'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 15 августа 2019, 19:08

И.Воробьева Здравствуйте! Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ирина Воробьева. И сегодня со своим особым мнением журналист Леонид Радзиховский. Леонид, здравствуйте!

Л.Радзиховский Добрый день!

И.Воробьева Что же, вся политика, которую сейчас имеет смысл обсуждать, на улицах, либо в судах, либо вообще в камерах. Для начала хотелось бы понять, как выборы в Мосгордуму, которые вообще никого не интересовали, превратились в это? Что послужило триггером на самом деле?

Л.Радзиховский Об этом я свою точку зрения много раз излагал. Собственно, ничего в этом для меня не поменялось. Вполне понятно, почему — потому что, не знаю, о чем думает оппозиция так называемая, а о чем думает Кириенко, мне кажется, не бином Ньютона. Естественно, ему наплевать, кто будет в Мосгордуме, как всем, в общем, наплевать.

Сама по себе Мосгордума — это пшик, какой-то незначительный отдел Московской мэрии. Но по должности Кириенко обязан смотреть не на эти выборы, а на 2024 год. В 24-м году предстоит или уход Путина или назначение преемника, или ломка политической системы, ломка Конституции и провозглашение Путина фактически пожизненным президентом, или изменение России с президентской на парламентскую республику. Короче говоря, 2024 год — это некая натянутая веревка, через которую власть должна или перепрыгнуть, или переползти или еще что-то сделать.

Л.Радзиховский: По должности Кириенко обязан смотреть не на эти выборы, а на 2024 год

А Кириенко, естественно, знает азы политологии, знает, собственно говоря, все. Первый шанс рухнуть у той власти, у которой есть внутрисистемная оппозиция.. Если к моменту, когда надо перезагружать компьютер, в этом компьютере завелся вирус, то хрен вы его перезагрузите. Если к моменту перезагрузки власти в столичной — не  в Норильской и даже не в Петербургской — а в столичной думе будут оппозиционеры, то это точка легитимной опоры для любых демонстраций, для любых действий.

Одно дело, когда разгоняют демонстрации абсолютно нелегитимные, которым просто не на кого опереться. Другое дело, когда во главе демонстрации идут депутаты, когда депутаты подают заявки, когда депутаты бузят.

Короче говоря, легитимные депутаты — причем еще раз повторяю — Московской городской думы — это некоторая точка сборки, это некоторая точка опоры для уличной и внесистемной оппозиции.

Власть сейчас беременна как слон. Слон беременен сколько лет? Года три, кажется. Ну вот, российская власть беременна. И рожать ей что-то предстоит через 4… 5 лет — в 24-м году. Соответственно, доктор Кириенко как гинеколог должен позаботиться о том, чтобы у роженицы был наиболее благоприятный режим существования, чтобы никто не мог ее толкнуть в этот момент в ее огромный живот.

Поэтому должна быть максимально зачищена политическая поляна. Никаких вариантов раскола элит, внутри властной оппозиции, внутри системной оппозиции. Никаких вариантов быть не может. Могут быть назначенные клоуны — КПРФ, извините за выражение, ЛДПР, еще кто-то — это пожалуйста, но никаких минимально непредсказуемых людей ни в Государственной думе (и это еще предстоит бадяга с выборами 21-го года), ни в Мосгордуме быть не должно.

Отсюда очевидные указания Кириенко Московской мэрии: «Не пропускать. Как вы это будете делать — это абсолютно ваши проблемы. Администрации президента на это наплевать. Это ваши трудности». Ну, московское руководство попыталось это сделать это, как умеют. Хотели как лучше, получилось, как всегда. В общем, на самом деле получилось-то именно как всегда. В том смысле, что они одержали полноценнейшую, полнейшую викторию, я имею в виду они — администрация президента…

Л.Радзиховский: Власть сейчас беременна как слон

И.Воробьева То есть сейчас ей уже не наплевать.

Л.Радзиховский Кому, администрации?

И.Воробьева Да. Президента. Которая сказала: «Мне наплевать, как вы это сделаете». А вот сейчас-то, наверное, уже не наплевать.

Л.Радзиховский Конечно. С  того момента, как пошли столкновения, тут, я думаю, просто отключили от руководства слабую Московскую мэрию и руль на себя взяла та же самая администрация непосредственно плюс Следственный комитет плюс прокуратура. В общем, уже руководили на короткой дистанции, на  коротком поводке.

Но еще раз повторяю, в ходе позиционных боев битва за Москву, операция «Тайфун» одержана полная, блестящая, безоговорочная виктория со стороны администрации, Следственного комитета и прочих организаций. Они, я думаю, сейчас винтят дырочки себе в пиджаках для получения заслуженных орденов.

И.Воробьева Какие признаки победы? Уголовное дело, побоище на улицах — это вот эти как раз признаки?

Л.Радзиховский Конечно. Запуганы. Я думаю, что вывод, который словами на бумаге или словами устными условный Кириенко (я не знаю, Кириенко этим занимается или еще кто-то, условный руководитель внутри политического блока; Кириенко безусловный руководитель, но могли быть и другие люди; знаете, у победы много отцов, поражение — сирота): Победа одержана.

Какие несомненные признаки победы? Первый признак очевиден: В Мосгордуме никаких смутьянов не будет. Туда неизвестно зачем, то есть известно зачем запустили Митрохина. Но Митрохин парень проверенный, он 20 лет сидел в Государственной думе. Ничего, никаких неудобств никому не принес.

И.Воробьева Да ладно, какой 20 лет! Он в каком… в 5-м году попал в думу и то на один созыв, по-моему.

Л.Радзиховский Ну, неважно, долго сидел… не 20, 5 лет сидел… В общем, короче говоря, в думе сидел.

И.Воробьева В Московской городской было дело. Он, по-моему, даже и в Государственной думе побывал.

Л.Радзиховский Нет, в Государственной думе он долго сидел. Он сидел, Бунимович сидел. В общем «яблоки» там были. Никто на этих «яблоках» не поскользнулся, никто не отравился. «Яблоки» проверенные, экологически чистые. Можно преспокойно их на обед в думскую столовую класть.

Смутьянов не будет — достижение номер один. Факт? Факт.

Достижение номер два: Преподали урок. Запугали и преподали урок. Факт? Факт.

Достижение номер три: Это уже второй урок, первый был в 2011 году. «Два раза вас били, господа. Два раза били и мы — власть — показали четко и ясно не только вам (черт бы с вами) — всему народу России, кто здесь хозяин. Вот вы кричите: «Мы здесь власть!» А мы не кричим, а мы показываем, кто здесь власть. Так было и так будет».

Как вот царский министр внутренних дел Макаров после Ленского расстрела в 1912 году выступал в Думе и сказал: «Так было и так будет».

Л.Радзиховский: Должна быть максимально зачищена политическая поляна. Никаких вариантов раскола элит

Так было и так будет. «Вы — вечные терпилы. И кроме как терпилами, вы никем никогда не будете». В столкновении кошки и мышки, силы и соломы, как ни странно, кошка как ни странно, победила мышку, а сила ломала солому.

Ну и третье достижение, что, в общем-то, всё это сделано малой кровью, могучим ударом. «Уж как вы на «Эхе Москвы» и тому подобных местах выли, кричали: «Диктатура! Террор! Кровь, трупы!» — ни фига, никакой не надо ни диктатуры. Вы ребята очень много о себе понимаете. Для борьбы с вами-то нужна диктатура? Для борьбы с вами-то нужен террор? Да бросьте, не смешите ни себя, ни нас. Не надо ни диктатуры, ни террора».

И.Воробьева Здесь запятую ставим. Буквально ненадолго прервемся в программе «Особое мнение».

РЕКЛАМА

И.Воробьева Продолжается программа «Особое мнение». Леонид Радзиховский, Ирина Воробьева. Вот вы говорите про победу. Это означает, что и битва закончена, правильно я понимаю?

Л.Радзиховский Я излагал особое мнение Кириенко своими устами, поскольку он к вам в студию вряд ли в обозримом будущем придет.

И.Воробьева Хотелось бы, но как-то вот… Вопросов много.

Л.Радзиховский Не заслужили, ребята. Каши мало ели. Вы отнюдь недостаточно испугали власть, чтобы она приходила к вам беседовать.

И.Воробьева Значит, когда придут, мы будем понимать, что испугались.

Л.Радзиховский А  с чего еще им к вам приходить? А больше они никуда, кроме как со страху, вообще не ходят. А страха у них нет.

Вот, я думаю, что примерно так власть это дело воспринимает. Кошка в очередной раз, абсолютно не подавившись, абсолютно не поперхнувшись, съела эту самую мышку и преспокойно пошла дальше. Это позиция власти.

И захлебнулось это везде. И эти прогнозы, что вот сейчас оно начнется… Ни фига оно не начнется. «Огонь мы сбили, а те крохотные искорки, которые где-то там еще будут — ну, пусть себе теплятся. Даже хорошо: показывают свою слабость», — это позиция Кириенко.

Теперь, значит, есть ли какое-то другое особое мнение — особое мнение со стороны, так сказать, оппозиции. Я думаю, что оно может быть. Я, естественно, не претендую. Я сам никакого отношения ни к каким оппозициям и близко не имел никогда, поэтому я отнюдь не претендую на внутренний, так сказать…

И.Воробьева То есть никаких инсайдов у вас нет.

Л.Радзиховский Нет абсолютно. Я думаю, что там никакого инсайда, в принципе, нет, потому что никакой организованной оппозиции у нас, как широко известно, нет.

Я был на всех этих митингах, на всех разрешенных, неразрешенных…

И.Воробьева Во! Ходите на митинги?

Л.Радзиховский Конечно. Моя работа — наблюдать. Никакой там не было абсолютно организации. Все это чепуха полная. Два слова могу сказать о своих личных наблюдениях. Может быть, кому-то любопытно.

Я не знаю, чего врали по телевизору, я телевизор не смотрю — нервы берегу. Но примерно могу себе представить, что они могли врать — что это хипстеры, что это накипь… В 50 каком-то году газета «Правда» напечатала знаменитый фельетон под названием «Накипь».

Стиляги, хипстеры, бездельники, студенты прохладной жизни, сынки — вот они накипь, которая шляется по улице Горького в то время, когда рабочий класс кует ракеты, студенты изучают марксизм-ленинизм, матери рожают, дети пищат, а вот эта накипь шляется пресыщенная. Бездельники, которым нечего делать, которые не знают, чем себя занять — вот они шляются на эти митинги. Плюс, конечно, нанятые бомжи.

Я должен сказать, что наблюдая за людьми на этом митинге, особенно на разрешенном митинге, я могу ответственно сказать, что всё это ложь на 100%. Не на 99, а на 100% абсолютная ложь. Я вижу, гуляя по центру, я знаю, как выглядят хипстеры, как выглядит золотая молодежь, как выглядит тусовочная молодежь, которая сидит в кафе на Никитской, еще где-то.

Ничего похожего на митинге разрешенном на Сахарова близко ничего не было. Это было то, что как раз называется «работяги». То есть, поскольку у нас заводы не работают, то это не работяги, то это то самое ядро среднего класса. Это манагеры, это те самые научные работники, учителя, врачи, студенты — вот здоровый средний класс. Никакого отношения ни к какой золотой молодежи не имеет… Вот среди тех, кто за большие деньги таскается на правительственные мероприятия — там, действительно, бывают по приколу дети начальства. Мало — один на тысячу, — но, может быть, бывают. А тут я их просто в упор не видел.

Это очень неприятный симптом на самом деле для власти. С одной стороны, действительно, недовольных оппозиционеров по-прежнему мало. 50 тысяч на Москву — это ноль. Если даже к этим 50 тысячам приплюсовать еще 200–300 тысяч, которые им сочувствовали, но не пришли, это все равно абсолютнейший ноль.

Л.Радзиховский: Первый признак очевиден: В Мосгордуме никаких смутьянов не будет

«Страшно далеки они от народа, страшно тесен их круг». Но насчет «далеки от народа» — это неправда. Это продвинутая часть того самого народа, это часть того самого путинского электората, именно путинского электората. Это те люди, чьи родители с полным энтузиазмом 5–6 лет назад голосовали за Путина. И это очень неприятный для Путина должен быть синдром. Это начало размывания краев его электората.

Так же, как, между прочим, эта позорнейшее за последние годы, я считаю, самое позорное дело «Нового величия», когда совершенно ни в чем неповинных девчонок втянули… даже не втянули, а пришили им элементарно некую якобы экстремистскую организацию. Так вот, это тоже путинский электорат. Это абсолютно бедные, русские, крымнашенские, «нет… не были…, не состояли…, никакого отношения ни каким оппозициям близко не имели — и вот им наступили на хвост. В данном случае наступили на хвост случайно двум девчонкам.

А вот эти 50 тысяч нормального, среднего, здорового класса — это ничтожная часть, но это часть путинского электората. Это отнюдь не хипстеры от Ксюши Собчак. Вот модные штучки Ксюши Собчак не имеют к этим людям никакого отношения, вообще никакого.

Ну, хорошо. Никаких лидеров у них, естественно, нет…

И.Воробьева Лидеры все сидят вообще-то.

Л.Радзиховский Они не лидеры. Они сидят, но они не лидеры. Никакого отношения к лидерам они не имеют. Они не способны ничего организовать, они не способы ничего предложить пока они не сидели.

Я отдаю должное этим людям в том смысле, что они физически не трусы, что они не из Нью-Йорка и не из Вашингтона истерически визжат: «Вперед! На приступ!», а они физически тут, они, действительно, реально получили по рогам. Они, действительно, имеют много неприятностей. Поэтому они физически, несомненно, не трусы, но политически они, несомненно, нули. Отдельная история — Навальный, его можно вынести за скобку.

Но все остальные… не буду перечислять, чтобы никто не обиделся — кого-то назвал, кого-то не называл. Короче говоря, все остальные лидеры протеста, они — протест, но они абсолютно не лидеры. Лидеров у него нет. Это просто волна и больше ничего. Это волна, которую поднимает только море, прилив. Всё. Никто за ними не стоит.

И вот это второй неприятный симптом для Путина: наличие прилива. Если их кто-то организовал, то тут проблемы нет. Кто организовал — тот сядет. Тут никто не организовал. Сажать некого. Это второй неприятный симптом.

Это прилив. У Путина есть страшный, смертельный, абсолютно непобедимый враг, который не имеет никакого отношения ни к каким оппозиционерам, ни каким Навальным, ни каким Госдепам, ни к каким ЦРУ и так далее. Этот враг называется время. Его посадить нельзя. Дубинки против него бессильны. И это время в двух смыслах: в широком и  в узком.

В широком смысле Россия — последняя из европейских стран, не считая Беларусь, в которой сохранилась монархия, самодержавие. Да, гибридная, да, прикрытая, да, такая, да, сякая. Но это отставание от времени на 100 лет. В Европе это кончилось 100 лет назад. Последняя крупная страна, где это кончилось — это Германия, 45-й год. Диктатура, монархия, неважно. Вот такая система, авторитарная система.

А время беспощадно, его же повернуть нельзя. Поэтому стратегически, глобально тут даже спора нет. Воевать против времени — это даже не плевать против ветра, даже не биться головой об стенку, это просто а́бсурд какой-то, как говорил Горбачев. Наличие гибридной монархии — это абсурд какой-то. В этом смысле тут не с кем бороться.

Но есть и более конкретная проблема времени. Таймер включен. Я об этом сказал вначале — 2024 год. Этот таймер включен и остановить его нельзя.

Есть три варианта: уйти с преемником; сломать Конституции, отменить ограничения по срокам и остаться президентом; сломать конституцию и перевести Россию из президентской в парламентскую. Все три варианта очень плохие. Первый — более-менее реальный. Два других — смерти подобны. Почему они смерти подобны? Потому что та самая волна, которую никто не подымает, которая подымается сама, к 24-му году будет значительно выше.

И.Воробьева Выше, не ниже?

Л.Радзиховский Значительно выше, гораздо выше. И никакими дубинками вы ее сбить не сможете. Она будет выше по очевиднейшим причинам. Она будет выше потому, что уровень жизни людей, мягко говоря, не растет и расти не будет.

Л.Радзиховский: Никто на этих «яблоках» не поскользнулся, никто не отравился. «Яблоки» проверенные

Вот в эти дни наряду с шумными криками оппозиции о наступлении террора, диктатуры, убийствах и бог знает чего, прошла очень тихая, очень маленькая информация. В Америке доходность каких-то там длинных (или коротких) операций догнала доходность длинных (коротких). Я в этом ничего не понимаю, но я читал, что это последний знак, что рецессия в США становится неизбежной.

Рецессия в США означает мировую рецессию, означает падение цен на нефть, которое, кстати, имеет место последнее время, означает сильнейшую рецессию в России. Это к вопросу об  уровне жизни, о уровне потребления.

И.Воробьева Мы делаем снова небольшую паузу в программе «Особое мнение». Скоро вернемся.

НОВОСТИ

И.Воробьева Продолжается программа «Особое мнение». И сегодня это особое мнение журналиста Леонида Радзиховского. Меня зовут Ирина Воробьева.

Мы уже будет месяц, как живем от недели к неделе — протесты какие-то уличные, выступления. При этом опять же все сидят, и ничего не происходит, кроме того, что люди выходят на улица.

Л.Радзиховский Погодите, Ира, я не закончил. С вашего разрешения про 24-й год. Вы  сказали, что будет ли хуже…

И.Воробьева Да, волна будет больше — на этом вы остановились.

Л.Радзиховский Во-первых, будет хуже материально, потому что рецессия, еще раз повторяю. У нас и так-то — вот Росстат публикует данные, согласно которым рост ВВП России за первые полгода — это чего-то такое… 0,5%, то есть это ничего просто. Стоит на месте. Так это он стоит. А если будет, действительно, мировая рецессия, ну просто цена на нефть упадет, то гиперзвуковые ракеты нам не помогут. 5 лет без роста — а роста не будет, потому что просто неоткуда его взять — дополнительно раздражают людей. Это раз.

Второе: это пять лет неподвижности, 5 лет застоя — это тоже раздражает людей.

Третье: Путину просто нечего сказать, это просто очевидно. Батискафы, «хирурги» — это всё очень мило, но просто нечего, ну вообще. Никаких проектов, кроме безумных национальных проектов, которые с места не двигаются, вообще не двигаются. И не могут двигаться. Согласно, например, первому национальному проекту рост ВВП России должен быть выше мирового. Вот мировой в прошлом году был 3%.

Согласно второму у нас должен быть устойчивый рост населения. У нас устойчиво сокращается население. То есть это как программа КПСС: она отдельно — жизнь отдельно. Никаких средств сшить это дело — это не несогласных дубасить — сшить это дело невозможно.

Третье: люди хотят перемен. Лифы застряли. Конечно, люди и бизнесы создают и продвигаются и так далее, но это очень трудно. А жизнь не может остановиться. Застой, он физически тяжел для общества, для людей.

Ну, и, наконец, четвертое: начальство просто не может физически без конца скрывать свое отношение к людям. Оно к ним относится как к терпилам, к быдлу, к шариковым, лузерам, фрикам. Ну, так начальство устроено. Начальство у нас теперь — это новое дворянство, главная радость которого — это показать терпилам и фрикам, что они терпилы и фрики, иначе быть начальником неинтересно.

Этот разрыв, сколько ни ори на начальников, сколько не говори «Прекратите, ведите себя по-другому» — это физически невозможно. Кошка есть кошка, а мышка есть мышка. Не встретиться им никогда.

Таким образом, общественное настроение к 24-му году будет довольно паршивое. Оно и дальше могло бы мирно тянуться. По инерции оно бы могло тянуться и дальше мирно. Потому что у Путина есть три аргумента. Аргумент первый — это дубинки.

Аргумент второй: да, всё это плохо, но самое главное — это пиндосы. Если ослабнет власть, то пиндосы захватят власть и расчленят Россию. И аргумент третий, главный, собственно, единственно важный: «Кто, если не я?» Кто, если не он?

И.Воробьева А кто, если не он?

Л.Радзиховский А кого назначит, тот и будет. По инерции тянуть это можно долго, но в 24-м году катастрофа заключается в том, что инерцию надо разорвать, надо что-то делать. Просто перевести часы и сказать: «Опять 23-й год». Вот 31 декабря 23-го года сказать: «А вот теперь у нас 1 января 23-го года» — этот номер не пройдет. И с такими козырями делать игру нельзя.

Поэтому опасность для власти, для Путина и, соответственно, для монархии вообще в 24-м году очень велика. Другое дело, что у Путина есть союзник, конечно, этот союзник — «пятая колонна», которая отнюдь не «пятая колонна» Госдепа, а, естественно, «пятая колонна» администрации президента.

Я не к тому, что так называемые лидеры протеста — платные или бесплатные агенты ФСБ, агенты администрации. Есть там и агенты, есть там и не агенты, как в любой политической организации разные есть. Я к тому, что их вопиющая, кричащая беспомощность, примерно такая же, как беспомощность правящей номенклатуры, они, конечно, делает всё, чтобы тормозить ногами об асфальт.

Л.Радзиховский: Достижение номер два: Преподали урок. Запугали и преподали урок. Факт? Факт

Но — и вот это, собственно, то основное, что я хотел бы сказать — вот Ленин говорил, что разбитые армии хорошо учатся. Судя по тому, что было в декабре 2012 года и по тому, что мы видим, армия креативных людей совсем не учится. Вот креатив равен нулю. Когда они гуляют по Бульварному кольцу, они гуляют по граблям, ровно по тем самым граблям, по которым они успешно гуляли в 2012 году.

Но интуитивно, не продуманно, а интуитивно по факту оппозиционное движение набрело случайно, методом тыка на безошибочную тактику, которую, если они отрефлексируют, найдут, наконец, лидеров и будут ее дальше продолжать, эта тактика, действительно, реально опасна для власти.

А в чем заключается эта тактика? Ее прекрасно описал Высоцкий. Когда поминают Высоцкого, все вспоминают одну и ту же фразу: «Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». Это не относится к данной истории. В данной истории настоящие буйные не нужны. К данной истории относятся совсем другие слова Высоцкого: «Неправда, будто бы к концу я силы берегу. Бить человека по лицу я с детства не могу. Вот он ударил — раз, два, три — и сам лишился сил. Мне руки поднял рефери, которой я не бил».

Если вы мышки, то вы можете драться с кошками — это то, что нужно кошкам. Этим вы оправдываете кошек, и кошки вас уничтожат, растерзают с величайшим удовольствием. Но у мышек есть огромное преимущество перед кошками: Непротивление, которое морально разбивает кошек. Этих кошек не разобьешь, эти кошки дрессированные, воспитанные и так далее. Ложь. Это ложь. С первого раза не разобьешь, со второго не разобьешь. С десятого разобьешь.

Массовость и упорство мышек в несиловом противостоянии кошкам показывает и кошкам и, что гораздо важнее, широким народным массам, кто тут агрессор, а кто жертва, кто прав, а кто не прав; на чьей стороне моральная сила, а на чьей стороне физическая сила и моральная слабость. Вот в чем фокус.

И.Воробьева То есть чем более мирным и ненасильственным будет протест, тем он будет сильнее.

Л.Радзиховский Да, безусловно. Путин в свое время сказал пророческую фразу: «После смерти Ганди и поговорить-то не с кем».

Вот к тебе идут Ганди — поговори! Вот эти Ганди, 50 тысяч Ганди. Ты звал меня — и я пришел. Вот они, Ганди — говори! Говори с ними, с Гандями. Понимаете, вот этом, не «настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». Настоящих Ганди мало, вот и нету вожаков.

В ходе всей это заварухи власть одержала полную, безоговорочную и стопроцентную победу. Задача оппозиции заключается в том, чтобы превратить эту победу в пиррову победу. Никаких других ходов у оппозиции нет.

Для этого у нее есть два способа. Способ первый: показать и объяснить, что власти кроме дубинок сказать людям просто нечего; что власть не защищает ни закон, ни порядок, она защищает только свои несправедливые, воровские права, больше она не защищает ничего. И защищает голой силой, потому что аргументов нет. Это первое.

И второе: показать что сила полная, моральная сила, полное моральное преимущество на их стороне. Понимаете, сила хороша против силы. Вот если с вами дерутся, то ваши удары точны. Так? Вот он ударил — раз, два, три — и сам лишился сил… И я сказал ему: «Чудак, устал ведь, отдохни!» Но он не услышал, он думал, дыша, что жить хорошо и жизнь хороша.

Попробуйте кулаками, дубинками, БТР разбить море. Оно же мягкое. Разбить стенку можно? Можно. Разбить железку можно? Можно. Разбить машину можно? Можно. Разбить башку человеку, который с вами борется, можно? Легко, самое легкое. Попробуй разбей море. Попробуй разбей воздух. Вот в чем проблема.

У вас господа оппозиционеры, нет никаких сил для физической борьбы с властью, нет и не будет. Баррикады вы не построите, рабочими с Красной Пресни вы не будете, даже «желтыми жилетами» вы не будете никогда. Вы не те люди и не та цель.

Кстати, насильственная борьба с властью — это была борьба XIX века, начала XX века, когда были действительно великие революционеры, среди них был величайший, гениальный революционер всех времен и народов — Ульянов Ленин. Это была борьба против монархии. И вот в чем анекдот: время силовой борьбы, лимит на силовую борьбу кончился, в Европе, по крайней мере. И в России он кончился. В России не будет никогда силовой революции. Кончился лимит, исчерпался.

Но в Европе одновременно исчерпался и лимит на силовую борьбу и лимит на монархию. А в России лимит на силовую борьбу исчерпался, а монархия задержалась.

И.Воробьева У нас особый путь всегда.

Л.Радзиховский Особый путь и особое мнение. И вот в эту расщелину, когда силовая борьба уже вышла из моды и монархия тоже вышла из моды, но монархия еще физически осталась, а силовой борьбы уже нет. Поэтому единственный вариант — это пойти на поводу у Путин. Путин просил встречи с Ганди — обеспечьте Владимиру Владимировичу встречу с Ганди. Ему не с кем говорить кроме Ганди — вот пусть он поговорит с Ганди.

И.Воробьева Это была программа «Особое мнение». Сегодня это Леонид Радзиховский. Если вы не успели посмотреть или послушать, сделайте это на нашем сайте или на YouTube, канале «Эхо Москвы». А мы прощаемся с вами и до встречи в эфире. Спасибо вам большое!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире