. Понятно, что это бы его репутации никак не могло соответствовать. Но важно понимать, что эта история с попыткой запретить одну из тех немногих партий, которые могут сегодня выдвигать независимых кандидатов — это очень тревожный симптом. Говорит о том, что, выбирая между сложными схемами управления в политике, когда власть запускает разных игроков, когда она понимает, что есть не представленные в политике группы граждан, и чтобы они не митинговали, чтобы не выходили на улицы, — пускай они участвуют в выборах. И для того, чтобы не было никакой сильной оппозиции, регистрируйте и Навального, регистрируйте и Гудкова, создайте еще 10 партий, помогите им деньгами. Пусть они друг с другом конкурируют. И тогда вы совершенно спокойно сидите на горе, смотрите на эту борьбу, разные позиции…

А.Плющев Меня ужасно удивляло, почему так не было на московских выборах, если бы всех допустили, и они бы они друг друга сожрали, как было с Юнеманом и Жуковским в одном из округов.

А.Кынев Абсолютно. И на самом деле, с точки зрения политической ситуации это самая безопасная стратегия, она самая эффективная. Но ничего этого не происходит. То есть такое ощущение, что за годы управляемой демократии навыки политического управления настолько примитизировались, что сложные схемы у них вызывают просто чувство внутреннего ужаса: «Как это? Мы никому не будем давать ценные указания, никто не будет приходить на ковер? А мы будем как-то в этой системе балансировать. Как же это сложно».

А.Плющев У нас же есть каток.

А.Кынев Да, у нас каток. Поэтому вот это квадратно-гнездовое мышление, которое у нас укоренилось в середине «нулевых» годов… они просто не понимают, как так можно жить, там просто нет людей, которые могут вести такие сложные игры.

А.Плющев С другой стороны, такие ростки подобные — видите, что происходит, — тут даже с коммунистами каким-то образом удалось сыграть. Если с коммунистами удалось сыграть, то как бы они сыграли без коммунистов?

А.Кынев В принципе, это симптом, что никто ничему не научился. С другой стороны, мне кажется, что, конечно, чем ближе будут выборы. тем острее будет проблема того, то есть большое количество людей, которые не представлены в политике. Им нужно будет что-то предложить. И, наверное, впопыхах они будут из всех партий, которые остались, варганить что-нибудь на скорую руку, так же, как они когда-то делали «Родину», так же, как они неудачно делали «Правое дело» в 11-м году. Может быть, они будут пытаться создать что-нибудь управляемое

Но мы же понимаем простую вещь. Оппозиция, либо она есть, либо ее нет. Если вы говорите, что вы оппозиция, но вы власть не критикуете, с ней не боретесь, то вряд ли кто-то сегодня поверит — все-таки люди сейчас более опытные, грамотные, чем они были 15 или 20 лет назад… Поэтому если это настоящая оппозиция, так власть с ней начнет бороться все равно. Если она фейковая, так люди не поверят, что это оппозиция. Грубо говоря, попытки что-то сварганить кончались плохо.

В этом проблема, кстати, партии «Правое дело» и «Гражданской платформы» Михаила Прохорова. Вроде как «Гражданская платформа» создавалась изначально — все понимали — с некой санкции, было некое одобрение. Но как только она появилась, они тут же собственное дитя начали мочить, снимать с выборов не регистрировать. И, в конце концов, добиться фактической ее ликвидации, ухода Прохорова и всех ключевых людей. Там остались никому не известные фигуранты.

Мне кажется, что это как раз очень важный индикатор. Власть вроде как и понимает, что нужны более сложные игры, что нужно предлагать людям какие-то иные варианты, но когда дело доходит до конкретных решений, всегда уходят в кусты и всегда побеждает такой синдром фельдфебеля: никого никуда не пускать. Это говорит, мне кажется, только о том, что выборы 21-го года пока на сегодняшний день будут проходить, скорей всего, в административном сценарии, сценарии недопуска. Это значит, что многим из нас придется вести себя так же, как в Москве в этом году. То есть выбирать не по принципу любви и поддержки, а по принципу…

А.Плющев Назло.

А.Кынев Назло, да бабушке… за черта лысого и так далее. В общем, скорей всего, власть просто толкает людей к такому сценарию.

А.Плющев Что в этом смысле светит «Единой России»? Потому что был съезд у них. Выступал Путин. У меня полное ощущение дежавю, потому что Путин говорит, что надо очистить, надо еще что-то… И такое впечатление, что он уже много раз это говорил. И все сидят… и вот эти самые словоблуды, о которых он говорил, они сидят и радостно хлопают ему. Никто не уходит. Что происходит? Партия «Единая Россия», если так подумать, она же не партия.

А.Кынев Она не партия.

А.Плющев То, что вы рассказывали перед этим, — «Единая Россия» не имеет ровным счетом никакого отношения.

А.Кынев Никакого отношения. «Единая Россия» не правящая партия. У нас, кстати, партия власти, он не случайный. Правящая партия побеждает на выборах, потом формирует органы власти, которые перед ней отчитываются. Если вдруг партия решила, что, скажем, правитель не нравится, она его меняет. Скажем, в последние 10 лет в Канаде вначале была у власти лейбористская партия, сейчас либеральная, так обе партии, находясь у власти, меняли собственных премьеров. Партия проголосовала по вотуму недоверия — и премьер-министр уходит. То есть два последних премьер-министра Австралии были смещены собственной партией, а не потому, что они проиграли какие-то выборы. Они внутри партии проиграли выборы в первую очередь.

У нас ничего такого немыслимо. «Единая Россия» никаких органов власти не формирует. У нас персоналистская система власти, где все решают личные отношения с первым лицом и с чиновниками на региональном уровне. А «Единая Россия» всегда поддерживает то, что предлагает власть, не важно, что она предлагает. Завтра концепция изменится — они будут так же горячо поддерживать то, что предложили.

Губернатор идет как самовыдвиженец — поддерживаем. Регион решили отдать коммунистам — поддерживаем. То есть они поддерживают абсолютно всё. Никакой собственной субъектности нет. Это клуб, это такое структурирование тех, кто за власть и способ представления их на выборах в бюллетень. Больше никакой функции это не имеет. Но это такой фанатский клуб любителей власти. Но что, на фанатские клубы сильно обращают внимания наши спортивные команды? Ну, могут обращать постольку поскольку. Но все-таки это гарнир. Так же и у нас с нашей «Единой Россией».

Поэтому сейчас, конечно, фундаментальная проблема у власти, на мой взгляд, заключается в том, что делать с рейтингами. Исторически у «Единой России» было четыре основных элемента, откуда получались голоса. Первый элемент — это был личный рейтинг Путина. Это было и остается главным ее ресурсом. Вторым резервом были рейтинги губернаторов, потому что «Единая Россия» возникла как конгломерат федеральной и региональной бюрократии. Федеральная — это была партия «Единство», а региональная — это было «Отечество вся Россия». Соответственно, этот альянс, он «Единую Россию» и родил.

Но после того, как выборы губернаторов отменили, постепенно такие политические тяжеловесы, которые в регионах имели высокую популярность и могли реально мобилизовать людей именно своей личной поддержкой, их почти не осталось.

То, что мы наблюдаем сегодня, так называемые выборы губернаторов — это, в общем, эрзац, это во многом муляж, это такие референдумные процедуры, где реальной конкуренции нет. И то, что центр никаких иллюзий не испытывает, говорит то, что он легко увольняет тех, кто буквально недавно избрался. Посмотрите дело Гайзера. Ну набрал он свои около 70%, ну и что, ему это помогло? Точно так же, как другие, уволенные за эти годы губернаторы, они же только что перед этим избирались, но это никого не интересует. Центр знает цену всем этим процентам.

А.Плющев Это когда они в «Единой России». Когда они не из «Единой России», тут другая история. Я так понимаю, что Фургала, может быть, и хотели уволить…

А.Кынев Но у него высокий рейтинг. Будет скандал. Соответственно, второй элемент, который был — губернаторы, власть его сама обнулила, по сути. Третьим элементом, который обеспечивал электоральную поддержку, были мэры. Но власть сама тоже угробила. Потому что нет иных выборов, везде почти эти сити-менеджеры. Они меняются очень часто. Есть города, где они меняются чуть ли не каждый год. Люди не успевают запомнить, кто у них этот глава администрации. Получается, это ресурс тоже может мало что добавить сегодня. То есть личный вклад в общую копилку тоже очень небольшой.

А.Кынев: Фейковые партии у нас создаются без проблем

И четвертый элемент — это прямые фальсификации и админресурс. Получается, что губернаторы мало что дают, мэры мало что дают. Что остается? Путин и фальсификация. Соответственно, как в таких условиях падения рейтингов спасать себя на выборах 21-го года? Соответственно, они бросают на амбразуру Путина, чтобы он в очередной раз спасал ее своим уже своим снизившемся рейтингом. Но надо понимать одну речь. Когда человек с более высоким рейтингом поддерживает человека с менее высоким рейтингом, он ему помогает…

А.Плющев Но себе — нет.

А.Кынев Но его собственный рейтинг… Они стремятся к среднему, происходит смешение. Когда вы смешиваете горячее и холодное, получается теплое. Поэтому, бросая Путина на амбразуру «Единой России», они делают самому Путину медвежью услугу. Если идти по пути фальсификаций…

А.Плющев Прошу прощения. Путь фальсификаций мы рассмотрим с Александром Кыневым после небольшого перерыва.

НОВОСТИ

А.Плющев В «Особом мнении» политолог Александр Кынев. Мы продолжаем. Мы уже пришли к мнению, что у нас, так или иначе, сегодня монотемный будет выпуск: всё про выборы. Мы остановились на съезде «Единой России», на ситуации некой безысходности, которой от него веет. С другой стороны, смотрите, сегодня Совет Федерации принял закон об иноагентах, одобрил его. Теперь осталось подписать президенту. Некоторые тоже отвечают это с выборами 21-го года.

А.Кынев Конечно.

А.Плющев А как это связано?

А.Кынев А дело в том, что после как у нас был принят закон об иноагентах как НКО — это был 12-й год, — появились потом поправки в закон о выборах. И там, например, те организации, которые получили статус иноагента, по сути дела, поражены в правах, то есть они лишены права какого-либо участия в выборах вообще. То есть мониторингов, наблюдения, всего чего угодно. Там такие формулировки, что любая попытка хоть как-то иметь отношение к выборам, моментально подпадает под запрет и санкции.

Соответственно, сейчас вопрос как бы уже имплементации этого нового закона: кто будет попадать в эти реестры и каковы будут ограничения, но уже на конкретных физических лиц, потому что это уже будет вопрос нарушения гражданских прав. Пока мы еще закона не видели в полном виде.

А.Плющев НРЗБ. Я его четыре раза читал, чтобы понять.

А.Кынев Я его, честно говоря, сам его не читал, мне было некогда. Я просто попросил коллег, кто его смотрел. Там два основным момента. Первый — это когда вы размещаете некий материал, который издан СМИ, признанным иностранным агентом. И второе основание: вы должны получать какую-то финансовую помощь из-за рубежа.

А.Плющев Не только, кстати. Даже если вы не имеете отношения к иностранным агентам и СМИ вообще, а просто распространяете информацию на неопределенный круг лиц и получаете что-то из-за рубежа, вас могут признать иноагентом.

А.Кынев Да, и причем возникает вопрос: а вот это получение денег из-за рубежа, оно какое-то отношение к этой информации имеет?

А.Плющев Нет, не должно.

А.Кынев Получается, вы могли съездить в какую-то командировку. Вам университет оплатит билеты.

А.Плющев Теоретически вы можете даже машину в прокат взять, а потом залогу вас…

А.Кынев А в общем, вы получили деньги из-за рубежа, понимаете. Или вы продали на eBay что-нибудь, отправили куда-нибудь в Казахстан, в Прибалтику и так далее…

А.Плющев Могли получить деньги за рекламу на YouTube.

А.Кынев Таким образом, получается, что при желании кого угодно. Нас успокаивают, что типа это будет выборочное применение, никого произвольно включать не будут.

А.Плющев Сегодня Климов так и сказал в Совете Федерации…

А.Кынев Но давайте одну вещь хорошо понимать. Как устроена бюрократия? Бюрократия у нас, как и в любой стране мира, построена по принципу плана. То есть она должна выдавать что-то гора. Да, вначале они получат какой-то первоначальный список, кому они хотят заткнуть рот первым. Будут какие-нибудь колумнисты яркие, ведущие, блогеры. Они попадут первыми. Соответственно, их будут вынуждать либо уехать, либо заткнуться.

Но на этом же не остановятся. Если будет закон работать, значит, будут выделены какие-то штатные единицы, значит, будут какие-то отделы в Минюсте или где-то еще, которые будут заниматься контролем за реализацией этого закона. Им надо будет чем-то отчитываться? Надо. Это означает, что после того, как они внесут одних, появятся автоматически предложения включить других. Потом появятся предложения по включению третьих и так далее. Система, если она начнет работать, она будет вынуждена постоянно находить новых и новых, она остановиться не сможет. Я высказываю большой скепсис, что вот эту выборочность эта власть НРЗБ.

А.Плющев У нас просто есть два разных примера. Один пример подтверждает то, что вы говорите. Так применялся закон…

А.Кынев Об иностранных агентах 12-го года.

А.Плющев Или статья 282 про экстремизм. Так ровно и было, как вы говорите. Но когда была история со СМИ-иноагентами, их до сих пор 10 штук всего. И на самом деле 3, если уж на то пошло…

А.Кынев «Радио Свобода» с филиалами.

А.Плющев «Радио Свобода» и «Голос Америка» и их совместный проект «Настоящее время». Всё. По идее Deutsche Welle могли бы быть иностранными агентами, они подпадают полностью. ВВС и другие СМИ. Я просто два самых известных назвал. Но нет, почему-то их не признают.

А.Кынев Я думаю, что в ситуации с Deutsche Welle это геополитика, это отношения с Германией. Что касается всех остальных, знаете, дело в том, что СМИ изначально меньше и с ними все заключается персонально. А физлиц намного больше. И мы же знаем эту историю: за репосты, за лайки и так далее. Здесь начинает писать губерния. То есть у нас большое количество городских сумасшедших. У нас большое количество товарищей, работающих в разных органах, которым нужно делать карьеру, зарабатывать себе звездочки. Они неизбежно начнут и будут писать — неизбежно просто.

Вопрос, что с этим валом жалобщиков и доносов будет делать власть? Вот это самый больной интерес, насколько им удастся удержать под контролем собственных борзых, который у них там сидят. Мне кажется, что это колоссальный риск, уже не говорят о том, что сама эта философия глубоко порочна.

А.Плющев А как это с выборами связано?

А.Кынев Во-первых, совершенно очевидно — я уже упомянул, — что у нас в законе есть запрет…

А.Плющев Что этим людям может быть запрещено участвовать в выборах.

А.Кынев Я думаю, что поскольку такой запрет уже есть в отношении НКО — иностранных агентах, теоретически, получается, если физлица приравнены к иностранным агентам, возникает вопрос этой самой цепочки. Более того, я думаю, что санкции — это вещь такая… У нас дума принимает законы очень быстро. Им было важно сейчас в принципе создать некий новый институт: физлицо — иностранный агент. А за санкциями дело не заржавеет. Поэтому, я думаю, что эти вещи могут очень быстро появиться и очень быстро могут быть приняты. То есть это очень плохой сигнал.

И у нас НРЗБ коллеги выпустили доклад с призывом, чтобы власть была добрее. То, что мы сейчас видим, никакого намека на доброту нет. Потому что этот закон о физлизцах — иностранных агентах — это закон, чтобы всем превентивно дать в морду. Есть попытки ликвидации тех немногих партий, которые независимы типа «Гражданской инициативы». Продолжаются дела в отношении тех, кто участвовал в протестных акциях в Москве. Мы видим по регионам продолжение нападок на региональные элиты. То есть очередные обыски по поводу Хабаровского края — то, что было где-то неделю назад.

А.Кынев: «Единая Россия» никаких органов власти не формирует

Я не вижу никаких признаков пока, чтобы хоть кто-то пытался с кем-то о чем-то договориться, расширить поле возможностей, кого-то куда-то пустить, что-то отменить. Ничего этого пока не происходит.

А.Плющев С неким недоумением, мне кажется, многие наблюдали за выборами в Гонконге, потому что там взяли и победили противники… оппозиция. Во-первых, удивительно, что в контролируемой Китаем провинции до сих пор есть оппозиция, а, во-вторых, то, что она еще и победила. Нам тут рассказывали, что настоящие гонконгцы устали от сумасшедших протестов. Оказалось, что не совсем.

А.Кынев В Гонконге очень сложная история. Выборы, которые прошли вчера, это были выборы в районные советы. То есть Гонконг делится на 18 районов. И вот речь шла о выборах в эти районные советы. И, действительно, там в 17 из 18 районов оппозиция получила тотальное большинство. В некоторых районах вообще все места были заняты представителями демократических партий, которые выступают за демократических Гонконг, за сохранение особого статуса, а есть радикалы даже, которые вообще за независимость. Но это были местные советы.

Через год, в следующем годы будут проходить выборы уже в региональный парламент Гонконга, в ассамблею. А там у них как бы два органа. Вот есть этот парламент из 70 депутатов, а есть еще отдельно избирательный комитет, единственная функция которого выбирать главу администрации, который фактически выбирается по согласованию с Китаем. И избирательная гонконгская система, она уникальная, такой в мире больше нигде нет.

Вот если местные советы, районные советы, которые избирались вчера, они выбираются избирателями по мажоритарным округам — относительное большинство: кто первый пришел, того и выбрали, — то система выборов в парламент Гонконга очень сложная. Ее называют функционально. На сегодняшней день 30 депутатов из этих 70 избираются, по сути дела, от гильдий.

То есть о чем идет речь? Фактически вся экономика, общественная жизнь разделена на некоторые сектора: хозяйство, услуги, рыболовство, гостиницы, связь и так далее.

А.Плющев Я помню, как от академии наук выдвигались.

А.Кынев Это нечто похожее, но вот здесь не общественная организация, а принцип какой-то корпоративности присутствует. Это некий эрзац системы управлений в виде советов гильдий, которые когда-то были в средние века. То есть вот эту систему попытка на язык современных институтов перевести, вот это самоуправление с помощью гильдий еще ввели англичане. Эта система была введена в 84-м году. И первоначально большинство депутатов были от гильдий. Потом часть депутатов ввели от избирателей.

Сегодня система такая. Там 70 человек, 30 — от гильдий избираются. 35 избираются населением. Гонконг разбит на 5 округов, и внутри этих округов — голосование за партийные списки. На округ приходится 5–6 мандатов, а это партийные списки, то, получается, что цена одного мандата 16% примерно. То есть барьер очень высокий. И еще 5 мест идут по отдельному округу гонконгскому. То есть поскольку изначально были большие протесты, связанные с тем, что кандидаты от гильдий как раз они прокитайские. Потому что избиратели голосуют за независимых кандидатов, а крупный бизнес, который ни с кем не хочет ссориться, он, конечно, гораздо более комплиментарный к властям континентального Китая. И основные сторонники континентальных властей как раз представители этих самых гильдий. Хотя там сейчас тоже разность тенденций. Есть гильдии, которые сейчас стали оппозиционными, в основном связанные с IT и так далее. А есть гильдии, которые гораздо более консервативные — сельское хозяйство и так далее — они более прокитайские.

И после того, как стали протестовать, говорят, что это несправедливо: почему цена голоса у одних одна, а у других другая…

А.Плющев Почему Китай не закатал это всё в асфальт? У него есть для этого все возможности.

А.Кынев А потому что изначально, когда еще начиналась история с присоединением Гонконга, сам Гонконг в тот момент был на порядок более развит, чем Китай. Если взять статистику, в 13-м году ВВП Гонконга составлял 27% от ВВП тогдашнего Китая. А сегодня где-то 2–3%. То есть в 10 раз доля Гонконга сократилась в экономике Китая…

А.Плющев Китай вырос.

А.Кынев Да, вырос Китай. Рост Китай гораздо более высокий. Поэтому первоначально Гонконг был очень важен, его боялись трогать, нужно было сохранить финансовый центр, нужно было сохранить инфраструктуру, ноу-хау и так далее.

А сейчас по мере того как Китай становится всё мощнее, стал вести себя по отношению к Гонконгу все более и более жестко. Вот и вся история. Кроме того мы понимаем, что тот договор, который был подписан в 90-е года, у него есть ограниченный срок действия. И к 49-му году должны решить, что делать дальше. Время движется.

А.Плющев Часики тикают. Дотикали они и у нас до конца передачи. Александр Кынев, политолог был сегодня гостем программы «Особое мнение». Большое спасибо! Меня зовут Александр Плющев. До свидания!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире